По эту сторону от себя

      — …Парис? Это ты, Парис? — приподнявшись со своего места, осторожно отозвался Раинер.       — Конечно, это я. А кто ещё это может быть? — прислонившись плечом к дверному косяку, произнёс мужчина. В его голосе отчётливо прозвучали недовольные нотки. — Всё, отставим в сторону твои глупые вопросы и обсудим по-настоящему важную тему. Ты мне объяснишь, что, собственно говоря, происходит? Что за шумиху вы втроём подняли в королевском саду? Его Величество потребовал от меня ответа, а я только и смог, что стоять перед ним да ртом воздух глотать, словно идиот какой-то. Ты сам-то считаешь это нормальным? — принялся отчитывать тот младшего брата. — Я же тебя утром по-человечески попросил вести себя на балу нормально, а ты что устроил? Всё, с меня хватит. Поднимайся. Мы идём к Его Величеству. Я не собираюсь разгребать всё это в одиночку.       Герцог оттолкнулся от дверного косяка и двинулся по направлению к Раинеру, вероятно, намереваясь схватить того за шиворот и как котёнка потащить «на ковёр» к Его Величеству. К беде ли радости, но ему так и не удалось претворить задуманное в жизнь, потому как уже в следующее мгновение его голова одним резким выпадом была отделена от шеи лопатой, ослепительно ярко сверкнувшей в сиянии луны.       — Лю…сьен? — только и смог, что невнятно пробормотать Раинер. – З-зачем ты… Ч-что в-вы…       Широко распахнув от удивления глаза, младший брат герцога растерянно наблюдал за тем, как тот замахнулся и, с силой ударив всем полотном лопаты, раздавил голову Париса. Вслед за свистом от размаха послышался хруст, и на глазах у Раинера отсечённая голова неожиданно видоизменилась: прежде принадлежавшие герцогу Фрери черты лица размякли, словно воск, после чего «поплыли», постепенно меняя своё первоначальное положение.       — Это с самого начала был не Его Светлость, — отведя взгляд, спокойным голосом произнёс Арсений, не собираясь наблюдать за телом чудовища дольше необходимого.       Теперь это странное создание было мертво, так что оно более не способно потенциально нанести вред главной героине. Благополучие же главной героини являлось залогом его возвращения домой. Если быть точнее, то только его половиной. Вторую половину составлял Парис, герцог Фрери, которого он и вознамерился в самое ближайшее время найти. Основная парадигма этой истории звучала, как «главные герои вместе разгадывают тайну прошлого, после чего благодаря силе своей любви снимают с людей проклятие». Для того, чтобы мир действовал в соответствии с ней, Арсению, если так подумать, всего лишь нужно было отыскать герцога, по-быстрому разгадать «тайну прошлого» и снять проклятие. Хотят этого все остальные персонажи этой истории или нет, но они будут в этом всём участвовать.       — …Нужно немедленно найти Его Светлость, — после довольно-таки длительной паузы произнёс Арсений, ещё крепче вцепившись в лопату.       Он решил, что достигнет поставленной перед ним «Программой» цели во что бы то ни стало, а если кто-нибудь из всех этих чудовищ посмеет встать у него на пути… В конце концов все эти монстры — всего-навсего подвергшиеся действию проклятия люди, лишь малая часть из которых приноровилась использовать свои «изменения», тем более в бою. До тех пор, пока те не собьются в кучу, они не будут представлять для него серьёзной опасности.       — Нет, тебе не нужно его искать. Мы пойдём домой, и точка. Твоего мнения никто не спрашивал, — с напором в голосе ответила ему Иветта. Арсений, развернувшись, бросил в её сторону быстрый взгляд. Девушка тут же невольно отшатнулась, однако, мгновенно собравшись с силами, вскинула голову и, сжав руки в кулаки, упрямо посмотрела на него. — И по какой причине ты, братец, в мою сторону взгляды такие злющие бросаешь? Я обидела иль ещё как провинилась перед тобой? Не утруждай себя, я сама отвечу на свои же вопросы. Правильный ответ: нет. Так что давай обойдёмся без всех этих переглядываний. Лучше нормально объясни мне, с чего это я сейчас, когда все стражники рыскают по дворцу в поисках нас, должна пойти искать его брата? — кивнула она в сторону Раинера. — Тем более сейчас он… Находится не совсем на одной с нами стороне. Даже больше, теперь он представляет для нас с тобой реальную опасность. Понимаешь, о чём я хочу тебе сказать? Давай так, постараемся обойтись без твоего невнятного «нужно отыскать» и будем действовать в соответствии с моим планом. Поверь мне, так для всех будет только лучше.       Во время всей её речи интонация Иветты то и дело металась из крайности в крайность: девушка то начинала упрашивать его, словно капризного ребёнка, не желавшего съесть на завтрак тарелку каши, то пыталась приказать ему, будто тот являлся её непосредственным подчинённым. Впрочем, ни один из этих подходов так и не оказался по-настоящему действенным. Стоявший в дверном проёме юноша продолжал смотреть на неё совершенно пустым взглядом, принадлежавшим человеку, который не услышал и слова из всего того, что она сказала. При взгляде на него Иветта внезапно ощутила полнейшее бессилие.       Теперь она была уверена в том, что это был очередной провал. И дальше продолжать откладывать неизбежное не имело совершенно никакого смысла, и раз никто не собирался взять за это ответственность на себя, то это сделает она.       — Запрашиваю запуск протокола «Плохой конец», — вздохнув, пробормотала девушка.       Стоило этим словам прозвучать, как Иветта поднялась на ноги и, взяв первые попавшиеся под руку садовые ножницы, судорожно вцепилась в них побелевшими от напряжения пальцами. Теперь в её движениях не наблюдалось и следа былой уверенности: её руки заметно дрожали, когда она в отчаянном движении направила своё ржавое оружие на юношу. Лицо Арсения дёрнулось, скривилось в странной гримасе, и лишь после этого на нём отразилось недоумение.       — Что ты собралась делать? — впрочем, тем, кто испуганно произнёс эти слова, оказался Раинер. Вскочив с пола самым последним, он, развернувшись, загородил собой Люсьена. — Не руби с плеча, лучше постарайся успокоиться. Посмотри на себя. Что ты удумала сделать? Ты же не собираешься и правда заколоть его… Что это? Садовые ножницы? Ты же понимаешь, что это не выход. Да и я считаю, что у нас всё ещё есть шанс добраться до него, так что зря ты инициировала запуск протокола. Я сейчас же сделаю запрос на его отмену…       — Просишь посмотреть на себя? Может, сам лучше посмотришь на него? — Иветта сжала ржавый металл ножниц ещё крепче, однако даже так её руки продолжили дрожать. Указав на Арсения, она произнесла слегка подрагивающим голосом, — Его нынешнее состояние — результат всего лишь одной нашей «ошибки». Как думаешь, что произойдёт во время следующего запуска, если сейчас мы позволим ему нашинковать всех обитателей замка словно капусту на суп? Лучшим решением станет немедленно запустить протокол «Плохого конца», и ты это сам прекрасно знаешь.       — Каким ещё «лучшим решением»? Ты-то сама понимаешь, что говоришь? Мне напомнить тебе, что по-настоящему «лучшим решением» станет недопущение этого самого «следующего запуска»? — остался стоять на своём Раинер.       — Ты всё ещё считаешь, что это сможет ему хотя бы как-то помочь? Как по мне, то уже нет совершенно никакой разницы, будет «следующий запуск» или нет. В любом случае это, — кивнула она в сторону Арсения, — уже не тот Арсений Павлович, которого мы оба когда-то знали. Это вообще уже никто.       — Заткнись! Ты сама-то понимаешь, что и кому говоришь?! Тебе не стыдно? — неожиданно накричал на неё Раинер, с крайне угрожающим видом сделав шаг по направлению к ней. Однако, одного этого шага ему оказалось достаточно, чтобы он успокоился и, махнув рукой, повернулся к Арсению. — Арсений Палыч, не слушайте те глупости, которые она там сама себе бормочет. Вы же и сами знаете, что она часто всякую ерунду, не подумав, говорит. Это так в стиле Риты…       Арсений долгое время просто молча смотрел на него, после чего, возможно, даже преувеличенно медленно перевёл взгляд на пол сарая. Ладонь, державшая черенок лопаты, будто внезапно ослабла, отчего «оружие» просто выпало из его рук. Казалось, оно не издало при этом слишком много шума, однако в ушах у Арсения по какой-то неясной причине в тот момент зазвенело, но это не был звонкий перелив колоколов. Скорее, это походило на множество голосов, одновременно в разнобой твердивших ему всевозможные бессмыслицы вперемешку с полнейшими глупостями.       «Следующий запуск»? О каком таком «следующем запуске» они говорили? Что они в принципе подразумевали под «запуском»? Ладно, а что насчёт «шинковать обитателей замка»? Они упоминали каких-то «обитателей», но ведь все чудовища, рыскающие за пределами этих стен, — враги, которые угрожают жизни и здоровью главной героини. Если он действительно хочет успешно достигнуть цели и вернуться домой, ему необходимо уберечь Иветту от их посягательств. Для этого он и взял в руки эту лопату. Именно её он и… Он и…       В голове у Арсения будто неожиданно что-то щёлкнуло. Его глаза широко распахнулись. И правда о чём он только сейчас думал? Пусть все жители королевства и выглядели как чудовища, но они всё ещё оставались людьми. Людьми, с которыми он буквально только что собирался расправиться при помощи случайно подобранной в сарае лопаты. С какой стороны на это ни посмотри, но это явно не могло быть правильным решением. Нет, это не могло быть решением, которое принял нормальный человек. Но в какой именно момент он в принципе начал рассматривать подобный вариант в качестве не то, что верного, даже допустимого? Он же всё-таки будущий врач, хоть и успел проучиться всего ничего. Его предназначение — спасение людей, а не нанесение им вреда. Правильно же, да?..       «Это вообще уже никто».       Земля под их ногами внезапно затряслась.       — Что происходит?! — воскликнула девушка. Практически сразу выронив своё оружие, она схватилась за стену, пытаясь удержаться на ногах.       — Что это?! Землетрясение?! — вслед за ней прокричал Раинер, тут же повернувшись лицом к Арсению. Тот, закрыв голову руками, опустился на корточки, начав что-то невнятно бормотать себе под нос. — Протокол уже запущен? Так быстро?       — Нет, ещё слишком рано! За это время они просто не успели бы обработать мой запрос! — выразила своё сомнение Иветта. В этот момент на неё чуть было не свалился один из заколоченных ящиков, хранившихся в сарае, но та успела вовремя отскочить в сторону. — Да что же это за...       — Арсений Палыч! Вы слышите меня, Арсений Палыч?! — подавшись к Арсению, обратился к нему Раинер.       — Ох, ответ на ваш вопрос довольно прост. Всему виной, как чаще всего оно и бывает, послужил сильный стресс, порождённый всей это ситуацией в совокупности. Ваши грубые слова, юная леди, стали последней каплей. Последовал сильнейший эмоциональный выплеск, который повлиял на способность Люсьена управлять «интенсивностью» окружающей нас магии, — раздался со стороны дверного проёма на удивление спокойный для этой ситуации голос. — Для исполнения сегодняшней иллюзии мне потребовалось собрать довольно много магических частиц, однако далеко не все из них, по итогу, оказались потрачены. И вот благодаря целому ряду совпадений они попали в руки этому способному парнишке, который, о неожиданность, имеет столь редкую врождённую способность. Совпадение-то какое. Никто даже и не ожидал, что такое может произойти. Плохо, очень плохо, — ирония не просто сквозила, она беспрерывным потоком лилась из его рта, полня собой всё дрожавшее, словно от землетрясения, пространство.       — Ты, — вскинув голову, с неприкрытой угрозой в голосе прошипела девушка, посмотрев в сторону фигуры великого волшебника, стоявшего по ту сторону от дверного проёма.       — Что «ты»? — переспросил у неё тот. — Юная леди, если вам есть, что мне сказать, то, прошу, не молчите. Я внимательно вас слушаю. Возможно, я даже успею дать вам свой комментарий или поделиться своими мыслями по предложенной теме. Конечно, если вы соизволите немного поторопиться, поскольку наш пожилой сновидец, кажется, из-за всего этого переполоха уже начал просыпаться. Ох-ох-ох, — тут же запричитал мужчина, — не представляете, как сильно я расстроился, когда понял, что мне не позволят продвинуться по сюжету дальше: ни расследование в королевской библиотеке, ни побег из королевства я так и не смогу увидеть, — прозвучало искреннее сожаление в его голосе. — Я, признаться честно, являюсь ярым поклонником творчества Пелагеи Андревны, так что с радостью посмотрел бы на «экранизацию» её ранних работ. Но вышло так, как вышло. При встрече передайте ей мои искренние извинения, ведь так вышло, что я немного «подправил» её историю. «Отредактировал» моменты, которые мне показались немного шероховатыми. Хм, получается, я в определённом смысле написал по её историям фанфик?       — Да что за бред ты несёшь?! — воскликнула девушка и попыталась с голыми руками накинуться на него. Но не успела она сделать и пары шагов, как раздался громкий звон разбитого стекла.       — Вот и всё, вот и конец, — без тени сожаления произнёс «великий волшебник». — Тогда до новых встреч, мои дорогие друзья.       И мир пал.

***

      [Запрос на повторение записи от 4/1/20.34. Тип воспроизведения: визуальное воспроизведение].       [Запускаем].       [Построение сцены…]       [Готово].

***

      …Сидевший на скамье на расстоянии вытянутой руки от великого волшебника Люсьен, впершись взглядом в собственные колени и крепко сжав руки в кулаки, приоткрыл рот и начал бессвязно бормотать себе под:       — Арсений… Павлович… Арсений… Павлович…       В глазах главы магической башни промелькнуло сложное чувство, и он даже невольно подался было к погрузившемуся в себя юноше, но в самый последний момент остановился. Криво усмехнувшись, мужчина покачал головой и расслабленно откинулся на спинку скамьи, устремив взгляд в сторону продолжавшей спорить друг с другом парочки. Став свидетелем их непрекращающихся препираний, Аполлинер улыбнулся немного шире, прищурив светло-карие глаза.       — Оставайся здесь. Я буду недалеко. Ты всегда можешь меня позвать, и я сразу к тебе приду, — с заботой в голосе произнёс великий волшебник и, опустив на грязную голову Люсьена ладонь, слегка растрепал его слипшиеся волосы. Впрочем, юноша никоем образом не отреагировал ни на его слова, ни на его движения. Словно старая пластинка, которую заело, он продолжал повторять одни и те же два слова, казалось, совершенно не замечая того, что происходит вокруг него. И пусть.       Посмотрев на него, Аполлинер улыбнулся ещё самую малость шире, после чего, опершись рукой о спинку скамьи, поднялся на ноги и размеренным шагом двинулся в сторону переругивающихся меж собой юношей. Те, впрочем, довольно скоро заметили, что он соизволил подойти к ним ближе, а это означало, что время для препираний закончилось.       