Night Of Sins. Grow The Rival

«Скайлан 34-ый. Ярко синий» Господи, да за что Тэхену это… Точная копия машины Дина прямо перед глазами, как будто бы сделанная точь-в-точь как та самая специально, чтобы вывести его на эмоции прямо перед десятками людей. Мако неотрывно буквально пялится в сторону этого проклятого Ниссана, глаза его, к счастью, скрытые под тенью ночи от лишних глаз, на самом деле выражают ужас. Он не видит, кто именно сидит за рулем, но голову настойчиво начинают посещать нехорошие, и даже нежеланные мысли о том, что сейчас эта машина остановится, и из нее выйдет сам Квон Хёк, живой и невредимый. Тогда Тэхен побежит к нему сломя голову, превратиться все в того же 19-летнего мальчишку, будет несдержанно кричать о том, как он скучал, обнимет крепко-крепко, будто с боязнью, что человек в руках его растворится, и поцелует при всех без всякого стеснения. Навязчивые нереалистичные грезы его разрушаются вышедшем из Скайлайна незнакомцем. «Гоняться приехал» - сразу думает мужчина. Повидал уже на своем веку таких заезжих достаточно, так что нисколько не удивляет и не заинтересовывает. Все внимание его только на автомобиле. Он все еще заведен, фары его горят теплым бледно-желтым светом, мотор размеренно тихо рычит из-под капота. Сколько воспоминаний и боли может побудить один лишь цветной кусок железа. Сколько эмоций он вызывает одним своим видом, настолько завораживает и гипнотизирует, что реальность начинает ощущаться по-другому. Словно в вакууме он слышит, как вся парковка внезапно начинает громко вновь и вновь кричать его имя. И замирает. Он? Гоняться с этим? Да ни за что. И нет, он не боится собственных воспоминаний, он боится собственных эмоций. Опасается того, что с ними не совладает. Усложняло ситуацию и то, что это, по большому счету, были не его собственные чувства. Это были эмоции совсем юного Тэхена, однажды потерявшего свою любовь таким жестоким образом и не сумевшего до конца с этим смириться. Это, пожалуй, признать легко. Но противостоять этой шумной активной толпе он не в силах. Поэтому Мако делает шаг навстречу незнакомцу, а в голове прокручивает план того, как же ему избежать гонки. - думаю, я не тот, кто Вам нужен, - склоняется он к мужчине и бормочет, - есть человек, который победил меня. Чон Чонгук, - палец его устремляется на стоящего с краю юношу. Гук подходит. У него очевидно нет машины (что ж, отсутствие этой фиолетовой бестии, признаться, было трудно не заметить). Это ожидаемо, ведь еще вчера они сами говорили о том, что есть риск не успеть закончить ремонт. Это довольно веская причина, чтобы не участвовать в заезде, но у него самого причина еще серьезнее. И пусть он побудет немного эгоистичным и безрассудным, слегка драматичным, но точно не будет в это ввязываться. Не ясно, к чему это вообще может привести. В лучшем случае - к поражению. Он почти не смотрит на водителя Скайлайна, когда тот начинает возмущаться, но очень внимательно и без стеснения всматривается в лицо юноши рядом с ним. Чон Чонгук за рулем его Супры - ночной кошмар или вполне вероятный исход событий этой ночи? Мужчина сильно колебался. Он, пребывая в абсолютном ступоре, начал сомневаться в своем недавнем решении. В голове неосознанно бесконтрольно прокручивались самые разные варианты результатов такого тандема. Одни были крайне неутешительны, а другие стойко боролись с ними и с его тревогой. Прежде он доверял машину свою только Дину, и потому был максимально не уверен. Но Гук прямо сейчас казался единственным спасением, и самым лучшим вариантом. И несмотря на многочисленные плохие мысли по поводу вверяния своей Тойоты