Переплетение

      Кап… кап…       Дима морщится от того, как шум от капель воды становится громче, от головной боли, которая разрастается при его пробуждении и давит на височную часть. Глаза снова горят: линзы чувствуются инородным телом в них. Собственные конечности затекли и ноют, но лейтенант понимает, что не может пошевелить ими и моментально приходит объяснение — он связан.       Кап… кап!       Тяжёлый вдох даётся нелегко, выдох — всё же уже легче. Осмотреться удаётся не сразу, сначала нужно было сфокусировать зрение на хоть одном предмете в этой небольшой и темной комнате. Веет сыростью, кушетка в углу комнаты подсвечивается из-за небольшого окошка почти под самым потолком мягким лунным светом. Влага под носом не вызывает доверия и Дубин опускает взгляд вниз — на пыльные брюки и местами порванную рубашку, а на бёдра и цепь капает несколько капель крови. Вот что это был за звук и почему Дима его так хорошо слышал в этой звенящей тишине.       — Пиздец… — хрипло констатирует полицейский, когда понимает, что он связан не верёвкой, а самой настоящей цепью на довольно крепком и устойчивом стуле. Сейчас самым правильным решением в такой ситуации было взять и запрокинуть голову назад, чтобы остановить кровотечение.       Рёбра болят, возможно в парочке из них трещины. Проанализировав наспех свое состояние, Котейкин понимает — на щеке и под глазом синяк, нос целом не сломан, но припух, а левая рука кровоточит из-за раны.       А ещё его похитили.       — Вот и ввязывайся в глобальные операции под прикрытием… — Дима вздыхает тихо, вновь закрывает глаза, пытаясь вспомнить все события накануне: вот он вышел из машины Хольта, прошёл пост охраны, ресепшен, где миловидная сотрудница повела его к лифту, а затем и по веренице коридоров офисов, чтобы создать видимость встречи, а заодно получить новые рекомендации к работе от Архиповой, но вместо этого, при следующем повороте он получил чем-то тупым по затылку и открыл глаза уже в этой комнате.       Лейтенант встрепенулся тогда, когда послышались шаги. Несколько пар ног остановились возле двери, та медленно через несколько секунд открылась, но Дмитрий даже не шелохнулся, вовремя опустив голову вниз.       — Смотри-ка. Ещё не очнулся, — первый голос не был ему знаком, но Дубин не будет открывать глаза, чтобы взглянуть на вошедших. Он расслабляет все мышцы, не издаёт ни звука, когда его голову за волосы тянут в бок и назад. Кажется, его рассматривают? — Не понимаю Хольта. Ничего ж особенного…       Значит его похитили из-за Августа? Чёрт.       — Заткнись, а. Паренька-предпринимателя босс взял не потому, что Хольт с тем трахается, а потому что он ему нужен, — но этот голос Дима узнаёт тут же, старается контролировать себя и не выдать своё пробуждение. Благо что рука, что сжимала его волосы, пропадает и Дубин натурально свешивает голову вниз.       — Зачем?       — Чтобы ты спросил, милейший, — Фишкин, кажется, скалится и посмеивается. — А зачем ему смазливые и красивые мальчики? Бизнес себе к рукам приберёт, мальчишку куда-нибудь за границу сбагрит. К туркам или арабам, например. Они такой товар любят.       — Ты ему вид то попортил, кстати, — замечает тот, незнакомый голос с лёгкой ноткой сожаления в голосе. — А так да. Вполне себе ничего такой, на любителя. Хольт его не будет искать?       — Не будет. Ну, порыпается немного, но по моим источникам известно, что знакомы они недавно, так что такому мудаку, как Август ван дер Хольт он не будет нужен уже через парочку дней. Поигрались и хватит, как говорится.       Под звук шагов и громкий басистый смех, когда две фигуры удаляются прочь из комнаты, Дима поднимает голову, шмыгает носом и… ощущает как влага из уголков глаз скатывается вниз по щекам. Обидно ли ему за такие слова и считает ли он их правдивыми? От части.       — Это же неправда… — шепчет тихо, чтобы не услышал никто, чтобы заверить хотя бы самого себя, но… — Неправда же…       С каждым последующим часом он всё сильнее убеждается в правдивости чужих слов, что его или продадут, или сделают и того что по хуже, когда похитители вскроют о нём всю информацию.

