Глава 9. Глеб.
10 апреля 2025 г., 16:21
2015 год.
— Это чё за хуйня, блять? — повторяет Бумагин. Ответа у меня на его вопрос сейчас точно нет, а вот шок и стояк имеются. Взгляд Панка мечется от меня к Артёму, который просто склонив голову вниз и оперившись о кухонную тумбу, явно обдумывает что сказать. — Просто скажите, что мне это нахуй показалось от похмелья и всё, умоляю, — жалобно произносит Бумагин. И только я хотел открыть рот, чтобы утвердительно ответить темноволосому, как в тягомотной тишине кухни раздаётся хриплый голос Кулика. — Тебе не показалось. «Ты идиот?» моментально проносится в мыслях, ведь в голове уже сложилась идея: согласиться с Данилом, что ему просто показалось что-то не то, сделать вид что дурак и вообще мы с Куликом шуткой пизделись за бутылку вина, а Панку надо меньше пить, чтоб всякое не мерещилось. Но было уже поздно из-за Артёма Бульваровича, который устремил сейчас свой взгляд в Даню, будто играя в гляделки. А играть в эту игру с Депо было бессмысленно, ведь его взгляд всегда было сложно вынести окружающим. Так и случилось, Панк отвёл глаза и усмехнулся. — В смысле? — В прямом, я и Глеб делали то, что ты видел, — пугающе спокойным тоном произносит Депо. — Вы сейчас реально сосались, блять получается? — в голосе Дани улавливается истеричность, будто то что он сейчас произнёс вслух, самое нелепое, что он говорил за всю свою жизнь. — Да, я и Глеб сейчас целовались, а ты помешал, кстати, — снова спокойный и ледяной голос Кулика, я не выдерживаю. — Так! Никто не с кем не целовался, Депо с утра уже объебанный и несёт хуйню, мы просто пиздились за бутылку винища, — киваю на бутылку, что всё это время стояла на столе, позади меня, — ты сам чтоль ёбнулся, как ты мог вообще представить, что мы с Тёмычем сосёмся, совсем кукуху пропил что ль? На мою реплику Артём лишь усмехается и закатывает глаза, а Панк выдыхает будто с его плеч свалился огромный груз. — Ладно я, но хули Депо подтвердил и вообще, что за стон был несколько минут назад на всю квартиру, Глебыч, это был ты, я уверен, — спрашивает Даня. — Вообще-то... — начинает Кулик, но ответить ему и наговорить очередную хуйню, я ему не даю и перебиваю. — Молчать! Съеби на балкон, проветрись, — рявкаю я на Артёма, от чего тот меняется в лице, он явно не привык, чтобы я повышал на него голос, и вообще командовал, но и я не привык, что Кулик, который всегда выступает голосом разума, резко растерял остатки здравомыслия. — Так значит? — ухмыляясь спрашивает меня Тёма, направляясь в сторону балкона, — В пизду вас, хотя нет, — он останавливается, — Тебя Даня в пизду, что врываешься без стука, а тебя Глеб просто нахуй, — произносит Депо и хлопает деревянной дверью. Мы с Бумагиным остаёмся наедине, я выдыхаю и сажусь на стул, делая глоток вина. Что это сейчас было — хуй его знает, но голова взрывается. Спасибо ебучим шортам, что больше на пару размеров, благодаря которым Бумагин не заметил моё возбуждение, которое от шока спало нахуй только сейчас. — Так ты ответишь мне на мой вопрос? — спрашивает Панк и садится напротив. — Какой? — Что за стон был и почему Артём сказал, что мне не показалось? — Данил тянется ко мне за бутылкой и я ему её передаю. — Это был не стон, а просто мой вскрик, ибо Бульварыч наступил мне на ногу... — Хуёво звучит, если честно. — Как есть, а то что он подтвердил... Блять, он с утра объебанный, хотел догнаться вином, я не дал, начал беситься, вот и всё. — По нему, если честно и не скажешь, что он объебанный, — задумчиво произносит Панк из-за чего получает в подарок мой злой взгляд в свою сторону. — Хочешь верь, хочешь не верь, но это скучная ситуация правда, как вообще можно было подумать о пидорстве, фу, — отвечаю