этому легкомысленному молодому человеку, выхода иного как будто и не оставалось совсем. Тогда Мако вздохнул, схватил руку Гука и впихнул в ладонь ему свои ключи. В чужом взгляде сейчас читалось смятение, удивление и какое-то странное недоверие. Будто он не мог понять, что именно собирается делать старший. Это единственный выход на данный момент. Чтобы просто не видеть этого Ниссана больше. С непередаваемой тоской он смотрел на поблескивающий синевой строгий геометрический корпус тихо рычащей на месте Годзиллы. Фарами своими та заглядывала ему прямо в душу, открывала самые сокровенные дверцы, и играла на тонких хрупких струнах его угасших бурных подростковых эмоций. Борясь с этими чувствами, он с еще большим беспокойством смотрел за тем, как за руль его автомобиля садится другой человек. Пока все еще не приходит осознание, что младший будет в гонке на Супре. Пока есть ощущение, что он просто там посидит и выйдет. Кажется, все остальные присутствующие не могли поверить своим глазам. Стоило только машине Мако и Скайлайну встать на стартовую линию, на них обоих устремились десятки камер телефонов. И на него самого в том числе. Он стоял рядом с Гуком, держась рукой за белоснежный корпус своего творения, будто в попытке заверить его, что все будет хорошо. В попытке извиниться, что предает его в чужие руки. В руки бесшабашного студента. Но Чонгук справится. Это не горная дорога, и не такая уж и сильно отличная от его Сильвии машина. По крайней мере, тот же самый правый руль, тот же задний привод, и очень схожие двигатели и характеристики. Фактически, ему нужно было привыкнуть только к характеру Тойоты. Она такая же, как ее хозяин. Строгая, иногда может специально играть недотрогу, но если с ней хорошо обращаться и показывать заботу, она превращается в самое преданное и мягкое создание, которое готово стараться во имя человека на водительском сиденье. Ее нелегко узнать, но к ней стоит привыкнуть. Она может быть капризной, и стоит знать подход к этим капризам, чтобы полностью совладать с ней и раскрыть этот бесконечный потенциал. И ему все же казалось, что у его некогда «подопечного» это получится прекрасно. Он видел ее десятки…Нет, сотни раз в действии, видел то, как она работает. Возможно, сознательно он своей головой не дошел до анализа ее исполнения, но глубоко в подсознании, скорее всего, уже понимал принцип будущей их синергии. Смотреть на нее со стороны было настолько же непривычно, насколько Чонгуку - сидеть там за рулем. Он слышал и чувствовал чужую неуверенность, несмелые пробные нажатия на педаль газа и подбор нужного положения сцепления для старта. Это заняло немного времени. По крайней мере, стоило только Мако опомниться от своих глубоких раздумий во время внимательного разглядывания прямоугольного зада 34-го с парами любимых им круглых фар, как тот уже зарычал нетерпеливо и тут же ринулся вперед, оставляя его одного стоять в быстро рассеивающемся неприятном белом дыму. Смотреть на это он не горел желанием. Поэтому стремительно быстрым шагом направился к машинам своих друзей. - Мако-хён, - послышалось где-то сзади, - Мако-хён, - вторил голос. Мужчина обернулся. Минги стоял неподалеку и смотрел на него с неподдельным интересом. - чего? - слегка грубо и отстраненно кинул тот. - тебе не страшно так доверять машину Гуку? - поинтересовался юноша с совершенно наивным тоном голоса, - и почему ты вообще сам не поехал? - не хочу просто, вот и все. А Чонгука нет машины, и я решил дать ему свою. Он неплохой гонщик, я доверяю ему, - Мако фыркает недовольно и отшатывается назад немного, когда Сон неожиданно делает подозрительно