Сквозь завесу снов

Усталость, навалившись тяжким бременем, все же смогла одержать победу над бессонницей Вилл. Она провалилась в беспокойный сон, который тут же затянул ее в пучину мрака и страха. Она снова оказалась в том зловещем тоннеле, стены которого, казалось, были вырезаны из черного камня, испещренного невидимыми зловещими символами. Тишина окружала ее, словно саван, и только эхо ее собственных шагов нарушало эту мертвую тишину. Но на этот раз всё было по-другому. Впервые за все эти годы она осознавала, что происходит. Она понимала, что это сон, что это всего лишь игра её собственного подсознания. Она знала, что путь ей заказан вперёд, в ту комнату, где её ждал Фобос. И этот факт не пугал её, как раньше. Теперь она чувствовала не только страх, но и какое-то странное, даже болезненное любопытство. Вилл больше не собиралась отступать и убегать от своего страха. Она понимала, что ей нужно посмотреть ему в глаза и понять, чего он от нее хочет. Она понимала, что именно в этой комнате ее ждет не просто кошмар, но и ответ на все ее вопросы. Не медля, она пошла вперед быстрым и ровным шагом, не оглядываясь по сторонам и не замедляя движения. Ее ноги уверенно ступали по холодному каменному полу, а дыхание было спокойным и ровным. Она больше не чувствовала того парализующего страха, который сковывал ее раньше. Вместо него ее охватило странное чувство спокойствия и решительности. Она не обращала внимания на мрачную тьму, которая окружала ее, и не смотрела на зловещие тени, которые, словно призраки, мелькали у нее за спиной. Она была сосредоточена на единственной цели, которая ждала ее в конце этого тоннеля, и ничто не могло ее остановить. Ее шаги становились все быстрее и быстрее, а сердце билось ровно и уверенно, как барабан. Она шла вперед и не собиралась останавливаться, и чувствовала, как ее воля крепнет, а страх отступает. Туннель становился всё короче и короче, а свет в его конце — всё ярче и ярче. Она приближалась к своей цели и знала, что готова встретиться со своим главным кошмаром. Она уже не была той робкой девочкой, которая боялась собственной тени. Она была стражницей, готовой принять любой вызов и сразиться за себя и свой мир. И она знала, что этот сон будет особенным, что на этот раз она не будет жертвой, а станет охотницей. Добравшись до конца тоннеля, Вилл вышла в освещенную комнату, и ее взгляд сразу же уловил произошедшие изменения. Комната больше не казалась ей такой зловещей, как в ее первом сне, и что-то неуловимо изменилось. Она не могла точно сказать, что именно, но чувствовала, что эта комната — уже не ловушка, а нечто большее. И даже багровый каменный трон казался теперь просто камнем, не более того. Фобос не сидел в своём величественном кресле. Он стоял посреди комнаты в неестественной позе и, казалось, поджидал её. Он был высоким и стройным, его тёмная мантия подчёркивала бледную кожу, делая его ещё более притягательным и ужасным одновременно. Его лицо было спокойным, но в глазах всё ещё горел тот зловещий холодный свет. И, увидев Вилл, он улыбнулся и произнёс тихим бархатным голосом, от которого у девушки по спине побежали мурашки. - И вот мы снова здесь. Вдвоём. Вилл не ответила ему и не позволила своим страхам сковать себя. Она смотрела на него прямо и смело и решила, что пришло время получить ответы на свои вопросы. Она чувствовала, что больше не жертва в этой игре и что она может изменить свои правила. - Почему ты преследуешь меня?» — спросила она, и ее голос звучал твердо и уверенно. — Чего ты от меня хочешь? Фобос не ответил ей и просто смотрел на неё с той же улыбкой. Казалось, он наслаждался её вопросами и тем, что она проявляет к нему интерес. Он словно играл с ней, ожидая её следующего хода. - Ты исчез, испарился, — продолжала Вилл, стараясь скрыть свое волнение. — Почему ты являешься мне во сне? Чего ты добиваешься? Она задала ему ещё несколько вопросов, но он по-прежнему молчал. Он не сводил с неё своих пронзительных глаз, и его улыбка становилась всё шире и шире от этого странного молчания. Тишина в комнате становилась всё более напряжённой и густой. Вилл чувствовала, как страх снова пытается сковать её, но она пыталась бороться с ним и не дать ему взять над собой верх. Она понимала, что он не ответит на её вопросы и что он специально тянет время и ждёт удобного момента. И вот, внезапно, Фобос начал двигаться. Он медленно подошёл к Вилл и остановился всего в нескольких сантиметрах от неё. Он наклонился к её уху, и его дыхание обожгло её кожу, когда он прошептал. - Совсем скоро мы встретимся, дорогуша. Его слова прозвучали как зловещее пророчество, и её тело содрогнулось от этого ледяного холода. Она почувствовала, как страх снова сковывает её, а разум затуманивается. И в этот момент она поняла, что этот сон подошёл к концу. Вилл резко почувствовала, как кто-то трясёт её за плечо. Она с трудом открыла глаза и увидела над собой испуганные лица подруг, обеспокоенно глядящих на неё. Сердце всё ещё бешено колотилось в груди, а дыхание оставалось прерывистым. Постепенно сквозь пелену сна начали проступать очертания знакомой гостиной, и она поняла, что снова проснулась. Хай Лин с явным беспокойством в глазах сразу же начала засыпать её вопросами. - Вилл, как ты себя чувствуешь? — ее голос звучал встревоженно. - Что случилось? Что тебя так