Дороже, чем калым

      Стоило двери открыться, как все мысли напрочь снесло, оставив лишь одну: «Как же здесь воняет».       Не понятно, то ли это так духами от цыгана разит, то ли это от ароматизатора, гордо висевшего возле зеркала и гласившего: «Тонировка – не преступление». Нет, он приятно пахнет, спору нет, но в малых дозах, а не как сделал он, разлив предварительно полбутылки в машине.       «От него всегда так пахнет или это он так хотел впечатление произвести?»       — Как дела? – Барон решает первым начать диалог, ведомый своим искренним желанием узнать лучше собеседника.       — Норм. Ты как че?       — Да пойдет.       — Огонь.       — Как в колледже дела?       — Да тоже норм.       — Молодец.       В корень уничтожив все дальнейшие попытки разговориться, Себастьян принял решение просто терпеливо ждать, пока его, как принцессу, не доставят в его сказочную башню.       Поэтому дальше они ехали в тишине, думая каждый о своем:       Гаррус: «Вблизи он еще краше, чем в моих фантазиях».

      Себастьян: «Не надо было тогда пиздак открывать».

      Гаррус: «Интересно, он оценил мой новый парфюм?»

      Себастьян: «Мне кажется, я уже бога вижу, хотя я не верующий».

      Гаррус: «Он как восьмое чудо света».

      Себастьян: «Пусть он откроет окно, молю».

      Солейс левым глазом посматривал в раскладушку, наугад набирая S.O.S. патлатому, хватаясь за остатки сознания, которые еще могли функционировать, не отравленные удушливым смрадом в машине.       ~ШNЫrЯг@~^^: «S.O.S.I.»                                                         

***

      — Хм, интересно, что он имел ввиду. Наверное, он так благодарит меня за помощь? – лениво просматривая сообщение, друг задорно хлопает раскладушкой и отправляет ее на перьевые подушки рядом. — Эй, я хотел играть за Саб-Зиро.       Не имея собственной приставки, Пантум имел привычку заглядывать к корешу, Тристану Писфулу (он же с рождения Буш, однако в надежде спасения от постоянных приставаний со стороны одногруппников, кличет себя именно так, воспринимая собственную фамилию как посмешище, нежели чем гордость, с которой ее носит его мама), после пар, просиживая часами над телевизором. Само собой, очередь к нему выстраивалась знатная, поэтому приходилось вылавливать одногруппника чуть ли не с порога дома, чтобы хоть на пару часиков забронировать ложе под солнцем. Тот был не против, строя на этом свой маленький бизнес.       — Еще 100 рублей.       — Не гони, я тебе последние отдал. Снизь ставку, я твой постоянный клиент, считай.       — Ну, значит, сиди молча со своей Соней.       — Ебаный мажор, надеюсь, тебе спокойно по ночам будет спаться, – он выгибается, копошась в карманах олимпийки, и бросает скомканную купюру на пол перед одногруппником. Тот скептически смотрит на нее, разглаживает, вглядываясь на свету. — Да не дрейфь, настоящая.       — Не спрашиваю, в каком говне ты ее мариновал. Последнюю катку доигрываем и уебывай, ко мне сегодня девушка должна прийти.       — К тебе? Девушка? — Пантум насмешливо хмыкает, на секунду отрываясь от экрана, чтобы взглянуть, на какой стадии веры в этот полоумный бред находится товарищ.       — Попрошу без зависти, эта чикуля еще познает страсть настоящего волка сегодня, — зализывая всей пятерней волосы назад, Тристан откидывается назад, на диван, подмигивая своему отражению в зеркале. — Так уж и быть дам ей шанс, не зря же бедняжка за мной неделю бегает.       — Че-е-ел, да какая зависть, круче моей Памелки никого в округе нет. Зуб даю, вот увидишь, когда она приедет к нам в Цыганостан, вы будете локти кусать, ведь эта детка будет уже со мной.       — Избавь меня от подробностей. Копченый твой где?       — Он сегодня занятой, — завуалированно говорит он, хмыкая себе под нос. — И может быть на всю ночь.                                                       

