Молчание лучше

      — Эй, Поттер, — того окликнули на выходе из гостиной. Гарри, обернувшись, увидел сзади себя Нотта. Оправившись от удивления ввиду такой неожиданности, Поттер, было замешкавшись, бросил друзьям, переступившим порог и придерживающим дверь-портрет:       — Я вас догоню, — и закрыл гостиную до того, как Полная дама успела бы выразить малейшую претензию о торчании у открытого прохода. — В чем дело? — непонимающе спросил Поттер. Он окинул взглядом комнату за спиной Теодора — та была почти пуста, ведь все ученики шли на продолжающиеся уроки. Только трио, пренебрегая обедом, вернулось в обитель факультета, чтобы обговорить свежее происшествие. Это была вынужденная и незапланированная встреча — в последнее время таких становилось все больше.       — Я не думал, что здесь есть кто-то еще, — нервозно обронил признание Гарри, вновь переводя взгляд на совершенно спокойного Теодора. Тот, казалось, даже не моргал, ожидая пока Поттер обратит на него внимание.       — Значит, на Малфоя снова напали? — Гарри замялся.       — Не уверен, что это можно так называть…       — Мне лучше знать, — возразил Нотт. — Как прошлая жертва такого же, я считаю, что то, что вы обговаривали — полноценное нападение.       Поттер почувствовал еще большую неловкость. Прежде, чем он успел бы задать Нотту всплывший в голове вопрос, тот ответил на него самостоятельно:       — Да, я подслушивал. А что мне еще делать, если это никто не освещает?       — Извини?.. — Теодор сделал неясный жест — словно думав раздражённо махнуть рукой, он вовремя перенаправил её движение и лишь дёргано поправил волосы.       — Выглядит так, будто все заочно обо всём знают, однако молчат. Кто-то буквально собирает группы травли, но вся остальная школа делает вид, будто всё совершенно естественно. По-вашему, это нормально?       — По… нашему? — только тут Гарри стал соображать, потупившись в пушистый ковёр под ногами. Превозмогая ставшую привычной головную боль, он догадался, почему Нотт на взводе. Его мнение было предвзятым, однако нельзя было его в таком винить с учётом прошлого. Да и Гарри в любом случае не стал бы — больно сильно усталость сковала все эмоциональные процессы. Оттого его голос при ответе звучал спокойно-глухим.       — Ох, нет, я думаю, ты не так всё видишь… — черные глаза слизеринца сузились в напряжении. — Случаев было пока два…       — Ты так уверен в их количестве? Почему ты не допускаешь, что их могло быть больше?       — Потому что… — Поттер выдохнул, колеблясь в решении об открытости, но всё же решил успокоить Нотта. — Я же говорил, что приглядываю за этим. Кроме того, никто впрямь не знает о происходящем. Это пара локальных случаев…       — Пока что.       — Я с тобой согласен… — Поттер проговорил это мгновенно, но вовсе не из-за усталости. Он впрямь предполагал скорое продолжение и рост масштабов травли, хотя эти мысли и не выказывались никем из троицы при недавнем разговоре — всем они заочно казались понятными и очевидными.       — Почему вы ничего с этим не делаете? — хмуро осведомился Теодор, крепче сжимая руку на лямке ученической сумки. Лицо его омрачилось, а может, все дело было в полутьме гостиной, где камин был на грани потухания — после ухода свидетелей его должны были распалить домовики, но в последние полчаса Нотт, пользуясь шансом, сливался с тенями в углу.       — Ты… не слышал всего обсуждения, которое у нас происходит, — с показательной уверенностью выдал догадку Гарри, и Нотт едва уловимо поморщился, что указывало на правоту Поттера.       — Хорошо. Объясняй, я не перебиваю.       — Спасибо, — искренне поблагодарил Поттер, выдыхая и вынимая из мыслей тысячу раз промытую информацию. — Никто не в курсе о нападках с заклинаниями, потому что никто не видел последствий — они быстро устраняются. Кроме того, ни Малфой, ни кто-то из наших не знает, что за ученики этим занимаются. Факультет — понятно, но для опознания потребуется создать шум. Понимаешь, что я говорю?       Теодор прищурился, но затем в его остром лице мелькнула иная, непонятая Гарри эмоция — мелькнула и скрылась в ровном выражении, растворившись во мраке, словно вспыхнула и потухла одинокая искра, отброшенная на ковёр очагом.       — Драко сам никому не сообщает?       — Драко… — повторил невольно Поттер, прочувствуя на языке непривычное произношение. — Да. Он сам не говорит никому из важных. Будь преподаватели в курсе, конечно, проследовала бы какая-то лекция и виновных бы нашли… Но пока он молчит — ничего не будет.       