Cutting Ties / Сжечь мосты

Эндрю вошел в здание, разминая плечи в попытке избавиться от дискомфорта. Давно перевалило за полночь, и свет горел только на лестничных пролетах и в холле — в комнате охраны. Внутри было тихо, большая часть жильцов уже была в своих квартирах и видела десятый сон. После буйной толпы, наполняющей бар в его смену, Эндрю наслаждался этой тишиной. Сегодня транслировали матч-реванш, и в заведении было полно футбольных фанатов, неистово болеющих за свои команды. Некоторые споры заходили слишком далеко, и Эндрю отрабатывал свою зарплату, успокаивая толпу и вышвыривая из заведения самых ретивых. Вернувшись в квартиру, он, как и всегда, снял обувь, повесил свою куртку и застыл, заметив странную игру теней. Он провел по краю нарукавной повязки и пошел осматривать комнату, но сразу замер, мельком увидев Нила, стоящего без рубашки на кухне. Льющийся из открытой дверцы холодильника свет освещал не столько помещение, сколько многочисленные шрамы на груди Нила. Он застыл на месте, такой же шокированный этим столкновением, как и сам Эндрю, а после стиснул зубы и вызывающе посмотрел на него, молчаливо призывая прокомментировать свою обнаженную, покрытую шрамами кожу. Эндрю удивленно моргнул, с облегчением обнаружив, что это — не посторонний, которого придется вырубить, и позволил руке соскользнуть с ножа под повязкой. — Удивительно, что ты уже встал, — прокомментировал Эндрю, обходя его, чтобы налить себе стакан воды. — Рановато для твоей обычной утренней пробежки. — Не мог уснуть, — ответил Нил, все еще подозрительно оглядывая его, ожидая комментариев по поводу его частичной наготы. Эндрю отвел взгляд, пока пил воду. Нилу явно было не по себе, но он ничего не мог поделать с тем, что слабый свет поблизости позволял рассмотреть всю паутину шрам, что покрывала его торс. Нил, как всегда дерзкий, сохранил стойкость и отказался прятаться теперь, когда Эндрю их увидел. — Есть что сказать? — провоцировал его Нил, пока доставал коробку сока из холодильника и отпивал прямо из нее. — Да, — Эндрю достал еще один стакан и поставил его перед Нилом. — Ты что, вырос в хлеву? Это общий сок, мне не нужны твои слюни в нем. Нил вздрогнул, не ожидая такого поворота событий. — Что? Нет в нем моих слюней. Эндрю наполнил стакан и встал прямо перед ним, не сводя пристального взгляда и наслаждаясь замешательством Нила. — Если бы я хотел обменяться с тобой слюной, — у Нила перехватило дыхание и он уставился на него широко распахнутыми глазами, — я бы поцеловал тебя. — Я, — неловко заикнулся Нил, поеживаясь под его пристальным взглядом. — Спокойной ночи, Нил, — сказал Эндрю, забирая стакан и уходя. Он оставил Нила стоять на кухне в одиночестве — более смущенного и растерянного, чем обнаружил.

***

"Я решил выбрать кота. Да или нет?" "Да. Но не думай, что я буду кормить его. Самый быстрый способ выбраться с Центрального железнодорожного вокзала?" "Поезд. Идиот. Зачем тебе это?"

