Эфир и электричество

Паника коллапсировала. Люди кричали, машины сигналили, и невозможно было хотя бы как-то организовать это безумие и помочь оказавшимся внутри. Пыталась ли их дивизия? Видел Бог - пыталась. Но вот только какое божество позволило случиться подобному? Каверна росла с неимоверной скоростью. Половина из четырнадцати колонн Шиюй уже были поглощены, и неизвестно, сколько ждать оставшимся. Тирен утерла пот со лба. Респиратор мешался и привычно натирал переносицу. Снова придётся ходить с пластырем. Если она вообще это переживёт. В уши уже как будто налили воды, а левый глаз видел хуже правого. Она избегала отражающих поверхностей и уходила полностью в работу по спасению выживших. Позвоночник жгло и выворачивало, а в мозг будто вбивали гвоздь. Кажется, супрессор уже не помогал. Обидно. Видимо, это её последняя операция. – Торнхилл, на 15 часов группа гражданских, передаю их на тебя, - зашипел наушник голосом командира. – Так точно, выдвигаюсь, - ответила тирен, перепрыгивая через перевернутую машину. Гравитация в кавернах - что-то удивительное. Помедлив немного, тирен нажала на связь с общим каналом отряда. – Я была рада с вами работать, друзья. – Торнхилл, не время для сантиментов, - нервно рявкнул командир. Тирен не успевает ответить, потому что на пути возникает группа сатиров. Девушка обнажила меч и рванула вперед. Дуговой выпад слева направо - ядро первого истерично пульсирует и погасает, а тело падает на землю, рассыпаясь в эфирную пыль. Поворот на пятках и колющий удар в подошедшего сзади - пыль. Сальто назад через двух сатиров и круговой удар, рассекающий сразу обоих - пыль. Зигзагообразный прием на грани чувств - и оставшиеся трое тоже рассыпаются. Торнхилл закашлялась. Даже респиратор уже не помогал. Левый глаз совсем перестал видеть. Надо торопиться. Через пару минут группа офисных работников, забившихся в остатки какого-то строения, была найдена. – Я офицер третьего спецотряда Алмазной дивизии Анна Торнхилл, следуйте моим указаниям, я выведу вас из каверны невредимыми, - заученные слова четко отчеканились через маску. Тирен выдала каждому блистер таблеток. – Проглотите дозу супрессора, это поможет продержаться до выхода наружу. Наушник ожил. – Что за… – Каверна сожрала девятую колонну Шиюй! – Они собираются взрывать их! Срочная эвакуация! Девушка повернула голову в направлении своего отступления. На горизонте виднелась Шиюй с цифрой 9. Она не успеет. Стать эфириалом и выжить или умереть от взрыва? Тирен усмехнулась и не успела решить. Раздался оглушающий взрыв, и всё поглотила темнота. *** Бетон, бетон, металл. Эфир. Вкусный эфир. Готово сражаться за эфир. Только мой. Хочу быть сильнее. Двуногие пришельцы мешают. Чужие здесь. Отбирают вкусный эфир. Загрызть. Раздавить. Уничтожить. Разломать металлические штуки с эфиром. Вкусно. Ещё. Двуногие пришельцы поймали. Заперли в металлической клетке. Эфир… Бурлит внутри. Белые смотрят через стекло. Ненавижу. Разбиваю, ломаю кости, вырываюсь на свободу. Теперь могу само выращивать кристаллы. Как тот двуногий со щитом. Эфир не только еда, но и оружие. Хороший эфир. Нужно больше. Случайно проглотило чужое ядро. Ядро - жизнь для нас. Но в нем… много эфира. Вкусно. Ещё. Я развиваюсь. Становлюсь умнее и больше. Глупые двуногие пришельцы больше не проблема - многие бегут от одного моего вида. Стало понимать их язык. Кричат “Фенрир”, когда убегают. Они дали мне такое имя? Забавно. Не помню, что это значит - но что-то опасное. Мне нравится. Но всё еще недостаточно сильный. То белое с розовым существо сильнее. Притягивает больше эфира. Злюсь. Моё. Грызу тех, кто меньше меня, и глотаю их ядра. Вкусно. Ещё. Больше эфира. Отобрать у собратьев. Отобрать у пришельцев. Научилось становиться невидимым. Та парочка оказалась серьезными противниками, но их защита слаба, а я обросло бронёй из кристаллов. Мои когти, мои зубы, мои шипы. Я леплю из себя идеального пожирателя. Поглотило их