Дане и погружаюсь в ноутбук, давая понять, что разговор закончен. Брюнет хмурится, явно обдумывая всё произошедшее. — Наверное ты прав и мне пора переставать пить, в пизду. Никакого алкоголя. — О, это значит ты и сегодня на новоселье с доупклабом не пьёшь? — Это другое, — усмехается Данил и делая глоток красного полусладкого, выходит из кухни. Как на ходу сочинённая ложь сработала — хуй его знает, ибо я сам бы не поверил во всё сказанное мной, на месте Панка, но видимо похмелье нихуёво ебёт ему голову, что он просто согласился и свалил. Через пару минут сзади меня раздаётся противный скрип двери балкона и обернувшись, вижу Артёма, который одарив меня секундным взглядом, закатывает глаза и направляется к выходу из комнаты. — Тём, — шепчу ему следом, на что он не поворачиваясь ко мне, показывает средний палец и выходит из комнаты. Это типа он обиделся? Мы в ссоре? Что это значит? Мы никогда особо не ссорились, могли спорить сильно, но чтоб ругаться — нет. Я мог игнорировать Артёма из-за того, что витал в своих мыслях и занимался ненужной рефлексией, но чтобы Кулик так себя вёл? Да ну нахуй. Тем более на что обижаться? Он сам повёл себя неадекватно, я выкрутил ситуацию в нормальное русло, ибо что было бы, если бы Данил всё понял. Он бы, во-первых, однозначно бы отвернулся от нас, во-то вторых, ещё бы и растрепал по пьяне, а это конечная. Спустя несколько недель затишья в написании песен, зарисовок, черновиков и работы только над готовым материалом для совместного альбома с Тёмычем «Плакшери», я наконец-то снова пишу. Не знаю во что это выльется, но для будущего сольного релиза, который не факт, что вообще выйдет, готово, как минимум 3 песни: «Клюква», демку которой, как я заметил до дыр заслушал Тёма и называет её в шутку «Черешня»; «Фосфор» и «Мотая на кисть», текст к которым был накидан ещё в июле. Хочется сделать что-то концептуальное, чтобы не как у всех — сборник песен, а история, как получилось до этого на «Dolor», но совершенно иная, хотя такая же трагичная. Если на предыдущем альбоме, получилось показать боль, через агрессию, страдания и путь к признанию моего творчества, то сейчас пишется только о любви. В голове уже есть примерный план, того о чём я хочу рассказать. Эта история мне как-будто приснилась: герой-одиночка, бродящий во тьме леса, отбивающийся от нечисти и прочего дерьма, думающий лишь о смерти, встречает любовь, нечто светлое во мраке, что спасает его. Они борются со всей хтонью вместе и в конце умирают по своей воле, чтобы слиться в единое в небытие. В голову транслируется нужный текст с важными смыслами от произошедшего сейчас, который я сразу же записываю в заметки ноутбука:«Я найду тебя там, где цветёт туман,
Чтоб почти как раньше вместе засыпать,
Я избавлюсь от мучений до утра,
Мир не рухнет, просто меньше на торчка,
Детка, ты же знаешь, я не мог тебе врать, я
Детка, я молю, не уходи без меня, я
Когда нашу кровь в себя впитает простыня, я
Сырой землёй я буду тебя обнимать»
Из моих размышлений меня выдёргивает хлопок входной двери, бросаю взгляд на часы на экране, в творческом трансе я провёл около часа, поэтому неудивительно, что гости успели уже приехать. От приподнятого настроения, которое было с утра не осталось и следа, уже нет желания тусоваться, хочется просто запереться на сутки в комнате и писать. На кухню, как ураган врывается Кара вместе Глебастой и Бейсиком, я быстро захлопываю ноутбук и разворачиваюсь к ним. — Привет, — радостно верещит брюнетка и обнимает меня, парни же по очереди жмут руку. — Ты чего не встречаешь? — интересуется Макс. — Да, я работал, забейте, что купили? — спрашиваю я. — Сегодня хуярим вискарь, — и в подтверждение своих слов