По эту сторону от себя

      — Ох-ох-ох… Так вот это «чем» или, если быть точнее, «кем» сейчас занята Розалинда, — с куда более широкой улыбкой на лице протянул судмедэксперт, едва при этом не присвистнув. — Привет, Барт. Не думал тебя здесь увидеть, — с этими словами он протянул спустившемуся по лестнице мужчине руку для рукопожатия.       — То же самое могу сказать и тебе, Эрик, — с ясно читающимся сомнением в голосе ответил ему Барт, но руку всё-таки пожал.       Между мужчинами повисла странная атмосфера, которую, казалось, ощущали все, кроме Эрика. Тот широко улыбнулся своему бывшему однокласснику и ответил ему крепким рукопожатием.       — А вот тут ты не прав. Я, между прочим, можно сказать, постоянный покупатель в этом цветочном магазине. Исправно заявляюсь сюда раз в две недели. Вот и теперь заглянул за своим следующим «подопечным», — кивнул он в сторону цветочного горшка.       Нежные лавандовые лепестки затрепетали из-за его движения, после чего настороженно замерли, будто они могли понять слова, что следом произнесла главная героиня:       — Что? «Подопечный»? Может, ты хотел сказать «жертва»?       Скрестив руки на груди, по лестнице вслед за Бартом спустилась Розалинда. Бросив короткий взгляд в сторону Арсения, она, нахмурившись, посмотрела на Эрика. Не нужно было быть пяти пядей во лбу, чтобы понять, что его появление в магазине её отнюдь не обрадовало. Интересно, почему?       — Не сыпь мне соль на рану, — поморщился Эрик. — Неужто ты и правда считаешь, что вся эта ситуация приносит мне большое удовольствие? Я, быть может, был бы и рад отнестись к заботе о них с большей ответственностью, но, сама понимаешь, моя работа… Я бы даже сказал «мой род деятельности». Так вот, он вносит свои коррективы во все мои «хотелки», — слегка покачал тот головой. — Даже сегодня. Только представьте себе, я вышел с работы на целых два часа позже предписанного. А всё почему? Потому что я слишком добр, меня слишком легко уговорить. Как жаль, что из-за этого у меня не остаётся времени быть добрым со своими «малышами», из-за чего те постоянно гибнут… — завздыхал мужчина.       Барт с Розалиндой, услышав его слова, незаметно переглянулись, однако наблюдавший за всеми тремя Арсений смог уловить их движения.       — …Произошло что-то серьёзное? Ты ведь задержался в бюро не потому, что «проспал» будильник, который обычно ставишь на время окончания своей смены? — скрестив руки на груди, осторожно поинтересовался у него Барт. Арсений посмотрел на главного героя — у бывшего полицейского явно включился режим «сбора информации».       — Барт, за кого ты меня принимаешь?! — с искренним возмущением в голосе воскликнул Эрик. — Я, между прочим, на протяжении всей прошлой ночи в поте лица своего трудился! Сначала — на месте преступления, а потом — в нашем морге, — фыркнул тот, после чего нарочито тяжело вздохнул. — Эх-эх-эх. Так оно чаще всего и бывает, — опёршись о стойку кассира, запричитал тот, обратившись к Арсению. — Мы, судмедэксперты, не носим цветастых плащей, сидим мёрзнем тихонько в своих «холодильниках», кутаясь в потёртые халаты... К чему я веду-то? А к тому, что наш труд перестали воспринимать всерьёз. Придумал тоже, «будильник». Мне, между прочим, запрещено не то, что спать, дремать на рабочем месте!       — На месте преступления? — пропустив большую часть его бравады мимо ушей, главный герой зацепился за ключевые слова и предпринял попытку повернуть русло разговора в нужном ему направлении. — Что-то и правда произошло? — повторил он свой предыдущий вопрос.       Эрик замер, после чего отвёл взгляд в сторону.       — …Что-то я у вас тут чересчур уж задержался. Парнишка, — обратился мужчина к Арсению, — я не сплю уже больше суток, так что память начала меня подводить. Не подскажешь, я уже оплатил горшок с флоксами, или Барт своим появлением всё-таки успел отвлечь меня раньше? — явно продемонстрировал тот своё нежелание обсуждать этот вопрос.       Увы, его желание ни капли не волновало главную героиню, которая, отметив, что попытки Барта не возымели должного эффекта, решила взять ситуацию в свои руки. Не дав Арсению времени на ответ, она сделала шаг вперёд и сказала:       — Чуть больше часа назад в мой магазин приходили двое полицейских. Они очень дотошно расспрашивали меня о последней встрече с одной моей хорошей знакомой, Алексой. Алексой Рид. Мне пришлось постараться, чтобы узнать причину такого их внимания. И знаешь, что? Оказалось, что она мертва. Точнее, её убили. Ты… Ты можешь просто взять и ответить на вопрос Барта? То, что ты сегодня ушёл с работы позже обычного, как-то связано с Алексой? — взгляд девушки был направлен прямо на него.       Её просьба показалась Арсению немного неуклюжей, будто она в этот момент старательно сдерживала себя, аккуратно подбирая каждое своё слово. Впрочем, реакция на её старания оказалась явно не той, на которую та надеялась: мужчина отвёл взгляд в сторону и сделал полушаг в сторону выхода.       Заметив это, она поспешно добавила:       — Клянусь, взамен на ответ я тебе не только этот горшок с флоксами бесплатно отдам, но и по первому твоему запросу буду новых «агнцев» на заклание посылать. Договорились?       — Ну почему сразу «агнцев»?! — вновь возмутился тот. Однако, предложение девушки, вероятно, всё же затронуло нужные струны его души, потому что, подумав, Эрик сказал, — Полиция уже рассказала вам о смерти Алексы Рид. Это большое горе для её семьи и близких, но за этим горем… За этим горем скрывается трагедия, часть правды о которой мне известна. Повторяю, только часть, и та в большей степени связана с моими профессиональными обязанностями. Так и быть, я поделюсь тем, что знаю, с вами, но только лишь потому, что с вами сейчас Барт. Ситуация, возникшая в нашем городе, уже давно требует разрешения, но у местной полиции будто не хватает сил, чтобы сделать это. Я надеюсь, что ты, дружище, станешь тем, кому их хватит, — посмотрев на того, с донельзя серьёзным видом произнёс Эрик. — И ещё. Позвольте мне взять с вас троих обещание, что эти сведения не уйдут дальше этих стен. Нет, я хочу, чтобы мои слова остались между нами тремя, потому что в ином случае, боюсь, они могут попасть в… Не те, мягко скажем, руки.

