Одиночество вдвоем

Все внутри словно кипит, Сынмин ощущает ярость от того, что песня не получается должным образом, все время что-то идет не так. Ким почти рычит от злости, он с раздражением стучит пальцами по поверхности лакированного стола. Еще чуть-чуть и нога начнет трястись от нервозности. Строчки не складываются, да и логика страдает, с чем у парня всегда проблемы. Он скорее чувствует, чем думает, отчего постоянно попадает в глупые передряги с серьёзными последствиями. Быть главным вокалистом в рок-группе – задача далеко не из легких, тем более при желании уметь писать достойные песни. Нижняя губа искусана до крови и противно жжет, что парень успешно игнорирует в порывах ненависти к собственной никчемности. Парню хочется сочинить что-то новое про отношения между людьми, словить какую-то динамику, выразить ее словами… Только в душе совершенно пусто. Он рвет очередной лист, когда мимо, к великому сожалению, проходит школьный знакомый и нынешний одногруппник — Хан Джисон. Взгляд тут же цепляется за его синюю шевелюру. «Чудик недоделанный», — думает о парне Сынмин, тяжко вздыхая. Он терпеть Джисона не может, а судьба подкидывает их друг другу уже в который раз. Хан замечает чужое внимание и окатывает Кима долгим презрительными взглядом, на что Сынмин корчит гримасу. — Ты в порядке? — возникает вопрос где-то за спиной. Студент не оборачивается, прекрасно знает этот глубокий низкий голос, с которым бесконечно пытается сочинить драйвовые композиции. — Не особо, я дико устал писать этот бред, — со стоном отвечает Сынмин. Он цокает языком, зарывается пальцами в короткие волосы. Окружающие реагируют на шум, бросая на парня недовольные взгляды. Ким не обращает на это внимания, мысли полностью забиты строчками будущей песни. Сынмин продолжает теребить отросшие пряди, пока Феликс садится на стол, совершенно не думая о рамках приличия. При его ослепительной ангельской красоте вести себя как оборванец кажется чем-то до одури приятным. За ним бегает вторая половина университета, ведь первая уже принадлежит «холодному» танцору Хенджину. — Может тебе пора найти новую музу? Или пойдем отвлечемся сегодня вечером? — соблазнительным тоном предлагает друг. Ким не может сдержаться от ухмылки, Феликс всегда понимает его лучше всех. Ли занимает позицию барабанщика в их группе и, несомненно, несет огромную пользу за счет своего безусловного таланта и популярности. — Ты прав, мне надо освежиться, на последней паре меня не жди, — Сынмин чувствует себя дьявольски паршиво, а такой толчок от друга только сильнее вызывает желание сбежать подальше от надоедливой студенческой суеты. Он игриво хлопает ладонью по чужому бедру и наконец встает из-за стола университетской библиотеки, где чудом оказался в поисках тишины. Феликс тихонько посмеивается и присоединяется к побегу. — Слышал сплетню? — с хитрой улыбкой спрашивает Ли, гордо шагая рядом, в то время как Сынмин ищет в телефоне сегодняшние выгодные акции в ресторане фаст-фуда, ибо не в его стиле транжирить деньги отца…Хотя разве что на шмотки известных брендов. Студент закатывает глаза, но таки оборачивается. — Нет, говори, — парни выходят на улицу и оказываются в тени зеленеющих деревьев. Ветер ласково треплет темные волосы Феликса, дает легкое ощущение свободы после душных стен. Он с удовольствием вдыхает свежий воздух и беспрерывно начинает докладывать всю информацию. — У нас есть красавчик-тихоня, а есть блогер с раздутым самомнением, помнишь таких? В общем, Хван Хенджин и Хан Джисон. Оба ни с кем никогда не контачили, а вчера тусовались вместе, прикинь? — с энтузиазмом рассказывает Феликс, а Сынмин усиленно пытается вспомнить, о ком идет речь. Если второго он прекрасно знает, то первого с трудом. — И что дальше? — безразличным тоном отвечает Ким, он не совсем понимает смысл того, чтобы копаться в чужих взаимоотношениях, особенно если это касается бесящего Джисона. Феликс отводит задумчивый взгляд куда-то в сторону. Его браслеты то и дело звенят при ходьбе, благо парень не взял сегодня сумку с множеством брелоков. — Я не уверен, но Джисон известен как человек ищущий выгоду, может он хочет использовать Хенджина? Но как? Вообще эта новость больше для девчонок, — с сомнением произносит Ли. — Хан тот еще фрукт, я бы не завидовал Хенджину, — парни пересекают пешеходный переход и почти доходят до места, где хорошенько набьют животы. Сынмин параллельно думает о том, с кем может повезти познакомиться сегодня вечером. — Почему? Что с ним? — глаза Феликса загораются интересом, в то время как Сынмин уже сожалеет о сказанном. Он не жалует Джисона, но сдавать его будет неправильно. — Неважно, пойдем поедим, — переводит тему Ким, на что Ли молча соглашается.