напугало? Тарани нетерпеливо добавила. - Ты начала задыхаться и кричать во сне так громко, что мы все проснулись! Мы думали, что с тобой что-то случилось. Вилл виновато посмотрела на подруг. Она понимала, что напугала их своим кошмаром и что они сильно за нее переживали. - Простите меня, — тихо сказала она. - Я не хотела вас будить. Ирма махнула рукой и с теплотой в глазах сказала. - Да ладно тебе, Вилл, все в порядке. Это все чепуха по сравнению с тем, что происходит с тобой в последнее время. Ты же не спишь и все время что-то видишь. Это уже не в первый раз. Корнелия, отодвинувшись от своих подруг, села поближе к Вилл и, взяв ее за руку, с искренней тревогой в голосе начала расспрашивать. - Вилл, скажи нам честно, что тебя беспокоит? Что ты видишь во сне? Нам так страшно за тебя. Вилл снова опустила взгляд, и её глаза наполнились слезами. Она понимала, что должна рассказать подругам правду и что больше не может скрывать от них свои переживания. Но она боялась, что они не поймут её и сочтут сумасшедшей. — Я не знаю, что со мной происходит, — начала она, и её голос дрогнул. — Я постоянно вижу один и тот же сон, и в нём я вижу его… — Кого, его? — нетерпеливо переспросила Хай Лин. — Кого ты там видишь? Вилл промолчала, пытаясь подобрать нужные слова. Она не знала, как объяснить им, что она видит во сне Фобоса, что он говорит с ней и что скоро он с ней встретится. Она понимала, что всё это звучит как полный бред, и боялась их реакции. Но, увидев их встревоженные и полные сострадания глаза, она поняла, что они всё равно не оставят её в беде. Она чувствовала их поддержку и заботу и понимала, что она не одна и что они всегда будут рядом, чтобы помочь ей в трудную минуту. И это понимание придало ей сил, и она решилась рассказать им обо всём. Вилл сделала глубокий вдох и начала свой рассказ. Поначалу ее голос был тихим и дрожащим, но постепенно он становился все сильнее и увереннее. Она старалась рассказать все в подробностях, не упуская ни одной важной детали. - Я вижу один и тот же сон, — начала Вилл, и её глаза наполнились слезами. — Мне снится тёмный туннель, длинный и бесконечный. Стены этого туннеля словно высечены из чёрного камня, а впереди мерцает маленький огонёк, который манит меня вперёд. Она сделала паузу и посмотрела на своих подруг, стараясь увидеть в их глазах хоть какую-то реакцию. Но они молчали и только внимательно смотрели на неё, не отводя взгляда. На их лицах читалась смесь страха, сочувствия и какого-то другого, непонятного чувства. - В конце этого тоннеля находится комната, — продолжила Вилл, и её голос слегка дрогнул. — В ней стоит большой каменный трон, обитый багровым бархатом, а в нем с ним сидит он... Она снова замолчала, и её дыхание стало тяжёлым и прерывистым. Она не знала, как рассказать им о Фобосе. Она боялась их реакции и не хотела их пугать. - Фобос, — тихо прошептала она. — Он всегда появляется в конце тоннеля, в этой комнате, возле трона. Его лицо бледное, а глаза, словно чёрные дыры, поглощают весь свет вокруг. Он улыбается, и эта улыбка настолько жуткая, что я боюсь смотреть на него. Она описала Фобоса во всех подробностях, стараясь не упустить ни одной детали. Она рассказала о его манерах, о его голосе и о том, что он ей говорил. Она передала все его слова, все его жесты и всё, что она могла вспомнить. Вилл рассказала о том, как он садился на свой трон и смотрел на неё своими тёмными глазами. Она рассказала о том, как он заставлял её чувствовать себя некомфортно и пугал своими словами. Она рассказала им всё, что помнила, до мельчайших деталей. Ей было тяжело вспоминать эти жуткие сны, но она понимала, что больше не может их скрывать. Она хотела поддержки от своих подруг и надеялась, что они смогут ей помочь. Девушки слушали ее внимательно, не перебивая и не отводя взгляда. Их лица менялись с каждой фразой, которую произносила Вилл, и на них отражались все ее эмоции. Иногда на их лицах появлялся страх, иногда удивление, а иногда какая-то странная смесь симпатии и сострадания. Они внимательно слушали, стараясь не пропустить ни слова, и пытались понять, что происходит с Вилл. Они знали, что она сильная и храбрая, но они также понимали, что ей нужна помощь, и были готовы ей помочь. Они были готовы выслушать её, понять её и поддержать. Закончив свой рассказ, Вилл опустила глаза, чувствуя себя опустошённой и в то же время немного облегчённой. Она знала, что рассказала всё, что могла, и что теперь её подруги знают всю правду о её кошмарах. Но ей также было страшно от того, что они могут подумать о ней, и от того, что они могут посчитать её сумасшедшей. Сделав глубокий вдох, она подняла глаза и сказала, её голос звучал немного устало и печально. - Я знаю, что всё это звучит как бред, — начала она. — Я понимаю, что Фобоса и Седрика давно нет, и что они исчезли. Я знаю, что всё это, наверное, плод моего воображения, которое играет со мной злую шутку. Она сделала паузу и посмотрела на своих подруг, пытаясь понять, как они восприняли её слова. Но они по-прежнему молчали и лишь пристально смотрели на неё своими полными сострадания глазами. - Ведь Фобос причинил нам всем столько боли, — продолжила Вилл. — Он пытался убить нас, и, возможно, это оставило свой след в моей психике. Может быть, поэтому он до сих пор со мной в моих снах. И, может быть, я просто