Пять сантиметров меж наших губ

      — ...и эта карга матери позвонила, прикинь?       Мацуно, слушающий в пол-уха, рассеянно кивнул и в глубоких раздумьях наклонил голову в сторону. Он ещё раз сканировал взглядом с трудом упакованную в подарочную бумагу коробку, прикидывая, вышло ли на этот раз прилично или стоит снова переделать. Обычно мама с этим помогала, но сегодня её не было дома.       На рабочем столе определённо был бардак: уже затупившиеся ножницы торчали из-под упаковочной плёнки; так и неиспользованная, но размотанная голубая лента оказалась скомкана и отправлена в дальний угол; нарезанная праздничная упаковка валялась даже на полу.       Парень натянуто улыбнулся уголками губ — сойдёт.       — Отойди, ты мне свет загораживаешь, — в ответ послышалось раздражённое цоканье языка. — Баджи, ты же понимаешь, что после каникул ты должен будешь прийти к Фуруи-сенсей после уроков, и только тогда она даст тебе переписать тесты? У неё готов план на триместр, она не станет ради тебя всё менять.       — Делать мне нечего, — закатил глаза Кейске и сел на чужую кровать. — Ты же поможешь?       — Ты думаешь, я помню прошлогодние темы? Мне бы новое выучить. Делай конспекты, чтоб я хоть как-то разобрался, — покачал головой Чифую, понимая, что эти слова пролетят мимо ушей парня, после чего бросил на него быстрый взгляд и тоже закатил глаза. — Ну, в крайнем случае, найди заучку, пусть пишет их для тебя.       — Если я ещё раз на таком спалюсь — точно отчислят. Мне вот ваще нельзя снова на второй год оставаться.       Мацуно только пожал плечами и скомкал ненужную подарочную бумагу с минималистичным принтом в виде льва. До дня рождения Эмико осталось всего несколько дней, но парень в последнее время был настолько занят, что спохватился о сборке подарка только сейчас.       — Чтобы разобраться в матеше, мне двадцать таких заучек надо.       — Всё-всё, не нуди, — Чифую улыбнулся. — Выкрутимся, месяц впереди. Сколько ты баллов за тесты набрал?       — По английскому сорок четыре, по геометрии — тридцать восемь...       — М-да, не густо. Ты вообще, что ли, не готовился?       — Тебе ли не знать, сколько дел в «Тосве» было! Ну, забыл, с кем не бывает... — возмущённо оправдался Кейске.       — Погоди, — Чифую оглянулся в поисках зазвонившего телефона. Пару мгновений он смотрел на имя контакта, а потом, принимая вывоз, облокотился на стол. — Да? Привет, Мич.       По сторону телефона ответил всхлип. Сердце парня сжалось.       — Я снова свалила из дома...       — Что произошло? — Чифую нахмурился. — Юто?       Баджи, до этого лениво поправляющий край повязки на травмированной руке, с интересом поднял голову. За все годы он ни разу не застал их телефонных разговоров. Лишь недавно понял, почему же Мацуно всегда уходил в сторону и на чьи сообщения он так долго отвечал.       — Всё в порядке, слышишь?       — Он не вышел сам, когда я пришла, — Мичико шумно втянула носом тёплый воздух. Приглушённо раздались чужие голоса: она вошла в какое-то здание. — Я увидела у него в комнате фотки, и там... он меня просто зачеркнул... просто...       Голос постепенно переходил в неразборчивый шёпот.       Чифую стиснул зубы. Каждый поход Мичико к родителям заканчивался одинаково, и, как бы парень не уважал госпожу Акеми, эта женщина своими поступками всегда вызывала раздражение — глубокое и нарастающее, как снежный ком. Независимо от того, насколько эта женщина любила свою дочь, всё равно из раза в раз делала так, чтобы оставаться жестокой и безразличной. Со стороны казалось, что она лишь упивалась слезами, разочарованием и каждым мучительным бегством Мичико.       — Прекрати по нему убиваться, — негромко, но твёрдо сказал он, сильнее сжимая телефон в руке. — Оставь их в покое и живи сама. Первый шаг ты уже сделала, когда съезжала, что насчёт остальных?       — Я не могу, они...       — Просто послушай меня. Мы решим все твои проблемы, ты же знаешь. Сейчас успокойся.       Сэногава чем-то зашуршала.       — Погоди, я выпью воды.       — И прекращай думать, что сделала не так, — Чифую лениво откинул голову к потолку, слушая непродолжительную тишину по ту сторону звонка, и взглянул на подслушивающего Кейске. Тот даже не скрывал своей заинтересованности в чужом разговоре.       — Где ты сейчас? В метро?       — Нет, зашла в торговый центр, — на выдохе ответила Мичико. — Кое-что докупить к восьмому надо.       — О, — Мацуно несильно улыбнулся. — Я только с подарком закончил.       — Прозвучало не очень довольно.       — Сам упаковывал...       Девушка открыто усмехнулась.       — Можешь дальше не объяснять, — она много раз становилась свидетелем борьбы Мацуно с подарочными упаковками. — Дай угадаю: со львом?       Чифую провёл пальцем по принту на плотной бумаге.       — Со львом.       — Поставь на громкую связь, — вдруг произнёс Баджи, случайно перебивая новую фразу Сэногавы.       — Что?       — Поставь.       — Зачем?       — Хочу послушать.       Вместо потакания просьбе Чифую только непонимающе махнул рукой, не желая вникать в спонтанные желания Баджи.       — Повтори, я прослушал.       — Ты не один? — три секунды на предположение, — с Баджи-саном?       — Можешь не звать его так, — парень провёл рукой по коротким волосам на затылке и закатил глаза. Сам Кейске, уже приближающийся к нему, прищурился.       — А что? Ревнуешь?       — Ещё как. Ты старше этого дебича.       Чифую выразительно посмотрел на Баджи, который безуспешно пытался сделать недовольный вид и скрестить руки на груди. Правую по-прежнему нельзя было сгибать, но со свежими бинтами сделать это невозможно и без запрета.       — Ты всё по списку собрала?       — Да, — прижав плечом телефон к лицу, пробормотала Мичико. — Только подводку не нашла, которую она просила.       — Переживёт. Её могла купить Кими.       — У них с братом одна подводка на двоих, вот он не переживёт, — Мацуно от таких слов пропустил смешок.       Уже давно единогласно было решено, что ко дню рождения именинник составляет список желаемого, содержимое которого остальные распределяют между собой. Это сильно экономило ребятам время и на раздумия, и на блуждание по магазинам.       Чифую повернулся к Кейске. Тот смотрел в сторону двери, прислушиваясь к звукам в коридоре. На его губах незаметно растянулась хитрая ухмылка: пока Мацуно отвлёкся, решив, что мама вернулась домой, Баджи рывком наклонился вперёд и забрал мобильник из его рук, сразу же делая два шага назад.       — Я тоже послушать хочу, — он выразительно поднял тёмные брови, всё так же ухмыляясь. — Я же просил по-нормальному?       — Верни телефон, — раздражённо вздохнул Чифую и оторвался от стола, возле которого стоял.       — Сначала поставлю на громкую.       — Ты всё равно ничего не поймёшь.       Баджи только насмешливо отошёл от друга в сторону. Он остановился возле открытого настежь окна и положил телефон на подоконник. Чифую сделал попытку подойти ближе, но парень закинул здоровую руку ему на плечо, останавливая возле себя.       — Всё нормально? — раздалось из телефона. Кейске сразу узнал спокойный голос недавней знакомой. Казалось, во всех нестандартных ситуациях она звучала одинаково.       — Да, — Чифую отозвался напряжённо.       — Хотела сказать, что Йоши всё равно подготовил нечто... особенное. Он поэтому и заезжал в тот день, когда вы приходили.       — Ага, поэтому получше уберись во второй спальне: они ей точно воспользуются, — с ядовитой насмешкой бросил парень, разминая шею.       — Я не дам им превратить мой дом в бордель.       Кейске, услышав это, красноречиво покосился на Мацуно. Тот всегда казался «белым и пушистым».       — Тебе будто выбор дают, — он похоронил неприличную шутку на кончике языка, чётко осознавая — эту тему при Сэногаве единогласно решено не поднимать, как бы лояльна она не была. Но она и так всё поняла. На какое-то время замолчала.       От внимания Баджи не ускользнуло то, как Чифую крепко сомкнул мятно-голубые глаза.       — Чифую, — послышалось неожиданно холодно.       — Мичико, — глухо и машинально отозвался он.       Кейске смотрел то на друга, то на его телефон. Он не понимал, что заставило обстановку так резко измениться. Конечно, он понял, что Мацуно и его подружка имели в виду, но не мог уловить то, что они подразумевали «меж строк».       — Прости, — после недолгой паузы прошептала Мичико.       — Хватит, — грубо оборвал её на полуслове Чифую и, наконец, скинул тяжёлую руку друга со своего плеча. — Сотню раз обсуждали: тут нет виноватых. Кроме того ублюдка, конечно, — спасибо Йошинори.       Всем своим видом он выдавал презрение.       Парень скосил на него взгляд, уходя в размышления. Что такого произошло с этими двумя — и кем-то ещё, судя по разговору, — раз они так ведут себя? Баджи знал практически обо всех событиях, что происходили с Чифую, ведь во многих участвовал и сам, но не припоминал никаких серьёзных происшествий.       Он с уверенностью мог заявить, что никто, кроме Майки, не знает его так же хорошо, как Мацуно. Но, выходит, сам заместитель не мог сказать о нём того же?       — Отключи громкую связь.       Чифую за мгновение подорвался с места и взял телефон в руки, поднося его к уху. Мичико хотела сказать что-то, точно не предназначенное для ушей Кейске.       — Когда у вас следующее собрание? Ты успеешь поговорить с Коко?       — Да, успею, — быстро кивнул парень. — Сколько надо?       Вопрос алкоголя на всех днях рождения по умолчанию решал Мацуно. Через Коконоя проблем с этим ни разу не возникало. Особенно если учитывать то, что в случаях, когда платил не сам Хаджимэ, а кто-то из ребят, ему обязательно перепадала персональная бутылочка в качестве бонуса. Он не сильно увлекался подобными напитками, но его такая система вполне устраивала.       — ...Четыре или пять?       — Без проблем. Тогда на этом всё?       Мичико точно улыбалась:       — Ага. До встречи.       Мацуно бросил мобильник на свою кровать, заваленную помятым пледом, и тот сразу исчез где-то в светло-зелёных пушистых складках.       — Ну и? — прожигая его пристальным взглядом, возник Баджи.       — Чего? — притворно невинно приподнял уголки губ парень. — Что-то не так? Я говорил, что ты не разберёшься.       Кейске бросил в него подушку, по привычке едва не замахнувшись больной рукой. Ловко увернувшись, Чифую сделал несколько шагов в сторону выхода из комнаты, но остановился, довольно отстранённо добавляя:       — Если серьёзно — хорош уже. Это не то, о чём должны знать ты или кто-то из «Тосвы». Только попробуй полезть сюда. Станет хуже.