Перекрёсток.

— Колись, ты в трусах? — Нет, без, — язвит Майк, потягивая американо и закатывая глаза. — Конечно, в трусах! Честер довольно ухмыляется, постукивая ложечкой по краю чашки. — Какая жалость. А я уже настроился на то, что ты настолько проникся вчерашним вечером, что решил окончательно отказаться от одежды. Майк шумно выдыхает, крепче сжимая стакан. — Охренеть, ты когда-нибудь заткнёшься? — Нет, и ты это знаешь, — Честер лениво откидывается на спинку диванчика, растягивая слова, будто наслаждаясь каждым. В его глазах пляшут искорки чистого удовольствия — он обожает выводить Майка из себя. Шинода снова закатывает глаза, но уголки его губ чуть подрагивают, предательски выдавая, что раздражение не такое уж и настоящее. — Ладно, Майки, я прекращу, обещаю, — Беннингтон подаётся вперёд, наклоняясь через стол так, что их лица оказываются всего в нескольких сантиметрах друг от друга. — Но только если ты ответишь мне на один вопрос. — Что ещё? — Майк недовольно откидывается назад, словно надеясь, что расстояние поможет ему не поддаться на этот идиотский флирт. Честер прищуривается, хитро улыбается и шепчет: — Ты хоть разочек ещё посмотрел на себя в тех трусах? Ну так, чисто ради науки. Глоток кофе становится смертельной ловушкой — Майк едва не захлёбывается, поспешно ставит стакан на стол и кашляет. — Ты, сука… Честер уже не сдерживается — его смех раскатисто звучит в полупустом кафе, привлекая на них несколько заинтересованных взглядов. Он даже слегка хлопает рукой по столу от удовольствия. — Беннингтон, я тебя, блядь, убью, — рычит Майк, но в голосе нет настоящей угрозы. — Ну, если ты собираешься это делать, то я бы хотел умереть, зная, что ты выглядишь в них охуенно, — Честер подмигивает, совершенно довольный собой. — Всё, - Майк поднял руку в жесте, мол, молчи. — Слушай, ты такой милый, когда сердишься. Давай, покрасней ещё чуть-чуть, мне нравится. Майк прикрывает лицо рукой, пытаясь скрыть жар, растекающийся по скулам. — Господи, почему я вообще с тобой разговариваю? — Потому что тебе нравится. — Что мне нравится? — Я. Беннингтон ухмыляется и делает очередной глоток кофе, пока Майк борется с желанием вылить на него свой американо. Как только Майк вышел из кафе, Честер, разумеется, увязался за ним, точно назойливая тень. — Ты ещё долго будешь меня преследовать? — проворчал Шинода, втягивая голову в плечи от внезапного порыва ветра. — Пока не надоем, — весело отозвался Беннингтон, засовывая руки в карманы и слегка ускоряя шаг, чтобы поравняться с ним. — Так ты уже давно… Но договорить Майк не успел. Небо, будто прорвавшись под тяжестью накопленных туч, разом выплеснуло на город ледяную пелену дождя. Первая капля шлёпнулась ему прямо на щёку, за ней вторая, а через секунду поток воды хлестал так, что дышать стало тяжело. — Блядь… — раздражённо выдохнул он, торопливо натягивая капюшон, который, как назло, всё равно не спасал от потоков, стекающих за воротник. Честер же, напротив, только расхохотался и встряхнул мокрыми волосами, отчего несколько холодных капель угодили Майку прямо в лицо. — Ты идиот, — сдавленно выругался тот, смахивая воду с подбородка. — Спасибо, я стараюсь, — усмехнулся Честер, но вдруг тронул его за плечо, легко, почти бережно. — Слушай, можно я к тебе? Ну, пережду дождь, а то так и сдохну от холода. Майк прищурился, оглядывая его с ног до головы. — Честер, мы уже под дождём. Тебе не кажется, что ты просишь слишком поздно? — Ой, не умничай, — Честер состроил жалобную рожу и даже губы скривил, как побитый пёс. — У меня кроссовки промокли, я не хочу идти домой с хлюпающими носками. — Ты