схожу с ума. Она снова остановилась и ее глаза наполнились слезами. Она чувствовала себя уязвимой и беспомощной и ей хотелось просто, чтобы все это поскорее закончилось. Она очень сильно боялась, что ее подруги, решат, что она не в себе и, что они больше не захотят с ней общаться. Она начала прокручивать в голове все, те, ужасные моменты из ее прошлого, когда они сражалась с Фобосом и она понимала, что он, действительно причинил ей много боли. Она вспомнила все его коварные планы и все его жестокие действия, и она понимала, что эта боль все ещё живет в ее душе, и она пытается от нее избавиться. Она вспомнила все их битвы и все те моменты, когда она думала, что они все погибнут, и все эти моменты, были очень болезненными. Она чувствовала вину за то, что не смогла спасти многих людей, и она видела, как ее подруги страдали от этого тоже. Она пыталась объяснить подругам, что понимает, что Фобоса больше нет в реальном мире, но почему-то он всё ещё оставался в её снах. Она пыталась убедить их, что всё это — лишь плод её больного воображения, но она не была в этом уверена до конца. Она чувствовала, что что-то происходит, и что она должна во всём разобраться. И пока Вилл размышляла о том, как ей справиться со своими кошмарами, её подруги смотрели на неё с пониманием и чувствовали всю её боль и страдания. Они не считали её сумасшедшей и не собирались бросать её в беде. Они знали, что она сильная и что она справится со всем, но они хотели помочь ей и поддержать её в этот трудный для неё момент. Тишина, повисшая в гостиной Ирмы после исповеди Вилл, казалась почти осязаемой. Девушки переваривали услышанное, и каждая из них пыталась осознать глубину. И вот Тарани, нарушив молчание, вдруг задала Вилл вопрос, который заставил ее снова сжаться и почувствовать себя виноватой. - И как давно он тебе снится? — спросила Тарани, её голос был тихим и осторожным. — Когда это началось? Вилл снова виновато опустила голову, и её глаза наполнились слезами. Она знала, что этот вопрос будет задан и что она должна будет на него ответить. Ей не хотелось говорить о том, как долго она мучается от этих кошмаров, но она понимала, что должна сказать правду. — Пять лет, — тихо ответила она, и её голос дрогнул. — Через несколько месяцев после того, как он исчез, а Элион взошла на трон. Ее слова эхом разнеслись по комнате и, казалось, оглушили ее подруг. Пять лет! Это был огромный срок, и все они не могли поверить, что она все это время молчала и скрывала от них свои страдания. Корнелия первой нарушила тишину, и ее голос прозвучал потрясенно и даже немного гневно. - Пять лет?! — воскликнула она. — Пять лет ты мучилась от этих кошмаров и ничего нам не сказала? - Почему ты раньше нам не рассказала, Вилл? - спросила Хай Лин. В их голосе звучала обида и непонимание, а глаза были полны боли и разочарования. Они не могли понять, почему Вилл скрывала от них такую важную вещь и почему она не доверилась им раньше. Ирма и Тарани молчали и с грустью смотрели на Вилл, понимая, что она снова чувствует себя виноватой из-за их реакции. Тарани положила руку на плечо Вилл, пытаясь успокоить её, и показала ей свою поддержку и заботу. Вилл снова опустила взгляд, и ее плечи слегка задрожали. Она понимала, что заслужила эти упреки и что должна была рассказать им обо всем раньше. Но она не знала, как это объяснить и как объяснить свое молчание. - Я… я не знала, как вам сказать, — тихо ответила она. — Я боялась, что вы не поймёте меня и посчитаете сумасшедшей. Я не хотела пугать вас своими кошмарами и обременять своими проблемами. Она остановилась и снова посмотрела на своих подруг с мольбой в глазах. Она надеялась, что они смогут понять и простить её за молчание и недоверие. — Я… я прошу прощения, — сказала она, и её голос сорвался. — Я правда не хотела вас обидеть. Я просто испугалась и не знала, что делать. И слезы потекли по ее щекам, а сердце сжалось от боли и сожаления. Она понимала, что поступила неправильно и что должна была быть честнее со своими подругами. Но она надеялась, что они все же поймут ее и простят. Прошло несколько томительных минут, наполненных тяжёлым молчанием и напряжённым ожиданием. Каждая из девушек переваривала услышанное и пыталась понять, что делать дальше. Корнелия первой взяла себя в руки. Она сделала глубокий вдох и, сменив гнев на решительность, строго посмотрела на Вилл. — Знаешь что, Вилл, — сказала Корнелия, и теперь её голос звучал твёрдо и уверенно. — Я думаю, что нам нужно прямо сейчас отправиться на Кандракар. Возможно, Совет знает, как тебе помочь и как прекратить этот кошмар. Они должны знать, почему это с тобой происходит. Она выразительно посмотрела на остальных девушек, и те кивнули в знак согласия. Все они поддержали ее идею и были готовы отправиться на Кандракар в любую минуту. Они понимали, что Вилл не может и дальше мучиться и что им нужно действовать незамедлительно. — И ещё, Вилл, — продолжила Корнелия, и её голос смягчился. — Я хочу извиниться за то, что вспылила. Я знаю, что ты не хотела нас обидеть и что ты просто боялась. Мы понимаем тебя и прощаем. Она подошла к Вилл и нежно обняла её, пытаясь передать ей свою любовь и поддержку. Она понимала, что Вилл сейчас чувствует себя очень уязвимой и что ей нужно как можно больше поддержки от своих подруг. - Мы все с тобой, — сказала