***

      В этот день корявая надпись «ОБЕД» появилась на доске, что стояла возле входной двери цветочного магазина, ещё до наступления полудня, а саму дверь надёжно заперли, чтобы никто не смог прервать рассказ Эрика. Поднявшись на второй этаж, они, переглянувшись, пришли к молчаливому согласию, что трём мужчинам не престало вламываться в комнату к молодой незамужней девушке, поэтому вчетвером прошли в комнату, которую на данный момент времени занимал Арсений. С горем пополам сумев устроиться, взгляды трёх пар глаз устремились в сторону судмедэксперта. Тот, вздохнув, покачал головой.       — Столько внимания, столько внимания… Ну, право слово, вы меня совсем засмущали, — понизив голос, посетовал Эрик, но никто из трёх его слушателей так и не подхватил его кривляния, продолжив пронзать его хмурыми взглядами. — Ладно-ладно. Пожалуй, начнём с того, что накануне вечером полиция была вызвана местной жительницей в подлесок, где свидетельница обнаружила тело, принадлежащее, предположительно, молодой женщине. Опять же, предположительно, этой «молодой женщиной» является Александра «Алекса» Рид, которую, насколько мне известно, к тому моменту времени уже два или три дня, как старательно искали по всему городу, — с явной неохотой приступил тот к своему рассказу. — Подчеркну, что ключевое слово здесь — «предположительно». Печальная правда состоит в том, что в нашей глуши нет возможности провести полноценную ДНК-экспертизу, поэтому нам ещё примерно день-два придётся ждать результат из лаборатории.       — Неужели возникли какие-то трудности в процессе опознания тела? — нахмурившись, задал вопрос Барт.       Эрик посмотрел на того и криво улыбнулся. Это было неприятно признавать, но тем человеком, у которого «возникли трудности» и которому пришлось потратить немало времени на то, чтобы собрать все сопроводительные документы и договориться о транспортировке образца, был он сам. Да и опять же настоящие герои не носят плащи, поэтому он не собирался хвастаться тем, что ему удалось сделать это в рекордные, между прочим, для всякого рода бумажной волокиты сроки и уже этим утром благополучно отправить образец ДНК на исследование.       — Ох, ещё какие трудности. «Тело» было обнаружено одной прелестной пожилой дамой, которая вечером выгуливала свою собачку в лесу. Собака, собственно говоря, и является той, кому эта прекрасная «находка» по большей части и принадлежит. Под «находкой» я имею в виду… Часть стопы, — на этих словах Барт нахмурился пуще прежнего, а Розалинда отпрянула назад, словно прямо в этот момент некто бросил ей эту «находку» прямо к ногам. — Эта часть стопы — единственное, что полиция на данный момент времени смогла отыскать, пусть и потратила на поиски всю ночь и большую часть дня. Впрочем, этим делом сейчас занимается «молодняк», который не теряет надежды всё-таки обнаружить оставшиеся части тела. «Старички» же небезосновательно полагают, что тем это сделать не удастся, поэтому они направили все свои усилия на попытки вычислить убийцу: опрос возможных свидетелей, проверка всех камер видеонаблюдения в округе. Мне неизвестно, на каком они этапе сейчас находятся и хоть сколько-нибудь успешны ли их попытки, — пожал мужчина плечами. — Мне и эти-то крохи удалось узнать по чистой случайности — с одним знакомым парнишкой-полицейским столкнулся, пока занимался оформлением запроса на ДНК-экспертизу.       — Но почему «старшее поколение» полицейских так уверено в том, что им не удастся отыскать… Оставшиеся части тела?       Чем дольше длился рассказ Эрика, тем мрачнее становилось выражение лица главного героя. Опёршись локтями о колени, Барт водрузил голову на переплетённые пальцы и, казалось, немигающим взглядом уставился на судмедэксперта. Удивительно, но последний не то, чтобы не терялся, будучи под самым настоящим «прицелом» его глаз, он продолжал сохранять расслабленную позу порядком уставшего человека, которого совершенно не волновала окружавшая его серьёзная атмосфера. Посмотрев на него, Арсений пришёл к выводу, что человека, который предыдущей ночью проводил изучение части чьей-то стопы, было просто невозможно смутить каким-то там «тяжёлым взглядом».       — Ох-ох-ох… А вот это как раз-таки та часть моего рассказа, о которой я бы вас попросил особо не распространяться. По крайней мере, до того момента, пока полиция не выступит с официальным заявлением, — посмотрев на Барта в ответ, затем Эрик прошёлся взглядом по двум другим присутствовавшим в комнате «внимательным слушателям». — На данный момент времени эта мысль всё ещё имеет неустойчивый статус «догадки», но уже абсолютное число привлечённых к этому делу полицейских твёрдо уверены в том, что в нашем чудесном тихом городке завёлся «серийник». Серийный убийца. И, вероятнее всего, свою преступную деятельность он осуществляет гораздо дольше, чем полиция может предположить по имеющимся у неё уликам. Как-то так, друзья, дела у нас и обстоят.       