Облако в руках

      Небеса были тихими. Местными забылся грохот грома, страшный рёв падающих с неба осколков, вой страшнейших ураганов. У всех на слуху были чудеса, которые были явлены этому миру — мирохождение.       Об этом писали в газетах, показывали по телевидению, брали интервью у всех, кто с этим соприкоснулся или даже беззаботно принял пугающе великий дар.       Первые, разумеется, к вопросу о дарении подошли осторожно. У них уже был готовый план психологического тестирования, так что мирохождение досталось тем смельчакам, которые меньше всего проявляли опасные тенденции и представляли из себя вежливых и порядочных межмировых туристов. Ну и им, конечно же, пригрозили, что мирохождением от наказания не уйти. Рано или поздно тебя поймают, так что лучше быть паинькой и ничего не нарушать.       Но вот ситуация Джодаха Первым показалась непростой.       Он был просто настоящей находкой, они были ему обязаны всем за оказанную помощь и принятый на свои перья риск. Но одна жирно выделенная строка в биографии не давала им покоя. Осталась несмываемым клеймом.       Джодах задокументированно убил своего сородича.       Да, в детстве. Да, в состоянии аффекта, под давлением многолетней травли и жгучего гнева. Но всё-таки это преступление. Всё-таки это некий показатель, дающий понять, что Джодах может быть небезопасен, тем более со своими особенными силами.       Иронично, что Лололошка обелял его потомственное преступление в глазах Скайзерна, но так и не смог простить его сам. Увы, не простили и другие Первые.       «Это просто гарантия для мультивселенной…» — заверял себя Лололошка, со стонущей тоской на душе потирая свои пальцы, поглядывая украдкой на скайзерновца, спящего на его груди самым мирным сном. — «Но ему бы было так кстати начать жить в другом месте, где его не будут презирать…»       Но он не мог поступиться безопасностью всех миров. Даже если это означало предать друга.       — Джодах, — позвал он, осторожно трепля шёлковое полотно мягких перьев на распластанных крыльях. Ответом был недовольный ленивый стон. Лололошка почесал настойчивее, нашёл отлинявшее перо и вынул его, разглядывая с тягучей печалью. — Не хочешь сходить на бал…? Сегодня в королевском дворце дают прощальный бал для нас…       Дворянин тут же приподнялся, обращая к нему слегка испуганный взгляд, который тут же выцвел до тревожного. Кивнул и освободил Первого из своих объятий.       — Этот день настал… — вздохнул скайзерновец с некоторой печалью в голосе. Лололошка старался держать себя в руках. Ни единой шальной дрожью, ни единым жестом не проявить, как его съедает поедом вина. — Да, я бы хотел пойти с Вами, но ведь… Я — Ави. И мало того, что Ави, так ещё и изгнанник. Я уже совершил серьёзное нарушение, когда пришёл ругаться с Зефирионом, во второй раз меня уже так просто не отпустят.       Лололошка на этих словах прозаично улыбнулся, заставив встревоженного Джодаха не менее тревожно примолкнуть с ожидающим взглядом. И, когда тишина затянулась, Первый заговорил:       — А что если я скажу, что совсем немного, капельку-капельку, ты сможешь затеряться среди своих братьев на балу? — на лице поражённого дворянина вскочили брови, и Лололошка не сдержал смешка. Этот шок стоило видеть.       — Вы хотите сказать… — подал хрупкий голос скайзерновец, и его оборвали утвердительным кивком с широкой улыбкой.       — На бал приглашены и Ави. Твоя мама ещё вчера этой информацией поделилась…       — Вы переписываетесь с моей матерью? — несчастный никак не мог выйти из состояния удивления.       — Да, она недавно спросила про качество услуг, которые мне предоставляли её наёмники, а также про дальнейшие планы, и как-то мы плавно перешли на личные темы. Она у тебя просто замечательная. Тоже такая же преданная и отважная. Это многого стоит.       Джодах встрепенулся, но промолчал, а Первый, свободный, словно доисторический скайзерновец в облаках, поднялся с кровати, разминаясь.       — В таком случае… Нельзя ли мне попробовать и создать при помощи пустотной магии себе одежду? Это должно быть гораздо быстрее, чем несколько часов стоять у портных на подиуме. — Проговорил скайзерновец. У натягивающего на плечи плащ Лололошки за грудиной пробежался холодок тревоги.       — Конечно… Креативный подход. — Он повернулся передом к скайзерновцу и подошёл, протягивая руку к его солнечному сплетению. Увы, но без подпитки от искры мироходца Джодах не смог произвести ничего материального. Поток энергии пошёл легко и быстро, как нога по протоптанной дорожке. В прошлые разы, когда Лололошка давал ему небольшой заряд для обучения пустотной магии, он неплохо приноровился проводить силу без потерь. Так что щекотное, приятное разделение прошло быстро и эффективно. Уже через пару секунд Лололошка убрал руку с груди Джодаха и выпрямился. Скайзерновец поднялся тоже.       — Я… Пожалуй, схожу и навещу своё родовое гнездо… — проговорил негромко скайзерновец, словно чем-то озабоченный, крепко задумавшийся. — Мне нужно затесаться среди родственников… Наверняка все, кто жив ещё, съедутся в поместье на постой, а там я и погляжу, под кого мимикрировать.       — Хорошая идея. Надеюсь, я сумею тебя отличить от кого-нибудь из твоих родственников! — усмехнулся Первый.       — Кстати… Можно напоследок прочитать, какие записи Вы оставили в своей записной книжке? Это мой последний шанс посмотреть со стороны на свою культуру перед разлукой. Я верну её чуть позже… — Вдруг перевёл тему скайзерновец, и Первый отмер.       — Конечно. Читай. — Лололошка без единого промедления материализовал переплёт и подал ему в руки. — Я специально писал на скайзерновском в последнее время, чтобы ты мог почитать.       Джодах слишком уж странно промолчал, лишь кивнул и развернулся, без прощаний и прочих фраз уходя из комнаты. Стоило пернатым крыльям скрыться за прикрытой дверью, Лололошка опустил плечи и горько вздохнул.       «Он тоже переживает, да…?» — подумал Лололошка, стеклянным взглядом окидывая комнату, к которой уже успел прикипеть. Придётся уйти отсюда, буквально на следующее же утро после шумного праздника. Стоило бы уже сейчас собрать все те мелочи, которыми он успел разжиться за время пребывания в Скайзерне. А ещё стоило бы последовать примеру Джодаха и придумать, как одеться на праздник в свою честь. Не гоже же ему во всё таком же чёрном плаще плавать по большим залам.       И его тут же на этой мысли оборвал стук в дверь. Лололошка взбодрился, спустился на первый этаж и открыл дверь, тут же встречаясь лицом к лицу со старым, седым но не растерявшим выглаженное изящество скайзерновцем.       — Доброго здравия, господин Лололошка, — заговорил он. — Простите, что без письменного уведомления, Её Светлость хочет срочно пригласить Вас в поместье клана Ави.       — Даже так…? — У Первого подпрыгнули брови в удивлении. — Хорошо, приглашение я принимаю… А что стряслось?       — Ничего критичного, не беспокойтесь. — Отмахнулся скайзерновец и отошёл от порога, провожая Лололошку до путеводного скинта, который теперь стал частью городской инфраструктуры. Дворецкий приложил ладонь к кристаллу и испарился со всплеском искринок. Первый проделал всё то же самое, оказавшись в дорогом районе города, где стояли поместья кланов.       Скайзерновец ожидал его появления, после чего продолжил провожать до самых ворот. Двор с садом был пуст, но в окнах мелькали тени, и Лололошка с улыбкой понял, что Джодах оказался прав — все родственники съехались сюда.       Наконец, слуга рода Ави открыл перед ним дверь, пропуская в дом. Человек тут же вошёл и остолбенел, глядя на обернувшихся на него пернатых мужчин. И все равны, как на подбор. Высокие, статные, со схожими формами лиц и всего двумя расцветками глаз. Джодах вполне мог сойти бы за кого-то из них на празднике, чтобы не заметили. Было только одно «но»…       Все в поле зрения Лололошки были брюнетами. Он хохотнул, понимая, что так гладко ничего не пройдёт…       Тут из толпы рослых скайзерновцев вышла и Глава клана, приветливо улыбаясь. Пара шагов, сокращающих расстояние, и она берёт Первого за руки, начиная радостно щебетать.       — Здравствуйте, господин Лололошка! — он поддержал её радость ответной приветливой улыбочкой, следуя туда, куда она его повела. — Простите, что так внезапно Вас вызвала к себе… Просто я только этой ночью озарилась идеей! И побоялась, что письмо до Вас к вечеру дойти не успеет! А надо ещё столько успеть!       — Не переживайте, Вы не сильно меня потревожили этим вызовом, Потема, но позвольте узнать, зачем же всё-таки Вы меня пригласили? — скайзерновка увела его в зал, где, нервно подмахивая лапой, закинутой на другую, сидел модельер. По метровой ленте на его шее и экстравагантному стилю было понятно, в чём суть его профессии.       — Просто хотелось бы нарядить Вас на праздник согласно скайзерновской моде! — улыбчиво проговорила женщина, модельер тут же нервно поднялся, явно не хотел здесь находиться, и бегло подошёл к гостю, оглядывая его со всех сторон.       — Это рабочая одежда или Ваш личный выбор…? — протянул манерным тоном модельер, аккуратно ущипнув за ткань на плече.       — Что-то между…? — неуверенно протянул он. Эта одежда ему была как влитая и невероятно сильно нравилась, да и он уже не помнил, с чего пошло, что все Первые стали одеваться в чёрные строгие плащи.       — Понятно, сейчас придумаем… — забубнил задумчиво дизайнер, доставая из-за спинки дивана свой пузатый чемодан. Лололошка с удивлением проследил за этим делом, увидел, как пружинисто на свет выпрыгнули туго запиханные в него одежды, стоило подняться крышке. Модельер стал перебирать вещи. — Чтобы сэкономить время, примерим разные фасоны, немного утянем по фигуре, что подойдёт, дополним разными акцентами… У Вас из-за отсутствия крыльев совершенно иной силуэт. Я с таким работаю впервые, и в голове даже не рисуются точные образы… Но у Вас красивая фигура, полагаю, мешки всякие сегодня в топку полетят…       В итоге Лололошке притащили ширму и вручили какую-то воздушную рубашку с бриджами… И стали перебирать всю тяжёлую артиллерию приглашённого модельера…       Замученный, где-то после полудня, Лололошка упал на диван, выдыхая и благодаря судьбу, что это, наконец, закончилось. У него просто взяли мерки и убежали подшивать. Потема же послала дворецкого за чаем и угощениями, подсаживаясь на диван рядом и аккуратно укладывая крылья с хвостом.       Тут Первый и смог опомниться, прийти в себя и, взглянув на мать своего друга, задать интересующий вопрос:       — Скажите, а Джодах уже пришёл? Я не увидел его в прихожей… — Потема удивлённо моргнула, склонила набок голову.       — Нет… А он должен был прийти…?       — Он сказал мне утром, что хотел прийти и посмотреть, в чём на бал пойдут другие родственники… — проговорил Лололошка, ловя себя на тревожных мыслях. Скайзерновец так и не добрался до точки своего направления. — Вдруг его поймала полиция… Он же по-прежнему незаконно находится вне Дизмиста…       Первого окатило горячими сожалениями. А вдруг это Зефирион нанёс предсмертный удар, чтобы не так обидно было, чтобы не всухую проиграть… Возможно, стоило незамедлительно дать Джодаху полноценную искру. Дать ему возможность уходить от опасности в иные миры. А то куда он… Что же с ним будет…       — Не волнуйтесь, — вернул его в гостиную голос Потемы, спокойный и вкрадчивый. — Джодах всегда был очень способным, тем более он обмолвился в письмах, что благодаря Вам вновь начал развиваться как маг. Я думаю, если его кто-то и прижал, то он смог бы дать отпор. И с помощью проклятья, и с помощью тех знаний, которые обрёл в школе и при Вас… Да и я сомневаюсь, что в полиции вообще есть точный фоторобот.       — Хотите сказать…       — Что он просто Вас обманул и на самом деле занят чем-то другим… — она вздохнула с выражением лица беззаботной матери, чьё дитя опять набедокурило в школе. — Эх, очень надеюсь, что благочестивым. Он всегда был скрытным и недоверчивым, с Дизмистом эта черта его только усугубилась… Не могу никак понять ход его мыслей и планы…       Лололошка задумчиво отвёл взгляд, гуляя им по пустым стенам. Он не мог помыслить, что бы такого сейчас Джодах мог втайне делать. Разве что готовить костюм где-то, где его не увидит никто? А может, зная, что Лололошка общается с его матерью, решил не искать помощи у родственников, а уйти к другим? Может, Туилин с Гуахом знают, где он и что задумал?       — Позвольте мне быстро посетить друзей… Я буквально на пару минут. — Он резко поднялся, провожаемый взглядом неловко согласившейся Главы клана Ави, в сопровождении слуг вышел за пределы поместья и направился к путеводному скинту.       Виртуозно, без раздумий, переместился в район, где обитала Туилин. Подошёл к двери дома, постучался, тут же отходя и заглядывая во все доступные с этой стороны окна:       — Туилин! — молчание. — Туя! — Опасный приём, за такое прозвище она могла и по шапке надавать. Но гневной реакции не последовало. Тогда он, хмуря брови от тревоги, повернул голову на соседние дома. Нашёл кое-кого, кто подозрительно смахивал на наёмника. На всякий случай, пусть и с меньшей активностью, за их мирным сном наблюдали безмолвные хранители. — Господин! — обратился он к скайзерновцу, который продолжил сидеть на раскладном стуле и глядеть на него. — Скажите, эльфийка, которая здесь обитает, никуда не уходила?       — Уходила. Ушла ещё утром. Оделась сегодня подозрительно легко.       То, что она вышла налегке, уже наталкивало на мысль, что уходила она с какой-то мирной и будничной целью. Какой — загадка. Может, просто прогуляться…       Кивнув самому себе и попросив наёмника оповестить о возвращении Туилин госпожу Ави, он снова пришёл к путеводному скинту и переместился уже в район, где расположился Гуах.       Только в этот раз дверь ему открыли самолично. На пороге стоял старый друг и коллега, слегка пришибленный на вид, будто спал.       — Ну, хотя бы ты всегда на месте! — нервно усмехнулся Лололошка, входя в дом и оглядываясь. Гуах был тем ещё аскетом во многих вопросах. Носитель голубого шарфа разделял с ним эту черту, но вот что их различало, так что это то, что Лололошка набирал всякого барахла во все свои ящики, сундуки, шкафы и карманы одежды, а Гуах был гол как сокол, и в таких командировках никогда не разживался сувенирами. Оттого внутри было пусто-пусто, словно дом сняли только вчера.       — Ты не нашёл Туилин и пришёл донимать меня? — едва ли внятно пробурчал багрянник.       — Ты почти угадал…       — Ну, конечно… Я до утра смотрел записи с чемпионатов по боевым искусствам.       — О, и каково твоё компетентное мнение? — склонил голову человек. Короткий багрянник махнул рукой.       — Упор в драках идёт на прыжки и пинки. Руки почти не задействуются. Но оно понятно, с крыльями торс базово становится неповоротливым, эффективнее наносить удары ногами. — Лололошка понятливо покивал, полагая, что запишет об этом в свою книжку, если не забудет, но пока его волновало местоположение двух близких друзей.       — Кстати, ты с Туилин накануне не разговаривал? Она ушла куда-то утром и всё ещё не вернулась…       — Так она наверняка готовится к балу. Она мне всю голову забила, говорила, что надо хорошо подготовиться, потому что там будут все-все-все. И подобное. Но я не знаю, мне без разницы, я в первую очередь воин, во вторую — инженер, и в третью — миротворец.       Человек тяжко вздохнул. Этого и стоило ожидать, когда речь заходила о Гуахе. Он бы и не пошёл, если бы не знал, что его силком притащат друзья ко дворцу.       Но, в общем-то, слова Гуаха его успокоили. Туилин и вправду могла уйти на весь день, чтобы присмотреть себе одежду или с кем-то по этому поводу посоветоваться.       Возможно, непременно с Джодахом, как с самым приближенным к их компании скайзерновцем.       Но для чего помогать персонально ей? Зачем врать Лололошке? У них там двоих какой-то план…? Оставляя товарища досыпать, парень перевёл дух, окончательно себя утешая. На балу и узнает, что эти двое придумали.

***

      Достаточно забавно и символично, но под бронзовым закатным небом Первый прибыл на бал в кортеже Ави. Он сошёл с дорогой машины с открытой крышей, отряхнул переливающуюся перламутром белую рубашку с вырезом почти во всю спину, изящными рюшами, ниспадающими с манжетов и огибающими строгим треугольником его грудь. Убедился, что не замарал штанины черных брюк и встал ровно, под стать своим сопровождающим.       Стоило ему сделать пару шагов босиком по холодному каменном кирпичу, как за забором королевского дворца засияли вспышки камер. СМИ приехало освещать событие. Щурясь от вспышек и прячась за крыльями Ави, Лололошка продвинулся глубже в королевский двор.       Вокруг был прекрасный, идеально прилизанный сад. Гуляя взглядом по окружению, он по-прежнему не видел никого, кого бы хотел увидеть. Ни Туилин, ни Джодаха, ни даже Гуаха… На душе становилось гадостно-жутко. Но он должен был присутствовать на мероприятии. Хотя бы приличия ради, раз в столетие, побыть нормальным человеком было нужно.       Во дворце Лололошка уже в принципе ориентировался. Он же здесь прежде жил. Не теряясь и не робея, он вновь оторвался от клана, к которому прибился, чтобы обойти залы и поискать знакомые лица. Но не было нигде белых макушек… Зато нашлась знакомая нервотрёпка, волоком несущая багрянника. Первый налетел на коллег.       — Туилин! — окликнул он, продвигаясь по ещё пока что свободному пространству. Эльфийка остановилась. Она была наряжена по скайзерновской моде — точно такая же открытая спина, однако эльфийской любви к сюртукам не изменила — нашла же что-то похожее у местных! — признавайся, так хорошо принарядилась, потому что с утра вдохновения набиралась?       Туилин остановилась, с удивлением его оглядывая, и хихикнула себе, отмахиваясь.       — Ты тоже сегодня модник высшего класса! Да, Гуах мне уже рассказал, что ты меня днём обыскался. А я просто уходила по бутикам.       — А Джодаха ты не видела? Я предположил, что ты попросила его о помощи.       — Я думала об этом, но потом решила, что не буду мучить несчастного своими вдумчивыми выборами… А что, вы разве не вместе?       Ох, это уже пугает…       — Нет. Он ушёл утром, чтобы якобы посмотреть одежду у своих родственников, но до родового гнезда он так и не дошёл. Потема считает, что он просто меня надурил, и я подумал, что вы там вдвоём могли бы сговориться, но…       — Что-то мне это не нравится. — настороженность, как огонь, перекинулась и на подругу. — Я честно даже не общалась с ним в последние дни… Очень надеюсь, что ничего плохого не случилось…       Ну, вот, теперь его даже некому было успокоить. План вырисовывается перед глазами.       — Держите уши востро. Я ещё обойду зал, поспрашиваю других, а потом… Потом уже буду дёргать родственников… Вот как взрослый Ави может пропасть посреди дня… Ему явно помогли…       И, не допусти случай, что это Зефирион.       Лололошка перевёл дух, сжал ткань поверх своего часто застучавшего сердца. И пошёл дальше искать. Потому что иного не оставалось. И, проходя возле большого пышного растения, стоявшего у прохода в меньший, пустующий зал, услышал тонкий цокот когтей по плитке. И ощутил ладонь с грубой кожей на своей голой спине. Когти едва ощутимо щекотнули, мурашки рябью прошлись по телу. И только затем Лололошка узнал это прикосновение. Узнал эту ладонь и эту кожу. Оглянулся, тут же подмечая, что его накрыла тень от высокого скайзерновца с длинными белыми волосами, которые были идеально расчесаны и безукоризненно заплетены в свежие косы.       Джодах медленно, словно смакуя, провёл вдоль не сошедших, набухших алых следов по полотну светлой кожи, после чего убрал руку, дал Лололошке возможность хоть что-либо трезво помыслить.       — Ты испугал меня. — И это был укор.       — Простите, — тихо и вкрадчиво, чтобы другие не слышали. — Я всё ещё стараюсь не показываться сильно, оттого и прячусь…       — Я не об этом. — Бесцветно пресёк Первый, поднимая серьёзный взгляд на дворянина. Он даже не переоделся. Был одет, как обычно… — Где ты пропадал? Я нигде не мог тебя найти!       — Мне нет прощения, — усмехнулся Джодах в сторону, склоняясь ещё сильнее над своим дорогим сердечным другом. — Я имел наглость обмануть Вас, чтобы заняться другими не менее важными делами… Это личное, я не готов Вам поведать…       Звучало всё это странно. Но Лололошка уже устал волноваться, он просто хотел пережить этот праздник с миром и покоем… И скрепить сердце перед тем самым страшным моментом, когда Джодах спросит у него про мирохождение. Про искру.       — Ладно… Забудь. Главное, что всё хорошо и все живы. Так ведь? Ты ведь население Скайзерна ни сократил, ни увеличил? — отшутился в итоге Первый. Дворянин округлил в возмущении глаза.       — Нет. Но могу, прямо сейчас. Или тогда, когда Вам будет удобно. — Заявил он твёрдо. Лололошка ухмыльнулся и тут же замял шутку.       — Давай найдём остальных и твою родню. Надо всех известить, что ты не пропал безвести, а жив и здоров       Вместе, осторожно крадясь вдоль стен, они нашли и Первых, и Ави, показывая, что ситуация снова под контролем, и переживать поводов больше нет. Наговорившись с Потемой, Лололошка легонько кивнул на прощание, а Джодах, ненавязчиво и сдержанно, взял мать за руки ненадолго. А она, счастливо-тоскливо улыбаясь, не постеснялась никого — притянула сына ближе, обнимая за плечи. Лололошка улыбнулся, наблюдая эту сцену, неловкие ответные объятия от Джодаха. Вскоре он отстранился от своей родни, поправил плащ, подходя к Лололошке, и тут же об него плечом ударился какой-то проходивший мимо господин.       Они оба оступились, в глазах Джодаха тут же мелькнула колючая настороженность, и Лололошка тоже ощутил, как по телу прошёлся разряд волнения.       — Ох, простите, молодой господин Ави… — проговорил незнакомец, опуская взгляд на пояс скайзерновца, на котором гордо висела клановая символика. И спокойно прошёл мимо, удивляя дворянина. Первый сам теперь до него дошёл, выдернул из транса осторожным прикосновением к ладони.       — Надо же… Он не сильно испугался… — пробубнил озадаченный Джодах, опуская взгляд в смятённых раздумьях. Лололошка же загадочно улыбнулся, с удовольствием помечая в голове, что план по обелению прошёл отлично. Теперь есть шанс, что друг не будет жить как позорный изгнанник на краю цивилизации. Больше не будет мучиться и умирать от тоски на утёсе… Не будет больше коротать время в бесконечной скуке по лесам…       Тут же всплыл в воспоминаниях момент их первой встречи. Несчастный белый ангел у корней большого дерева…       Лололошка силой стряхнул с себя накатившую печаль.Ничего не стыдясь, ровно как и Джодах в его адрес совсем недавно, прихлопнул пернатый копчик ладонью и повёл вздрогнувшего дворянина за собой. Его брови сошлись на переносице в таком диком возмущении, что по-хорошему Первому стоило бы упасть на колени и просить пощады.       Но он только нагленько улыбнулся, заглядывая в лицо своего спутника на этот торжественный вечер.       — Пойдём, мой дорогой друг, сегодня у нас праздник! Нужно кутить, как в последний раз!