***

Чанбин не особо ищет отношений или легких интрижек, хотя после занятий в зале его либидо всегда стремительно идет вверх. Он больше предпочитает одиночество. К тому же у парня полное отсутствие времени и желания на лишние эмоции. Зачем? Есть полно доступных способов снять напряжение. Чанбину нравится работать на отца, набирать опыт в просторном дорогом офисе и иногда позволять себе пригубить со знакомыми. Он посещает университет, ходит на все лекции и ценит свою репутацию. У парня есть подруга детства Черен и хороший приятель Чонин, вполне неплохо для занятого человека. С девушкой он обсуждает работу в офисе, с парнем учебу в университете. Идеальная модель для Чанбина, привычная и комфортная. Так было до нового задания от отца, чьи мотивы немного пошатнули привычный расклад сына. — Ты же знаешь семью Ким? — уточняет мужчина лет пятидесяти, сидя в роскошном итальянском кресле из кожи. Сын медленно кивает и не спешит входить в диалог, он словно чувствует что-то неладное. — У них есть сын, Ким Сынмин, твоя задача его заполучить, — прямолинейно и без всяких намеков заявляет отец. Со смотрит на него с недоумением и легким шоком. — Похитить что ли? Что ты имеешь ввиду? — сбивчиво интересуется парень, он поддерживает хорошие отношения с отцом, поэтому не боится показаться невежественным в вопросах. Мужчина усмехается и переводит задумчивый взгляд в окно. — Нет. Ты должен завоевать его расположение, а лучше сердце. Он открытый гей и для тебя это лучшая возможность для укрепления связей, — Чанбин хватает ртом воздух, его катастрофически мало, что, черт возьми, происходит? — Но у меня никогда не было мужч…парней, как ты себе это представляешь? К тому же такие браки запрещены, к чему ухаживания? Неужели он играет важную роль в бизнесе? — накидывает множество вопросов Чанбин, руки некстати потеют, и он вытирает их об собственные серые брюки. Отец тихо смеется, прячет улыбку за ладонью. — Чанбин, его дедушка на грани смерти, а у отца Сынмин единственный ребенок. Он с довольно приличными акциями в наследстве. Если ты найдешь с Кимом общий язык, то гарантировано выстроишь дорогу к сотрудничеству. Согласен, что задумка неэтична, но пробовать стоит, — с убеждением в голосе произносит мужчина. Со в ответ лишь хлопает ресницами, у него не находится слов, все звучит как абсолютный абсурд. — И как это будет выглядеть? — еле выдавливает из себя ответ Чанбин. — Вы учитесь в одном университете. Он играет в группе, выступает в клубах. Попытайся завязать с ним разговор, — спокойным тоном говорит отец, но Чанбин замечает появившиеся складки морщин в уголках глаз. Да он смеется с него! — Отец… Признайся, в чем я провинился? Если это не наказание, то просто издевательство! Я даже лица этого парня не знаю. А еще… Играет в группе? Почему он не работает в компании? — Чанбин переходит от стадии отрицания в агрессию в рамках разумного. Он никогда не слыл бабником, то есть… Как это назвать наоборот? Роковым мужчиной? Ценителем мужского внимания? — Он из тех детей, кто хочет жить собственную жизнь, без ответственности за семейное дело, — отец склоняется над столом и достает из бумажного конверта несколько фотографий неизвестного парня. Мужчина передает снимки сыну, и тот внимательно изучает чужое лицо. — Тогда это бессмысленно, — вяло отвечает Чанбин. Сынмин кажется ему симпатичным как для парня своего возраста, но не более того. На фотографиях Ким сидит на лавочке около корпуса с гитарой на коленях. Взгляд прищуренный, губы поджаты, Сынмин явно о чем-то усиленно размышлял. — Смысл есть. Сынмин так или иначе войдет в совет директоров, дело времени, когда его максимализм спадет. Кроме отношений, тебе придется мотивировать его на смену деятельности, — идеи отца все больше походят на безумные, Чанбин округляет глаза и откидывается на спинку дивана. — За какой срок я должен выполнить этот план? — скорее в шутку интересуется парень. — Я уверен, что ты справишься за несколько месяцев, — уверенно заявляет мужчина. Со понимает, что это конец разговора, поэтому встает с места и тихо покидает кабинет. «Он сбрендил? Как я могу навязаться к этому Сынмину?» — Со уже заранее сгорает от стыда, проще действительно похитить этого музыканта, чем мучиться с выработкой стратегии по завоеванию сердца. В голову начинают приходить фантазии о возможных поцелуях и даже большем. Тонкие длинные пальцы на его затылке, сухие губы на влажных собственных… Блять! Чанбин выскакивает на крышу здания, где невероятно красиво расположен небольшой декоративный сад. Здесь он обычно переживает самые трудные моменты в своей жизни. Парень лезет в карман приталенного пиджака и достает электронную сигарету. Стики с запахом персика оказываются весьма кстати. Чанбин закуривает, ворошит пальцами пряди, а взгляд блуждает по шумным улицам Сеула. Если отец вынудил добиться Ким Сынмина, то не остается иного выбора. Чанбин в лепешку расшибется, но заставит чужое сердце трепетать. Все ради бизнеса и семьи.