В комнате повисло молчание. На Эрика смотрели три разных человека, но в глазах каждого из них отражалось одно и то же чувство — неверие. И если в случае Барта и Розалинды это явно объяснялось тем, что они просто не могли поверить в то, что в их, как они сами искренне считали, тихом и уютном городке завелось такое «чудовище», то в глазах Арсения это чувство имело несколько иной оттенок.       Его неверие было ещё сильнее, чем у главных героев, потому что он, в отличие от них, знал о чём на самом деле была эта история. В ней никогда не было, да и не могло быть ни этого ужасного убийства, ни уж тем более серийного убийцы, который его, предположительно, совершил. Да, в ней не было ничего из того, что с ними сейчас происходило. Это полностью расходилось с тем, что некогда рассказала ему оператор.       — Предвосхищая все ваши дальнейшие вопросы: согласно предположению полиции, убийства совершаются уже больше пятнадцати лет. Почему же их тогда раньше не объединили в серию? Потому что вплоть до этого года для объединения всех дел не было совершенно никаких предпосылок, — Эрик перебрал пальцами, после чего сжал руку в кулак. — Значительно усложняло процесс объединения и то, что убийства совершались с очень большими для обычных «серийников» перерывами: в два, а то и во все три-четыре года, — он тяжело вздохнул. — Впрочем, всегда существует ненулевая вероятность того, что убийства совершались им куда чаще, просто полиции не удавалось отыскать тела жертв. В установленных эпизодах, которые уже точно решено объединить в серию, части тел, а в каждом из этих случаев удавалось отыскать лишь определённую, замечу, небольшую часть тела, обнаруживались лишь по чистой случайности силами наших наблюдательных сограждан. Люди, занимающиеся по утрам пробежкой, выгуливающие своих собак или решившие сходить по грибы… Все они были совершенно разными, несвязанными друг меж другом людьми, которые решили провести своё утро в ближайшем лесу и которые неожиданно наткнулись на такой чудесный «подарочек», — разъяснил тот им. — Ещё более подробные детали этой истории, уж извините, поведать я не смогу, потому что просто-напросто не знаю. Я не вхожу в группу непосредственно тех, кто занимается расследованием этого дела, просто порой моя обычная рабочая смена длится несколько дольше обычного из-за внезапных «находок», — пожал плечами мужчина.       — …Серийный… Убийца, — невнятно пробормотала Розалинда, после чего с силой замотала головой, отчего её собранные в высокий хвост волосы немного растрепались. — Это точно не может быть какой-то ошибкой? С чего у нас тут внезапно мог взяться серийный убийца? — на этих словах та по какой-то причине посмотрела не на Эрика, рассказавшего им об этом, а на Барта, который в ответ прикрыл глаза и слегка покачал головой. Девушка еле слышно невнятно выругалась.       — Тут и правда не знаешь, что лучше, — то ли не заметив, то ли предпочтя сделать вид, что не заметил этого, Эрик продолжил разговор. — С одной стороны, гораздо лучше искать одного убийцу вместо, допустим, десятка. С другой же стороны… С другой стороны, в этой ситуации противником полиции выступает очень жестокий и отнюдь не глупый человек, которому уже больше десятка лет удаётся уходить из-под чуткого взора наших доблестных стражей порядка. Кто знает, может, после официального заявления полиции тот затаится ещё лет на пять-десять? Ему это, может, даже и не составит особого труда. С его-то выдержкой, — покачал тот головой.       — Может, тогда вам не стоит об этом так во всеуслышание объявлять? Лучше немного повременить с этим? Ну, пока убийца не будет найден, — предложила Розалинда, но на этот раз нести ответ на её вопрос решил Барт.       Тяжело вздохнув, мужчина произнёс:       — Жителям города необходимо знать о том, что происходит. Конечно, это может спугнуть преступника, но в то же время предупредит появление новых жертв. Обеспечение безопасности местных жителей — первостепенная задача полиции, но в то же время никто не защитит себя лучше, чем ты сам. Так, настороженность горожан станет для полиции верным союзником, который позволит им сосредоточить все свои силы на поиске убийцы.       — Предупреждён, значит, вооружён, — резюмировал его слова Эрик. — Да и поиск убийцы — дело отнюдь не пары дней. Тут и за несколько недель или даже месяцев, может, не удастся справиться. За это время «блаженное неведение» может привести к смерти ещё нескольких человек, чему ни в коем случае нельзя позволить случиться, — добавил он тут же.       