Ирма и обняла Вилл вместе с Корнелией. — Мы никогда не бросим тебя в беде, и мы всегда будем рядом с тобой. — Да, — сказала Тарани. — Мы всегда поможем тебе, и мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы эти кошмары закончились. - Не сомневайся в нас, — добавила Хай Лин и улыбнулась своей ласковой улыбкой. — Мы обязательно найдём решение, и мы вместе справимся со всеми трудностями. Вилл слушала их, и её сердце согревалось от их тёплых слов. Но всё же внутри неё оставалась какая-то неуверенность. Она не была до конца уверена, что Совет сможет ей помочь, и боялась, что они могут отказать ей или, что ещё хуже, усугубить её положение. Она не была уверена, что готова снова погрузиться в этот мир магии и своих страхов. — Я… я не знаю, — тихо сказала она. — Я не уверена, что это хорошая идея. Может быть, мне просто нужно отдохнуть, и всё пройдёт само собой. Но её подруги не дали ей отступить. Они были непреклонны и настаивали на своём. Они понимали, что Вилл нуждается в помощи и что они должны сделать всё возможное, чтобы помочь ей. — Нет, Вилл, — сказала Корнелия. — Мы не можем просто сидеть сложа руки и ждать, пока всё пройдёт само собой. Мы должны действовать, и мы должны бороться за тебя. - Да, мы должны пойти, — сказала Тарани и добавила. - Ведь если это не поможет, то мы просто будем знать, что сделали всё, что в наших силах. И, честно говоря, мне всё равно, что там будет, важно то, что мы вместе. Под давлением подруг у Вилл не осталось выбора, и она неохотно согласилась отправиться на Кандракар. Она понимала, что должна им доверять и что они никогда не пожелают ей зла. Но она всё ещё не могла избавиться от чувства тревоги и предчувствия грядущего несчастья.

***

Рассвет, окрашивая небо в нежные пастельные тона, застал девушек в гостиной дома Ирмы. Утро принесло с собой не только новые надежды, но и чувство неотложности. После того, как они окончательно приняли решение отправиться на Кандракар, они не стали медлить ни минуты. Вилл всё ещё чувствовала себя неуверенно, но старалась скрыть свой страх за маской спокойствия. Она понимала, что сейчас не время для её личных переживаний и что она должна быть сильной ради своих подруг. Девушки тихо вышли из гостиной, стараясь не разбудить родителей Ирмы, и вошли на кухню. Там, на столе, они нашли лист бумаги и ручку. Ирма быстро набросала записку, в которой она сообщила, что им нужно срочно сходить домой к Корнелии и что они скоро вернутся. Они оставили записку на столе и тихо вышли из дома. Они направились в ближайшее укромное место, где могли спокойно перевоплотиться в своих стражниц. Вилл, вытянув руку с кристаллом вперёд, произнесла магическое слово, и мгновенно все девушки были окутаны яркой вспышкой света. Когда свет рассеялся, они предстали в своих боевых нарядах. Вилл невольно вдохнула полной грудью, ощущая силу своего сердца и свою ответственность. Тарани начертила в воздухе замысловатые знаки, и через мгновение перед ними развернулся сияющий портал. Вилл посмотрела на своих подруг и увидела их серьезные и решительные взгляды. Она сделала глубокий вдох и первой шагнула в портал. Подруги последовали за ней. Переход на Кандракар был мгновенным, и через секунду они уже стояли на знакомой и любимой земле. Там, как и всегда, было тихо, спокойно и уютно, как дома. Небо радовала глаз своими яркими красками, а воздух был наполнен ароматами благовоний. Вилл невольно улыбнулась, ощущая какое-то странное чувство умиротворения и покоя. Девушки огляделись и увидели одного из советников, который с удивлением смотрел на них. Они приветливо поздоровались с ним и объяснили, что им нужно срочно поговорить с Оракулом. Советник кивнул в знак согласия и проводил их в покои Оракула. Он шёл впереди, указывая им путь, а они шли за ним, стараясь не разговаривать и не шуметь в этой святой обители. Вилл старалась отвлечься от своих тревожных мыслей и вглядывалась в окружающее строение. Она любила Кандракар и всегда чувствовала себя здесь как дома. Но на этот раз она понимала, что пришла сюда с очень серьёзной проблемой и что от того, как пройдёт их разговор с Оракулом, будет зависеть её дальнейшая судьба. И эта мысль заставляла её сердце биться всё быстрее и быстрее. Зал, в котором находился Оракул, как всегда, был величественным и спокойным местом, излучающим мудрость и силу. Девушки вошли в него и, пройдя несколько шагов, поприветствовали Оракула, поклонившись ему. Они чувствовали уважение к этой мудрой и могущественной сущности и понимали, что от неё зависит их дальнейшая судьба. Оракул ответила на их приветствие кивком головы, и ее взгляд тут же обратился к Вилл. Ее глаза наполнились каким-то странным и тревожным светом, и она внимательно начала изучать ее всем своим существом. Она словно сканировала ее, пытаясь понять, что с ней происходит. И, не дав девушкам заговорить первыми, она обратилась к Вилл тихим, но властным голосом. - Стражница, подойди ближе к аромерам. Вилл не стала спорить и с тяжёлым сердцем подошла к порящим аромерам. Она чувствовала на себе пронзительный взгляд Оракула, и её тело покрылось холодным потом. Она понимала, что сейчас произойдёт что-то важное и что это может изменить её жизнь навсегда. Как только она подошла ближе и остановилась возле своей аромеры, все присутствующие замерли от удивления и