Эфир и электричество

Через пару дней её отпустили из больницы в теплые руки сиблингов. Ощущение дежа вю преследовало Рин всю дорогу домой. Белль уютно трещала о новых заданиях в Нулевой, Вайз периодически жаловался на некую Цезарь с Объездной. Хрупкий момент спокойствия. Что станет, если они узнают, что она такой же монстр, как те, что живут в кавернах? И так деревянный язык окончательно прилип к нёбу. — Ты какая-то тихая, всё в порядке? Врачи, вроде, сказали, что ты выздоравливаешь быстрее собаки, — прервалась Белль, заметив задумчивый вид Рин. — Если что-то болит — обязательно скажи! Кошка невольно улыбнулась такой заботе. — Спасибо, всё хорошо. Просто… Кошмары мучили. Думаю о них. — А что снится, если не секрет? — полюбопытствовал Вайз с места водителя. — Ерунда всякая. Каверны, эфириалы… Белль невольно фыркнула от смеха. — Это у тебя так быстро профдеформация проявилась, или ты нас слишком много слушаешь? — Смею предположить, что оба варианта имеют место быть. И нет, вы всё еще не отделаетесь от меня так просто, — ухмыльнулась Рин, провожая глазами металлическое ограждение парковки видеопроката. Голову ощутимо закоротило, и память подкинула воспоминание. Её помещают в какую-то металлическую камеру и нагнетают давление эфира. Эфир внутри бурлит, пытается перешагнуть некий порог, но не может. Ярость внутри копится и обрушивается на стекло в стене. Кровь, кости, коридоры… — Рин? У тебя кровь из носа идёт, — доносится как из-под воды голос Белль. Тирен невольно шмыгает носом, и на языке расцветает железистый вкус. На автомате Рин утирает нос рукой, оставляя на ребре ладони длинный красный след. — Ох, чёрт, — выдыхает кошка, спешно выскакивая из машины. — Пойду умоюсь. Тирен быстро добирается до ванной на втором этаже и склоняется над раковиной, пуская из крана холодную воду. Умывается несколько раз. Поднимает голову и смотрит в в собственные зрачки-щёлочки в отражении. Переводит взгляд на тонкую струйку крови из носа. Вздыхает. Наклоняется над раковиной снова и ждет, пока капли не прекращают расцветать красными астрами на белом. В дверь постучали. — Ри-ин? Я захожу, — громко оповестила Белль, прежде чем открыть незапертую дверь ванной. — Всё в порядке? — Угум, — мычит Рин, снова умываясь. — Просто сосуд лопнул от жары. Проклятое лето. — У нас есть шоколадное мороженое… — Кошкам нельзя шоколад, — криво улыбается Рин в зеркало, смотря на отражение Белль. — Почему? — хмурится та. — Теобромин. Больше всего содержится в темном шоколаде, вызывает у кошек аритмию и судороги. — Рин помолчала немного, наблюдая за испуганным лицом Белль, а затем смешливо фыркнула. — Шучу. Обычным кошкам действительно нельзя, там токсическая доза что-то около плитки шоколада как раз, но тирены размером побольше будут, поэтому нам не так страшно. В конце-концов, он не только в какао-бобах содержится. — Я почти подумала, что чуть не убила тебя! — возмутилась Белль. — Да не парься, все-таки тирены не настолько… Гм, животные. В разном соотношении, конечно, но всё же… — А кошачья мята на вас тоже не действует? — Эм, ну… Тут всё сложнее. Опять же, зависит от дозы, конечно, но, в общем и целом, действует, — замялась Рин. — А почему сложнее? — сразу навострила уши Белль. Рин тяжко вздохнула, возводя глаза к потолку, моргнула пару раз, и безэмоционально зачитала информационную сводку: — «Активным компонентом кошачьей мяты является непеталактон. Считается, что он сравним с действием феромона, который связан со спариванием.» — То есть… Для вас это афродизиак?! — ошалело воскликнула прокси. — Всё так, — Рин неловко улыбнулась. — Век живи — век учись… Теперь ни за что не куплю Кляксу игрушки с кошачьей мятой… Кошка искренне засмеялась. — Главное, не используй это знание во вред тиренам. Белль активно закивала, но от Рин не укрылся хитрый блеск в её кибернетических глазах. Дни потянулись ленивой чередой. В первую неделю сиблинги настрого запретили Рин ходить в каверны, поэтому рутина не выводила её дальше Шестой улицы. Проснуться, принять душ, помочь с видеопрокатом, приготовить еду, понежиться на солнышке на крыше, сбежать в «Годфингер» да подоставать кого-нибудь в Тук-Туке. Конечно же, чаще всего её жертвой становился Харумаса, который, впрочем, явно не был против поддерживать общение. Более того, он делился с ней забавными моментами из жизни, а один раз прислал дурашливое селфи с граффити испуганной черной кошки где-то в порту Элпис, подписав: «Нашел тебя сбегающей от своих обязанностей в видеопрокате! Кажется, у нас много общего~». Рин настолько понравилось это фото, что тирен сохранила его в память телефона. Помимо Харумасы, диалог неожиданно сложился с Нэкоматой. Оказалось, что они разделяют гастрономические предпочтения — обе обожают лосося и скумбрию и терпеть не могут оливки с маслинами. Поэтому один раз под конец недели они собрались в «Водопаде супа» на Люмине. Нэкомата трещала про «Хитрых зайцев», иногда