После этого комната Арсения вновь погрузилась в тишину. Каждый из четырёх людей, собравшихся в этот день вместе, задумался о чём-то своём, по той или иной причине не спеша делиться своими мыслями с остальными. Звуком, который нарушил повисшее между ними тяжёлое молчание, оказался резкий хлопок — Эрик ударил раскрытыми ладонями по коленям, после чего поднялся на ноги и с высоты своего роста воззрился на тех.       — Я рассказал вам всё, что знал сам. Вы все здесь взрослые люди, так что, надеюсь, сможете распорядиться этими знаниями так, как посчитаете верным, не умудрившись при это навредить ни себе, ни окружающим. Главное, прошу, не рассказывайте обо всём этом кому ни попадя. Напомню, что наш убийца всё ещё не найден. Так что, беря в расчёт теорию «шести рукопожатий», всегда существует вероятность того, что кто-то из нас напрямую или же опосредованно, но знаком с ним. Ну а я… — мужчина не сдержался и, прикрыв рот рукой, протяжно зевнул. — Ну а я собираюсь немедленно вернуться домой и как следует выспаться. Подумать только, я не сплю уже больше тридцати часов подряд. Ещё чуть-чуть и я засну прямо здесь, — слегка притопнул тот, — на коврике. Для человека столь уважаемой профессии это слишком позорно, поэтому, вы уж извините, но я пошёл. У тебя, — кивнул он Барту, — есть мой номер телефона. Если что, сразу звони, я отвечу. Розалинда, — обратился тот к девушке, — не могла бы ты меня проводить? Я бы и сам с радостью вышел, но, к сожалению, дверь в магазин заперта.       Главная героиня с недоумением в глазах посмотрела на него, после чего хлопнула себя по лбу и, поднявшись на ноги, повела его за собой вниз. Таким образом, в комнате остались двое: Барт и Арсений, — и если первый явно не ощущал какой-либо неловкости от этого, уставившись в пол и о чём-то глубоко задумавшись, то второму отчего-то в компании мужчины было немного не по себе. Может, на него так странно подействовала аура главного героя? Ведь не просто так тот служил в полиции, так ещё и периодически выезжал на какие-то невероятно опасные миссии? Арсений совершенно не разбирался во всём этом, но подозревал, что причина этого странного ощущения всё-таки была каким-то образом связана с его родом деятельности.       — …Ты явно выбрал не самое удачное время для того, чтобы приехать на отдых в наш город, — пока Арсений раздумывал на тему того, какая тяжёлая атмосфера всё-таки окружает главного героя, этот самый герой неожиданно решил обратиться к нему. Переведя взгляд с пола на подростка, тот воззрился на него, казалось, немигающим взглядом, после чего добавил, — Впрочем, если вся эта история длится уже далеко не один год, то у тебя просто не было ни единого шанса, чтобы приехать сюда «вовремя». Может, тебе… Стоит вернуться домой?       В связи с вновь открывшимися обстоятельствами того, что в «тихом и мирном» городке, по итогу, оказалось не так уж и безопасно, для Иэна, который приехал в это место просто для того, чтобы отдохнуть перед началом нового учебного года, было бы логичнее всего немедленно собрать все свои немногочисленные вещи и с ближайшим по времени автобусом уехать домой. Пожалуй, если бы на этот вопрос «он» и отвечал, то подросток тут же бы кивнул, соглашаясь с главным героем, но на месте Иэна находился Арсений, который просто не имел такой опции, как «уехать домой». В этом мире его «дома» просто не существовало.       Оператор, которая вызвалась быть его «компаньоном», внезапно исчезла, и теперь Арсений не знал, когда она вернётся, да и вернётся ли в принципе. Словно утопающий, что мёртвой хваткой вцепился в тонюсенькую соломинку, он цеплялся за мысль о том, что контракт, который с ним заключила «Программа», всё ещё не был официально расторгнут, а раз так, то ему следовало продолжать прикладывать все свои силы к тому, чтобы достичь поставленной перед ним цели.       Что от него глобально требовалось? Чтобы главный герой участвовал в расследованиях, в которые первой случайно «вляпывалась» главная героиня. И пусть декорации расследований по какой-то неведомой ему причине немного видоизменились, но суть истории оставалась всё той же: случилось «происшествие», в которое главную героиню «затянуло». Теперь ему необходимо было проследить за тем, чтобы то же самое произошло и с Бартом.       — …Но я не могу уйти, — пробормотав эти слова, покачал головой Арсений.       