***

      Король Авад пригласил трёх гостей из другого мира выйти к себе, чтобы даровать им на прощание щедрые подарки и дать на них прямой обзор тем немногочисленным СМИ, которые были допущены до дворца. Лололошка, напившийся алкоголя, но по-прежнему идеально трезвый, пожимал улыбчивому правителю руку, улыбался на камеру, а глаза непослушно с объективов скользили в толпу, где снова ото всех прятался Джодах.       Сколько бы он ни водил его за разговорами по залу, скайзерновец продолжал жаться куда-нибудь к стенке, укрываться крыльями, всячески прятаться, закрываясь и не допуская никакой возможности того, чтобы его личность была раскрыта… Что было разумно — он всё же вне закона, и король его в лицо уже видел, но, тем не менее, это было удручающе. Лололошка хотел, чтобы он завёл себе новые связи в мире, раз ему выпал такой великий шанс, раз настроение общества к клану стало меняться в лучшую сторону. Но и заставить его сейчас не мог. И противостоять его зацикленности на его персоне — тоже.       Это ведь их последняя встреча.       — Ты даже не хочешь ни с кем потанцевать? — задумчиво протянул Первый, когда вернулся с награждения каким-то бессмысленным, но красивым орденом к дворянину. Беловласый без интереса проскользил взглядом по крылатой толпе, по громадным стеклянным окнам, за которыми уже разлились синие сумерки. Оттенки балансировали на грани ночи.       — Хочу. Но строго наедине. — Был сухой ответ. Лололошка прикинул: в таком зале наедине остаться никак не получится… Да и когда им танцевать? После бала будет не до этого. Даже с большим желанием.       И тогда у Первого щёлкнула в голове сумасшедшая идея. Как раз под стать последнему дню пребывания в Скайзерне.       — Пойдём со мной… — позвал он, беря скайзерновца за руку. Джодах и кудахтнуть ничего не успел, как Лололошка бодрым шагом увёл его из зала в коридоры дворца. Они прошмыгнули в одни двери вместе со слугой, уносящим пустые бокалы. Звуки музыки всё ещё казались очень громкими, но чем глубже Первый уводил дворянина вглубь дворца, тем больше казалось, что звуки увядают насовсем. Даже цоканье когтей притихло.       — Лололошка, куда Вы меня ведёте? — шёпотом, зная, что они делают непозволительно, спросил скайзерновец. Человек улыбнулся, но фокусировался на коридорах, убеждаясь, что нигде никого нет, кто мог бы их поймать и выгнать.       — Я знаю одно интересное местечко… Присмотрел, пока жил здесь… Там нас никто не застанет… — когда опасный участок закончился, Первый перестал красться и заговорил чуть громче. Они настигли очередной лестницы, Лололошка надавил на ручку и толкнул её, после чего понял, что она закрыта. Нахмурился, ощущая, как увядает хулиганистое настроение.       Тайком сбегать с праздника — это весело и забавно, но выламывать двери — уже перебор.       Так подумал Лололошка. А Джодах тенью метнулся мимо него, подходя к двери.       — Джодах… — воззвал Первый, но его слова остались неуслышанными. Молодой скайзерновец опустился на колено перед замком и начал что-то вытворять, щёлкая механизмом. И довольно скоро дверца свободно открылась, впуская в холл приятную свежесть.       — Всегда к вашим услугам — господин Ави едко улыбнулся, галантно указывая на дверь и приглашая его пройти вперёд. Лололошка вздохнул прозаично и проследовал согласно приглашению, и в дверном проёме дёрнул друга за собой по лестнице вверх, выводя под замечательный, полный звёзд-веснушек небосвод.       Город, видный с плоской крыши дворца, горел фантастическими огнями, справляя прощальный праздник. И здесь, что феноменально, всё ещё было слышно музыку. Стало быть, сама вселенная благоволила дурацкой затее несносного Первого. Он отпустил ладонь Джодаха, отходя подальше. Они устремили свои взоры с расстояния. Заскрипели струнные инструменты, подхватили духовые, и Джодах, стреляя решительным взглядом, начал кружить, свободно распуская перьевой хвост и крылья. Белые волосы заметались от широких, чётких движений. Лололошка сыграл по правилам скайзерновских танцев — встал по струнке, наблюдая, как дворянин, беспрестанно находясь в крутящем движении, обогнул его по оси, красуясь своей ловкостью и крепким телом — демонстративно и открыто. После чего подхватил под ладони, уводя с собою в кружение. За спиной его смазались, как масляная краска под шпателем, яркие огни.       