За крепостной стеной

Хотя прошла всего пара недель с момента их знакомства, Джейс поймал себя на мысли, что успел прикипеть к таинственному “псарю”. Первая встреча разожгла в нем интерес, но продолжить знакомство рыцарь почему-то не решался. Вместо этого они стали приглядываться друг к другу издалека. Вот Талис ловит на себе задержавшийся чуть дольше положенного взгляд. Секунда, попытка пересечься глазами, и его уже нет. В другой раз он сам выворачивает голову, завидев в толпе знакомую каштановую шевелюру. Один-один, и на следующий день все по новой. Вот так, игрой в гляделки, было положено начало их дружбе. А закрепила ее новая трость, которую Талис, робея, преподнес магу в знак уважения и симпатии. После этого дело пошло на лад, хотя разговорить Виктора оказалось задачей не из легких. В отличие от Джейса, он редко бывал весел, слова ронял скупо, и вообще неохотно выходил из своей скорлупы. Зато слушал рыцаря с неизменным интересом. Будь то нехитрые истории о службе или пространные рассуждения об устройстве замка — каждый рассказ удостаивался внимания или дельного замечания. Несмотря на разницу положения и характеров, его тянуло к Виктору. И, кажется, это было взаимно. Была ли эта дружба правильной? Ну, трубить о ней Джейс уж точно не собирался. Отношениям, нарушающим классовые границы и не приносящим очевидной пользы, в замке нет места. Но и отказаться от них у него не было ни сил, ни желания. — Виктор, ну расскажи уже, не тяни! Сколько можно? Ты понимаешь язык животных, да? Это твоя магия? — Ох. Ну ладно. Я не очень хотел в это углубляться… Но тебе не так-то просто отказать. О да. Джейс знал свои сильные стороны. Прямо сейчас их странная парочка прогуливалась по галерее одной из внешних крепостных стен, далеко от толкотни внутренних дворов, где они впервые повстречались. Шли медленно, то и дело останавливаясь. Чтобы навестить Джейса сегодня, Виктору пришлось преодолеть немаленькое расстояние. От центральных дворов сюда вела добротная мощеная дорога, однако маг редко ездил конно, и, как сам признался, был плохим наездником. Виктор был из тех, кто и на дыбе будет доказывать, что ему не больно, но его состояние считывалось без слов. Джейс оценил такую самоотдачу и попросил товарищей подменить его на час. Его так и не приписали к новому постоянному месту службы, чему он был очень рад. Тем более, что временная работа вроде этой позволяла разнообразные поблажки, вроде частых отпускных, длинного перерыва на обед и пропуска посторонних, не состоящих в гильдии, на стену. С такой высоты друзьям открывался грандиозный вид на владения Пилтовера: тучные пастбища с мохнатыми точечками овец и коров, озеро и живописные равнины. И на темную полоску леса, за которым скрывался зловещий замок Заун… Впрочем, в такую погоду даже Заун не мог испортить Джейсу настроение, уже достаточно прогретое солнцем и наметившимися веснушками на носу Виктора. На их глазах промелькнула и унеслась ввысь стая мелких птиц. Еще выше, на уровне башен, парил ястреб, которого Джейс распознал по широкому хвосту и характерной окраске. А вот поведение стаи показалось ему нетипичным: они почему-то не торопились подавать сигнал тревоги, словно в паре метров над ними и не кружил опасный хищник. Маг, заметив его удивление, пояснил, что ястреб был одной из патрульных птиц, которых он тренировал лично, и не станет охотиться, пока не проверит все земли в десяти милях вокруг. Джейсу тут же подумалось, что у Виктора с его питомцем было кое-что общее: глаза. Серьезный, пронзительный взгляд удивительной янтарной глубины. “Глаза хищника”— тут же услужливо подсказала память, и в голове всплыли неясные намеки Гэбриеля. Но он тут же прогнал эти мысли прочь. — Я не разговариваю с животными. Я повелеваю, а они меня слушаются, — наконец ответил Виктор, внимательно наблюдая за реакцией собеседника. — Почему ты говоришь так, как будто ненавидишь то, чем занимаешься, — тут же вскинулся Джейс. В словах друга ему послышалось едва сдерживаемое отвращение. — Это прекрасная, мощная магия! Такая сила при должном изучении и контроле может служить на благо многим в Пилтовере… Но Виктор знаком руки прервал его восторженно-патриотический порыв. — Ты еще дитя, Джейс Талис, и не понимаешь, о чем говоришь. Дитя? Дитя??? — Я подчиняю. У живых существ нет сил противиться