По эту сторону от себя

      Вероятно, то, что Арсений так резко замолк, оборвав свою фразу ровно на середине, обеспокоило девушку, потому как вскоре со стороны второго этажа послышались её поспешные шаги. Не прошло и нескольких мгновений, как вниз по лестнице, кутаясь в свой длинный тёплый халат, спустилась Розалинда. Шаркая домашними тапками, она подошла к Арсению и, остановившись у него за спиной, с донельзя недовольным видом похлопала его по плечу.       — Эй, дитё, ты почему не отзываешься? Я уж было подумала, что с тобой что-то случилось… — уперев руки в бока, всё тем же недовольным тоном потянула она. — Да на что ты там всё смо… — заметив, что тот совершенно не реагирует на её слова и действия, девушка обошла его и посмотрела на то, с чего на протяжении всего этого времени он не спускал глаз. — …У нас ведь закончились абсолютно все нарциссы, я ведь ничего не путаю? — медленно сделав шаг назад и встав плечом к плечу с Арсением, осторожно поинтересовалась Розалинда. Тот ответил на её вопрос коротким кивком. — А эта ваза тоже должна стоять не здесь, а в шкафу? В шкафу, который у нас на кухне? — на этот раз он ответил лёгким пожиманием плеч. Увы, но такие подробности юноша уже не знал. — Да-да, она стояла именно там. Я самолично убрала её туда, потому что она одним своим внешним видом истязала моё чувство прекрасного. Даже можно сказать, что она резала своим проклятым хрусталём мне глаз, — пусть девушка и говорила какие-то несусветные глупости, однако голос её ощутимо дрожал. Позже Арсений заметил, что не только голос, её всю потряхивало от страха.       Они оба вспомнили, что незадолго до своей смерти Алекса начала получать от своего «тайного поклонника» букеты нарциссов, и теперь один такой цветок неожиданно появился в доме Розалинды. Не у входа в магазин. Внутри. Преступник смог каким-то образом заполучить доступ в магазин.       — Тише-тише, всё хорошо, — ощутив, как девушка мёртвой хваткой вцепилась в его предплечье, Арсений повернулся к ней лицом и предпринял неловкую попытку её успокоить. Впрочем, его попытка оказалась не только неловкой, но и неудачной, поскольку после этих слов хват Розалинды стал только крепче.       — Да что же за безумие такое здесь, чёрт меня подери, происходит… — плотно зажмурив глаза и уткнувшись лицом в его плечо, беспомощно пробормотала она.       В эту ночь они внимательно проверили абсолютно все окна и двери в доме, после чего вместе устроились в комнате Иэна. Девушке, конечно же, в пользование была предоставлена кровать, в то время как Арсению обустроили весьма «комфортабельное» место на полу. Впрочем, они оба смогли заснуть только ближе к утру, когда окна коснулись первые лучи рассветного солнца, и проспали в общем всего около двух или трёх часов. Проснувшись же, они ещё раз внимательно осмотрели каждый закуток дома, но на этот раз уже при дневном свете, после чего, наскоро позавтракав, отправились покупать новый замок на входную дверь магазина.       — …Почему бы нам прямо сейчас не пойти в полицейский участок и не сообщить им о том, что произошло вчера вечером? Вполне вероятно, что человек, который оставил нарцисс на первом этаже, и есть тот самый серийный убийца, — стоя у присевшей на корточки девушки, произнёс Арсений.       Они находились в магазине, в котором продавались товары для дома, и главная героиня с видом непризнанного мировым сообществом эксперта подбирала новый замок к входной двери своего цветочного магазина. При виде неё у Арсения зародилось подозрение, что та не без причины оставалась в статусе именно что «непризнанной», впрочем, и сам он совершенно ничего не смыслил в выборе замков, поэтому и не лез к ней со своими советами. Их у него попросту не было.       — Наивный чуко… — девушка неожиданно зашлась громким кашлем, после чего продолжила. — Наивный ребёнок, думаешь, что полиция нам хоть чем-нибудь сможет помочь? Пусть тебя лишний раз не обнадёживают слова Эрика, на самом деле в нашем полицейском участке по-настоящему действующих офицеров всего три с половиной калеки, которые на данный момент времени явно заняты сбором информации по делу Алексы. Как думаешь, что они сделают, когда я заявлюсь в участок и обращусь к ним со словами, мол, «я, владелица цветочного магазина, нашла в зале, где продаются цветы, только представьте себе, цветок», — на этих словах Розалинда закатила глаза. — Как думаешь, что они мне на это скажут? — и, совершенно не дав ему времени на обдумывание, сама же дала ответ на свой вопрос. — Вот мне отчего-то кажется, что мне просто посоветуют поменьше работать и побольше отдыхать. Я ведь «явно забегалась», вот и «совсем забыла об этом несчастном цветочке». Поверь уж мне, никто не будет приставлять к нам целый полк полицейских, которые встанут по периметру магазина с автоматами и будут держать на мушке всех подозрительных личностей. Как верно отметил Барт раньше, спасение наших жизней находится в наших руках, — продемонстрировала та ему свои ладони, держа при этом в одной из них новый замок. — И этими самыми руками я собираюсь вставить во входную дверь новый замок. Ну или не совсем «своими».       