***

Эндрю купил домой все необходимое для содержания кота. Он неделю изучал информацию и потом часами бродил по зоомагазинам, пока не остался доволен результатом. Потом он обошел всю квартиру, выбирая лучшие места для миски с едой, лотка и когтеточки. Единственное, чего все еще не хватало — это самого кота. Посетив сайты нескольких приютов, в надежде взять под опеку какое-нибудь животное в возрасте, он так никого и не выбрал. Ни один кот не привлек его внимание настолько, чтобы он решил забрать его. Если подумать, возможно, дело было в том, как приюты пытались представить животных — описывали их, старались продать их биографию, характер и привычки как идеальное приобретение для дома. Эндрю не был уверен почему, но все это вызывало какое-то неприятное чувство внутри него. Он не хотел забрать "любвеобильного и игривого" кота или "застенчивого любителя лакомств". Он хотел засранца, которого никто другой не заберет. Он хотел кота, чей характер мог бы соперничать с его собственным. Не животное, которое легко доверилось бы ему, а того, с кем пришлось бы выстраивать связь. Может быть, просмотр сайтов не был подходящим способом выбрать питомца. Вместо этого Эндрю переключился на листание ленты в Пинтересте. Все началось со смешных видео с котами, но быстро свернуло в сторону практичных решений для дома, которые понравились бы котам и их владельцам. Некоторые люди сами делали основания для кроватей, в которых под матрасом находился кошачий лабиринт. Другие обивали некоторые поверхности дома — например, полки — специальным покрытием или канатами, чтобы животные могли использовать их как когтеточки. Некоторые заходили так далеко, что приделывали на стены многоуровневые полки с укромными местами для котов, используя которые они могли перемещаться по квартире. В общем, там было все, что могло понадобиться энергичному и любопытному коту для жизни в квартире. И если Эндрю решил сделать что-то подобное сам и составил список материалов для своего проекта, поблизости не было никого, кто мог бы осудить его. За исключением, может быть, его соседа по комнате?

***

"Могу ли я прикрутить кое-что к стенам, если заделаю все отверстия, когда буду съезжать?" "Мне все равно. Я уеду из города на несколько дней. Напиши, если будет что-то важное."

***

Прошло несколько недель, но, в конце концов, Эндрю снова оказался на стадионе "Ястребов". На этот раз не было толп преданных фанатов, пытающихся хоть краем глаза увидеть игроков. Зато были охранники, которые тщательно проверили его документы и позволили пройти только после того, как получили одобрение из офиса. Он предположил, что со стороны это должно выглядеть странно: кто-то пришел на встречу в воскресенье днем, когда команда только вернулась с выездной игры и не появится в зале раньше вторника, наслаждаясь выходными. Особенно, если это кто-то — незнакомец для охраны, пусть и одобренный тренерами. Тренер Майер встретил его в холле — в командных штанах и выцветшей футболке какой-то группы, чье лого он, скорее всего, спрятал бы под командной кофтой, окажись он на публике. Беспорядок на голове и мешки под глазами говорили о том, что он, вероятно, не был дома с того момента, как команда вернулась из Техаса. — Длинный перелет? — поприветствовал его Эндрю через помещение. — Да, — хмыкнул Майер, запуская руку в и так растрепанные волосы. — Со стороны это не кажется сложным, но на самом деле это тяжелая работа — перевозить команду из города в город каждую неделю. Я рад, что ты позвонил. Готов к настоящей экскурсии по моему второму дому? — Если ты обещаешь, что не будешь толкать стандартную приветственную речь, — метко парировал Эндрю, окидывая взглядом окружающую обстановку и одобряя многомиллионное оборудование. — Мне до конца жизни хватит речей в духе "посмотрите, какие мы классные". — Какую речь ты хочешь услышать в таком случае? — ухмыльнулся Майер, уводя его за закрытые двери с кодовыми замками, предназначенные для команды и персонала. — Никакой. Мне нужен честный обзор, — признался он, более чем готовый прекратить