***

      Не правы были ни Аскольд Фишкин и его напарник, ни сам Дмитрий Дубин, разочаровавшийся в последних крупицах того хорошего, что было в его жизни — Август не просто начинает наводить шум, а делает это настолько эффектно, поднимая все свои связи.       Так через час у него на столе распечатки камер видеонаблюдения, а ещё через несколько он связывается с тем, с кем никогда в своей жизни не стал бы иметь дел.       — Ты меня, конечно, прости, но Хольт… ты каким образом нашел этот номер? Я вешаю трубку.       — Волков, подожди, — ван дер Хольт потирает переносицу, слышит по ту сторону защищенной линии тяжёлый вздох и продолжает. — Я уже забыл обо всём, что случилось. Даже простил тебя и твоего boyfriend за обман, за взлом моих Raven и за подрыв моей репутации. Потому что сейчас мне нужна…       — Тебе нужна моя помощь, — заканчивает за него Олег, по голосу кажется хмыкнув и собираясь откровенно расхохотаться от происходящего дежавю. — Учти, что с меня хорош этой фигни с подрывами.       — Дело в другом.       То самое «другое» просто настолько засело в душу к оружейному магнату, что с его пропажей у него словно часть её вынули и забрали.       — Интересно, конечно, но нет. Я вполне спокойно посижу себе мёртвым вместе с Серым, — на фоне голоса Волкова, кажется, слышно ещё один, но Август не разбирает что именно тот говорит, когда как Олег продолжает. — Хотя мне и предлагают немного… загладить свою вину.       — Если ты чувствуешь себя виноватым, то помоги мне вызволить одного человека. У тебя это It's very fucking good.       Несколько секунд тишины, Хольт нервно выхаживает по кабинету, останавливается и смотрит на Питер с высоты верхних этажей за стеклом, когда бывший наёмник продолжает:       — Ладно. Окей. Только без выкрутасов и глупостей. Сначала я пришлю к тебе своего человека, а затем подумаем что можно сделать. Жди, Хольт. Деду из рекламы привет передай.       Короткие гудки. Август откидывает телефон на стол, зарываясь ладонью в идеальную некогда укладку, взъерошивает волосы и прикусывает почти до крови нижнюю губу. Он действует импульсивно, наступает на собственные принципы и гордость, потому что люди Дагбаева оказываются бесполезными, недостаточно компетентными и даже Дракон, до того веселый и довольный, кривит морду лица и чётко отвечает, что ему лучше не лезть куда не надо — огребут тогда все, включая самого Хольта.       А ему похер. Ему нужно, жизненно необходимо вернуть этого человека себе, сжать в своих объятиях и не отпускать ещё очень долго. Примерно, до конца его дней. Желательно, конечно.        Через полчаса в кабинет стучат и голландец удивлённо приподнимает брови вверх. Личный секретарь была отправлена с Отто за документами, а охрана обычно предупреждает заранее, когда собирается войти к боссу, по коммуникатору, а не посредством примитивного стука в дверь. — Ja?       Но вместо ответа дверь открывается и в неё заходит его же недавняя, одна из последних разработок.       — Так вот кто заказал похожий костюм. Неожиданно, но всё же предсказуемо, — Август облокачивается о стол, практически на него присаживаясь, пока новый костюм Чумного доктора идёт к нему ближе, а измененный механический голос произносит:       — Добрый вечер, господин ван дер Хольт. Знаете, я как-то тоже не ожидал, что буду помогать оружейному магнату, который чуть было не подорвал весь МОЙ город.       Август посмеивается, закатывает глаза и вежливо, насколько возможно, отвечает.       — Новый Гражданин должен знать, что не всё, что случилось с Питером пару лет назад только лишь моя вина. Тогда я ещё даже не думал, что последствия будут… такими, — хмурится голландец не долго. Зато его этот разговор немного отвлёк и освещение в кабинете перестаёт истерично мигать. — Волков сказал, что пришлёт человека, более компетентного в вопросах спасения чужих жизней. Значит это с вами мы и будем спасать принца из заточения у очень плохих людей.       Смешок ему лишь подтверждение, поэтому Август приступает к делу: рассказывает обо всём, что знает, делится наработками, пока дверь кабинета снова не распахивается и чёрной тенью не входит Волков собственной персоной, подкидывает Чумному доктору небольшую коробочку, затем такую же офигевшему Хольту. Бывший наёмник в плотном чёрном костюме, в неизменных берцах и с кулоном на шее выглядит на фоне всего кабинета достаточно колоритно, но не об этом сейчас необходимо думать напряженному до треска электричества за спиной Августу.       — Что? Твои люди не такие уж и непроходимые препятствия. Оба уже знаем об этом, — на опережение отвечает Олег, падая на кожаный диван в кабинете, разваливаясь на нём. — Хольт, меняй свою штучку в ухе на ту, что я тебе дал. Кое-кто хочет поздороваться.

