С истинным до конца

Из широкого окна простирался вид на высотные серые, ничем не отличающиеся друг от друга, дома. Стоило посмотреть вниз, и все казалось крошечным, вот что значит двадцать первый этаж. Ариан окинул взглядом комнату: белые стены переливались в лучах солнца, пустой дверной проем, ведущий в просторный коридор. Здесь была только предчистовая отделка, здесь никто не успел пожить, и они станут первыми владельцами. Никаких старых воспоминаний, все будет начато с чистого листа. — Отличный вариант для молодой семьи! Здесь новый детский сад, новая школа, удобная транспортная развязка, — нахваливал риэлтор. — Что вы решили? Марк осматривал в этой квартире каждый сантиметр, заходил в ванную, в туалет, задавал миллионы вопросов о трубах, коммуникациях, проводке, а потом уверенно покачал головой. Ариан разочарованно вздохнул, ведь это уже десятая квартира, которую он забраковал. Складывалось впечатление, что они уже никогда ничего не купят, но выбора у них не было. После смерти дедушки Агнес отдал им обещанные деньги. Марк без особых надежд выложил объявление о продаже комнаты и каково же было его удивление, когда через каких-то два дня потенциальный покупатель внёс залог и попросил как можно скорее заключить сделку. Им оказался молодой альфа, который перевозил своих пожилых родителей из деревни в город. Он продал их ветхий дом за совсем небольшие деньги, влезать в кредиты не хотел, поэтому собирался купить максимально бюджетное жилье. В день заключения сделки Марк сильно нервничал: не спал ночь, утром ничего не съел, а по дороге вдруг заявил, что, кажется, передумал. Но, в конечном счёте, он поставил свою подпись на договоре купли-продажи и отдал ключи в день сделки, как того потребовал покупатель. Ариан не верил, что закрылась та самая последняя страница в главе «Общежитие». Он сам испытывал смешанные чувства, все же с этой комнатой были связаны и хорошие воспоминания. Но назад пути не было и хотелось верить, что это решение приведёт к лучшему. — Что тебе на этот раз не понравилось? — спросил Ариан, когда они попрощались с риэлтором и уехали из нового микрорайона. — Я не хочу жить в доме, где все построено на соплях, — ответил Марк. — Ещё и ремонт с нуля делать, туда даже не заедешь сейчас. И площадь маленькая, за что такие деньги? — Но это новостройка! — возразил Ариан. — Вчера мы смотрели квартиру, и ты сказал, что не хочешь переплачивать за чужой ремонт, который тоже, по-твоему мнению, не так сделан. Сейчас ты говоришь, что хочешь уже в готовую квартиру переехать. Да мы так сколько лет будем переезд оттягивать? — Ты ничего не понимаешь, — с недовольством ответил Марк. — Я работал на стройке, и я разбираюсь. Хочу выбрать для нас лучший вариант. Не только же ремонт важен, но и сам дом. — Тогда сам ищи квартиру, я больше не буду. Поиск жилья успел утомить Ариана за эту неделю. Большую часть предложений Марк отверг на этапе просмотра объявлений, а все остальные отмёл после просмотра. Им приходилось ютиться в выделенной Агнесом комнате в его доме, откуда они оба хотели поскорее сбежать. Сначала Агнес сам добродушно предложил им пожить у него до покупки квартиры, но, спустя пару дней сказал, что даёт им не больше двух недель на переезд. В итоге Ариан целыми днями листал объявления, а когда Марк приходил с работы, они ездили смотреть квартиры, иногда и по несколько за один день. Но, кажется, искать им придётся съемную, потому что ни к какому решению они не пришли. Будет накладно, ведь придётся оплачивать аренду, покупать какие-то бытовые предметы, снова перевозить вещи и в скором времени опять уезжать. Но выхода не было, жить с кем-то было крайне неудобно. Только утром в будние дни было относительно неплохо, но в остальное время к ним в комнату постоянно заходил младший сын Агнеса. Этот трехлетний мальчик был