Нотт отвернул голову, тускло всматриваясь в почти напрочь стёртый от древности узор на увешанной знамёнами стене.       — Я не знал. Я бы подумал, что это вовсе не в его стиле… — в его голосе просквозила едва-уловимая тоска. Гриффиндорец уловил её лишь потому, что сам был знаком именно с такой — тягучей, не мучительной, но иногда размеренно гложущей все изнутри эмоцией, появляющейся в моменты того, как он отчётливо видел разницу между Хогвартсом, к которому привык, и тем, в каком он был сейчас.       — Верно… Ты прав. Но… — Гарри проглотил комок в горле, — ты держишься далеко, и не знаешь ничего. Он другой.       — Это правда трудно… сказать, — неожиданно голос Теодора утратил привычную нейтральность, и Поттер невольно вслушался, хотя собеседник вернулся к было покинутой теме молчания. — Осознаешь риски. Что, может, если все узнают, станет лишь хуже. Может, увидев происходящее, люди посмотрят не на наказание, а на возможность сделать что-то плохое. Что, может, неприязнь скорее усилится, а чужая их «вдохновит», — Нотт секундно поморщился. — Легче думать, когда вокруг есть хоть кто-то такой же, кому может достаться. За чьи мысли можешь зацепиться. Банально когда человек не один. Но… это не его случай. Потому здесь хуже. К тому же, он… не обычный. Я не понимаю, зачем он вообще сюда явился? — парень нервозно растрепал жёсткие кудри, но быстро выдохнул.       Гарри был впечатлён, почти тронут тем беспокойством, которое Нотт проявил, хоть пока и не понял, переживает тот за собственную репутацию или за Малфоя.       — Нельзя быть одному. Нельзя терпеть. Ты понимаешь? — отрывисто спросил Тео, выпрямляясь.       — Я… да. Как раз я понимаю…       — Как раз ты — нет, — дёрганная усмешка пробежала по тонким губам; Нотт снова выдохнул. — Поговори с ним, — твёрже прежнего предложил, если не потребовал он.       — Чт-… я? — непонимающе вскинул брови Поттер.       — А кто еще? Я ему, что ли, нянька? Ваше трио этим занимается, ты — в частности. К тому же, как я понял, ты и так застал первый случай, когда его огрело проклятием…       — Я… да, но, — Гарри нахмурился, не продлевая возражение. Может, Теодор был в чем-то прав…       — Слушай, ты окажешь мне — да и своим друзьям тоже — большую услугу, если разберёшься с этим параноидальным явлением, — Теодор с мрачным весельем хмыкнул. — Эта пилка мозгов всё равно сойдёт на нет, но почему бы не прервать её раньше?       — Я понимаю твой ход мысли… — помедлив, выговорил Поттер. — Что я авторитет и всё такое… Но для Малфоя…       — Побудь просто человеком, Поттер. Драко действительно тот, на кого твои фокусы с авторитетом не сработают, ты прав. Но ты ведь не только геройская икона справедливости. Тебя самого всё это волнует — вероятно, даже больше, чем других, кто толпой топчется у этой темы. Но у тебя это идёт из хорошего — а большего на самом деле иногда не требуется. Иногда не нужно строить огромные планы, — с явным намёком довершил Теодор.       Гарри еще несколько секунд изучал его взглядом.       — Ты открываешься для меня с новой стороны. Я почти что тронут, — признал он. Теодор откликнулся фирменной усмешкой.       — Ну, на этом пока и закончим.       — А может, еще минутку? — вдруг выбросил Поттер, на что собеседник смерил его удивлённым взглядом. — Почему ты подслушивал?       — Ну… — Нотт явно прикинул что-то в уме. — Драко всё же когда-то был моим приятелем, а я сам пережил травлю в начале года, так что я ему сочувствую. Хотя я не могу ему помочь без рисков для себя же. Разузнать что-то тоже, спросить просто так напрямую — туда же. Ваша троица не ответит на любопытство такого постореннего, как я.       — Что ж… С сегодняшнего дня кредит доверия к тебе повышен, поздравляю, — Гарри слегка улыбнулся.       — О, не стоит. Я просто хотел успокоиться и подтолкнуть тебя, — он в последний раз посерьёзнел. — Я как никто знаю, что даже два случая — более чем достаточно.       — Ты… прав.       Перед глазами Гарри всплыла картина того, как сплетаются ленточки из палочки Малфоя, сообщая о том, что ему нравится работать с гриффиндорцем. Тот незаметно сжал руку в кулак, припоминая обожжённые искрасневшиеся пальцы и затравленный страх серых глаз…       Нотт был прав как никогда.       — Можешь успокоиться. Я поговорю с Малфоем.