большой шаг в его сторону и встает почти вплотную. - правда? - усмехнулся Минги и склонился поближе к его уху, - а мне кажется ты испугался, Тэхен-хён, - без издевки проговорил вполголоса он и тут же выровнялся, заглянув в чужие моментально огруглившиеся глаза. Мужчина стоял, глядя на него в упор, и не мог произнести ни слова. От упоминания его имени его вдруг передернуло, прошибло тысячами ударов током, и он шокированный уставился на младшего в попытках сказать хоть что-то в свое оправдание. Это было неизбежно. И вполне ожидаемо. Сон Минги - человек, который провел с ним бок о бок больше половины его жизни, просто не может не узнать его. Но как именно? - как ты…? В какой момент? - бубнит Мако. - мне показалось странным, что ты отдал машину другому человеку, и я внимательно наблюдал за вами. Тогда же я увидел твои эмоции при взгляде на этот Скайлайн. И знаешь, нужно быть абсолютным дураком, чтобы это не понять. Я, может быть, и не вглядывался в твое лицо до этого, и едва ли тебя видел рядом со мной и слышал твой голос, но сегодня - самый показательный момент. Потому что я сам чувствовал себя не очень из-за появления этого Гичоля. - что ж, ты, наверное, единственный, кто в полной мере понял, в чем проблема в этот момент, - мужчина печально усмехается и опускает глаза, словно стыдясь этого. - конечно, хён. Я видел эту машину в своих ночных кошмарах, она преследовала меня, я по кругу смотрел на эту гонку и на тот горящий Скайлайн снова и снова. И каждый раз, как я вижу их на дорогах, благо, не часто, меня передергивает, - Минги губы сжимает и всматривается в глаза напротив, - надо же, ты и правда стал легендой здесь. Думаю, Дин бы тобой гордился. Ты бы смог, наверное, легко его обыграть. Вот ведь, вырастил он себе соперника, а застать его триумф не успел. Уверен, он наблюдает за тобой сверху. За каждой твоей гонкой. - я обещал ему, что стану лучшим в этом, - хмыкает тот с той же горестью, - если и смотрит, то, наверное, ужасно ревнует. Он ведь всегда был ревнивым. - к кому? - к Чонгуку. Я позволяю Чонгуку почти все, что позволял Дину. - и чем же он заслужил такое отношение? - Сон вдруг изменился в лице и хитро улыбнулся. - я не уверен, что хочу тебе это рассказывать. Я хоть и доверял тебе добрую половину своей жизни, но все-таки сейчас ты слишком далек от меня. Мы не знаем друг друга. - он тебе нравится? - бросает Минги вопрос в лоб, особо даже и не задумываясь, как будто догадывается сразу. И произносит это не с привычным ему отвращением, и даже без доли удивления. Словно бы это совершенно обыденная вещь, ни капли его не поражающая. Мако не выдерживает и тихо иронично смеется, отворачивается от своего собеседника, чтобы он не видел его лица. Надо же, как он быстро догадался. Можно подумать, и до этого знал. Хотя, возможно, они не столько изменились, сколько думают. Возможно, подростковые черты характера и поведение не изжили себя вовсе. Может быть, они все те же мальчишки, играющие в игры по ночам, убегающие от своих родителей во взрослые компании гонщиков, кричащие свои любимые на двоих песни во весь голос на улице и прогуливающие вместе уроки? Все те же мальчишки, разделяющие друг с другом жизнь, увлечения, город и эмоции. - я прав? - все сложно, - мужчина под маской фыркает, - это точно не то, что я хочу рассказать. - ладно, не заставляю. Судя по твоему лицу, твоим словам, и тому, что Гук ухлестывал за Дженни недавно, ситуация явно не в твою пользу. Насколько она не в твою пользу, я понять не могу, но, если ты будешь готов мне рассказать, я послушаю. Уж очень хочется понять, чем же этот парень заслужил такое