Барт отреагировал на его слова немного странно. Пусть его мрачный взгляд оставался всё тем же, однако на мгновение в глубине его чёрных глаз промелькнул… Испуг? Страх? Он чего-то испугался? Или испугался за кого-то? В любом случае это показалось Арсению странным, поскольку, во-первых, они не были достаточно близки, чтобы главный герой за него волновался, и, во-вторых, сам юноша явно не являлся тем, кого должен был бояться взрослый мужчина, который, к тому же, долгое время проработал в полиции.       — …Моя тётя останется здесь, — немного подумав, затем пояснил Арсений свои слова. — Как я могу сбежать, оставив свою тётю здесь совсем одну? Она всё-таки одинокая молодая женщина. Неизвестно, каким образом убийца выбирает своих жертв, но, думаю, это в любом случае звучит не очень безопасно. Кто знает, вдруг одним вечером в магазин заглянет последний «покупатель», цель которого будет далека от покупки цветов? А так нас будет хотя бы двое. Это уже сильно снижает шанс того, что выбор преступника падёт на тётю.       Барт внимательно выслушал его, после чего медленно кивнул, соглашаясь с его словами. При этом это странное чувство, что промелькнуло в его глазах, развеялось, будто его никогда и не было. Сказанное им объяснение смогло успокоить мужчину? В таком случае причиной изменения его настроения явно скрывалась в словах Арсения. Но что в них могло быть не так?       — Ты очень добрый мальчик, Иэн, — тем временем произнёс Барт. — Розалинде и правда очень повезло, что у неё такой не только храбрый, но и заботливый племянник. Но, случись что, пообещай, что не будешь излишне геройствовать. Что бы ни произошло, первым делом трезво оцени обстановку вокруг на предмет опасности для себя самого, и только потом принимай то или иное решение. Как однажды сказал мой непосредственный начальник: «Один труп всегда лучше двух трупов». Может прозвучать немного грубовато, но так оно и есть. Количество возможных жертв всегда нужно стараться минимизировать. Это один из основных принципов, которого всегда и во всём следует придерживаться.       Арсений молча слушал того да с серьёзным видом кивал, однако, не совсем понимая, к чему тот вёл. Конечно, сам он объяснил свой отказ уехать тем, что он волнуется о безопасности своей тёти, но по какой причине главный герой говорил об этой ситуации так, словно столкновение с «серийным убийцей» для них неминуемо? Пусть для описания этого города и любили использовать определение «небольшой», но даже так тут жило не меньше пяти-шести десятков тысяч жителей. Уже хотя бы по этой причине вероятность того, что они ни разу не видели лица убийцы, пусть и не была нулевой, но настойчиво стремилась к этому. Куда более вероятно было то, что полиция всё-таки возьмёт себя в руки и как следует займётся этим делом. Впрочем, не стоило забывать, что главная героиня — это всё-таки главная героиня. Хочет она сама того или нет, но любое даже мало-мальски вероятное событие вполне может произойти именно что с ней. А кто на данный момент был ближе всего к Розалинде? Её единственный племянник, место которого и занимал Арсений.       — Обещаю, что прислушаюсь к вашему совету, — всё с тем же серьёзным видом произнёс юноша.       — Что за совет? Один из тех «легендарных» мужских советов? — немного нервно фыркнув, поинтересовалась Розалинда, вернувшись в комнату. — Я отправила Эрика домой. Выглядел он, конечно… В общем очень надеюсь на то, что он сможет благополучно добраться до своего дома, а не заснёт на ближайшей к нам лавочке, — хмыкнула та, после чего посмотрела на оставшихся в комнате мужчин. — …Новость об «убийце», конечно, не из приятных, но что поделать? Мы с вами можем лишь продолжать жить, как жили, терпеливо дожидаясь новостей от нашей доблестной полиции, — пожала она плечами.       Со стороны было особенно заметно то, насколько натужной была её видимая расслабленность. В её лице и движениях отчётливо прослеживалось внутреннее напряжение, и в этом не было совершенно ничего странного. Мало того, что её подруга пропала без вести, так ещё и с её телом, если обнаруженная стопа действительно принадлежала Алексе, поступили столь отвратительным образом. А над столь полюбившимся ей городком повисла тень чудовища, истинное число жертв которого всё ещё не было до конца известно. Её страх был естественен, но она не желала его демонстрировать, скрыв его за кривой улыбкой.       — Только это нам и остаётся. Ждать, — посмотрев на девушку, согласился с ней Барт, вставая со своего места. — Я, наверно, вернусь домой. Если у вас что-то произойдёт, то сразу звоните мне, я немедленно приду, — Розалинда кивнула.       Отчего-то Арсению показалось, что его предложение было воспринято ею куда серьёзнее, чем предложение Эрика. Вероятно, потому что бывший полицейский показался ей куда более надёжным человеком.