***

      — Ты не будешь против, если я, ам… Если мы… — Гарри мысленно ругал себя за запинки, к тому же, его дрогнувшая рука, держащая нож, едва не полоснула по пальцам другой.       Драко непонимающе глянул на него, как бы невзначай отнимая у Поттера нож и невозмутимо дорезая за него грязно-серый корешок. Гарри с еще большим трудом оправился от смущения, и то лишь начав перебирать пакетики с засушенными травами перед котлом. Он несколько раз оглянулся, чтобы убедиться, что профессор Слизнорт занят слежкой за работой на отдалённых рядах.       Кабинет зельеварения был привычно затуманен паром, идущим от котлов — изредка, под действием ингредиентов тот принимал неестественный яркий оттенок. Сегодня, к счастью, в таких случаях класс заполнялся пряными благоуханиями редких трав, в здешнем полумраке особенно туманящих разум.       — Мы можем встретиться вне уроков?..       В отличие от Поттера, Драко застыл, спустя мгновение отложив нож — благо, до этого он успел достаточно измельчить ингредиент. Проследовал взмах боярышниковой палочки, вывившей красноречивое «Повод?».       — Н-ну… — Гарри было занёс руку с особенно душистой травкой над водой, но Малфой быстрым движением остановил его, сжав за запястье и отведя то в сторону. Поттер удержался от передёргивания, что не ушло от Драко незамеченным — он тут же выпустил гриффиндорца, взамен указав на развёрнутый пергаментный свиток с рецептом зелья, а сам придвигаясь поближе к центру своего рабочего места.       Окон не было, но и без сквозняков в подвальное помещение проникал сковывающий тела холод, от которого ученики старались скрыться в теплом пару, собираясь возле магического огня под котлами.       — Уф, да, точно… Извини, — Гарри выдохнул, убедившись, что Малфой не настроен враждебно. Пар пробирал его даже сквозь плотную ткань мантии, обдавая жаром, который ощущался все отчётливее по мере того, как Поттер чувствовал себя все более неловко и навязчиво.       — Повод… Ну, знаешь, нам ведь надо отработать проект по Заклинаниям…       Драко, слушая и не забывая работать, подвинул к Поттеру ступку с пестиком, кивнув на зажатый в ладони того мешочек. Сам он вновь махнул палочкой, и туманность вокруг пронзили извившиеся зелёной змееподобной формой ленты.       «Мы справляемся».       Гарри сдержал судорожный вздох, сглотнув.       — Н-да, ты прав, но я подумал что проработка не будет лишней — так мы сделаем работу лучше и полноценнее, — это было правдой, и Поттер был вовсе не против заниматься только этим, однако у него были и другие намерения — те, на которые его натолкнул недавно Нотт и которые вынуждали его быть более упорным.       Не сказать, что Гарри не думал о варианте проще, как найти Малфоя по карте подобно прошлом разу, и заявиться к нему, когда он будет в подходящем месте. К тому же, он уже знал, что это за место, ведь достаточно часто наблюдал точку с нужной подписью в конкретном. Драко почти ежедневно посещал Читальный зал под башней Астрономии. Он представлял из себя старое, пыльное, хоть и просторное помещение, где почти никто не бывал, поскольку даже весной и осенью на высоте было холодно, а зимой и вовсе окна леденели в морозных узорах. Пожалуй, только для Драко это могло стать плюсом, ведь было гарантом, что никого не будет рядом.       Перетирая в ступке пятипалые большие цветки приглушённо-синего цвета, Поттер косился на Малфоя в ожидании ответа. Всё же решение найти его и побеспокоить просто так было бы слишком невежливым… но то предложение, которое Гарри озвучил сейчас, заставляло его нервничать. По меньшей мере, прохладная, хотя естественная реакция Малфоя на него.       