отношение от тебя. Я думал… после всего этого ты не оправишься. - все раны когда-нибудь затягиваются. Страдать вечно - это удел слабаков. К тому же, не думаю, что Дин был бы рад тому, что я плачу из-за него, - Мако безразлично пожимает плечами, - я давным давно все забыл и сепарировал свое прошлое от своего настоящего. - но иногда кажется, что ты все тот же. Даже не кажется. Сегодняшний инцидент это показал. Никто из нас двоих так до конца это и не пережил. Кстати, - резко меняет тему Минги, - может, хочешь выпить после гонок со мной и с Чоном? Раз уж… Я теперь знаю, кто ты. Не сочти это за жалкую попытку подлизаться, чтобы ты рассказал правду, я и не надеюсь услышать ее в присутствии Чонгука, просто предлагаю хорошо провести время. Это… Попытка сбавить напряжение между нами двумя. А Гук очень хорошо на нас двоих влияет. Мако задумался. А стоит ли? Теперь, когда Минги знал его личность, все бесспорно было в разы проще. Однако он, в отличие от самого Чона, раскрыл эту личность не через доверие, а через собственные представления о Тэхене. И произошло это не в самый подходящий момент, не в лучших обстоятельствах. Такой исход не мог порадовать, несмотря на тот факт, что его истинное лицо узнал не «левый» человек с улицы, а тот, с кем он был близок долгое время (пусть и многолетнюю вражду исключать было нельзя, в такой ситуации она не имела никакой роли). Но как будто бы Мако был не готов. Как будто это было неестественно. «Естественно» - это под его контролем? То, что «естественно» - это то, чего он захотел сам? «Естественно» - снять маску только тогда, когда сам захочешь? Да, это так, как бы не прискорбно было это признавать. Стыдно. Стыдно признаться, что его расстраивает то, что все вышло из-под контроля. Однако, если поразмышлять, ситуация со Скайлайном давила на них обоих почти одинаково, а потому провести время вместе с человеком, который лучше всех понимает твои пережитые сегодня эмоции, казалось не слишком плохой идеей. Просто посидеть рядом с тем, кто в таком же холодном поту смотрел на эту машину. Поговорить об этом. Поговорить о Дине, об этой несчастной машине. - ладно. Пойдем куда-нибудь выпьем, - кивает согласно Мако после небольших раздумий. Сон Минги улыбается, кивает удовлетворенно и, шмыгнув в сторону старта, растворяется в оживившейся толпе. Через несколько минут подходит уже с Чонгуком. Тот явно в замешательстве, на его лице красуется выражение полнейшего непонимания. Ему точно ничего не объяснили, прежде чем сюда привести. Но, видать, согласился и без этого. - ты настолько любишь выпивать или что? - усмехнулся Мако, - я думал, тебя придется уговаривать. - пить у нас любишь только ты, - младший также хмыкнул издевательски, - если бы я сказал «нет», меня не стоило бы уговаривать. А так, я просто подумал, что вы все объясните мне там, и не мог упустить такую возможность. - верно, - кивает Минги, - поэтому и позвали, в том числе. Ну, без тебя бы было хуже, так что твоя компания очень кстати. - что ж, ну, поехали, - Чон пожимает плечами и в ожидании смотрит на Мако так, словно хочет что-то спросить. Что-то вполне конкретное. - поедем на моей, - он опережает чужой вопрос, - потом водителя вызовем. Давайте сначала наши машины по гаражам развезем. Они не поехали далеко. Зашли в какой-то на первый взгляд прилично выглядящий бар, увалились подальше в уголок на диванчики (конечно же, Тэхен плюхнулся рядом с Гуком) и заказали себе напитков. Странно было сидеть здесь без маски, перед Минги и Чонгуком уже в другой роли. Несмотря на то, что это был их третий раз втроем, ощущалось это совсем иначе. Так, словно