совершенно не управляем и никого не слушал, а только устраивал истерику за истерикой. Ариан даже подумал, что если бы пожил здесь раньше, то вряд ли бы решился родить собственного ребёнка. С самим Агнесом ужиться было ещё труднее, и Ариан не удивился, что у того не клеилось с альфами. Он каждый вечер высказывал Марку очередные претензии. А сегодня утром, когда Марк случайно разбил красивую тарелку из нового сервиза, сказал, что больше видеть их здесь не хочет. — Я уже нашёл на самом деле. И даже в обеденный перерыв туда съездил. Договорился с собственником, что мы с тобой вместе вечером ещё раз приедем посмотреть. — И где это находится? — Ариан был удивлён и просто сгорал от нетерпения увидеть, что же это была за квартира, которая удостоилась такой чести быть одобренной Марком. — Рядом с центром, там хороший район. Чувствовался подвох. В центре и поблизости новостроек не было, только старые здания и несколько домов, построенных лет десять назад, но они считались элитными и квартиры в них были очень дорогими. Дорога оказалась долгой, ехали они по самым пробкам, и Марк в очередной раз напомнил, как ему не нравятся эти новые микрорайоны, откуда не доберёшься до центра, где он как раз нашёл новую работу. После похорон дедушки он все же оставил склад и устроился личным водителем генерального директора одной крупной компании. Ариан был рад, что он нашёл это место, потому что родной отец Марка, который обещал помочь с работой, пропал. А потом кратко изложил, что помирился со своим мужем и уехал к нему и сыну в другой город. Больше он не предлагал никакой работы и не стремился встретиться со своим старшим сыном. Ариан так пожалел, что поверил ему и тайно общался. Марк оказался прав, писать этому Алексу было ошибкой. Спустя час езды они оказались на узкой дороге среди малоэтажных частных домов. Был поздний вечер, на город опустились сумерки, но было видно, что все дома были обветшалые, потрепанные временем. Ариан решил, что таким неудобным путем Марк собрался объезжать пробку, но он неожиданно остановил машину и объявил, что они приехали. — Это шутка такая? — Ариан разглядывал в полутьме высокий синий забор. — Нет, — Марк позвонил в дверь, и вскоре им навстречу вышел пожилой омега. Ариан прошёл внутрь, рассматривая в тусклом свете фонарей хлам, валяющийся по всему двору: старые шины, инструменты, ведра, шланги. По протоптанной дорожке они зашли в дом, который снаружи оказался лучше, чем внутри. Ариан в недоумении смотрел на пожелтевшие обои, которые, как ему казалось, стоило только чуть дёрнуть, уже отвалятся. Межкомнатные двери были однозначно старше пожилого хозяина, деревянные окна со ставнями снаружи не внушали доверия. Старичок провожал их по комнатам, показал кухню, гостиную, три спальни. Потолки были уже не белые, а серые, кое-где проглядывала паутина, мебель была готова рухнуть в любой момент. В гостиной, где они разместились на выцветшем, ободранном диване, хозяин рассказал, что построили этот дом около семидесяти лет назад его родители, но двадцать лет назад он со своим мужем проводил капитальный ремонт. После смерти супруга он переехал в квартиру, которая у него была, а дом ему стал не нужен, и он решил его продать. Марк принялся приводить доводы, почему им нужно было купить именно этот дом, но Ариан не слушал, он только сдерживался, чтобы не закричать при постороннем человеке. Марк рассказывал, насколько качественно тут было все выполнено, не то, что в массовой застройке типовых зданий. А потом вдруг поделился, что с детства мечтал о собственном доме, с участком. Ариан не спорил, он со своими родителями сам жил в коттедже, но в новом и современном. А этой развалюхе было семьдесят лет! Хоть Марк и утверждал, что дом построен качественно и простоит ещё столько же лет, а то и больше, у Ариана просто в голове не