притворяться и прямо признать, зачем Майер предложил ему использовать стадион мирового класса как личный спортзал. — Что здесь с начальством, какая худшая вещь в работе здесь, какие проблемы у меня могут возникнуть, если я подпишусь? Майер весело хмыкнул и толкнул дверь, чтобы показать просторную комнату со столиками вдоль стен и кухоньку в углу, заставленную кофейными кружками, с дорогой на вид кофемашиной, а также заднюю комнату с золотой надписью «Главный тренер». — Да, они заставляют нас, остальных скромных тренеров, делить пространство. — Роджерс тоже здесь или ты в одиночестве отбываешь уборочную повинность? — Я вызвался добровольно, — он пригласил его внутрь, направляясь к кофемашине. — Мне не помешает чашечка кофе после такого дня, а тебе? — Не откажусь. Он обвел комнату взглядом. Все столы были завалены папками и документами, а на заставках компьютеров везде виднелось лого "Ястребов". Он с комфортом устроился в одном из крутящихся кожаных кресел и принялся ждать: судя по всему, Майер планировал задержать его здесь на какое-то время. Эндрю рассеянно подумал, что удачно выбрал день для того, чтобы получить всю интересующую его информацию. Будь здесь еще хоть один сотрудник или тренер, ему бы бесконечно твердили о его "большом потенциале". — Роджерс считал, что твое телосложение не подходит для позиции вратаря, — сказал Майер, выставляя перед ним чашку кофе, сливки и сахарницу. — Я показал ему твои записи с прошлого сезона и имел удовольствие смотреть, как у него рвется шаблон. Он не мог понять, как тебе удавалось делать такие сейвы. Хочется знать, играли ли таблетки какую-то роль в твоей статистике? — Определенно. Они делали меня ненадежным, — Эндрю с вызовом принял его взгляд. — Тяжело беспокоиться о защите ворот, когда идея проиграть и увидеть реакцию команды на это так веселит. — Ты играл потрясающе хорошо для того, кто не беспокоился о победе, — он подкатил еще один стул, с радостью заняв не свое место за собственным столом. — Подкуп, — подтвердил Эндрю, размешивая кофе, пока он не стал похожим на латте. — Спроси у Ваймака, если хочешь. Я не наебываю людей: если я дал слово что буду играть, значит, я отыграю. Трезвый или под кайфом — без разницы. Просто уговорить меня во время прихода было тяжелее. Ему приходилось быть креативным. — Игра против "Воронов"? — он подался вперед на своем месте. — Это было адски хорошее шоу. — Это была бутылка "Джонни Блю". Майер разразился улыбкой. — Серьезно? — Эндрю подтверждающе хмыкнул. — Что же, я должен отдать должное этому мужчине. Эндрю схватил визитку со стола и набросал на ней контакты Ваймака, после чего она через стол скользнула к Майеру. — Дэвид, да? — Майер ухмыльнулся на имя. — Мне уже нравится. Зачем мне его контакты? — Вам нужна честная оценка моих способностей от надежного источника. У Ваймака нет ни одной причины выставлять меня в лучшем свете после того, как я ушел из команды посреди сезона почти без предупреждения, — признался он, откинувшись на спинку стула. — Он так же видел мою игру под наркотиками и без. Сделайте себе одолжение — скажите, что я сидел в вашем офисе по собственному желанию и посмотрите, что он скажет. Майер несколько минут разглядывал его, прежде чем аккуратно спрятать карточку в карман. — Почему Уильямс здесь, если Роджерс считает, что он не подходит? Эндрю желал перейти к сути и подробно разузнать о возможности попасть в профессиональную команду. Он скучал по этой дурацкой игре больше, чем хотел признать, и его тренировки в зале больше не приносили ему пользы. Вышвыривать пьяных из бара было не так увлекательно, как забивать голы и наблюдать за вскипающим от гнева противником. — Роджерс, он… — Майер тихо вздохнул, подбирая правильные слова, чтобы описать своего босса, не оскорбляя его, — старой закалки. Наверное, это лучшее его описание. Ему нравится, когда игроки универсальны и взаимозаменяемы. Как ты и сказал на счет того, как мы обращаемся с Уильямсом. Что касается замен игроков, он все еще действует так же, как много лет назад, в свои молодые годы, так что