Решетнев достаёт из пакета две бутылки с алкоголем. — Супер, тогда сейчас я переоденусь и увидимся в гостиной, — тихо шепчу я и выхожу из кухни. Тусовка проходит в своём традиционном формате, все уместились в гостиной, кто-то на диване, кто-то на полу, я же расположился у кресла, на котором в позе лотоса расселся Артём. За всё время он не проронил ни слова в мою сторону, на мои вопросы и обращения — делал вид, что не слышит, и кажется никто кроме меня не замечал такое отношение брюнета ко мне. С каждым проявлением холодности ко мне, становилось всё обиднее и поэтому я забил и перестал обращать внимание на Кулика. От алкоголя с каждым стаканом становилось всё теплее и расслабленнее, ребята уже во всю смеялись с каких-то историй и шуток от Феди и Зимова, а пицца которую заказал Данил почти кончилась. — Глеб, ты чего такой хмурый? — спрашивает между делом Кара, которая сидит у дивана. — А? Я просто слушаю вас, — улыбаясь, вру я. — Если что-то не так, ты знаешь с кем ты всегда можешь поговорить, — отвечает брюнетка и протягивает мне свой кулачок, который я отбиваю, молча соглашаясь с её словами. — О, Фарыч, — внимание самого гиперактивного в компании сейчас, Феди оказывается на мне, — Карин, не переживай о малыше, смотри какой у него засосище на шее, думаю его небольшая депрессия окончена не так ли? Расскажешь, что за малышка оставила это? «Блять». В голове, как кат-сцена проносится утренний инцидент, когда безумие и вожделение затуманило мозг, хотелось всего Артёма и сразу, он ощущал видимо похожие чувства, раз в грызся в мою шею. Сотни версий вранья калейдоскопом крутятся в голове. — Да, Глеб, расскажи, что за малышка? — глубокий и хриплый голос Артёма, раздаётся за моей спиной. Он однозначно издевается. — Забейте, — неловко усмехаюсь я, — просто знакомая одна, ничего интересного, — попытка отмахнуться второй раз за день, кажется провалена, ведь на меня направляется, изучающий взгляд Данила. — Так ты дома сидишь всё время, когда успел? — спрашивает он. — Наш пострел везде поспел, — говорит Тёма, а у меня кончаются слова, чтобы парировать всё сказанное раннее. Спасибо алкоголю, благодаря которому через несколько секунд тема разговора сменяется на другую. Я поправляю ворот худи, чтобы как-то спрятать пятно на шее и снова ловлю задумчивый взгляд Бумагина на себе и Артёме, что сидит позади. Кажется, у него сложился пазл. Резко раздаётся звонок в дверь, кажется эта ещё одна порция пиццы, которую заказали и я решаю исчезнуть с глаз Дани, хотя бы на минуту. — Я открою, — говорю я и направляюсь к двери. Быстро забрав еду и расплатившись с курьером, собираюсь вернуться в общую комнату, но разворачиваюсь и вижу Панка в коридоре, который направляется в сторону туалета. — Глеб, вчера днём и сегодня утром, до того, как Артём проснулся, — последние слова он выделяет голосом, — у тебя не было засоса, — констатирует факт Бумагин и молча захлопывает за собой дверь в туалет. Он догадался, а я хуёво вру. Стресс кажется достигает самой верхней планки, но деваться сейчас некуда, поэтому я возвращаюсь обратно к друзьям. Спустя время следом за мной в компании появляется и Данил, который быстро осмотрев меня и видимо сделав вывод по моему хуёвому состоянию, отворачивается и включается в диалог с парнями и Карой. Артём и я — единственные кто молчит, всё его напускное веселье испарилось. — Что с «Плакшери»? — резко раздаётся голос Макса, выводя меня из транса. — Да потихоньку, — отвечает Тёма, — почти всё готово, доделывать будем после концерта Глеба в Москве, думаю в конце декабря или начале января выпустим, пока взяли небольшой перерыв, ибо уже кукуха отъезжает. Отдыхать от творчества надо. — А над чем тогда ты работал, когда мы пришли? — обращается ко мне Карина. — Над своим, — отвечаю я. — Ты в параллель с совместным альбомом ещё что-то готовишь или просто? — спрашивает Федос. — Да. — Тём, ты в курсе этого? — интересуется Макс. — Немного, — слишком неуверенно отвечает Депо. — О, Глеб, а может включишь что-нибудь из своего нового, если есть конечно, — радостно спрашивает Карина, с неподдельным интересом смотря на меня. — Я..