Гол в сердце

Вы можете закрыть глаза на вещи, которые вы не хотите видеть, но вы не можете закрыть своё сердце на вещи, которые вы не хотите чувствовать.

      По комнате раздался истошный крик, а вслед слышались глухие и звонкие удары предметов об пол. Тэхен хватал все, что попадалось под руку, кидал в разные стороны и кричал, кричал, кричал. Легкие горели так словно их разрывали на мелкие лоскуты. В мыслях у Кима было лишь то во, что он сам не мог поверить. Он что-то чувствовал, но не мог смириться.

***

      Парк был почти пуст. Последние холодные весенние дни отступали, но воздух все еще обволакивал лёгкой прохладой. Деревья уже покрылись зелеными листьями, их ветви тянулись к небу, напоминая тонкие пальцы, пытающиеся ухватить тёплые лучи солнца.       Тэхен сидел на лавке, закутавшись в теплую телстовку, его руки были спрятаны в рукавах, а взгляд уставился в точку где-то перед собой. Намджун молча наблюдал за ним, затягиваясь электронной сигаретой.       — Ты даже не пытаешься делать вид, что в порядке, — наконец сказал он, разрывая затянувшуюся тишину.       — Потому что я не в порядке, — глухо ответил Тэхен, не отводя глаз от земли.       — Так почему ты никому не говоришь об этом?       Тэхен фыркнул, поджал губы и, наконец, повернул голову к тренеру.       — А кому говорить? Ты же сам знаешь, что мне сейчас скажут: «Ты сильный, ты справишься, всё наладится». Я устал от этих слов.       — Хорошо, тогда я скажу тебе другое, — Намджун внимательно посмотрел на него, а затем медленно выдохнул облачко дыма, перед этим затянувшись электронной сигаретой.       — Что? — Тэхен настороженно нахмурился.       — Ты сдался, — спокойно произнёс Намджун, а Тэхен резко дернулся будто бы от удара.       — Что ты сказал? — возмущённом голосом произнес Ким, чуть ли, не подлетев со скамьи.       — Ты слышал.       — Я не сдавался! — зло выдохнул он. — Я просто…       — Просто что?       Тэхен открыл рот, но так и не смог ответить.       — Именно, — Намджун кивнул, — ты сам не знаешь. Ты зациклился на боли, на страхе, на проигрыше. И пока ты продолжаешь убегать, ты не сможешь вернуться на лёд.       — Если ты пришёл, чтобы читать мне лекции, то можешь идти, — Тэхен отвернулся, стиснув зубы.       — Нет, — Намджун усмехнулся, — я пришёл сказать тебе правду. И не только про лёд.       — Что ты несёшь? — Тэхен нахмурился.       — Чонгук. — Намджун повернул голову и спокойно посмотрел на него.       Фигурист дёрнулся, как ужаленный.       — Причём тут он?       — Ты сам знаешь.       Тэхен крепче вжался в спинку лавки и натянул на голову капюшон.       — Намджун, я не…       — О, только не начинай. Не надо этих «я не» и «это всё не то, что ты думаешь», — мужчина внимательно смотрит на фигуриста и выкидывает в урну стик, пряча электронную сигарету в карман.       Тэхен стиснул кулаки в карманах толстовки.       — Это действительно не то, что ты думаешь.       — Правда? Тогда почему ты вздрагиваешь каждый раз, когда я говорю его имя? — Тэхен лишь промолчал, — почему ты бесился из-за слухов? Почему бросился к нему на матч? Почему сидел в этой дурацкой куртке с его именем, будто это было что-то важное?       — Намджун…       — Почему он первый, кого ты позвал, когда упал на лёд?       Тэхен замер.       Намджун не давил. Он просто задавал вопросы. Вопросы, на которые фигурист боялся отвечать.       — Ты можешь сколько угодно отрицать это, но, кажется, единственный, кого ты пытаешься убедить — это ты сам, — продолжил тренер, бросив на него спокойный, но проницательный взгляд.       