сбиваясь на законы улиц и неблагополучное детство, Рин же, желая тоже поделиться чем-то взамен, рассказывала о повадках эфириалов и их территориальных предпочтениях. — …таким образом, Хати, хоть и похожи на псовых, на деле являются редкостными индивидуалистами, поэтому их не увидишь в стае, максимум по двое. Оно и к лучшему. — Мяу! Ты мне прям лекцию зачитала, откуда такие познания? Неужели прокси заставляют учить повадки эфириалов? — Нэкомата уже минут пять как закончила свой говяжий рамен в белой миске и тихо слушала рассказ Рин. Хвостатая замялась, поняв, что рассказывала опыт собственного пребывания в шкуре Хати. — Ну-у… Ко мне частично возвращается память, в основном какие-то академические знания. Наверное, в прошлом мне пришлось много взаимодействовать с эфириалами, — Рин неуверенно пожала плечами, надеясь, что такая отговорка придется Нэкомате по вкусу. — Хм, может ты была ученой в институте Уайтстар, мяу? — задумалась Нэкомия. — Маловата я для ученой… — смеясь, начала было Рин и осеклась. А сколько ей сейчас по итогу лет? Двадцать один, как если бы биологическое время остановилось на время трансформации в эфириала, или тридцать два, если считать, что время идёт для всех одинаково? Рин не ощущала себя на тридцать два. Да и не выглядела тоже. — …куча стажеров у всяких докторов наук. Кстати, Рин! А в этот понедельник Белль отправит тебя в Нулевую? — А? — вынырнула из своих мыслей та. — А почему должна? — Мяу? Они ради ресурсов еженедельно отправляют экспедицию. В эту неделю они пригласили «Хитрых зайцев» в качестве боевых агентов, а на следующий понедельник нам заказа не поступало, вот я и подумала… — Нэкомата развела руками. — Не знаю, мне пока не говорили об этом. Спасибо, что просветила. Неужели до сих пор не верят, что я выздоровела… — недовольно нахмурилась Рин. — Мяв. Ты важна им. Неудивительно, что они до сих пор боятся отпускать тебя на опасные миссии. И вообще… — Нэкомата внезапно замолчала, а её зрачки скакнули к краям радужки. Следующие слова она буквально прошипела: — Тревога! К нам приближается крайне симпатичный офицер! Рин медленно обернулась, отчаянно стараясь не думать об одном назойливом цвете, но к её счастью (и совсем немного сожалению) на другом конце стойки оказался кот-тирен из Собеза. Нэкомата вцепилась в локоть Рин и с горящими глазами наблюдала за усталым офицером, заказавшим классический рамен. — Ты только посмотри на него! Эти мышцы, шрамы, хвост! Нам надо познакомиться с ним! — Нам? — оторопела Рин. — Ну уж нет, давай сама, раз запала! — Рин-Рин, пожа-алуйста, мяу-у! Я стесняюсь! А с тобой не так страшно! — хватка на локте начинала причинять боль. Осторожно отцепив Нэкомату от своей руки, кошка вздохнула и согласилась: — Только ради тебя, Нэко. Взяв стакан со своей недопитой колой, Рин непринужденно подсела к офицеру, задумчиво смотревшему куда-то в стол. Пару секунд посидев рядом и не дождавшись реакции на своё появление, тирен первая начала разговор: — Тяжелая смена? Кот встрепенулся, выныривая из своих мыслей. — Простите, что? Рин смешливо фыркнула, сглаживая неловкость мягкой улыбкой. — Говорю, тяжелая смена? Вы прям воплощение задолбанности. Офицер нахмурился. Хвост слегка закачался в разные стороны, выдавая напряжение. — Да, наверное, можно сказать и так. Извините, мы знакомы? — Нет, но сейчас это исправим. Я Куронеко Рин, — тирен снова мило улыбнулась и протянула ладонь для рукопожатия. Кот явно напрягся еще сильнее. — Сет Лоуэлл, — крепко пожал ладонь офицер. — Извините, возможно, я вас неверно понял, но я не настроен знакомиться с девушками. Рин усмехнулась и подняла руки в сдающемся жесте: — Что ж, придётся расстроить мою подругу. — Вашу подругу? — Сет слегка озадаченно наклонил голову. — Да, это она хотела с вами познакомиться, не я. — Ваша подруга — та тирен с двумя хвостами? — уточнил Лоуэлл, кидая незаметный беглый взгляд куда-то за спину Рин. — Именно так! Её зовут Нэкомата. — Извините, но даже если бы я не был против… Ей на вид лет шестнадцать-семнадцать… — растерянно прижал уши к голове Сет. Рин тихо захихикала. — Девочки падки на мускулистых офицеров, уж простите её. Извините за беспокойство. — Да всё в порядке… Наверное. — Ну и ну, два моих самых любимых тирена вместе, — раздался над ухом до боли знакомый голос. Кошки синхронно повернули головы в сторону нарушителя спокойствия, пуша хвосты от неожиданности. — Мисс тирен, и давно вы знакомы с инспектором Лоуэллом? — Вы знакомы? — первой отошла от шока Рин, рассматривая Харумасу в черной толстовке и медицинской маске. Его выдавали только желтые глаза, даже привычная налобная повязка отсутствовала. — Неприлично отвечать вопросом на вопрос, мисс тирен, — покачал головой Асаба. Рин поежилась — где-то в глубине золотого взгляда плескалось еле скрываемое раздражение. Чем они его разозлили? — Минут пять где-то. Захотелось познакомиться с симпатичным котиком, — решила поддеть