Вариант Шелкопряда

«Варпово отродье, именующее себя Кровавым Богом, не лишено хитрости — как и все, что порождено Тьмой. И для нас было бы серьезной ошибкой недооценивать угрозы, создаваемые его планами. К нашему большому счастью, это утверждение почти никогда нельзя вынести относительно его воинов, рабов и иных сущностей, подчиненных его воле. Демонические твари, зовущие себя кровопускателями — самые многочисленные, самые простые и слабые из своих собратьев, а их тактический арсенал невероятно скуден по человеческим меркам. Он, по сути, сводится к одному действию: бежать на врага с диким воем. Им все равно, с кем сражаться — друг друга они убивают так же охотно, как и живых обитателей нашей Галактики. Иногда наши солдаты, особенно неопытные, встретив такую орду на поле битвы, решают, что все враги, идущие в бой под знаменем кровавого владыки, слабые и легко предсказуемые, что их легко перехитрить и уничтожить. Такие глупцы обычно погибают первыми. В действительности даже низшие отродья, служащие Кровавой Твари, очень опасны в ближнем бою — и достаточно живучи, чтобы даже под сильным огнем иметь шанс достичь дистанции ближнего боя. Даже низший демон при должной сноровке способен пробить даже броню космодесантника — и такие случаи происходят чаще, чем нам хотелось бы. А если их достаточно много… Этого порой хватает для истребления целых армий. И еще, к нашему величайшему сожалению, они идут в бой не одни. Их ведут намного более крупные и опасные враги. Среди тех, чей кругозор не выходит за рамки Крови и Войны, размер и боевые навыки — это все, что имеет хоть какой-то смысл. Чем выше и сильнее эти твари становятся, тем они ближе к своему властелину Смерти. Чем они к нему ближе, тем быстрее растут их боевые и колдовские способности. Великие Твари обитают на вершине этой страшной пирамиды. Повелители Гнева, жаждущие бесконечной войны и резни, Кровожады, созданные лишь для того, чтобы нести смерть, пока последние звезды не погаснут… Их природа находится за гранью понимания смертных. Но все знают, что даже слабейшие из этих порождений варпа многократно сильнее даже лучших воинов Адептус Астартес. Известны случаи, когда они уничтожали целые полки в мгновение ока. И все же даже среди этих владык смерти разрушений есть особи, выдающиеся на их фоне. Один из них — Ка’Бандха, он же Погибель Ангелов, он же Второй Губитель. После того, как он сошелся в бою с самим примархом Сангвинием у Врат Вечности и выжил в этом бою, бесчисленные поколения инквизиторов неустанно молились о том, чтобы Осада Терры стала последней войной, в которой Человечеству довелось столкнуться с этим кошмаром. Их молитвы, как часто случается, остались безответными. В 050M34 тварь вернулась в мир живых, желая смыть кровью позор поражения от рук Великого Ангела. Двадцать миров были сожжены, миллиарды душ сгинули в никуда и тысячи героев отдали свои жизни ради того, чтобы демон снова отправился в изгнание. После этого Галактика была избавлена от ярости демона-убийцы на тысячу с лишним лет. Но никакой покой не длится вечно. В 289M35 демон вновь пришел в наш мир, атаковав имперские войска в Битве у Звезды Смерти. И все убедились в том, что за прошедшие века его ненависть к Сангвинию и его сынам возросла до поистине запредельных величин. Но никто не был готов к тому, что на борту того погибавшего корабля, спасавшегося с погибавшей боевой луны орков, Погибель Ангелов встретит ту, кого возненавидит даже сильнее, чем Великого Ангела…» (из записи в архиве Святой Инквизиции номер VV88-45217RMAD, продиктованной инквизитором [УДАЛЕНО] 047M36) «Ты мне больше не брат. И я никогда не присоединюсь к тебе в этом безумии. Ты слышишь меня, Хорус? Я никогда не стану рабом Хаоса!» (приписывается примарху Сангвинию, 014М31) *** Сегментум Ультима Сектор Никс Субсектор Нора Смилодона Система S-4697X5T4 7.623.289М35 *** Мысль дня: «Пусть вера защитит ваш разум и укрепит вашу плоть». *** Магос Десмериус Ланковар — Доложите… обстановку… — прохрипел Десмериус, опуская, наконец, силовой топор, которым он только что обезглавил последнюю варпову тварь, прорвавшуюся в отсек. Запрос был услышан — техножрецы один за другим проводили диагностику подотчетных им секций и систем и пересылали ему отчеты бинарным кодом. Очень безрадостные отчеты, надо сказать. — …Оборона Ноосферы находится под ударом мусорного кода врага и пока держится, но она также подвергается атаке со стороны варп-заразы. Поскольку вокс-связь не была своевременно изолирована, все каналы можно считать скомпрометированными… — …Три нижние палубы атакованы войсками Хаоса, связи с ангарами нет. Командир 20-го полка Эберт вместе с космодесантниками Альфа-Легиона держит оборону в секции U-45. Отряды скитариев противодействуют варповым отродьям в шестнадцати локациях… — …Две огромные пробоины во внешней обшивке, три отсека открыты пустоте и изолированы. Пустотные щиты работают на 45% максимальной мощи. Двигатели — на 102%. Генераторы полей Геллера серьезно повреждены, техножрец Джу-Ню-54 пытается найти возможность их восстановления, но высока вероятность того, что Хаос целенаправленно нанес первый удар именно по ним… — …Техножрец Дракон Рихтер в секции L-9 ведет бой с хеллдраками с помощью своих бронелетов… — …Наблюдаем запуск новой волны абордажных капсул противника, предполагаем, что они достигнут «Магоса Лаурентиса» через шестьдесят пять секунд… — …«Сертамен Ферале» разгоняется — при сохранении текущих скоростных параметров движения обоих кораблей мы войдем в зону поражения его главного калибра в течение восьми минут… Все это, во имя Вселенской Шестерни Омниссии, было полной катастрофой. Без полей Геллера они не только утратили возможность сбежать через варп, у них, вдобавок, не осталось никакой защиты от штурмующих корабль демонов. Они еще могли отбиваться. Они еще могли двигаться. Вот только ничего это не меняло. Даже если бы «Магос Лаурентис» был совершенно новым и невредимым… Даже тогда у него не было бы ни единого шанса в бою против громадного линкора класса «Голиаф», превращенного еретиками в потустороннего монстра. Но они не были невредимыми. Они держались на честном слове и благословении Омниссии уже тогда, когда хаоситы еще только покинули варп и ринулись в атаку. — «Опера Экситиум» готова вступить с «Сертаменом Ферале» в бой, а также высылает к нам на борт десантные челноки с собственными абордажными отрядами… — его заместительница попыталась найти хотя бы один светлый проблеск в той бездне, куда они угодили. — Этого мало. Предатели уже высадили на наш крейсер свыше четырехсот космодесантников Хаоса и готовы высадить еще больше, а у Красных Братьев в строю максимум триста воинов-абордажников… — И мы даже не можем открыть зараженные Хаосом отсеки в пустоту. — Не можем. Ни у кого из наших союзников на нижних палубах, не считая Астартес, нет космической защиты. А поскольку путь к ангарам отрезан, у нас нет никакой возможности покинуть корабль, взяв с собой археотех… Ланковар не смог сдержать полуироничного-полуистерического смеха, когда несколько техножрецов рядом с ним выразили бурное удивление самой такой возможности. — Вы думаете, что если бы у нас был шанс сбежать, я бы не сбежал? Я осознаю, что это не вошло бы в ряды великих подвигов в скрипториях Адептус Механикус… Но мы должны выжить любой ценой — потому что на кону стоит слишком многое, — признал очевидное магос. — И поскольку в настоящее время у меня нет вариантов достижения данной цели с приемлемым шансом на успех, я прошу вас озвучить имеющиеся предложения — если они у вас есть. — Магос, я тоже не вижу никаких шансов одержать победу над «Сертаменом Ферале» и тварями, что он привез с собой. Пока что те, кого мы отправили в ангары и на нижние палубы, держат оборону, но нужно принять во внимание и фактор крайнего их истощения после череды битв на поверхности орочьей луны. Металл имеет свой предел, как и плоть. Если враг и дальше будет бросать на них десантные партии одну за другой, рано или поздно наши силы дрогнут. И я согласен с тем, что вырваться с корабля сквозь заслон демонов и космодесантников Хаоса возможности нет. — Стоит учесть еще и присутствие в системе зеленокожих ксеносов, — добавила Алена Висмер. — Утрата общего лидера рассеяла их, но большой и сильный общий враг в лице «Сертамена Ферале» позволил им снова обрести смысл действий. Они в любой момент могут начать общую атаку линкора — и нас заодно, если мы окажемся у них на пути. И помочь нам некому — эскадры Имперского Флота разбросаны по системе слишком далеко от нас, чтобы успеть. — Есть одно исключение — эксплораторский флот Ризы, — уточнил Ланковар, пропуская через себя поток данных, касающихся кораблей и их дислокации относительно друг друга. — «Копье Логоса» и сопровождающие их суда уже сейчас могут присоединиться к боевой барже Астартес и вступить в бой с «Сертаменом Ферале». При таком соотношении сил шансы на победу, по моей оценке, составят шестьдесят два процента. — Это возможно, — поправил техножрец, — если командующий флотом архимагос согласится нам помочь. А он не согласится, если не получит выгоды лично для себя. Ланковар и Висмер обмерялись долгим и очень многозначительным взглядом, после чего повернулись к техножрецу, управлявшему системами связи. — У нас есть возможность связаться с «Копьем Логоса» через защищенный канал шестого уровня шифрования? — Ответ отрицательный, магос. Несколько критически важных узлов нашего оборудования связи повреждены, к тому же у нас нет установленных протоколов, используемых кораблями Ризы. Я могу отправить запрос, но только в незашифрованном виде — или с минимальным уровнем шифрования, при этом потратив часть энергии и вычислительной мощи, используемой в настоящее время для обороны от мусорного кода Врага. Понижение уровня защиты может причинить нам существенный урон уже через восемьдесят секунд… Если перевести то, что он сейчас сказал, на простой низкий готик… Это означало, что их услышат абсолютно все, чьи приборы связи в этот момент будут функционировать — и хотя бы один из них будет направлен в сторону погибающего крейсера. Но магосу достаточно было мельком взглянуть на гололит, чтобы осознать простую истину: единственной альтернативой для них была гарантированная гибель. Для них — и всего того, что находилось на борту. Десмериус Ланковар понимал, как его встретит Омниссия, если он погибнет сам — и позволит погибнуть найденной им бесценной СШК. — Отправляйте. Текст следующий: «Несу на борту базу СШК. Прошу помощи». — Сообщение отправлено, магос. «Магос Лаурентис» снова задрожал под градом тяжелых ударов. Абордажные капсулы, о которых его предупредили минуту назад, достигли цели. Новые враги, новые еретики, жаждущие осквернить Святую СШК, уже прибыли. — Висмер! Принимайте командование на мостике. Защищайте СШК любой ценой. Абсолютно любой — знайте, что Хаос ни при каких обстоятельствах не должен ее захватить. — Поняла, магос! — ответила квестор. — Отправьте резервы скитариев на подмогу тем, кто обороняет нижние палубы и ангары. Поднимите все машины, которые могут вести бой — все до единой. И передайте гвардейцам, занимающим позиции между ангарами и машинным отделением мой приказ: ни шагу назад! Обороняться до тех пор, пока в строю есть хотя бы один человек! Если варповы отродья дорвутся до систем управления двигателями… Это будет конец. Обездвиженный «Магос Лаурентис» погибнет в считанные секунды. Зажатый между молотом Хаоса и наковальней орков, одинокий крейсер Механикус станет для них просто идеальной целью для тарана и абордажа. — Всем остальным скитариям и гвардейцам — за мной, в секцию U-5! Вперед! Смерть врагам Омниссии! *** Техножрец Дракон Рихтер Дракон была в ярости. Мало им было расплодившихся на сотнях планет орков. Мало было того, что зеленые образины не знали ничего, кроме войны — и откровенного издевательства над технологиями. Мало было того, что ни одна из их машин не могла двигаться, ни одно из их орудий не могло стрелять, по всем известным ей законам физики и элементарной логики — и все равно работало, вопреки всему… Но их существование она еще могла кое-как принять, стиснув зубы и продолжив работать. Какими бы ненормальными ни были зеленокожие, они оставались смертными — и если убедить их в собственной никчемности можно было только посредством смерти, ей такой исход виделся приемлемым. А вот те, кого здесь называли «Губительными силами»… Они пробили дно. Во всех смыслах. Для них, в ее понимании, простая смерть была слишком большой роскошью. Уже за то, как они осквернили благородный драконий облик в своих омерзительных механизмах… Она, как ни старалась, не могла придумать адекватного возмездия за такой непросительный грех. Но пощады они от нее точно не получат. — Это была твоя последняя ошибка, демон! — проорала Дракон и ее «Сапфир Мk I» одним мощным ударом впечатала металлическое уродство Врага в ближайшую стенку. Этого не было достаточно для того, чтобы добить демона в облике машины, но Дракон и не думала, что будет так легко. И когда адский механодракон, получив хороший удар, распахнул пасть, готовясь извергнуть в ее сторону пылающее внутри его чрева аномальное пламя, туда тут же ударил подфюзеляжный тяжелый лазер, который буквально поджарил чудовище изнутри. Внутри что-то гулко грохнуло, оторванные иглы, зубы и когти брызнули во все стороны — в общем, ему такое «прижигание» явно не пришлось по вкусу. К большому сожалению для твари, это был не контрольный выстрел, который мог оборвать его существование быстро и чисто. Слишком уж зла была Дракон. Пародия на ее боевые машины еще попыталась было огрызнуться из последних сил, но сразу поняла, что искрящиеся молниями силовые когти местного производства, которые она приделала к лапам, служили не только для красоты. Даже издыхая, тварь пыталась кусаться, выбрасывая в Ноосферу механикус и локальные управляющие контуры куски вредоносного кода, но и этот удар пришелся в пустоту — она уже знала, на что способны варповы отродья и за последние несколько минут оборона ее файрволлов усилилась минимум десятикратно. И на отражение этой предсмертной атаки у нее ушло от силы секунды две. И вот — завершающий удар. Когтистые манипуляторы «Сапфира» схватили робота-демона-дракона за глотку — и разорвали надвое. Оставалось только добить еще дергающуюся половину новым залпом лазерной пушки. В другом случае она бы этим и ограничилась, но сегодня решила сделать исключение. Она била и била это оскорбление самого слова «дракон», пока от него не осталось ничего, кроме оплавленного бесформенного металлического лома. А потом еще для надежности пыхнула по нему струей огня. — Элит! — взревела Дракон, оглядываясь по сторонам. — Где ты там прячешься? Место, где она сражалась, было не просто разрушенным, оно было… как бы сказать… «искаженным». Оставленные выстрелами многочисленные дыры в стенах из-за потусторонних аномалий так называемого «Хаоса», как могло показаться, истекали кровью, а пол был полностью завален обломками, ошметками и относительно целыми трупами — большая их часть принадлежала вражеским монстрам, но встречались среди них и гвардейцы, и техножрецы… — Я сказала, вылезай! — снова проорала она. — Все, врагов больше нет! Одетый в карнавальный костюм парачеловек с трудом выполз из-за упавших ящиков, где просидел весь бой. По тому, как потемнел его комбинезон в определенных местах и какой запах он теперь издавал, было понятно, что он обделался. — Ч… что за хрень я сейчас видел? Что вообще за хренова хрень творится с этим хреновым кораблем? Очевидно, этот мелко трясущийся суперзлодей перепугался так, что пребывал буквально в полушаге от того, чтобы окончательно сойти с ума. Из состояния паники его нужно было срочно выводить, поэтому Дракон применила одну из своих базовых программ в области человеческой психологии. Шаг первый. Покрепче взять объект за шиворот. Шаг второй. Нанести болезненный, но недостаточно сильный для причинения серьезных травм удар по одной стороне лица… — Ты че? Шаг третий. При положительном результате — завершение программы. При отрицательном — повторение второго шага… — Э, ну хорош уже! «Это все исключительно для его блага… Во всяком случае, я так скажу остальным. Ну и еще чтобы он не бесил меня так сильно…» — Эй, да хватит меня уже бить! — когда в его глазах вместо паники появилось явное желание врезать ей в ответ, Дракон решила, что цикл реабилитации можно и завершить. — Соберись! — скомандовала она, хорошенько встряхнув эту пародию на Марио. — Да, эти твари выглядят как адские черти. Нет, я тоже не имею ни малейшего понятия, откуда они взялись. И сколько их еще тут бегает, я тоже не знаю… Могу только предположить, что им от нас надо: всех поубивать и стащить ту ценную штуковину, которую мы на орочьей луне отыскали. А мне надо, чтобы они все сдохли… Но у меня нет оружия массового поражения против демонов. А у тебя? Надо отдать Элиту должное — он не только выслушал ее, но и всерьез задумался над ее вопросом. — Я… Блин… Насколько я понял, это не люди, не биоморфы, не клоны, не механизмы, не геномодифицированные существа, не киборги, не спрограммированные плотные голограммы… Нет, я ничего подобного на Земле Бет ни разу не встречал! Даже Губители… Они ведь тоже были порождениями нашего мира, правильно? А эти, получается, реально вылезли из какого-то адского изменения, то есть… Технарь оборвался на полуслове и застыл, глядя в одну точку перед собой. Она понимала, что это значит. — Выходит, что если я соберу какой-нибудь девайс, который как бы обрежет связь между мирами… Тогда всех эктоплазматических сущностей или утянет обратно, или они лишатся подпитки оттуда и сдохнут! Но я… я как бы не уверен, что он не рванет. Фиг знает, от чего мне его запитывать придется, да и потом, если окажется, что я уже делал что-то такое раньше… Короче, один раз, может, и сработает, но на большее я… Участок склада рядом с ними снова полыхнул пламенем и Дракон, повернувшись в том направлении, снова ощутила нарастающий гнев — сразу два черных железных дракона-демона жгли все, что попадалось им на глаза. — Давай. Только постарайся не приделать к своей игрушке какой-нибудь демонический компонент… Попроси техножрецов помочь. А я пока займусь этими… Возможно, она могла бы ворваться в бой с ревом сирены, тем самым бросая вызов адскому врагу — но вместо этого поприветствовала их точным залпом из «Штормового орла» в голову ближайшего демона. Второй замер на мгновение, затем заревел от гнева и бросился в бой. — ЧЕГО ЗАСТЫЛ? — крикнула она замершему от испуга Технарю. — ДЕЙСТВУЙ! А дальше мир вокруг нее снова утонул в черном дыму и синем пламени. Вражеские железные драконы продолжали наседать и нянчиться с Элитом ей было совсем недосуг. *** Капрал Вэй Цао Они как раз запирали