пара игроков, не вписывающихся в концепцию, доставляют ему проблемы. Ты, должно быть, слышал, как он бесится каждый раз, когда наступает сезон подписания контрактов и он со своим видением игры сталкивается с новичками. — Звучит, как будто ему пора на покой, — Эндрю потягивал кофе, спокойно глядя на мужчину. — Он все еще великий тренер. Что-то вроде легенды своих лет, — быстро защитился он. — Уильямс здесь, потому что все, кроме Роджерса, хотели заполучить этот талант, а он не мог отрицать этот потенциал. Как и твой собственный. — И что сказали остальные тренера, когда вы сообщили, что говорили со мной? — он скользнул взглядом по остальным столам, расположенным в офисе. Это было не Пальметто, где приходилось иметь дело только с одним тренером, — здесь ему придется столкнуться с мнением и критикой еще пяти человек, не считая остальных сотрудников. — Они были удивлены, — ухмыльнулся мужчина. — Я услышал множество ругательств, которые означали что-то вроде "удачи". Ты был очень талантлив в посылании нахуй рекрутеров колледжей, так что они не рассчитывали, что ты задержишься достаточно надолго, чтобы рассмотреть наши предложения. Но вот ты здесь. Эндрю приподнял брови. — Но вот я здесь, — он смазанным жестом указал на комнату. — Что нужно, что бы ты подписал наш контракт и вернулся на корт? Имей в виду, наши контракты сложнее расторгнуть, — он замер на секунду, прежде чем постучать по столу перед ним. — Подписание контракта с нами не противоречит никаким пунктам твоего договора с Пальметто? Нам нужно выкупать его? Эндрю нахмурился и мысленно пробежался по своему контракту с Пальметто. — Нет, — в конце концов ответил он. — По условиям, я не смог бы подписать контракт с любой другой командой колледжа первого класса и ниже без выкупа, но там ничего не сказано про подписание профессиональных контрактов, потому что я все равно вылетаю из студенческих соревнований и не составлю им конкуренции. — Значит, ты абсолютно свободен и можешь играть в про-лиге, — Эндрю кивнул на его вывод, а Майер вздохнул с облегчением. — Что нужно, что бы ты вышел на корт? — Самая большая моя проблема заключается не в самом корте или тренировках, — начал Эндрю, вспоминая все разглагольствования Кевина. О нем можно говорить все, что угодно, но Дэй знал политику этой игры как свои пять пальцев. — Главная проблема — в любой херне, которая может регулировать мою жизнь вне корта и которую могут подсунуть в контракт. Особенно морализаторство о том, с кем и куда я могу пойти. Я не подпишу ничего, что будет контролировать мою личную жизнь. — Я не уверен, — Майер хмыкнул и поднялся, начав обшаривать папки в книжном шкафу. — Я не знаком со всеми тонкостями контрактов, давненько не заглядывал в них, но у меня здесь есть стандартная копия. Ты можешь просмотреть ее дома или показать своему юристу. В чем дело? Проблемы с веществами после снятия с таблеток? Религия? Ее отсутствие? — Я проторчал два месяца в Истхэвене, слезая с таблеток. Один из них я провел, пытаясь выблевать свои внутренности каждые пять минут, едва ли вообще функционируя. У меня нет желания иметь с этой хуйней ничего общего, — заверил его Эндрю. — Нет. Вы знаете, я начал играть в колонии для несовершеннолетних. В моем прошлом, если покопаться, можно найти много дерьма, но самая большая проблема — с какой реакцией я могу столкнуться, если все узнают, что я гей. — Гей, да? — казалось, он нашел то, что искал, положил папку на другой стол и вытащил несколько страниц документации. — Не буду врать, ты можешь столкнуться с каким-нибудь говнецом в раздевалке, но я не думаю, что это будет проблемой. — Ты открытый гей? Нам нужно будет выпустить пресс-релиз, если это всплывет, или ты скрываешь это? Эндрю был рад, что этот человек не проявил к его болтовне ничего, кроме легкого интереса. Если проблема не возникла сразу, тогда шанс, что главный офис обратит на это внимание, значительно ниже. — Скорее, предпочитаю держать это при себе, — признал он. — Я не собираюсь делать никаких заявлений на этот счет или тыкать кому-то в лицо, но я