Любить нельзя обидеть

             Обвинять мужа в том, что его мама не забрала ребёнка из школы и поэтому его пришлось забрать учителю, было странно. Но именно этим занялся альфа после того, как привёз вещи мальчика от тёщи. Пожилая женщина была в хлам пьяна и долго извинялась перед зятем за промах, но и она не отделалась от кучи синяков по всему телу.       Дома мальчик хоть и заверял родителей, что всё хорошо, что его кормили и помогали с уроками, но из-за того, что он пошёл с учителем, а не дождался бабушку, его выпороли. А после, когда он лёг спать с красными от слёз глазами, принялись за Антона. Отец заметил поведение другого альфы перед его омегой, и в возбуждении того альфы, которое не осталось незамечаным, в этом снова был виноват Антон.       Синяки были не только на его лице, но и на спине, руках. Но самое отвратное — с омегой впервые за всё время их отношений не захотели спать, выгнав того на диван в зале. Он спал там все выходные, пока муж снова где-то пропадал.       Антон был подавлен и морально уничтожен, но при виде Вани всегда делал вид, что всё хорошо.       Мальчик не успел поорать на отца за то, что тот нарушил обещание, ведь альфа очень рано уходил из дома, когда ребёнок ещё спал, а приходил тогда, когда тот уже засыпал.       В понедельник Ваня всё рассказал классному, когда был пойман им на перемене. Он долго плакал у него в кабинете, пока Арсений успокаивал его. Дошло дело до шоколадки и чая, а с урока его пришлось отпустить, ведь истерика случилась сильная. Учитель долго не решался звонить его папе, но сделал, как мальчик притих.       Омега быстро примчался в школу и, пока ребёнок не проснулся, прослушал лекцию от Арсения, что так поступать нельзя, что нельзя разрешать кому-либо избивать себя. Антон на это лишь угукал, говоря, что муж его истинный и он сам виноват в сложившейся ситуации.       И снова Арсений подвозил Антона. Теперь уже с Ваней. Они вышли за квартал от дома омеги, чтобы не попадаться мужу на глаза.       А тот не приехал. Антон весь вечер волновался за него, конечно, но снова уснул на диване.       В зале темно и тихо. Только сопение Антона прорезало эту тишину. Ему было неудобно на этом диване, ведь его ноги свесились и почти доставали до пола, а кучерявая русая голова упиралась в боковушку дивана. Никто не будил его, чтобы избавить от кошмаров, поэтому он спал, слегка вздрагивая от страшных сновидений.              На улице уже давно темно и непроглядная ночь. Вдруг хлопнула входная дверь, и начал раздаваться ор.       — Антон! Твою мать, где ты? — муж споткнулся об обувницу в прихожей, и даже раздался мат, который они никогда себе не позволяли при Ване. — Блять, ты где?!       Мужчина проходит в зал и включает свет. Он видит съёжившегося в позе зю мужа, но так как он зол на него, то незамедлительно набрасывается на него с кулаками. Ему рассказали, что его мужа опять подвозили, и рассказали кто.       Антон не сразу понимает, что происходит. Как и не понимает, за какие такие «заслуги» ему опять прилетело. Он пытается закрыться от пьяного в хлам истинного, но это не получается. Получается лишь получить по рукам, животу и ногам, когда он пытается отпихнуть обезумевшего человека. Мат и крики разносяться по квартире, никем и ничем не заглушаемые. Антону больно и тяжело. Он пытается как-то закрыться, чтобы не прилетело ещё сильнее. Борьба, точнее простое избиение ни в чём неповинного омеги продолжается недолго. Случайно заехав пяткой по голове, Антон вырубает его. Омега пытается оттащить мужа в спальню, но у него не хватает сил. Поэтому он бросает мужа прямо тут, на ковре, и сам направляется в спальню.       Он снова начинает плакать, пытаясь обработать синяки и мелкие царапины, как вдруг в комнату заходит Ваня, молча протягивая ему шоколадную конфетку. В карих глазёнках тихий ужас, но он, не проронив ни слова, тихо уходит к себе в комнату.