пленных эльдарок в камерах, когда стены начали кричать и несколько уханьских солдат, услышав этот крик, стали хвататься за лица… и обращаться. За последние дни они пережили все, что только могли представить — и еще больше того, чего представить не могли. Но это… Это все равно потрясло каждого, кто сохранил рассудок. Орки, конечно, были живым воплощением самого слова «война», но они, по крайней мере, пытаются убить тебя тем, что ты худо-бедно понимаешь. А сейчас им противостояло то, чего нельзя было застрелить из лазгана или заколоть штыком. Можно было только бороться с его последствиями. Комиссар среагировал быстро и тут же прострелил головы двоим «превращенцам» прямо в процессе. Третьего застрелить уже не успел, он обратился кроваво-красной тварью в два человеческих роста, вооруженную изогнутым клинком, выточенным из кости и украшенным изображениями кричащих в агонии лиц. Это оружие он вскинул вверх в жуткой пародии на воинский салют. — КРОВЬ ДЛЯ БОГА КРОВИ! ЧЕРЕПА ДЛЯ ТРОНА ЧЕРЕПОВ! — УБЕЙ ЕРЕТИКА! УБЕЙ МУТАНТА! ЗА ИМПЕРАТОРА! Каким бы огромным и жутким ни было это чудовище, оно было одно, а их было — пока еще — много. Секунды через три его упавшая на палубу туша была пронзена дюжиной штыков, а пиломеч комиссара отчленил уродливую голову от такого же уродливого тела. — Нет, такой хрени в «Настольной книге Имперского гвардейца» точно не было! — в сердцах выпалил фэйский сержант, после чего с силой наступил тяжелым ботинком на какой-то гибкий сочащийся кровью отросток, змеившийся по полу. — Вообще-то было, — поправил его ветеран с Ульма с перевязанной рукой, чья форма к этому времени была скорее серо-бурой, чем белой. — Раздел «Губительные Силы», глава… — Эта «глава», вообще-то — пара строчек, предписывающих почаще возносить молитвы Императору — и все! — отрезал солдат с Анд перед тем, как снова натянуть на лицо респиратор. — Эх, Саймон… Славным ты был парнем… — Прекратить крамольные разговоры, — голос комиссара моментально оборвал все перешептывания и болтовню. — Связист! Есть свежие сведения о том, что творится на верхних палубах? — Никак нет, комиссар, все вокс-каналы забиты воплями и помехами, что насылают еретики… Я взял на себя ответственность отключить связь, чтобы отрезать наши разумы от того, что пытается внушить враг. — Одобряю… — не слишком уверенно кивнул комиссар. — Нам нужно поскорее вернуться к своим и встретить варпову нечисть плечом к плечу… Капрал Цао, вы, как адъютант старшего командира… Насколько магосу Ланковару важно, чтобы пленные ксеносы остались живыми? Вэй еще успела открыть рот для ответа — и тут же мир вокруг нее перевернулся с ног на голову. Она обнаружила себя лежащей на холодной металлической палубе. Врагов рядом не было видно, но девушка не сомневалась, что опасность совсем рядом. Она попыталась встать (с куда большим трудом, чем ожидала) — и тут же над ней склонилась ухмыляющаяся морда ксеноса. Тогда Вэй не очень поняла смысл слов «эльдарские скоморохи-убийцы», как их окрестил болтливый дредноут. Сейчас она осознала, насколько они были точными. Золотая маска, изображающая искривленное в усмешке лицо. Облегающая одежда, ежесекундно меняющая цвета. Обувь, которая выглядела крайне неудобной даже на балу на ее родном мире… В одной руке чужак держал ключ от камер, в другой — кинжал с острым лезвием, мокрый от крови. Вэй попыталась приподняться — и лезвие тут же прижалось к ее горлу. За его спиной открылись двери. Ну правильно, эта тварь еще и друзей своих освободила… Она молча молилась, чтобы кто-нибудь из сослуживцев услышал, что на них напали, и прибежал на помощь. Или чтобы кто-то из тех, с кем она спустилась сюда, успел сбежать и вызвать подмогу… Но тут эльдар щелкнул пальцами и чуть-чуть ослабил давление клинка на ее горло. Очевидно, это означало разрешение повернуть голову… Лучше бы не поворачивала. Лазганы ее боевых товарищей были составлены в аккуратную пирамидку штыками вверх — и на один из штыков была насажена отрезанная голова комиссара. Исполосованные и выпотрошенные тела остальных гвардейцев были разложены вокруг в комичных и гротескных позах. Но как? Как, во имя Императора, это существо сумело зарезать их всех так быстро? — Убей меня, ксенос. Я ничего тебе не скажу. — Убей, убей, убей… Все вы, люди, одинаковые. Только об этом и думаете… — наряд эльдара окрасился кроваво-красным цветом. — Кровавые жертвы и абсолютная власть. Золотой трон и вечная война с тем, что прячется в глубинах ваших душ. Вы только и делаете, что падаете, поднимаетесь — чтобы снова упасть. Великая и недостижимая цель, путь к которой представляет собой чистую комедию… Ксенос замолчал на секунду. — Ты умрешь… — его кинжал плясал в воздухе, — …но не сегодня. Сначала ты передашь послание для руки, держащей Меч Ваула и разума, повелевающего хитиновой жизнью… Вэй сглотнула. Она поняла, о ком он говорит. — Если ты ее хотя бы… — Будущее должно воплотиться с Песней Туманности. Потеряй — и погибнешь. Сохрани кровавую слезу — и победишь. Нелегкий выбор, не так ли? Нелегкий, но интересный — и трагичный, ха! Вэй Цао, лежа на полу, смотрела, как Арлекин танцует вокруг синего портала, порожденного его техноколдовством. И как в этой синеве исчезают их пленницы в белой и зеленой броне. — Мы все равно вас уничтожим. Имперская Гвардия никогда не забудет вашего гнусного вероломства. Мои товарищи придут. Она придет. Она всех вас перебьет… — Рой силен и неостановим. Рой движется. Рой ест. Рой растет. Рой наступает. Но даже Рой не в силах одолеть Смерть! В этот момент портал исчез — и она осталась совсем одна. Наедине с убитыми сослуживцами, открытыми и пустыми камерами. — Я не знаю, насколько их жизни важны для магоса Ланковара… — поднимаясь на ноги, Вэй зачем-то решила ответить на вопрос мертвого комиссара. — Но Император сказал, что все они должны сгинуть… И Он был совершенно прав. С этими словами она побежала обратно к ангарным палубам, где должны были занимать позиции две фэйские роты. Вэй Цао не видела ни одной причины доверять словам эльдара… Но понимала, что от нее нет никакого толку, если она будет и дальше охранять пустые тюремные камеры. *** Мисси Байрон Больше всего ее бесило что в том мире, что в этом, одна очень маленькая (не смейтесь только) вещь. А именно — ее образ, вбитый в головы как кретинов из СКП, так и упертых космодесантников. Стоило ей только заикнуться о том, что она будет работать с ними, первой их реакцией оказывалось: «О, Господи / Император Всемогущий, ты же еще ребенок!» Нет, правда. Задолбали уже. За-дол-ба-ли! Вы что, сговорились все? Она была едва ли не опытнейшей из Стражей, обладала невероятными силами и опытом противостояния Губителям и угрозам S-класса — а их волновали только циферки в паспорте! Ну как, спрашивается, их можно было переубедить? Охватить целый город — и сплющивать его, пока все топливные баки и цистерны не взорвутся к хренам? Вот почему когда первые красномордые черти, которых она встретила, что-то вякнули про то, что у нее маленький череп… Первой мыслью Висты после такого было, что ей должны будут срок скостить за состояние аффекта, в котором она сейчас с ними сотворит всякое разное… Через секунду стая адских псов легким движением ее руки столкнулась с ломящимися вперед космодесантниками в черной броне — и вскоре пораскинула мозгами, кишками и всем прочим по окружающим стенам. — Ничего себе… — выдохнул солдат, который выглядел скорее мертвым, чем живым из-за обильно покрывавших его тело бинтов. — А эти воины знают, как надо приветствовать врагов Императора! За мной, парни! Поможем им! Битва разгоралась все жарче, враг продолжал прибывать, но развернувшиеся на позициях космодесантники успевали истреблять их так же быстро. «Красные» действовали четко, хладнокровно и методично, а вот «черные»… Если бы ее попросили описать их тактику одним словом, этим словом была бы «резня». Какие там маневры, обходы, засады и обстрел из укрытий? Беги на врага и руби огромными мечами на куски всех, кого встретишь — чего еще надо? Если только орать погромче. — КРОВАВЫЕ АНГЕЛЫ, ВПЕРЕД! ЗА МНОЙ, БРАТЬЯ! СМЕРТЬ ХОРУСУ! СМЕРТЬ ХОРУСУ! — ЗА ИМПЕРАТОРА! ВО СЛАВУ ДЕВЯТОГО! Это были самые ясно различимые — и самые приличные боевые кличи из всех, что она смогла разобрать. Большую часть времени Астартес просто ревели на одной ноте. То, что происходило вокруг, было хаосом в чистейшем его проявлении. Виста даже радовалась тому, что врагов повсюду было так много, что она не могла позволить себе отвлечься на разглядывание искаженных безумием стен, покрытых кричащими и кровоточащими лицами. Вместо этого она бросила все свое внимание на то, чтобы адские демоны, колдуны и утыканные шипами твари причиняли как можно больше вреда друг другу, а не ее соратникам. Космодесантники продолжали наступать, шагая по еще недавно живому ковру из тел чудовищ. «Черные» шли на острие атаки, пока «красно-желтые» обеспечивали огневую поддержку и маневренные контрудары. Демоны гибли целыми ордами, с их стороны тоже были потери, но это никак не замедляло их наступления. Лишь один воин с золотой чашей время от времени склонялся над павшими, что-то вытаскивал из их тел и шел дальше. Висте приходилось передвигаться исключительно бегом, чтобы не отстать от размашисто шагавших великанов в броне. Первое время она действительно казалась себе карликом в стране великанов… пока им не начали попадаться выжившие