Эфир и электричество

Клиника располагалась в районе Вулкана, и Рин пришлось добираться туда на метро. Невысокое здание стояло поодаль от основной улицы, теряясь в небольшом парке. “Почему почти все больницы окружены деревьями?” - невольно задалась вопросом кошка. Солнце уже заходило, поэтому окна желтыми глазами следили за тем, как тирен приближается ко входу. “Городское медицинское учреждение им. Н. Стилуотера по лечению эфирных заболеваний” значилось на табличке около двери. Хмыкнув, Рин дернула ручку двери и двинулась к ресепшену. – Здравствуйте, у меня назначено на семь вечера к доктору Миямура. – Добрый вечер! Сейчас посмотрю, - дежурно улыбнулась девушка за стойкой. – Куронеко Рин, верно? Хорошо, что вы пришли заранее, нам надо завести карточку пациента… – А это обязательно?.. У меня, скорее всего, ничего нет, просто друг волнуется, - начала было отпираться тирен. Как-то не хотелось закрепляться в больнице. – К сожалению, это обязательная процедура. Пожалуйста, покажите свои документы и заполните эту анкету, - девушка передала Рин несколько распечатанных страниц и указала на столик с диваном у стены. - Можете присесть там. Обязательно отвечайте на вопросы честно. Не волнуйтесь, эта информация является медицинской тайной и не уйдет дальше стен клиники. Рин кивнула и задумчиво пошла в сторону диванчика, на ходу читая вопросы. “Были ли у ваших родственников заболевания, связанные с эфиром?” Без понятия. “Как часто вы посещаете каверны?” Черт его знает? Ладно, пусть будет раз в неделю. “Находили ли у вас мутации внутренних органов?” Э-э-э… Вроде нет? “Мучают ли вас приступы боли, и, если да, то как часто?” Рин глубоко вздохнула и принялась заполнять анкету. Спустя пятнадцать минут, показавшихся кошке целой вечностью, анкета была заполнена и отдана в регистратуру. Подшив листы в папку с именем Рин, девушка отдала документы и папку тирену со словами: – Доктор уже ожидает Вас. Поднимитесь на второй этаж, двадцать второй кабинет, это налево от лестницы. Рин кивнула и направилась в указанном направлении. Дверь кабинета уже была приоткрыта, но кошка, ради приличия, легонько постучала по дверному косяку, прежде чем войти. – Здравствуйте, мистер Миямура, - заглянула в кабинет тирен. – Здравствуйте. Вы Куронеко Рин, верно? - поднял голову от заполнения документов пожилой мужчина в белом халате. – Присаживайтесь. Кошка кивнула и устроилась на стул рядом со столом доктора. – Итак, на что вы жалуетесь? - сложил руки в замок и внимательно посмотрел на Рин Миямура. – Если честно, особо ни на что. Меня попросил прийти к вам друг, так как волнуется из-за моих приступов боли в спине. Говорит, это похоже на болезнь его знакомого - синдром злокачественной устойчивости к эфиру. – Мисс, при этом заболевании у пациента наблюдается повышенная устойчивость, как и следует из названия. Как обстоят дела в вашем случае? – Именно так. У меня, как говорили врачи, феноменальная устойчивость. – Хм, - нахмурился Миямура. – А что за боли? – В спине, простреливающие. Ну, знаете, будто локтем ударился, но по всему позвоночнику и гораздо сильнее. Но у меня была электротравма, даже шрам остался. Могу показать. – Будьте так добры, - кивнул мужчина. Рин быстро сняла худи и водолазку и положила их на кушетку рядом, а затем повернулась спиной к доктору. – Невероятно… - пробормотал Миямура, осторожно прикасаясь к шраму. – Как вы после такого выжили? – Никто не знает. Я, в общем-то, тоже, - пожала плечами тирен. – Это действительно может быть причиной, - задумчиво начал доктор. – Но исключать синдром только из-за этого нельзя. Сейчас проведем несколько тестов на устойчивость.Можете одеваться. Следующие полчаса прошли в тщательном обследовании. Рин брали кровь из пальца на экспресс-тест, проверяли насыщение радужки эфиром и даже сделали сканирование на аппарате. – Поразительно. У вас почти абсолютная устойчивость к эфиру. Это редкость даже среди больных синдромом. Вам когда-нибудь делали МРТ? – Нет, у меня какое-то массивное затемнение в голове, поэтому врачи побоялись его делать. Вдруг металл, - развела руками Рин. – А спиральную КТ? - не унимался доктор. – Н-нет? - неуверенно ответила кошка. – Если честно, не знаю, мне вроде только рентген тогда в больнице сделали и всё. Смотрели, есть ли какие-то защемления позвонков. – Тогда давайте пройдем, – приглашающе подал руку Миямура, вставая со стула. – Извините… Я не уверена, что мне хватит на всё это денег… - неловко замялась Рин. Доктор улыбнулся. – Не волнуйтесь, ваш прием уже полностью оплачен. Брови Рин взлетели вверх, но Миямура лишь хитро глянул на нее и двинулся в сторону лестницы на первый этаж. Тирен думала, что компьютерная томография займет час или и больше, но, к её удивлению, подготовка и сам процесс заняли не более тридцати минут. Возвращались в кабинет они в молчании: Рин просто было особо нечего сказать, а Миямура о чем-то усиленно размышлял. Наконец, когда они заняли свои места, доктор сложил руки в замок и серьезно начал: – Мисс Куронеко, у меня для вас довольно неоднозначные новости. У вас действительно наблюдаются мутации в позвоночнике и, предположительно, мозгу, характерные для синдрома злокачественной устойчивости к эфиру. Однако подобные изменения соответствуют ранним этапам болезни. Жаль, что мы не знаем вашего точного возраста, но, судя по вашему внешнему виду, вам около двадцати. Патологии костной структуры же, наблюдаемые у вас, соответствуют возрасту пяти-семи лет при средней тяжести синдрома. Рин сидела, как громом пораженная. – То есть… У меня нет будущего? – Все мы смертны, - философски пожал плечами Миямура. – Ваш случайно крайне уникален, поэтому я не могу даже примерно предсказать как долго болезнь будет набирать обороты. Возможно, у вас в запасе еще пара лет. А может - все двадцать. Единственное, что я могу вам предложить, это стабильно посещать клинику и проходить чек-ап состояния, чтобы знать скорость развития и быть готовыми к обострениям. Сейчас я выпишу вам рецепты на лекарства, пожалуйста, принимайте их вовремя, схему лечения я тоже напишу к каждому препарату отдельно. – Ясно. Спасибо. Я… От меня еще что-то требуется? – Нет, мисс. Вот, возьмите мою визитку, - доктор вытащил из подставки одну визитку и вручил Рин. – Если симптомы усилятся или появится что-то новое - обязательно звоните, мы назначим встречу. Тирен отстраненно взяла в руки визитку и убрала в маленький черно-белый рюкзак, с которым пришла. Туда же отправились несколько листов с рецептами на лекарства и схема их приема. – Спасибо. Я пойду. – До встречи, мисс Куронеко, - кивнул Миямура, добавляя в её карточку записи исследований. Рин не запомнила путь от кабинета до метро. Путь сливался в одну нечеткую картинку. Коридоры, стойка регистратуры, парк при клинике, освещенные фонарями улицы, метро… Шестая встретила вечерней тишиной. Внутри тоже была тишина - но хрупкая, готовая разбиться от любого неверного взгляда на вой и слёзы. И тирен была невольно рада, что никто ей так и не встретился, кроме Клякса и генерала Чопа, занятого закрытием лавки. В видеопрокате было успокаивающе темно, только со второго этажа пробивался мягкий свет и негромкие голоса прокси. Собрав осколки мыслей воедино и почти ментально порезавшись, кошка сделала волевое усилия, вынырнула из объятий мрака и поднялась по лестнице на кухню, откуда и шло освещение. Сиблинги сидели за столом-стойкой, негромко переговариваясь. Обсуждали какое-то дела видеопроката или своего “другого” бизнеса, тирену было как-то всё равно. Звуки доходили как через толщу воды. Под внимательные взгляды Рин упала на стул напротив, закрывая дрожащие губы рукой. – Рин… Насколько всё плохо? - тихо начала Белль. Редкие предательские слезы всё-таки покатились по щекам, несмотря на все усилия. Кошка усмехнулась, сцепила руки в замок и дрожащим голосом начала: – Ну, я не в самом плохом состоянии. Врач сказал, что у меня действительно есть мутации, но они совершенно не соответствуют моему возрасту. Что-то вроде того, что болезнь на мне тормознула знатно или началась только относительно недавно. А еще мне снова не смогли в черепушку заглянуть из-за массивного затенения, но это мелочи. Выписал таблеток кучу… Видимо, на это я и спущу свою первую зарплату. Вайз был задумчив, а Белль сочувственно смотрела Рин в глаза. – Давай я сделаю тебе зеленый чай с мелиссой. А еще у нас есть круассаны