А чьими именно руками она собралась это делать, Арсений узнал этим же днём, когда на пороге цветочного магазина появился растерянный Ленни, которому без каких-либо красивых слов и излишне вежливых просьб взяли, да и вручили в руки новый замок, после чего указали на входную дверь. Леннард, который явно пришёл к Розалинде с совершенно иными намерениями, сначала посмотрел на вручённый замок, потом перевёл взгляд на пакет, что был под завязку набит принесёнными им сладкими закусками и чаем, а затем снова на замок. Осознав, какую цель преследовала девушка, когда позвонила ему, он с тяжёлым вздохом развернулся и с поникшим видом подошёл к входной двери, возле которой его уже поджидал ящик с инструментами, заботливо принесённый всё той же Розалиндой.       — Ох, ты что-то с собой принёс? — будто невзначай отметила та, нарочито холодно посмотрев в сторону принесённого им пакета. — Ты пока разбирайся с замком, а я в это время всё к чаепитию подготовлю. Иэн, ты как? Со мной пойдёшь на кухню или с замком Ленни поможешь? Ладно, я уж как-нибудь сама со всем этим добром постараюсь справиться, а ты пока лучше нашему «на все руки мастеру» помоги. Нет, не так. Проследи за тем, чтобы мы с тобой не остались без входной двери, тогда у нас точно тут проходной двор образуется, — в знак окончания своей речи она фыркнула, после чего развернулась и уверенным шагом направилась в сторону кухни, совсем скоро скрывшись от них в глубине дома.       — И вот она всегда так поступает, — негромко пробурчал Ленни и вновь завздыхал. — Если хочешь, то можешь идти за ней. Не думаю, что мне тут понадобится помощь.       — …Если я прямо сейчас пойду за ней, то точно стану свидетелем её преступления, а свидетели, как известно, долго не живут, — покачал Арсений головой, посмотрев по направлению к кухне.       — Думаешь, она всё-таки не сможет нас дождаться и начнёт есть первой? — задал мужчина вопрос и тут же сам на него ответил. — Ладно, согласен. Это был глупый вопрос. Правильнее будет спросить, успеем ли мы справиться с заменой замка до того, как она всё съест, — усмехнулся тот, после чего приступил к тому, ради чего, как выяснилось, его в цветочный магазин и позвали. — Кстати. Совсем забыл об этом спросить. А с чего вы сменой замков внезапно озаботились? Неужто до Розы, как до утки — на пятые сутки, наконец-то дошли мои слова о том, что «скупой платит дважды» и что «на чём-чём, но на своей безопасности экономить не стоит»?       — Ваши слова? — недоумённо переспросил Арсений.       — Эх, значит, всё-таки не они, — завздыхал Леннард. — Дело в том, что один раз её уже чуть было не ограбили. Это, насколько я помню, произошло через пару месяцев после её переезда сюда. Тогда она решила в срочном порядке поменять замок на входной двери, но поспешила и купила первый попавшийся, — кивнул он в сторону двери. — Я ещё в тот раз пытался втолковать ей, что с таким же успехом можно поставить простую металлическую задвижку, но нет, мои слова предпочли пропустить мимо ушей. Ну и где мы теперь? — с совершенно такой же интонацией, что и главная героиня несколькими мгновениями ранее, фыркнул Ленни.       Глядя на него, Арсений невольно улыбнулся. И всё же между ними двумя было нечто неуловимо общее, что совсем не ощущалось, когда Розалинда находилась рядом с Бартом. Не было совершенно ничего удивительного в том, что Автор, написавший эту историю, по итогу, решил отойти от тропа «пара главных героев обязательно будут вместе» и связать свою главную героиню с Леннардом.       — Ладно, давай не будем тратить своё время на то, чтобы ворчать на Розу, а то она ещё вдруг случайно услышит, и тогда нам с тобой точно не поздоровится, — понизил Ленни голос, после чего продолжил говорить своим обычным тоном. — Давай лучше обсудим с тобой что-нибудь другое. Например, как тебе отдыхается в нашем чудесном городке? Не заплесневел ещё? — в ответ на недоумение, отразившееся на лице у Арсения, мужчина поспешил пояснить. — Понимаешь, однажды, когда утром шёл в свою чайную лавку, я стал невольным свидетелем одного разговора. Следом за мной шёл человек. Если судить по голосу, то это был приехавший к кому-то в гости подросток, который вслух, вероятно, по телефону сокрушался на тему того, что в этом «унылом месте» совсем скоро «уж точно заплесневеет». И эта его фраза отчего-то так сильно въелась мне в память, что я теперь невольно спрашиваю всех, кто приезжает на время в наш город погостить, успели ли они «заплесневеть» или это им ещё только предстоит сделать. А у тебя как это дело идёт? «Плесень» проявилась?       — Всё в порядке. Мне здесь нравится.       Если так подумать, то не так давно у него с главной героиней произошёл похожий разговор. И пусть ситуация с того времени сильно изменилась, однако, даже сейчас Арсений мог с чистой совестью признать, что это место пришлось ему по душе. Если бы не весь тот страх, что принесла с собой весть о существовании в городе серийного убийцы, то саму эту историю можно было бы вспоминать даже с некоторой теплотой — настолько ему понравились люди, с которым он за это время успел познакомиться.       — Да? — будто бы даже удивлённо переспросил Ленни. — Хочу тебе сказать, что такое случается не так уж и часто. Считай, что единичные случаи — казуистика, — пока они общались, мужчина, ни на миг не останавливаясь, продолжал возиться со сменой замка, то склоняясь над сумкой с инструментами, то разворачиваясь к входной двери. Только тогда, когда тот услышал ответ подростка, он замер, после чего повернулся к нему лицом. — Пусть в нашем городе тихо и спокойно, но с течением времени всё меньшему и меньшему количеству людей приходится по душе эта тишина. Я хочу сказать, что молодёжь сейчас скорее привлекает быстрый темп жизни в большом городе; многие молодые люди устремляются туда, всеми правдами и неправдами пытаясь закрепиться там. Вернуться же сюда означает признание в провале, в собственных несостоятельности и слабости, поэтому далеко не каждый решится на такое. А уж те, кто переезжает к нам из большого города, считаются теми ещё… Чудаками. Пусть будет так.       — Как тётя Розалинда? — осторожно поинтересовался Арсений. Леннард, вернувшись к своему делу, усмехнулся.       — О-о-о, Роза у нас та ещё чудачка. Ты и представить себе не можешь, — пробурчал тот с крайне недовольным видом. — Совершенно беспардонная женщина. Нет бы сразу мне сказать, что она меня по делу пригласила, я бы и быстрее пришёл, и над сбором тех пакетов так долго не страдал… Думаю, её план с самого начала в этом и состоял: меня — к двери, а пакеты — с собой на кухню, — заключил тот, после чего продолжил молча возиться с замком, который с переменным успехом то поддавался его усилиям, то вновь начинал артачиться, тем самым сильно напоминая хозяйку этого цветочного магазина. — Да и ты тоже, как я посмотрю, тот ещё чудак, — затем неожиданно добавил Ленни. — Может, у вас это семейное, а?       — Кто знает? — отведя взгляд в сторону, неопределённо ответил Арсений.       Возможно, Иэну с Розалиндой и были присущи какие-то общие для их семьи черты характера, однако отвечавший на этот вопрос Арсений был абсолютно чужд этой семье, поэтому и не мог ответить на этот вопрос однозначно. Если между ним и главной героиней и было что-то общее, то это никоем образом не было связано с их родственными связями.       — Кому-кому, но не тебе, Ленни, называть кого-то «чудаками», — раздался из-за приоткрытой входной двери мужской голос. — Вы с твоим старшим братом и сами те ещё «чудаки». Барт, как говорит наша с вами общая весьма общительная знакомая, ещё и умом «немножко тронулся», раз решил променять успешную карьеру в полиции на приготовление пирожных в нашем городке. Но тут я не берусь давать экспертную оценку этим словам, я всё-таки врач немного… Другой специализации.       С этими словами в цветочный магазин вошёл уже ставший хорошо знакомым Арсению Эрик, местный «врач на все руки». Это был первый раз, когда мужчина выглядел более-менее опрятно и, что было ещё более удивительно, выспавшимся. По его внешнему виду сразу становилось ясно, что тот впервые за энный промежуток времени провёл ночь в своей постели, а не на очередных «сутках». Стоило заметить, что одна эта ночь уже очень хорошо повлияла на него, потому как кожа его лица тут же приобрела здоровый оттенок, а изначально тусклые волосы стали более «живыми» и даже «блестящими». Нельзя было сказать, что в цветочный магазин зашёл пышущий жизнью мужчина, однако и на «восставшего из мёртвых» он походил уже не так явно, как прежде.       — Самое удивительное, что про тебя этого же местные не говорят, — сразу же нашёлся Леннард, который на мгновение замер, стоило ему услышать его голос. — Вы ведь с братом вместе на том году после окончания школы из города уехали. Ты поступил на врача, а он — в полицейскую академию. Только вот наш благополучно отучившийся врач отчего-то сразу отказался от всех многочисленных приглашений остаться работать в крупных больницах и вернулся домой, а вот мой брат решил попытаться. Так сказать, посмотреть, что из всего этого может выйти. И вот теперь мы там, где мы есть.       В словах Ленни смутно угадывалось обвинение в чём-то, чего Арсения понять не мог, а также — подозрение. Слова про «многочисленные приглашения» и «крупные больницы» ясно указывали на то, что Эрик был довольно-таки успешен на своём врачебном поприще, но по какой-то неведомой причине ему пришлось вернуться в родной город сразу после окончания своего обучения в большом городе. Но что могло послужить причиной такого его решения? Любовь к тому месту, где он родился и вырос? Навряд ли. Любить свой родной город вполне себе можно и на расстоянии, посещая близких во время праздников. Нет, причина его возвращения в город явно крылась в чём-то ином. Скорее, на новом месте у него возникли какие-то непредвиденные проблемы или сложности с чем-то, с чем он так и не смог самостоятельно справиться. Но с чем?       Например, с желанием убивать?       Арсений быстро бросил в сторону Эрика осторожный взгляд. Если так подумать, то все обнаруженные полицией тела были расчленены на небольшие куски, которые практически невозможно идентифицировать с помощью методов, используемых местными следователями и судмедэкспертами. А кто лучше врача, а уж тем более этих же самых судмедэкспертов, знает о расчленении тел? А тому, кто прожил в этом городке большую часть своей сознательной жизни, не составит особого труда подобрать небольшой уютный уголочек, в котором можно будет припрятать результат своих отвратительных кровавых деяний. К тому же, с учётом того, что бюро, в котором работал Эрик, тесно сотрудничало с офицерами полиции, ему не составляло труда вызнать у них некоторые подробности этого дела. Например, кого именно подозревает полиция. Чувствуя свою безнаказанность, он смело и поделился тем, что знает, с ними…       — Ну и какая безмозглая сорока снова разнесла на своём хвосте этот глупый слух? — загоревшись огнём праведного негодования, зафыркал мужчина. — Ну вот какие ещё «многочисленные приглашения»? Видимо, кто-то насмотрелся фильмов с сериалами по телевизору и решил, что абсолютно каждому выпускнику сразу после окончания университета буквально забивают почтовый ящик приглашения на работу в «самые выдающиеся клиники». Так вот, возьму на себя эту нелёгкую задачу: открыть всем глаза на то, как это на самом деле работает.       Скрестив руки на груди, Эрик с высоты своего роста посмотрел на сидевшего на корточках Ленни так, как смотрят воспитательницы на своих подопечных в яслях — строго, но в то же время со слабым оттенком умиления во взгляде. «Ну лепечут они себе какие-то глупости, пусть и дальше продолжают себе лепетать, а говорить что-то умное они и позже могут научиться».       — Эти ваши «приглашения», если и приходят, то только тем, кто активно светил своим лицом на протяжении всего обучения и был тем, кого в народе ласково именуют «в каждой бочке затычкой». Ну или не совсем в «бочке», — усмехнулся Эрик. — Это не важно. В любом случае я таковым никогда не был. А если тебе так сильно интересно об этом узнать, но на слово ты мне не веришь, то можешь поинтересоваться об этом у своего старшего брата: я ещё со времён школы был «крепким среднячком», ни кем-то выдающимся, но и не плёлся где-то в самом конце списков успеваемости. В университете я также не изменил себе: «хвостов» старался не набирать, но и не стоял первым в очереди на сдачу экзаменов. Что я хочу вам всем этим сказать? Что за таким «среднячком», как я, будут бегать представители «крупных больниц» только в моих мечтах. Точнее, в мечтах тех, кто все эти глупости обо мне сначала придумывает, а затем распространяет, — спокойно объяснил мужчина, после чего, немного подумав, добавил. — Но, признаюсь, узнать, что о тебе думают, как о ком-то выдающемся, который отказался от «блеска софитов» и «роскоши» большого города, безусловно, приятно. Это, знаете ли, ублажает мою гордыню. Но лучше бы меня чаще хвалили за то, что я работаю, как конь, которому достаточно всего лишь трёх часов в сутках, чтобы выспаться. И, представьте себе, с таким графиком я всё ещё жив и здоров, — пожал он плечами.       — А ты что тут забыл? Неужели ещё один цветок успел загубить? Так быстро? — не успел он закончить свою пламенную речь, как в зал для покупателей невозмутимо вернулась Розалинда. Скрестив руки на груди, она бросила короткий взгляд на Ленни, который тут же начал с утроенным старанием возиться с замком, после чего посмотрела на Эрика. — Я понимаю, что пообещала тебе бесплатно давать «агнцев на заклание», но это уже выходит за рамки разумного. Пусть язык цветов людям и не ведом, но у них всё равно тоже есть чувства, понимаешь? Попадая в твой дом, они сначала долго страдают, а затем умирают в муках. И так раз за разом, раз за разом… Порой мне кажется, что с твоим появлением мои цветы начинают лить горючие слёзы по своим собратьям, умоляя меня о том, чтобы я не подпускала тебя к ним. Так что давай просто признаем, что выращивание цветов — это не для тебя, и разойдёмся с миром.       — С моей последней покупки прошло всего ничего времени. Ты и правда думаешь, что я так скоро расправился бы с тем несчастным «ребёнком»? — мужчина в аналогичном жесте скрестил руки на груди. — Я просто проходил мимо магазина и случайно услышал их разговор, — кивнул тот в сторону Ленни и Арсения. — Про меня, оказывается, до сих пор ходят слухи, хотя с момента моего возвращения уже прошло так много времени. Неужто это тётушка Бетти продолжает ерундой маяться? Подкидывает дровишки в костёр, чтобы тот совсем не потух? И то верно, слухи нужно поддерживать, иначе они повянут, как купленные мною цветы.       — Раз те флоксы всё ещё живы, то с сегодняшнего дня я буду молиться об их благополучии перед завтраком, обедом и ужином, — кивком подтвердила Розалинда свои слова. — Надеюсь, что это им хотя бы как-то поможет.       — …Я понял-понял, — завздыхал Эрик. — Меня в этом месте не ценят и совсем не уважают, хотя я столько всего для всех вас сделал. Раз так, то я дальше пойду по своим делам. Бывайте, — помахал он им рукой на прощание, после чего вышел из магазина.       Стоявший возле входной двери Арсений заметил, как тот бросил быстрый взгляд в сторону Леннарда, а затем посмотрел уже на него и слабо улыбнулся, слегка кивнув перед своим уходом.       — Как у вас тут дела продвигаются? Долго мне ещё вас ждать? — подойдя ближе к ним, поинтересовалась Розалинда. Окинув «фронт работы» своим непрофессиональным взглядом, она тут же пришла к не самому радующему всех выводу, — Не ахти как, как я посмотрю. Иэнчик, — развернулась она к тому, — я забираю тебя к себе, а то этот болтун совершенно не умеет совмещать два дела одновременно, — единолично решив и постановив это, она взяла Арсения под руку и повела за собой. — А ты, как закончишь, приходи к нам на кухню. Если поторопишься, то, может, тебе что и останется, но обещать ничего не буду, — бросила та последок и, задрав подбородок, гордо удалилась, не удостоив того и взглядом.       Вынужденно последовав за ней, Арсений подумал о том, что иногда его посещает мысль, что в отношениях между главной героиней и её второй половинкой не всегда всё идёт гладко, но развить эту мысль ему не позволила сама Розалинда, которая практически сразу завела с ним совершенно не несущую за собой какого-либо смысла беседу, что так ничем толком и не окончилась.

***

      — Всё, я закончил с заменой замка, — буквально ввалившись на кухню, заявил Леннард, тут же став свидетелем того, как Арсений с главной героиней сидят за столом, наслаждаясь принесённым им же чаем.       Подняв на него взгляд, Розалинда с поистине царственным видом кивнула ему, после чего указала на свободный стул, который, вероятно, был ему отведён. Как жаль, что на обеденном столе для него оставили лишь жалкие остатки купленных им же закусок, да и те были лишь каким-то чудом спасены Арсением, который успел вовремя отодвинуть несколько упаковок с печеньем подальше от девушки. Этот факт, к слову, очень расстроил Розалинду, поскольку в её планы оставлять что-либо Леннарду, скорее всего, с самого начала не входило. Впрочем, она не собиралась это слишком уж открыто демонстрировать, поэтому лишь отвернулась и негромко фыркнула, когда тот уселся с ними за один стол, после чего с невозмутимым видом продолжила разговор:       — Всё нормально прошло? Никакие винтики-болтики докупать не нужно? Я собрала в том ящике абсолютно всё, что только смогла у себя найти, — затем она отпила немного чая из своей кружки и внимательно посмотрела на него.       — Я же уже сказал, что всё сделал, — покачал тот головой, со вздохом опустившись на свой стул. Арсений посмотрел на него с некоторой жалостью во взгляде — мужчина походил на невинно осуждённого, который терпеливо сносил всё общественное порицание, что не было им заслужено. — Замечу, что этот замок явно лучше твоего предыдущего, так что точно прослужит дольше, но опять же до «абсолютной» защиты далековато. Впрочем, и о наших знаменитых городских «высококлассных взломщиках» я ни разу не слышал, так что пойдёт. Но, может, вы всё-таки объясните мне, почему вам так внезапно захотелось поменять замок. Неужто опять что-то произошло?       — …А Барт тебе об этом разве не рассказал? — слабо нахмурившись, спросила в ответ девушка.       Ленни недоумённо посмотрел на Розалинду, после чего покачал головой. По всему его виду становилось ясно, что тот и словом при младшем брате о произошедшем не обмолвился. Недоумение промелькнуло и на лице у Арсения. Значит, главная героиня немедленно сообщила о ночном происшествии Барту, но ни слова не сказала Леннарду, пусть она и позвала того менять замок. Она ему не доверяла или просто не хотела лишний раз его беспокоить? Арсений задумался над этим вопросом.       С другой стороны, Барт не только являлся бывшим полицейским, расследовавшим не самые простые дела, но и присутствовал во время их разговора с Эриком, рассказавшим им о существовании «серийника». Леннард же как будто с самого начала существовал как бы «отдельно» от всей этой истории, не зная ни об убийстве Алексы, ни о том, кто его совершил. И, вероятно, дальше бы продолжал так существовать, если бы в этот день девушка не пригласила его поменять замок. Собственно говоря, и в изначальном сюжете тот выполнял схожую «фоновую» роль во всех смыслах приятного персонажа второго плана, который всячески поддерживал главную героиню, но при этом практически не участвовал в их с Бартом расследованиях.       — Странно, — еле слышно пробормотала девушка, а затем сначала вкратце пересказала тому разговор, который произошёл между ними и Эриком, после чего поведала ему обстоятельства сегодняшней ночи, которые и побудили их сменить замок на входной двери.       — Вот оно, значит, что произошло. Алексу… Алекса… — Леннард покачал головой. — Она периодически забегает… Получается, что уже не «забегает», а «забегала». Да, она иногда забегала по утрам в мою чайную лавку и делала небольшие заказы, а затем в течение недели забирала их после работы. Если так подумать, то я её и правда уже давненько не видел… Получается, что вы, — посмотрел она на Розалинду с Арсением, — считаете, что существует вероятность того, что этот серийный убийца выбрал в качестве своей следующей жертвы тебя, — кивнул он в сторону девушки. — Но разве это… Не кажется вам странным? — пробормотал тот.       — А что в этом странного? — нахмурившись, спросила у него главная героиня. Ленни тут же замахал руками.       — Я ни в коем случае не замахиваюсь на звание опытного следователя с многолетним опытом ведения подобного рода расследований и не какого-нибудь умудрённого психолога, специализирующегося на серийных убийцах, так что не претендую на сколько-нибудь экспертное мнение, но разве это не странно, что этот… Этот «человек» после убийства одной девушки, так скоро перешёл к преследованию своей следующей жертвы? Разве он не должен затаиться? Да и, если судить по тому, что вам рассказал Эрик, это совершенно не в его стиле… Опять же, замечу, что весь мой опыт — это парочка просмотренных детективных сериалов, — честно признался тот, — но… Для меня это звучит логично. Если так подумать, то даже домашние животные, когда совершают какой-то проступок, прячутся подальше от своих хозяев, пусть те их за это никогда прежде и не ругали вовсе. А этот… Может, он психически болен? — выдвинул мужчина предположение. — То есть человека, который совершает подобные зверства, итак навряд ли можно считать здоровым, но вдруг его состояние постепенно ухудшается? Ведь, если опять же верить словам Эрика, первые убийства совершались им с очень большим перерывом, а… Извиняюсь, но останки Алексы ещё даже остыть толком не успели, как он, предположительно, уже отыскал себе новую жертву. К слову об этом, — Леннард посмотрел на Розалинду. — Какова вероятность того, что ты… Всё-таки ошиблась, и в магазине остался этот один-единственный несчастный нарцисс?       