он сидел обнаженным перед своим старым знакомым. Сейчас Сону было известно все, и от этого в теле оставалось неприятное зудящее ощущение. В глазах самого младшего все еще отчетливо виднелся один единственный вопрос. Он смотрел то на одного, то на другого, хмурил брови в ожидании хоть какого-то введения. В итоге не выдержал, глубоко вздохнул и нетерпеливо протараторил: - ну, так каким образом вы сейчас друг перед другом сидите без всяких масок? Что произошло, пока меня не было? - пусть он и расскажет, - небрежно кидает ему в ответ Ким, скрестивший руки на груди, и кивает в сторону Минги. Тот заметно тушуется, делает большой глоток только что поданного коктейля, прежде чем начать говорить. - ну, я и Тэхен-хён… Очень долго дружили в прошлом, поэтому я прекрасно знаю всю его поднаготную до самого отъезда в Сеул. И сегодня… Почему ты думаешь, он дал тебе свою машину? - Сон вопросительно вскидывает бровь при взгляде на сидящего напротив юношу в ожидании от него ответа. - синий Скайлайн, - коротко штудирует тот. - да. Но тебе, как человеку, которому неизвестны все подробности, тяжело понять его эмоции полностью. Я стоял там, в первых рядах, и очень внимательно наблюдал за вами. Это с самого начала было подозрительным. И напряжение хёна было очевидным, и причиной этому был явно не водитель. Он на него даже не смотрел. Он смотрел за него. На машину. Неотрывно, тоскливо. Кажется, даже когда вы стартовали, он смотрел в сторону Ниссана, а не своей Супры. И тут остается сложить детали пазла воедино, и все сразу становится объяснимо. Мне не нужно было долго думать, чтобы понять. Особенно учитывая то, что я сам был в ужасе от этой машины. - ну, и он просто взял, подошел ко мне бесцеремонно, и назвал мое имя. Я всегда этого боялся. И думал, что ты узнаешь меня прямо на первой встрече, - Тэхен грустно усмехается и продолжает по-пенсионерски бубнить дальше, - и хорошо, что я отдалился от Чонгука, когда вы начали общаться ближе, а иначе ты бы раскрыл меня раньше. - ты не собирался мне рассказывать? - Минги возмущается моментально, в его пока еще трезвом взгляде начинает зарождаться сильное недовольство. - не знаю, я не думал пока об этом, все-таки, мы только недавно решили проблему между собой, - Ким это самое чужое негодование сразу тушит своими словами. - да, было бы не очень хорошо, если бы вы сцепились на гонке так же, как и в моей палате, - замечает со смешком Гук. - я бы не стал делать этого при всех, - самый старший мотает головой и вливает в себя залпом уже второй по счету бокал, пока собеседники рядом с ним лениво и медленно только еще допивают первый. - а раньше делал. Нападал на меня прям при остальных, хён. - там мои эмоции были слишком сильными. И я был молод, не совсем умел их контролировать… - притормози чуть-чуть, - Чонгук вдруг кладет ладонь на его правое запястье, которая тянется за бутылкой коньяка, чтобы налить себе новый бокал, - не надо быстро пить. Тэхен, как и обычно, игнорирует и, вопреки чужому замечанию, загребает горлышко бутылки. Хватка в этот самый момент на руке вдруг становится настолько сильной, что он невольно шипит от резко охватившей его конечность боли и отдергивает ее в попытке выбраться из плена. - отпусти, - огрызается он на Чона, - яйца курицу не учат, - шипит мужчина недовольно, - никакого уважения ко мне! - наоборот. Я делаю это исключительно из большого уважения, - предельно спокойно, в отличие от Кима, отвечает ему Чонгук, но все же убирает свою руку от чужого запястья. - ты уже который раз мне не даешь нормально выпить! - слегка агрессивно ворчит Тэхен, озлобленно фыркает и отдергивает