я.., — пытаюсь слиться я, но Артём решает впервые за несколько часов обратиться ко мне и перебивает. — Включи им черешню. — Это клюква. — Да хоть вишня, включай давай, — шутит Федя. Мне не остаётся ничего, кроме того, чтобы достать телефон из заднего кармана и нажать на кнопку «Play». Из динамика раздаётся сырая демка, а сзади меня появяляется небольшое тихое мурлыканье Артёма, который подпевает на припеве:«Я отравлен, отравлен
Я отравлен тобой»
— Красиво, — как только заканчивается песня, говорит Карина. Ребята соглашаются с девушкой, только один Панк вновь задумывается и стреляет глазами, то на меня, то на Кулика. — Есть ещё что-нибудь? — спрашивает Глебаста и я киваю, ведь вторую песню я готов показать, ибо она не такая личная. — Да, мы с Панком недавно почти добили ещё одну и закинули Вите Техно, чтобы влетел на фит, — говорю я и включаю «Мотая на кисть». — Охуенно, — подытоживает после прослушивания Зимов, на что я смущенно улыбаюсь. К вечеру тусовка переходит в настоящую безумную пьянку, ведь по рукам начинают гулять бланты, а на квартире появляются пару лишних девчонок, подружек Карины, которых было решено позвать, чтобы было веселее. На диван уже раз десять был пролит алкоголь из-за чего Даня ругается и ноет, что такими темпами он будет ночевать на полу. Артём продолжает меня игнорировать, в основном проводя время с Федей, Глебастой и Максом. Панк засел с девчонками, обсуждая какую-то хуйню, а ко мне подсел достаточно пьяный Зимов. — Вы что с Тёмой поругались что ли? — спрашивает он. — Нет, с чего ты взял? — Ну вы обычно на тусовках друг от друга не отлипаете, два по цене одного, вся хуйня, постоянно уходите от всех базарить на балкон или ещё куда, я такие моменты подмечаю, — отвечает Никита. — Всё в порядке, мы и так живём вместе теперь, поэтому времени вместе проводим достаточно, даже слишком много, — парирую я. — Не ругайтесь пожалуйста, — тихо шепчет изрядно выпивший Никки, утыкаясь мне в плечо, его явно рубит, — вы мне нравитесь. Не зная, как реагировать на такой вброс парня, я лишь киваю. Ближе к ночи поступает очередное ебанутое предложение от Айсика. — Погнали гулять! Основная масса компании сразу соглашается с предложением Оралова, я же думаю отказаться. — Я пас, — отвечаю я, — я наверное спать пойду. — Заебал, ты сколько дней или недель из дома не выходил? Можешь не отвечать, знаю, дохуя. Собирайся и погнали. Идут все! — кричит Федя, а я потихоньку пячусь в сторону нашей с Тёмой комнаты. — Нет, не хочу, правда, я пойду спать, — пытаюсь настоять на своём я. — Глеб, пойдём, — второй раз за вписку обращается ко мне Артём, — если захочешь потом уедешь домой, я закажу тебе такси, но тебе правда пора начать выходить из своей обители. — Хорошо, — против Артёма я сказать ничего не могу. Спустя полчаса мы оказываемся на улицах ночного Питера, оставив в квартире только Никиту, которого не удалось разбудить. Депо с Федей забегают в ближайший РусАл где берут несколько бутылок вина и пару пачек сигарет и мы направляемся неведомо куда, ведь конечной точки нашего небольшого путешествия нет. Все веселятся, смеются и дурачатся, у меня настроения даже изображать такое поведение — нет. Поэтому слегка отбившись от компании, я иду позади, залипая в ленту Твиттера. Нужно ещё полчаса