Глава 1
7 февраля 2025 г., 18:33
Шисуи Учиха похож на солнце.
Он ребёнок с глазами старика. Итачи видит такие же глаза в зеркале каждый раз, как возникает необходимость проверить изменилось ли хоть что-то.
Они с Шисуи дети войны в самом худшем из значений.
Итачи не понимает, почему его так воротит от всего? Почему его так ворит от себя же?
Он знает-знает-знает, что солнце погаснет из-за него.
Солнце будет тянуть к нему окровавленные пальцы с даром, что слишком тяжел для их плеч.
Им нравится меняться, плохо только, что кровь никак не сходит с пальцев, когда очередной труп вражеского шиноби сгорает без дыма.
Итачи вёрткий и пользуется этим, но они ещё не научились делить чакру, поэтому когда "мальчишка прячется", то они эпично падают с толстой ветки, и лишь настил осенней листвы и чёткое понимание как сгруппироваться не дает свернуть шею. Длинная и глубокая ссадина тянется от колена к тазовой кости.
Запах прелой листвы приятнее, чем гарь. Влажная земля забивается в рот, горчит на языке. Переворачиваясь на спину, они смотрят в безмятежное небо, пока то не загораживает темноволосая голова. У Шисуи встревоженное выражение лица.
Они хотят стать обычным плывущим по небу облаком, что абсолютно равнодушно к проблемам шиноби.
Итачи Учиха заметно вздрагивает, когда Шисуи помогает наложить повязку. Чужие прикосновения обжигают, волна нервной дрожи захватывает руки, отчего приходится крепко сцепить пальцы.
Они ловят внимательный взгляд тёмных глаз. На дне чужих зрачков заметны тени непонятых для них эмоций.
Итачи первым слышит едва уловимый шелест листвы и тот самый звук, когда свистит воздух, обтекая острые грани сюррикенов. Их реакция снова общая, потому что "мальчишка" легко сбивает чужой прицел, точным движением отправляя ответ.
Они слышат только задушевное бульканье крови во вражеской глотке и незримо чуют, как чужая жизнь уходит.
Выражение лица у Шисуи становится более встревоженным, когда тот привычно отшучивается, сжигая трупы.
На границе нынче небезопасно, знаете.
Они отдыхают в тени, щурясь от яркого солнца, пробивающегося сквозь почти голые ветви. Шершавый ствол пахнет чем-то сладким. Воздух становится спертым, как перед дождём, но на небе всё еще ни облачка.
Хочется остаться здесь, врасти в это крепкое дерево и не видеть больше замерших в вечном ожидании глаз клана шиноби.
Шисуи приносит горсть поздних ягод и запас дров, пока они потрошат тройку рыбёшек, что выловили из ручья. Ледяные пальцы всё так же покрыты кровью, что не стирается ни песком, ни мыльным корнем. Густые разводы тянутся извилистыми лентами выше, оплетая предплечья.
Солнце бесконечно тёплый.
Они греют озябшую душу рядом с ним, купаются в мягком голосе и обожают пушистый смех, что так редко бывает искренним. Шисуи тормошит их, вглядываясь в их бездну, и не боится, потому что имеет свою.
Он деликатен до болезненной вежливости и, кажется, интуитивно догадывается, что с ними что-то не так.
Итачи Учиха бесконечно его уважает.
Они же до боли боятся его потерять.
Потому что без солнца Учиха Итачи сломается сам и сломает других.
Потому что Учиха Шисуи для них - та самая константа на которой держится мир.
***
Шисуи находит их забившихся в угол в заброшенных складских пристройках, что раньше использовались для хранения зерна. Здесь пыльно и холодно, но тихо. Сил встать с прогнившего пола у них попросту нет. Левая кисть вывернула под неестественным углом - те самые издержки воспитания - но отрешится от боли легко. У них высокий болевой порог с огромным уровнем равнодушия к происходящему. Итачи Учиха дорожит своим младшим братом, будто это единственная ценность на этой земле. Им же глубоко наплевать на хныкающий сверток с капризным младенцем. Они никогда не просили чести быть нянькой. Их назначили просто так, сбросив часть ответственности за слабую жизнь. Насильно собирались надеть маску идеального старшего брата, будто ему мало других идеальных. Они устали оправдывать чьи-то ожидания в ущерб себе. Слышать повсюду ты должен-должен-должен, разве не знаешь? Учиха Итачи и Учиха Шисуи яро любили до приторного сладкий клейкий рис - те самые данго - с душистым чаем. Побыть сладкоежками удавалось не часто, здесь сахар был доступен не всем. О шоколаде не стоило даже мечтать, потому что данная редкость шла золотом по весу куска. Оттого тонкий знакомый запах заставил их с трудом приподняться, когда Шисуи без слов подошёл, опускаясь на корточки рядом. - Смотри что принёс. Их рецепторы были готовы взорваться от глубокого запаха какао и масла ореха. В глазах защипало, а вязкую слюну стало трудно глотать. Под этим простым - смотри что принёс - скрывался холощеный мешочек размером, что с детский кулак и несколько знакомых до лёгкого смеха грубо отрезанных хороших кусков, каждый размером с монетку в пять рё. - Ты что продал душу? Шисуи - их солнце, смеется без маски, держась за живот. Потому что, ну кто в здравом уме и трезвом сознании будет говорить с шиноби о рыночных ценах на души? Тем более за шоколад? - Пойдём, выпьем чаю. Знаете, каждому в жизни нужен хотя бы один такой человек. Который придёт и несмотря на всю грязь и дерьмо обстоятельств просто протянет вам руку в нужный момент. Даже не зная, что вместо Учиха Итачи с ним говорит абсолютно другой человек. Но, кажется, где-то внутри глубоко уже точно признавший, что личность Учиха Итачи довольно давно не является цельной.