эмоции агента ССК Рин, внимательно следя за реакцией. И, к своему удивлению, заметила, что тот слегка сжал кулаки в кармане толстовки. Асаба слегка наклонился, буравя кошку взглядом. — Неужели не нашлось симпатичных котиков поближе? — Асаба, послушайте… — начал было ничего не понимающий Сет. — Кохай, кстати, как там то дело о контрабанде? Уже раскрыли? — резко переключился Харумаса на Лоуэлла. — Это секретная информация, — сразу закрылся Сет, отворачиваясь к принесенному рамену. — Как жаль, — картинно расстроился Асаба и собрался уходить. — Ну, не буду мешать вам мурлыкать! — Харумаса, стой! — Рин вскочила со стула и рванула к нему. Асаба успел дойти до перекрестка, прежде чем кошка догадалась схватить его за рукав толстовки. — Я пошутила про знакомство. Меня подруга попросила их познакомить, она сама застеснялась! — Ты так говоришь, как будто мне есть дело, — сверкнул взглядом Харумаса. — Судя по тому, как ты реагируешь — есть, — расстроенно сказала Рин, не отпуская рукав. — Наверное, я не очень эмоционально умный тирен и не понимаю, что сделала не так. Пожалуйста, объясни мне. Я не хочу расстраивать тебя снова. Харумаса несколько секунд рассматривал её хватку на своем рукаве, будто что-то обдумывая. Затем вздохнул и прикрыл глаза. — Прости. Ты не виновата. У меня просто был тяжелый день. — Мир? — Рин слегка наклонилась, заглядывая ему в глаза. — Мир, — устало улыбнулся Харумаса. — Не расскажешь, что случилось? — Когда-нибудь потом. Секретики ССК. — Поняла, не лезу, — примирительно улыбнулась тирен, отпуская рукав Харумасы. — Мне надо идти, Нэкомата, наверное, с ума уже сошла. — Беги, — кивнул Асаба. Рин еще раз окинула фигуру лучника взглядом и поспешила обратно к «Водопаду Супа». Сет уже куда-то исчез. А Нэкомата, как и ожидалось, места себе не находила и сразу же обрушила всё свое волнение кошке на голову. — Рин, прости, пожалуйста! Ты бы хоть сказала, что у тебя парень есть, я бы не отправляла тебя знакомиться с тем офицером! — Какой парень? — в очередной раз опешила Рин, приземляясь рядом с Нэкоматой. — Ну как же! Тот молодой человек в маске! О чёрт, только не говори, что вы из-за меня расстались! Мя-ау, какой ужас! — Нэко, угомонись. С чего ты вообще взяла, что он мой парень? — Ну как же, ты что, не видела, как он смотрел на собезовца? Точно тебе говорю, мяу, как будто прибить на месте хотел только за то, что он с тобой одним воздухом дышит! Рин глубоко вздохнула, стараясь успокоиться. Верить в это, конечно, хотелось, но не стоило списывать со счетов и впечатлительность Нэкомии. — Так. Для начала — успокойся. Во-первых, я ни с кем не встречаюсь, и ничьи отношения ты не разрушила. Во-вторых, тот офицер ни с кем не хочет знакомиться. И вообще, он сказал, что ты для него маловата, — попыталась отвлечь Нэкомату Рин. К её веселью, на последнюю часть кошка раздраженно буркнула: «Эйджист.» Уже вечером, развалившись на диване в пустующей подсобке, Рин размышляла о произошедшей ситуации. Надо же было так повезти — встретиться с Харумасой именно в тот момент, когда она подкатывала к инспектору… — Вот ты где, — впустил луч света из торгового зала Вайз. — И тебе привет, — улыбнулась Рин, выныривая из своих мыслей. — Как ты себя чувствуешь? — брат-прокси прикрыл за собой дверь и встал около дивана. — Мне ску-учно, — с готовностью пожаловалась тирен, принимая сидячее положение. — Еще немного, и я мхом тут обрасту. — Завтра у нас еженедельное задание в Нулевой каверне. Мы с Белль решили, что можем попробовать взять тебя как агента. Заодно познакомим с двумя нашими подругами с Объездной. — А что за подруги? Как думаешь, мы сработаемся? А какая у них специализация? — радость и предвкушение новой вылазки затопили Рин так сильно, что она почти запрыгала на месте. Вайз невольно расплылся в улыбке от такого оживления. — Я думаю, вы хорошо сочетаетесь. Цезарь сражается в авангарде как щит отряда, а Бернис — аномалист… Ну, как и ты, предположительно. — Устроим Хаос в стиле Объездной! — Рин таки не выдержала и стала слегка подпрыгивать на месте. — А в чем суть нашего задания? — Нам поручили проверить район заброшенного метро. Прошлая пара Танатосов, конечно, повержена, но в Нулевой свято место пусто не бывает, стоит ожидать появление нового сильного эфириала. — И часто такое происходит? Вайз задумался. — Например, в районе около бывшей Девятой колонны обитал очень неприятный эфириал с кодовым названием «Фенрир». Стоило его уничтожить, как спустя несколько месяцев там стали возникать сильные Дюллаханы. Словно, знаешь, наличие гранд-эфириала сдерживает остальных от эволюции. Тирен поежилась. Хотелось бы Рин сказать, что их сдерживало… — В любом случае, — продолжал Вайз, не обратив внимания на перемену настроения. — Нам нужно будет пройти с зачисткой мелочи и, возможно, чего побольше. Но в целом должно быть без трудностей. — Наконец-то разомнусь, — хищно ухмыльнулась кошка, показательно