LATELY, IT'S WINTER SEASON Тайгер и Нао (Навсегда с тобой)

— Сингха. — … — Эй, Сингха! — Что! — огрызнулся я на Бена, который стоял за стойкой бара, пока я сидел снаружи. — О чём ты задумался? Я зову тебя уже несколько минут. — Чего тебе? — Вообще-то это я должен спрашивать, а не ты. Ты пришёл ко мне в три часа ночи, молча пьёшь мой виски. Проблемы на работе? — Нет. — Тогда что? Поссорился с братом? — Нет. — Ну да, конечно. Какая ссора? Вы ведь и так никогда не ладите. — Чёрт тебя дери! — выругался я, не сдержавшись. В голове стоял только один образ — Сыа, мой младший брат, стоящий как вкопанный, дрожащий от страха. Это был первый раз, когда я видел его таким напуганным. Почти инстинктивно мне захотелось подойти к нему и сказать: «Всё в порядке, тебе больше не нужно этого делать. Я тебя защищу». — Что случилось на самом деле? — Сегодня ночью Сыа впервые убил человека, — ответил я. Бен нахмурился. — Я заставил его. — Сколько ему сейчас? — Шестнадцать. — Чёрт… Не рановато? — Меня отец заставил стрелять в людей в четырнадцать, — сказал я бесстрастно. — Но это я. Для Сыа, наверное, правда слишком рано. Он держал пистолет, весь дрожал, а когда выстрелил, даже глаза закрыл. — Ты не смог смягчиться? — Ты же знаешь, что не смог бы, — ответил я устало, глубоко вздохнув, словно это могло облегчить ту тяжесть, что давила на грудь. — В прошлый раз, когда он отказался, отец приказал мне заставить его. И сегодня за этим следили. Если бы я не справился, отец сам взялся бы за дело. Я знал, что если отец вмешается, всё будет гораздо хуже. Когда мне было четырнадцать, он не просто заставил меня стрелять. Я должен был сначала пытать человека, чтобы выбить из него информацию, а потом убить. Если бы Сыа пришлось пройти через это, он бы пострадал ещё сильнее. — Чёрт… И что теперь будешь делать? — спросил Бен. — Хм, не знаю. Может, он будет ненавидеть меня ещё больше. — Без сомнения, — усмехнулся Бен. — Бен, не хочешь сменить работу? — Конечно хочу, но если и уволюсь, то сам. Мой босс — упрямый идиот, но чертовски жалкий. — Да пошёл ты, Бен. — Я понимаю, тебя заставил отец. Но почему ты не объяснишь всё брату? Ваши отношения не обязаны быть такими хреновыми, — в сотый раз сказал Бен. — Хотя, ладно. Ты же не просто подчинённый, а будущий наследник босса. Не можешь позволить себе выглядеть слабым, да? — Если я скажу ему всё, он зазнается, — ответил я, наливая себе ещё виски. — Дурак. Неудивительно, что он тебя ненавидит. — Сколько бы ты меня ни оскорблял, не смей говорить, что мой брат меня не любит! — я с силой ударил по столу. Бен лишь усмехнулся ещё шире. — Ты сам слышал. Тайгер тебя ненавидит! — он с нажимом повторил слова, вонзив их мне прямо в сердце. — Не сиди тут, не скисай! Бесишь! — Ты вообще-то должен быть на моей стороне, знаешь?! — пробормотал я, залпом выпивая виски. — Раньше он звал меня «Пи Сингха» то по одному поводу, то по другому. А теперь, как только увидит, сразу: «Будь ты проклят, Сингха. Иди и сдохни». Хотя я его кормил, делал ему молоко, менял ему подгузники, даже задницу вытирал! Кто бы ещё всё это делал, если не из-за любви?! Я просто хочу, чтобы он хоть чуть-чуть был избалован. Да я даже мог бы прогулять работу, лишь бы отвести его в парк аттракционов. — Как он может быть избалованным с таким, как ты? Проще язык себе прикусить. — Он правда так меня ненавидит? — спросил я раздражённо. — Как бы я тебя ни ненавидел, это ничто по сравнению с тем, что чувствует к тебе Тайгер. — Ты постоянно это повторяешь, — пробормотал я, сделав глубокий вдох и осушив стакан. — Я тебе рассказывал, как в детстве надел на него платье? — Уже сто раз. Но расскажи ещё, мне нравится. — Я тогда мечтал о младшей сестрёнке, вот и нарядил его в платье. Он был таким милым! Жаль, что потом разорвал его. Вспыльчивый с детства. — Я слегка улыбнулся, вспоминая те дни. — Неудивительно, что он тебя ненавидит с малых лет. — Да пошёл ты. Ты хочешь, чтобы я прямо тут сдох? — заорал я на Бена. Сам того не осознавая, из моих глаз начали течь слезы. — Опять началось, — протянул Бен, тяжело вздохнув. Он сунул мне тряпку, чтобы я мог вытереться. — Только посмотри на себя. Жестокий мафиози сидит и ревёт, потому что брат его не любит. — Нет, — возразил я. — Он точно ещё любит меня. — Серьёзно? С чего ты взял? — Ты должен подбадривать меня, ублюдок! — пробормотал я, прикладывая руку к груди. — Чёрт… Сердце болит, Бен… — А я вот зеваю, — Бен обошёл стойку и сел рядом, хлопая меня по плечу. — Ты чувствуешь себя дерьмово, потому что заставил его, да? — Да. — Ты сделал всё, что мог. Это был прямой приказ босса. Что ты мог сделать? Даже сегодня, хотя у тебя была работа со мной, ты бросил всё и помчался к брату, потому что знал, что он получил приказ. Ты сразу пошёл к нему. Он может не знать, что ты его защищаешь, но сегодня он остался