укладывалось, для чего им покупать это древнее жилище. Старичок не завышал цену, он справедливо оценивал свое жилье и понимал, что претендентов будет не так много, все же внешний вид отталкивал сильно. Сказал, что после покупки они могут заехать сюда хоть сразу, потому что он уже перевез свои вещи в квартиру. — Марк, это даже не обсуждается, — сказал Ариан, когда они вышли во двор. — Почему?! — недоумевал тот. — Да это хуже твоей общаги. Ты вообще представляешь, сколько тут работы предстоит? И как ты со своим артритом все это будешь делать? — Я к врачу собираюсь, — неожиданно сообщил Марк. — И буду пить то, что мне выпишут. — Все равно — нет, — Ариан удивился словам Марка, ведь тот наотрез отказывался от посещения больницы, но даже при таких условиях он не собирался соглашаться на этот старый дом. Гораздо проще было бы остановиться на двухкомнатной квартире, где была бы детская площадка во дворе. А здесь по близости не было ничего для прогулок с ребёнком, да и соседи, скорее всего, такие же старики как хозяин этого дома. Жить среди пенсионеров в древнем, запущенном доме Ариан хотел меньше всего. Ведь тут опять остался след чьей-то жизни, дом пропах чужими воспоминаниями. Когда-то в нем кипела бурная жизнь, а им достался лишь ворох пыли и скрипящая мебель. — Тут же столько хлама повсюду, — Ариан окинул взглядом запущенный двор. — Я сам все уберу, — не сдавался Марк. — Зато мы переедем уже в ближайшие дни. Пока сделаем одну комнату, а потом постепенно остальные. Зато сколько места! Не то, что в этих квартирах. А во дворе сделаем что-нибудь для Леона. Ариан собрался высказывать все, что думал, но на пороге показался собственник дома, и он промолчал. Вдобавок к этому спору злило, что Марк опять назвал их сына Леоном, хотя Ариан ещё несколько дней назад сказал, что это имя они рассматривать не будут. Леоном звали его бывшего одноклассника, омегу, который всячески мстил Ариану за то, что тот провел течку с альфой, который ему нравился. Ариан не претендовал на этого альфу, но Леон его отчего-то возненавидел и пытался всячески подставить. Сейчас это казалось ерундой, но осадок от имени остался неприятный. — Ну что, вашему мужу понравился дом? — спросил старичок, отчего Ариана передернуло. Все риэлторы считали, что они были в браке, а ведь это было не так. — Мы подумаем, — ответил Марк, которого, кажется, совсем не задело это самое «муж». — Если хочешь этот дом, покупай, — сказал Ариан, когда они сели в машину. — Деньги твои, так что сам решай. — Я хотел оформить его на нас двоих. Ариан в недоумении посмотрел на Марка, ведь он совсем не ожидал такого решения и считал, что жилье будет принадлежать исключительно ему, а сам рассчитывал только на прописку. — А чтобы я стал твоим мужем, ты не хотел? — последовал логичный вопрос, ведь у Ариана теперь в голове не укладывалось, как можно было собираться покупать дом на двоих, но при этом не думать о браке. — Если для тебя это важно, то можно хоть завтра пойти в загс, — как ни в чем не бывало произнёс Марк. — Просто я всегда считал, что можно и без этого штампа жить. Вот и прозвучали те самые слова, о которых Ариан когда-то мечтал, но было это сказано совсем не так. Это было просто абсолютно не так. Марк не был против брака, наоборот брак не имел для него никакого значения. В загс он согласился пойти, одолжение сделал. — Значит, будем без штампа, — согласился Ариан. — А с домом что? — Делай, что хочешь. Спорить было бессмысленно, они все равно ни к чему не придут. Как бы Ариан не старался, он не мог понять ход мыслей Марка. Он категорически отказался от всех квартир и собирался покупать этот пусть и качественно построенный, но совсем старый дом. Где снова будет стоять этот затхлый запах чьих-то прожитых лет. Марка как будто тянуло переделать прошлое, он не мог решиться строить все сначала.