потянувшись. — Во сколько будем выдвигаться завтра? — Независимым исследователям не ставят временных рамок, можем вообще не в понедельник прийти. Это мы с Белль решили, что лучше начать неделю сразу с Нулевой. — Значим, спим до полудня. — Ну да, я Белль раньше не растолкаю, — спрятал смешок в кулак Вайз. — Как прогулялись с Нэкоматой? — У нее, оказывается, очень трудное детство… А еще она заставила меня подкатить к какому-то инспектору Лоуэллу вместо себя! К великому удивлению Рин Вайз запрокинул голову и засмеялся в голос, чем откровенно напугал кошку. Нечасто увидишь от брата-прокси такое яркое выражение эмоций. — Поверить… Не могу… Почему именно Сет! — в перерывах между приступами смеха выдавил из себя Вайз. — А вы что, знакомы? — Рин озадаченно склонила голову набок и обняла себя хвостом. — Больше тебе скажу, Белль с ним мяч иногда гоняет на парковке, — кое-как попытался успокоиться прокси. — Обалдеть, пойду Белль расскажу. И вообще, вас, кошек-тиренов, магнитит друг к другу что ли? — Все вопросы к Нэко, это у нее фетиш на хвосты… — пробурчала Рин уже в спину уходящему Вайзу, который на ее фразу лишь весело кинул через плечо: «Ну да!» Дверь щелкнула, закрываясь. Кошка снова осталась один на один со своими размышлениями. Рин осознала себя как возможного эфирного аномалиста лишь недавно. Белль скинула ей статью о боевых атрибутах в кавернах, и эфирный считался как самым эффективным — так и самым сложным. Огонь приручался с помощью топлива и нагрева оружия, электричество — через аккумуляторы и генераторы разной силы. Физический атрибут был самым простым, и под него подходили все, кто, по факту, не заморачивался баловством со стихиями. Для ледяного использовали жидкий азот или, как было выделено отдельно в «морозный» атрибут, технику Лисьего огня — особую боевую стойку клана Хосими. Эфирный атрибут же требовал прямого взаимодействия с потоками внутри каверн, а также их трансформации с помощью специализированных оружий и предметов. Далеко не каждый мог справиться с такой экипировкой даже на базовом уровне. Для статуса аномалиста же надо быть профессионалом и обращаться с эфиром достаточно искусно. Рин не знала, было ли её прошлое воплощение в этом косвенно виновато, или ей просто повезло родиться с талантом к управлению эфиром, но факт оставался фактом — она с легкостью использовала материю каверн для боя, невольно чувствуя изменения в давлении, гравитации и насыщенности потоков. Белль и Вайз пока что относились к её самоопределению со скепсисом, что и понятно — за плечами только одна вылазка, а она уже называет себя профи в управлении эфиром. Но Рин искренне верила, что сможет достичь достаточного уровня мастерства, чтобы гордо называть себя Эфирной Аномалией. Спину пронзила уже было забытая боль. Кошка зашипела и свалилась на пол, вытягиваясь в струну. По пространству поплыли черные круги, заслоняя окружающий мир. К счастью в этот раз приступ был на порядок легче, чем предыдущие, и схлынул довольно быстро. Рин осторожно перевернулась с бока на спину, прижимая все еще горящий позвоночник к прохладному ковролину. В голову пришло воспоминание о том, что врачи говорили о её невероятной регенеративной способности. Интересно, почему тогда электротравма до сих пор не смогла адекватно зажить? Или это то, что не под силу человеческой регенерации? Но можно ли назвать её регенерацию… Человеческой? Рин вздохнула, снова поймав себя на невеселых мыслях о том, что же она такое. Анна Торнхилл? Фенрир? Куронеко Рин? Всё это были лишь ярлыки для более простого описания того существа, которым она являлась в разные моменты времени. Есть ли смысл говорить Вайзу и Белль о том, что она вспомнила себя прошлую? Стоит ли менять имя обратно? Но если сказать, что она жила во время падения старой столицы, то придется объяснять, как она смогла сохраниться двадцатилетней, хотя прошло почти одиннадцать лет. Тогда придётся рассказывать, что она видела еще и свою эфирную форму. И тогда… Нет. Рин не хотела всё усложнять. Рин не хотела быть кем-то, кем уже не являлась. Она — Куронеко Рин. Анна Торнхилл умерла двенадцать лет назад, забрав с собой любые связи с Вооруженными Силами и Алмазной дивизией. Фенрир был уничтожен несколько месяцев назад, и его зверства канули в лету под обжигающим потоком электричества. Неважно, что из пепла этих существ родилась она. Главное — что она такое сейчас. И сейчас она кошка-тирен по имени Рин, живущая в подсобке у сиблингов-прокси. Рейдер каверн и будущая Эфирная Аномалия. Пол под спиной уже нагрелся от тепла тела, но тирен не торопилась вставать с жесткой поверхности, лениво осматривая окружающее пространство, окутанное полумраком. С такой непривычной позиции обзора все казалось не таким, как всегда. Огромные полки, бесконечные ряды экранов… Телефон призывно завибрировал на столике около дивана. Рин со вздохом поднялась, осторожно размялась и уселась на диван, схватив мобильник. В сообщении была прикреплена фотография безумно недовольного черного кота с повязанной на шею желтой лентой, завязанной бантиком. Подпись гласила: «Один невероятно симпатичный котик хочет с вами познакомиться, мисс тирен!» Рин заулыбалась.