Иветта, окончательно перестав пытаться быть с Раинером «вежливой», коленом ударила того в живот, после чего резко развернулась и ещё несколько раз выстрелила в сторону великого волшебника. Однако, тот, вероятно, и правда не за красивые глаза был избран в качестве главы магической башни: ещё до того, как той был совершён первый выстрел, он исчез, чтобы в следующее мгновение появиться за спиной у Иветты. Таким образом, все её выстрелы ушли «в молоко», но это её, казалось, совершенно не беспокоило. Поняв, что возможность воспользоваться оружием дальнего боя для неё потеряна, она решила немедленно продемонстрировать мужчине свои умения в ближнем бою, но внезапно ощутила, что её тело ей более не подвластно.       — Согласно правилам «Программы помощи начинающим Авторам», гамма-ридер должен осуществлять исправление «логических ошибок», правильно я говорю? Нигде не ошибся? — в донельзя серьёзном голосе Аполлинера послышались слабые насмешливые нотки. — Мне кажется, что эта чудесная вещичка, как раз является это самой «логической ошибкой». Если я сейчас же её «исправлю», мои старания зачислят на его счёт? — кивнул он в сторону Арсения.       Потянувшись к шее главной героини, Аполлинер без особого труда смог отыскать за воротом рубашки замочек от цепочки. Раздался еле слышный щелчок, после которого амулет с глухим звуком повалился на землю. Иветта, на глазах у которой это всё и произошло, дёрнулась было всем своим телом в его сторону, но её ноги так и не сделали ни единого шага.       — Не трать понапрасну свои силы. Я хорошенько постарался, так что эта вещица теперь всецело подчиняется законам этого мира: магии в ней больше нет, — словно усиливая эффект от произнесённых им слов, артефакт покрылся множеством мелких трещин, после чего беззвучно обратился в пыль. — А теперь я предлагаю вам, мои дорогие друзья, проверить эту историю на предмет наличия в ней других «логических ошибок». Так, настолько ли велика сила любви, как о той принято считать? Сможет ли целиком и полностью поглощённый своими идеями герцог Фрери заметить за очередным «субъектом эволюции» прелестную девушку? Сможет ли сама прелестная девушка доказать герцогу, что она нечто большее, чем «мать чистого человека»? — стоило этим словам прозвучать, как мужчина тут же зашёлся в громком заливистом смехе, который, правда, оказался остановлен им чересчур уж резко. — …Кхм-кхм. Не подскажите, именно так ведь должны говорить «главные злодеи», измываясь над, казалось бы, поверженной «главной героиней»? Мой опыт в этой роли весьма скуден, так что прошу слишком много от меня не ждать. В том случае, если всех всё устраивает, то я сразу перейду к той части, где Аполлинер, то бишь я, будет буквально на пальцах разъяснять всем в округе свою мотивацию. А пока сие действо будет происходить, один «смелый волчонок» подкрадётся к, как может показаться во время первого прочтения, бесполезному второстепенному герою и постарается помочь ему «прийти в себя», — его взгляд перешёл от девушки к Раинеру, который как раз успел «незаметно» подползти к Арсению. — Только вот план «смелого волчонка», к его огромному сожалению, окажется провальным.       Аполлинер поднял руку, собираясь, воспользовавшись собранной магией, нанести по тому удар, но в этот момент Иветта резко дёрнулась и с силой ударила того на опережение под дых. На лице великого волшебника, который, казалось, не ожидал от девушки столь подлого поведения, в первое мгновение отразилось удивление, после чего он нарочито сморщился и согнулся пополам. Главная героиня тут же развернулась и выстрелила в него, готовясь ощутить отдачу от выстрела, но этого так и не произошло. Раздался негромкий щелчок, после чего металл пистолета неожиданно стал на порядок более мягким и даже в некотором смысле упругим. Девушка с недоумением посмотрела на своё «оружие», ставшее обыкновенным, правда, самую малость переспевшим бананом.       — …Не стоит слишком сильно полагаться на помощь Старшего. Пожалели бы старика, всё-таки возраст уже даёт о себе знать. Возраст, а также это прекрасное место, — невесело усмехнувшись, осторожно выпрямился тот, продолжая держать руку у груди. — Да, от вас, молодёжь, нынче не дождаться прежней почтительности, — слегка покачал мужчина головой.       Иветта, не спуская с него внимательного взгляда, отступила на пару шагов от мужчины, после чего резко развернулась и на полном ходу помчалась в сторону Раинера.       — Стой, героиня, куда же ты! Мы же так и не успели проверить настолько ли крепки чувства герцога! — крикнул ей в спину великий волшебник, однако та не разумела его слов, в ответ ещё больше ускорив свой бег.       Аполлинер вздохнул и вновь поднял руку, намереваясь остановить их, но в этот раз «магия» внезапно не отозвалась на его «зов», хотя у него в запасе находилась ещё целая россыпь магических частиц. Мужчина с лёгким недоумением посмотрел на свою ладонь, после чего медленно сжал ту в кулак и опустил её, устремив свой взгляд на алое закатное небо. Пусть он не мог на нём никого разглядеть, однако смотрел тот всё же не в пустоту. Так или иначе, но его взгляд, принадлежавший обиженному в лучших чувствах человеку, всё же достиг своего адресата.       — И что же ты делаешь? Старший, честное слово, лучше бы ты и дальше продолжил тихонько доживать свои последние деньки вместо того, чтобы пытаться «веселиться» наравне с «молодёжью». Или же всему виной сама «молодёжь», что не в состоянии справиться без твоей помощи?       И сам вздохнув на этих словах совсем-совсем как дряхлый старик, великий волшебник, никуда особенно не спеша, вернулся на уже насиженное им место на старой скамье. К сожалению, пусть та и продолжала неизменно находиться на своём месте, однако юношу, составлявшего ему прежде компанию, самым бессовестным образом увели. Что за бескультурье, даже не попрощались.       Опустившись на скамью, Аполлинер расслабленно откинулся на спинку и вновь устремил свой взгляд на небо. Всё ещё вечерело. У вечера, безусловно, присутствовали свои несомненные достоинства, однако он совершенно не соответствовал той сцене, что должна была последовать за этим «внезапным» нападением. По его мнению, свет факелов, принадлежавших стремительно настигающей сбежавших погони, особенно зловеще выглядел бы во тьме ночи. А если сделать ночь к тому же и очень тихой, чтоб был отчётливо слышен каждый неровный шаг, то ощущения возрастут во много крат.       — Пусть немного побегают. Как говорится, движение — жизнь, — прикрыв глаза, устало пробормотал волшебник.       Тень, которую отбрасывало его тело, задрожала, после чего начала стремительно разрастаться, становясь всё больше и больше, пока не заняла собой всю площадку у фонтана. Замерев лишь на одно короткое мгновение, она, словно набравшись сил, резко поддалась вверх: тень начала приподниматься над землёй, имея при этом всевозможные, причудливые формы. Прошло не так уж и много времени, как вокруг уставшего волшебника встали несколько десятков чудовищ, направившие на него свои пустые, совершенно бездумные взгляды.       — Погоняйте их немножко по саду, всё равно это не продлится долго. Пусть немного разомнут мышцы. Устали, наверно, бедные, за письменными столами целыми днями сидеть, да совершенно бессмысленные строчки заучивать. А ведь им так ни разу и не представилось возможности воспользоваться магией. Обидно, наверно. Впрочем, в целом во всём этом, — махом руки очертил мужчина границы королевского сада, хотя в его «всём» было заключено куда больше, чем просто сад, — присутствует определённая доля романтики. «Красавица в королевстве проклятых чудовищ». Это была одна из первых прочитанных мною историй…