Тэхен шумно выдохнул, потирая переносицу.       — Это глупо, — пробормотал он.       — Глупо?       — Всё это. Я. Он. Это… невозможно.       — Почему?       — Потому что! — вспыхнул Тэхен. — Потому что это ни к чему не приведёт!       — А ты у него спрашивал?       Тэхен прикусил губу.       — Чонгук слишком… свободный. Ему никто не нужен.       Намджун покачал головой.       — Ты его совсем не знаешь.       — А ты знаешь лучше?       — Я знаю одно, — спокойно ответил Намджун, кладя руку на плечо младшего, — он смотрит на тебя иначе, чем на всех остальных, — фигурист задержал дыхание, чувствуя на своем плече крепкую руку тренера, — и ты тоже смотришь на него иначе.       Тэхен закрыл глаза. Он устал бежать. Он устал отрицать. Он просто… устал.       — Ну, вот, — кивнул Намджун, увидев, как его плечи расслабились. — Уже неплохой прогресс.       Тэхен со смешком покачал головой.       — Ты противный.       — Но при этом я всегда прав, — усмехнулся Намджун и встал с лавки, протягивая ему руку, — пошли.       — Куда?       — Куда-нибудь. Хотя бы просто пройтись. Ты же не собираешься снова запираться у себя дома?       Тэхен посмотрел на его руку, потом на лицо, а потом тихо выдохнул и, наконец, вложил свою ладонь в чужую.       — Ладно.

***

      Костыль полетел в стену, раздался грохот. На пол посыпалась мелкая россыпь сверкающих осколков. Ким попал костылем прямо в зеркало в пол, которое висело на стене. Фигурист обессиленно упал на пол, осыпанный мелкими стеклами и закрыл лицо руками. Осознание било по самому сердцу, которое еле циркулировало кровь по организму, ведь оно болело так, словно его пытаются вырезать на живую.       По хрупким струнам души фигуриста проехались пару раз острым лезвием, и они разорвались в щепки. Все, что было внутри Тэхена сейчас вылезло наружу. И ему еще никогда не было так больно. Адски больно. Все мгновенно на него навалилось. Полное осознание длительности реабилитации и возможность не вернуться в спорт, и чувства, которые он испытывал к Чонгуку, делали только хуже. Они все только усложняли.       Осколки больно впивались в голую кожу ног юноши, но это не помогало справляться с тем, что творилось внутри него. Киму хотелось открыть глаза и понять, что это все страшный сон. Что в реальности он никогда не проигрывал чемпионат мира. Никогда не ломал ногу и никогда не встречал этого чертового тренера хоккейной команды Чон мать его Чонгука.       В коридоре раздался дверной хлопок, затем тихие шаги, этот нежный голос и испуганные глаза мужчины. Чон Чонгук, уходи. Ты не должен видеть Тэхена таким разбитым.       — Тэхен, что стряслось? — зайдя в комнату, мужчина осторожно поднял на руки Кима. Нет, скорее даже тело, похожее на тряпичную куклу. Его можно было двигать как заблагорассудиться без всяких сопротивлений.       Чон уложил фигуриста на кровать и очень быстро нашел аптечку, чтобы обработать искромсанные колени парня. Тэхен лежал совершенно неподвижно и смотрел в потолок, пока слезы безмолвно стекали по его щекам. Все, что ему сейчас хотелось, так это исчезнуть с лица земли, провалиться под землю, чтобы не видеть Гука и чтобы он его не видел в таком состоянии.       — Уходи, Чонгук, — еле живым голосом прошептал Ким и поджал губы, чтобы не разрыдаться сильнее.       Нет, не уходи.       — Это не обсуждается, — строго, как отрезал Чон, пинцетом вытаскивая мелкие осколки из кожи младшего, — я буду рядом с тобой. Я обещал, а обещания нужно сдерживать.       