По взгляду, которым его в ответ одарила девушка, Ленни тут же понял, что он зря задал ей этот вопрос. И, к сожалению, шанс хоть как-то реабилитироваться, ну или хотя бы попытаться спасти свою бестолковую жизнь ему также не предоставили. Направив на него взгляд, что был способен проделать в его голове дыру размером с тарелку, девушка, криво улыбнувшись, протянула:       — …Я, по-твоему, на дуру что ли похожа? Не в состоянии запомнить, какие цветы у меня есть в наличии, а какие закончились? Я, к твоему сведению, эти несчастные нарциссы закупаю раз в три сотни лет, потому что они никому не сдались, никто их покупать у меня не хочет. Ясное дело, что-то у меня в памяти где-то откладывается, когда в магазине заканчивается нечто столь «выдающееся», — произнесла она, после чего вскинула голову, скрестила руки на груди и отвернулась, всем свои видом показав, что более она отвечать на столь глупые вопросы не собирается.       — Нет, конечно, ты не похожа, — подняв руки и завертев головой, поспешно заверил её мужчина. — Раз ты так говоришь, значит, так оно и есть. Но, опять же, тогда я не понимаю почему в случае Алексы фигурировали аж целые букеты нарциссов, а в твоём — всего один цветок. Согласитесь, что здесь что-то не сходится.       — На самом деле, у меня есть по этому поводу одно предположение, — внезапно сказала Розалинда. Взгляды Арсения и Ленни тут же скрестились на её фигуре, в их глазах отразилось нетерпение — что же это за предположение такое? Девушка, в свою очередь, тут же скривила лицо и с недовольным видом произнесла, — Он уже потратил весь свой бюджет, выделенный на покупку цветов для своих жертв, на этот месяц на Алексу. Оставшихся денег ему хватило только на этот несчастный нарцисс. Тьфу.       Стоило этим словам прозвучать, как кухня погрузилась в полную тишину. В цветочном магазине стало настолько тихо, что каждый из трёх участников этого разговора смог в общих чертах расслышать детали беседы, происходившей между двумя прохожими, болтавшими о каких-то повседневных вещах.       Наконец Арсений не выдержал и отвёл взгляд в сторону, беззвучно при этом вздохнув. Впрочем, его «не выдержал» и рядом не стояло с «не выдержал» Леннарда, который по истечении этого отрезка времени внезапно зашёлся в громком надрывном смехе. Он смеялся так неистово, что в какой-то момент едва не свалился со стула, из-за застилавших глаза слёз не заметив, как потемнело лицо девушки, сказавшей всё это совершенно серьёзно.       Слегка приподнявшись со своего места, Розалинда отвесила хохотавшему мужчине звонкую затрещину, от звука которой Арсений невольно сжался. Прозвучала та, по меньшей мере, больно. Однако, сам факт столь «подло» совершённого удара поразил Ленни куда больше, чем его сила. Замерев, будучи в не самом лучшем для этого действа положении, он с грохотом повалился со стула. Спустя мгновение в магазине прозвучал его жалобный вой.       — Замолкни. У меня уши от твоих завываний уже болеть начинают, — поморщившись, заявила Розалинда. Однако, уже в следующий миг она бросила короткий взгляд в сторону Арсения, после чего поспешно добавила с некоторым оттенком заботы в голосе, которая на фоне предыдущих её слов прозвучала не сказать, чтобы естественно, — Я хотела сказать тебе, что это, знаешь ли, не особо приятно, когда над предложенными тобой версиями так открыто смеются. Если ты у нас такой умный, то поделись с нами своими гениальными предположениями, ну или хотя бы доступно объясни, что конкретно тебе в моей версии не понравилось, — с этими словами она опустилась обратно на свой стул и скрестила руки на груди. — Давай, ясное ты наше солнышко, мы все ждём, чего же ты такого гениального нам скажешь.       — Ой-ёй-ёй, — в ответ не менее жалобно протянул Леннард. Арсений собирался было встать и помочь тому подняться, но с одной стороны его тут же удержала Розалинда, положив ему руку на плечо, а с другой — замотал головой, отказываясь от помощи, сам пострадавший. — …Роза, я же уже не раз повторял, что ни черта во всём этом не смыслю. Может, так оно всё и произошло: весь отведённый на «преследование девушек» бюджет «серийника» был истрачен на Алексу, а попугать тебя своими дурацкими нарциссами ему ой как захотелось, просто не можется, поэтому-то он и был вынужден обойтись всего одним нарциссом. В таком случае, правда, он ещё куда более больной на голову, чем это могло показаться на первый взгляд, хотя, казалось бы, куда уж дальше…       — Понятно, толковых мыслей у тебя в голове не имеется, зато, как посмеяться над чужими догадками, так ты первый в очереди, — нахмурив брови, заявила девушка и, не дав ему времени на реабилитацию, обратилась к Арсению. — Может… У тебя есть по этому поводу какие-нибудь мысли? — осторожно поинтересовалась та.       