члены экипажа крейсера, взиравшие на космодесантников с изумлением и благоговением. Они словно никак не могли поверить, что Астартес действительно пришли к ним на помощь, действительно принесли демонам то, что здесь называлось «судом Императора». — Кто здесь старший по званию? — спросила Контесса, остановившись у большой группы выживших, занявших позицию у лифтовой шахты. Выглядели они так, словно только что вернулись из прогулки по аду. А по тому, что их форма не выглядела вывалянной невесть в чем, нетрудно было понять, что изначально она была черного цвета. Ну и правильно, так кровь с грязью на ткани видно меньше… — Я, инквизитор, — ответила женщина-офицер, одна рука которой была сломана, а второй она сжимала лазган. Несмотря на усталость в ее голосе, голубые глаза по-прежнему горели решимостью. — Капитан Севрев, 2-я рота 20-го Фэйского полка. — Нам нужно попасть в ангарные отсеки на уровне U, капитан. К немалому удивлению Висты, женщина-капитан насмешливо скривилась. — А мне нужна пенсия в пару миллионов гелтов и планета в личную собственность… Только что-то не дают никак. Впервые за целую вечность на лице Контессы появился намек на какие-то эмоции. И этой эмоцией было раздражение. Правая рука потянулась к волкитному пистолету в кобуре — его она до сих пор ни разу не пустила в ход. — Капитан, мне кажется, вы не понимаете, что сейчас поставлено на карту… — Это вы, похоже, не понимаете, что там сейчас происходит, инквизитор! — это слово она едва не выплюнула, но сдержалась из последних сил. — Там держит оборону мой командир, с ней больше пятидесяти Астартес и я только за последние десять минут отправила ей на подмогу не меньше шестидесяти тысяч насекомых всех видов… Потому что там демоны, мать их, и прочие варповы отродья! А еще хаоситские космодесантники и насекомые, способные убить человека одним ударом! Магос Ланковар послал было им на подмогу своих скитариев — и их всех разломали быстрее, чем они успели прокричать «Слава Омниссии»! Солдаты, которыми она командовала, согласно кивали, а Виста… Ее как будто мешком по голове ударило, стоило только капитанше упомянуть насекомых. И командира своего она в женском роде называла! Получается… Ими командует Рой?? Реально??? Нет, правда, кому еще могли понадобиться насекомые в качестве подмоги? — Там полный хаос — и командир строго запретила нам туда идти. Сказала удерживать позиции здесь, чтобы варповы твари к ней с тыла не зашли… А еще сказала, что не хочет бросать своих людей в мясорубку, которая перемалывает даже Астартес. Мне тяжело было такое слышать, но приказ я все равно выполню. Я буду и дальше защищать позиции между складами и машинным отделением — как и техножрецов, которые их обслуживают. Хотите лезть в то пекло — ваше право. Я дам вам коды от лифтов, но мои люди с вами не пойдут. Умирайте сами, раз уж вам не терпится. И не факт, что вы погибнете от руки врага… Я заметила, что некоторые из ваших космодесантников не слишком различают своих и чужих… — Я вам скажу вот что: не стоит недооценивать род людской. Человек на самом деле способен выжить везде, где бы ни пожелал… — с этими словами Контесса направилась к лифту с таким видом, словно весь этот разговор, от первого слова до последнего, шел по ее сценарию, не отклоняясь ни на букву. Меньше чем через минуту они уже встретились с Красными Братьями в нужном месте… Но теперь космодесантников было намного меньше, чем поначалу. И противостояли им не те «адские гончие» и «черти» размером с обычного человека. Сейчас против них шли такие же бронированные великаны, чьи силовые доспехи были обильно украшены горящими и кровоточащими рунами, черными печатями, шипами, рогами и прочей «адской» атрибутикой. А еще они орали в голосину даже громче, чем «их» космодесантники в черном. И крови на стенах здесь было намного больше, чем наверху. Как и разбросанных по полу трупов и ошметков: человеческих, демонических, инсектоидных… — Я их отвлеку, — сказала Виста и, не услышав возражений со стороны Контессы, начала постепенно преобразовывать пространство за позициями демонов… Как любезно было с их стороны притащить столько острых предметов, а потом еще и разбросать их в беспорядке! А еще они так забавно удивлялись, когда внезапно оказывались не там, где думали, с клинком боевого товарища в какой-то жизненно важной части тела… Пока она искажала мир, Контесса тоже, наконец, вступила в бой, отстреливая монстров точными попаданиями из волкитного пистолета. Пока, вроде, все шло как надо. Они пока что побеждали — по крайней мере, здесь. Но потом ей стало ясно, что судьба битвы решалась совсем не «здесь». Побоище, устроенное ими, было лишь мелким недоразумением на фоне того, что творилось в соседнем ангаре, в нескольких сотнях метров от них. Там сражались все — и со всеми. Не люди против людей. И не люди против демонов. Костяк одной из сторон составляли чудовищные многоножки размером с танк, поддерживаемые насекомыми поменьше и совсем уж гигантскими жуками, покрытыми черной броней, над головами которых кружились рои существ, отдаленно похожих на перекрашенных в оранжевый цвет гигантских пчел… А позади этого хитинового моря плотный строй Астартес в синей броне вел огонь из тяжелых пушек — таких больших, каких у Красных Братьев и в помине не было. Можно ли представить себе, чтобы эта разновидовая орда кому-то проиграла? Однако она проигрывала. Если бы ее противником были люди (или даже паралюди), Виста не сомневалась в том, что такая волна хитина, жвал, игл, плазмы и металла рано или поздно подавила бы любое количество человеческого мяса. Но враги не были людьми. Это были демоны из самых темных глубин Ада. Первым, что она разглядела, было кроваво-красное сияние исполинских врат, откуда неостановимым потоком ломились твари, которых даже в ночных кошмарах трудно было представить. Там были и четвероногие отродья, на фоне которых сам Цербер выглядел бы щеночком, и двуногие, отдаленно напоминающие людей существа со звериными головами и черными клинками в лапах… — ВАШЕМУ ЖАЛКОМУ СУЩЕСТВОВАНИЮ ПРИШЕЛ КОНЕЦ, СЛУГИ ТРУПА-НА-ТРОНЕ! И расступилась от этого голоса чудовищная орда, пропуская вперед черно-красного демона-великана. В одной руке он сжимал огромный топор, в другой — длинный огненный кнут. И каждый из этих предметов был таким большим и тяжелым, что даже космодесантник не мог бы его поднять. — Я ЕСМЬ ПОГИБЕЛЬ АНГЕЛОВ! — каждое свое слово он сопровождал размашистым ударом, без разбора разившим хищных насекомых — или его собственных последователей. — ВАШЕГО ОТЦА БОЛЬШЕ НЕТ, СЫНЫ САНГВИНИЯ! ПОГИБЕЛЬ ВАША ГРЯДЕТ — И ВАШИ ДУШИ БУДУТ СКОРМЛЕНЫ КХОРНУ! И тут демон внезапно перестал орудовать топором — вместо этого он зачем-то широко махнул рукой в пустоту, отчего все вокруг, как ей показалось, потемнело и затянуло красной поволокой. А еще через секунду сотня с лишним космодесантников — все, что с ними еще оставались — попадали замертво, словно марионетки, у которых в одночасье оборвались все веревочки… *** Мастер-терзатель Иеремия Айсли Чего не знает ни один космодесантник? Слова «страх». О чем знает каждый космодесантник? О том, что жизнь несправедлива. В правильности последней мудрости Иеремия убеждался намного чаще, чем хотел. Они даже не успели обрадоваться неожиданной подмоге в лице наследников бывшего Девятого легиона, когда демон вывел из боя сто с лишним Астартес одним мановением руки. Что ж, это, по крайней мере, доказывало, что служители Кхорна были такими же лицемерами, как и их собратья-тзинчиты. И при выборе между честным боем, который они могли проиграть, и вероломным ударом в спину, предпочитали второй вариант. Он готов был самолично съесть свою силовую броню, начиная со шлема, если бы это было не так. Вот только исполнить это намерение он вряд ли уже сможет. Потому что Ка’Бандха шел прямо на них. Он избавился от потомков Кровавых Ангелов, он рубил гигантских насекомых одно за другим, он… Постойте, а где он? Кровожад, готовый наброситься на его братьев, зачем-то вдруг переместился на несколько сотен метров назад… Он не мог понять, как враг это сделал — и, главное, зачем. — МАСТЕР-ТЕРЗАТЕЛЬ… НАДО РЕШАТЬ, ЧТО С ЭТИМ ВСЕМ ДЕЛАТЬ… — Да, Пьер, я как раз об этом думаю… — проблема была в том, что он, хоть убейте, не мог найти выхода из их отчаянного положения. Альфа-легионеры всегда строили свои планы на непрямом противостоянии и безответном изматывании врага. Но даже если предположить, что в его отряде сражались гении обороны, горстка космодесантников не смогла бы выстоять против бесконечной орды нечисти, которая продолжала ломиться из кровавых врат варпа. И они, во имя Омеги, никак не могли пробиться к источнику Зла, не говоря уже о том, чтобы его разрушить. И за то, что они все еще были живы, следовало поблагодарить Тейлор Эберт и ее живой (пока еще) щит из насекомых между ними и демонами. Нужно было как-то закрыть врата. Вот только как? Единственным приходящим на ум способом выполнить задачу такими малыми силами был взрыв всего корабля… Но тогда у них тоже не было бы шанса сбежать. Тем временем Ка’Бандха, кажется, и сам не очень понял, почему он внезапно переместился. Но дезориентация быстро прошла — и Великий демон, вскинув над головой топор, с силой ударил им о палубу, чем породил мощную ударную волну. — КРОВЬ ДЛЯ БОГА КРОВИ! ПРИНЕСИТЕ МНЕ ИХ ЧЕРЕПА!! И тысячи демонов, ринулись вперед в едином злобном