ужаса. Аромера, принадлежавшая Вилл, начала светиться алым цветом, и её поверхность покрылась чёрными прожилками, которые пульсировали и извивались, как змеи. Алый свет становился всё ярче и ярче, а чёрные жилы — всё толще, и вся комната наполнилась каким-то зловещим свечением. Вилл в ужасе отшатнулась от своей аромеры, словно та обожгла её прикосновением. Аромера тут же приняла свою изначальную форму, но все присутствующие в зале всё ещё пребывали в шоке от увиденного. Оракул быстрым шагом подошла к Вилл и нежно прикоснулась к её виску. В этот момент мир вокруг девушки перестал существовать. Она почувствовала, как слабеет её тело, а сознание мутнеет. Она мгновенно потеряла сознание и, словно безвольная кукла, начала падать вниз. Но Оракул успела подхватить ее и мягко удержала в своих руках. Она посмотрела на своих помощников и кивнула им. Они мгновенно поняли ее безмолвный приказ и тут же окружили девушек, оставив им личное пространство. Оракул несла Вилл на руках, как хрустальную вазу, понимая, что сейчас все зависит от ее решений. Остальные стражницы молча последовали за советником, который нес Вилл на руках. Они очень сильно переживали за свою подругу, и их сердца сжимались от страха и беспокойства. Они видели, как ее аромера светилась зловещим алым цветом, и как она потеряла сознание, и не могли скрыть своего волнения. Они шли за ними по длинным коридорам, не произнося ни слова, и старались не отставать от Оракула ни на шаг. Они хотели быть рядом с Вилл и были готовы на все, лишь бы помочь ей. Наконец они добрались до огромного зала и остановились перед массивными дверями из тёмного дерева, украшенными серебром. Один из советников обернулся и сказал им. - Пожалуйста, подождите здесь. Корнелия была крайне недовольна услышанным, и её глаза наполнились гневом. Она хотела быть с Вилл и не понимала, почему они должны ждать здесь. И остальные девушки полностью разделяли её чувства. Они тоже хотели быть рядом со своей подругой и поддержать её, но понимали, что сейчас спорить бессмысленно и что им нужно подчиниться приказу. Они остановились у дверей и молча ждали, когда их впустят внутрь. Они чувствовали напряжение в воздухе, и их сердца бешено колотились. Они понимали, что сейчас решается судьба Вилл, и не знали, что их ждёт впереди. Оракул открыла двери и вошла в огромный зал, а за ней последовал советник с Вилл на руках. Как только они вошли, двери тут же захлопнулись за их спинами, оставив девушек в полном неведении. Девушки обменялись обеспокоенными взглядами и стали напряжённо ждать, что будет дальше. Внутри большого зала советник аккуратно положил Вилл на небольшой мраморный стол и посмотрел на Оракула. Она пристально смотрела на неподвижное тело девушки, и в её глазах читались тревога и беспокойство. - Что с ней? — тихо спросил советник, его голос был полон волнения. Оракул не ответила ему сразу и продолжила пристально изучать Вилл. Она знала, что с девушкой происходит что-то очень необычное и что ей нужно действовать быстро и точно. Она понимала, что на кону не только жизнь Вилл, но и, возможно, будущее всего Кандракара. Оракул наконец оторвала взгляд от Вилл и медленно повернулась к советнику. Ее лицо было серьезным, а в глазах читалась глубокая тревога. Ее голос звучал низко и словно издалека. - Ею овладели, — произнесла она, и ее слова прозвучали как зловещее пророчество. — Темная магия проникает в ее разум, и она находится под ее влиянием. Она сделала паузу и посмотрела на советника своими пронзительными глазами. Ее взгляд выражал глубокую и неизбывную печаль из-за того, что ей пришлось сказать. Она знала, что ее слова могут повергнуть всех присутствующих в шок, но она не могла молчать. Правду нужно было сказать, несмотря ни на что. - Это не просто кошмары, — продолжила Оракул, и её голос стал ещё более тревожным. — Это попытка подчинить её волю и использовать в своих тёмных целях. Она снова посмотрела на Вилл, и её взгляд смягчился от сочувствия. Она понимала, как тяжело сейчас девушке и как ей страшно. Она знала, что должна помочь ей как можно скорее, но для этого ей нужно понять, что происходит с ней и с её разумом в её снах. — Нам нужно остаться наедине, — сказала Оракул и обратилась к советнику уже более спокойным голосом. — Я должна погрузить стражницу в глубокий сон и проникнуть в её разум, чтобы понять, что происходит в её снах. Только так мы сможем узнать, кто стоит за этой тёмной магией и как её остановить. Советник кивнул в знак согласия и, не говоря ни слова, молча вышел из зала, закрыв за собой тяжёлые двери. Он понимал, что сейчас им нужна абсолютная тишина и покой. И он полностью доверял Оракулу и был уверен, что она сделает всё возможное, чтобы спасти девушку. В зале повисла напряженная тишина. Только они остались вдвоем. Оракул начала готовиться к ритуалу, и ее движения были плавными и точными. Она доставала из шкатулки древние артефакты и расставляла их в определенном порядке вокруг стола, на котором лежала Вилл. Её лицо стало ещё более серьёзным, а глаза горели таинственным светом. Она знала, что перед ней стоит непростая задача и что она должна быть очень осторожной и внимательной. Ведь малейшая ошибка может привести к необратимым последствиям. И она была готова к этому вызову. Она была готова сделать всё, чтобы спасти девушку от зла, которое ей угрожало.