***

В пустых комнатах голос отдавался эхом. Без мебели было так просторно, свободно, и казалось, будто площадь комнат больше, чем была на самом деле. Ариан позвал Марка ещё раз, но тот не откликался, а потом он услышал шум воды в ванной. Поставив продукты на длинный обеденный стол, Ариан подумал, что не так и плохо здесь было. Без штор, с ободранными обоями уютом и не пахло, но полы не скрипели, а двери после покраски в светло-коричневый цвет стали выглядеть лучше новых. Тяжелые двери из настоящего дерева. Старый паркет удалось отшлифовать, и он переливался золотистым цветом. Подумав, Ариан приоткрыл дверь ванной и незаметно проник внутрь, сразу окунаясь в горячий пар. Под звон капель воды он рассматривал Марка, чувствуя, как долетали брызги — шторки у бывшего хозяина не было, а свою ещё не повесили. В общежитии он не мог вот так зайти в душ, поэтому сейчас наблюдать казалось чем-то интересным. Он скользил взглядом по смуглому телу Марка: у него не было литых мышц, но были широкие плечи, сильные руки, которыми он сегодня утром выносил весь хлам из дома, подлатал старую мебель, починил кран. Он тщательно смывал с себя запах терпкого пота, а в воздухе витал его собственный аромат, который в такие редкие моменты не перебивался сигаретами. Ариан продолжал наблюдать, оставаясь незамеченным. Опустил взгляд ниже, к очертаниям пресса, к члену, который он уже давно не ощущал в себе. Ведь половую жизнь им запретили ещё в первом триместре, а сейчас у Ариана было уже двадцать шесть недель. — Чего смотришь? — Марк ухмыльнулся, выключая воду, отчего сразу стало тихо. — А что, нельзя? Марк обмотал вокруг бёдер темно-синее полотенце, а другим за пару движений вытер короткие волосы и покинул ванную. — Что делать будем? — поинтересовался Ариан, выходя следом. — Лампочки надо вставить, а то света не будет, — Марк переоделся в домашнюю одежду и взял новую упаковку лампочек. Они оставили все люстры и светильники прошлого хозяина. Стоило протереть с них пыль, как оказалось, что это были очень хорошие лампы, изготовленные ещё в прошлом веке. — А мне вставишь? Ариан поймал на себе удивлённый взгляд Марка и усмехнулся. Он ждал этого момента долго. Ещё месяц назад врач снял запрет на занятие сексом, но из-за смерти дедушки Марку было не до этого, а потом продажа комнаты, вынужденное проживание у Агнеса, переезд в дом. За это время к Ариану вернулось его былое, казалось бы, забытое вожделение. Просыпаясь по утрам один, когда Марк уже уходил на работу, Ариан, ещё не вставая с постели, принимался удовлетворять себя. Первые разы его даже преследовал стыд, ведь мастурбировал он в последний раз аж в школе, когда это было его утренним и вечерним ритуалом. — Чего? Ну конечно, — Марк держался отстраненно. — А что не так? — Ариан немного приуныл. — Я у врача спрашивал, и он разрешил. — Мне кажется, не стоит. Ариан чувствовал, что Марку совсем не передавалось его неутолимое желание. Он был весь погружен в этот ремонт, дом, обустройство быта. С тоской Ариан предался воспоминаниям о том, как было раньше. До смерти дедушки, до травмы Марка и вообще до того, как они узнали о беременности. В памяти замелькали те самые вечера в общежитии, когда они уехали от дедушки и им больше никто не мешал. Ариан помнил, как Марк мог просто схватить его в охапку и бросить на диван, а сам накинуться сверху и сорвать с него одежду. Ариану тогда хватало пары мгновений, и он уже ощущал приятную влагу между ног, а потом Марк входил в него резко и сразу по самые яйца. Но в ближайшее время так не будет. Ариан сам не представлял, что может быть сейчас, с животом, но желание близости управляло им и подталкивало к решительным действиям. — Ариан, есть же другие способы, — Марк положил руку ему на плечо. — Но это не то. — Я не смогу, — во взгляде Марка чувствовалась неловкость, как будто разговор напрягал его. А ведь Ариан помнил другого Марка. Того, который брал его как в последний раз. И не только во время течки, он всегда вкладывался полностью. Некоторых альф, с которыми Ариан был раньше, хватало только на один раз, если дело не касалось течки. А в Марке было столько энергии, что они могли довольствоваться друг другом целыми днями. Вечером того же