Краски поблёкнут, а город умрёт

Утро четырнадцатого февраля.

      За окном в медленном танце, словно в белом вальсе, кружились мелкие снежинки. Прошло уже больше двух месяцев зимы, но снег всё равно решил выпасть. Мороз крепчал, сейчас уже было где-то минус шесть. Лужи давно превратились в толстый и скользкий лёд, а сейчас на него ещё и падал снег, стараясь прикрыть землю белой шапкой. Ветра не было, но небо всё ещё оставалось серым. И не поймёшь, ясное ли оно или всё-таки пасмурное. Но поскольку солнца не было видно, то второй вариант подходит куда больше.       Именно в этот день с утра пораньше Никита собирается съездить к шаману. Тот мужчина всё-таки был полностью прав насчёт существа, так может… Он знает, как его одолеть? Пока сам не примешься за дело, никто за тебя это не сделает. Поэтому Берг взял всё в свои руки.       Паркуя машину уже возле дома под номером одиннадцать, парень выходит из неё и направился к подъезду.       На удивление, шаман без лишних разговоров открыл дверь и подъезда, и квартиры. Стоя уже переодетый в свою мантию, он окинул полублондина непонятным взглядом.       — Я знал, что ты всё же придёшь, — говорит он немного томным голосом, пропуская парня внутрь квартиры. — Вот только где ты своего друга-то потерял? Не боишься, что с ним что-то плохое случится, сегодня ведь день всех влюбленных, — произносит Элл подозрительно загадочным, но строгим голосом.       Вопрос поставил гетерохромного парня в тупик, и, обув бахилы, он вопросительно посмотрел на мужчину.       Тот лишь тяжело вздохнул и медленно направился к нужной комнате, бросив краткое:       — Ты знаешь, куда идти.       Быстро сняв верхнюю одежду, парень направился вслед за шаманом и зашёл в комнату, где мужчина уже сидел за столом, на котором разложил всякие старые летописи, свитки и ещё много чего.       — Вы знаете, как заточить Вэрлена? — строго спрашивает Никита, подойдя к столу.       — Конечно, я подготовился к твоему приходу, — приговаривает Розд, разворачивая свиток старой пожелтевшей бумаги. — Но, как ты понимаешь, не за бесплатно, — коварно ухмыльнулся он, мельком глянув на гостя.       — Сколько? — Берг хотел уточнить сумму.       Он, конечно же, знал, что это будет стоить денег, и немалых.       — Лучше бы спросил, что именно, — всё ещё лукаво смотря на парня, отвечает мужчина.       Полублондин лишь удивлённо похлопал глазами, но от этого взгляда ему стало не по себе.       — Ну и что же ты хочешь? — наконец спрашивает он после долгого молчания.       — Хм, — шаман сделал вид, что задумался, но тотчас же ответил с блеском в тёмных глазах. — Твою энергию. В прошлый раз вы не заплатили, я буду вынужден взять в два раза больше. Давай сюда свою руку, — произносит он.       Гетерохром сразу же всё понял и отошёл от Элла на шаг назад.       — Сначала информация, — строго произносит он.       — О нет, парень, всегда сначала идёт плата, а потом уже товар, — отодвигая подальше свитки старой бумаги, усмехается шаман.       Спорить было бессмысленно, и Никита сдался, подавая мужчине свою левую руку, в которую тот моментально вцепился. Из-за этого парень почувствовал, как внезапно заболела голова. Вены на руке начинали медленно набухать и раздуваться. В теле зародилась слабость, начало клонить в сон, а картинку перед глазами словно водой размыли; но, кроме этого, он чувствовал, как по венам в левой руке из него медленно вытягивают тепло, словно нитку. Кажется, шаман настолько сильно сдавил руку чуть выше запястья, что она успела немного побелеть, и, кажется, на том месте после появятся синяки. Всё это продлилось относительно минуты три, и мужчина наконец-то отцепился и, обойдя стол, сел за него напротив Никиты, который сел на стул, нет, он даже скорее упал на него, не чувствуя твёрдой опоры.       — Записывай, — строго произносит шаман, нарушая своим голосом тишину.       Он пододвинул к парню листок бумаги и ручку с синими чернилами.       — Чертите круг из соли, смешанной с феромонами, желательно начертить его непосредственно вокруг самого существа, а не до его прихода. Поймав его в этот круг, вы должны будете заранее найти двух любящих друг друга людей, которые в этот день уже подарили друг другу валентинки, неважно какие, эти люди должны будут либо написать новый текст на ещё одних валентинках, или перенести на них прошлый; также можно использовать валентинки, подаренные сегодня, и эти их нужно будет бросить в круг, в то время как вы или они будут произносить специальные слова: «Освободись, Каль Мэн, душа брошенная До, цепи Вур Зе ненависти Дорс порвитесь, отпустите Окс, не грешник То Ред он. Верните Ди взаимную Флеëс Ти, как нашу Эй, любовь Рун». После этого влюблённая пара должна взяться за руки и завершить ритуал поцелуем, после которого должна быть произнесена заключительная фраза: «Истинно, Вокс». И только после этого существо будет заточено.       Слова мужчины звучали эхом в голове парня, но он всё равно медленно и неразборчиво записывал.       В этот раз антураж шаманского логова был другой: свечи не горели, был полумрак, его разгоняла лишь настольная лампа с голубоватым светом, куча хаотично лежащих на столе старинных бумаг и шторы, закрывающие собой окна, были немного помяты.       — Благодарю, — дописав всё, Никита поднимается со стала и направляется к выходу из комнаты.       Голова к тому моменту уже перестала болеть, правда, взгляд был ещё нечётким.       — Готовься к бою, валентинку писать бессмысленно, — внезапно произносит шаман, отвернувшись лицом к зашторенному плотными шторами окну.       Полублондин не понял смысла этой фразы, но переспрашивать не стал. Сейчас надо было быстро выстроить в голове план.       «Так, прямо сейчас нужно ввести Давида в курс дела, а после закупить всё самое нужное и… Найти влюблённую пару?» — насчёт последнего Никита задумался.       «А может, никого искать и не нужно?»       Уже садясь в машину, он набирает номер друга, но…       «Вне зоны доступа?» — удивляется он, ещё раз перезванивая.       Но каждый раз был слышен лишь голос оператора. Сердце недобро кольнуло. Так быть не должно.       — Может, занят? — но смог ли парень поверить в эту очевидную ложь?       Нет, конечно, подступало волнение, и в сердце закрадывалась тревожность, но всякое случается, и он решает перезвонить чуть позднее. Вероятно, совершая огромную ошибку.       Любовь — это вечное волнение?       Сейчас блондин поехал в одно «интересное место», где часто можно найти духи с феромонами и, помимо них, всевозможное количество игрушек не для детей. А название того магазина — секс-шоп. В обычной парфюмерной такие духи не купишь, вот и приходится ехать туда, ну, он хотя бы духи покупать будет, а не кое-что другое…