***

Вилл почувствовала, как к ней возвращается сознание. Она снова оказалась в той проклятой комнате, и ее сердце сжалось. Она увидела Фобоса, он все так же стоял перед ней, но теперь на его лице не было той зловещей ухмылки, что раньше. Теперь его взгляд был холодным и каким-то задумчивым, словно он что-то обдумывал. - Ты привела подмогу? — спросил он. Его голос был тихим, но в нём чувствовалась угроза. Он прищурился, и его взгляд стал ещё более пронзительным, словно он пытался её разгадать. Но через мгновение его лицо снова растянулось в улыбке, которая не сулила ничего хорошего. — Как жаль, — сказал он насмешливым голосом. — Но они тебе не помогут. Никто тебе не поможет. Вилл не ответила ему и попыталась сосредоточиться. Она чувствовала внутри себя какую-то чужую энергию, и это чувство было очень неприятным. Она не понимала, кто это и что он здесь делает, но знала, что эта энергия ей не принадлежит и что она должна избавиться от неё. У неё сильно разболелась голова, и перед глазами всё расплывалось. В это же время в зале, Оракул стояла над телом Вилл, и её лицо было очень напряжённым. Она пыталась проникнуть в сознание девушки и видела все её метания и страдания. Она видела, как Вилл мечется из стороны в сторону и кричит от боли и ужаса. Она чувствовала всю её тревогу и все её страхи. Она понимала, что девушка сейчас борется со своим главным кошмаром и что ей очень нужна её помощь. Оракул с отчаянной решимостью продолжала попытки проникнуть в сознание Вилл. Она направляла всю свою силу и мудрость, пытаясь разгадать, что за тёмная сила держит в плену разум девушки. Она использовала древние артефакты, веками хранившие тайны Кандракара, но даже они не могли прорваться сквозь эту стену. Она использовала все свои навыки и умения, но её усилия оставались тщетными. Она видела все страдания Вилл и чувствовала её боль, но не могла ей помочь. Она с отчаянием понимала, что эта тёмная магия намного сильнее, чем она предполагала. С каждым новым ритуалом ее силы иссякали, а надежда таяла с каждой минутой. Она снова и снова пыталась прорваться сквозь эту стену тьмы, но у нее ничего не получалось. Она чувствовала, как силы покидают ее, и боялась, что не справится с этой задачей. Она снова и снова проходила через одни и те же ритуалы, но результата не было. Она видела только страх, боль и безысходность в сознании Вилл, и она понимала, что её нужно спасти как можно скорее, пока не стало слишком поздно. Она видела, как тёмная сила всё больше и больше овладевает ею, и она знала, что её действия должны быть быстрыми и точными. И вот, после очередной неудачной попытки, Оракул почувствовала какую-то странную тишину в разуме Вилл. Она решила аккуратно выйти из её сознания, не дождавшись никакого результата, и открыла глаза. Она увидела, что Вилл больше не мечется и не кричит, а спокойно лежит на столе, и её дыхание было ровным и спокойным. Оракул не знала, что это значит, но понимала, что что-то изменилось. Она медленно отошла от Вилл и осмотрела её со всех сторон. Она видела, что её тело спокойно и безмятежно, и почувствовала в своём сердце надежду. Она не знала, чем всё закончится, но понимала, что не может сдаться. Она должна продолжать бороться за девушку, и она сделает всё, что в её силах, чтобы спасти её от тёмной силы. Оракул медленно выдохнула и обернулась в сторону дверей. Она позвала советника обратно и ждала его с терпением в сердце и каким-то странным предчувствием. Советник быстрым шагом вернулся в зал и с тревогой посмотрел на Оракула. Он видел её усталое лицо и понимал, что её попытки не принесли никаких результатов. Он понимал, что дело гораздо серьёзнее, чем они предполагали. — Что с ней? — тихо спросил он, и в его голосе звучала явная тревога. — Тебе удалось что-нибудь узнать? Оракул покачала головой и посмотрела на него своими печальными глазами. - Это нечто большее, чем я думала, — сказала она тихим и задумчивым голосом. — Чем бы это ни было, я не могу самостоятельно преодолеть этот барьер. Эта тёмная магия очень сильна. Она вздохнула, и её плечи слегка опустились под тяжестью ответственности и этого решения. Она знала, что сейчас на кону стоит не только жизнь Вилл, но и, возможно, безопасность всего Кандракара, и она не могла больше рисковать. - Нам нужно созвать весь совет, — продолжила она. — Мы должны использовать все наши общие силы, чтобы прорваться через этот барьер и спасти её. Я не знаю, что это такое, но чувствую, что это очень опасно. Советник кивнул в знак согласия и без лишних слов покинул зал. Он понимал всю серьёзность ситуации и знал, что нужно действовать быстро. Он прошёл по коридорам Кандракара и созвал всех членов Совета. Он рассказал им о том, что случилось с Вилл, и о том, что они должны немедленно собраться. Совет Кандракара был самым могущественным собранием мудрецов и воинов, и их объединённая сила была безграничной. И они сразу же осознали всю серьёзность ситуации и немедленно откликнулись на призыв. Через несколько минут все члены совета собрались у дверей зала, где находились Оракул и Вилл. Советник обернулся и строго посмотрел на всех. - Это дело чрезвычайной важности, — сказал он громко и чётко. — Мы должны приложить все наши силы, чтобы спасти эту девушку и остановить распространение этой тёмной магии. Все члены совета кивнули в знак согласия и вошли в зал один за другим, подошли к Оракулу с тревожными лицами, полными решимости и сосредоточенности.