***

      После того, как им была открыта эта далеко не самая приятная правда об их городке, мир за окном цветочного магазинчика ни капельки не изменился, но внутренне изменились те, кто в это самое окно глядел. Безусловно, подозревать каждого встречного было неправильно, но поселившаяся в их душах тревога просто не позволяла им смотреть на каждого заходившего в магазин покупателя не без лёгкого подозрения во взгляде.       Не мог прекратить это делать и Арсений, что возился с цветами и краем уха постоянно прислушивался к тому, что происходит в зале. Подумать только, история, которая изначально повествовала о нахождении главными героями внутреннего покоя, неожиданно обратилась триллером, в котором буквально у каждого персонажа вполне себе могла появиться «чудесная» возможность стать очередной жертвой серийного убийцы. И эта резкая, непредсказуемая смена жанров выпала именно что на долю Арсения.       Так, может, именно по этой причине оператор и решила сбежать? В отличие от неопытного Арсения она смогла заранее понять, что как самовольные персонажи, так и в целом сюжет этой истории незаметно перешли ту грань, до пересечения которой его потуги изменить безрадостный конец имели хоть какой-то смысл, и теперь ему оставалось лишь сидеть и смиренно дожидаться наступления безрадостного конца? Она повела себя как крыса, став первой, кто бежал с их тонущего корабля. Да и чего уж, в конце концов, никто так и не рассказал ему, что произойдёт конкретно с ним, если он провалит свою «миссию». Возможно, именно это и подразумевалось с самого начала — провал миссии ведёт за собой и его собственную гибель. Ведь всё равно один раз он уже умер.       — Ты чего это завис? — на плечо Арсения неожиданно опустилась женская рука, а над головой раздался мягкий голос Розалинды. — Я тебя уже минут пять тебя зову, а ты всё не отзываешься. Ну же, пойдём ужинать. Я разогрела пиццу в микроволновке, но за это время она уже, наверно, снова успела остыть, — она на мгновение замолкла, после чего сделала глубокий вдох и призналась. — Если честно, я её купила ещё чёрт пойми когда, но по срокам годности должно быть всё нормально. Может, сходим завтра в магазин за продуктами? Наберём чего-нибудь вкусного, а потом вместе приготовим?       С каждым последующим словом голос девушки становился всё мягче и мягче. Арсений всё никак не мог взять в толк, что в её тоне приходит ему не по душе, а потом внезапно осознал. Так говорят с озлобившимся опасным животным, которое всеми силами пытаются успокоить. Эта ассоциация точь-в-точь подходила для описания этой ситуации, но вот только он сам не был ни озлобившимся, ни опасным, ни уж тем более животным. Но не мог же он напрямую спросить её о причине этого. Для этого сначала нужно правильно сформулировать свой вопрос, на этапе чего он и застопорился. Так и не сумев подобрать нужных слов, он кивнул, после чего пообещал прийти сразу, как только окончит менять воду для цветов. Девушка, в свою очередь, всё с той же улыбкой сказала, что будет ждать его на кухне, а затем оставила его.       Только когда её фигура скрылась с его поля зрения, Арсений наконец смог понять, какая именно эмоция волей-неволей, но всё-таки мелькала в её голосе и движениях. Это снова была настороженность. По какой-то неведомой ему причине главная героиня действительно его опасалась. Но что он сделал не так? Может, она подозревала его в серии убийств? Нет, глупость какая-то. Она точно так же, как и он сам, слышала слова Эрика о том, что убийства продолжаются на протяжении не меньше десятка лет, а Иэн только в этом году в первый раз приехал к тёте в гости, которая и сама не так давно поселилась в этом месте. Может, тогда она каким-то образом смогла понять, что её племенник — не совсем её племянник? Нет, вероятность этого крайне мала, да и доказать это невозможно. Всё-так это тело принадлежит Иэну.       Причина столь странного отношения к нему со стороны девушки явно была иной, но сколько бы Арсений ни ломал над этим голову, ему всё никак ничего не приходило на ум. А раз так, то ему оставалось только ждать и внимательно наблюдать, чтобы не пропустить какую-нибудь подсказку, которая могла бы помочь ему это сделать.       Вскоре Арсений заметил, что главная героиня начала довольно часто с кем-то созваниваться. Нельзя было утверждать, что она буквально «висела» круглыми сутками на телефоне, но за тот вечер она совершила не меньше трёх или четырёх звонков, хотя прежде на его глазах даже не держала мобильный в руках. Да и, вероятно, каждый раз она звонила одному и тому же человеку. Точнее он узнать не смог, поскольку девушка предупредительно выходила из комнаты, если они в тот момент оказывались в одном помещении. Мало того, что это выглядело чересчур уж подозрительно и только из чистой вежливости, а также нежелании ставить Розалинду в неудобное положение не позволили ему напрямую указать ей на это, это ещё и напомнило Арсению о том, что у него, между прочим, тоже должен быть был мобильный телефон. Ведь у всех подростков он должен быть, правильно?       