Стекло и сахар

На крыше было ветрено, поэтому Дженни куталась не только в свой плащ, но и в куртку Дэя. Она сидела на самом краю, глядя на распростертый перед ней город, переливающийся огнями, словно рождественская экспозиция. Воздух пах горечью выхлопных газов и сыростью подворотни, откуда доносилось басовитое кошачье мяуканье. Хоумлендер прищурилась, пытаясь разглядеть в темноте и на расстоянии кота, хотя воображение уже нарисовало ей облезлого, жуткого зверюгу, бесхвостого или с оборванным ухом. Дженни, не глядя, потянулась за картошкой фри, не выпуская из пальцев надкусанного чизбургера; луковых колечек почти не осталось, а сырные палочки оказались такими жирными, что по рукам текло, однако Дженни было так вкусно, что никак не получалось наесться. Этот чизбургер был уже третьим, перед ним они с Дэем заказывали пиццу и китайскую еду. И все это сидя на крыше старой типографии, закрытой на ремонт. Они могли пойти в любой ресторан в городе, или полететь в Европу, но сидели на крыше типографии в промышленном районе города, и ели фаст-фуд. Дженни пачкалась в соусе, набирала полный рот, смеялась и болтала, и ничуть не стеснялась Дэя, постелившего бумажную салфетку себе на колени. Это казалось Хоумлендер таким милым, что ей захотелось сделать с ним что-нибудь грязное. Таких примерных, чистых мальчиков так сладко портить. — Не торопись, — Дэй осторожно вытер испачканную кетчупом щеку Дженни салфеткой; к красному маслянистому пятну прилипли волосы, и Дэй отвел их за ухо девушки. — Стиллвел здесь нет, так что никто не станет отбирать твой бургер. — Пусть попробует, — пробубнила Дженни, мрачнея; за чизбургер можно не волноваться: Мэдди предпочитала французскую кухню, на крайний случай — итальянскую; фаст-фуд вызывал у Стиллвел стойкое отвращение. А вот Дэем она могла заинтересоваться. Хотя бы для того, чтобы разлучить их с Дженни. Ведь если бы не он, Хоумлендер продолжала бы слушаться Мэдди, ловить каждое ее слово; сидела бы сейчас не на крыше с любимым парнем, а торчала бы на той ужасной выставке, где собрался весь совет директоров. Дерьмовые картины, дерьмовая еда, дерьмовые люди. А здесь с Дженни Дэй, двойной чизбургер с беконом и вишневая кола. Хоумлендер тянула газировку через пластиковую трубочку, пока Дэй запивал свой острый бургер с креветками горячим кофе. А когда Дэй вместо сырного соуса обмакнул палочку картофеля фри в молочный коктейль, Дженни скривилась. — Какая гадость, — выпалила она, внутренне содрогаясь. — Я не буду тебя целовать, если у тебя во рту будет привкус картошки фри с шоколадным молоком! Это даже звучит мерзко! — Это вкусно, — с улыбкой возразил Дэй, — хочешь попробовать? — Нет, — Дженни даже немного отодвинулась, пусть и секунду назад уютно прижималась к боку Дэя; ему нравились странные вещи вроде лавандовых леденцов и сиропа из базилика, но картофель фри с молочным коктейлем — это слишком. — Раньше я бы не стала встречаться с парнем, который так ест картошку фри, — заметила Дженни. Дэй усмехнулся. — А сейчас?.. — А сейчас на правах твоей девушки я могу запретить тебе так делать? — Дженни невинно затрепетала ресницами, но поджала губы, когда Дэй оскорбительно рассмеялся. Засранец; совсем о ней не думает. Хоумлендер обиженно отвернулась, однако сама поставила щеку для поцелуя, когда Дэй обнял ее за плечи.