«Не могу устоять от такого предложения. Давай адрес.»

«Так и знал, что у вас, кошек-тиренов, нездоровая любовь к звериным родственникам.» «Что насчет пятничного вечера?» «Надеюсь, Цукисиро не завалит меня отчетами…» Рин тихо усмехнулась. Вечная беготня Асабы от работы забавляла. «Согласна. Надеюсь, у меня не появится неотложных дел.» «Возьму с собой из видеопроката пару фильмов.» Рин погасила телефон и прижала его к груди с дурацкой улыбкой. Может, Нэко действительно была права? Как теперь дождаться пятницы! Решив, что лучше сна путешествия во времени нет, Рин устроилась на диване, закуталась в плед и прикрыла глаза, все еще глупо улыбаясь. Утро началось с грохота задней двери видеопроката и раскатистого женского голоса, зычно звавшего Белль. От неожиданности Рин резко подскочила на диване, из-за чего в глазах ненадолго потемнело. Через мгновение под ошалевшее эн-неканье Шестого распахнулась уже дверь подсобки, заливая проём солнечным светом. Лучи очерчивали крупную фигуру девушки в одежде Объездной, которая при виде Рин грохнула: — Привет! А где Белль? Видимо, растерянный заспанный вид Рин говорил сам за себя, и девушка слегка убавила громкость голоса: — Ой, прости, я, наверное, разбудила тебя! Я Цезарь, а ты — та самая Рин? — «Та самая»? — непонимающе склонила лохматую голову тирен. — Вайз много рассказывал о тебе! Что у них с сестрой теперь есть подопечная, ставшая агентом. — Цезарь! До кого ты докопалась с утра пораньше? — раздался откуда-то сверху голос Вайза. — И ничего я не докопалась! — фигура в проеме исчезла в сторону лестницы на второй этаж, оставив дверь открытой. Рин вздохнула и соскребла себя с дивана, лениво оглядываясь в поисках телефона. А сколько вообще времени? — О-ох, сиблинги не говорили, что их агент — милая кошечка! — донесся другой женский голос со стороны двери. У всех жителей Объездной нет никакого чувства такта что ли? Рин повернулась на звук. Теперь в дверях стояла яркая блондинка в кожаном прикиде. — Меня зовут Бернис! — Рин, — кратко кивнула тирен. — Интересно, у тебя такой же мягкий хвостик, как у Пульхрочки? — мечтательно заулыбалась Бернис, опасно подходя к дивану. — Давайте мы выясним это позже! — кошка наконец-то нашла телефон и спешно проскочила мимо маньячки на лестницу. Белль с самым сонным видом стояла около раковины в ванной и чистила зубы. Заметив ошалевший вид Рин в зеркале, она вопросительно приподняла бровь и сплюнула пасту. — У тебя шерсть на хвосте дыбом стоит. — Бернис очень любит кошек? Белль смешливо фыркнула и прополоскала рот. — Да, у нее есть какая-то нездоровая любовь к пушистым. Она однажды увидела Хаула и захотела его украсть и прокатить по Объездной. Рин ярко передернуло, от чего прокси хохотнула в голос. — Не волнуйся, мы тебя не отдадим без боя. — Я сама просто так не сдамся… — пробормотала тирен, а затем подошла к вытирающейся полотенцем Белль и легко пихнула бедром. — Пусти к раковине. Белль подняла одну руку в сдающемся жесте, а затем накинула полотенце на голову кошки и вышла. Рин стянула ткань и уставилась на себя в зеркало. Синяки под глазами было не сильно видно, зато на голове происходил настоящий кошмар. Тирен оскалилась своему отражению, разглядывая хищные клыки и звериные зрачки-щелочки. Если в ней и было что-то жуткое, то это было внутренним зверем, а не эфириалом. Хмыкнув себе под нос, Рин принялась наводить утренний порядок. Спустя минут двадцать все собрались внизу. Рин на ходу жевала протеиновый батончик со вкусом черники, Белль проверяла готовность Эоса к походу в каверну, а Бернис в красках расписывала как прошла недавняя тусовка на Объездной. Цезарь же притихла и втихую кидала блаженные взгляды на Вайза, который упорно делал вид, что не замечает этого. — А может вы ближе к концу недели прикатите к нам? Завтра будет крупная поставка «Нитро-топлива», для нас это настоящий праздник! — внезапно предложила Бернис, хитро поглядывая на Цезарь. Та оживилась. — Да, ребята, давайте к нам! Вы так давно к нам не приезжали! Затусим как на Пиру Вожака! — Что за «Пир Вожака»? — наклонилась к Белль Рин. — Праздник, устраиваемый после «Инферно-кросса» в честь нового Вожака Объездной, — негромко ответила прокси и мягко хлопнула Эоса по бокам от лицевой панели, от чего банбу довольно эн-некнул. — Мы действительно давно не были на Объездной… — задумчиво начал Вайз. — А Лайтер там будет? — оживилась Белль, выпрямляясь. — Обязательно, — заверила Цезарь. — Будет отпираться — силой притащу! — Тогда мы согласны, — довольно уперла руки в бока сестра-прокси, не обращая внимание на Вайза, прикрывшего глаза рукой. — Вы собрались? — вздохнул он. — Да, капитан! — отрапортовала Белль, все