порыве. «Моя броня — презрение. Мой щит — омерзение. Мой меч — ненависть» — повторил он про себя древнюю литанию, а затем спросил сам себя: неужели его когорта закончит вот так? После стольких веков борьбы? — ПУСТЬ ВСЕ ОНИ СДОХНУТ! ВО ИМЯ ИМПЕРАТОРА! — взревел Древний Пьер и первым бросился навстречу демонам, увлекая за собой больше трех десятков боевых братьев. А потом Иеремия вдруг ослеп. Яркая белая вспышка лишила его зрения на несколько секунд — и когда глаза снова стали видеть, сотни чудовищ, только что бежавших к ним, перестали подавать признаки жизни. На их головы падал настоящий дождь из мириадов хрустальных искр, которые не причиняли им и их союзникам никакого вреда — зато варповых отродий они жгли и убивали без намеков на пощаду. Он не сразу понял природу этого дождя — но все же понял. Командир 20-го Фэйского полка держала в руке некий археотех — и, как ему показалась, представляла собой воплощенную ярость. Но враг все равно наступал. Служители Кхорна рвались вперед в море пламени, крови и клинков — и гибли под дождем падающих искр, которые жгли и резали их так, словно те были слеплены из снега… Но они все продолжали наступать. Адское пламя взревело с новой силой и Ка’Бандха снова включился в резню, несмотря на то что ему, как могло показаться, противостояло само окружающее пространство. Но даже сами законы физики падали перед его окровавленным топором. — ЕЩЕ КРОВИ! ЕЩЕ! БОЛЬШЕ ЧЕРЕПОВ!!! От удара, разрубившего последнюю гигантскую многоножку, несколько находившихся в неудачной близости космодесантников отлетели в стороны, словно игрушечные солдатики под порывом ветра. Им очень повезло, что это было не то колдовство, что он использовал против потомков Кровавых Ангелов, выведя их из строя одним ударом. И все равно мастер-терзатель с прискорбием отметил, что минимум трое его боевых братьев так больше и не встали. К тому моменту враг уже вырезал большую часть оставшихся насекомых. Там, где раньше их были десятки тысяч, остались лишь сотни — да и те были заметно меньше тех, что выросли больше всех и пошли в бой первыми. Рядом с новым командиром полка сражались около дюжины гвардейцев и одинокий космодесантник в черной броне без знаков различия. Черный Щит? Очевидно, что да. И это было все. Ну и еще ветераны Альфа-Легиона под его началом. И еще пара женщин, прибывших вместе с умирающими сынами Сангвиния — одна в черном, другая в зеленом. Но какой у этих двоих был шанс изменить баланс сил? Абсолютно никакой. Только не против Кровожада. Только не против Ка’Бандхи, врага, достойного примарха. — ХОРОШИЙ ТРЮК С МЕЧОМ ВАУЛА, СМЕРТНАЯ. НО ПРОТИВ МЕНЯ ТЕБЕ СТОИТ ПРИДУМАТЬ ЧТО-ТО ПОСИЛЬНЕЕ… Еще одна вещь, которую знает каждый космодесантник — все демоны лживы по природе своей. Но в данном случае тварь, к его большому сожалению, говорила правду. Сколько бы искр не падало на темно-красную кожу Кровожада, раны и ожоги на нем затягивались быстрее, чем появлялись. Вместо ответа бывшая заместительница погибшего командира 20-го полка побежала навстречу рогатому колоссу. Иеремия хотел было крикнуть ей не делать этого, несмотря на то что формально эта девчонка была старшей в их команде… Но потом вспомнил, что она до сих пор ни разу не ошиблась. До сих пор все ее планы срабатывали — а вот его, к сожалению, нет. Он и представить себе не мог двух менее похожих друг на друга противников. На одной стороне — пятнадцатиметровый красно-черный слуга Кхорна, утыканный шипами, рогами, клыками, когтями, вооруженный топором и кнутом, способный в одиночку рвать на куски целые армии без особых усилий… А против него — обычный человек, девушка с винтовкой за спиной и мечом, тем самым, что только что вызвал хрустальный дождь… — ХОРОШО! ПРЕВОСХОДНО!! Я ТАК РАД, ЧТО ХОТЬ У КОГО-ТО ИЗ СЛУГ ТРУСА НА ЗОЛОТОМ ТРОНЕ ЕСТЬ ПОНИМАНИЕ ТОГО, ЧТО ЕСТЬ ДОБЛЕСТЬ!! Я ОБЯЗАТЕЛЬНО СОХРАНЮ ТВОЙ ЧЕРЕП — И РАССКАЖУ О ТОМ, КАК ТЫ УМЕРЛА, КОГДА ПРИПОДНЕСУ ЕГО КХОРНУ!! — Не сегодня, тварь… ПОЛУЧАЙ! Еще одна вспышка, еще более яркая, чем первая — в этот раз оптика его силовой брони вышла из строя на целых три секунды, прежде чем мир вокруг снова начал обретать контуры… Но если в прошлый раз за время краткой слепоты изменилось все, то в этот раз — ничего. Оба противника находились на тех же местах, в тех же позах… И Ка’Бандха даже не выглядел раненым. «Во имя Золотого Трона Терры, как это чудовище вообще можно ранить?» — И ЭТО ВСЕ? ВСЕ?? — ревел демон, насмехаясь над ней. — ВИДИМО, Я ПОСПЕШИЛ С ПОХВАЛОЙ… И ТВОЙ ЧЕРЕП НЕ УДОСТОИТСЯ ЧЕСТИ СТАТЬ… И тогда воительница разжала левую ладонь… …На которой лежала красная слеза, выточенная из красного камня. Иеремии хватило одного удара сердца на то, чтобы узнать эту вещь. Рубин Ваала. Он не мог быть ничем иным. А этот камень, судя по его размеру и мастерству огранщиков, из чьих рук он вышел, некогда украшал доспехи самого примарха Сангвиния. — Эй, демонюка… Это не ты потерял? Рубин загорелся золотым пламенем. «О, Император…» Ка’Бандха тоже узнал камень — и взревел в апокалиптической ярости. — НЕМЕДЛЕННО ВЕРНИ ТО, ЧТО МНЕ ПРИНАДЛЕЖИТ!! БАБАХ! Его речь оборвал болтерный выстрел. Все дожившие до этого момента, будь то демоны или люди, обернулись на звук — и замерли в изумлении. Сыны Сангвиния, минуту назад лежавшие без движения или бредившие в предсмертных муках, поднимались на ноги и выстраивались плечом к плечу. А Иеремия, глядя в одинаковые шлемы брони Mk VII, ясно видел выражения их ангельски прекрасных лиц, хотя и не обладал псайкерскими способностями. — Нет слов, чтобы описать страдания, которые тебе предстоит пережить, — заявил космодесантник в красно-золотой броне — и ненависть в его голосе была жарче самого Ада. — За все. За Императора. За примарха. За Девятый легион. За все беды, что ты причинил нам, этим доблестным воинам — и всей Галактике. — Я ВСЕХ УБЬЮ! ВСЕХ ВАС!! Я ВЕЛИЧАЙШИЙ ИЗ СЛУГ КХОРНА!! НИКТО ИЗ СМЕРТНЫХ НЕ ВЫЖИВЕТ, ВСТАВ ПРОТИВ МЕНЯ!! Я ПРИНЕС ВАМ ВСЕМ СМЕРТЬ!!! Адские врата полыхнули еще ярче — и оттуда хлынула новая волна демонов, которую, как могло показаться, ничто не могло остановить. Ну а они могли ответить на их появление и его речь только… — ЗА ИМПЕРАТОРА!!! Впервые за тысячи лет космодесантники в синих и красных доспехах, сыны Девятого и Двадцатого легионов, шли в бой плечом к плечу. Против общего врага. За Человечество. *** Исполняющая обязанности командира полка Тейлор Эберт Она едва успела прикоснуться к рубину в форме слезы, как мир вокруг изменился до неузнаваемости. Это другой звездолет, совсем не похожий на «Магоса Лаурентиса». Коридоры, по которым она идет, намного шире — и страшнее. Они кажутся ей… больными. Кругом одни и те же символы — восьмилучевые кресты с треугольными наконечниками и зловещие алые глаза. Это не ее тело. И демона, с которым она только что сражалась, тоже нигде нет. Вернее, есть — их много, они разные… Но не такие. Красные рогатые черти с изогнутыми клинками. Медленно бредущие вперед твари, чьи тела изуродованы гноящимися опухолями. Омерзительные бесформенные отродья сине-багровых оттенков. Розовые человекоподобные чудовища, преисполненные похотью… Она идет вперед, прорезаясь сквозь их полчища с такой легкостью, словно их нет. Она идет — и за ней идут ее Астартес. Но их все меньше. Они гибнут один за другим. А она идет дальше. Она делает последние шаги к цели, срубая головы последним врагам. Она понимает, что в своем «настоящем» облике не научится владеть мечом настолько хорошо даже за тысячу человеческих жизней. Она стоит на мостике чудовищного звездолета. Чудовищного не только обликом, но и габаритами. Только в этом отсеке можно свободно разместить несколько полков и устроить между ними битву — и на это уйдет максимум четверть имеющегося пространства. Но мостик так же полон болезни и порчи, как и коридоры, по которым она шла. Вокруг стоят Астартес в броне гнилостно-болотного цвета. Они смотрят на нее. Рядом с ними — чудовища, по сравнению с которыми даже плоды самых жутких экспериментов Механикус кажутся эталонами красоты. Рядом — демоны, мутанты и твари, которых не должно быть в этом мире. По ту сторону обзорного окна — битва невероятных масштабов. Тысячи… Нет, десятки тысяч кораблей неустанно убивают друг друга. Залпы за залпами прорезают черную пустоту, миллионы вспышек орудий, которых она и представить себе раньше не могла… А под ними лежит планета, чью поверхность пожирает огонь. Краем глаза она видит, как на ночной стороне гаснут огни. В самом центре стоит творец этого безумия. Он чудовищен. Он не так высок, как Погибель Ангелов — но для нее это слабое утешение. Он намного выше Астартес. На нем огромные тяжелые доспехи черного цвета. Одна его рука заканчивается огромной когтистой перчаткой. Вторая сжимает двухметровый боевой молот. Вокруг него клубится тьма. Не отсутствие света, и именно Тьма, олицетворяющая зло. В этой Тьме она видит кричащие в агонии лица, слышит издевательский смех демонов и ощущает чистейшее отвращение, испытываемое этим чудовищем ко всему вокруг… Она не может видеть в нем человека. Это Зло, абсолютное и чистейшее. Зло, обитающее за гранью реальности и не желающее ничего, кроме уничтожения и порабощения всех и вся. — Брат, — тихо и очень проникновенно говорит великан в черной броне. — Прошу, услышь меня… Еще не поздно! Ты еще можешь присоединиться ко мне! Вместе мы сокрушим лжецов и узурпаторов и станем править Империумом