что, ребёнок? — Да, — радостно признался Беннингтон, шумно топнув по лужице, отчего брызги разлетелись в стороны. — Так можно или нет? Майк закатил глаза так, что, казалось, увидел всю свою прошлую жизнь. — Ладно, пошли уже, пока я не решил оставить тебя тут под дождём. Они свернули в переулок, где стоял дом Майка, укутанный в серую дымку дождя. Вода стекала с волос, противно липла к одежде, забиралась под воротник ледяными пальцами, но Честер, похоже, только веселился. — Если ты мне прям на пороге застудишься, то, клянусь, я тебя убью, — предупредил Майк, вытирая ладонью мокрое лицо. — Да-да, страшно-то как, — хмыкнул Честер, шмыгнув носом. — Вот почему я вообще тебя впускаю… — Потому что ты меня любишь, — ухмыльнулся Беннингтон, хитро сощурившись. Майк шумно выдохнул, проклиная и этот дождь, и самого себя. — Всё, заходи, пока я не передумал. *** Честер развалился на диване, укутанный в тёплый плед, словно довольный кот, наконец-то выбравшийся из-под ледяного дождя. Влажные волосы небрежно прилипли ко лбу, капли ещё скатывались по вискам, но теперь его уже не трясло от холода – напротив, он буквально таял от уюта, глубже зарываясь в мягкую ткань. Майк, склонившись над кухонной стойкой, неспешно разливал кипяток по кружкам, наблюдая, как струи горячей воды окрашиваются тёмно-янтарным оттенком. Лёгкий пар поднимался вверх, размывая границы реальности и наполняя квартиру терпким запахом чая. Время будто замедлилось – только тиканье часов, мерное бульканье чайника да приглушенный шум дождя за окном. — Тебе вообще нормально в моей одежде? — лениво поинтересовался Майк, скользнув по Честеру взглядом. Тот, не раскрывая глаз, глубже вдохнул, утопая лицом в ворот его футболки. — Бля, Майк, — протянул он, зарываясь носом в мягкую ткань, — как же охуенно. Уютно. А пахнет вообще… Майк поморщился, одной рукой поправляя ложку в сахарнице. — Ты сейчас так это сказал, как маньяк какой-то. Честер расхохотался, сбрасывая плед с одной руки, но тут же снова натянул его до подбородка, будто прячась от ледяных капель, что ещё остались в памяти. — Ну а что? Запах у тебя приятный. Такой… тёплый, домашний. — Заебись. Запах домашнего Майка, — с усмешкой пробормотал тот, поднося одну из кружек ко рту и пробуя на вкус горячий чай. Беннингтон, довольный, как ребёнок после долгой прогулки, зажмурился и потянулся, затем вновь с довольным вздохом свернулся клубком, наблюдая, как Майк, чуть прищурившись, опирается на кухонный стол, держа в руках свою кружку. Дождь за окном барабанил в стекло, превращая город за пределами квартиры в размытое полотно из теней, света фонарей и капель воды. — Надо почаще под дождь попадать, если после этого ты так обо мне заботишься, — лениво протянул Честер, с ухмылкой глядя на Майка. — Ага, охуенная идея, — хмыкнул тот, сделав глоток. — В следующий раз просто оставлю тебя мокнуть на улице, пусть тебя голуби подбирают. — Всё равно пустишь, — с лукавой улыбкой протянул Честер, глядя на него из-под ресниц. Майк только закатил глаза и поставил перед ним кружку. Чай был горячим, а в воздухе витал тёплый, почти домашний уют. Честер растянулся на диване, укутанный в мягкое одеяло, словно довольный кот, и лениво покачивал кружку с горячим чаем. Пар поднимался к потолку тонкими извилистыми лентами, растворяясь в полумраке комнаты. Он болтал без умолку, перескакивая с одной истории на другую, и голос его то заливался смехом, то звучал с преувеличенной серьёзностью, словно он не рассказывал, а разыгрывал целый спектакль. — …и, короче, этот чувак не просто поверил, что я могу читать мысли, но ещё и спросил, как этому