Извне

– Ну и где эта дорога? Он сказал, сколько ехать?    – Койю, ну отстань ты, – Аой от раздражения посигналил без причины и надавил на газ. – Не сказал он, сколько ехать. Рано или поздно доберемся.    Чтобы уставшие музыканты снова не начали ругаться, Кай поспешил сменить тему:   – Этот город такой… странный. Кажется, мы прервали чьи-то похороны…   – Да ладно тебе, – не отрываясь от дороги, Аой махнул рукой. – В Японии полной таких странных деревень. Черт знает, что у них на уме. Дорогу подсказали, и на том спасибо, а так… Что за…   До этого Таканори лежал на своем диване с закрытыми глазами, лениво вслушиваясь в чужие разговоры. Но пауза затянулась, а трейлер вдруг снизил скорость, и вокалисту пришлось снова вернуться в реальность, чтобы понять, что происходит. Держась за стены, он в очередной раз оказался у водительского места. Спрашивать, в чем проблема, не пришлось – впереди показались старые дома, которые музыканты уже видели раньше: ошибки быть не могло, это точно тот самый странный город.    – Как такое может быть? – Уруха выглядел предельно озадаченным. – Мы же ехали прямо… Там не было никаких других дорог.    – Может, пропустили поворот? – сомнение в голосе Кая выдавало его растерянность. – Давайте спросим еще раз? Уточним, сколько ехать до нужной дороги.    В этот момент по дороге как раз шел молодой мужчина. На первый взгляд, он совсем не казался дружелюбным и располагающим к общению – его взгляд был тяжелым, мрачным, а прямой нос с тонкой переносицей и заостренным, стремящимся к низу кончиком, создавал какой-то высокомерный, отчужденный образ. Мужчина шел, опустив голову, и старательно не замечал почти догнавший его трейлер. Когда они все-таки поравнялись, Аой снова опустил стекло и попытался заговорить:   – Это… прошу прощения… Мы… Вы слышите?   Даже не поворачиваясь, незнакомец вдруг ускорил шаг и поспешил вперед: при этом он сутулился, и этим вдруг напомнил Таканори хищную птицу – острые лопатки сойдут за крылья, а в носе необычной формы явно просматривается клюв. В любом случае, мужчина явно не был настроен на общение.    – Какие они все здесь странные, – Аой невесело прокомментировал неудачу. – Как будто в ужастике каком-то.    Когда автомобиль вернулся на место, где проходили похороны, часть людей еще не разошлась – некоторые будто специально остались, чтобы наблюдать за тем, как фургон проносится мимо. От этого по коже пробежали мурашки. Кай попытался предложить спросить дорогу еще раз, но Аой проигнорировал это предложение и яростно надавил на газ – снизил скорость он только тогда, когда жуткий город остался позади, и машина снова въехала в лес.    – Езжай медленнее, – Уруха пихнул гитариста локтем. – Будем высматривать дорогу.    – Да знаю я, знаю.    Таканори снова вернулся на диван, но ложиться уж не стал. Подогнув одну ногу под себя, он принялся думать – что вообще происходит? Сначала это дерево и вороны, теперь город, из которого не существует выхода: разве все это может быть на самом деле? На секунду даже проскользнула мысль, что это все сон, но Руки ее быстро откинул. Во снах страх обычно беспричинный, необоснованный, а здесь все кажется предельным реальным – будто они попали в тщательно спланированную ловушку. На всякий случай Таканори проверил телефон, но связи по-прежнему не было. Тогда он попытался вспомнить, было ли в городе электричество: сложно сказать, при дневном свете это непонятно.    – Блять… – ругательство Аоя прозвучало как приговор. – Да этого просто не может быть! Как так?! Как, блять, так?   – Говорю же, ты пропустил поворот, – Уруха упрямо продолжал стоять на своем. – Нужно было ехать медленнее.    – Куда еще медленнее?! Скорость и так минимальная.   В этот раз Аой пролетел через жуткий город, даже не пытаясь тормозить. Со своего места Руки видел, как люди стоят вдоль дороги и провожают их тяжелыми, печальными взглядами. В их глазах вовсе не было злого умысла или желания навредить – скорее, это было как… похоронная процессия. От этого сравнения Таканори вздрогнул и поспешно тряхнул головой, прогоняя странные мысли. Слишком много смертей в последнее время, вот он и зациклился на одном и том же.   Фургон в очередной раз выехал из города, и Кай предложил остановиться и продумать, что делать дальше – вдруг дорога к заправке настолько узкая, что придется идти пешком. Все согласились, хоть и без особого желания, и Аой начал тормозить.    