дня Ариан расстелил новые простыни на большую кровать с массивными деревянными спинками. Бывший хозяин дома оставил всю мебель, большую часть которой они выбросили, но некоторое оставили. Матрас не выглядел потрепанным, но Ариан все равно ощущал недоверие. Хотелось как можно скорее заполнить этот дом своими вещами, чтобы не думать о том, что здесь оставался след прежних хозяев. Он выключил свет, присел на кровать, смотря в окно, где в кромешной тьме без очков не удавалось ничего разглядеть. В доме было необычайно тихо, после общежития это ощущалось особенно остро, ведь там всегда было полно шума. Небольшой страх окутал его, достаточно ли здесь крепкий забор? Все же первая ночь на новом месте будет непростой: непривычно тёмная, тихая комната. В общежитии не было так темно, поскольку прямо над их окном всю ночь горел фонарь. А здесь только завывал ветер. В полутьме спальни можно было разглядеть шкаф со стеклянными дверцами посередине и деревянными по бокам. Когда Ариан протирал пыль днем, то ощущал запах настоящего дерева. Марк прошёл в комнату и прилёг рядом. Вместе с собой он принёс аромат уличной прохлады и дыма сигарет. Как только они заехали, он поставил на веранду пепельницу и вынес туда один стул. Ариан придвинулся к нему ближе, скользнул рукой под одеяло, нащупал член, который сразу стал твердым. Марк в последнее время редко начинал приставать сам, и Ариан порой обижался. Но сейчас он понял, что Марк просто не знал, как нужно себя вести. Он знал только один сценарий секса и не представлял, как бывает по-другому. Он привык не контролировать себя, не думать, полностью отдаваясь. Ариан сбросил одеяло на пол, избавил себя от пижамных шорт. Дотронулся до члена Марка, из которого сочилась смазка, размазал её по головке. Представив, как Марк раньше мог бы повалить его на эту кровать, отшлепать и грубо взять, Ариан приподнялся на руках и медленно опустился на его член. Он не видел лица Марка, было слишком темно, но слышал, как тот протяжно выдохнул. Марк вдруг задышал так глухо и тяжело, сделал пару толчков и заполнил его своей тёплой жидкостью. Ариан оцепенел, он сам даже не успел до конца возбудиться не то, что кончить. Он слез с Марка, и на простыне под ним образовался след от спермы. Много накопилось. — Ну, прости, — в голосе Марка были нотки смущения, а потом они оба рассмеялись. — А чего ты хотел? Знаешь, сколько я этого ждал? Член Марка только слегка опал, но остался твердым, а вскоре уже снова стоял и ждал продолжения. Та быстрая разрядка только сняла скопившееся напряжение, но возбуждение никуда не делось, а наоборот, росло с каждой минутой. — А если ты на спину ляжешь, удобно будет? — спросил Марк. А раньше бы он не стал спрашивать и просто бы повалил на постель. Этого не хватало, но потом все обязательно будет. — Удобно. Марк щелкнул светильник, и резко включённый свет заставил Ариана зажмуриться. Марка никогда не заводил секс в темноте, он предпочитал чётко все видеть, поэтому он поспешно освободил их от остатков одежды. Ариану показалось забавным, что из-за своего живота он не видел проникновения, а когда-то ему нравилось наблюдать за процессом. Он ощутил, как Марк легко вошёл в его проход, ещё влажный от спермы. В первый раз было чуть суховато с непривычки от долгого воздержания, а сейчас все было в самый раз. Вот теперь он ощутил то, что успел забыть за эти месяцы вынужденного воздержания. Его уносило далеко от реальности, и он полностью отдавался. Когда он делал приятно самому себе, то эйфория длилась считанные секунды, а сейчас он купался в удовольствии и никак не мог насытиться. Как бы хорошо не было, хотелось ещё, ещё, а потом его настиг тот самый желанный пик наслаждения. Марк прилёг рядом, вытирая об простынь свою липкую руку, которую Ариан ощущал на своём члене. Он лёг Марку на грудь, чувствуя как приятно между ног снова стекала свежая сперма. Прохлада обдавала вспотевшее голое тело, но одеяло валялось где-то на полу. Ариан так много хотел сказать, но и без слов все было понятно. Так прошёл первый день на новом месте и ему показалось, что это лучшее начало новой жизни. Все негативные воспоминания как будто ушли с переездом и теперь все обязательно будет по-другому.