с миндалем, хочешь? - сестра обошла стойку и мягко положила ладонь на плечо кошки. Рин остервенело утерла слезы и кивнула. – Ты уже говорила кому-нибудь? - осторожно спросил Вайз. Тирен глянула на него в замешательстве. – А кому? Вы мне самые близкие люди. – Асабе, например. Именно он, всё-таки, настоял на том, чтобы ты пошла провериться. Рин фыркнула. – Кстати о нём, этот придурок оплатил мне приём. Сиблинги переглянулись. – Точнее, врач не сказал, кто именно, но это очевидно, - пожала плечами тирен. – Надо будет ему выволочку за такие приколы устроить. – Рин, это, конечно, неожиданно, но ты пойми - для него тема синдрома очень болезненна. В принципе, неудивительно, что он так поступил. Он и так отчисляет часть зарплаты в лечебницу. Кошка присвистнула и получила подзатыльник от Белль. – За что?! И вообще, не бей инвалида! – Быстро же ты перешла от депрессии к принятию, - хмыкнула та, ставя перед Рин чашку с чаем и блюдце с круассаном. – Ну а что, вечно плакать теперь что ли, - тирен шмыгнула носом и отпила чай. – Если вы решили, что так просто отделаетесь от меня, то очень сильно ошибаетесь. Раз у меня нет будущего и прошлого, то будем отрываться в настоящем. – Ты, главное, всё равно знай границы… - пробормотал Вайз. – Какие границы? - невинно похлопала глазами Рин, а затем спрятала смешок в кулак. – Да не собираюсь я совсем с ума сходить. Просто теперь есть лишний аргумент в сторону действия, если встанет выбор между ним и бездействием. Вайз незаметно выдохнул и кивнул: – Когда пойдешь за лекарствами? – Завтра утром, наверное. Кстати, что там с заказом? – О, всё хорошо, - вклинилась Белль с улыбкой. – Клиент отписался, что компания уже нашла наши маячки, и с грузом все было в порядке. – Чудно. Интересно, хватит ли мне еще и на парикмахера… – Хочешь еще короче? - Белль села на свое место и с интересом подперла голову руками. – Не, просто это поправить, - Рин пожала плечами и откусила кусок от круассана. – М-м, кайф. Еще немного поболтав о предстоящих планах, сиблинги собрались и ушли готовиться ко сну, оставляя Рин одну. Она доела угощение, минут пять сверлила телефон взглядом, но все же решилась и написала: “Спасибо за то, что оплатил прием.” “Мне действительно поставили раннюю стадию синдрома.” Асаба был не онлайн, поэтому Рин полезла бездумно листать ленту. Внезапно ей в голову пришла идея, и коготки застучали по экрану, вбивая в поиск по Интерноту запрос: “Асаба Харумаса”. Почти мгновенно на экране появилась парочка крупных сообществ фанатов Секции 6 в общем и Харумасы персонально. Давясь ухмылкой, Рин щелкнула по второму и провалилась в гущу фанбазы. Чего там только не было: посты с расписанием работы Секции, анонсы официальных встреч, куча фотографий, половина из которых были сделаны втихую, войны в комментариях и прочее, характерное для огромного сообщества. Спустя полчаса Рин с удивлением нашла в одном из постов фото, на котором была она сама с Асабой в порту Элпис. На снимке был момент, когда она откидывала голову назад, сидя на лавочке, и смешливо смотрела снизу вверх на слегка склонившегося Харумасу, выглядящего не менее довольным. В комментариях был незамутненный разумом хаос. Кто-то ушел в отрицание, говоря: “Маса-маса так всем улыбается, это ничего не значит.” Кто-то был на стадии гнева, обещая все кары небесные на голову Рин. Третьи уже дошли до депрессии и горевали о том, что “лучший мальчик КУЛАКа” нашел себе пару. Сделав пару скриншотов особо забавных, по её мнению, комментариев, она открыла Тук-тук и хотела было нажать на чат с Асабой, когда диалог ожил, выдавая ей ответ на прошлое сообщение: “Я до последнего надеялся, что ошибусь.” “Наверное, хорошо, что ты узнала об этом так быстро.” “Пожалуйста, обращайся, если понадобится помощь, я постараюсь сделать всё возможное.” Палец замер над кнопочкой добавления медиа к сообщению. Рин невольно грустно улыбнулась, начиная понимать, что все эти девушки нашли в нём, кроме смазливой внешности. Через пару минут щелкнуло новое сообщение, заставившее её очнуться от оцепенения: “Мисс тирен?” “Ответь что-нибудь.” Тряхнув головой, Рин все-таки щелкнула на добавление медиа, перебивая направление диалога:

“Смотри, что нашла!”

“Нас в твоем фан-паблике уже зашипперили~”

“Меня же не убьют за то, что постояла рядом?”

“Ты просто не дошла до других фоток, там с Белль еще веселее ситуация была.” “Но в большинстве своем эти фанатки безобидные.” “Я всё-таки не айдол какой-нибудь.”

“А выглядит так, будто айдол.”

“Между прочим, я неплохо пою. У нас иногда проходят встречи с Секцией 5, типа тимбилдинг, обычно в караоке-бар засылают. Янаги постоянно именно меня отправляет.” “Правда потом горло болит.”

“Теперь мне интересно это услышать.”

“О нет, я не сдамся просто так.” “Только в обмен на что-то равноценное.” Рин скептически хмыкнула в чашку с остатками холодного чая.

“Ладно, храни свои секреты.”

“Быстро же ты сдаешься~” Задумчиво посверлив телефон взглядом, она наконец-то написала: “И что же ты хочешь?” Ответа не было. Подождав минут десять, тирен выключила экран телефона, поставила посуду около раковины и погрузила кухню во мрак. Пора было идти спать. Утром её разбудила суматоха около HDD. В перерывах между препирательствами с Феей, Вайз пояснил, что утром пришло сообщение от Рэй, одной из исследователей Нулевой каверны. Их вызвали для очередной зачистки. Полусонная Рин предложила свою помощь, но брат-прокси лишь покачал головой: отряд на сегодня был собран, а Белль и Эос уже были на полпути к посту Скотт. Девушка лишь пожала плечами и уползла на второй этаж в комнату Белль - та разрешила днем спать на её кровати. Постель пахла хлопком, солнечным светом и, совсем немного, кофе, и Рин с довольным урчанием замоталась в одеяло. Первое, что кошка услышала по пробуждении - тихие голоса с первого этажа. Рин навострила уши. – …нет смысла скрывать. Вы в одной лодке. – Как это поможет делу? – Ну даже не знаю, общая беда сближает? – Ты знаешь, я не люблю об этом распространяться. Тем более вы рядом с ней, зачем мне лишний раз лезть… – Ты еще скажи, что боишься её. – Скорее боюсь, что моя надежда окажется напрасной. И вообще, почему мы об этом говорим? И где она? – Вайз сказал, что она спит у меня в комнате. – Все кошки одинаковые… Голоса стали приближаться, и Рин сделала вид, что всё еще спит, повернувшись лицом к стенке. Дверь тихо приоткрылась. – Смотри, какая смешная, - прошелестела Белль. – Уши торчат. – Вот зачем ты сказала, теперь хочется подойти и потрогать, - так же тихо ответил Асаба. – Спроси её, может дастся, - прокси усмехнулась, а затем сорвалась на пронзительный шепот. – Харумаса!.. Послышались приближающиеся шаги и через мгновение к голове прикоснулась прохладная рука. Пальцы скользнули по краю ушка, зарылись в волосы у основания и мягко потерли нежную кожу. Захотелось замурчать и отдаться в эти умелые руки, чтобы это ощущение не кончалось. Пересилив свои звериные порывы, Рин быстрым движением вцепилась в наглую руку и повернулась на спину. Как и ожидалось, в капкан попался один наглый молодой человек. – Упс? - с невинной улыбкой выдал Харумаса. – И вам доброе утро, - показательно нахмурилась тирен. – Рин, только не калечь этого дурака, пожалуйста! - подскочила к ним Белль в ужасе. – Назови самую любимую часть его тела, и я обещаю, что не буду её трогать, - абсолютно невозмутимо ответила Рин и потянула и так склонившегося Асабу на себя. Не удержав равновесие, тот неловко плюхнулся сверху, с нервной улыбкой пытаясь высвободить руку из захвата. Нос обдало странным сочетанием больничного антисептика и мяты. – А моё мнение учитывается? – Нарушителям спокойствия слова не давали, - свободной рукой Рин обхватила Харумасу за спину и слегка выпустила коготки, заставляя прекратить сопротивление. – Какая еще любимая часть? - оторопело засмеялась Белль. – О, отлично, значит потрогаю все, - кошка хищно оскалилась. Затихший было парень снова завозился, пытаясь высвободиться. – Я признаю свою вину и готов понести наказание, только отпусти меня! – Хм-м, отпущу, если расскажешь свою самую страшную тайну. Нарочитое сопротивление прекратилось. Спина под рукой качнулась от глубокого вздоха, и Харумаса слегка