ладонь прочь. - ты не знаешь меры, - будто пытается оправдаться младший. - хён, ты так же язвил Дину, когда он не давал тебе выпить больше? - во взгляде Минги читается что-то между вызовом и издевкой. Он смотрит на него прищурившись, с улыбкой и очевидным вопросом в глазах. Он молчит, задумывается, но налить себе еще не спешит. Рука его застывает на мгновение прямо на горлышке бутылке. Одиннадцать лет назад. - ух-ты, еще виски есть! - глаза Тэхена вдруг загораются неподдельным желанием, а руки сами собой тянутся к только что принесенному алкоголю. Он сидит на диване прямо перед столом с привлекшим его внимание напитком, и как только в комнате снова становится пусто (кажется, остальные трое болтают на кухне, судя по доносящимся оттуда голосам), юноша сразу приподнимается, чтобы налить себе бокальчик. - Тэ, если тебе уже 19, это не значит, что можно вливать в себя все подряд! - ругается на него Хёк, шлепает по бедру, и нарочно прямо из-под носа убирает бутылку за угол дивана. - эй, не обламывай! Каникулы же, да и повод есть! - он капризничает по-детски, перелезает на парня, чтобы достать желаемый пузырек, но, прежде чем успеть наклониться, оказывается крепко схвачен двумя руками. - тихо, - медленным томным глубоким голосом командует Квон, поймав младшего за плечи, заглядывает в чужие глаза бездонным, пробирающим насквозь и пробивающим сотнями разрядов тока взглядом. Тэхен хмурится раздраженно, старается вырваться, кряхтит недовольно, но черту не переходит, чтобы не навредить Квону. Пока идет активная борьба за свободу, у него прямо из-под носа, почти внаглую коньяк снова уводит один из их друзей. Нарочно, потому что Хёк просит его об этом. - ну вот, теперь не достанется! А я пойду еще найду тогда! - продолжает вредничать и все еще не оставляет попыток высвободиться из хватки. Дин тогда без особого труда хватает его посильнее. - Ким Тэхен, хватит! - он уже сам повышает голос. По-родительски ругательный тон заставляет юношу вздрогнуть и посмотреть на него слегка испуганно, - я не хочу, чтобы ты напивался. Ты хочешь быть как моя мать? Ты хочешь стать алкоголиком? Имей хотя бы чувство меры, черт возьми. Ты еще молод, не губи себя так. Это правда того не стоит. - да что ты в самом деле как отец! - Тэхен в ответ начинает кричать на него, - ты тоже меня ограничиваешь! - я забочусь, - Дин обессиленно выдыхает, - пытаюсь, по крайней мере, - ладони его ложатся на бедра Кима, - я пытаюсь не дать тебе спиться, потому что люблю тебя, и не хочу, чтобы мой любимый человек имел с алкоголем такие отношения. Конец флешбека. - я так же язвил, - Тэхен утвердительно кивает на вопрос Минги, - и истерики закатывал, - усмехается он тоскливо. - ты настолько любил выпить даже в молодости? - брови Чонгука хмурятся, и в черных глазах его, наряду с неоновыми огнями бара, отражается вполне явное осуждение в сторону старшего. - ну, я делал это в большинстве случаев просто из принципа. Мне не нравилось, когда меня кто-то ограничивал, особенно, когда он указывал на то, что я младше. - ты всегда был упрямым. А он кричал, когда ты упрямился, а потом резко переходил на спокойный тон, и ты вдруг замолкал, - Сон усмехается и опрокидывает в себя рюмку соджу. - что ж, я не буду отрицать, что он сильно на меня влиял, - пожимает плечами Ким и аккуратно подливает в стакан Гука еще алкоголя. Тот будто бы неосознанно сразу его выпивает. - а Чонгук даже не кричит на тебя, он спокойно просит. - еще бы он кричал на того, кто старше его, - он тут же фыркает и заранее окидывает рядом сидящего презрительным взглядом. Но подливает еще. - ну вот, ты говоришь, что не