и не скрываю это. Есть шанс, что пресса разнюхает об этом через людей из моего прошлого или от папарацци. — Я не вижу проблемы, — Майер протянул ему копию контракта и бросил еще одну на стол, прежде чем вернуть папку на место. — Но я поговорю с "Отрядом Бога" сверху и дам тебе знать, что они скажут, — он улыбнулся ему, выглядя слишком взволнованным для человека, который не спал сутки и выпил кофе только минуту назад. — Ты готов выйти на корт сегодня? Взбудораженный Майер свернул ознакомительный тур очень быстро, закончив его складом экипировки, где выбрал кое-что, что Эндрю мог бы одолжить, и сделал записи о его размерах и любимых брендах. Они поговорили обо всем — от технического обслуживания здания и режима тренировок до межличностных проблем, над которыми стоит поработать между тренерами и игроками. Верный своему слову, Майер не скрывал всей правды о внутренних делах, но не распространялся о персональных конфликтах команды и руководства. Он прекрасно понимал свое положение и знал, что можно говорить без нарушения конфиденциальности, что было полезно. Майер оставил его свободно развлекаться на поле с машиной, хаотично запускающей мячи, а сам отступил за плексиглас, оценивая результаты. Это оказалось не так уж и непредсказуемо, как надеялся Эндрю, но все же компьютерные алгоритмы могли придумать много комбинаций. По крайней мере, машина ускорялась после каждого цикла и Эндрю, наконец, выдалась возможность проверить свои рефлексы. Он не знал, сколько времени прошло, пока Майер не вышел на поле в полной экипировке и не выключил автомат, но он чувствовал приятное напряжение в мышцах, по которому скучал месяцами. — Тут кое-кто отбился от команды, — сказал Майер, пока убирал автомат и собирал мячи с поля. Эндрю оставил клюшку перед воротами и снял шлем, прежде чем присоединиться к сбору мячей и начать складывать их в корзины. — Кое-кто? — Мы решили, что ты заскучал. И что ты можешь быть не против проверить свои умения против одного профессионала и одного старпера, все еще не забывшего, как держать клюшку, — Майер указал на фигуру в командной комнате и надел защиту для шеи. — Полагаю, старпер — это ты? — невозмутимость Эндрю заставила его рассмеяться. — Ага, — он улыбнулся и жестом попросил взять последний мяч. — Сэм хотела бы выпустить пар. Обычно она не приходит в свои выходные, но, как думаешь, ты готов встретиться лицом к лицу с настоящим профессионалом? — Саманта Эббот, стартовый нападающий, — Эндрю задумчиво смотрел на идущую в его сторону женщину, со шлемом в одной руке и клюшкой в другой. — Жесткая и быстрая, — он приветственно кивнул ей, — мне нравится твой стиль. — Мне все равно, — она нахмурилась и повернулась к Майеру. — Что он здесь забыл? — Я же говорил, что был в поиске новых талантов, а этого у Эндрю в избытке. К тому же, он свободен и может подписать контракт, обеспечив нам защиту к следующему сезону. — Я не думаю, что нам нужна еще одна пародия на альфа-самца в этой команде, — хмыкнула Сэм и закатила глаза. Эндрю недоуменно посмотрел на нее, не уверенный, что именно вызвало этот скептицизм, и ощущая, что упускает что-то важное. Майер покачал головой. — Думаю, ты не так поняла, — спокойно сказал он. — На самом деле, Эндрю просто похвалил твою игру. И тогда он понял. Сэм решила, что он подкатывал к ней. — Ты не в моем вкусе, — бросил он, борясь с отвращением, прокатившимся волной мурашек вниз по спине. — Я играю за другую команду. Сэм нахмурилась и снова окинула его взглядом, переоценивая свое первое впечатление. — Ладно, — перебил ее Эндрю, — альфа-самец? Я похож на отморозка со склонностью к домашнему насилию? — спросил Эндрю, возвращая шлем на голову. Сэм все еще хмурилась и никак не ответила. — Начнем. Когда она надела шлем, ее лицо приняло более заинтересованное выражение. Майер последовал за ними и начал начал выкладывать на линию мячи, чтобы было удобнее. Эндрю размял плечи и ударил клюшкой по воротам, давая понять, что готов. Эббот была не только быстрой, но и ловкой, а ее шаги были легкими — она словно бежала по воздуху. Эндрю