***

      — Как он там? — не сбавляя шага, крикнула Иветта.       Ловкость, с которой девушка умело маневрировала по саду, заслуживала искреннего восхищения. Могло показаться, что она знала каждый его закуток. Возможно, именно так дело и обстояло, однако наличие у неё знаний, которое должно было хотя бы немного её успокоить, отчего-то не придавало ей и капли столь необходимой в этот момент уверенности. Наоборот, с каждым последующим мгновением её тревожность продолжала нарастать всё больше и больше, грозясь в любой момент достигнуть своего пика. Не в силах справиться с переполнявшим её необъяснимым тягостным чувством, она и прокричала эти слова.       — Всё… Так же, — выкрикнул в ответ Раинер, тут же постаравшись восстановить сбившееся дыхание.       Впрочем, не было совершенно ничего удивительного в том, что ему всё никак не удавалось это сделать — мало того, что от него требовалось поспевать за этой девчонкой, которой, казалось, в самом прямом смысле этих слов вожжа под хвост попала, но и нести на своём плече находившегося в полубессознательном состоянии юношу. Тут уж лишь у исключительных «экземпляров» дыхание продолжало быть столь же размеренным. Он себя к таким не относил, поэтому продолжал возносить молитвы всем известным ему богам, чтобы девушка поскорее нашла место, в котором они смогли бы наконец-то перевести дух.       — Плохо, — только и смогла сказать в ответ та, резко нырнув в кусты. Вслед за ней, ни на мгновение не задумываясь, прыгнул в кусты и Раинер с Люсьеном на плече. — Спрячемся пока здесь, — махнув в сторону старого, небольшого сарайчика, отдала распоряжения девушка, после чего, не сбавляя шага, двинулась в указанном ею же направлении.       Сарайчик и правда оказался невероятно старым. Замок, висевший на двери, был скорее номинальным, ни один имевший маломальскую физическую подготовку человек не воспринял бы его в качестве сколько-нибудь серьёзного для себя препятствия. Не сделала этого и Иветта. Одним быстрым резким ударом, она сломала проржавевший насквозь металл замка, после чего распахнула дверь и в одновременно приглашающем и подгоняющем движении махнула всё же немного отставшему от неё Раинеру. Тот кивнул и на полном ходу ворвался внутрь, едва не врезавшись в кучу старого садового инвентаря.       — Переведём тут дыхание, а потом решим, что делать дальше, — зайдя в сарай вслед за ним, произнесла девушка, тут же захлопнув за собой дверь.       В течение некоторого времени в помещении раздавалось лишь тяжёлое дыхание двоих беглецов и неясное бормотанье третьего невольного участника этой странной компании. Наконец, девушка не выдержала и, раскрыв рот, смачно выругалась:       — Бл… — раздались крики птиц, - …во. Причём полнейшее, – не обратив на шум никакого внимания, добавила она.

***

      […Вот оно, значит, как. Пусть запись и оказалась вновь повреждена, но это не так уж и страшно. То, что нужно, я услышал. Увидеть ещё успею].       [Неужто вы смогли что-то понять из кривляний этой «штуковины»?]       [Можно сказать и так. Не будем ждать, запускайте сценарий №13].       [Так скоро? Но ведь Сергею Николаевичу нужно хотя бы немного отдохнуть…]       [Отдохнуть? Благодаря нашим товарищам, последний сценарий был обрублен на первой трети истории, так что не думаю, что он успел по-настоящему сильно устать. К тому же, «сопутствующий урон» оказался ещё серьёзнее, чем ранее. После такого процесс «распада», вероятнее всего, ускорится ещё сильнее. Нам нет смысла чего-то ждать. Приступайте].       [Как прикажете, Александр Александрович].