Сам Арсений всю свою жизнь провёл в довольно-таки уединённой деревеньке, в которой просто не было нужды иметь мобильный телефон. Да и связь в их местности до поры до времени была столь отвратительной, что и дозвониться до кого-ли в принципе не представляло возможным. Первый в его доме мобильник появился только тогда, когда его старшая сестра решила уехать учиться в город. Она сама приобрела два телефона, чтобы всегда быть на связи со своими младшими. Впрочем, произошли все эти события незадолго до того, как с Арсением случилось это несчастие, и он стал участником «Программы помощи начинающим Автором», так что он даже не успел привыкнуть к тому, что в его жизни появилась такая «приблуда». По этой причине он даже и не попытался отыскать его в вещах Иэна, да и как-то неправильно это было, копаться в чужом телефоне. Однако, с момента его появления в этом мире ситуация довольно сильно изменилась, так что «правильно» это и ли нет перестало быть важным.       С наступлением ночи Арсений пожелал Розалинде крепкого сна, после чего вернулся в свою комнату. Направившись сразу к кровати, он с осторожностью достал из-под неё сумку Иэна, в которой телефон, как тот предполагал, и должен был находиться. Ведь где, если не там? В карманах тех шорт, в которых он приехал в гости к главной героине, ничего подобного точно не было, так что мобильный, если он у Иэна всё-таки был, явно лежал там. Правда, как только Арсений приступил к поискам, то сразу вспомнил, что в последний раз, когда он проверял содержимое сумки, ничего подобного ему найти так и не удалось. С другой стороны, все его мысли в тот момент захватила та злополучная пачка сигарет, которую…       Которую на этот раз ему найти так и не удалось.       Вместо неё на самом дне сумки преспокойно себе лежал мобильный телефон Иэна. Взяв его в руки, Арсений по чистой случайности снял блокировку с помощью отпечатка пальца, искренне испугавшись, когда экран внезапно загорелся. Мысленно извинившись перед настоящим Иэном, он приступил к изучению файлов телефона.       Впрочем, те не смогли поразить его своим многообразием. Телефон Иэна был… Почти полностью пуст: на нём не было сохранено ни одной фотографии или видеозаписи, ни одного установленного, помимо стандартных, приложения, а также всего один сохранённый в телефонной книжке номер, который, что удивительно, принадлежал вовсе не матери подростка, а некоему «Полу». Да и от этого самого «Пола» ему пришло всего лишь одно сообщение, датируемое днём его приезда в гости к Розалинде: «Без проблем добрался?». Только три этих слова, ни перед, ни после которых ничего более напечатано не было.       Прочитав их не меньше десятка раз, Арсений нахмурился. Его посетила догадка, что этот телефон, вероятнее всего, не был «основным» телефоном Иэна. Он больше походил на те недорогие телефоны, которые были тайно куплены с вполне себе определённой целью, например, для общения с человеком, с которым общаться в открытую по той или иной причине запрещалось. Но кто этот таинственный «Пол» и почему для общения с ним Иэн решил завести отдельный телефон? Подросток ведь не занимался чем-то незаконным? И если это «тайный» телефон, то где его «основной» мобильный?       Пол: [О, наконец-то прочёл].       Пол: [Я уже думал вызывать бригаду спасателей].       Внезапно после единственного сообщения возникло ещё несколько коротких сообщений. Подняв взгляд на шапку профиля «Пола», Арсений увидел, что напротив имени его собеседника появилась небольшая пометка «в сети».       Пол: [И тишина. А ведь всё прочёл].       Пол: [Давай, ответь мне что-нибудь, иначе я решу, что кто-то взломал твой телефон].       Отчего-то последняя строчка так взбудоражила Арсения, что он тут же поспешил переубедить его в этом.       Я: [Нет].       Я: [Это я].       Я: [Никто не взламывал мой телефон].       Пол: [Ахахахахахах].       Со вздохом усевшись на кровать, Арсений недоумённо воззрился на последнее сообщение. И что этот смех должен был означать? Этот «Пол» посмеялся из-за того, что он так судорожно ответил на его сообщение, или того так сильно рассмешила его попытка притвориться Иэном? Первое было не сказать, чтобы приятно, но всяко лучше, чем второе.       Пол: [Ну и как тебе в гостях у тёти? Не заваливает работой? Ты всё-таки поехал отдыхать, а не в трудовой лагерь].       Я: [Я ей помогаю, но не потому, что она меня заставляет, а по своему желанию].       Я: [Она всё-таки меня кормит].       Пол: [Ахахахахахах].       На этот раз Арсений отвечал на сообщения другого человека куда более вдумчиво и осторожно, но даже так ему не удалось добиться успеха — над ним снова посмеялись. Но что такого смешного он написал? Лишь правду как она есть. Может, ему не стоило этого рассказывать? Просто написать, мол, «да, именно так я и делаю»? А что бы в таком случае написал сам Иэн? Этого, к сожалению, он узнать никак не мог, поскольку в телефоне не сохранилось ни единого сообщения, что позволило бы ему понять, какой была манера письма у истинного хозяина этого мобильного.       Пол: [Какой честный ребёнок].       Пол: [Помогать старшим — это правильно…]       Пол: [Но].       Пол: [Не все взрослые, прося о помощи, руководствуются благими намерениями. У многих из них… В головах проскальзывают довольно тёмные мыслишки].       Пол: [Будь осторожен].       Я: [Что ты имеешь в виду?]       