для виду потусоваться с ними и свалить всё-таки домой. План был бы удачным, если бы меня не заметил Данил, с которым разговаривать сейчас, я если честно боялся. — И чего ты? — спрашивает Бумагин, подходя ко мне и протягивая бутылку вина. Мешать алкоголь сейчас хочется меньше всего, но деваться некуда, поэтому я делаю глоток из бутылки. — Да ничего. — Клюква, которая черешня про него ведь? — Догадался? — Сопоставил факты, не более, — пожимая плечами отвечает парень. — Да про него, летом написал, когда скучал и пытался разобраться в себе и своих чувствах, — честно говорю я. — Хочешь возьму клюкву в работу? Мне кажется выйдет вкусно, — предлагает Даня. — Ты серьезно? — удивляюсь я его реакции, буквально на то, что я сознался в непонятной хуйне между мной и Артёмом. — Да, а что не так? — Панк вновь делает глоток вина. — Ну я если честно от тебя иной реакции ожидал. — Я всё ещё в ахуе, да, но подумал и понял, это ваше дело. Знаешь развитие ваших отношений как-будто выглядит логично, не смотря на ваш пол и прочую хуйню, давно вы... Ну это самое, вместе? — Не знаю, с мая где-то началось всё это, — пожимаю плечами я. Точной даты, как у обычных парочек у нас нет, потому что вот этих детских «предложений» встречаться не было. — Я думал раньше, мне кажется, если бы кто-то из вас был девчонкой, вы бы поебались при первой встрече, — хихикает Данил, а меня моментально бросает в пот от мыслей о сексе. Я старался особо не думать о том, куда идут наши отношения в этом формате, ведь рано или поздно это должно случится. Все эти поцелуи, которые перестали давно быть баловством, стали часто перерастать в страстный порывы и петтинг, но дальше каждый из нас не заходил, кроме сегодняшнего случая, когда Тёма впервые дотронулся до меня. Я не понимал, что делать дальше, ибо до этого у меня был сексуальный опыт только с девушками, как и у самого Артёма. Обсуждать секс с Депо было неловким и пугающим, поэтому оба не поднимали эту тему. Пока Кулик пропадал на работе, я один раз попытался загуглить информацию о том, как это проходит у парней, ибо одно дело шутить про еблю в жопу, другое понимать, что ты с этим столкнёшься в возможном будущем. Советы на форумах походили на поток шизофренического бреда, поэтому смирившись со своим положением, я полез на порно-сайты. После просмотра пары роликов, могу сказать одно — я не гей, ведь действо что происходило на экране меня не то что не возбудило, но и вызывло отвращение. Просто Артём исключение из правил и моей психики, я точно гетеросексуальный парень, просто к гетеросексуальности добавляется один бритологовый невысокий уфимец. Из моей задумчивости меня выводит в очередной раз голос Дани. — А почему на самом деле злится твой папа? Явно же не из-за учёбы, учитывая то что Депошка его уебал, как пацаны сказали. — Угадай с одного раза. — Из-за ваших муток? — Папа про них не особо в курсе, просто когда ворвался в квартиру, увидел меня в кровати в обнимку с Тёмычем, вот и взбесился. — Он не взбесился, а ебанулся в край, не боишься в Москву на концерт ехать, он же наверняка заявится? — Не боюсь, уже смирился, Джей обещал охрану захуярить, плюс упоминал что-то о личном охраннике, но это уже Тёмыч договаривался, я был в отрубе. — Артём с тобой поедет? — Ещё утром я думал, что да, но учитывая ситуацию, уже сомневаюсь. — Да поедет, куда денется, мы ему такую черешню, ой клюкву захуярим, что отойдёт. Хорош загоны ловить, пойдём к ребятам, — Даня потянул меня за предплечье в сторону компании, которая достаточно отдалилась. После небольшого разговора с другом мне стало легче, как я понял Бумагин принял меня и всю мою ситуацию с Депо и это было так приятно. Всё это время мне нужен был кто-то, кому