В её голосе отчего-то прозвучало тщательно скрытое ожидание, вызвавшее у Арсения лишь недоумение. Неужели она надеялась на то, что он внезапно окажется глубоко погружён в психологию серийных убийц? К её превеликому сожалению, это было не так. Пожалуй, он был ещё более далёк от этой темы, чем Ленни, который, по крайней мере, благодаря сериалам имел хоть какое-то представление обо всём этом.       — …Я считаю, что всё, чем мы сейчас занимаемся, абсолютно бессмысленно. Это должно быть головной болью полиции, а не нас с вами: ни мотивы, ни диагнозы, ни уж тем более размеры «бюджета» этого «человека» никоем образом нас не касаются, да и по имеющимся у нас данным мы это определить уж точно не сможем. Единственная наша задача на сегодняшний день — защита тёти Розалинды, по крайней мере, до того момента, пока мы не убедимся, что обнаруженный цветок со всей этой ситуацией никак не связан, или же пока полиция не поймает преступника, — посмотрел он на девушку. — Особенно, с учётом того, что этой самой полиции мы сообщать о случившемся, вроде как, не собираемся, — на этом и закончил Арсений свою речь, но тут же прикусил свой длинный язык.       С точки зрения логики, его предложение было, как он сам считал, закономерным, но вот для развития сюжета истории… Разве в его задачи не входило всяческое содействие тому, чтобы двое главных героев благополучно разгадывали поставленные перед ними Автором загадки? Но, увы, те, кто перед ним эти самые задачи ставил, слишком уж давно не выходили на связь, и если представить, что его всё-таки здесь «бросили», то… Розалинда всё-таки была не просто тётей Иэна, она стала его собственной тётей, над жизнью которой, вероятно, повисла опасность. И он, как образцовый племянник, должен был её от этой опасности уберечь.       — И то верно, — в ответ пробормотала девушка и опустила взгляд на столешницу, погрузившись в свои мысли.       — Да, тратя время на разглагольствования обо всём этом, мы, по факту, не делаем ничего по-настоящему полезного, — согласился с ним Леннард, вставая на ноги и отряхивая свои джинсы. — В общем, у меня есть ко всем такое предложение. Не знаю, придётся оно вам по душе или нет, но всё-таки. Если этот «серийный убийца» и правда по какой-то причине решил выбрать в качестве своей следующей жертвы Розу, то имеет смысл постоянно держать её под нашим присмотром. Иэн, — с донельзя серьёзным видом обратился тот к Арсению, — не сочти мои слова в качестве недоверия тебе самому и твоей физической подготовке, но ты всё-таки ещё подросток. Мы не знаем, насколько силён преступник, поэтому будет слишком самонадеянно сбрасывать со счетов тот вариант развития событий, когда в случае возникновения опасной ситуации тебе просто не хватит сил, чтобы с ним справиться в одиночку. Так что я предлагаю тебе, — перевёл он взгляд на Розалинду и, положив руку на сердце, произнёс, — себя в качестве второго телохранителя.       — …И как же ты себе это всё представляешь? — выразительно приподняв правую бровь, поинтересовалась та.       — Давайте начнём с того, что если прошлой ночью всё произошло действительно так, как вы предполагаете, то вчера в цветочный магазин каким-то образом смог пробраться преступник. Вероятно, это всё же произошло через дверь. И я ничего не хочу сказать, но даже новый замок, который был поменян сегодня моими «золотыми» руками, пусть и неплох, но далеко не идеален, да и мы не знаем, насколько наш убийца хорош во взломе замков. Короче говоря, к чему я это всё веду. Теперь ночи особенно небезопасны. Я же могу ночевать у вас тут до тех пор, пока полиция не поймает преступника. Подрабатывать ночным сторожем за еду и приятный разговор перед сном, так сказать, — на выдохе произнёс Ленни.       — …Один? — после долгих раздумий наконец спросила девушка. Леннард недоумённо посмотрел на неё, на что Розалинда в ответ слегка нахмурилась. — Твой старший брат, Барт, бывший полицейский. Если в магазин всё-таки кто-то решит пробраться, то ему одному уж точно удастся его скрутить, не зря всё же в своих академиях учился, а вот мы втроём… Мы только спугнём его, так ещё и сами в процессе умудримся пораниться.       — Барт не без причины решил отказаться от своей должности и вернуться домой, — покачав головой, ответил на её вопрос Ленни. — Я и правда опасаюсь того, что в случае чего именно он окажется тем, кто больше всего пострадает. Да и разве тебе не хватит одного меня? — сказал тот и подмигнул ей.       Девушка закатила глаза, после чего внимательно посмотрела на него и, подумав, медленно кивнула, принимая его предложение.