***

      — Откуда у тебя мой номер? — поставив себе первостепенную цель – узнать засланного казачка и разобраться с ним лично, Себастьян все же задает ему настолько важный для него вопрос, который терроризирует его всю неделю вместе с неконтролируемым потоком звонков от мужчины напротив.       — Свои связи, — загадочно произнес Гаррус, хитро улыбаясь, отчего морщинки вокруг глаз собираются вместе, напоминая о возрасте обладателя.       — Удали.       — Но почему?       — Слушай, давай не будем ходить вокруг да около, сразу говорю, что не ищу отношений и… Тормози, вот мой дом! — в слепой надежде сбежать, парень тычет в стекло, указывая на свой дом, который как сейф зона, всего в пару метрах, чтобы спастись от чудовища. — Разворачивай бензобак свой, мы проехали.       — Я тебе не домой везу…       По спине пробежал холодок, когда Себастьян на секунду подзавис, думая, что в этой ситуации делать. Даже если сбежит, потом проблем не оберется. Придет к нему домой и повесит на него долгов. Мать не отплатится и сдаст его в рабство, а дальше «Прощай, молодость, привет, эскорт».       — Ну, если так подумать, новые знакомства — это всегда хорошо! — пытаясь хоть как-то задобрить похитителя своим природным очарованием, Солейс наигранно мило хлопает в ладоши, избегая зрительного контакта, который бы означал провал его актерским способностям.       — …я хотел тебя отвезти пообедать.       Мир отмерзает, вдыхая в Себастьяна новую жизнь, отчего тот, замерев на секунду в недоверии, таращится на него, а после откидывается головой назад, беря руководство в свои руки и направляя его в сторону местной забегаловки.       «Что ж, возможно, все не так уж и плохо».

***

      — Ну как там твой герой ночных грез? Всю ночь меня игнорил, неужели спать не давал? — впустив блудного сына в свое скромное пристанище, Пантум наваливается на него с порога вопросами, привыкший слышать все с первых уст, не переработанный, еще совсем свежий завоз новостей.       Он терпеливо склеивал в который раз сорванный вахтершей, распечатанный в подпольном копире черно-белый портрет Памелы с ее фотосессии с белой непропечатанной полосой посередине и качеством, из-за которого издалека она больше походила на самого Пантума. Устав он на хую вертел, поэтому снова и снова клеил несчастную фотку. Ей он не особо дорожил, нежели чем журнальной, которую он бережно хранил под матрасом, после того как от души отвоевал ее у одногруппницы из "Казанова"       — Да никак. Отвез поесть, поболтали немного, а потом домой.       — И все? Давай во всех подробностях, а еще лучше в письменном виде, какой на вкус барон, — не унимаясь трещал друг, с головой поглощенный в свое трепетное дело.       — Да говорю же, ниче не было, — Шнур устало плюхается на стол, придвигаясь к выпуклому монитору общего компьютера. Помимо соседей Пантума и его самого, Себастьян также изредка пользовался им. Скрыть там ничего, конечно же, не получалось, даже несмотря на тонну предупреждений, завтра ты все равно окажешься под прицелом подколов от прочитанных переписок. Однако, выбирать было не из чего, мама опять забыла вовремя оплатить интернет, а хоть какая-то прибыль появится не скоро (с последней работы их гнали ссаными тряпками, угрожая заявить в полицию за порчу имущества).

                                                                                      З4Би|3н0й Ш4Лун: Превед

      Аська приветливо шлет уведомления, стоит ему только зайти на страницу. Посмеявшись под нос от абсурдного никнейма, парень прокручивает всю ленту фотографий до конца. Все они сделаны недавно и довольно однотипны: либо на фоне машины, либо со сворой знакомых брадков, как думает Себ. Он кликает по его аватарке, пытаясь разглядеть лицо отправителя: слегка загорелый, с закатанными рукавами, подперев руками капот сзади, Гаррус словно сходит с обложки, позируя не хуже любой модели Виктории Сикрет.       — Какого черта…       — Что там? – Пантум сразу же вскидывает голову, ведя нос на запах новой шумихи.       — Как он меня нашел?       — Кто?       — Он! — он раздраженно тыкает в монитор, пытаясь понять по эмоциям друга, то ли это отходняк снова на него напал, то ли это действительно не его галлюцинация.       — А, так это я его научил, пришлось повозиться правда, — свесившись со стула, патлатый смотрел на него вверх тормашками, со скрипом покачиваясь.       Тишина оглушила.       — Что ты сделал?