***

      Привычный гул полицейского участка сменяется напряжённым молчанием, редкими и тихими разговорами, шелестом листов и папок, а так же тихим поскрипыванием и трещанием старой кофемашины. Майор Гром уже привычно наливает себе кофе, очередная доза бодрости оказывается в его кружке прежде, чем он снова отправляется в кабинет к Фёдору Ивановичу.       — Нам известно то, что пропажи людей снова участились в городе. Некоторые мелкие предприниматели были похищены, но никто не заявлял в полицию. Родственники похищенных либо были запуганы, либо им было всё равно где жертва: в лапах преступников или в пьяном загуле у проституток под боком, — Архипова разбирает бумаги на столе Прокопенко, а сам же его хозяин почти неподвижно сидит на мягком диванчике, подпирая подбородок руками и уткнувшись локтями в колени.       — Игореша, ты уверен, что Дубин оказался втянут и похищен? Может его этот… Хольт не выпускает из своей крепости?       — Фёдор Иванович, — Гром усаживается рядом, делает глоток кофе, мрачно продолжая. — Мария Андреевна же сказала, что Дима должен был встретиться с ней в том бизнес-центре, а вы знаете, что мой напарник никогда своё слово не нарушал и начинать не планировал, какими бы не были обстоятельства. Уверен, что он бы нашёл способ выкрутиться.       Архипова отвлекается от бумаг, поднимает на двоих полицейских уставший взгляд и едва заметно кивает.       — Не сомневаюсь в лейтенанте Дубине. К тому же некий господин Шрайбер прочёсывал здание перед нашей с лейтенантом встречей, но Дмитрий на ней так и не появился. Однозначно что-то не чисто и мы это проверили — Дубин в здание входил, но так и не вышел, а у чёрного выхода камеры были отключены буквально вплоть до коридора перед конференц-залом, где я его и ждала. Не трудно сложить два и два.       Молчание. Каждый в кабинете понимает что происходит и что сделать они ничего не могут без ущерба самому Диме и всей операции — слишком много затрачено как финансовых ресурсов, так и технических. И Игорю бы возразить на это, собакой лаять о том, что Димка его друг, бессилие и бездействие лишь убьют его. Только тормозит Гром с подобными высказываниями, прибегая к любимому и действенному методу.       — Думай, Игорь, думай… — тихо себе под нос бубнит, не обращает внимание на недоуменную Архипову. — Фёдор Иванович, если Хольт послал своего лучшего человека за Димой, его, соответственно, не нашёл и бесился, то может как раз этот электрощиток и поможет нам не только Дубина найти, но и на похитителей выйти. Может?..       — Нет. Рискованно. Для Дмитрия и для его прикрытия, — сразу же пресекает его идею вышестоящее начальство.       Игорь злится. Что-то нехорошее рокочет и урчит в грудной клетке, скребёт когтистой лапой и прорывается наружу. Спасает от праведного гнева от майора Марию лишь Прокопенко.       — Дубин бы не одобрил. И если ты сказал, что наш с вами знакомый иностранный гражданин места себе не находит, то у него к Димке более плотная привязанность. Так что лучше втихую последить за ним, а уже там по ходу действия разберёмся. Если что подсобим.       В этот раз Игорь спорить не стал.

***

      — То есть, мы серьёзно будем только втроём? — этот вопрос Август ван дер Хольт озвучивает уже в третий раз, а Валерия Макарова в костюме Гражданина закатывает глаза и силится не хлопнуть ладонью своё лицо. Или чужое. Останавливает её только то, что маска треснет, а у неё потом будут проблемы от Разумовского за неё. И думает новоиспеченный мститель о том, что оружейный магнат тот ещё изнеженный фрукт.       Внедорожник Волкова мчит по пустой загородной дороге, они втроём в машине и предусмотрительный голландец выбрал себе место на задних сиденьях, шурша одеждой. Ему приходится буквально в полевых условиях надевать новую — и снова не запатентованную — экипировку и костюм: не такой габаритный как первый, компактный и удобный. Разве что в этот раз без шлема и способности парить в воздухе за счет электромагнитного поля.       — Слушай, ты… — Валерия оборачивается назад, но тут же медленно поворачивается на сиденье обратно, потому как увидеть полуголого оружейного магната не входит в топ десять вещей на эту ночь. Да и к тому же всего в засосах и укусах. Это ж… ахуеть просто.       Потому, как хмыкнул и сдержал рвущийся наружу ржач, Волков же её мнение не разделял.       — Да блин. Втроем мы будем. Андэрстенд?       — Stom en riskant, — Август поправляет перчатки на своих руках и усаживается наконец спокойно на месте, запрокидывая голову назад.       — Не знаю что ты там сказал, но верь в возможность мобильности, — Чумной доктор поправляет капюшон, затем поворачивает свой клюв в сторону Олега. — Мы вообще почему ему помогаем? Ты мне не сказал, что у нас будет это чудо как прицеп.