Арсений напечатал ответ и отправил его, после чего напряжённо воззрился на экран мобильного телефона. Ладно, тот по какой-то неизвестной причине назвал его «ребёнком», но, вероятнее всего, это было обыкновенным поддразниванием, но к чему были сказаны последние его слова?       Пол: [Страшнее всего для взрослых, управляющих своей жизнью людей потерять этот самый контроль. Они ничего не понимают и ничего же не могут с этим поделать. Это и правда страшно. Но трудно бояться нечто абстрактное, так что в качестве первопричины своих страхов они, скорее всего, решат избрать тебя. Неприятно это осознавать, впрочем, до конца осталось недолго].       Пол: [Каким бы долгим ни был кошмар, рано или поздно спящий проснётся].       Пол: [А если он не захочет это сделать, то я ему помогу].       Пол: [Поправка: мы ему поможем].       Пол: […Но много ли с тебя будет толка?]       Последние сообщения так сильно испугали Арсения, что он невольно отшатнулся, прижавшись спиной к стене. В процессе этого он случайно выронил телефон из рук, и тот с шумом упал на пол. Но юноша не поспешил немедленно поднять его. Вместо этого Арсений ещё сильнее прижался спиной к стене, напряжённо глядя на экран мобильного телефона, словно это была какая-то ядовитая опасная тварь, готовая в любой момент прыгнуть на него. Ему что-то говорили о страхе? Теперь и его самого немного потряхивало от этих странных сообщений.       — …Если я до этого совершенно ничего не мог понять, то теперь и подавно, — еле слышно пробормотал Арсений.       Разве это не должна была быть тихая и спокойная история о том, как двое главных героев в компании друг друга обретают внутренний покой, так какого чёрта это всё с ним сейчас происходит?! Смерть одного из важных второстепенных персонажей, появление серийного убийцы, который орудует в городе больше десятка лет, так ещё и эти пугающие сообщения!       …И если с первыми двумя пунктами он ничего не мог поделать, то вот этому «третьему пункту» сейчас точно ой как не поздоровится! Зачем он его пугает?! Зачем пишет все эти странные вещи?! Разве он ему что-то сделал?! Нет! А раз так, то он в ответ обругает его так, что у него больше ни единой мысли не возникнет о том, чтобы писать Иэну! Держа последнюю мысль в голове, Арсений собрал все свои силы в кулак и, резко выдохнув, потянул руку к упавшему телефону. Но того там не оказалось.       Встав с кровати, Арсений внимательно осмотрел пол вдоль и поперёк, но искомый предмет ни с первого, ни со второго взгляда обнаружить ему так и не удалось. Посмотрев в сторону кровати, он мигом сообразил, что тот, вероятно, мог как-то отскочить от пола, пока Арсений вставал с кровати, и упасть куда-то под кровать. Немедленно забравшись под оную, юноша тщательно ощупал всё пространство под кроватью, но телефона там не оказалось. Постепенно сила негодования, которая подталкивала его к тому, чтобы написать «Полу» пару «ласковых», ослабла, и на её место пришло недоумение. Странный мобильный телефон, что был неожиданно им найден, столь же внезапно и исчез, оставив на своём месте лишь… Пачку сигарет?       В этот же момент Арсений обнаружил в самом дальнем от него углу под кроватью пачку сигарет, которая выглядела точно так же, как и та, которую он находил прежде. Пожалуй, это она и была, поскольку в ней всё так же находилась одна-единственная последняя сигарета, на которую Арсений с крайне сложным выражением лица и воззрился. То открывая, то закрывая картонную крышку, он неотрывно наблюдал за этой самой сигаретой, пока в какой-то момент не поймал себя на том, что его рука потянулась к ней, почти вынув её из пачки. Замерев, он недоумённо посмотрел сначала на сигарету, а потом на свою руку, после чего покачал головой и опять спрятал пачку на самое дно спортивной сумки.       — …Кажется, мне надо пойти и выпить немного воды, — пробормотал Арсений, убирая сумку под кровать. — А, может, и не немного, а целый стакан. Или даже несколько.       Так и не определившись, насколько сильно ему хочется пить, он покинул комнату и начал спускаться вниз по лестнице, на первый этаж. Уже стоя на нижних ступеньках, он услышал, как захлопнулась входная дверь. Он остановился, недоумённо посмотрев перед собой. Неужто главная героиня решила куда-то на ночь глядя сходить? Или же она уже откуда-то вернулась?       — …Тётя Розалинда? — выйдя в зал для покупателей, позвал он ту.       — Чего тебе? Если ты что-то сказал, то я не услышала! Поднимись и повтори! — отозвалась она. Приглушённый женский голос прозвучал со стороны второго этажа.       — Нет, ничего! — уже громче произнёс Арсений, оглянувшись и посмотрев в сторону лестницы. — Просто мне послышалось, будто кто-то хлопнул входной дверью, вот я и подумал, что…       Стоило ему посмотреть перед собой, как его объяснение оборвалось ровно на середине фразы. Его взгляд неподвижно замер на одной конкретно точке, а глаза широко распахнулись то ли от удивления, то ли от страха. На столе в хрустальной вазе окружённый холодным сиянием луны одиноко стоял один-единственный фиолетовый нарцисс. И всё бы ничего, да вот только последний букет нарциссов был продан ими ещё вчера, и этих цветов в магазинчике главной героини больше не осталось. Ни одного.