как братья! Ты и я, мы вместе вернем Человечеству былое величие — и все, что по праву принадлежит ему! И она видит очень яркие образы, навалившиеся на все ее органы чувств… Она видит Ангела, перед которым склоняются миллиарды, если не триллионы человек. Она видит горы черепов орков и тысяч других враждебных видов, ныне выжженных и уничтоженных под корень — и отныне от их врагов не остается ничего, кроме пепла. Она видит бессчетные армии Астартес, ликующих над полчищами врагов, растоптанных керамитовыми сапогами. Она видит райские сады, над которыми возносятся сверкающие позолотой башни. Видит людей, наслаждающихся покоем и праздностью. Видит новый Золотой век, не знающий голода, болезней и смерти… Она видит искушение. И она видит ложь. — Нет, — Тейлор вдруг понимает, что этот голос принадлежит все-таки ей, а не тому, в чье тело она переместилась. — Это ложь — и ты прекрасно это знаешь! — Если ты не пойдешь со мной, брат, ты умрешь… — она чувствует, как растет окружавшая черного воина тьма — и слышит почти искреннее сожаление в его голосе. — Смерть тяжела и невозвратна. Но лучше умереть, чем жить рабом Хаоса! На этом видение угасло и Тейлор вновь оказалась лицом к лицу с гигантской красно-черной образиной, называвшей себя Ка’Бандхой. И тварь, похоже, была совсем не рада ее возвращению. — Эй, демонюка… Это не ты потерял? Ее рука сжала рубин — и почувствовала скрытое в нем живое тепло, которое будто вытягивало из ее тела усталость и сомнения. Затем рубин окружило красно-золотое сияние… — ЗА ИМПЕРАТОРА! Когда Астартес бросились в новую атаку, она вдруг поняла, насколько легко ей теперь удавалось уворачиваться от ударов кнута и топора. Активировав прыжковый ранец, она вскинула Осколок Туманности, готовя новый хрустальный залп, бросила в бой последних оставшихся у нее насекомых и закричала во весь голос прямо в лицо Тьмы: — МЫ НЕ БУДЕМ РАБАМИ ХАОСА!!! *** Сержант Гавриил Форкас Император не был Богом. Гавриил прекрасно знал это со времен Великого крестового похода — и был рад делиться этой простой истиной. Раз уж сам Император неоднократно (а точнее, почти каждый день) это утверждал, кто мы такие, чтобы это опровергать? Слова эти не только говорились, но и записывались. Имперские Истины, которые они несли Галактике, первым делом утверждали эту правду. Не вера должна была вести человечество к новому Золотому веку и ограждать их от опасностей и вызовов, скрывающихся среди звезд — а логика, наука и упорный труд. Не боги — потому что их не существовало. Были лишь порожденные ксеносами-псайкерами потусторонние твари и созданные уже этими тварями ужасы Долгой Ночи. А потом Гавриил задумался о том, что бы сказало высшее командование Первого легиона, окажись оно здесь, вместе с ним. Ладно, полчища кровавых демонов варпа с клинками, пластавшими и заставлявшими кровоточить саму реальность вокруг них, они еще как-то могли объяснить. Но девушка, которую он поклялся защищать, вырвавшая из адских врат рубиновую слезу, подозрительно схожую с Камнем Ваала, тем самым, которыми примарх Девятого легиона украшал свою броню? Какими словами они могли рационализировать… такое? И ладно бы, если бы этим необъяснимое и ограничилось… Но нет, это было только начало. Потом рубин засветился — и госпожа Шелкопряд, чье тело окутало золотистое сияние, отчего-то решила помериться силами с демоном в десять раз крупнее нее самой… Какое еще объяснение могло подойти всему этому, кроме божественного вмешательства? Если принять как данность то, что богов не существует… В таком случае бывшему Темному Ангелу пришлось бы принять то, что он сошел с ума. Что ничего из того, что он сейчас видит, на самом деле нет. Но оно было. Тейлор Эберт летала вокруг варпова отродья с такой немыслимой скоростью, что он не верил собственным глазам. Еще одна невозможная вещь, которую он воочию наблюдал. Гавриил знал, на что она способна, и на что не способна. Он сам ее тренировал, он оттачивал ее навыки владения мечом — и понимал, что у нее хорошие задатки, что она упорно старается и быстро совершенствует навыки ближнего боя… И еще они оба знали, что не имеют ни малейшего представления, что скрывает в себе проклятый ксеноклинок — и как им можно пользоваться, не разрушив все вокруг. Как она сама однажды сказала: мне с насекомыми как-то привычнее и безопаснее… Безопаснее. С насекомыми с миров смерти, способными опустошать целые планеты, если не подавить заразу в зародыше. Он тогда оценил иронию в полной мере. — ЗА САНГВИНИЯ! ЗА САНГВИНИЯ!! ЗА ДЕВЯТЫЙ!!! Сыновья Сангвиния, в отличие от него, сомнений, кажется, не питали. Поэтому, едва придя в себя, ринулись в бой с болтерами, мечами и яростью, на фоне которой меркло даже неистовство легионеров из Двенадцатого. И он не мог не признать очевидного: они побеждали. Неудержимый натиск Красных Братьев, поддержанный массированным заградительным огнем воинов Альфа-Легиона, наконец-то начал склонять чашу весов на другую сторону. Он видел, что порождения варпа начинают откатываться назад. И еще на их головы продолжал падать хрустальный дождь, испепелявший демонов живьем. И все больше гвардейцев и скитариев приходило к ним на подмогу, отчего перевес становился все более явным… Но Гавриил понимал и другое — все они играли в этом противостоянии второстепенную роль. И ренегаты из Двадцатого легиона, похоже, тоже это понимали. Он видел, что их снайперы изредка стреляли по Ка’Бандхе, стараясь, во-первых, не задеть при этом кого-то из союзников и, во-вторых, не обратить на себя внимание Высшего Демона. Потому что понимали — если он обратит свой гнев против них, жить им останется максимум пару секунд. С каждым ударом сердца ярость черно-красного чудовища только нарастала — по мере того, как редели полчища мелких демонов вокруг него. И огненные врата позади него тускнели, теряя энергию варпа. Да и сам он… он начал выдыхаться. Его кнут бил в пустоту, а очередной удар топора снес несколько летающих демонов, которых и так осталось совсем мало… Гавриил старался, как мог, пробиться к нему… И к ней. Но демоны словно почувствовали его стремление — и принялись бросаться на его клинок целыми толпами. На их истребление утекало драгоценное время и он понимал, что может не успеть к ней на помощь… И он не успел. В какой-то момент Шелкопряд все-таки пропустила удар. Кнут коснулся ее тела, как казалось со стороны, вскользь, но на самом деле сила удара получилось такой, что ее тело, превратившееся в изломанную куклу, улетело в сторону на десятки метров. — ТЕПЕРЬ Я ПОДАРЮ ТВОЙ ЧЕРЕП ВЛАДЫКЕ КХОРНУ!! — торжествующе заревел демон. Гавриил зарубил двух ближайших демонов — и побежал вперед так быстро, словно от этого зависела жизнь и смерть. Да так оно и было, на самом деле. Возле руки демона из воздуха соткалось огненное копье, нацеленное прямо на нее… Почему он был так далеко от той, кого поклялся оберегать ценой собственной жизни? Он должен успеть… он должен… И он снова не успел. Но успел другой — в последний момент из-за остова подбитого танка выскочил уханьский солдат и оказался как раз между ней и копьем. Предсмертный крик оборвался в ту же секунду, как только его тело рассыпалось пеплом. Но для Тейлор этой секунды хватило на то, чтобы откатиться в сторону. — НИЧТОЖЕСТВО! ЕГО СМЕРТЬ НИЧЕГО НЕ ИЗМЕНИТ! — смеялся рогатый убийца. — ОН ВСЕГО ЛИШЬ ПОДАРИЛ ТЕБЕ ЛИШНЮЮ СЕКУНДУ ТВОЕЙ ЖАЛКОЙ ЖИЗНИ! «А еще подарил секунду мне — чтобы успеть…» Гавриил, наконец, добежал до упавшего тела, взял ее на руки… и его сердца замерли при виде того, как ее искалечило. Особенно сильно пострадали ее ноги, переломанные в нескольких местах. Он не был апотекарием, но этого и не требовалось, чтобы понять, что сражаться она больше не может, что ее нужно как можно скорее отсюда унести и оказать помощь, пока не… «Откуда взялся этот золотой свет? Что вообще происходит?» — он не мог найти ответов. Изменилось, как ему показалось, вообще все. Золотое сияние будто проникало сквозь все вокруг, включая его самого — и от него быстро возвращались сила и решимость… — ОН БЫЛ ЧЕЛОВЕКОМ И ГЕРОЕМ! А НИЧТОЖЕСТВО ЗДЕСЬ ТОЛЬКО ТЫ! Еще более яркая золотая вспышка ослепила его — а затем вес тела командира отчего-то исчез из его рук. Когда зрение к нему вернулось… Он мог только смотреть на это немыслимое действо, открыв от изумления рот. Ка’Бандха, Высший Демон, военачальник бессчетных орд кровавых отродий, именовавший себя Погибелью Ангелов и гордившийся тем, что однажды сошелся в бою с примархом и вышел из того боя победителем… Он не проигрывал сражение, нет. Его просто били — так, как мог бить своего врага один только Император. Первый удар — и огненный кнут рассыпался пеплом, вместе с одним из черных крыльев. Второй — в прах обратилось второе крыло вместе с половиной грудной клетки. Третий — варпова мерзость с силой впечаталась в потолок. Четвертый — еще более сильный удар о палубу… И все это происходило так быстро, что воздух, как ему казалось, загустел — и еще сильнее насытился хрустальными искрами и золотым светом, которые сжигали последних оставшихся демонов. Наконец Ка’Бандху, уже лишенного оружия, крыльев и одной ноги, отшвырнуло назад к самым вратам. Он еще пытался регенерировать — и даже сейчас его способности к заживлению ран превосходили умения любого примарха… Но даже этого было мало, чтобы справиться с таким. Каждый раз, когда черный ихор из его ран соприкасался с огнем, он