никогда не удосуживался по-настоящему изучить ее или любого другого профессионального спортсмена, поэтому ему потребовалось некоторое время, чтобы научиться читать ее. Броски Майера, на контрасте, были более медленными, но сильными. Может он и был тренером, но его сила на поле была так же очевидна. Возможно, Эндрю даже придется поискать в интернете записи с ним. Майеру не хватало аккуратности при нанесении ударов по воротам, хотя Эндрю полагал, что это потому, что он больше не играл и ему больше не нужно было менять направление или прибегать к сложной работе ног, чтобы получить преимущество. Эбботт, однако, использовала достаточно замысловатую работу ног. Было бы забавно посмотреть, как это заставило бы Кевина плакать, но она перестаралась, когда попыталась отклонить мяч, разместив носки слишком далеко внутрь и рискуя споткнуться, а также выдать трюк любому внимательному вратарю. Эндрю так ей и сказал, и она бросила следующий мяч мимо ворот, пытаясь посмотреть себе под ноги, в то время как Майер отступил назад, чтобы понаблюдать за ней своими глазами. Пять бросков спустя Майер подошел к нему. — Как ты сообразил? — Я же сказал, что вам стоит перестать пытаться научить Уильямса замороченной работе ног. Он никогда не потянет, но вы могли бы потратить это время на совершенствование навыков Эббот. У нее есть база, но ее стоит отточить, — он пожал плечами, поймал отлетевший мяч краем клюшки и швырнул его в корзину. — Я знаю, как играть на своей позиции, а это значит, что я должен знать, как играют нападающие. Через час игры он пропустил восемь голов, и они все покидали площадку мокрые от пота. — Что думаешь? — без обиняков спросил Майер, когда они уже вышли из душа и оделись. — Все еще заинтересован в профессиональной игре? — Я пропустил тренировку, — заявил Эндрю, надевая повязки и проверяя ножи. — Было бы неплохо получить за это деньги. Майер облегченно рассмеялся. — Это лучшая часть, разве нет? Получать деньги за эти адские усилия. Когда я был ребенком, мои родители хотели, чтобы я стал преподавателем или выбрал любую другую престижную и высокооплачиваемую офисную работу. Американская мечта и все такое. Хороший доход, большой дом, жена и двое детей, — он сделал паузу, грустно покачал головой и встряхнул рубашку, прежде чем надеть ее. — Я не был в восторге от идеи смотреть на одни и те же стены следующие сорок лет. А экси действительно приносил мне наслаждение. Я получил смену обстановки — новый город каждую неделю, а мои родители были довольны высоким доходом. Не так уж и плохо, если вдуматься. — Что на счет жены и двоих детей? — Эндрю заинтересовала короткая пауза в его объяснении. Майер вздохнул. — Жена была. Подумал, что мы сможем заняться детьми, когда я выйду на пенсию, чтобы я мог больше времени проводить дома, а не пропускать школьные праздники и дни рождения своих детей, как некоторые спортсмены. Оказалось, ей было удобнее, когда меня не было дома, и она была предоставлена ​​сама себе, имея доступ к моему счету. Дети не входили в ее планы, и как только наступил момент выхода на пенсию, она выдвинула в качестве встречного предложения развод. — Жестоко, — сухо прокомментировал Эндрю. — Более чем, — он хмыкнул. — Неважно. Как на счет того, чтобы я угостил вас с Сэмми чем-нибудь в баре? Думаю, сегодня мы заслужили. Тренер прихватил с собой Эббот, и Эндрю встретил их в скромном баре в паре кварталов, в котором, в качестве приятного разнообразия, не было ни одного телевизора. Нападающая поставила на стол три пива в качестве извинения за свое дурное настроение на стадионе. Эндрю пожал плечами. У всех бывают плохие дни, и его не особенно волнует, что она думает о нем лично, хотя было приятно, что она смогла признать вину за свое поведение и извиниться, как взрослая. Для кого-то вроде Аарона это уже была недосягаемая высота. — Что ты думаешь о том, что Майер подпишет меня? — спросил он, и его внимание привлек высокий парень, уставившийся на него с другого конца бара. — Ты не плох, — поддразнила она и запрокинула голову, делая глоток из