еще улыбаясь. — Тогда кыш на пост Скотт. Смеясь, байкерши и прокси вышли на парковку, утягивая за собой Эоса и Рин. К счастью для кошки, девушки с Объездной поехали на своих мотоциклах хвостом за их машиной, и в салоне была блаженная тишина, прерываемая лишь негромким лоу-фай радио. — Какие они… — Громкие? Да, есть такое, — улыбнулась Белль. — Что за Лайтер? Прокси покраснела. — Это… хороший друг. — А Вайз в курсе? — Рин!.. Тирен лишь смешливо фыркнула. — Он… догадывается, — все-таки ответила Белль, покраснев еще сильнее. — И насколько всё серьезно? — хитро прищурилась кошка. — Мы… Вроде бы я тоже ему нравлюсь, но я не уверена… — Ах, так всё сложно. Ну, будем надеяться, что эта вечеринка подтолкнет вас к действиям, — кошка многозначительно поиграла бровями, и Белль рассмеялась. — Твои слова да Богам в уши. Спустя какое-то время в чудесной тишине городской пейзаж сменился несколькими блокпостами, через которые их провели по пропуску независимого исследователя Нулевой каверны. Пост Скотт был небольшим, но очень живым подразделением. Шумели вертолеты, переговаривались военные, исследователи бегали по своим делам. Рин собралась, стараясь находиться недалеко от Белль. В руках замер Эос в гибернации. Белль быстро поздоровалась с некоторыми исследователями и зашла в центральную палатку, где стояла ученая с кибернетическим манипулятором. — Мисс Рэй! Я с еженедельной вылазкой в Нулевую, — Белль приветственно помахала рукой и указала ладонью на троицу девушек. — Это мои сегодняшние агенты. — Здрасть! — весело громыхнула Цезарь, из-за чего Рин слегка вздрогнула. Бернис лишь повторила жест Белль. Спешно придав себе прежний невозмутимый вид, тирен слегка поклонилась в приветствии. — Новый агент? — исследовательница с манипулятором окинула Рин беглым взглядом и снова вернулась к изучению бумаг. — Впрочем, без разницы, я доверяю твоему выбору. Процедуру ты знаешь, подключай банбу к сети и готовь свой отряд на позицию. Сегодня выходите через Четвертый шлюз. — Но ведь Третий ближе к старому метро? Снова нестабильность? — Белль повернула голову к Рэй, уже было забравшись полностью в рабочий компьютер. Рэй устало зажмурилась, кивнув. — У Третьего буквально вчера вечером исчезли удачные разломы. Сейчас те немногие, что остались, ведут черте знает куда. Мы пока не горим желанием проверять их направление. Нестабильность — это нехорошо. Это значит, что эфирная активность возросла. Значит, следует ожидать сюрпризов. Белль лишь угукнула себе под нос. Настроив систему и аккуратно подключившись к HDD, Белль оторвалась от экрана и махнула рукой, призывая следовать за ней. Рин лишний раз проверила меч в ножнах и последовала последней. На секунду ей показалось, что исследовательница Рэй пристально смотрит ей в спину, но, обернувшись, увидела лишь склонившуюся над столом темно-зеленую макушку с белой прядью. — Четвертый шлюз, — сказала Белль патрульному солдату около шлюза. Он кивнул и приказал следовать агентам за ним. Дальше Белль идти было запрещено. Дальше начиналась территория Нулевой. Белый шлюз закрылся за ними, и из углов пошел туман распыляемого обеззараживающего раствора. Рин невольно задержала дыхание и закрыла глаза, памятуя о том, как срегировала на супрессор эфира в прошлый раз. Влажный воздух неприятно защипал кожу. Когда уже кошке казалось, что она сейчас упадет в обморок от нехватки кислорода, дверь с другой стороны открылась и туман реагента рассеялся. — В первый раз, котенок? — хихикнула Бернис, пихая Рин в плечо. — На обратном пути такая же штукенция будет, но там контроль посильнее, все-таки выход из каверны. Не волнуйся, эту хрень можно спокойно вдыхать. «Ага, нормальным людям может быть…» — мрачно подумала Рин, однако лишь кивнула в ответ Бернис. Цезарь уже отошла вперед и стояла на платформе лифта. — Нам надо спуститься и немного пройтись! Цезарь оказалась права — до тела самой каверны им пришлось идти не больше пяти минут бодрым шагом. Входом этот участок земли можно было назвать с натяжкой — по факту это был пятачок бетона, не разбитый взрывом и граничащий с каверной. — Можно? — с задором обернулась Цезарь на солдата, все еще сопровождавшего их. Тот кивнул, и байкерша с боевым кличем и мечом наголо скакнула в каверну. За ней последовала цокающая каблуками Бернис с огнеметами наперевес. — Ну что, идём? — скосила глаза на Эоса Рин. — Эн-на! — слегка электрическим голосом Белль ответил банбу. Тирен довольно хмыкнула и мягко скользнула в черную бездну. — Эх-х, вот бы сегодня как следует башки поотрывать эфириалам! — Цезарь, погоди прокси! — прыгала на месте, разминаясь, Бернис. Рин отпустила банбу на землю и с тихим шелестом вытащила меч из ножен. Эфирный рисунок на пару мгновений бледно засветился, но затем, адаптировавшись к давлению, потух. — Нифига се красота какая! — материализовалась рядом Цезарь. И как такая огромная девушка может так неожиданно оказываться рядом? — Ты