Именно в этот момент раздался удар. Таканори успел увидеть, как противоположная стена трейлера вогнулась внутрь, словно в нее впечаталось что-то очень тяжелое – а потом вокругвсе завертелось. Вцепившись в ручку дивана, Руки изо всех сил пытался ее не отпустить: со всех сторон летели какие-то предметы и раздавался скрежет. Фургон слетел с дороги и покатался по склону – от столкновения с землей все стекла выбило. Таканори почувствовал, как несколько осколков оцарапали его руки, а потом мимо пролетело тело Кая: его отбросило в самый конец фургона.    Прежде, чем остановиться, автомобиль ударился о землю в последний раз. Это было настолько сильно, что Руки все-таки отпустил свою опору и впечатался в пол – по всему телу разлилась такая волна боли, словно позвоночник просто разломали на куски. Вокалист попытался подняться, но по всей спине разлилась боль: а за ней сразу послышался скрежет. Сначала Таканори даже не понял, что произошло – в сантиметре от его лица вдруг проскользнуло что-то огромное и длинное.    Дерево.    Через лобовое стекло дерево пробило фургон.    Запоздало Руки подумал, что он буквально был в сантиметре от смерти: находись он чуть левее, и ствол просто пронзил бы тело.    – Эй! Эй, вы живы? Кто-нибудь?   Услышав хриплый голос Урухи, Таканори чуть не разрыдался от облегчения – как минимум, он в этом кошмаре не один.    – Я здесь, – Руки осторожно отодвинул от лица ветки и с трудом попытался сесть прямо. – Как ты? Не ранен?   – По мелочи. Но это дерево меня зажало, я не могу вылезти, – гитарист старался говорить спокойно, но дрожь в голосе выдавала волнение. – Аой не двигается и не отвечает. Я не могу дотянуться до него, чтобы проверить пульс. Нори, можешь встать?   – Сейчас попробую, подожди.    Сжав зубы, Таканори схватился за стену и начал осторожно подниматься: по позвоночнику снова прошла волна боли, но в этот раз она была гораздо терпимее. По крайней мере, он ничего не сломал. Выпрямившись, Руки сделал несколько глубоких вдохов – по изрезанным рукам текла кровь, но от шока боль пока не ощущалась. Трейлер перевернулся на бок, все предметы раскидало по разным сторонам, и передвигаться было сложно. Продолжая держаться за стену, Таканори несколько раз окликнул Кая по имени, но ему никто не отзывался: от этого на сердце становилось все тяжелее.    Нет, нет, нет.    Он просто не переживет еще одну смерть.    – Твою же мать.    Когда Руки все-таки увидел тело Кая, собственные колени вдруг задрожали – не удержавшись, вокалист все-таки снова упал на пол: кажется, Уруха звал его, но сил ответить просто не было.    Потому  что Кай лежал неподвижно, а его ногу насквозь пробила ножка от стола.    ***   – Думаешь, они уже готовы?   Тацуя неуверенно посмотрел на шерифа – Лайм был где-то глубоко в своих мыслях, и, судя по тому, как нахмурились его брови, мысли были далеко не самые позитивные. Даже не вопрос мужчина среагировал не сразу.    – М? – Лайм тряхнул головой, как бы возвращаясь в реальность. – Да, давай. Их трейлер только вызывает лишнее беспокойство у жителей. Можешь доставать брезент.    Кивнув, Тацуя послушно направился быстрым шагом в сторону подвала: глядя на его спину, Лайм вдруг подумал, как ему повезло с помощником. Без постоянной помощи ответственного Тацуи он бы просто сошел с ума – держать обезумевших от страха жителей под контролем в одиночестве было бы просто невозможно. А так… вдвоем они смогли наладить жизнь в этом странном месте. Наверное, со стороны этот городок даже сошел бы за какое-нибудь  провинциальное поселении в Мияге или Аките.    Здесь давно не было новичков – последнимиприехали Юуки с братом и Йо-кой, и это было… месяца три назад? Черт, в этом городе ощущение времени просто теряется.    – Лайм, здесь нормально?   Тацуя и еще один парень из соседнего дома притащили тяжелый брезент с шипами – проще сразу проколоть шины трейлера, чтобы новички не попытались сбежать в истерике. Да, люди реагируют на такое не самым позитивным образом. Но лучше так, чем если они сбегут куда-то в лес: тогда отыскать их до наступления ночи будет сложнее.    Спохватившись, Лайм начал помогать Тацуе расстилать брезент.    – Все еще считаю, что это как-то по-варварски, – молчащий все это время Хисуи все-таки не удержался от едкого комментария. – Они ведь сочтут вас за провинциальных психов. Подумают, что вы каннибалы или что-то типа того.    – Может, лучше поможешь, а не будешь трепать языком? – расправив брезент со своей стороны, Лайм выдохнул.    – Я работаю этим, – Хисуи постучал указательным пальцем по своему виску. – Интеллектуальный труд, все такое. Надо беречь.    Сказать что-то колкое в ответ очень хотелось, но Лайм сдержался. Он знал, что спорить с нареченным священником можно бесконечно – Хисуи обладал не только идеально правильными чертами лица, но и острым, ядовитым языком. Вместо этого лучше подумать, как начать разговор с новичками: их много, это может создать сложности. Но по разговору вроде адекватные, хотя… кажется, что вся адекватность теряется, стоит людям узнать, где они оказались. Лайм и сам не сразу принял эту реальность.    – Как-то долго их нет, – Тацуя с тревогой посмотрел в сторону горизонта. – Вроде ехать не так долго, должны уже быть.    – Сейчас появятся, – покачав головой, Лайм вздохнул. – Деться им некуда, дорога здесь всего одна.    Говоря это, шериф был уверен, что с минуты на минуту трейлер нарисуется в поле их зрения. Но ничего не происходило. Переглянувшись с Хисуи, Лайм понял, что тот тоже начал нервничать – заламывал пальцы и закусывал нижнюю губу. Казалось, что дурное предчувствие распространяется по воздуху, медленно окутывая каждого. Словно кто-то шепчет в затылок то, чего ты не хочешь слышать.    – Поехали за ними, – в конце концов, Лайм не выдержал. – Мало ли что. Вдруг они встали в лесу и пытаются понять, что делать дальше.    На весь город было только несколько рабочих машин – и только благодаря появившемуся недавно Юуки: он смог переделать механизмы нескольких автомобилей, чтобы те работали без бензина. Скорость была сильно ниже, но это было гораздо лучше, чем ничего. Оставив Хисуи ждать в городе, Лайм с Тацуей сели в машину и двинулись в сторону леса – ожидание неприятного разговора угнетало обоих. Если те люди остались в лесу и не захотели возвращаться в городок, то уже посчитали их странными: ну конечно, кого воодушевят старые дома с облезшей краской и похоронная церемония?   –Эй… Что за… Мать твою! Еще автомобиль?!   Лайм был готов к скандалам и обвинениям от растерянных новичков – а увидел черный Мерседес с помятым бампером, следы шин на дороге и нескольких сломанных деревьев на обочине. Неужели авария? Вывалившись наружу почти одновременно, Лайм с Тацуей побежали к Мерседесу: кажется, оба пассажира были живы. Один из них, тот, что был за рулем, даже приоткрыл окно и помахал рукой. Отчего-то этот мужчина сразу вызвал у Лайма отвращение – его лицо было правильным, даже красивым: но что-то в чертах отталкивало. В этом человеке была какая-то напускная, фальшивая сладость.    – Ха, ты шериф? – незнакомец откинул с лица чуть вьющиеся каштановые волосы и рассмеялся, указав пальцем на позолоченную звезду на чужом пиджаке. – Вы тут что, кино снимаете?   – Какое еще кино? – почти рявкнув это, Лайм кивнул на второго пассажира. – Он жив?   – Кто? – мужчина в недоумении нахмурился, а потом, обернувшись, снова засмеялся. – Конечно, жив. Это же Тай-чан, ха, ему при рождении досталась вся удача мира.    Речь этого человека показалась Лайму странной: он как-то тянул слова и путался в них, иногда составляя предложения неведомым другим людям способом. Заглянув в его глаза, шериф все понял – расширенные зрачки, белки в красных прожилках. Все ясно, он обдолбан.    – Так, как тебя зовут?   – Меня? Шион.    – Вот что, Шион. Давай ты сейчас выйдешь из машины, и мы поговорим, идет?   Шион явно был в хорошем расположении духа – потому что он подчинился и, чуть покачиваясь, выбрался с водительского места. Стоило ему оказаться на асфальте, как Лайм ловко достал наручники и соединил запястье Шиона и ручку автомобиля. Новоприбывшего мужчину это явно не смутило.    – Даже не сказал своего имени, а уже говоришь о сексуальных предпочтениях? – Шион мурлыкнул. – Интересный подход.    Игнорируя эту болтовню, Лайм наклонился ко второму пассажиру: им оказался совсем молодой юноша – может быть, даже подросток. Впечатавшись лицом в подушку безопасности, он лежал неподвижно, и шериф приготовился к худшему: однако, приложив два пальца к чужой шее, Лайм сразу же нащупал ровный пульс. Осторожно потянув юношу на себя, шериф осмотрел его лицо – никаких ран или следов крови.    – Оставлю их на тебя, – повернувшись к Таичи, шериф кивнул на Шиона. – Этот вроде не буйный, второй в отключке, но без ран. Я проверю, как там трейлер.    