Валери, не будь так груба!

      — Мы как-то уже проебались перед этим иностранцем. Немного использовали его игрушки…       — Een beetje?!       — Не ори. Ну, может даже много, но сам виноват, что хотел втюхать свои дроны питерской полиции, а не отправил их в Европу куда-нибудь. Или еще лучше в Китай, в Корею. Да куда угодно, где это необходимо. Ну, короче… — Волков вздыхает и склоняет голову в бок. — Мы использовали Августа, Серый взломал его дронов, чтобы одному майору отомстить за то, что он моего друга в психушку упёк. Но мы уже извинились и вот эта спасательная операция как раз на то, чтобы прощение подкрепить.       Макарова молчит, затем фырчит едва слышно — ничего не понятно, но очень интересно.

Это всё в прошлом. Сейчас важно ещё и подкрепить твою позицию как народного мстителя, Валери. Ты же хотела спасать людей без жертв. Так почему бы и не начать сегодня?

      — Да и ко всему мы узнали с Серым, что там не только Хольтовский дружок-пирожок. Человек пять пропащих ипешников, — Волков сворачивает в это время на более ухабистую дорогу и едет медленнее, выключив фары у машины. — Их держат в каком-то доме небольшого и запустелого коттеджного посёлка. Там должны были продавать дома для приезжих, но местность оказалась не подходящей. Видимо комары искусали бедняг…       Разумовский переключается на иной канал связи и теперь его слышат не только Макарова с Волковым, но и сам ван дер Хольт:

Август, я хотел бы ещё раз принести тебе свои извинения. Наверное, ты должен помнить, что это тогда не совсем я творил все те дела.

      — Не сейчас. Потом решим этот вопрос, — голландец отмахивается, но на его губах всё же появляется какое-то подобие улыбки.       Сергей в позе креветки за несколькими мониторами тоже улыбается, поправляя на своих плечах плед и сюрпая из кружки какао, продолжает говорить:

Я буду вашим координатором, глазами через маску Гражданина и через камеры, если смогу переключиться на них. Датчики на костюме, кстати спасибо тебе за них, Хольт, мне в этом помогут.

      — Как тебе удалось купить костюм? Мне известно, что твои счета были арестованы, как только тебя загребли.       Волков всё же посмеивается, а Лера рядом лишь слушает эти разговоры, скрестив руки на груди, но ей тоже интересен этот момент.

Ну, ты будто не знаешь, что у преступных гениев несколько лишних счетов могут быть на подставные лица и фирмы. К тому же… прости, Август, но новый костюм Чумного доктора ты, считай, купил сам у себя.

      — В смысле?! Ты купил его на мои деньги?

Да, пока ты зализывал раны и восстанавливался.

      Машина останавливается под сиплый смех Волкова, фырчание Валерии, которая всеми силами пытается его сдержать, и под ахуевание ван дер Хольта. Трое всё же выходят из внедорожника, чтобы пройтись по лесу немного и забрать себе эффект неожиданности. Как и сказал Волков, небольшие коттеджи полностью пустовали, вокруг них практически не было заборов или любых других ограждений, а где-то ещё даже не убраны стройматериалы на участке в виде бетонных блоков, досок, гор песка и щебня.       Августу дорогу подсказывает ночное видение в виртуальных очках, Чумному доктору тоже только в его маске, а Олег на чистой интуиции следует за ними двумя. Правда пару раз он чуть было не навернулся и тихо выругался из-за камней под ногами, но в целом до необходимого дома они добрались без происшествий.

Периметр охраняют пять человек. Не двигайтесь — я подключусь к камерам получше.

      Все трое тут же замирают и Август осматривается: двое наёмников в тёмных спортивных костюмах курили у восточной части здания, где-то в метрах пяти от их укрытия за бочками и сложенными в аккуратную колонную кирпичами; ещё один направляется дальше просматривать периметр и, вероятно, скоро будет рядом с ними с другой стороны.