что, эфирник? — Да, я аномалия… Наверное. У меня была только одна полноценная вылазка, — смутилась Рин от внезапного внимания. — Аномалия! Эфирная! Вот это алмаз прокси откопали, — восхитилась Цезарь. — Даже не представляете, какой… — пробормотала кошка. Раздался требовательный голос банбу, и компания нырнула в указанный Белль разлом, прекратив разговоры. — Через несколько метров наблюдается скопление Сатиров и пара Назеллярий. Ваш выход, девочки, — отрапортовала Белль. — Итак, Бернис, работаем как обычно! Рин, ты наше эфирное ядро, — кошка вздрогнула. — Прорубайся через врагов, я поддержу в защите, а Бернис будет поджигать им задницы с флангов. Погнали! Не говоря больше ни слова, Цезарь с криком рванула из-за укрытия прямо на толпу Сатиров. Рин крепче перехватила меч и прыгнула следом, нутром изучая плотность потоков эфира вокруг. Напружиниться и перепрыгнуть пару зазевашихся эфириалов, рубанув их в полете сверху. Приземлиться на ноги, увернуться от выпада арматурой. Отразить атаку сзади. Поймать особо плотный поток эфира, насытить меч и вложить волну потока в движение, сжаться пружиной в круговой удар. Тело эфириалов вокруг исказились от Заражения. — Бры-ысь! — закричала Бернис откуда-то справа, и Рин незамедлительно взлетела в воздух, делая сальто назад. На врагов обрушился поток пламени, и через считанные секунды их охватил Хаос, разрушая ядра и превращая тела в эфирную пыль. Рин довольно ухмыльнулась. Внезапно почти рядом с носом мощно загудел от удара щит Цезарь, отразившей эфирный удар Назеллярии. Кошка зарычала от досады и молнией метнулась в сторону врага, окружая полупрозрачные фигуры всполохами рассекающих воздух ударов. Не выдержав такого натиска, обе Назеллярии рассыпались в прах. — Молодцы, девчонки, тут чисто! — выскочила из укрытия Белль-банбу. — До разлома в следующую область минут пять. Он на четырнадцать часов от нас. — Легко сказать, прокси! — повернулась в нужную сторону Цезарь и уперлась носом в обвалившуюся стену. Банбу что-то тихо прошелестел и засеменил в сторону подъема из обломков в паре метров от Цезарь. Та лишь неловко засмеялась и почесала затылок. Бернис встала в построение за ней, а Рин замкнула группу, чутко прислушиваясь к окружению. Пара лестничных пролетов, прыжок со второго этажа на растянутый парусом брезент от старой грузовой машины, и перед ними возник разлом в новую область. Почти сразу за бурлящей трещиной оказался плазменный Фарбаути. Цезарь мгновенно собралась и отразила первый мощный удар руки-молота, давая Рин и Бернис время для маневра. Девушки разлетелись в две разные стороны и столкнули волны своих стихий на теле эфириала, вызывая взрыв Хаоса. Фарбаути взревел и тяжело замахнулся. Рин кубарем откатилась от своей половины удара и почти мгновенно вернулась в стойку для новой атаки. Бернис же повезло меньше — за её спиной оказалась куча обломков с торчащей арматурой, и это фатально ограничило её маневренность. Второй выпад почти наверняка окажется для девушки довольно тяжелым, а Цезарь не успевает помочь в защите. Рин сощурилась. Отвлечь? Атаковать? Но разве это поможет? Для успеха надо было серьезно ранить Фарбаути, если не убить. Ей не хватит сил. Что делать, что делать… Эфир услужливо запульсировал вокруг, устремляясь к Рин. Насытить меч. Поймать особо плотную волну. Направить удар по незащищенному кристаллами месту. Собрать всю свою силу в замах. Рассечь само пространство, выпуская в тело Фарбаути режущую полулунную волну сжатого эфира. — Разорван в клочья! Мир треснул пополам и сложился обратно. Эфириал тяжело застонал и рухнул, теряя половину тела. Бернис взвизгнула и отскочила от неловкого взмаха руки-молота. Рин собрала волю в кулак, подлетела к голове Фарбаути и собралась было вогнать меч в ядро. Не отдавая себе отчета, последнюю секунду тирен изменила траекторию меча, и тот прошел по касательной. Левая рука впилась в остервенело пульсирующее «сердце» эфириала. По предплечью потекли желто-лазурные ручьи эфирного заражения. Отдаленной частью мозга Рин отметила, что это было не больно. На языке расцвела яркая кисловатая сладость малинового конфитюра. Это было… вкусно. Осознание выдернуло Рин из транса. Тирен резко отпустила почти исчезнувшее ядро и в ужасе отскочила на пару метров. Тело Фарбаути, лишенное ядра, медленно рассыпалось в эфирную пыль. — Ри-ин! — налетел на нее черно-красный ураган и закружил в объятиях. — Ну ты крутышка! — Охренительный выпад! — Цезарь одобрительно закинула на плечи парочки металлическую руку, от чего обоих пригвоздило к земле. — Ой, простите, хе-хе. — За такую ульту с меня литр «Нитро-топлива» вне очереди! Я уж думала мне конец! — трещала Бернис, отходя от шока. В этой суматохе Рин отстраненно посмотрела на левую руку. Заражение исчезло, как будто его и не было. Кажется, девушки не заметили, что она сделала. Вот и хорошо. — Бернис, Рин, всё в порядке? — взволнованная Белль выскочила из укрытия