Оставив помощника у автомобиля, шериф принялся осторожно спускаться по примятой траве – трейлер вылетел с дороги и, кажется, скатился в овраг: если никто до сих пор не вышел на трассу, то… Все мертвы? Тяжело ранены? Ощущение надвигающейся катастрофы становилось все отчетливее, почти физически ощутимым. Словно даже воздух стал гуще. Лайм посмотрел на небо, прикидывая, сколько еще осталось до наступления темноты: кажется, часа два. Если все люди в трейлере погибли, то это облегчит положение, но если они получили серьезные травмы и не могут двигаться…   Нельзя поддаваться панике. Именно этому Лайм всегда учил Тацую, а сейчас сам едва не нарушил собственное главное правило. Сначала нужно разобраться в ситуации, а уже потом строить какие-то планы – шериф думал об этом,  когда все-таки увидел трейлер: он лежал на боку, какие-то стекла выпали полностью, а какие-то просто треснули. Следов людей вокруг нет.    – Эй! – Лайм осторожно приблизился. – Есть кто-нибудь?   Вопреки его ожиданиям голос в ответ раздался сразу же.    – Помогите! Мы здесь! Дерево пробило окно, и я не могу двигаться.    Сердце Лайма забилось – если ему отвечают, значит все не так плохо.    – Подожди, я сейчас заберусь к вам! Пока не шевелись.    Говоря это, шериф осторожно обходил трейлер, прикидывая, как лучше лезть, чтобы не сделать ситуацию хуже – в конце концов, ему удалось подтянуться за что-то и оказаться наверху. Сначала Лайм осторожно приблизился к передней двери со стороны водителя: голос доносился откуда-то отсюда. К счастью, ручку не заклинило. Дверь открылась, и Лайм обнаружил за рулем темноволосового мужчину без сознания – кажется, это он спрашивал у него дорогу. Рядом на пассажирском месте сидел второй человек: его очки разбились, а по виску стекала струйка крови.   – Юу не шевелится, – говорил незнакомец довольно внятно. – Я не понимаю, жив он или нет. Не могу сдвинуться из-за дерева.    Кивнув, Лайм осторожно перегнулся через говорящего и приложил два пальца к шее водителя – пульс был, но слабый.    – Все в порядке, живой, – шериф нахмурился. – Вот что, как тебя зовут? В трейлере есть еще люди?   – Койю, – мужчина  выдохнул, будто пытаясь успокоиться. – В основной части еще Таканори и Ютака.    – Значит так, Койю. Сейчас я проверю остальных, посмотрю, в каком они состоянии. Если все в порядке, вытащу их. Потом я отойду, нужно взять пилу и позвать помощь, если будет необходимо. Дерево придется распилить, чтобы тебя вытащить. Все понимаешь?   Койю коротко кивнул: ему явно удавалось держать себя в руках, несмотря на тяжелое положение – этим он сразу завоевал расположение Лайма. Когда шериф потянул на себя вторую дверь, то сразу же заглянул внутрь и позвал:   – Эй, есть кто-нибудь?   – Я… Да, есть. Нас двое, – в ответ раздался низкий, чуть хрипящий голос. – Я Таканори. Я в порядке, могу двигаться, серьезных травм нет. Но Ютака ранен, у него… Стол в ноге.    Лайм застыл в растерянности:   – Стол в ноге?   – Ножка от стола, – в голосе Таканори сквозила усталость. – Пробила его бедро, когда мы падали. Он сейчас без сознания.    Черт. Значит, серьезная травма все-таки есть: Лайм почувствовал, как на его виске запульсировала жилка.    – Послушай, я сейчас схожу к своему помощнику и попрошу его позвать из города нашего врача и людей с инструментами. Нужно сделать это скорее. Потом сразу же вернусь и вытащу тебя и остальных, идет?   – Хорошо – ответ блеклый, почти безжизненный.    Больше шериф не стал тратить время на разговоры – сейчас им придется играть наперегонки со стрелками часов. Спрыгнув с трейлера, он помчался в сторону дороги, почти не глядя под ноги: на шоссе, к счастью, все было спокойно – Шион сидел на асфальте и уже явно успел измотать своим обществом Тацую. Последний явно оживился при виде шерифа.    – Там раненые, – от быстрого бега дыхание Лайма сбилось, и он говорил с большими паузами. – Нужна помощь. Съезди в город, позови еще люде. И обязательно Шию.  Кажется, там все серьезно.    – А эти? – Тацуя кивнул на Шиона и парня в отключке.   – Пока оставим тут, никуда не денутся. Давай же, времени мало. До захода солнца осталась всего пара часов. Я пока попробую достать из трейлера, кого могу.    – А у вас тут что, с наступлением ночи выходят чудовища?   Шион снова подал голос и тут же засмеялся над своей же шуткой – а Лайм с Тацуей вздрогнули почти одновременно и в напряжении переглянулись: в этом месте не бывает случайностей.    Сразу после этого оба побежали в разные стороны – шериф снова кинулся в овраг, а его помощник бросился к автомобилю.