Магистр дьявольского культа

Глава 32: Тени на белом снегу Утро встретило их тихим ветром и свежестью дороги. После страстной ночи, полной долгожданной близости и разрядки, Вэй У Сянь чувствовал себя расслабленно — но это спокойствие не обмануло его. Чем ближе они подходили к границам Облачных Глубин, тем ощутимее становился гнетущий холод — не от ветра, но от воспоминаний. Он шёл рядом с Лань Чжанем молча, лишь иногда сжимая его ладонь, словно проверяя: рядом ли он всё ещё. Лань Чжань, как всегда, был невозмутим, но взгляд его становился всё более напряжённым. Оба понимали: прибытие в Гусу — это не конец пути. Это испытание. К вечеру шестого дня над деревьями вдалеке показались белые крыши и стройные линии башен. Туман, вечно окутывающий Гору, клубился над ними, как призрачное напоминание: они входят в чужой, почти враждебный мир. — Почти не изменилось, — хрипло пробормотал Вэй У Сянь. — Как будто всё это было вчера. — Или в другой жизни, — откликнулся Лань Чжань. — Но теперь мы возвращаемся вместе. У входа в Облачные Глубины их никто не ждал. Не было радушных лиц. Не было цветов, не было даже равнодушной вежливости. Только два младших ученика, заметив знакомые силуэты, замерли — один из них чуть не выронил свиток, другой поклонился слишком резко, будто на автомате. Потом оба переглянулись, словно не веря собственным глазам. — С-старший Лань Ванцзи?.. И… — Второй осёкся, когда взгляд Вэй У Сяня скользнул по нему. — И Вэй У Сянь, — спокойно подтвердил он. — Мы прибыли. Вежливо, спокойно. Без тени иронии — но этого было достаточно, чтобы один из учеников попятился. — Мы… Мы уведомим Совет, — пролепетал он и поспешно скрылся среди бамбука. — Добро пожаловать в родные стены, — усмехнулся Вэй У Сянь и качнул головой. — Даже страх здесь пропитан правилами. Когда они вошли во внутренний двор, их встретило уже больше учеников. Взгляды — исподтишка, косые, настороженные. Кто-то прикусил губу, кто-то шагнул в сторону. И никто — никто — не осмелился приветствовать Вэй У Сяня по имени. — Что ж, — выдохнул он, — думаю, я всё ещё та самая страшилка на ночь. — Для них — ты не просто имя, — тихо произнёс Лань Чжань. — Ты история, о которой шепчутся после отбоя. — История, которую они ни разу не пытались услышать целиком, — хмыкнул Вэй У Сянь, но голос его был усталым. Совет ордена Лань собрался быстро — быстрее, чем ожидал даже Лань Чжань. Это была неофициальная встреча: не церемония, не заседание. Но и воздух внутри павильона был натянут, как струна. Лица старейшин были сдержанными, холодными — у кого-то в глазах читалась тревога, у кого-то — явное осуждение. В центре стоял Лань Цыжень. В его взгляде — привычная строгость. Он смотрел не на Вэй У Сяня — на Лань Чжаня. — Ты решил привести его в Облачные Глубины, не предупредив Совет? — спросил он. — Да, — коротко ответил Лань Чжань. — Это мой дом. И он вернулся со мной. — Это… не твой дом, Вэй У Сянь, — вмешался один из старейшин, с узким лицом и седыми висками. — Ты покинул его много лет назад. И с тех пор принес слишком много бед. — Не я один, — отозвался Вэй У Сянь ровно. — И не всё из того, что вы считаете «бедой», действительно ей было. — Ты говоришь о себе как о жертве? — Я говорю о себе как о человеке, которого судили по слухам. На несколько мгновений павильон погрузился в напряжённое молчание. Лишь ветер шевелил занавеси. — Он не нарушал правил, — вмешался Лань Чжань. — Не на этот раз. Не с тех пор, как вернулся. — Но может нарушить, — сухо произнёс старейшина. — Это в его крови. Он непостоянен. Опасен. И... — Достаточно, — голос Лань Чжаня прозвучал жёстко. — Вы можете не доверять ему. Но если вы не доверяете моему слову, тогда не доверяете и мне. Это было сказано не громко — но вес каждого слова был тяжел, как удар. После встречи их поселили в отдалённой резиденции, у восточного крыла сада — слишком далеко от главных павильонов, чтобы быть «почётными», и слишком близко, чтобы назвать это изгнанием. — Неплохо для того, кто по слухам должен быть изгнан с порога, — усмехнулся Вэй У Сянь, оглядывая комнату. Лань Чжань молчал. Внутри него бушевал шторм — но ни один мускул на лице не выдал этого. — Я не ожидал радости, — продолжил Вэй У Сянь. — Но знаешь, видеть, как они боятся даже взглянуть на меня… В какой-то мере это смешно. В какой-то — обидно. Я не монстр. — Они просто ещё не увидели тебя по-настоящему, — сказал Лань Чжань. — Но увидят. Иначе бы я не привёл тебя сюда. Вэй У Сянь на мгновение закрыл глаза. — Не ради них ты меня сюда привёл. — Нет, — тихо. — Ради нас. В ту ночь Вэй У Сянь долго не мог уснуть. Он сидел у открытого окна, глядя на луну, отражавшуюся в тихой глади пруда. Слишком много воспоминаний. Слишком много теней. Завтра они отправятся в архивы. А значит — начнётся настоящая часть их возвращения. Столкновение с правдой. Со следами прошлого. С той частью истории, которую ни один орден, даже самый мудрый, не захотел когда-либо рассказывать до конца. Но теперь — всё изменится. Теперь Вэй У Сянь и Лань Чжань вместе. И они готовы.