***

Вилл напряжённо следила за каждым движением Фобоса. Он стоял спиной к ней у огромного окна, из которого открывался бескрайний тёмный пейзаж, и что-то бормотал себе под нос. Его голос был тихим и неразборчивым, и, как она ни старалась, не могла понять, что он говорит. Она напрягала слух, пытаясь уловить хоть какие-то слова, но всё было тщетно. Его слова растворялись в темноте комнаты, словно призраки. Ее терпение лопнуло. Она больше не могла молчать и ждать. Она чувствовала какое-то необъяснимое напряжение и понимала, что больше не может оставаться пассивной. Она должна была что-то сделать и получить ответы на свои вопросы. - Что ты задумал? — спросила она тихим, но твёрдым голосом. — Зачем я тебе нужна? Фобос медленно повернулся к ней, и их взгляды встретились. На его лице не было ни злобы, ни ненависти, только какое-то странное и пугающее спокойствие. Он медленно подошёл к ней и остановился на расстоянии вытянутой руки. — Ты, — проговорил он, и его голос был тихим и, казалось, завораживающим. — Ты — всё, о чём я думал всё это время. Он снова остановился, и его взгляд стал ещё более пронзительным. Он словно пытался заглянуть ей в душу и понять её мысли. Его слова были как лезвия, режущие её сердце. Я хочу твоё сердце, — продолжил он, и его голос звучал как зловещее предсказание. — Твою… силу. Вилл поняла, о чем он говорит. Он хотел заполучить сердце Кандракара и использовать его силу в своих темных целях. Эта мысль наполнила ее ужасом, и она почувствовала, как кровь стынет в ее венах. - Я никогда не отдам тебе сердце Кандракара! — крикнула она, и в её голосе звучала решимость. — Никогда! В ее словах было отчаяние, и в них была вся ее сила. Она была готова бороться до конца и не собиралась сдаваться. Она будет защищать Кандракар и своих подруг ценой своей жизни. Фобос усмехнулся, и его улыбка была лишена всякого тепла и человечности. Она была холодной и пугающе спокойной. Он медленно подошёл к ней ещё ближе, и его взгляд стал ещё более пронзительным. Он словно хотел сломить её волю и заставить подчиниться ему. Вилл почувствовала, как его тёмная энергия начинает проникать в её разум, и она зажмурилась от ужаса и отчаяния. Фобос, все еще нависая над Вилл, медленно поднял руку, и его ледяные пальцы коснулись ее подбородка. Он слегка сжал его и придвинулся ближе, его лицо оказалось всего в нескольких сантиметрах от ее лица. Вилл не могла отвести взгляд от его темных пронзительных глаз, которые, казалось, гипнотизировали ее. Она почувствовала, как внутри нее все похолодело от страха и его близости. Она с трудом сглотнула, чувствуя, как к горлу подступает комок. Его дыхание обжигало ее кожу, и она чувствовала, как его темная энергия проникает в нее все глубже и глубже. Она понимала, что он пытается сломить ее и что она должна сопротивляться изо всех сил. Он слегка повернул её голову набок, и его губы оказались возле её уха. Он прошептал очень тихо. - Ты уже отдала его мне, дорогуша. Его слова прозвучали как гром среди ясного неба. Вилл почувствовала, как ее сердце перестало биться от ужаса и этого зловещего откровения. Она не могла поверить в то, что услышала и что он ей сказал. Она не понимала, как это произошло и что это значит. Она яростно отбросила его руку и схватилась за грудь, пытаясь нащупать кристалл Кандракара. Она почувствовала, что он все еще на ней, но ее сердце бешено колотилось от страха и отчаяния. Она не понимала, что это за игра и что он задумал на этот раз. Она нахмурилась и снова посмотрела на то место, где он стоял, и её сердце снова сжалось от ужаса. Фобос исчез, и от него не осталось и следа. Комната снова опустела, и она снова осталась одна со своими страхами и переживаниями. Она огляделась вокруг в ужасе, и её взгляд был полон отчаяния и тревоги. Она не понимала, как это произошло и куда он мог деться. Он просто исчез, как будто его никогда здесь и не было. Она чувствовала, что он был здесь всего секунду назад, и она чувствовала его тёмную энергию и ледяное дыхание. И в этот момент Вилл поняла, что эта игра ещё не закончена и что она должна быть готова ко всему. Она понимала, что Фобос всё ещё где-то рядом и что он наблюдает за ней и ждёт удобного момента, чтобы нанести следующий удар. И она понимала, что это её сон и что она должна выбраться из него как можно скорее.