***

В тени деревьев ранним утром было не так жарко и даже проблескивала свежесть, но палящее солнце освещало все вокруг и совсем скоро станет душно как в бане. Раньше Ариан не задумывался, насколько жарко было в этом городе уже к концу мая, ведь он переехал сюда в прошлом году ближе к осени. Он сидел во дворе их с Марком дома, пытаясь переварить, что каких-то полчаса назад услышал в кабинете врача. На плановом приёме гинеколог сообщил, что в его крови был обнаружен резкий рост уровня антител, которые оказывали негативное влияние на течение беременности. Именно поэтому ещё в первом триместре он был на грани от выкидыша. В тот раз в больнице ему тоже сказали про эти антитела, но он пил таблетки, за счёт которых все пришло в норму. Однако, каждые две недели сдавал анализы, чтобы контролировать антитела и, как выяснилось, они вдруг снова начали расти. — Вам требуется госпитализация, — врач, пожилой бета, протянул направление в стационар. — Но ведь по узи отклонений нет? — Ариан не ожидал такого поворота событий. — Пока нет. Но все может резко ухудшиться. Поезжайте домой за вещами и сразу едьте в роддом. До родов вас уже не отпустят. Полтора месяца в больничных стенах?! Раз так надо, то придётся терпеть, но была ли эта мера оправдана? — А что там будут делать? — спросил Ариан. — Анализы на антитела придётся сдавать каждый день. Раз таблетки не справляются, то они могут резко вырасти. Самое главное, дождаться хотя бы тридцати семи недель, а там уже можно вызывать роды. С такими проблемами не рекомендуется ходить дольше, - объяснил врач. Вызывать роды… Ариан слышал такие истории от знакомых, но был уверен, что его никогда это не коснётся. Ведь это так противоестественно и неправильно. Но раз для ребёнка так будет безопаснее, ему придётся с этим смириться. — Почему так могло произойти? Разве так бывает у истинных пар? — Ариан понимал, что его вопрос мог быть неуместен, ведь врач был бетой и вряд ли придавал большое значение истинности. — Ваш партнёр — это ваш истинный? — по лицу врача было отчётливо видно, что он искренне удивлён. — Да, — Ариана напрягла его реакция. — А ребёнок у вас не от него, что ли? — От него, — Ариана задели его слова. Но на самом деле так реагировал не только врач. Стоило ему поделиться с кем-то из знакомых своими проблемами с беременностью, они тоже удивлялись, что у истинной пары могли быть такие трудности. Но Ариан даже не представлял, что кто-то всерьёз может подумать, что в таком случае это не их с Марком общий ребёнок. — За сорок лет моей работы такого ни разу не было, — врач выглядел задумчивым. — Такие антитела, как у вас, больше свойственны для противоположной пары. Эта фраза прозвучала как гром среди ясного неба. Ариан пошатнулся на стуле, но промолчал, а затем взял направление на госпитализацию, попрощался с врачом и покинул кабинет. Как в тумане он сел в машину и доехал до дома, пытаясь гнать все мысли из головы и не отвлекаться от дороги. Успокаивало только то, что Марк два дня назад уехал в командировку и его не было рядом, потому что иначе Ариан бы не представлял, как ему себя с ним вести. Нужно было переварить все это наедине с собой. Противоположная пара… Сидя на веранде, Ариан прокручивал в голове всю их историю знакомства. Он увидел себя, такого юного и полного надежд, считающего дни до самой важной встречи в своей жизни — встречи с истинным. В тот вечер он как будто уже заранее чувствовал, что Марк и есть тот самый. У них все пошло по сценарию, к которому привык Ариан: знакомство вживую, небольшая прогулка и долгожданное уединение. И это был самый лучший секс в его жизни. Тогда, в свои восемнадцать у него было достаточно партнёров, чтобы так посчитать. И