ядра и узнало, как прятаться. Это оказалось не так уж сложно. Несколько попыток - и я могу подбираться к двуногим пришельцам почти вплотную. Понимаю их речь. Хотят прислать особо сильных и уничтожить меня. Слабаки. Разгромил их лагерь, откусил нескольким голову, а одному вгрызся в грудь. Невкусно. Где ядро? Я его не чувствую. Как они живут? А вот и обещанное подкрепление. Трое двуногих и один механический. Ломают спины моим собратьям, пока я почти внаглую рассматриваю их в невидимости. Смотрю на ушастую с черными волосами и почему-то чувствую… тоску? Почему мне… грустно? А вот тот, с желтым, чем-то похож на нас. Слабо, но пахнет как наши собратья. Может, у него есть ядро? Скалюсь своим мыслям и выхожу навстречу пришельцам. Может, сегодня попробую что-то новое. Четверка разлетается врассыпную, стоит мне прыгнуть на них. Хорошая реакция. Реву, пытаясь запугать, но им не страшно. Я не удивлено, скорее обрадовано. Неужели достойный противник? Клацаю зубами в миллиметре от ушастой и чуть не получаю холодной железкой в горло. Плохо. Опасно. В глотке - ядро. Захлопываю пасть и нападаю на желтого. Сначала сожру его, стану сильнее и разберусь с другими двумя. Механический не дерется, просто спрятался и дрожит. Иногда пищит что-то. Бесполезный мусор. Желтый противно верткий, держит дистанцию и стреляет жалящим электричеством по кристаллам, сбивает несколько. Злюсь и отращиваю новые. В бок врезается другая молния, пытаясь пробить кожу, пропитанную эфиром. Это розовая, отвлекает меня. Царапает, приходится тратить силы на заживление, чтобы эфир не выплеснулся из вен. По спине проходится град выстрелов. Нужно увести их в глубину. Пришельцы не любят быть в атмосфере эфира. Начинает идти дождь. Бью лапами и хвостом, раскидываюсь эфирными снарядами и частоколами кристаллов, увожу их всё дальше от начальной точки. Забираюсь на разрушенное здание. Послушно идут за мной. Самые упертые из всех, что приходили. На верхушке начинаю притягивать эфир с округи. Повышаю давление вокруг себя, усиливая регенерацию. Вижу, как желтого ведет, и он начинает плеваться кровью. Отлично. Замахиваюсь лапой, чтобы ранить, но он змеей уворачивается от удара под крик розовой. Реву от досады. Над головой что-то громыхает, но мне плевать. Всё тонет в белоснежной вспышке. Боль охватывает тело, струится от затылка, вгрызается в ядро. Ослепляющая. Трансформирующая.

***

Пробуждение было… тяжелым, мягко говоря. Монитор противно пищал над ухом в такт сердцу, под веки будто песка с Объездной насыпали, а в сгибах локтей в обеих руках стояли катетеры. Сейчас подсоединен к капельнице был только один. Через нос и горло в желудок была пущена какая-то тонкая трубка. С трудом возвращалась память. Точно. Она проглотила таблетку супрессора и оказалась в больнице. Рин глубоко вздохнула и проморгалась. Она была одна в палате. Ничего лишнего: пустая прикроватная тумбочка, белое простое постельное белье, больничная роба. Сильный запах хлорки и антисептика. Что-то знакомое… Желтый. От неожиданности Рин подскочила на кровати в сидячее положение. Точно. Ей снилось… что-то странное. Падение старой столицы. Битва против Секции 6 в теле эфириала. Поедание… Ядер эфириалов? Кошка невольно облизнулась. Эфир был… Вкусным. Замотала головой. Нет-нет, это уже что-то за гранью нормальности. Рука невольно тянется к затылку, в который ударило молнией. А что если… Но ведь невозможно превратиться обратно в человека, если ты стал эфириалом. Просто невозможно. Ведь так? Теперь Рин уже не была так уверена. Сон казался реальным, пугающе похожим на воспоминание. За дверью послышались шаги, и в палату заглянула медсестра. Увидев, что Рин очнулась, она ойкнула и мгновенно исчезла, как будто испугалась. Через минут пять в палате уже стояло несколько докторов, один из которых обследовал кошку со всех сторон. Остальные врачи будто игнорировали её, тихо переговариваясь в стороне. Рин уловила слова “устойчивость”, “патологическая