***

      Монитор был единственным источником света в тёмном помещении. В светло-карих глазах человека, смотревшего на него, долгое время отражался лишь белый шум. Но вот экран моргнул. Напечатанный стандартным крупным шрифтом текст появился в левом верхнем углу экрана.       [Представьтесь].       — Меня зовут Сье… Сеня. Арсений.       В его глазах отразилась стенограмма произнесённого им ответа.       [Ваш возраст?]       — Мне… Восемнадцать. Да, мне не так давно исполнилось восемнадцать лет.       [Ваш нынешний род деятельности?]       — Я школьник. Заканчиваю одиннадцатый класс.       [Ваше семейное положение?]       — Семейное положение? Не женат. Живу с… Я сирота. Оба моих родителя мертвы. Есть две сестры: старшая Ия и младшая сестра-двойняшка… Есения. Да, Ия любит называть нас «Сеня и Есеня». Говорит, что и родители, когда были ещё живы, любили к нам так обращаться. Они считали это забавным. Правда, теперь некому нас так называть, ведь Ия уехала на учёбу в город, а мы с Есенией так и остались жить вдвоём в деревне.       [Какова причина смерти ваших родителей?]       — Причина их смерти? Да, точно. Они же умерли. Наш отец любил охотиться в лесу, благо, живности там всегда было много. К сожалению, эта живность его, по итогу, и погубила: по весне его задрал медведь. Мы остались одни с матерью. Однако, жизнь в деревне нелегка. Может, это было связано с общим истощением. Может, это было предопределено судьбой, но она тяжело заболела и умерла. Так мы, по итогу, и остались одни. Я и… Сёстры. Да, Ия и Есения.       [Стандартная процедура окончена. Данные успешно сохранены. Разрешение получено. Приступаем к процессу загрузки].       […]       [……]       [Добро пожаловать в «Программу помощи начинающим Авторам»! Спешим обрадовать вас, вы были избраны нашей системой подбора кадров на должность гаммы-ридера].       [Как следует из названия программы, суть вашей работы заключается в оказании помощи «начинающим Авторам»].       [Далее вам будут предоставлены ответы на наиболее часто задаваемые вопросы].       [1. Кто такие «начинающие Авторы» и по какой причине им необходима помощь гаммы-ридера?]       [Авторы — это существа, различные по своему происхождению, но объединённые в отдельную группу по признаку наличия у них особой способности: всякая история, которая будет ими написана, обретёт право на самостоятельную «жизнь», встав в один ряд с остальным множеством миров. В связи с этим Авторам был присвоен «околобожественный» ранг значимости. Стоит заметить, что они не выделены в отдельный биологический вид. Авторы равномерно рассредоточены по всему множеству миров и в повседневной жизни практически ничем не отличаются от остальных представителей своего вида. Их «исключительность» проявляется только в тот момент, когда они приступают к написанию своих историй].       [Основная проблема заключается в том, что данная «особая способность» одинаково действует по отношению к тем мирам, которые были созданы умудрённым опытом Автором, к чьим стройной линии повествования и логике событий вопросов не возникает, так и к мирам начинающих Авторов, история которых за неимением у тех опыта полнится не только различными логическими ошибками, но и целыми сюжетными дырами. И всё бы ничего, но мир, в котором количество логических ошибок превышает определённую критическую точку, обречён на немедленное самоуничтожение. Это, в свою очередь, чаще всего приводит к повреждению соседних с ним «стабильных» миров, что проявляется в виде возникновения внутри них различных аномалий].       [2. Кто такой «гамма-ридер»? Какова его основная задача?]       [Вашей основной задачей является предотвращение процесса самоуничтожения мира. Поскольку вы достигаете её путём исправления логических ошибок вашей должности было присвоено название «гамма-ридер»].       [3. Почему для вас же лучшим решением станет согласиться содействовать нам? Какова ваша выгода?]       [Судя по имеющимся у нас данным, в настоящий момент времени ваш статус: кома, шанс выйти из которой, с учётом нынешнего уровня развития медицины в вашем мире, чрезвычайно низок. В качестве оплаты за выполненную работу вам будет предоставлена возможность повлиять на события, повлёкшие за собой принятие вами данного статуса. С этой целью мы свяжемся с Автором вашего мира и договоримся с ним об изменении истории].       [4. Условия выплат? Что вам необходимо сделать, чтобы получить своё вознаграждение?]       [Вам всего лишь необходимо успешно исправить логическую ошибку в мире одного из начинающих Авторов, т. е. оказать ему помощь].       [5. В каком количестве миров вам необходимо предотвратить процесс самоуничтожения?]       [В одном. Успешного спасения одного мира будет достаточно].       […]       [……]       [На этом вводная часть окончена. Активирована команда «Перенос»].       [Процесс загрузки проходит в стандартном режиме].