Благо, хоть всевидящих взглядов вокруг теперь скапливалось меньше, хотя причиной тому была затуманенность помещения, в котором трудно было различить лишние движения других учеников. Без этого же все проявления Драко воспринимались с острым недоверием, в том числе умение выводить в воздухе слова из лент. Половина студентов на них фыркала, используя как повод высмеять с упором на то, что Малфой слишком сильно рисуется или делает что-то до боли «женственное».       Драко вновь взмахнул палочкой.       «Хорошо».       И через мгновение: «Договорим позже».       Поттер кивнул, секунду поколебавшись. Он невольно задумался, откладывал ли Драко обсуждение из-за нежелания прерывать работу по Зельеварению, или причины были глубже и касались лично его самого. Логичным было предположить, что Малфой избегает лишних глаз — Гарри уже знал, что слизеринец старается всеми силами уменьшить количество внимания в свою сторону, и прекрасно понимал его в этом. Даже если класс был затуманен, а все обрывистые фразы, выведенные из лент, можно было легко связать с зельеварением… В конце концов, начав они обсуждать место внеурочной встречи, рисковали бы уже серьезнее, в том числе слишком сильным отвлечением от приготовления зелья.       — Спасибо… — Гарри мог наконец то выдохнуть, и даже не заметил, как Драко смерил его удивлённым взглядом, словно не понимая.       Когда Поттер, задержавшийся после уроков в классе, чтобы переговорить с Малфоем один на один, догнал друзей, те смотрели на него так же непонимающе. Гарри замешкался, припомнив, что ничего не говорил им о своих намерениях. Скопившиеся в кабинете цветочные ароматы и полумрак совсем сбили его с толку, одурманивая почти так же, как обстановка в классе Трелони. Поттеру повезло, что он вообще смог свободно формулировать мысли в диалоге с Драко, хоть он и продумывал те половину урока.       — Я, э… — шум коридора после выхода из укрытого паром помещения казался особенно давящим на уши. Мимо непрерывным потоком торопливо сновали ученики, спешившие подняться из холодных подвальных классов наверх.       — Ты задержался с Малфоем. Зачем? Всё в норме? — волнительно спросила Гермиона. Рон взял её за руку, и девушка бросила на него мимолётный взгляд, отходя назад и позволяя Поттеру вписаться с ними в толпу. Гарри сделал это неохотно, нырнув между парой человек и поправляя прилипшие ко лбу влажные пряди, выбившиеся из собранного на макушке хвоста.       — Да… — он, не сдержавшись, обернулся назад, видя как Драко подходит к ожидавшей его Паркинсон. Похоже было, что он так же виновато объясняется, скованно вырисовывая руками в воздухе одни только им понятные знаки. Получалось не очень — язык жестов требовал чётких движений, мало сочетающихся со сдержанностью, которой Малфой в обществе был пропитан.       — Мы встретимся, чтобы э… поработать над проектом по Заклинаниям, — Гарри отвернулся, потупив взгляд, пока стаскивал резинку с волос, спеша прикрыть неровными длинными прядями виски и уши, которые после выхода из тёплого помещения начало неприятно холодить. Слишком уж он привык к длинным волосам, которые порой использовал хоть для малого ощущения ограждения от внешнего мира. Хотя чем больше он привыкал к новой причёске, где растрёпанные пряди наконец смотрелись органично, тем реже прикрывал теми лоб с неприглядным следом известности.       — Ну вот, а я говорил тебе. Зачем эта морока с дополнительной работой? И так дел по горло, а ты еще на себя берёшь, будто свободен… — Поттер неловко усмехнулся, в сотый раз вспоминая зацепившие его слова Драко о том, что ему понравилось быть в паре. Совместный проект был вовсе не обязателен — его должны были взять всего несколько учеников курса, и других желающих точно было достаточно. Но Гарри просто не смог удержаться, хотя теперь ему приходилось отдельно проходить часть программы Заклинаний вне занятий — на тех они с Малфоем, сидя рядом на задних рядах, продумывали детали совместной работы.       — А в чем реальная причина? — улыбка Поттера стала шире — наблюдательности у Гермионы даже в тяжелые моменты было не занимать. Он припрятал своё выражение лица, отвернув на мгновение голову, будто бы чтоб спрятать снятую с волос резинку в висящую у бока сумку.       — Я, ну… Это из-за того разговора с Ноттом.       — Того самого, который ты пересказал кое-как, мямля и запинаясь? О да, это многое поясняет, — фыркнул Рон, отряхивая свою мантию от следов какого-то в пыль измельченного растения. На сей раз Гарри такому замечанию не смутился. У него были веские причины умолчать о некоторых деталях разговора — по меньшей мере, он так считал. Почему-то Поттеру вовсе не хотелось говорить о том, что именно Драко пережил в военный период. Может, потому, что Нотт выдал эту информацию только ему самому в уединенной обстановке, и то в ответ на его вопрос, которым его друзья пока сами не задавались.       — Ну, брось, я же объяснял, что там есть слишком личное…       — Хочешь подтолкнуть Малфоя к доносу о травле? — осведомилась Грейнджер, не отвлекаясь от копания в учебниках.       — Да, в основном именно это… — Гарри глубоко вдохнул свежесть воздуха, когда они поднялись по лестнице на первые этажи. Дуновение сквозняка сквозь окна показалось теперь райски освежающим и отрезвляющим после подвальной духоты.       — Хотя работа тоже не помешает…       — Ладно, так и быть, в этот вечер отсутствие мы тебе простим — но только при условии, что ты его уболтаешь и мы избавимся от лишних волнений. А иначе… — Рон состроил карикатурно угрожающую гримасу. Поттер же в очередной раз потерянно улыбнулся…

***

      Гарри поднялся к башне еще перед ужином, впрочем, как и договаривались. Он лишь наспех освободил сумку от тяжелящих плечо учебников, вернувшись в спальню, а затем направился в назначенное место — правда, не спеша, учитывая что Малфою от слизеринских подземелий добираться было дольше.       Ощутив привычные пронизывающие порывы у окон, Поттер поплотнее завернулся в плащ, который тоже успел захватить, побывав в гостиной. Он всё же решил поторопиться, хотя решение это и было бессмысленным — едва ли при подходе к башне стало бы теплее.       Странно, но Драко уже был на месте…       Когда Гарри раскрыл дверь с характерным щелчком, первое, что он увидел — резкий поворот стоящего у подоконника Малфоя, сжимающего вздернувшуюся палочку. Направленный на Поттера кончик жезла заставил его замешкаться, но ненадолго. Почему-то не возникло и тени мысли, что Драко представлял или хотя бы хотел представлять для него угрозу. Даже не дожидаясь опущения палочки, Гарри повернулся к ней почти что спиной, чтобы закрыть дверь, и лишь затем, вернувшись на прежнее место, в мирном жесте приподнял руки. Казалось, на какую-то долю секунды Малфоя это смутило…       — Все хорошо, я не пуффендуец, — всмотревшись с секунду в неровную усмешку Поттера, Драко всё же расслабился, привычно легко махнув рукой. Из воздушных потоков тут же свились ленты. «Спасибо».       Гарри подошел к Малфою. Дальнейшее вторжение в обычно тихое помещение отдалось гулким эхом шагов по каменному полу, разнёсшимся вплоть до сводов далёкого потолка, куда стремились немногочисленные полки с пыльными книгами. На подоконнике около слизеринца как раз лежала одна…       — Что ж, ам… — но Драко уже отходил в сторону высящихся над ними шкафов, в фоновой пустоте зала и тусклости освещения походивших на странные апокалиптичные здания. Он вопросительно глянул на Поттера, остановившись у ближайшего стеллажа и повернувшись к нему полубоком. Тот растерянно оглядел невзрачную фигурку, на фоне высоты полки вдруг почудившуюся ему больно хрупкой.       — Нет, ничего… — на самом деле Гарри порывало признаться, что он здесь вовсе не затем, чтобы работать над проектом. Но он решил повременить, нерешительно становясь рядом с Малфоем и просматривая названия на потрёпанных книжных корешках в поисках подходящей темы.       Тишина захватывала круглый зал, залитый бледными лучами предзакатного солнца. Они были теплее обычных, едва видно отливая розовым и окрашивая серое помещение. Пыль кружила вокруг полок с разномастными томами, преимущественно несущими информацию о космических телах и галактиках — не зря зал звался Астрономичным, а свод потолка казался куполом. По ночам он отображал на своём каменном полотне звезды, зависающие над башней…       Поттер даже не задался вопросом — а почему они, собственно, ищут здесь книги и для чего?.. С Драко ему было почему-то слишком легко не думать, и этим его общество было ему приятно. Малфой был человеком, с которым молчание и здешняя тишина были абсолютно законными. И Гарри было от этого очень спокойно. Он с трудом припомнил характер проекта, и кончиками пальцев выцепил корешок одной из книг, наклоняя её и спрашивая Драко взглядом.       Тот было обратил внимание на Гарри, но за окном раздался прерывающий пыльную тишь далёкий возглас — Малфой обернулся. Поттер вспомнил, что в это время тренировались команды по квиддичу, и как раз из ближайших башен их было видно и слышно лучше всего. Услышанный окрик, вероятно, был от капитана сборной, о чем было нетрудно догадаться, но Драко не отводил взгляда от окна.       — Эм… Знаешь, — тихо начал Поттер, будто не желая прерывать комфортность вновь установившейся тишины. Малфой, дрогнув, обернулся к нему, будто вернувшись в реальность. Подняв брови, он слегка склонил голову набок, и Гарри невольно засмотрелся на это незайтейливое выражение вопроса, почему-то вдруг показавшееся ему донельзя милым… Эта простота, с которой Драко откликнулся ему, натолкнула на ту смелость честности, которой Поттер не находил в себе ранее.       — Ты прав. Мы хорошо справляемся с проектом, и, признаться, не думаю что нужно дополнительное время. На самом деле… я просто хотел поговорить с тобой, — Драко выглядел растерянно. Поттер шагнул перед ним, прикрывая вид на окно. Его спину тут же осветило еле теплое солнце, и деликатным сиянием высветило контуры его фигуры. Малфой вдруг перевел взгляд на отросшие растрепаные волосы, всматриваясь в проходящий через них свет. Он медлительно нащупывал палочку в кармане, лениво и неохотно — будто установившееся молчание точно также затягивало его в себя и было комфортно, как и для Гарри…       «Что случилось?». Поттера поставил в тупик простой вопрос. Может, из-за внешней светлости Драко он прочитал его слишком мягко, и сам же удивился выражению, что придумал в голове, что было, в общем-то, глупо…       — Ничего… — Гарри проговорил с трудом, понимая, что для нормального хода разговора нужно всё же сделать голос громче. — Кхм… — он кашлянул, проверяя работоспособность связок. — Дело в том, что… Я знаю, что тебя задевают. Мягко сказано, — поправил сам себя он, выдыхая — говорить с Малфоем было однозначно сложнее, чем молчать.       — Это травля. И некоторые… группы… доставляют тебе проблемы. Не малого масштаба. Ты подвергаешься воздействию неслабых заклятий — это серьёзно.       Драко моргнул. Что-то еще вместе с этим дрогнуло в его лице, затенённом от солнца поттерской фигурой, но взмах палочкой был таким же плавным, как и обычно.       «Почему думаешь это?». Гарри тихо вздохнул, смягчаясь в выражении. Малфой определённо не был наивным, но всё же его вопрос и спокойствие вовсе не досаждали.       — Потому что никто больше об этом особо не знает. Ты ведёшь себя, будто ничего не происходит. Но это не нормально.       «Что хочешь?» — на сей раз движение руки было слегка ускоренным.       — Справедливости, — вопреки однозначности ответа, Гарри не требовал. Малфой смотрел куда-то ему в грудь, словно не решаясь поднять глаз, сейчас, казалось, помутневших, терявших свет от недавно смотрящего в них солнца.       — Почему ты не говоришь о том, что с тобой делают? — Поттер слегка склонился, стараясь выловить взор слизеринца. Тот не шелохнулся.       «Я не знаю виновников». Гарри покачал головой.       — Даже в таком случае при обращении к декану можно их найти. Ты ведь сможешь узнать, — Драко поджал губы.       «Не поверят?».       — Глупости. Если ты боишься этого, я могу подтвердить. Я ведь сам видел… — рука Малфоя сжалась в тонком напряжении, пробившем всё его тело. Поттер различил дрожь в тонких губах, и умолк.       — Почему нет?.. — вновь заговорил он, возвращаясь к тихому говору, словно стараясь сравняться с малфоевским молчанием. — Так ведь не должно происходить. В отрыве от того, что все должны держаться вместе — всё равно не должно…       «Я заслуживаю?».       Поттер встретился с поднявшимся взглядом. Драко ответил ищущим его глазам своими, и те показались Гарри откровенно призрачными. Выпустив контроль эмоций, Малфой смотрел на него уставше и потерянно. В нем почти не читалось вопроса, что буквально повис в воздухе. Будто бы знак был выведен там через силу — лента на его конце заметно подрагивала, готовая прежде других бесследно истаять…       — Я так вовсе не думаю… — Поттер не смог сдержать толики минувшего удивления в тоне. Драко плавно отвернул голову, вновь ведя по воздуху палочкой. «Потому что не знаешь».       — Это… неправда, — серебристые глаза вновь создали контакт с зелёными. — Я знаю… твою роль во время всего этого. Нотт мне рассказал.       Малфой отвернулся, но Гарри взял его за плечо, останавливая. Драко содрогнулся, глянув на него почти испуганно.       Поттер, не отпуская, но и не сжимая чужого плеча, ослабил руку, ладонью почти что погладив…       — Ты ведь не хотел этого, верно?.. — губы Малфоя сжались, и подбородок едва видно опустился. Поттеру этого было достаточно.       — Значит, это не твоя вина. Значит, ты не заслуживаешь.       Драко всё же отвернулся, шагнув в сторону от Гарри. Тот сжал руку, словно пряча в ней толику чужого тепла — так же мягко и осторожно, как говорил. Палочка Малфоя опустилась, и он склонил голову.       Поттер тихо отошёл, и краснеющее солнце осветило спину Драко, что едва уловимо подрагивала. Гарри отвёл взгляд, шагая обратно к подоконнику.       Мысли вернулись, но текли размеренно. Всё так же размеренно, как в его груди плескалось сочувствие. Поттер говорил казавшиеся внезапными и необъяснимыми слова — те, что могли бы такими являться даже для него самого. В конце концов, такое обращение и утешение Малфоя было странным…       Было бы странным, не знай Гарри причины. Он прочувствовал каждое слово, которое говорил, не солгав, не подумав о выгоде. Лишь где-то в глубине осталось понимание, пришедшее в момент, когда он увидел знакомый взгляд. Такой, который встречался ему ранее среди раненных войной в самое сердце. Который, мелькнув в глазах Малфоя, затронул и его собственное…       Поттер стоял у подоконника, вперившись взглядом в лежащую на том книгу. Прошло еще несколько минут настороженной тишины, прежде чем Драко подошёл к нему. Места было достаточно, и Малфой, не глядя на гриффиндорца, упёрся руками о край оконной ниши, прощупывая ладонями острый угол. Гарри повернул к нему голову, внимательно осматривая.       