***

Пока советники в другом крыле Кандракара готовились к сложному ритуалу, способному прорваться сквозь стену тёмной магии и проникнуть в сознание Вилл, остальные стражницы, были в главном зале, не находили себе места от волнения. Они метались из стороны в сторону, пытаясь отвлечься от тревожных мыслей, но всё было напрасно. Ирма нервно расхаживала по залу, Тарани перебирала струны своего магического инструмента, а Хай Лин задумчиво смотрела в окно на бескрайние просторы Кандракара. Все их мысли были только о Вилл, и они молились о её спасении. Они чувствовали напряжение в воздухе и понимали, что сейчас решается судьба их подруги, и они ничего не могли сделать, кроме как ждать. И это ожидание было самым ужасным испытанием для них. Они хотели быть рядом с ней и поддержать её, но их оставили снаружи, и они могли только ждать. И вот, внезапно, в зале открылся портал, и из него появились Элион в сопровождении Калеба и Бланка. Они огляделись и сразу поняли, что здесь что-то не так. Элион почувствовала тревогу в сердце и поняла, что её подруги в беде. Корнелия, увидев Калеба, сразу же бросилась ему на шею, и он крепко обнял ее в ответ. Он старался успокоить ее и гладил по волосам, стараясь снять ее тревогу и напряжение. Элион обеспокоенно подошла к остальным стражницам. - Что здесь произошло? — спросила она, и в ее голосе слышалась тревога. — Я почувствовала, что здесь что-то не так, и поспешила. Девушки вкратце рассказали ей о том, что случилось с Вилл, и о том, что она мучается от ночных кошмаров. Они рассказали ей о Фобосе и о том, что он преследует её в снах, и о том, как она потеряла сознание. Элион внимательно выслушала их рассказ, и ее лицо побледнело от ужаса и замешательства. Она не могла поверить в то, что услышала, и в то, что ее брат все еще может представлять угрозу. Эта новость стала для нее шоком, и она не знала, что делать дальше. — Если мой брат не погиб и пытается вернуться, — тихо проговорила она. — То это пугает меня ещё больше. Это значит, что его тёмная магия всё ещё жива и может снова угрожать всем нам. Мы должны остановить его любой ценой. Она снова посмотрела на своих подруг, и она видела их страх и отчаяние, она понимала, что они должны быть сильными и что они должны бороться вместе за спасение Вилл и за мир во всём Кандракаре.

***

Члены Совета, собравшись в зале, начали с полной концентрацией готовиться к ритуалу, который должен был прорваться сквозь стену тёмной магии и проникнуть в сознание Вилл. Их лица были серьёзными, а глаза горели решимостью. Они встали в круг и, взявшись за руки, начали произносить древние заклинания. Их голоса звучали в унисон, и их магия наполняла весь зал. Они начали осторожно, но настойчиво проникать в разум Вилл, пытаясь разрушить эту зловещую стену тёмной магии. Первым, кто попытался прорваться, был Тибор. Он направил всю свою энергию в сторону девушки, но как только он коснулся её сознания, тёмная энергия с невероятной силой оттолкнула его назад, и он потерял сознание, упав на холодный каменный пол. Следующим был Альтор. Он был сильным воином и не собирался сдаваться. Он применил все свои навыки и умения, но результат был тот же: тёмная магия не позволяла ему прорваться, и он с тяжёлым сердцем отступил. Один за другим члены совета пытались прорваться сквозь эту тёмную преграду, но ни у кого не получалось. Их силы оказывались недостаточными, и они с отчаянием понимали, что тёмная магия намного сильнее. Они продолжали попытки, не сдаваясь, но их силы иссякали, и надежда таяла с каждой минутой. Наконец, остались только Оракул и Люба. Они переглянулись и с решимостью в глазах приготовились к последней попытке. Они начали действовать вместе и направили свою объединённую силу в разум Вилл. Они чувствовали сопротивление тёмной энергии, но не сдавались и продолжали давить, и их объединённая мощь оказалась настолько сильной, что они смогли пробить брешь в этой стене тьмы. - Вилл, ты меня слышишь? — спросила Люба, ее голос звучал громко, в нем была надежда. — Это Люба, хранительница, аромер. И в этот самый момент Вилл почувствовала в своём разуме какую-то чужую энергию. Она напряглась изо всех сил и попыталась услышать голос, который доносился до неё. И через мгновение она услышала Любу и поняла, что она не одна и что ей кто-то помогает. - Да! — ответила Вилл, ее голос был слабым. — Я вас слышу. - Вилл, где ты? — спросила Люба, и в ее голосе звучала тревога. — Кто с тобой? - Это Фоб… — начала Вилл, но не успела договорить, как чья-то тёмная энергия прервала её, и она снова погрузилась во тьму. Тёмная энергия с яростной силой вновь обрушилась на разум Вилл, и, как только трещина в стене начала расширяться, тёмная сила с такой же силой захлопнула её, отбросив Любу и Оракула обратно в реальность. Они почувствовали резкую боль, и их тела сильно задрожали от напряжения. Их попытка проникнуть в сознание девушки провалилась, и они снова оказались бессильны перед этой тёмной мощью. Люба и Оракул посмотрели друг на друга с тревогой в глазах. Они понимали, что тёмная энергия очень сильна, сильнее, чем они предполагали, и что она может полностью завладеть разумом Вилла. — Он там, — тихо произнесла Люба, но в ее голосе чувствовалась тревога. — Это Фобос. Я услышала его имя от нее самой. Оракул кивнула в знак согласия, и её лицо наполнилось печалью. Она понимала, что Вилл говорила правду и что Фобос каким-то образом выжил и теперь пытается отомстить им всем. Но откуда он взялся и как смог вернуться, оставалось загадкой. Она знала, что он должен был умереть и исчезнуть, но, тем не менее, он снова здесь, и он представляет огромную опасность. — Нужно её разбудить, — сказала Люба решительно. — Так мы ничего не добьёмся. Он сильнее во сне, нам нужно атаковать его в реальном мире. Оракул снова кивнула в знак согласия. Она понимала, что сейчас это их единственный шанс и что им нужно действовать как можно скорее. Она снова подошла к столу и коснулась виска Вилл. Она попыталась разбудить девушку, но ничего не произошло. Она подождала секунду, другую, но Вилл оставалась неподвижной, и сознание к ней не возвращалось. Оракул поняла, что ей нужно приложить больше усилий, чтобы разбудить девушку, и напряглась ещё сильнее, стараясь проникнуть в её разум и разбудить её. Но ничего не вышло. Она тревожно посмотрела на Любу, и та лишь закрыла глаза, понимая, что это будет гораздо тяжелее.