любил, когда Хёк тыкал твоим возрастом, а сам сейчас указываешь мне на это! - Гук негодует и странно по-детски дует губы. У него это отчего-то получается не противно, а вполне естественно. Даже мило в какой-то степени, хотя и признавать это совсем не хочется. - перенимаешь черты Квона? - издевается Минги, - не удивительно. Нет, правда, хён, замедлись, а то это уже походит на зависимость. Ты всегда так пьешь? - нет! - сиюсекундно раздраженно бросает он, но голос его растворяется в чоновском громком протяжном «ага-а». Тот улыбается неприятно прямо с рюмкой возле своего рта, и переводит свой взгляд на него, всем своим видом намекая на те самые несколько случаев между ними. В такие моменты очень важно говорить уверенно: да, было. Ну и что с того? Это не дает право этому сопляку сидеть сейчас с таким видом, будто они не просто целовались, а успели заняться сексом вдогонку. - а что, было что-то? - Сон озадаченно переводит свой взгляд с одного на другого в попытке понять, что происходит, и считать этот хитрый взгляд младшего. - не было, - шипит Тэхен раздраженно. Сидящий напротив сразу переводит взгляд на юношу рядом в попытке найти подтверждение чужим словам. И тот, не став издеваться, уже без той ехидной улыбки, бормочет: «не-не-не-не» и активно мотает головой. Но актерская игра эта получается такой ужасной и неправдоподобной, что Минги, очевидно обо всем догадавшийся, прыскает со смеху. - вы друг друга стоите, - сквозь смех заявляет он, - это забавно. Чонгук такой же несерьезный, каким ты был когда-то. - трудно поверить, что он был таким, - подхватывает чужой смех Чон, - я видел его только ворчащим, вечно недовольным и грубым. - поведение людей меняется после некоторых обстоятельств, знаешь ли, - ворчит Тэхен, сморщив нос в недовольстве. - давайте поговорим о чем-нибудь позитивном, а то у вас все куда-то не в то русло уходит, ребята. Ну конечно, почти все их разговоры сейчас заканчивались именно так. Возможно, Дженни была слишком права в том, что Тэхену стоит смягчиться и не грубить так много. Но как такое возможно, когда человек тебя раздражает?! Хотя под градусом Чонгук казался слишком привлекательным. Пьяный взгляд почти пожирал его заживо и раздевал на месте. Ким, откинувшись лениво на диванчике и положив руку на подлокотник, молча слушал чужие разговоры, изредка поглядывая на Минги и незаметно (без корыстных побуждений, честно) подливая алкоголя в стаканы обоих. Сам Сон, кажется, смотрел на него явно чаще. Внимательно наблюдал время от времени, заглядывал в эти полузакрытые глаза, устремленные на человека рядом, тихо усмехался и продолжал беседу. Даже Чонгук смотрел на него в ответ реже. Он только изредка поглядывал, словно проверяя, все ли хорошо. Но когда мужчина в ответ на их зрительный контакт опьяненно довольно улыбался, тот моментально отворачивался. Это жутко бесило, но возмущаться он не стал. Было лень. - я устал, давайте поедем домой, - пробормотал он утомленно спустя полтора часа активных обсуждений. Вся эта атмосфера, кружащиеся перед глазами неоновые огни и неразборчивая болтовня вокруг вдруг стали давить на него со всех сторон, звуки казались громче и оглушали, а свет - таким ярким, что готов был ослепить. - хорошо, я вызову водителя, - Гук реагирует сию же секунду и хватает свой телефон. Тэхен, совершенно не осознающий происходящее, только опять расплывается в улыбке ему в ответ и послушно, подобно верному псу, ждет следующих указаний. Без лишних слов глядит на него из-под полузакрытых уставших глаз. - за нами скоро приедут, - юноша рядом вздыхает утомленно и пристально смотрит на такого же пьяного