Глаза у Малфоя заметно покраснели, как и частично лицо — от век расползалась полупрозрачная розоватость. К замершим в вечном безмолвии губам прилила кровь, что, переступая по купидоновой арке, окрашивала и кончик тонкого носа. Его ноздри трепетали, явно пытаясь вобрать в себя больше воздуха, но делая это максимально тихо. Драко смотрел на квиддичную площадку, изредка прослеживая за одной из фигурок в синей форме — тренировались когтевранцы.       Поттер не испытывал его взглядом, вернувшись к чтению, хотя на деле смысла в сборище букв совсем не замечал. Вскоре ему пришлось повернуться обратно. Малфой поднял палочку, выписывая в воздухе обернувшуюся в заклинание лент фигуру. Гарри робко глянул в её сторону.       «Я прихожу сюда, чтобы смотреть на полёты». Драко едва слышно шмыгнул носом, свободную руку прижимая под ним.       Поттеру вдруг стало так легко. Словно воздух проредился — Гарри даже взглядом проверил, не открыто ли окно, такую свежесть он внезапно ощутил в лёгких.       — Скучаешь по квиддичу? — он звучал так же мягко как и недавно, всё так же спокойно и естественно, будто ничего не происходило. От искренности Малфоя все волнения впрямь испарились, будто выветрившись с прежней тяжестью воздуха.       «Очень». Одно слово, но умиротворение Поттера не дрогнуло. В выражении лица Драко он различил знакомую ему самому тоску — тоску по чему-то лёгкому и весёлому, оторванному от будничных неприятностей и забот. Оторванному от земли…       — Мне жаль, что восьмикурсникам нельзя в команду. Хотя, вероятно, это справедливо. Но порой мне тоскливо… — Гарри продолжил глядеть в окно. — Ты не выходишь летать?       Следующие слова зависли над подоконником. Ленты трепетали от неуловимого сквозняка, порой изгибаясь и мерцая изумрудом…       «Не брал метлу». Лицо Малфоя немного погрустнело.       — А я иногда выхожу — один… Знаешь, так легче. В полете…       «Свобода». Губы Гарри тронула слабая улыбка.       — Верно… — он вновь повернулся к Драко, еще приглушая голос. — Как ты себя чувствуешь?.. — в тоне Поттера прозвучала толика беспокойства. Драко заглянул ему в лицо, словно бы изучая. Гарри с небольшим удивлением заметил, что его глаза посветлели.       «Лучше». В выражении Малфоя можно было прочесть… благодарность. В восставшей тишине Поттеру было как никогда легко различать его эмоции. Он не нашёл, что сказать, но Драко того и не требовалось — и это было видно, так что Гарри был спокоен. Проследовал еще один взмах палочкой…       «Я расскажу декану». Гарри просиял. Теперь воздух напитался чем-то сладким — радость в перемешку с облегчением…       — Давай… на следующей неделе пойдём полетаем, — глаза Малфоя расширились от изумления, казалось, пропуская через себя еще больше света и солнца, пускай то было тусклым и закатным. — Я одолжу тебе метлу, — Поттер не сдерживал улыбки. Драко смущённо, явно скрывая радость от предложения, улыбнулся в ответ, дрогнувше кивая. Его рука непривычно торопливо вывела «Спасибо». Гарри перевёл взгляд на ленты, и чуть прищурился.       — И всё же как ты это делаешь… — Малфой быстро выловил суть вопроса и стремительно вырисовал лентами «Научить?». Поттер удивился почти так же, как слизеринец какую-то минуту назад.       — Правда можешь? — Гарри кашлянул, неловко сбавляя звонкость голоса и пытаясь привести себя в норму. — В смысле… Знаешь, я думаю это будет полезно для работы на Заклинаниях… Да, точно. Точно будет!..       Драко беззвучно хихикнул, прикрывая рот левой рукой. Поттер замер с неловкой улыбкой на губах, пленённо оглядывая его. Он был готов поклясться, что в светлой радужке Малфоя замерцали искорки — невероятно красивые…