моей воле. Поэтому да, я ненавижу эту силу, и добровольно отказываюсь применять ее на людях. Я уже побыл магом достаточно. Теперь я хочу посвятить себя чему-то по-настоящему полезному. Оберегать родную землю. Спасать жизни. Как ты. — Но… — Эта магия злая! Ты разве не слышал? Людей это касается тоже. Прямо сейчас я могу приказать тебе что угодно. И ты это сделаешь, Джейс. Виктор хмурился и всем своим видом пытался подчеркнуть серьезность угроз, но все это возымело ровно обратный эффект. Джейс весь заискрился от энтузиазма и любопытства: — Правда? Покажи! Прикажи мне что-нибудь! — Нет, ни за что! — вскрикнул маг и отшатнулся. — Это была идиотская шутка. Никогда больше о таком не проси. Мне не разрешено… без особого разрешения совета лордов мне нельзя применять ее на людях. И я сам не хочу. Тем более на тебе, — чуть тише прибавил он. — Никогда. — Только не говори, что ни разу не делал этого, — прищурился Талис. Неискренности он не переносил на дух. Никто, даже Виктор, не смеет вешать ему лапшу на уши. Маг взял длинную паузу и вгляделся в горизонт, явно собираясь с духом. Джейс терпеливо выжидал. — В Пилтовере нет пыточных застенков и прочих прелестей правосудия, которые ты наверняка найдешь у наших соседей. Теперь ты знаешь почему. — Достаточно одного твоего слова, — Джейс побледнел, но стойко выдержал правду. Это многое объясняло… — Все достаточно гуманно, — маг кивнул и поморщился. — И почти без боли. Вот для таких дел меня и звали. Теперь ты знаешь правду. Можешь прогонять меня. Я не расстроюсь и не обижусь. Джейс непонимающе моргнул. Прогонять — зачем? Человека, который честно служил крепости и совету? И все же он не мог врать сам себе. Сказанное отрезвляло и даже немного пугало. Представлять Виктора, нависающего над узниками, вкрадчиво шепчущим слова, от силы которых не спасёт ни щит, ни железная воля… Или он не шептал, а приказывал уверенно, обволакивая их магнетическим взглядом желтых глаз? “Говори”. Б-рр. По коже поползли мурашки. Молчание затягивалось. Его руки, руки воина, сами собой напряглись под железом и грубой кожей рукавиц. — Зачем ты здесь? — его голос дрогнул. — Тебе снова нужно… разговорить кого-то? — Не бойся меня, Джейс, — лицо Виктора смягчилось, и он заглянул рыцарю в глаза. Сейчас этот взгляд не был ни пронзительным, ни уж тем более хищным. — Я здесь, чтобы начать жизнь с чистого листа. Моя старая служба подошла к концу. Я заключил сделку с советом, и буду подавать прошение о смене гильдии. Хочу быть стратегом, заниматься планированием обороны замка и исследованием новых территорий. Меня отпустили в центральные дворы на обучение к гильдмастеру, но под условием, что я буду помогать с дрессировкой. — Вот оно что, — пробормотал Талис, успокаиваясь и выравнивая дыхание. — Да, для дрессировки моя сила подходит идеально. Ах да, я же не сказал — я могу подчинять только один разум и лишь одним словом. Максимум, двумя, но тогда есть риск, что объект с сильной волей сломает чары. Попробуй я вложить свою магию в целое предложение, вряд ли ты почувствовал хотя бы щекотку. А одному слову противиться не может никто. Идеально для дрессировки. Сядь. Ляг. Умри. Все еще не прогоняешь? — Еще чего, — твердо произнес Джейс. — Дружить с тобой выгодно. Можно спросить тебя кое-о чем личном? — он выдержал драматическую паузу. — Ты можешь подчинить комаров в моей спальне и приказать им не донимать меня ночью? — Одному, наверное, смогу, но вряд ли это решит твою проблему… — к великой радости Джейса, Виктор несмело заулыбался. Холодок, потянувшийся между ними, был растоплен. — А самому себе ты не пробовал повелевать? Например, что-то, чего очень не хочешь делать? Ну там, перед зеркалом. “Виктор, будь милым с людьми”, — научный интерес Талиса был поистине неутомим. — “Виктор, скажи Джейсу, что он великолепен”. — О боги, Джейс! Хватит! — маг закрыл лицо ладонями, а рыцарь попытался их отнять, выкрикивая ему в уши все новые и новые варианты “приказов”. Талис не знал, как маги проводят свободное время, но этот несчастный, попавшийся ему в лапы, явно не привык дурачиться. Щеки алые, глаза широко распахнуты. Сначала замер, как неживой, потом как-то неловко, локтем, отпихнул рыцаря в сторону. Видно, что такой простой, непринужденный телесный контакт был для него в новинку. Стража на башне тем временем начала