приподнялся, лунным взглядом гипнотизируя охотницу. Рин готова была поклясться, между их лицами было меньше десяти сантиметров пространства. Неожиданно вся ситуация разом обрушилась на неё. Он лежит на ней в кровати Белль и почти соприкасается с ней носами. А она обнимает его одной рукой, тогда как другой держит за запястье, заведенное за её голову. – Самую страшную? - мятно выдохнул Харумаса. Стало жарко. Но отступить - значит признать своё смущение. – Самую страшную, - невольно облизнулась Рин. – Я… Смертельно болен. – Что? - от неожиданности Рин отпустила Асабу и резко села, чуть не заехав лбом ему по носу. – Что слышала, - пробурчал он в ответ, поднимаясь на ноги. – Чем? – Тем же, что и ты. Рин лихорадочно совмещала факты. Поразительная ознакомленность с диагнозом. Помощь больным. Желание жить на полную. – Почему ты не сказал раньше? - тихо спросила она. – О возможности сдохнуть в любой момент особо не распространяются, - Харумаса смотрел куда угодно, но не на Рин. – Мы в одинаковом положении! – Это ложь, - он повысил голос. – Каким-то чудом у тебя ранняя стадия, тогда как мне неизвестно сколько осталось. У тебя есть время для жизни, у меня же - украденные у смерти мгновения. Тирен затихла, с немым сожалением рассматривая неестественно прямую фигуру. Асаба со вздохом взъерошил свои волосы. – Прости. Я просто немного тебе завидую. – Если бы я могла - я бы поделилась своим временем без раздумий. – Возможно, у тебя еще получится, - слабо улыбнулся Харумаса. Белль возмущенно уставилась на него. Рин же непонимающе склонила голову набок. – Не смотрите на меня так! Я лишь надеюсь, что уникальный случай мисс тирен поможет врачам лучше изучить болезнь. Рин задумчиво кивнула. Придётся почаще заглядывать в клинику. Но если это действительно поможет - почему нет? В конце-концов, даже если это не спасёт Харумасу, то пригодится многим другим. – А чего вы вообще пришли-то? Специально меня разбудить? – Не совсем, мы просто хотели фильм посмотреть, - подала голос Белль. – А, так я помешала вашему свиданию… – Это не свидание! - одновременно воскликнули прокси и Асаба. Рин покатилась со смеху. – Пойду на кухню тогда, не буду мешаться, - кошка встала с кровати, влезла в толстовку и направилась к выходу. – А фильм с нами посмотреть не хочешь? - неожиданно предложила прокси. Рин ненадолго задумалась, а затем кивнула. – Только чай сделаю. Вы будете? – Мне какао! С сахаром, без маршмеллок! - тут же радостно заказала Белль. – А мне просто черный чай. Можно с бергамотом, если есть, - кивнул Харумаса. Тирен кивнула еще раз и ушла на кухню, невольно всё равно прислушиваясь к разговору этих двух. Чего еще она не знает? Оказывается, смотреть они собирались то самое “Вторжение”, которое советовала ей Белль. Фильм оказался на удивление интересным, хоть и сам посыл того, что эфириалы могли выходить из каверны и бродить по улицам, казался Рин бредом. Если они эфирные создания, то не логично ли было оставаться там, где их существование подпитывалось? Где они были априори сильнее? Весь фильм они с Белль негромко переговаривались, не обращая внимание на притихшего с краю Харумасу. Когда по экрану потекли финальные титры, Рин обернулась к нему и со смешком обнаружила того спящим. – Так постоянно происходит, - пожаловалась Белль. – Он ни один фильм до конца не досмотрел. Рин уже хотела его потрясти, чтобы разбудить, когда заметила, что он хмурится во сне. А затем уловила еле слышную фразу: “Это был не я.” – Кажется, он видит кошмар, - прошелестела Рин, переглядываясь с прокси. – Говорят, нельзя резко будить человека, если ему что-то снится. Кошка осторожно подвинулась к Харумасе и стала мягко гладить того по голове одной рукой, а другой осторожно взялась за сжатую в кулак ладонь. Однако даже спустя пару минут напряжение из тела Асабы не уходило. Решив, что настало время для отчаянных мер, Рин осторожно наклонила его на себя, положила голову на грудь и тихо замурчала, успокаивая. Белль, молча наблюдавшая за этим, вскинула брови вверх. Тирен