реакция”, “эфирные кристаллы” и “феноменальная регенерация”. – Извините, не могли бы вы выключить это устройство? Оно очень противно пищит, - поморщилась Рин, махая рукой куда-то в сторону звука. Один из докторов у стены, тирен-волк, смешливо фыркнул и кивнул. Врач рядом с койкой нажал пару кнопок на мониторе, и пищание прекратилось. Кошка блаженно расслабилась. – Мисс Куронеко, как вы себя чувствуете? - наконец подал голос врач. – Хочется пить и умыться как следует, - Рин хмыкнула. – Элизабет! - крикнул один из докторов. В дверях снова показалась та медсестра. – Принеси графин с водой. Девушка ушла. Рин оглядела врачей еще раз. – Чем обязана такому вниманию? Доктор около кровати заговорил. – Вы помните, как оказались здесь? Тирен кивнула. – Я выпила таблетку супрессора. Затем была боль и кровавая рвота. Я попросила вызвать скорую. Помню, что рвота и боль почти прекратились, но я не смогла оставаться в сознании до приезда машины. – Вы потеряли около полутора литров крови, когда приехали сюда. Мы немедленно отправили вас на операционный стол, чтобы произвести переливание крови и ушить прободающую язву желудка. Но, - врач сделал паузу. – Ушивать оказалось нечего. Язва была, но она оказалась покрыта мелкокристаллической сеткой, похожей на эфирное напыление. Нам осталось только санировать брюшную полость и перелить вам кровь. Однако, ваш организм отторгает любые донорские жидкости, введенные парентерально, будь то плазма или цельная кровь. В итоге мы остановились на восполнении объема жидкости с помощью раствора Рингера. Рин сидела как громом пораженная. В этот раз, правда, фигуральным. С ней было что-то очень не так. – И… И что это значит? Врач вздохнул. – Мы не эксперты в эфирных заболеваниях, впрочем, даже знатоки видели это впервые. Мы вызвали профессора Миямуру, и он был потрясен вашим случаем. Ваша регенерация гораздо выше, чем у обычных людей, а реакция крови на супрессоры in vitro показала, что этот тип препаратов вам абсолютно противопоказан. Если, конечно, вы не хотите умереть. – Спасибо, пока не горю желанием, - иронично заметила тирен. – А что не так с кровью? Врач нахмурился и кинул вопросительный взгляд на компанию у стены. Несколько человек кивнули. – Она, хм… Кристаллизуется. Образует что-то отдаленно похожее на эфирные кристаллы. На них тоже есть радужные узоры, и они имеют похожее строение кристаллической решетки. Однако гораздо более устойчивые, чем настоящие эфирные наложения, и не испускают газообразный эфир. Рин мелко трясло. Воспоминание находило всё больше подтверждений в реальности. Так не должно быть. Так не может быть. Врач, тем временем, продолжал: – Мы пока не пришли к выводу, что с вами конкретно. Учитывая вашу устойчивость, изменения во внутренних органах, реакцию организма на супрессоры и поразительную регенерацию, мы с профессором Миямурой пришли к выводу, что это либо новый вид синдрома злокачественной устойчивости к эфиру, либо… какое-то новое заболевание. – Ясно. Спасибо за разъяснения. Медсестра Элизабет наконец-то принесла воду. Рин жадно выпила несколько стаканов, прежде чем жажда наконец-то отпустила из сдавливающих лап. Врачи засобирались на выход, когда доктор-тирен обернулся и низким голосом попросил: – Мисс Куронеко, если вы обнаружите что-то новое - обязательно скажите нам или профессору Миямуре. Ваш случай уникален и требует всестороннего изучения. Рин лишь коротко кивнула и осела на подушку. Всё это безумие надо было переварить. Теоретически она была эфириалом. А потом, из-за удара молнии, превратилась обратно в человека. Теоретически. Отсюда шрам от электротравмы, кристаллизация крови и почти иммунитет к эфиру. Если взять более ранние события, то становится понятно, что у нее был злокачественный синдром. И поражены были мозг и позвоночник. И, кажется, она обратилась раньше, чем взрывная волна дошла до нее. Она читала исторические сводки про старую столицу. Ей было интересно, верны