Останусь

Гадство! Какой же он кретин… Вот надо было ему назначать встречу, но не сказать при этом когда? Зачем он вообще тогда рот открывал? В расстроенных чувствах, Лололошка проворочался пол ночи и совсем не выспался. От вчерашнего энергичного и полного энтузиазма юноши не осталось и следа, на его смену пришел вялый и не выспавшийся старик, который запинается на каждом пороге. Не в силах смотреть на страдания своего сына, мать отправила его спать, взяв на себя часть утренних обязанностей. Ну вот, теперь ко всему прочему еще и чувство вины прибавилось…

***

Поспать было действительно хорошим решением. Мысли в голове улеглись, а сосредоточенная монотонная работа на огороде способствовала рассуждению. Что он может сделать? Самый лучший вариант – прийти сегодня. Тогда нужно ускоряться, чтобы успеть закончить дела до вечера… Но что, если Эграссель не придет? Вот был бы способ оставить ему как-то послание… А ведь он может! Можно же написать письмо! И, там… прикрепить письмо к дереву, вот! Довольный найденным решением, Лололошка с головой ушел в домашние дела. А потом, замученный совестью, решил в качестве извинений за свое утреннее состояние приготовить матушке ее любимый пирог. Лололошка энергично замешал тесто, а затем аккуратно раскатал его, стараясь сосредоточиться на каждом движении рук. На кухне царила вакханалия, но помимо движений скалки по столу и усердному пыхтению юноши тишина ничем не нарушалась. Даже ветер за окном стих. Но несмотря на всю свою концентрацию, мысли снова и снова возвращались к тому, что произошло вчера. Вчера он случайно встретил эльфа. Того самого, чья игра на скрипке поразила его в прошлый раз. Нужно будет попросить Эграсселя сыграть при следующей встрече. Эта эгоистичная мысль не покидала его. Он сгорал от любопытства в том, что эльф может сыграть для него – что он сам услышит в этой мелодии… Ну вот надо же было ему забыться и не обговорить точное время! Продолжая готовку, он старался успокоить свои мысли, отвлечься от них. Пряность корицы и ванили переплетались с легкой кислинкой яблок, околдовывая собой кухню и создавая уютную атмосферу. Не удержавшись, Лололошка съел кусочек сырого теста и, удовлетворенно промычав, поставил свое творение в печь. Интересно, а он любит яблочные пироги? Нужно будет спросить. Взглянув на часы, а затем на бардак на кухне, Лололошка обреченно вздохнул. Уборку он любил меньше всего... Но за ней время летело быстро – там и пирог приготовился, и вечер подкрался… Отполировав кухню до блеска, Лололошка, довольный своей работой, отправился писать письмо… Только вот слова в голову почему-то не лезли. Вот что ему написать? Забыл сказать, давай встретимся тогда-то там-то? А вдруг Эграссель в это время не сможет? Нет, ну тогда, наверное, он напишет ответ… А что если они так и не придут к согласию? Так и будут записочки друг другу кидать? В целом, звучит не так плохо, так что будь что будет. Просто написать записку и защитить ее импровизированным конвертом Лололошке показалось недостаточно, потому он решил прикрепить на сургуч какие-нибудь цветы. Так ведь заметнее. Лололошка вышел на задний двор, где матушка сделала себе небольшой садик. Пройдет еще время, и он тоже ляжет на плечи молодого человека… Но не о грустном. Надо найти что-то подходящее. Может, ромашки? Просто и со вкусом. Или магнолии – такие же гордые, как эльфы… Или это расизм? Он ломал голову: какой же цветок подойдет? Он явно должен быть не слишком ярким… Лучше всего – желтым или белым. Не крупным и тем более не массивным. Как будто растущая в стороне пастушья сумка могла бы подойти, если бы не была такой невзрачной… Может, все-таки ромашки?.. Кивнув этой мысли, Лололошка