показывать на них пальцами и шептаться. — Тебя тут не очень-то жалуют, да? — продолжал подтрунивать Джейс, но, взглянув на выражение лица мага, понял, что попал в больное место. — Ох.. прости! Волноваться не о чем — пока я здесь, никто не посмеет тебя обидеть. Ты под моей защитой. М-да, после недавнего признания многое становилось ясным. Слухи быстро распространяются, и о его прошлой службе в темницах скоро станет известно всем. Но стражники должны не хуже других понимать, что никто из них сам не выбирал себе ни гильдии, ни службы. А в случае с магами — еще и особенностей своего дара. — Не растрачивай силы. Я умею постоять за себя и без магии, — в этом Джейс почему-то не сомневался, при всей видимой хрупкости новообретенного друга. — Одно слово не поможет в схватке с бандой разбойников, а лук и стрелы — вполне. — Они не защитят тебя от злых языков. — Я только что выложил тебе все свою подноготную, — перебил его Виктор, очевидно не желая продолжать тему. — А что насчет тебя? О чем мечтаешь ты? Джейс только этого и ждал. Ждал всю свою сознательную жизнь, когда сможет, наконец, поделиться с кем-то. — Ты хочешь избавиться от магии, а я мечтаю о том, чтобы подарить ее людям, — ответ жил в его голове столько времени, что отскакивал от зубов. — Нечестно, что только горстка людей с даром может помогать крепости. Представь, сколько возможностей бы было, как вырос бы Пилтовер, если бы больше людей могли творить магию. Мы могли бы зачаровывать урожай, открывать порталы в новые неизведанные земли. Победить неизлечимые болезни!.. — Что, варишь какое-то снадобье для превращения обычных людей в магов? — вскинул брови Виктор, то ли с насмешкой, то ли с удивлением. — Для родовитого пилтоверца в тебе столько человеколюбия. Не уловив, к чему он клонит, рыцарь продолжил свой рассказ: — В детстве мне было видение. Однажды мы с матерью попали в снежную бурю... Тут Виктор не подвел — слушателем он был внимательным и чутким. Оба до того погрузились в описание спасения маленького Джейса от метели и холодной смерти, что не услышали приближающиеся шаги. Очнулись лишь тогда, когда высокая стройная фигура оказалась совсем близко. Да это же Кейтлин! Вообще-то женщинам не разрешалось заходить на галерею. Слишком уязвимое место, легко досягаемое для вражеских стрел и нежелательных взглядов. Женщин в Пилтовере было мало, и их жизни и целомудрие ценились несравненно выше, чем мужские. Однако его подруге Кейтлин правила были не писаны. Стремлению девушки к независимости и свободе передвижения очень помогало то, что когда-то ее род отвалил несколько мешков золота на строительство стен. Не последнюю роль играло и милое личико, на котором отчетливо проступали фамильные черты Кирамманов. — Привет! Ты почему здесь? Знакомься, Виктор. Самая свободолюбивая дочь купца, какую только можно найти в Рунтерре. Леди Кейтлин у нас очень любит приходить без приглашения и рисковать своей жизнью, да, Кейт? — А Джейс, как всегда, галантен и гостеприимен, — он удостоился легкого дружеского подзатыльника. — Виктор, — заметила она постороннего и поджала губы. — Вы знакомы? — удивился рыцарь, от которого не укрылась ее недовольная гримаса. — Поверхностно. Мать брала меня на приемы с магами. Вот, я принесла тебе обед, угощайс.. угощайтесь оба, — вежливо поправила себя девушка и вытянула из принесенной корзинки сыр, ветчину, вино и два кубка. Развернув угощение и разлив вино, двое друзей принялись непринужденно болтать. Кейт ничего есть не стала, зато была настолько мила, что сыграла им на флейте. Музыка пошла всем на пользу: стражники перестали коситься на них с подозрением, а Виктор, который замкнулся было в себе при появлении Кейт, начал подключаться к разговору. — А вообще, не льсти себе, Джейс, — заявила Кейт, положив инструмент обратно в корзинку. — Я тут по делам, заскочила только потому, что издалека увидела твою голодную физиономию. У тебя в животе урчало так громко, что я без проблем нашла нужную галерею. — Что за дела у прекрасной юной леди в таком захолустье? Он ждал забавной реакции на “юную и прекрасную”, и лицо Кейтлин действительно изменилось. Только вместо притворной сердитости теперь на нем была написана самая настоящая ярость. — Зауниты снова разорили поля матери — те, что лежат за вашей стеной. Увели с дюжину животных. Уже второй