ли её редкие воспоминания или нет. И она помнила эту статью почти наизусть, так она её поразила: “Чтобы остановить рост Нулевой каверны лидеры Эриду взорвали четырнадцать колонн Шиюй с юго-запада на север-восток. Силы взрыва было достаточно, чтобы запустить цепную тектоническую реакцию, благодаря чему была создана Пропасть, служащая буферной зоной отделяющей Нью-Эриду от Нулевой каверны. В Пропасти нет ничего, что могло бы послужить материалом для эфирного заражения, поэтому дальнейшее расширение каверны стало невозможным.” Колоссальные жертвы. Падение старой столицы. И всё это - из-за макрокаверны. Голова тяжелела. Приняв положение поудобнее, Рин прикрыла глаза и заснула. Следующие несколько дней прошли в привычной больничной рутине, за исключением одного - медперсонал, как по команде, отказывался поддерживать с Рин диалог. Она пыталась понять в чем дело и искренне недоумевала, пока не услышала тихий диалог вечером на посту, когда выходила побродить по темному коридору перед сном. – В седьмой палате лежит девушка, у которой раны кристаллизуются даже вне каверны. – Врёшь, не бывает такого. – А ты не заметила, как она легко выкарабкалась после прободения язвы? Отвечаю, с ней что-то не так. Не дай боги превратится в эфириала прям здесь. – Да с чего ей превращаться? Мы же не в каверне, где эфирный фон есть. Тем более, судя по медкарте, у нее хорошая устойчивость. – А зачем, по-твоему, приходил профессор Миямура? Рин беззвучно вздохнула и прокралась мимо сестринского поста в свою палату. Слушать дальше не было смысла. Вот оно что. Её считают потенциальным монстром. В палате был выключен свет, и только луна освещала помещение через полупрозрачные занавески. На тумбочке лежал полученный только сегодня телефон, и Рин, поняв, что не уснет пока что, решила заняться поисками информации в Интерноте. Для начала - существовал ли в природе эфириал с именем “Фенрир”. Затаив дыхание, Рин нажала на кнопку поиска. Последние статьи, найденные по этому запросу указывали, что уже несколько месяцев в Нулевой каверне не было замечено крупного звероподобного эфириала с таким именем. Одни говорили, что это дело рук Секции 6. Другие - что это все благодаря Вооруженным силам. Третьи скептически отмечали, что Фенрир еще появится, более страшный, чем был. Пролистав немного дальше, кошка нашла краткую информационную статью с прикрепленной смазанной фотографией четырехлапого монстра: “Уважаемые прокси и агенты! В последнее время участились случаи столкновения со звероподобным эфириалом под кодовым именем “Фенрир” (официально присвоено институтом Уайтстар). Фенрир отличается крайне агрессивным нравом и жаждой поглощения всего, что связано с эфиром: батареи, оружие и другие монстры. Благодаря этому эфириал мутирует и развивается, становясь умнее и опаснее. Настоятельно рекомендуем при встрече с Фенриром не вступать в бой и незамедлительно покинуть его территорию! Удачи в ваших рейдах!” Рин мелко трясло. Фенрир существовал. Не давая себе и секунды на размышления, тирен вбила в поиск еще одно имя: “Анна Торнхилл” На этот запрос высветился старый слитый документ с именами погибших и пропавших без вести во время катастрофы в старой столице. Включив поиск по документу, Рин промотала около пары сотен страниц и, наконец-то, нашла краткую заметку: “Торнхилл Анна. Дата рождения: 17.06.2ХХХ, 20 лет. Статус: пропала без вести.” Горло сдавила паника. Анна Торнхилл существовала. *** На осознание реальности происходящего ушла почти вся ночь. Не находя себе места, Рин ходила из одного темного угла в другой, подходила к зеркалу в санузле и рассматривала отражение, выискивая в себе призраки прошлого воплощения. От отрицания (“Это просто совпадение, я просто услышала эти имена где-то ранее…”) до депрессии (“Я чертов эфириал-каннибал…”) прошло несколько часов, отделяющих тьму ночи от слабого рассвета. Вместе с небом понемногу прояснился и разум Рин. И первой здравой мыслью