лишь картинно закатила глаза - что-то нормально сказать она попросту не могла, пока мурлыкала. Несмотря на экстравагантность метода, это помогло. Через несколько секунд Харумаса расслабился и приобнял Рин. А еще через минуту невразумительно забормотал что-то про наглого кошака. Белль почти беззвучно хрюкнула в кулак от смеха. Решив, что достаточно поработала терапевтической кошкой, Рин осторожно стала отползать от Асабы, однако тот слегка повернул голову и неожиданно выдохнул ей в шею: – Подожди. Дай еще послушать. Не знал, что тирены умеют мурлыкать. Рин резко отскочила, от чего всё еще сонный парень с ойканьем завалился на диван. – Вот так и спасай людей от кошмаров, - злобно пушила хвост тирен, пытаясь за агрессией спрятать смущение. Сама виновата. Захотелось обнять беззащитного Харумасу. И вот к чему это привело. – Справедливости ради, это действительно помогло. А как вы поняли, что мне кошмары опять снятся? - снова придал себе сидячее положение растрепанный Асаба. – Ты хмурился и говорил во сне, - подала голос давящая улыбку Белль. – Что говорил? - казалось, он стал одного цвета со своей рубашкой. – Что-то вроде “Это не я”, - прокси пожала плечами. Асаба выдохнул и немного успокоился. – Не знал, что разговариваю во сне. Решив самоустраниться, Рин взяла чашки и спешно исчезла на кухне. Нарочито громко звякая посудой и шумя водой, тирен нет-нет да вела ушами в сторону комнаты. – Ты назвал её наглым кошаком! – Да мне привиделось, что это Люцифер мурчит. – Кто в здравом уме назовет кота Люцифером… – Ты просто не видела это чудовище, на руки не дается, когти постоянно выпускает. Я, кстати, поэтому и проснулся, даже во сне показалось бредом, что он внезапно мурлыкать мне начал. – Зачем ты вообще кота завел? – Нашел его совсем мелким на улице, жалко стало, вот и приютил. К сожалению, чашки были быстро помыты и отправлены в шкаф, но Рин не торопилась обратно. Щеки всё еще немного горели после собственной выходки. От нее самой теперь немного пахло Харумасой, и кошка поймала себя на том, что осторожно принюхивается. Кажется, с ней всё совсем плохо… Спустя полчаса, которые Рин провела, окопавшись на кухне, Асаба покинул видеопрокат. Белль тут же появилась рядом, готовая к наступлению: – Он тебе нравится! – Он мне нравится, - не стала отрицать очевидное тирен, лежа на сложенных на столе руках. От такой прямолинейности прокси ненадолго потеряла дар речи. – Тогда действуй, у него никого нет! – А вы с ним?.. – Боги, Рин, хватит уже нас шипперить, между нами ничего нет. Да, он любит пофлиртовать, но это нормальное его состояние, - Белль закатила глаза к потолку. – Может, ты просто выдаешь желаемое за действительное? – Я не!.. - девушка зарычала от бессилия, всплескивая руками. – Короче, просто попробуй. Лучше сделать и пожалеть, чем жалеть о несделанном. Всегда можно сказать, что, по крайней мере, ты попыталась. Рин нахмурилась, но все же согласилась. Что еще остается двум обреченным, кроме как ловить мгновение? За лекарствами пришлось ехать аж на Люмину вместе с Белль - местечковые аптеки Шестой улицы не располагали такими препаратами. Там же нашелся салон красоты, в котором по счастливой случайности оказалось окошко в записи. Решив, что таким шансом нельзя не воспользоваться, Рин, помимо небольшой стрижки, попросила сделать ей скрытое окрашивание неоново-голубым цветом. Вернулись домой они только поздно вечером, довольные и уставшие. Спина постепенно начинала давать о себе знать легкими разрядами боли. Решив, что тянуть больше не стоит, Рин сверилась с назначениями, проглотила таблетку противно пахнущего супрессора и стала ждать реакции организма. И она не заставила себя ждать. Желудок пронзило кинжальной болью. Тирен согнулась и застонала. Накатила тошнота, быстро подбирающаяся к горлу. Куронеко пролетела от кухни до ванной комнаты за считанные мгновения и склонилась над унитазом. На шум среагировал Вайз, выглянувший из своей комнаты. Между приступами черной от крови рвоты, Рин просипела: – Вызывай скорую.