Руки Джодаха плавно отпустили Лололошку, они снова отстранились, ловя мерцающие задором взоры друг друга. Робкими шажками в композицию вошёл инструмент, которого Первый опознать не смог, и вместе с тем, потихоньку продвигаясь, скайзерновец вновь стал кружиться возле него. Первый ухмыльнулся, начиная танцевать самостоятельно, передвигаясь широкими шагами по огромному плато крыши. Дворянин догонял, освещая белизной своих крыльев синие сумерки. Свет, исходящий от фонарей в саду, обрамлял их силуэты, словно корка медовой карамели.       Голым ногам Первого было прохладно, но зато так легко они несли его в головокружащем танце. Двое метнулись мимо друг друга, чтобы через пару шагов развернуться и ринуться обратно, схватиться за руки в замок и сделать последние круги, что в скорости своей затихали вместе с музыкой.       Остановка пришлась на тесные объятия Джодаха. Лололошка, переводил слегка сбитое дыхание и млел от тепла, что настигло его, как только белые крылья сомкнулись за его оголённой спиной, укрывая от ветра. Он обнял его плечи в ответ, слыша под ухом громкое и частое биение сердца.       — Смогу ли я уйти вместе с Вами? — раздался шёпот прямо над головой.       Лололошка подавил удручённый вздох. Уж очень малодушно молился и надеялся, что Джодах об этом не обмолвится. Но, конечно же, задал неудобный вопрос. Да время уже подходило — миг разлуки исчислялся часами.       — Прости, но… — слово застряло в горле, холодно стянуло внутри всё вокруг сердца. Лололошка отвернулся в сторону, уходя из тёплых объятий, чтобы слащавый свет фонарей засветил лицо подлеца. — Я не могу дать тебе искру.       Место под звёздами утонуло в тяжёлой тишине. Первый не знал, чего боялся больше: этой тишины или ожидания недовольного восклика.       — Это из-за моего проклятья? — с пугающей смиренностью и улыбкой в голосе вопросил Джодах. Лололошка вмиг обернулся на него, заглядывая в фиолетовые глаза. На них была пелена безжизненности, хоть лицо и улыбалось. Жуткая картина.       — И из-за того, что ты его так рано применил… — таким же смиренным, тихим тоном выдал Лололошка. Джодах вздохнул, его лицо разгладилось от прежней нездоровой весёлости. По воздуху волнами шло гулкое напряжение.       — Досадно. — Пожал плечами дворянин, отводя в сторону взгляд. Будто ему запачкали штанину. Будто испортили причёску, неаккуратно растрепали перья в крыльях. Будто он потерял небольшую сумму денег. Будто с ним произошла лёгкая неприятность, а не страшное предательство.       Лололошка остервенело вглядывался в его лицо, но не мог понять, где же горячая обида? Где же желание обвинить в подлости? Где же?       — Но Вы же будете меня посещать? — Первый замер, не дыша. Это было меньшее, что он мог пообещать Джодаху, чтобы восполнить такую неблагодарность. И потому кивнул.       — Конечно. Не могу обещать, что очень часто… Ведь я точно так же на делах заселяюсь основательно в чужих мирах, но… Да. А если же долго не буду приходить, — он поднял взгляд, чтобы решительно показать свою честность и намерение. — То это наверняка потому, что меня пленили или убили.       — Вот любите же вы пошутить! — нахмурился дворянин, и Лололошка неловко хмыкнул, полагая, что сбавить напряжение не сумел. Впервые за долгое время. Гнев Джодаха, однако, быстро сменился милостью. Лицо вновь разгладилось и стало спокойным. — В таком случае… — он на мгновение отвернулся, шурша складками одежды. Повернулся, что-то трепетно и бережно прижимая к груди, пока не подошёл ближе и не вложил это прямо в ладонь.       Это была маленькая стеклянная бутылочка, а в ней… Витало облако. Маленький-маленький полупрозрачный кусочек, напоминающий сахарную вату. Поражённый Первый поднял взгляд, полный непонимания и любопытства.       Джодах загадочно улыбнулся, отвёл на момент взгляд и подсобрался, обращая взор снова прямо на Лололошку.       — Я полагал, что Вы с этим явлением не знакомы. Это живое облако, довольно редкий предмет. Я дарю его Вам. И ожидаю, что Вы непременно ко мне ещё вернётесь. Вы можете считать этот мир своим последним пристанищем. Я всегда приму Вас здесь. — И снова отвёл взгляд, на секунду задумавшись с каким-то опасным лезвием лукавства на зрачках. — А если не придёте — я сам вас непременно разыщу. С искрой или без… — и склонился к нему ближе, переходя на тон ниже. — Хотите, чтобы я остался здесь — не вздумайте задерживаться. Я ведь довольно настырный, и Вы это знаете.       Лололошка улыбнулся, грустно, но с надеждой. Джодах не в обиде.       — Вы что-то совсем бледны… Неужто так замёрзли? — скайзерновец оглядел его с ног до головы. — Вы обычно одеваетесь куда закрытее.       — Ах, да, — протянул он, подмечая, что ногам стало совсем холодно. Стоило бы надеть обувь. Но он не подумал, что будет танцевать на холодной крыше ближе к ночи. — У моей расы много тепла уходит через ноги… Я пошёл на поводу у ваших обычаев, но забыл про свои особенности организма… — и усмехнулся, от неловкости почёсывая у себя в затылке.       Всего секунда, и Лололошка ощутил руки у себя под коленями и под спиной. Следующая — обнаружил себя на руках у дворянина, его ласковый, уверенный взгляд умаслил любое желание воспротивиться.       — Раз так, я «провожу» Вас до дверей. — Тон его принял бархатно-игривый окрас. Лололошка, глядя во все глаза, согласно угукнул, позволяя скайзерновцу развернуться и медленным шагом по крыше, лестнице растягивая процесс, отсрочивать неизбежное. Но дверь продолжала приближаться. И с этим ничего нельзя было сделать.       Первый не любил долгих прощаний. Потому что с каждым мигом всё сложнее и сложнее оторвать себя от точки пространства и двинуться вперёд. Хочется остаться ещё на минутку, и ещё и ещё. Скайзерн — прекрасное место. А Джодах — хороший товарищ, с которым разделено столько ночных разговоров и взаимных уроков.       Лололошка сжал в руке бутылку с облаком. Прислонился вновь к груди, за которой билось сердце. Коридор сменил коридором, этаж — этажом. Это шествие заняло неприлично долгое время. Потому что праздник уже должен был потихоньку подходить к концу.       Когда они оказались у зала, где и шло празднование, их сразу встретили другие Первые, собранные, готовые уходить.       Так скоро… Послав их к выходу, Лололошка задержался ещё, стоя подальше от чужих глаз в коридоре, где никого нет.       — Ну, вот и всё… — вздохнул человек, поднимая печальные глаза вверх, на Джодаха, смотрящего с такой же эмоцией. — Спасибо за всё. И прости, что вот так тебя покидаю.       Джодах не ответил. Лишь склонился ближе, коротко клюнул его в уголок губ, опаляя теплом.       — Вы переживаете больше моего… — усмехнулся он, но улыбка его была такой же тоскливой, а взгляд — рассеянным, нечётким. — Я буду скучать по Вам. Но знаю, что Вам нужно идти. Спасать другие такие же миры от тиранов… Пожалуйста, идите, а я дождусь. Скайзерновцы долго живут и без искры…       Первый, замерев от удивления, не скоро, но всё же согласился кивком. И сделал небольшой шаг назад, создавая между ними расстояние, разворачиваясь и подходя к своим коллегам сквозь толпу.       Они уходили под ночь, а высший свет Скайзерна провожал их в королевском саду, вставая полукругом и ликуя своим просветителям.       — Ну, что, вы готовы? — тихо задал он вопрос, осматривая лица друзей.       — Да, Ло, мы готовы. Ничего не забыли. — Туилин вдруг прищурилась на него, склоняясь ближе. — А ты ничего не забыл?       — Нет, вовсе нет… — покачал он головой, осязая, как куда-то за спину тянется нить связи с кем-то. С кем-то, к кому он успел привязаться.       — Ну, ладно. Значит, переносимся?       — Верно… — вокруг заиграли золотые частички искры, предзнаменуя скорый переход. Лололошка стал готовиться вместе с остальными, призвал маску, поверх неё кидая быстрый взгляд, прежде чем надеть. Мир вокруг будто стал замедляться, становиться эфемерным и практически нереальным. Лололошка глядел на массивные двери дворца, рассчитывая вновь в толпе увидеть лицо Джодаха. Как последнее прощание. То самое, после которого уже всё. Ни увидишь, ни заговоришь.       Стена светящихся крупиночек поднималась всё выше и выше, пышнее и пышнее, но сквозь неё знакомого скайзерновца было не видать.       В Скайзерне полетело конфетти из золотых частиц. Мимолётное свидетельство. В толпе беловласый ангел поймал одну частичку ладонью, прижимая крепко к груди.