По комнате раздался всхлип и Тэхен взорвался рыданиями. Он попросту не мог остановить этот поток эмоций, который вылился за края сосуда. А Чон обработав раны, бережно заклеил их пластырем под чужой вой. Мужчине душу рвало от боли мальчишки. Вот бы он мог ее забирать и освобождать от страданий.       — Я всегда буду рядом, Тэхен, — мужчина лег рядом с мальчишкой и обнял его, поглаживая по голове, — ты один никогда не останешься.       Не останется.       В объятиях Чонгука боль утихла, а за ней и всхлипы. Тэхен вжался влажным от слез лицом в грудь мужчины и пальцами вцепился в его футболку словно за спасательный круг.       — Чонгук, нам нужно поговорить с тобой, — дрожащим голосом еле выдавил из себя Ким.       А у Чонгука сердце в пятки упало. Все тело напряглось и органы внутри сжались. Он уже заранее знал, о чем будет этот разговор и всеми силами хотел его избежать.       — Не нужно, Тэхен, — страх управлял этим мужчиной. Теперь уже он вцепился в мальчишку пальцами и не отпускал, — давай оставим все как есть?       Ким замер. Эмоции снова покачнули мир юноши, и он хотел уж было закричать, оттолкнуть и убежать, но не сделал этого. Он только кивнул и прижался к Чону как можно сильнее. Что значит «оставим все как есть»? Как же Тэхен хотел узнать ответ на вопрос, но он лишь смиренно молчал и лежал непозволительно близко, прижавшись к этому мужчине. Имеют ли они право на такие прикосновения?       Оставить все как есть казалось правильным. Чонгук не мог позволить тому, чтобы все зашло слишком далеко. Не мог позволить, чтобы все, что у них двоих сейчас было рухнуло в момент.

***

      Тэхен стоял напротив зеркала, которое притащил к нему Чонгук в тот же вечер, ворча о том, что еле нашел подходящее для Кима. Юноша смотрел на себя, поправляя свои шелковистые волосы и натягивая на плечи хоккейную куртку Чона. Ему хотелось ощущать будто мужчина всегда рядом с ним. Куртка стопроцентно шла фигуристу, даже несмотря на то, что она была ему явно велика.       Вскоре Ким оказался в ледовом дворце, еле передвигаясь на костылях, пыхтя и возмущаясь на то, что согласился приехать на тренировку хоккеистов. Дойдя до борта корта, Тэ не заметил Чонгука и взглянул на несколько хоккеистов, что возились на льду, они словно дрались, но в шутку по-детски. Юноша улыбнулся, наблюдая за происходящим и из мыслей его вырвал знакомый голос.       — Вы получается с Чонгуком вместе? — грубый голос Им Бома раздался за спиной Тэхена и он обернулся, подняв на него взгляд.       «Давай оставим все как есть»       — Нет, это не так, — Ким нахмурился, смотря в глаза хоккеиста и чувствуя долю обиды, — это все слухи…       — Тогда сходи со мной на свидание, Тэхен, — Бома обрадовали чужие слова, и он в одно мгновение засиял, оглядывая куртку, что красовалась на плечах юного фигуриста.       — Куда? — спросил Тэхен, улыбаясь уголками губ как-то натянуто и слыша голос тренера за спиной хоккеиста.       — Бом, бегом на лед, хватит флиртовать, — Чон пихнул парня в сторону льда и взглянул на Кима разочарованным взглядом, а тот почему-то стушевался, словно, не имел права на личную жизнь.       — Ходишь на свидания с тупыми хоккеистами? — язвит Чонгук и смотрит на команду ребят, которые разминались на льду.       — Мне вроде бы не запрещено иметь личную жизнь, — Тэхен язвит в ответ и закатывает глаза. С чего он вообще испытывает чувство вины за то, что соглашается на свидание с другим мужчиной?       — Не запрещено, — мужчина говорил это таким разочарованным и грустным голосом, что фигуриста словно окатили ведром холодной воды. Он не понимал, что происходит. Чонгук ревнует? Почему? Ведь только вчера он избежал серьезного разговора и сказал оставить все так как есть. Тэхен ведь не обязан ему ни чем.       — Тц… да пошел ты, — прошипел Ким и поплелся на своих костылях в сторону выхода. Он был так зол на Гука. Но сам не понимал по какой такой причине. Ему не нравилось, что Чон смотрел на него этим взглядом… словно он его предал.       Ким вышел на улицу и поднял голову к небу, сдерживая свои слезы и сжимая руки до побелевших костяшек на костылях. Чувства застилали разум и хотелось выть от несправедливости. Хотелось бить все вокруг и кричать. Так обидно Тэхену еще никогда не было.       Дойдя до ближайшей лавочки, юноша сел на нее и заплакал. Он не знал сколько времени прошло, но солнце уже заходило за горизонт, а слезы просто не лились больше из глаз. Их попросту уже не было.       — Тэхен? — мужчина сел рядом с разбитым мальчишкой и обнял его за плечи, а Тэхен не противясь, прижался, — Почему ты плачешь?       — Это не важно… — Ким сморгнул остатки слез и отстранился от Бома, который его обнимал с такой неподдельной нежностью, что юноше хотелось поддаться этому теплу, которое исходило от чужого тела.       — Тебя проводить до дома?       — Я не…       — Тэхен, — Ким не успевает ничего сказать, как его окрикивает Чон, который все это время стоит у своей машины и наблюдает за раскрывшейся перед ним картиной, — поехали домой.       — А говоришь вы не вместе, — Бом смеется так по-доброму и хлопает юношу по плечу, поднимаясь с места.       — Мы не вместе, — недовольно рычит Тэхен и не отказавшись от помощи Бома, поднимается со скамьи, держась за его сильные руки.       — Тэхен, — терпение у Чона не железное и чем больше он видит взаимодействия между этими двумя парнями, тем больше закипает. Имеет ли он право на это? Ведь с Тэхеном они не вместе. А Ким как специально медлит, обнимает хоккеиста на прощание и медленно подходит к машине тренера.       — Желаете меня подвезти до дома, тренер Чон Чонгук? — Тэхен скалится, добравшись до чужой машины, после чувствуя, как его подхватывают на руки и усаживают в машину, закидывая костыли на задние кресла.       Последующая поездка оказывается напряженной. В воздухе витают искры от этих двоих. Им двоим не нравится поведение друг друга.       — Тебе нравится Бом? — вдруг выпалил Чонгук, сжимая руки на руле и не отвлекаясь от дороги.       — А что, если и нравится? — шипит Ким и кутается в куртку Чона, которую тот вручил ему на его первом в жизни хоккейном матче.       — Тогда зачем куртку мою носишь, носи его, — рычит мужчина и сам не понимает, что он несет. Ведет себя словно пубертатный мальчишка. Он паркует машину у дома Тэхена и разворачивается к нему. — Чонгук, ты чертов эгоист, — шипит Тэхен и от злости, стягивает с себя куртку мужчины. Нервно, чтобы показать, как он раздражен, — подавись своей чертовой курткой!       Ким уже было дело открыл дверь, чтобы выйти из машины, но Гук быстро среагировал и своей рукой захлопнул дверь обратно, нависая над Кимом и смотря в его глаза. Тэхен замер, задержав дыхание, не своя взгляд с мужчины. Внутри все сжалось и бабочки в животе запорхали, просясь наружу.       — Тэхен, — Чонгук шепчет так нежно и так интимно. Тэхен клянется, что готов простить все грехи этому мужчине, если он будет так смотреть только на него.       — Что? — Ким шепчет в ответ и его взгляд падает на губы мужчины, по которым так соблазнительно прошелся чужой язык.       — Не смей ни с кем ходить на свидания кроме меня, — мужчина наклоняется ближе к юноше, осторожно, словно крадясь и боясь спугнуть свою добычу. А в глазах у него огонь, который готов поджечь все вокруг и превратить в пепел, — я ревную.       — А если буду ходить? — юноша не отрывается от чужого взгляда, полного собственнических чувств и поддается вперед, чувствуя на своих губах чужое дыхание. Как же хочется коснуться губ напротив своими.       — Я сломаю тебе вторую ногу, — Гук молится всем богам в моменте о том, что не контролировал то, что он говорил. Слова сами вылетали из его рта и как же ему хотелось забрать их обратно, но ревность застилала разум и не давала четко думать о происходящем.       Ким лишь посмеялся, воспринимая слова Чонгука как шутку, но по мужчине было видно, он не шутит. Смех и улыбка сменились чувством страха. Чистого животного страха. И он искал как сбежать из этой машины, пространства в которой становилось все меньше и меньше.       — Чонгук…       Слыша жалобный скулеж юноши, мужчина пришел в себя и немного отстранился от него, стискивая зубы и понимая, что он только что наговорил Тэхену. Кажется, что он ломает все то, что есть между ними. А Ким мотает головой и тянет Чона обратно ближе к себе, тонкими пальцами схватившись за ворот чужой кофты. Он не верил в то, что такой человек как он мог сказать эти слова всерьез.       — Поцелуй меня, — шёпот раздался прямо в губы Чона, от чего тот застыл на мгновение, пытаясь переварить происходящее. Он колебался не долго и коснулся своими теплыми губами чужих холодных и искусанных.       Ким готов поклясться, что вокруг него начали взрываться фейерверки. Внутри каждый орган трепетал от такого чувственного поцелуя. Чон касался его совсем нежно, даже невинно, чтобы не спугнуть фигуриста. На что тот сам углубил поцелуй, делая его более напористым и жадным, словно желая съесть тренера. Руки Тэхена не отпускали кофту мужчины и тянули все ближе к себе, пытаясь вжаться в тело мужчины как можно плотнее, чтобы ощутить его каждой частичкой своего тела.       Чонгук рукой скользнул по талии парня, утягивая его в свою сторону, свободной рукой отодвигая кресло как можно дальше от руля и пересаживая юношу к себе на колени, даже не думая отрываться ни на секунду от таких желанных губ, поэтому Тэхен отстраняется первым и тяжело дышит, сидя на коленях мужчины.       — Не говори больше таких пугающих вещей… я знаю, что ты на такое не способен, — прошептал Ким, смотря прямо в глаза Чонгуку и улыбаясь так нежно, что мужчина под ним плавиться.       Я сломаю тебе вторую ногу       Не сможет. Тэхен в этом уверен на все сто процентов.       — Прости… — Чон стыдливо закрыл глаза и провел рукой по своему лбу, тяжело выдыхая, — я сам не знаю, что на меня нашло. Я не должен был все это... Просто, когда увидел как он тебя обнимает… Меня словно подменили в тот момент       — Чонгук, ты что-то чувствуешь, — говорил очевидные вещи Тэхен и поглаживал чужую шею, — мы оба это чувствуем.       — Я не знаю, что с этим делать, Тэхен, — тренер стиснул зубы и гулко сглотнул. Серьезного разговора о чувствах избежать все же не получится, точно не тогда, когда Ким сидит на нем и смотрит на него так словно Чон — его вселенная.       Чон Чонгук чертова вселенная Ким Тэхена. Он бы с радостью утонул в этом мужчине, если бы это было возможно. Он бы дышал им каждый день. Потому, что он заставляет этого мальчишку жить.       — Ничего не нужно делать. Просто покажи, что я тебе нужен и не отталкивай меня, — Ким носом уткнулся в изгиб шеи Гука и шумно вдохнул чужой запах, словно пытаясь заполнить им легкие.       — Не оттолкну, — мужчина обнял парня за талию крепче и прижал к себе как можно ближе.        В этом небольшом пространстве машины Чонгука плавился лед между ними, который был даже в легких.