бы я мог высказаться и рассказать про это, но страх был выше, теперь Панк знает и я знаю, что меня всегда поддержат. На улице начинает светать, количество алкоголя в крови зашкаливает, в голове пустота и хочется творить лютую хуйню, на которую подбивают пацаны. Мы засели на лавочке у падика в одном из дворов, кто-то отрубился и задремал, кто-то слушал музыку на телефоне, а я блять решил поспорить с Федей и теперь должен залезть на козырёк парадной. Зачем? Не знаю, но зато весело ведь, да? Сообразив, как сделать это, я полез по трубе наверх. Минута усилий и дело сделано. Сам козырёк был явно не рассчитан на то, чтобы на него лазали и начал подозрительно скрипеть, на что отреагировал сразу же Артём, который всё это время молчал. — Сука, слазай! — Как? — испуганно шепчу я, ибо спуститься по той же трубе явно не получится, я просто по ней съеду или ёбнусь, а лететь 2 метра, как минимум стрёмно и пугающе, хоть и не смертельно. — Да, блять! — воет Артём, начиная бегать у подъезда, думая как решать ситуацию. — Глеб, попробуй сесть и ноги свесить, может так козырёк перестанет шататься и скрипеть, — советует Федя, явно напуганный происходящим. Я следую его предложению, но от моей попытки принять сидячее положение эта хуйня подо мной начинает трещать ещё сильнее. — Блять, Федос, иди нахуй со своими советами, он из-за тебя на эту хуйню забрался, нашёл с кем спорить, блять, — Бульвар явно психует, — Глеб, стой на месте и не двигайся, сейчас придумаю. Я киваю в ответ Артёму и закрываю глаза, чтобы успокоиться. — Так, Бейсик, помоги, — Макс подходит к Артёму и тот что-то ему начинает объяснять, — Глеб, прыгай, мы поймаем, тут лететь нет нихуя, — парни вытягивают руки. — Вы совсем ёбнулись? — Прыгай блять, я тебе сказал, хоть раз за день послушайся меня, — угрожающе говорит Тёма и смотрит своим испепеляющим взглядом, которого я боюсь, поэтому закрыв глаза, прыгаю. — Видишь, всё хорошо, — парни меня поймали, я сразу же встал на ноги, Бейсик отошёл отряхнуться, а Артём продолжал обнимать меня и успокаивать. — Спасибо, — шепчу я ему в макушку. — Так, финита ля комедия, мы домой, хватит сегодня приключений, мне на работу через пару часов, а пиздюкам пора спать, — говорит Кулик, выбираясь из объятий, — Панк, сука, подъём, — пинает легонько по ноге он Данила, который распластался на лавке. Через полчаса мы оказываемся дома, кое-как разложив диван в гостиной и уложив на него пьяные тела Панка и Зимова, мы с Тёмой молча уходим в нашу комнату. В тишине мы оба раздеваемся и ложимся на кровать. Депо отворачивается от меня, что непривычно, ибо обычно я засыпаю, обнятый кольцом его рук. Именно поэтому уснуть не получается, проворочавшись несколько минут — сдаюсь и сам поворачиваюсь к брюнету, обнимая его со спины, уткнувшись ему в волосы, шепчу. — Прости меня. — И разве это было сложно? — бормочет Бульвар. — Нет, Даня в курсе, если что. — И как он? — Нормально отнёсся, так что проблем не будет. — Отлично, а теперь, пожалуйста, закрой ебальник и давай спать, мне вставать через час. Днём меня будит звонок в дверь, Кулика явно давно нет дома, а Панк скорее всего ещё спит, поэтому плетусь открывать. На пороге вижу Джонатана и какой-то полный чувак. Мы здороваемся и пропускаю их в квартиру, после чего бегу будить Данила, который оказывается на диване один, видимо Зимин съебался утром. — Знакомьтесь, это Коля, ваш с Артёмом охранник, Глеб, на ближайшее время, пока твой папаша не успокоится. До концерта пару дней, поэтому было решено, что эти дни мы проведём здесь, заодно сопроводим в дороге. — Извините, а кем это решено? — возмущаюсь я. — Мной и Артёмом, он тебе не говорил, про то, что ему пишет твой папаша? — Нет...