вспыхивал ярче любого прометия. Сквозь оглушительные предсмертные вопли Кровожада можно было разобрать отдельные слова. — ДУМАЕШЬ, ТЫ ПОБЕДИЛА? ДУМАЕШЬ, ЭТО ЧТО-ТО ИЗМЕНИТ?!! НЕТ, ОТРОДЬЕ АНАФЕМЫ! Я ВСЕ РАВНО УБЬЮ ТЕБЯ! УБЬЮ!! УБЬЮ!!! А ПОТОМ ПРИНЕСУ КХОРНУ ТВОЙ ЖАЛКИЙ ЧЕРЕП!! ВМЕСТЕ С ДУШАМИ КРОВАВЫХ АНГЕЛОВ!!! Осколок Туманности ударил с молниеносной быстротой в то место на теле демона, где у человека должно было находиться сердце. И сразу же после этого в воздухе материализовалось нечто вроде прозрачной руки, которая сжалось на горле Ка’Бандхи, лишив его возможности брызгать им в уши своим словесным ядом. — Лжец… — это слово не прозвучало в воздухе, но его услышал абсолютно каждый, кто был здесь. — Ты лжец, как и все слуги Хаоса. А теперь, тварь, ползи обратно в свой Ад — и когда встретишь своего так называемого Бога, скажи, что встретил Шелкопряд и она надрала тебе… Ее речь прервала новая вспышка света, ярче самой жаркой из звезд. И когда он погас… от врагов не осталось вообще ничего. Даже врата исчезли. И золотое пламя тоже почти угасло. Наверное, потому что больше убивать было некого. И Гавриил увидел, как Тейлор Эберт падает навзничь — и в этот раз все-таки успел ее поймать, не дав покалечиться еще сильнее. Удивительно, но первым, о чем он подумал в тот момент, было то, что космодесантники, служащие телохранителями знатных особ, вряд ли каждый день сталкиваются с подобными проблемами… *** Элит Все. Собрал. Если бы кто-нибудь сейчас спросил его о том, как эта хреновина работает, Элит не ответил бы ничего, кроме: «А хрен его разберет!». Он действительно не имел ни малейшего представления о том, что будет, если эту штуку запустить. Нет, шансы, конечно, были — потому что он не воссоздал во второй раз девайс из «Охотников за привидениями». В прошлый раз случился облом: ну кто мог подумать, что собранная им на коленках приблуда из старого пылесоса и проектора плотных голограмм спалит всю электрику в округе? Эта вещь была совсем не похожа на ту «ловушку». Элит не знал даже того, откуда она питается — один из киборгов в красном просто всучил ему коробку красно-зеленого цвета и в его голове тут же «щелкнуло» осознание того, к чему ее нужно приделать. Но как она работала и как должна будет работать вся конструкция… Этого он не знал. Он никогда этого не знал. И если вспомнить предыдущий опыт и прикинуть, как часто его изобретения не срабатывали… или срабатывали слишком хорошо… Даже если он собирал их с чувством и с расстановкой в спокойном темпе… Выходило, что нажатие Большой Красной Кнопки не было риском — это было гарантированным суицидом. А с другой стороны, разве у него был выбор? Сотни чертей из «Дума» прямо сейчас добивали последних «своих» киборгов в рясах и скоро должны были добраться до него… — Хорошая катка была, — усмехнулся парачеловек, выкручивая верньеры на максимум (хотя сам не знал, к чему это должно было привести) и кладя руку на кнопку запуска. — Так… Что там они на удачу вместо «Ай-Ди-Ди-Кью-Ди» орут? А, точно: «Слава Они-Миссии!» Он нажал на кнопку — и во Вселенной не осталось ничего, кроме ослепительного света. Несколько секунд спустя к Элиту стало возвращаться зрение — и осознание того, что он почему-то все еще жив. А вот чертей вокруг больше не было. Как и разносимой ими порчи. — Получилось… МАТЬ ТВОЮ, У МЕНЯ ПОЛУЧИЛОСЬ!!! И почти сразу его крик заглушил вой корабельных сирен. — ГОВОРИТ МАГОС ЛАНКОВАР. СОСТОЯНИЕ КОРАБЛЯ КРИТИЧЕСКОЕ. ЦЕЛОСТНОСТЬ НЕСУЩИХ КОНСТРУКЦИЙ НАРУШЕНА. ПРИКАЗЫВАЮ НАЧАТЬ НЕМЕДЛЕННУЮ ЭВАКУАЦИЮ. ПРИВЕСТИ В ИСПОЛНЕНИЕ ПРОТОКОЛ 6А-К2. Когда киборги в рясах сбежались к нему, что-то возбужденно друг другу жужжа, после чего с величайшей осторожностью положили его «изделие» на некое подобие транспортировочной телеги и тут же убежали, Элит рассудил, что ему лучше всего будет пойти за ними… *** Деннис Питерс Каждую минуту Деннис думал, что еще безумнее эта космическая резня стать уже никак не может. И каждый раз оказывался не прав. Он уже не мог найти подходящие слова, чтобы описать все, что видел, и что чувствовал — и думал, что придется придумать новые, когда все закончится. Если он, конечно, выживет. Начиналось все как вполне себе цивилизованная шахматная партия — корабли разных типов и классов шли в бой четкими построениями, прямо как на доске с клетками. Вот только после пары ходов один из шахматистов взял доску и шарахнул соперника по голове — и дальше они бились просто на кулаках. А потом к драке стали присоединяться и другие… А они были всего лишь разлетевшимися во все стороны фигурами. Орки, по причине, известной только им, решили, что драться между собой им уже не интересно — лучше бросить свои хламолеты под огонь орудий «корабля-демона». Да, правильно, так намного прикольнее. Они заплатили катастрофически высокую цену, но количество, как часто бывает, перебороло качество — и они смогли проломить истыканный шипами и украшенные черепами корпус «Сертамена Ферале». Одному Богу известно, сколько жизней оборвалось за последний час… Да и имперцы тоже не стояли в сторонке, ковыряя в носу. Они и сами охотно бросали свои корабли в самый эпицентр резни. А он мог только голову ломать в поисках ответа на вопрос, какого хрена здесь вообще происходит. Вроде бы они побеждали (если в этой кровавой каше вообще можно было победить) — но лишь потому, что орки и «хаоситы» сами выполнили большую часть работы по истреблению друг друга. — Пора возвращаться, — предупредил он командира экипажа. — Боекомплект пуст и горючки осталось на самом донышке. — Вижу, согласен, — кивнул Вольфганг. — Но ты забыл об одной маленькой проблеме. Нам некуда возвращаться. Корабль, с которого мы стартовали, уже догорает. И мне почему-то не кажется, что он даст нам посадку, не говоря уже о пополнении запасов горючего и бомб… Похоже, что судьба погибшего корабля и бывших сослуживцев не волновала его соратника от слова совсем. — Значит, будем искать новое гнездышко… И я его, кажется, уже нашел! Видишь крейсер Механикус? Он как раз сигнал бедствия подает и начинает эвакуацию. Летим туда. Мы им поможем, а они, думаю, не откажутся нас заправить… Техножрец у них за спинами издал что-то похожее на отчаянный вой. — Прости нас, Омниссия, за нашу греховную самонадеянность! Это же не несущий корабль! Бомбардировщик класса «Звездный ястреб» в принципе не может туда сесть! — Поверь мне, возможности Омниссии поистине безграничны… И мы тоже должны к этому стремиться. А если ты так трясешься за судьбу твоих братьев по вере… Посмотри сам, что сделали с их кораблем хаоситы. Даже если я впилюсь в борт на полном ходу, хуже ему уже точно не станет… Дальнейшие события Стояк запомнил только как череду невозможных чисто физически маневров, которые он даже представить не мог, не говоря уже о том, чтобы попытаться их повторить в симуляторах СКП. Но Вольфганг, даже не будучи парачеловеком, не просто попытался — он выполнил их с первой попытки, сумев увернуться от всего, что бросали на них орки и пролетев на бреющем над поверхностью космического скитальца, который палил по ним изо всех стволов, но так не разу и не попал. И только когда бомбардировщик каким-то чудом, наконец, сел в одном из наименее разломанных отсеков, он подумал, что заслуживает какой-нибудь медали за то, что в процессе ни разу не поцеловал лбом пол кабины или панель управления второго пилота. — Кажется… мы еще живы… — попытался улыбнуться он, нажимая на кнопку открывания люка. И тут… — Отставить нытье, Стояк, иначе прямо сейчас получишь шесть недель нарядов вне очереди! У него чуть сердце из груди не выскочило, стоило только услышать знакомый голос. — Виста??? — не веря собственным ушам, прошептал Деннис. — Удивлен? Он слабо кивнул. Виста. Во плоти. Тоже здесь. Оказывается, он попал в эту безумную Вселенную не один… Его коллега-Страж выглядела, что греха таить, не лучшим образом: большая часть ее супергеройского наряда, дополненного новыми бронепластинами, представляла собой изодранные лохмотья, перемазанные таким количеством крови и сажи, что изначальный зеленый цвет почти не проглядывался. А шлем, как ему показалось, держался только на честном слове. — Как? — только и смог он выдавить. — Потом, — не допускающим возражений тоном отрезала она. — Нет времени на болтовню. У нас до черта раненых, многие при смерти, включая Рой, их надо срочно вывезти, каждая секунду на счету… «ЧТО??? Она тоже здесь? Ну все, этой Вселенной точно трындец теперь…» — Что она наделала? — Ничего особенного, — девушка шлепнулась на одно из свободных мест в кабине, пока другие солдаты, многие из которых могли идти только с помощью боевых товарищей, продолжали забираться в открытый люк. — Всего лишь сделала адского демона своей сучкой и надрала ему жопу левой рукой, одновременно отмахиваясь правой от полчищ злых инопланетян и демонюк помельче… Стояк понуро кивнул. Он все-таки не обознался. Это была та самая Рой, которую он имел несчастье знать еще по жизни в Броктон-Бэй… — Все! — подал голос Вольфганг, напряженно сопоставлявший в уме массу бомбардировщика, утяжеленного двумя с лишним десятками пассажиров, объем заливаемого в баки прометия и оставшееся у них время. — Горючего хватит, можно взлетать! — Куда летим, Виста? — Домой. На «Оперу Экситиум». *** Тразин Неисчислимый Тразин не мог сдержать довольной улыбки, глядя на то, как орочий космический скиталец таранит оскверненный