бутылки. — Надо отдать должное, твои навыки не были преувеличены. Остальные знают, что ты собираешься занять место Ходжеса? — Понятия не имею. — Я не стал говорить, пока решение не принято. Вы знаете, как разносятся слухи, если в переговорах участвуют слишком много людей. — Майер пожал плечами и проверил телефон. — Ты собираешься подписывать? Нам бы пригодился запасной игрок. Харрис хорош, но его результаты не так стабильны, как у Морри, и он не может продолжать играть в таком темпе, — Эббот снова посмотрела на Эндрю. — Я прочитаю контракт и подумаю над этим, — ответил он, глядя, как Томми показывает в его сторону кому-то невидимому для него и размышляя, что в этом баре делают британские силовики Нила. — Майер должен был поговорить с руководством... — "Отрядом Бога", — перебила Эббот, салютуя пивом, Майер повторил жест на автомате. — "Отрядом Бога", — сдался Эндрю, подхватывая командную привычку. — Мы поговорили. — Если все пойдет хорошо, мы сможем взять тебя в команду до Рождества, — сверкнул улыбкой Майер, расслабляясь на своем стуле. — Хорошо, в таком случае, — Эббот достала свой телефон и обошла стол, чтобы сделать селфи с Эндрю и Майером. Эндрю проигнорировал камеру. — Ты не можешь опубликовать это, — отчитал ее Майер, слабо покачивая головой. — Я и не стану, — ухмыльнулась она. — Приберегу это для подходящего случая. Вскоре после этого Майер оставил их и Эббот быстро перешла на текилу. — Я не понимаю, — жалобно простонала она спустя какое-то время, пока Эндрю изучал ее меняющееся в течении дня настроение. — Я ведь хороша, правда? Эндрю поднял брови, задумчиво потягивая пиво. — Какую часть слова "гей" ты не поняла? Эббот фыркнула, невнятно выговаривая слова. — Не для тебя, — она махнула рукой в отрицании. — Фин. Финни, Финиган. — Финниган гей? — подтолкнул он ее, когда она со вздохом стащила резинку с волос, позволив волосам волнами упасть ей на лицо. — Может быть, я не самая большая красотка в мире и не самая стройная, но я в форме. Я зарабатываю на жизнь игрой в экси. Хороший доход, дорогие вещи. Почему он так поступил? Эндрю все еще не понимал, о чем она, но это выглядело как свежая рана, раз она пришла выместить злость на корт в свой выходной, а теперь напивалась с незнакомцем вместо того, чтобы поехать домой. — Что он сделал? — Что он, — она запнулась, — что он сделал?! — она подобралась, ее щеки вспыхнули от гнева и алкоголя. — Я просто хотела вернуться домой, залезть в какие-нибудь спортивки и проваляться весь день! Но нет, я листаю ленту в инсте и что вижу? Селфи младшей сестры его лучшего друга на балконе моей спальни, подписанное как "идеальное свидание с моим котиком"! — Ты вышвырнула его? — Вышвырнула? Я сказала этому уроду собирать свое барахло и проваливать нахуй из моего дома! Пусть забирает свою пиздючку и возвращается жить к матери. И знаешь, что он сказал? — она сделала драматическую паузу. — Что мне нужно уйти, чтобы он мог позвать друзей помочь ему собрать вещи. Видите ли, мое присутствие заставляло его чувствовать себя некомфортно! Должно быть, это было болезненно. Эндрю не мог винить ее за желание напиться после такого. Вернуться с выездного матча уставшей и раздраженной после дороги и обнаружить, что твой парень привел к тебе в постель другую женщину. В таком случае, он мог понять ее злость. — Ну, раз так, я прощаю тебя за дерьмовое настроение в нашу первую встречу. — Отлично! — она отсалютовала шотом и, поморщившись, выпила его, сощурив глаза и с трудом глотая. — Отлично, но сейчас я не хочу возвращаться домой — ни в коем случае, пока есть шанс, что он еще там. Думаешь, поблизости есть отель? — Возможно, — подтвердил он, нахмурившись при мысли о том, что она будет одна в незнакомом месте, к тому же пьяная в дым. — Может, тебе не стоит оставаться в одиночестве? Позвонить кому-нибудь из друзей? Могу подбросить тебя куда скажешь. — Они заняты. У них есть свои мужья и жены, и… — Эббот сразу же покачала головой. Эндрю вздохнул и заранее пожалел о своем решении. — У меня есть диван, на котором ты могла бы переночевать.