научиться! — сдавленно хохотнул Честер, едва не расплёскивая чай, и ткнулся лбом в подушку. Майк, привалившись к спинке дивана, лениво водил ручкой по страницам блокнота. Его свободная рука покоилась на тёплой кружке, а уголки губ время от времени дёргались от сдерживаемого смеха. Он будто делал вид, что не слушает, но это было враньём: каждое слово Честера оседало где-то внутри, заполняя уютным шумом его вечер. — Бля, ты что там пишешь? — подозрительно прищурился Честер, вытягивая шею, словно пытаясь заглянуть в блокнот. Майк лениво отмахнулся, не отрываясь от записей. — Фиксирую особо пиздецовые моменты твоих рассказов. Возможно, когда-нибудь издам сборник «Разговоры с Честером: полное собрание факапов». Честер громко фыркнул и рассмеялся, утыкаясь носом в край одеяла. — И что, я там буду главным героем? — Ну, героем тебя сложно назвать, но главным долбоёбом точно. — Эй! — возмущённо, но с улыбкой протянул Беннингтон, пихнув Майка локтем. Тот едва заметно улыбнулся и сделал новую пометку в блокноте. — Впрочем, для баланса можно добавить пару моментов, где ты не проёбываешься. — Ого, и есть такие? — с притворным удивлением вскинул брови Честер, поднося чашку ко рту. Майк на секунду задумался, затем с лукавой улыбкой стряхнул невидимую пылинку со страницы. — Ну… Например, когда ты угадал, какой чай мне нравится. Честер самодовольно вытянулся под одеялом, демонстративно запрокинув голову назад, и глубоко вдохнул воздух, будто смакуя собственную гениальность. — Ну, тут чистая интуиция. Плюс ты сам по себе типичный любитель чёрного чая. — Ага, интуиция, — хмыкнул Майк, покачав головой. — Ты просто пил из моей кружки, пока я не видел. — Ну, возможно, — невинно протянул Честер, делая медленный, нарочито демонстративный глоток. За окном дождь постепенно стихал, оставляя после себя только редкие капли, лениво стекая по стеклу. В комнате было тихо и по-домашнему тепло. Честер продолжал что-то рассказывать, а Майк ловил себя на мысли, что его голос, насыщенный эмоциями, стал таким привычным, таким родным, что без него в этом вечере чего-то бы явно не хватало. Голос Честера постепенно терял свою задорную окраску, превращаясь в ленивый, наполовину сонный бубнёж. Он уже не перескакивал с темы на тему, не жестикулировал так энергично — просто что-то мурчал себе под нос, утыкаясь взглядом в одну точку. Майк отметил этот момент, но ничего не сказал, лишь мельком бросил взгляд на Беннингтона и продолжил водить ручкой по бумаге. В воздухе всё ещё витал аромат чая, смешанный с едва уловимым запахом дождя, просочившимся сквозь открытое окно. Честер зевнул, прикрыв рот кулаком, и почти незаметно придвинулся ближе. Его плечо скользнуло по руке Майка, мягко прижимаясь к нему, а через несколько минут он и вовсе медленно наклонился, устроив голову на плече друга. Майк на секунду замер, ощущая, как через ткань его свитера передаётся тепло чужого тела. Он скосил взгляд: Честер уже не двигался, дыхание стало ровным и спокойным, а ресницы чуть дрожали во сне. — Ну круто, — шёпотом пробормотал Шинода, качая головой, но не стал двигаться. Даже наоборот — устроился поудобнее, позволив Беннингтону полностью расслабиться. Капли дождя мерно постукивали по подоконнику, где-то вдалеке глухо проехала машина. В комнате было тихо, уютно, и Майк поймал себя на мысли, что давно не чувствовал такого покоя. Он глубоко вдохнул, ощущая смешанный запах чая, дождя и чего-то ещё — лёгкого, чуть пряного, исходящего от Честера. Ручка замерла над страницей, а сам Майк остался сидеть в полумраке, с чужой головой на своём плече и странным, но приятным ощущением внутри.