уже хотел сорвать цветок, но заметил периферийным зрением огромную шапку белых цветов. Яблоня. Цветение уже заканчивается, но благоухающую веточку еще можно было найти. Обнаружив такую, он отломил небольшой побег с тремя нежными цветочками и парочкой темно- – не на столько темных, как глаза Эграсселя – зеленых листочков. Удостоверившись, что сургуч надежно держит веточку, Лололошка предупредил матушку, что идет в лес. Дорогу до вчерашнего места он знал – с памятью все в порядке. Он вышел из дома, ощущая легкое волнение. Лес, рядом с которым он рос, который наблюдал за ним столько лет, сейчас казался совсем чужим… Он как будто изменился. Конечно, это было не так, это всего лишь внутренние ощущения взволнованного юноши. Шаги его были слишком легкими, словно не его вовсе, а сердце билось быстрее обычного. Изменился не только лес, но и он сам. Когда он добрался до места на берегу, лес погрузился в багряность заката. Никого нет. Ожидаемо… Несколько минут Лололошка стоял неподвижно, прислушиваясь к звукам леса. Тишина. Расстроенно поджав губы, он еще раз осмотрелся, гадая, куда можно прикрепить письмо, чтобы его не заметили другие, но заметил Эграссель, так еще и сохранилось до его прибытия… Не придумав ничего лучше, Лололошка закрепил послание на ветке дерева. Фух.. Вроде должен заметить. - Что ты делаешь? Раздавшийся над самым ухом голос заставил рефлекторно развернуться. Из-за этого действия он едва не упал, временно лишившись равновесия. - Эграссель! Напугал… Лололошка перевел дыхание. У него суть сердце не выскочило. - Извини… – Эльф виновато отвел взгляд. Теперь настала очередь Лололошки чувствовать себя виноватым. - Все в порядке, не переживай. – Прокашлявшись, человек быстро сменил тему. – Так.. Что ты здесь делаешь? Эграссель поднял взгляд и неуверенно поднял руку. В руке у него лежала какая-то бумажка. - Я просто понял, что мы не назначили точное время следующей встречи… Вот и решил уточнить… Оставив здесь записку. – Эграссель сделал небольшую паузу. – Я знаю, что это глупо, но… - Если это глупо, тогда мы оба глупцы. – Лололошка улыбался, из последних сил сдерживая смешки. Эта ситуация казалась ему такой… Ребяческой. – На самом деле я пришел сюда с такой же целью. Лололошка не мог точно сказать, какие эмоции в тот момент промелькнули на лице Эграсселя, но после эльф засмеялся. Так мягко и тепло, что даже вечерний холодок куда-то пропал. Эграссель все-таки отдал свое письмо Лололошке, а тот в свою очередь снял свое с ветки и отдал эльфу. - Яблоня? - Это чтобы заметнее было, – неловко оправдался Лололошка. Обменявшись парой фраз, они быстро договорились встретиться на следующей неделе на этом же месте. Только на этом разговор не закончился. Лололошка сам не понял, как начал слушать рассказ Эграсселя о его работе над артефактом, но останавливать его не собирался. Наоборот, он задавал вопросы, пытаясь поддержать разговор, но все равно в основном слушал. За разговорами время пролетело незаметно, солнце и его свет окончательно покинули лес. - Прости… Кажется, я заболтался, еще и задержал тебя, – неловко улыбнулся Эграссель. - Я совсем не против. – Быстро успокоил его Лололошка. – Кстати, тебе долго возвращаться? Светлые брови эльфа слегка нахмурились, делая его похожим на сову. - М… Где-то около часа. Около часа? Одному? Ночью по лесу? Прежде, чем все как следует обдумать, Лололошка предложил: - Не хочешь остаться сегодня у меня? Лололошка видел, как Эграссель посмотрел на него, явно собираясь отказаться, но что-то в нем заставило сказать: - Если это не причинит неудобств… Лололошка, едва не подпрыгнув от счастья, даже не дал эльфу договорить, прежде чем потащить его в сторону деревни.