***

— Уже третьи выходные подряд, — Ники нахмурился, рассеянно покачивая ногой. — Я уверен, "Кейтлин" не будет против, если ты разок съездишь с нами в Колумбию. Ты мог бы взять ее с собой! Покажем ей дом и свои тусовки. — Нет, — снова отмахнулся от него Аарон. — Мы годами ездили в "Сумерки", хочется чего-то нового и поближе. Разве не этим положено заниматься в колледже? Искать новые места, людей, пробовать что-то новое. Кейт хотела оценить клубы Пальметто, этим мы и занимаемся. Вы с Кевином можете поехать в Колумбию, если хотите. — Хорошо, конечно, — усмехнулся Ники, сдерживая разочарование. — И если я снова столкнусь с Кейтлин в выходные, что я должен ей сказать? Лицо Аарона посуровело, когда его ткнули в это. — Ты не можешь осуждать меня, — обвиняюще бросил он кузену в лицо. — Как много парней ты склеил в клубе за все эти годы? Тебе нравится рассуждать о настоящей любви и прекрасных «отношениях» со своим дружком-членососом, но как только очередной мальчик не посылает тебя нахуй сразу, ты достаешь свой член! — У нас с Эриком есть соглашение! — Ники повысил голос в попытке защититься. — И оно включает в себя регулярные тесты на ЗППП? Ты не последний человек, из-за которого ушел Эндрю, признай это! Он оттащил тебя от парня той ночью, потому что ты не знаешь, когда нужно держать руки при себе! Это ощущалось почти как пощечина, и Ники отступил назад. — Не впутывай в это Эндрю. — Почему? — Аарон вскинул руки и указал в сторону спален. — Какую бы ложь ты ни хотел рассказать о том, что мы «семья» и «нуждаемся» друг в друге, она была практически полностью разрушена за последние несколько месяцев. Эндрю ушел. Кевина здесь почти нет. И мы все знаем, что ты свалишь обратно в Германию при первой же возможности. Какого черта я должен тут торчать? — Потому что мы семья! — он впал в отчаяние, сердце его замерло в груди. — Потому что, в конце концов, это все, что у нас есть. Думаешь, Кейтлин останется с тобой, если узнает, куда ты пропадаешь каждые выходные? Я же всегда буду здесь. Для тебя. Для Эндрю. Даже для Кевина. Вернувшись в Германию, я все равно буду всего лишь на расстоянии звонка. Думаешь, кто-то другой будет? Челюсть Аарона дернулась, когда он виновато отвернулся от него и позволил тишине между ними затянуться. Ники откинулся на спинку стула, чувствуя себя измотанным и уставшим от постоянного потока переживаний. — Я никогда не думал, что он по-настоящему уйдет, — голос Аарона дрогнул, когда он тихо признался в этом. — Мне просто нужно время, чтобы выпустить пар и понять, что я по этому поводу чувствую. Кейт не понять ничего, что связано с Эндрю, так что я не могу поговорить с ней. Вечеринки — это всего лишь отвлечение, через несколько недель я буду в порядке. Я не притронусь ни к чему, кроме легких наркотиков. Я могу держать себя в руках. — Я понял, — ответил Ники, запуская руку в волосы. — Мне просто не хочется, что бы ты отдалился от меня. Половину всего времени я не знаю, куда себя деть. Эндрю всегда собирал нас вместе, не всегда хорошо, но, по крайней мере, надежно. Нам, — он помахал рукой между ними, — нужно понять, как делать это без него. Я не могу потерять и тебя. — Хорошо, — вздохнул Аарон после долгой паузы и медленно кивнул. — Я действительно хочу сходить в тот клуб сегодня, но, может, завтра мы могли бы вытащить Кевина из квартиры Ваймака и устроить ночь игр? Что думаешь? Ники посмотрел на Аарона и у него в груди запузырилась надежда. — Звучит хорошо.