Есть! Через пару минут оповещает Разумовский и направляет спасательную троицу дальше: В доме три входа. Основной, терасса и винодельня. Кому взбредет в голову в Питере делать подобное место вообще…

      — Наверное таким же людям, которые держат в гостиной искусственную леопардовую шкуру на полу, — Олег почти невозмутимо отвечает, а затем всё же посмеивается.       — Реально?       — Ну, я всегда знал, что у Разумовского так себе со вкусом…       Ровно в тот же момент, под возмущение Разумовского в эфире, вплотную к ним подходит, пока еще ничего не подозревающий часовой, которого вырубает Олег. Август не думает о том, что как-то подозрительно у того хрустнула шея. Лера ментально с ним согласна. Пробираясь по внутреннему двору к третьему, самому скрытному от всех входу в дом, они попутно обезвреживают всю внешнюю охрану. Тихо и незаметно.       — Не нравится мне это… — Олег и его гребённая интуиция.

Мне тоже. Слишком гладко всё идёт.

      А Хольту всё ещё похер. Он идет к цели, он не видит препятствий и без труда взламывает любые двери. Помещение сразу обдаёт обоняние сыростью и затхлым подвальным запахом, но среди бочек, где должно было быть вино, они направляются и дальше, в следующие помещения, пока их координатор негромко проводит по веренице небольших коридоров — подземная часть дома оказывается глубже и больше, чем они думали. И всё же на один лестничный пролёт они поднимаются выше и скорее всего это минус первый этаж.

Здесь камер нет, но через этот коридор в следующем помещении есть. Тихо осмотритесь.

      Макарова медленно идёт впереди двух мужчин, наготове держа своё оружие. Коридор представляется перед ними таким же не длинным, но освещённым тусклыми настенными лампами; по одну и другую стену несколько дверей. Валерия насчитывает шесть и тормозит, прислушиваясь.       — Вы тоже это слышите? — Гражданин подходит к первой, дергает ручку и та, разумеется не поддаётся, но шорох за дверью усиливается. Тогда уже сам Хольт теснит того в сторону, взламывает своим электричеством замок и открывает дверь.       Волков вовремя — спасибо за чуйку, Олег! — практически за шкирку оттаскивает бизнесмена назад и Август отшатывается на шаг, но зато палка, напоминающая ножку от стула не прилетает ему по голове. — What the hell…       Явно по-боевому настроенный Котейкин через несколько секунд осознания и узнавания отбрасывает палку на пол своей камеры и оказывается прямо в объятиях Августа, даже не посмотрев на двух других его спасителей. Он прижимается к нему, утыкается в шею лицом, виснет, несмотря на то, что болезненно ноет рука и рёбра.       — Август, — шепчет тихо, почти неслышно, пока накатывает приступ паники, который прерывает оружейный магнат своими поцелуями: он касается губами макушки, затем виска, льнёт ближе и так же шепчет: — Ты напугал меня. We need to get out.       Бизнесмен отстраняется, обхватывает ладонями лицо Александра и вглядывается в него, хмурясь. Экзоскелет рокочет, преобразовывает всё больше энергии, напитывает костюм сильнее — и чем дольше Август смотрит на чужое лицо, тем сильнее его самого подпитывают такие эмоции как злость и ярость.       — Плохо выгляжу, да? — Алекс улыбается, хмыкает и отводит взгляд в сторону, не рискуя дотронуться до своего лица или, например, увидеть то в отражении карих глаз.       — Нет, little kitten. Но этих ублюдков я убью лично.       — Ага, только спасём остальных из их клеток, — отзывается Чумной доктор, на которого теперь обращает внимание и лейтенант, приоткрыв рот в удивлении. Дима не верит своим глазам, шепчет тихо «Разумовский?..» на что получает укоризненное тцыканье и фырчание со стороны Валерии, но вместо неё голос подаёт Волков, который вскрывает уже третью камеру:       — Нет, это не он. Долгая история.       У Котейкина челюсть готова встретиться с полом, но он вовремя берёт себя в руки. Пытается. Особенно не пялиться на ожившего Олега Волкова, на похожий как у Чумного доктора костюм и затем на Августа ван дер Хольта, который с этими «товарищами» совместно работает.       — Вынужденная мера, — тихо отвечает Август, будто прочитав его мысли.       Волков вместе с Гражданином освобождают людей, советуют им тихо выбираться тем же путём, что они пришли, ждать дальнейших указаний в безопасном месте у машины в лесу, пока они разберутся с тем, кто за этим стоит.

Спасли принцессу?

      — Да, Серый? Впереди всё чисто? — Волков лишь раз косит взглядом на притихшего предпринимателя рядом с Хольтом и направляется вперёд вместе с Макаровой, удерживая в двух руках пистолет.

Да. Хотя… стойте!

      Но становится поздно — они вчетвером оказываются в большом помещении, похожим на склад, полным вооруженных до зубов людей, во главе с которыми Аскольд Фишкин и… Альберт Новак.