Эмпиреями линкор — и как оба корабля начинают падать в сторону рассыпающейся на глазах боевой луны. — Не стоило тебе вмешиваться в эту битву, Властелин Резни, — прошептал Бесконечный Коллекционер. Тразина не интересовало, что замышляли порожденные Древними твари из потустороннего мира. И он понятия не имел, чего они хотели добиться здесь и сейчас. Но точно не того, что он сейчас наблюдал. — Видимо, наше участие все-таки не понадобится, — подвел он итог и обратился к своему экипажу. — Все маскировочные системы и иные средства противодействия обнаружению — на максимум. Держать малую скорость, курс к границе системы. Наши дела здесь закончены. — Будет исполнено, Владыка. — Есть ли у кого-нибудь дополнительная информация о причинах того, что сигналы Осколка Туманности перестали приходить? — Нет, Владыка. У нас нет достаточного количества данных и прогнозов, чтобы с высокой степенью достоверности определить характер запрошенной вами аномалии. Возможно, если мы сократим дистанцию до исследуемого объекта… — Нет. В этом нет нужды. Тразин еще раз окинул взглядом последствия космической битвы. И эта картина показалась ему… очень красивой. По-своему. То, с какой звериной яростью уцелевшие орочьи корабли атаковали линкор Пожирателей Миров, то, с какой беспощадностью эскадры малых космических аппаратов людей набрасывались уже на самих орков, то, с какой ледяной эффективностью их тяжелые корабли расстреливали обездвиженные и вышедшие из строя крупные суда зеленокожих… Даже военачальнику некронов такое зрелище доводилось видеть совсем не часто. Но даже это в конечном итоге было лишь тонкой завесой, за которой скрывалась настоящая Война. Война, которую всегда ждал прикованный к своему Золотому Трону Император. Он ждал молча — и надвигалась она так же молча. Тразин мысленно поаплодировал старому другу — бесконечно сложный набор программ, заменивший душу в его живометаллическом теле, пришел к однозначному выводу: Император заранее знал, что он решит отдать Осколок Туманности госпоже Шелкопряд. Знал — и заранее добавил в оружие несколько новых свойств, о которых даже он, Тразин Несчислимый, не подозревал. Во всяком случае, он не встраивал туда функцию массового изгнания порождений Эмпиреев из их реальности… Планы внутри планов. Схемы внутри схем. Механизмы и идеи, лежащие в основе других механизмов и идей. Это впечатляло. Воистину впечатляло. Тразин, охваченный интересом, активировал свой эмпатический облитератор. К игре, которую он давно вел, добавилась новая — и очень интересная. Многократно интереснее ее делало то, что он игнорировал большинство установленных правил и общих целей, в основном предпочитая роль наблюдателя. «Сегодня я возвращаюсь домой с прекрасным трофеем — целым флотом эльдар. Но финальный приз может оказаться куда ценнее этих длинноухих надменных недоумков…» Его мысли оборвал неоднократно слышимый им ранее сингал тревоги. Обернувшись назад, Тразин увидел прямо перед собой… пятерых лич-стражей, явно не из его мира. Неведомым образом они пробились сквозь пятьсот два уровня защиты всех классов, предназначенных именно для того, чтобы не пускать сюда незваных гостей. — Приветствую уважаемых братьев по расе, хранителей мира… — Фаэра Нефертен желает видеть тебя, вор. И по тому, как они держали в руках фазовые боевые косы, и заодно активировали рассеивающие щиты… стало понятно, что отвечать хозяйке этой звездной системы отказом будет крайне неразумно. *** Магистр Агиэль Айзаз Если бы магистр, глядя на прибытие на борт тех, кто выжил в битве с Хаосом, сказал, что это сражение не соответствует канонам Кодекса Астартес… Это стало бы преуменьшением тысячелетия. Группы сервиторов помогали раненым гвардейцам и техножрецам дойти до медицинских секций. Находящиеся в лучшем состоянии скитарии и солдаты несли и везли добытые на орочьем планетоиде бесценные образцы археотеха и уцелевшие единицы тяжелого оружия и техники. И Астартес в красной и синей броне тоже помогали людям — и тоже несли взятые на борту погибшего крейсера ценные находки. Даже думать не хотелось о том, что бы сказали наследники Жиллимана при виде этой неразберихи. В отличие от них, Агиэль Айзаз, магистр Красных Братьев, не считал, что у него есть причины их упрекать. Каждый из них прошел через сражение с Губительными Силами — и выжили, чтобы рассказать об одержанной победе. Разумеется, его капелланы уже готовили для них «теплый», пусть и не самый приятный прием — просто чтобы убедиться, что скверна Хаоса не покинет пределы их отсека на боевой барже. Но не об этом он сейчас думал. Последние несколько минут Агиэль тихо наслаждался давно забытым ощущением покоя. Черная Ярость сгинула в никуда. Не было шепота. Не было боли. Была лишь… тишина. Мир вокруг него был тих и умиротворен. — Ты передал магосу Ланковару то, о чем он спрашивал? — спросил он космодесантника из первой роты, только что вошедшего на его наблюдательный пункт. — Да, магистр… Наша… спасительница по-прежнему пребывает в глубоком стазисе. Магос уже отправил запрос нескольким кораблям на неотложную медицинскую помощь и пополнение ресурсов апотекариона. Он по-прежнему уверен в том, что она выживет и даже вернется в строй… При своевременном лечении, разумеется. Он обратил внимание на то, с каким старанием его боевой брат старается ограничиваться общими словами по типу «она», избегая называть ее «Святой». И это было хорошо. Не без иронии он вспомнил о том, как часто власти Империума выступали с осуждением религиозных культов Астартес, которых они за глаза называли «безбожниками» и «язычниками». И дело было даже не в том, что когда-то, в эпоху Великого крестового похода, они были главными борцами с религией в любой его форме. И не в том, что Экклезиархия сделала все, чтобы не допустить их в ряды Высших Лордов Терры. А в том, что космодесантники лучше других знали, что Император — не Бог. Что Он сам это заявлял прямо и многократно — и это стало Имперской Истиной. Но если Император не был Богом… Что же тогда они там видели, во имя Трона? Они почувствовали, что Отец снова к ним вернулся на мгновение. И это было… правильно. Враг был жестоко разбит — так жестоко, что он наверняка не забудет этого до конца времен. — Она его получит. Получит любой ценой… И он, Агиэль Айзаз, клянется именем Сангвиния и честью Девятого легиона, что сделает все от него зависящее. И пусть никто не скажет, что Красные Братья и иные сыны Сангвиния не исполняют своих клятв… Даже если их долг перед ней был таким безмерным, что у них не было шансов искупить его за целую жизнь. — А теперь я хочу знать о том, что именно отыскали техножрецы, раз Враг бросил на них такие огромные силы. — Базу данных СШК, магистр. — Понятно… Оно и в самом деле имело смысл. Предатели, демоны и еретики никак не могли позволить человечеству заполучить такой козырь. Воистину, сегодня был день сюрпризов. Он даже задумался о том, выдержат ли его сердца такую череду потрясений. — Она не заражена порчей? — Демоны так и не смогли прорваться к отсеку, где она хранилась, не говоря уже о том, чтобы коснуться окружавшего сию реликвию защитного поля. Что ж, это определенно радовало. Очень сильно радовало… Но он слишком устал для того, чтобы придумывать яркие эпитеты для подобных чувств. — Передай нашим скаутом, чтобы не спускали глаз с наших… собратьев, пока не будет принято решение об их дальнейшей судьбе, а потом… Они смотрели, как «Сертамен Ферале», линкор предателей, наконец, перестал бороться с неизбежным и стал падать на боевую луну орков, получившего имя «Звезды Смерти». А следом за ним летели десятки подбитых орочьих космических скитальцев и сотни меньших по размеру кораблей. Он знал, что многие имперские корабли, слишком сильно поврежденные, тоже были направлены прямиком на погибающий планетоид. Среди них был и крейсер Механикус, на борту которого произошло то самое чудо. Он бы отдал все на свете ради того, чтобы сохранить и восстановить этот благословенный корабль… Но это было невозможно. У них не было для этого ни времени, ни ресурсов. — Пустотные щиты — на максимум, — скомандовал он. — Приготовиться к удару. Он и сам удивился тому, насколько спокойным получилось то столкновение. Огромный линкор, некогда бывший гордостью марсианских корабелов, врезался в поверхность планетоида почти отвесно, на полном ходу. И ослепительная вспышка положила конец кораблю-изменнику, который отныне был стерт из реальности вместе со всеми своими обитателями и разносимой ими порчей. А луна… Нет, она не исчезла. И даже не раскололась. Но «Сертамен Ферале» был не один. Следом за ним в погребальный костер летели еще сотни кораблей-смертников и их обломков. Никто никогда не узнал, какой именно орочий или человеческий корабль (или, может, выдолбленный изнутри астероид), упавший на боевую луну, вызвал ее фатальную дефлаграцию. К сожалению, даже самые лучшие и дальнобойные ауспексы не были всесильны. Но то, что они увидели, превзошло все ожидания. Секунду назад перед ними находилась «Звезда Смерти» — квадриллион тонн пластали, грунта, металла, адамантия, взрывчатки обломков и оружия, собранных в одну кучу руками безумных зеленокожих. В следующую секунду на ее месте возникла новая звезда, которую, как он надеялся, со временем увидят все астрономы во всех сегментумах. — Аве Император, — произнес магистр, глядя на эту звезду немигающими глазами. — Да будет воля Твоя.