Минги. - отвезите меня первым, я думаю, Тэхену-хёну точно нужна будет помощь в том, чтобы дойти до дома, а я сам смогу, - вдруг подает он голос. А сам Ким все прекрасно, между прочим, слышал, и был категорически не согласен с тем, что будет нуждаться в помощи! Правда, до тех пор, пока ему не сказали вставать и идти к своей машине. Как только он поднялся после пары часов безостановочного сидения на одном месте, в голове вдруг все завертелось настолько, что казалось, будто бы Тэхен очутился в эпицентре сильного вихря. И едва ли получалось идти прямо. Хотя ему казалось, что он отлично держится, со стороны были видны его хаотичные виляния из стороны в сторону, неустойчивые, но очень уверенные шаги и неуклюжая походка. В машину он (благо, без грохота) плюхнулся на заднее сиденье, запрокинул голову назад и обессиленно несдержанно промычал. Отдаленно, словно в вакууме, слышал, как Чонгук и Минги называют нужные адреса, и сразу же отрубился. Не чувствовал, как чуть не упал на сидящего рядом Гука. Не чувствовал, как тот суетливо пытался пристегнуть его, чтобы он больше не шатался и не сваливался в сторону. Он даже не знал, что сам Чон пьяный до чертиков. - Минги, - вдруг пробубнил невнятно Ким с закрытыми глазами, потревоженный шумом улицы, - как давно ты был на могиле Дина? - прямо перед отъездом. Летом, - коротко бросает в ответ тот, - а что? - ничего. Я не был на ней уже несколько лет, и мне стыдно. Весной ведь… Через пару месяцев, будет десять лет, как его нет, - бормочет старший без особых эмоций. - съезди. В этот раз ведь выпадает на воскресенье. - и правда. Стоит. Стоит проведать Тэгу. Нужно взять отпуск. - может быть ты не знал, но мама Хёка перестала пить. Отец вышел из тюрьмы, и они сейчас живут вместе, кстати, очень хорошо ладят с твоими родителями, - на лице Сона появляется легкая улыбка. - отрадно слышать. Я бы хотел посмотреть на госпожу Юн. А господина Квона никогда и не видел вживую. И к родителям бы… - главное, не забудь об этом, когда проснешься завтра, - юноша усмехается по-доброму и просит водителя остановить машину. Выползает из нее лениво, бросает Чонгуку напоследок «доведи его до кровати лучше», и быстрым неуклюжим шагом направляется к своему дому. Тэхен снова засыпает. Будит его в скором времени только рука Гука, трясущая его плечо все сильнее и сильнее. - мы у твоего дома, поднимайся, отведу тебя, - потряхивает он старшего. Ким хмурится, морщит нос недовольно и отворачивается, но его насильно вытаскивают под руку, ударяют о дверь слегка, но все-таки заставляют встать на улице. Он оглядывается, сквозь пьяную пелену видит свой дом, свою машину. Не замечает только в ней водителя, но и это кажется ему недостаточным для какого-либо беспокойства. Мужчина делает было шаг вперед навстречу дому, как его подхватывают под подмышку. - да отстань, могу я нормально идти, - кряхтит он, но никак даже не пытается выпутаться из чужой мертвой хватки. Ключи у него отнимают, дверь открывают и буквально запихивают его внутрь. - раздевайся, - замученно и грубо цедит явно чем-то недовольный Чонгук. - м? а ты чего? - Тэхен, упавший на пуфик, поднимает на юношу округлившиеся глаза, отвлекшись от попытки снять с себя ботинки. - домой пойду, - кидает тот отстраненно, - устал я уже. - злой ты какой-то, - старший фыркает и поднимается с трудом, вставая прямо напротив Чона, и пристально смотрит на него, - тебе нужно расслабиться. Я думал, ты расслабишься, если выпьешь. - видимо, не помогло. - хочешь чаю? Или добавки? У меня много алкоголя. Оставайся. Хочешь - на пару часиков, а хочешь - на ночь. У меня есть свободная гостевая спальня.