он сделал то, чего не делал никогда, он проспал всю ночь в крепких объятиях Марка. С другими альфами и он даже в течку после бурных соитий уходил ночевать в другую комнату. Так было с каждым, без исключения. Ариан мог отдаться любому, кто его привлекал, но он никого не подпускал к себе близко. И чтобы там Марк не говорил, но он стал тем самым первым. Первым, кому Ариан доверился и уехал вслед за ним в незнакомый город. Кому позволил управлять своей жизнью и принимать решения за себя. Думал ли он раньше о том, что это какая-то ошибка, и они не были истинными? В последнее время постоянно. В этот дом они переехали два месяца назад и за столько времени ремонт почти не сдвинулся с места, потому что — Ариану было стыдно признаться в этом даже самому себе — не пришли к компромиссу. Начиналось все хорошо, а потом выяснилось, что у них были совершенно разные представления об интерьере. Ариану хотелось сделать все комнаты в светлых тонах, стены покрасить краской в серый или бежевый цвет, мебель купить преимущественно белую, а ещё постелить ковролин в детской, а пол на кухне и в коридоре выложить кафелем. Марк не одобрял ни одну из его идей, он настаивал на обоях, что Ариан счел несовременным. Цвета Марк тоже выбирал какие-то не те, несуразные и яркие. А когда дело дошло до выбора кухонного гарнитура, то они обошли кучу магазинов, но не нашли ни одного варианта, который бы устроил обоих. Ариан был уверен, что Марк должен уступить, ведь он итак выбрал этот дом, а уж в обустройство мог бы не вмешиваться. Но Марк, прожив всю жизнь сначала в общежитии с родителями, потом в интернате, не имел возможности окружить себя такой обстановкой, которую всегда хотел, поэтому был непреклонен. Даже оставшись один в общежитии, он был вынужден обставлять комнату компактно, пытаясь уместить туда все необходимое для жизни. Ариан всё понимал, но раз это и его дом тоже, то он хотел жить в комфортных для себя условиях, а не смотреть на нелепые обои, которые так стремился купить Марк. Каждый раз они пытались найти общее решение, но кое-как смогли договориться только об оформлении санузла, а все остальное так и осталось стоять в недоделанном виде. Казалось, что самым простым решением было просто изначально купить два дома и сделать два разных ремонта, потому что договориться до чего-то с Марком было нереально. Но перед тем, как уехать в командировку, Марк сообщил, что раз до родов осталось всего полтора месяца, то он сам выберет все материалы и сделает так, как сам хочет, потому что откладывать больше было нельзя. А потом, когда Ариан стал возмущаться, то заявил, что это он купил дом и вообще сразу должен был делать ремонт так, как сам хочет. А дальше началось… И свелось всё к тому, что Ариан заявил, что Марк из-за своей жизни в общаге не видел нормальных интерьеров. А Марк в ответ на это стал причитать, для чего же это Ариан ушёл от перспективных любовников к маргиналу. Те дни, которые Марк провёл в командировке, они практически не общались. Разве что Марк спрашивал Ариана о самочувствии, на что тот отвечал кратко, не испытывая никакого желания вести с ним беседу. Противоположная пара, как сегодня сказал врач. Это означало, что у них должны были совпадать даты рождения с датой истинного, но либо у обоих, либо у кого-то одного отличалось время. Марк утверждал, что родился именно в 11:00 и в его документах было так написано. Одиннадцать утра было таким точным временем. Ариан помнил, как удивился, когда эти дата и время только появились на его руке. Он сам родился в 19:28, а 11:00 выглядело так точно, даже неестественно. Если бы это было, допустим, 11:07 и в документах Марка было написано именно 11:07, то вопросов бы не