и начала носиться вокруг аномалистов. — Благодаря Рин — все чики-пуки! — весело подмигнула Бернис, сбрасывая очки с макушки на нос. — Можем продолжать рейд! — Рин, как ты себя чувствуешь после такого маневра? Что-то болит? Усталость есть? Может, надо закончить вылазку? — А? Н-нет, всё в порядке… — тирен помотала головой, приводя себя в чувство. После поглощения ядра она ощущала себя на удивление бодрой и полной сил. Эфирный фон всё ещё слегка подрагивал после произошедшего, но Белль и байкерши, кажется, не обращали внимания на вибрации. Или просто не ощущали? Кошка вздохнула. — У нас еще два места, там эфирная активность немного выше, но по датчикам нет каких-то крупных эфириалов. Простите, что не предупредила о Фарбаути, — банбу состроил грустную мордочку и повесил уши. Рин на это лишь усмехнулась и потрепала робота по макушке. — Главное, что мы справились. Следующие битвы прошли для Рин как в тумане. Тела Фавнов, Гоплитов и Фоссоров мелькали перед глазами, охваченные пламенем и эфиром. Щит Цезарь звенел, огонь трещал, а давление росло. Рин атаковала последнего Фавна круговым ударом, и эфириал рассыпался на переливающуюся пыль. — Отлично, девчонки, зачистка окончена! Дальше мы не пойдем, давление эфира начинает зашкаливать. — Я уж думала, ты это не скажешь, — тяжело выдохнула Бернис. Рин удивленно посмотрела на нее и только сейчас заметила, какими вымотанными выглядели девушки. Да, Рин ощущала давление эфира, но это было скорее как движение в чуть более плотной воде — немного тяжелее, но всё ещё просто, если подстроиться. — Тут есть срез на несколько километров к внешней границе, и там не обнаруживается никаких эфирных сигналов. Давление упадет на несколько десятков, так что будьте готовы, — затараторила Белль и помчалась в сторону нового разлома. Рин замкнула процессию и автоматически повела ушами. (– *шипение*… Я уже задолбался супрессор жрать, когда они свалят отсюда…) Голос? Кошка насторожилась и осторожно оглянулась. Вокруг были лишь обломки зданий. Фраза была очень далекой, и, не прислушайся, даже она не смогла бы уловить такой тихий звук. Помогло и то, что после поглощения ядра все чувства несколько обострились. (– … нец-то уходят. Ей вообще по барабану на давление что ли?) Голос стал почти неразборчив. Значит, они отдаляются от источника. Кто бы это ни был, он оставался на месте. (– *шипение*… Передаю их Гамме…) Таинственный наблюдатель затих, отрезанный от ушей Рин расстоянием. Кошка попыталась обнаружить что-то своим шестым чувством, но, видимо, людей так обнаружить гораздо сложнее, чем доппельгангеров. Дорога назад заняла почти полчаса, несмотря на то, что прокси виртуозно находила самые короткие пути по каверне. Под конец путешествия устала даже Рин, а на байкерш смотреть было грустно, несмотря на то, что они держались молодцом. Наконец-то впереди замаячил финальный разлом, и команда по очереди шагнула вперед, покидая Нулевую. Как оказалось, вышли они в районе Третьего шлюза, чем напугали ничего не подозревающего патрульного, который минут пять не хотел верить, что они агенты независимого исследователя. В конце-концов, Белль пришлось попросить командира Роланда самолично связаться с охраной, чтобы девушек пропустили наконец-то в Нью-Эриду. Лифт мягко скользнул вверх, поднимая их к шлюзу. Ах да. Чертов реагент. — Еще пять минуточек и будем свободны, — блаженно улыбнулась усталая Бернис. — Неплохая вылазка получилась, как следует надавали по щам монстрам, — старалась бодро держаться Цезарь, но слегка сутулая спина выдавала, что даже эта энергичная девушка устала. — Пять минут? Нас будут мариновать в этой консервной банке так долго? — ужаснулась тирен. — Ну вообще поменьше, но довольно долго, да, — кивнула пироманка. — Да не волнуйся ты, его можно вдыхать спокойно, это просто инактивация эфирных остатков на коже и в легких. После этого даже легче станет немного. Паника медленно, но верно поднималась к горлу. Несколько минут в реагенте? У нее же кожа слезет или будет ожог слизистой дыхательных путей. Лифт остановился, приближая неизбежное. Рин собрала волю в кулак, подавила истерику и стоически шагнула в ловушку газовой камеры. Дверь за спиной с грохотом закрылась. Форсунки начали распылять раствор. Рин зажмурилась и приготовилась терпеть. Но в этот раз щиплющее ощущение на коже было практически эфемерным. Кошка приоткрыла глаза, которые мгновенно стали ощущаться слишком сухими и сразу заслезились, и сделала осторожный вдох. Щекочущее чувство прошло по легким. Жжение не усиливалось, легкие не сгорали от реагента, глаза не собирались получать химические ожоги. Рин осторожно оглянулась на своих новых боевых подруг, которые, прикрыв глаза, стояли и явно наслаждались процедурой. Кошка успокоенно выдохнула и расслабилась. «Знаешь, что это значит, мисс тирен?» — вкрадчиво спросил внутренний голос. «Нет,» — мысленно помотала головой Рин. «Я отказываюсь в это верить.»