была одна: надо узнать у Харумасы детали операции, в ходе которой её нашли. Эта информация свяжет одно событие с другим. Больница начала понемногу просыпаться. За дверью слышался шорох медсестер, ночные дежурные врачи сдавали смену дневным, где-то в начале коридора глухо брякнуло ведро санитарки. Решив, что уже достаточно рассвело, Рин набрала Асабу и стала ждать. Спустя пару минут в динамике заворчал сонный голос: – Мисс тирен, какого черта… Подавив невольную улыбку, Рин бодрым голосом затараторила: – Харумаса, доброе утро! Слушай, а ты не можешь рассказать подробнее при каких обстоятельствах вы меня нашли? Прозвучал утомленный вздох. – И ты звонишь мне в восемь утра ради этого? – Я думала, ты не спишь, сегодня же будний день, - слегка наклонила голову набок кошка, забыв, что её никто не видит. – У меня, мм… Выходной, - замялся бездельник. – Так что, расскажешь? – Ты меня уже разбудила и, судя по тону, не отвянешь, пока я не расскажу. Мы как обычно гоняли по Нулевой какого-то эфириала, был чертов ливень, и в какой-то момент внезапно для всех долбанула молния. Эфириал сгорел, Эос почти вышел из строя, а я чуть не начал кашлять кровью. Зато вот командир и Цукисиро вообще не пострадали. Когда Эос немного оклемался, прокси передали информацию, что где-то на нижних этажах здания есть кто-то живой. Ну мы же из КУЛАКа, нам на роду написано спасать всех убогих, залезших в кав… - тут Харумаса запнулся. – Кхм. Прости. Короче, спасать всех гражданских. Мы спустились и нашли тебя, худющую и со свежей электротравмой на спине. В общем-то, всё. Помолчав несколько мгновений, Рин задала волновавший её весь монолог вопрос: – А что за эфириала вы преследовали? – Да чтоб я помнил, наверняка очередной родственник Ниневии. Сдох и на том спасибо. Тирен прикрыла глаза и внезапно вспомнила одну деталь. – Кстати, ты ничего не сказал про Сокаку, как она справилась с ударом молнии? – А, так её не было тогда с нами. Всё верно. В её воспоминании тоже не было маленькой они. Харумаса немного помолчал, а затем спросил, не дождавшись её реплики: – А чего ты вдруг спрашиваешь? Что-то вспомнила? Рин суматошно размышляла. Он действительно не помнил Фенрира или скрывал намеренно? В любом случае… Говорить об увиденном хотелось меньше всего. – Плохой сон приснился. Как будто я одна в каверне, и дождь идёт. И страшная тень надвигается, - на ходу придумала тирен. – Плохой сон, а? Понимаю… - грустно усмехнулся Харумаса, а затем зевнул. – Допрос окончен? – Да, спи дальше, - улыбнулась Рин. – Спасибо, что ответил. Асаба угукнул и отключился. Однако через несколько секунд в Тук-тук пришло сообщение. Рин открыла чат и увидела прикрепленную фотографию возмущенного черного кота, лежащего на краю кровати около ног фотографа. Подпись гласила: “Ты разбудила великого и ужасного Люцифера, моя смерть будет на твоей совести.” Рин хихикнула и плюхнулась на кровать. Несмотря на то, что её опасения были подтверждены, разговор с Харумасой развязал тугой узел в животе.

“Прекрасен, поцелуй его от меня.”

“Чтоб мне точно вены вскрыли?” Улыбка не отлипала от лица. “Иди спи, бездельник.” Рин отложила телефон обратно на тумбочку и вздохнула. Возможно, её тянуло к Харумасе из-за того, что она видела? Из-за того, что чувствовала в нем собрата, будучи эфириалом. Рот невольно исказился в оскале боли. Что есть она, а что - монстр внутри неё? Бесполезно было думать об этом. Если всё это правда - а это казалось правдой с каждой минутой всё сильнее - то она и Фенрир были единым существом. И электротравма - лишь стигма её физического превращения обратно в человека. Интересно, а что будет, если она попробует поглотить эфир сейчас? Или её устойчивость не позволит это сделать? Рин помотала головой. Это были плохие мысли. Опасные. Солнце заглянуло в окна соседнего здания и бликом попало кошке в глаз. Моргнув от неожиданности, Рин встала и закрыла шторы. К черту распорядок больницы. Сегодня никого нет дома.