было. Появилось огромное желание расспросить у него о подробностях его рождения, но Марк мог и не знать этого, все же его папа умер, когда ему было одиннадцать. Знал ли дедушка? Возможно, но его тоже не было на этом свете. Может быть, Агнес был в курсе? Вспоминая этого омегу, который при каждом удобном случае пытался то обидеть, то подколоть, то посмеяться, Ариан очень сомневался, что он вообще станет что-то ему рассказывать, тем более такое личное. Но он был просто обязан докопаться до правды, ведь это могло означать, что где-то на этом свете есть его настоящий истинный. От этой мысли все внутри холодело. Неужели Марк был не тем? Неужели Ариан совершил огромную ошибку, что уехал с ним и так сильно изменил свою жизнь? Но он почувствовал в Марке своего истинного на первой встрече или… просто внушил себе это? Ведь было столько отталкивающих моментов. Сначала его смутила реакция Марка на то, что он не первый, потом Ариан был в шоке от общежития, а потом у них появилась куча разногласий. А дальше первая течка, проведенная вместе. Это были незабываемые дни, неповторимый отпуск на море, но какие последствия он принёс. Ариану вдруг стало смешно от мысли, как он раньше боялся врачей и не решился на аборт. За беременность ему пришлось пройти через столько различных осмотров и манипуляций, что от страха ни осталось и следа. И если родов он раньше совсем не боялся, зная, что для истинной пары — это самый, что ни на есть, лёгкий и естественный процесс, то, сейчас на тридцать четвёртой неделе впервые ощутил реальную тревогу. Он слышал, что у противоположной пары чаще всего даже не было детей, только сплошные выкидыши. Роды, скорее всего, тоже пройдут тяжело, но Ариан заставил себя не поддаваться панике. Ему не терпелось встретиться со своим ребёнком и взять его на руки. Совсем скоро в его жизни появится по-настоящему близкий человек, которого он уже так сильно любил и боялся потерять. Ариан не был привязан к своей семье, а из-за постоянных ссор с Марком все чаще думал о расставании, поэтому его сын станет самым важным человеком в его жизни. — Ариан? Внезапно раздавшийся голос заставил вздрогнуть. Перед ним стоял Марк с дорожной сумкой. Ариан даже не слышал, как он вернулся. — Ты уже был у врача? — спросил Марк. Пришлось рассказать все, что ему сказали, только слова о противоположной паре Ариан упустил. Сейчас было совершенно не то время, чтобы выяснять отношения и докапываться до правды. Они вернутся к этому разговору позже, но пока это следует отложить на потом. — Это так серьёзно? — кажется, Марк был обеспокоен. — Не знаю пока, в больнице точно скажут. — Так чего ты сидишь? Пойдём собираться, я тебя отвезу, — Марк направился в дом, и Ариан последовал за ним. — Но ты же с четырех утра был в дороге. Марк махнул рукой и принялся искать нужные вещи. Ариан посмотрел на голые стены, откуда были содраны все старые обои. В его отсутствие Марк сможет доделать ремонт и воплотить все свои идеи в реальность. Он решил больше не затрагивать тему ремонта, все равно они ни к чему не придут. Слишком много у них было разногласий, а сколько их ещё впереди. Они по-разному смотрели на этот мир. Противоположная пара. Это было похоже на правду, ведь ничего общего у них не было. Ариан не понимал, как объяснить, почему его так сильно тянуло к Марку. Почему после каждой ссоры он думал, что это конец, но что-то всегда заставляло его передумать. Он как будто не мог жить без Марка, но и с ним оставаться было тяжело. Было ли это взаимно? Что думал Марк, чувствовал ли он в Ариане своего истинного? Что вообще будет дальше, после этого известия, что, скорее всего, они на самом деле не те, кто предначертан друг другу? Оставалось только гадать.