Forbidden rhythm

Вечер прошел почти идеально, ребята поужинали, и Чан снова вернулся к работе. Открыв ноутбук, он уставился на звуковые дорожки, подперев подбородок кулаком.  — Ума не приложу, что с этим делать — возмущается омега, тяжело вздыхая.  — Зато я знаю — Намджун подходит сзади, через плечо закрывая ноутбук — Можно поспать — он отодвигает стул Чана от стола — Давай, сон - это полезно, к тому же, на свежую голову, может прийти куча умных мыслей — альфа настойчиво берет Криса за руку, и тянет его со стула — Пойдем спать, я нам уже даже диван расстелил. — Ты… Ты п-предлагаешь нам с-спать в-вместе? — нервозность слишком явна, особенно, когда альфа снова берет его за руку.  — Не переживай, ананасик. Я не имею ввиду ничего пошлого… Я… — Намджун мнется, поднося руки Чана ближе к лицу, оставляя пару поцелуев на тыльной стороне — Я просто хочу пообниматься, знаешь… Ну… — альфа замолкает, с надеждой ожидая ответа. — Ну… Если только пообниматься — Чан смущенно улыбается, соглашаясь. Улыбка появляется на лице альфы, и он притягивает омегу ближе, обнимая, и утыкаясь носом в шею. Их сердца бьются в унисон, и каждый из них не отстраняется, продлевая момент близости.  Они устраиваются на диване, прижимаясь друг к другу, сливаясь теплом тел и смешивая запахи… Чан кладет голову на грудь альфы, прислушиваясь к сердцебиению. Звук убаюкивает, успокаивает, такой родной и нужный. Чан постепенно засыпает, находясь в крепких руках своего альфы. Намджун же аккуратно приобнимает его плечи, оставляя пару поцелуев на макушке. В студии тихо, темно, интимно… Только они вдвоем, только их момент. — Чанни? — тихо шепчет альфа, не желая слишком резко разрушать тишину вокруг. Получив сонное и тихое «М?» он продолжает — Я могу снова поцеловать тебя? Тихо «угу», Чан поднимает голову, и их губы снова встречаются в нежном, легком поцелуе. Трепет момента заставляет сердца обоих таять, время замирает, и они растворяются друг в друге. Намджун отстраняется первый, долго глядя Чану в глаза. — Я люблю тебя — шепчет он, поглаживая щеку омеги. Крис замирает, прокручивая фразу в голове, боясь, что ему показалось — Да, ананасик, ты все правильно услышал. Я — легкий поцелуй в кончик носа — Тебя — еще один — Люблю — финальный поцелуй, альфа снова соединяет их губы.  — Я… — Чан не уверен, может ли он произнести эти слова, но для сердца омеги, ощущаются правильными, поэтому он продолжает — Я тоже тебя люблю, хён — вот она - точка невозврата, момент, когда оба признали свои чувства, покорились судьбе.  Они засыпают в объятиях друг друга, с улыбками, наконец свободные от груза недосказанности. Только принятие, только любовь, нежность и радость. Два разбитых сердца восстанавливаются, заживают, и в груди пропадает ноющая боль.  Утро встречает Чана пустым диваном рядом, и холодом, пусть он и замотан в плед. Паника наполняет омегу, «Он сбежал» бьет в голове мысль, но глаз цепляет кофта альфы, наброшенная на спинку кресла. Вздох облегчения, вырывается из груди, и еще спокойнее становится, когда Намджун заходит обратно в студию. Альфа сонный, немного растрепанный, и чертовски милый. Он улыбается, когда видит проснувшегося Чана, и снова опускается на диван, рядом с ним.  — Доброе утро, ананасик — мягко говорит он, обнимая омегу, успокаивающе целуя в макушку — Ты хорошо спал? Кушать не хочешь? — тихо спрашивает альфа, глядя Чану в глаза.  — Спал хорошо, и да… Немножко голодный — смущенно признается омега, пряча глаза и краснея.  — Господи, я умру от твоей милоты — хихикает Намджун, притягивая Чана ближе, позволяя спрятаться теперь уже в своей шее — Тогда давай сходим покушать. Просыпайся, и пошли — омега кивает, все еще обнимаясь, не поднимая головы и не раскрепляя рук вокруг альфы — Что бы ты хотел, малыш?  — Я не малыш — возмущается Чан, слегка кусая альфу за шею. — Чан — мягко рычит Намджун, напрягаясь всем телом — Будь осторожнее со своими зубками. Иначе я могу сделать то, о чем мы оба потом пожалеем… — хрипит альфа, вдыхая возбуждающий запах ананаса.  — Ты будешь об… Об этом жалеть? — тихо шепчет Чан, слегка отодвигаясь.  — Я нет, но я не хочу давить на тебя. Я хочу, чтобы наш первый раз запомнился тебе, чтобы это было романтично, красиво, возможно даже немного неловко… Но… — Чан прислоняет палец к губам альфы, прося его помолчать. — Наш первый раз запомнится мне в любом случае, хён — говорит омега, ложась на спину и перетягивая Наджуна на себя так, что тот нависает над ним, упираясь коленями между ног Криса — Я… — Чан запинается, понимая, в чем собирается признаться не только старшему, но и себе — Я хочу этого, и уж точно не собираюсь жалеть после — голос слегка дрогнул, но вгляд остается решительным, передавая все эмоции лучше любых слов.  — Если я начну, и тебе что-то не понравится, скажи мне. Одно твое слово и я остановлюсь, мгновенно, без лишних вопросов — Намджун серьезно смотрит младшему в глаза, показывая всю серьезность и важность своих слов. Чан кивает, и его губы тут же накрывают поцелуем. Он не похож на предыдущие, в нем больше страсти, больше уверенности и желания. Омега тихо стонет от такого напора, посылая новую волну возбуждения по телу Намджуна. Альфа переносит вес на одну руку, второй обхватывая заднюю часть шеи Чана, углубляя поцелуй. Младший не теряется, и зарывается пальцами в короткие волосы. Губы старшего перемещаются ниже, аккуратно, с трепетом целуя чувствительную кожу шее. Свободная рука со страстью сжимает бок Чана, слегка пробираясь под футболку. Он сгорает от желания оставить засосы, пометить территорию, обозначить, что этот омега его и больше ничей. Но альфа понимает, сколько проблем это может принести Чану, поэтому сдерживается, просто касаясь кожи губами.  — Ты все еще не передумал? — спрашивает Намджун, отрываясь от своего занятия. И получая отрицательный кивок, с еще большим рвением возвращается к телу под собой.  Его рука уже слегка немеет от неудобного положения, и альфа поднимается, снимая с себя футболку. Чан чуть не давится воздухом, от вида мышц… Пальцы тянутся потрогать, ощутить текстуру и рельеф, но рука замирает буквально в нескольких сантиметрах. Альфа хмыкает, и наклоняется чуть ближе, с немым разрешением. Дрожь проходит по телу, когда прохладные пальцы Чана проходятся по груди и животу. Намджун откидывает голову назад, наслаждаясь ощущением, давая омеге полный карт-бланш.  — Красивый — шепчет младший, продолжая исследовать чужое тело. Пальцы замирают у кромки джинс, и омега краснеет, видя, какую реакцию он вызывает. Отчетливая выпуклость манит, приковывая взгляд, и Чан нерешительно, едва касаясь, обводит ее пальцами. Стон, сорвавшийся с губ альфы заставляет омегу остановиться. Бедра Намджуна по инерции двигаются, в попытке снова получить желанный контакт, и справиться с напряжением в паху. Когда же Чан продолжает не двигаться, альфа останавливается и смотрит на младшего.  — Ты в порядке, ананасик? — настороженно спрашивает он, наклоняясь вперед и встречаясь взглядом с Чаном — Ты же помнишь, что в любой момент, можешь остановить меня, да? — нежно и мягко напоминает альфа, поглаживая щеку младшего.  — Я просто… — Чан сглатывает, и запах ананаса наполняет студию. Глаза Намджуна расширяются, и возбуждение ударяет с новой силой. Течка… Его ананасик сейчас в течке…  — Что мне делать? — заботливо спрашивает альфа, понимая, что Чан сейчас может быть не до секса. Но тихий всхлип омеги, и его вскинутые бедра, говорят сами за себя — Малыш, мне продолжить? — Намджун все еще пытается достучаться до разума младшего, не желая просто «получить выгоду от течки». Чан кивает, и стягивает с себя футболку, заставляя альфу рычать.  Будто срываясь с цепи, Намджун накидывается на губы омеги, целуя их с животной страстью, и диким желанием.  не переживайте, дорогие читатели) сексу быть! просто не хочу накидывать в одну главу много всего. да и вас подразнить охота 😊😉