раз за год! Среди крестьян, работающих на полях, есть раненые. Один убит. Мы понесли серьезные убытки, и я пытаюсь выяснить, кто и что видел. — Кейт, ну не все же в твоих руках, — осторожно заметил Джейс. — Найми толкового рыцаря и сиди себе спокойно дома. Это может быть опасно. Возможно, разбойники все еще где-то здесь. — Не могу. Меня просто распирает, Джейс, понимаешь! — девушка гневно сжимала и разжимала кулаки. — Это настоящие… дикари! Варвары! Вместо мечей у них грабли и палки, вырванные из собственных гнилых заборов. Попадись мне хоть один, я бы показала ему, как выглядит настоящий меч. Всем этим сволочам по кинжалу в ребра! — А ты, Джейс? — внезапно отозвался Виктор. — Тоже бы так поступил? — Я?.. Ну да, естественно… — пробормотал рыцарь, пытаясь убедить в своем ответе себя самого. Кейт с Виктором дружно уставились на него, словно заподозрив в измене родной крепости. — Зауниты дики и невежественны, это все знают. — А ты, Виктор? Убил бы? — девушка отзеркалила вопрос мага. — Да. Без жалости и без колебаний. Без жалости и колебаний… Ну, хоть кто-то из-них слушал гильдмастера в классе. А он все никак не может выучить урок. Все же жизнь — она жизнь и есть, подумал Джейс. Он не был трусом, но и не был сторонником насилия. Даже если речь шла о представителях низшей культуры. Давным-давно, еще до учреждения совета, в Пилтовере правил старый лорд. В награду за службу он пожаловал самому верному и бесстрашному из своих рыцарей замок Заун. Плохонький, на равнине, зато свой. Верность рыцаря не прошла испытания властью — вскоре ему показалось, что взимаемая Пилтовером дань была слишком велика. Вспыхнуло восстание. К войску Зауна присоединилось три мага, и это стало поворотным моментом. Зауниты отстояли свою так называемую независимость. Однако Пилтовер так и не смог простить измены, а бывший вассал — богатства и плодородных земель сюзерена. Отношения между двумя крепостями и по сей день оставались напряженными, но пока им удавалось избегать открытой войны. Время от времени рыцари ловили лазутчиков или просто жалких заунских крестьян, обкрадывающих поля. Все они были дикари, как и сказала Кейт. Почти все маги-зауниты уже давно сдались или перебежали на службу в более могущественный замок. Те, что остались, и их соплеменники, в перспективе будут разбиты. Ну а пока что беспокойные соседи доставляли рыцарям немало проблем. Джейс нервно кашлянул. Безопаснее всего было поменять тему разговора. — Как тебе моя невеста, Виктор? Вот настоящий зверь! Он попытался разрядить обстановку, и, судя по выражению лица друга, ему это удалось. Первый раз за все время на лице мага проявилась такая открытая и яркая человеческая эмоция. Он выглядел пораженным. — Твоя невеста?! — Да шучу я, — весело отозвался Джейс, довольный произведенным эффектом. — Или нет. Мы договорились с Кейт, что если я или она не найдем себе подходящую пару, когда придет время, то поженимся. Это хорошая партия. Моя кровь древнее, а ее семья богаче. Леди Кирамман будет за. — Поженитесь, зная, что любви нет? — все еще потрясенно смотрел на него маг. — А что, это так уж ужасно провести всю жизнь с верным другом? — Не слушай его, Виктор, — перебила Кейт. — Джейс у нас романтик. Все это на крайний случай. Меня не слишком привлекают такие, как он. А его — такие, как я, и этим все сказано. Так что если тебе нравится, бери, товар хороший. Ну, мне пора. До встречи. И она удалилась, шурша юбками. Компанию им теперь составляли лишь величественные и неприступные крепостные стены. Джейс принялся напряженно отсмеиваться. Желая скрыть смущение, спросил: — А у тебя есть невеста? — Нет, — отмахнулся маг. — Слушай… скольким еще людям ты рассказал про свою мечту? — Нискольким. Ты первый. — Хорошо. Я бы так все и оставил, даже если это просто твои детские фантазии. Кое-кому в Пилтовере это может сильно не понравиться. Особенно лорду Сейло. Но Джейс не был бы собой, если бы не припрятал самое вкусное на конец. Убедившись, что стража не смотрит, он поднес сжатый кулак поближе к глазам мага. На смуглой коже проступали следы от тяжелых латных перчаток, но вовсе не это привлекло внимание смотрящего. Незащищенное запястье обхватывал браслет с посверкивающим синим камнем. — Я забыл кое-что сказать. Это не только мечты. Я тоже хочу начать все с чистого листа. Я покажу тебе.