жив. — Но… Бен. Я направил на него пистолет. Он даже умолял меня. Первый раз в жизни. У него было такое лицо… он чуть не заплакал. — А теперь плачешь ты, — фыркнул Бен, похлопав меня по спине. Только он видел меня таким. Он привык. А я сам… Я не знаю, почему так, но если дело касается брата, я становлюсь слабым, совершенно теряюсь. — Как только я вернулся домой, он тут же сел на байк и уехал. Не знаю, где он сейчас. — Так позвони ему. — Не хочу, — ответил я быстро, вытирая слёзы. — Он узнает, что я его люблю. — И что в этом плохого?! — Бен всплеснул руками. — Боже, меня уже тошнит от твоего упрямства. Ты всегда притворяешься сильным, каждый день выводишь его из себя, а потом сидишь, грустишь и ревёшь. — Так что мне делать? — всхлипнул я. — Я правда не могу быть с ним мягким. Мне кажется, уже слишком поздно что-то менять. Если я буду всегда защищать его, как он потом сможет жить без меня? Я ведь не смогу вечно быть рядом. — Но в итоге ты все равно его защищаешь. Ты даже умолял, чтобы у него были друзья и он жил как обычный ребенок, пока не повзрослеет. Ты был готов на то, чтобы Босс не слишком давил на твоего брата, лишь бы сам беспрекословно подчинялся всем приказам. Поэтому я и говорю, что ты сделал все, что мог. — Но этого недостаточно, — тихо ответил я. — Отец никогда не обещал, что позволит ему жить как обычному человеку. Он лишь сказал, что постарается не принуждать. Вот почему иногда ему все равно приходится работать вместе со мной, как сегодня. — По крайней мере, это уже лучше. Жизнь твоего брата намного лучше, чем была у тебя в его возрасте, — сказал Бен, пытаясь меня утешить. — Он все еще может учиться в обычной школе, как остальные дети. — Я мог бы сделать для него больше. — Ты не можешь выбрать, где родишься. А твоему брату не повезло родиться в семье мафии. Что еще ты можешь сделать? — Да. Я не мог возразить. Родиться в этой семье означало нести груз, от которого не избавишься. Как бы он ни пытался сбежать, реальность не изменится — он сын Большого Босса самой влиятельной мафиозной группировки. Даже если он попытается отдалиться, его никогда не оставят в покое. Всегда найдутся люди, которые будут за ним следить. Всегда будут враги, которые захотят добраться до него. Если однажды ему приставят пистолет к голове, сможет ли он сказать: «Я больше не имею отношения к своей семье»? Поверит ли в это враг и оставит его в живых? Конечно же, нет. Единственный способ выжить — уметь защищать себя. Мир мафии таков: либо ты убиваешь, либо убьют тебя. В последнее время я все больше беспокоюсь за Сыа. Он учится в обычной школе и часто поздно возвращается домой, не думая о своей безопасности. Возможно, он еще слишком молод, чтобы понять, кто он на самом деле — сын самого могущественного главы мафии. Я всегда приказываю своим людям тайно следить за ним. К счастью, пока ничего плохого не случалось. Но моя упрямая натура мешает мне говорить с ним по-хорошему. Чаще я либо кричу на него, либо провоцирую. Разница в возрасте заставляет меня сильно его опекать. Мой брат — маленький, вспыльчивый, всегда старается огрызнуться в ответ на мои упреки. Раздражает, да, но иногда дразнить его — настоящее развлечение. Но самое важное — это моя ответственность. Я заставляю его делать то, что считаю нужным. Когда-то я заключил сделку с отцом: он не будет слишком строг с Сыа и позволит ему жить как обычному ребенку, если я стану работать усерднее и не буду возражать. Вот почему Сыа до сих пор может спорить с отцом. В его возрасте я даже не мог пикнуть. Это может показаться странным, но детство Сыа было вполне нормальным — по меркам ребенка из мафиозной семьи. Намного лучше, чем мое. Я часто принимал наказания вместо него. Однажды его привязали к дереву на всю ночь, и я сидел рядом, отгоняя комаров. Я позволял себя избивать, лишь бы отец разрешил мне защищать его. Отец запретил мне быть с ним мягким. Он говорил, что если я буду жалеть его, то он вырастет слабым. Если я дам ему слабину, отец просто отберет у меня право заботиться о нем. А если отец возьмется за него сам, то ему придется пройти через то же, через что прошел я. И, конечно, я не мог этого допустить. Вот почему мне приходилось быть жестким, чтобы продолжать его защищать. — В других делах ты справляешься со всем. Но когда дело касается твоего брата, все, что ты можешь — это плакать, — Бен снова начал ворчать, увидев, что я перестал плакать. — У тебя никогда не было брата, о котором ты заботился с младенчества. Ты просто не понимаешь. — К счастью. Я не хочу, чтобы мой брат меня ненавидел, как тебя. — Гад, Бен, — бросил я. — Мне все равно, пусть ненавидит. Лишь бы не страдал больше, чем сейчас. — Тьфу, герой нашелся, — усмехнулся Бен. — Ты все язвишь. Чего тебе надо, Бен? — Обсудим это позже, — сказал он, доставая стопку документов и передавая их мне. — Похоже, твой брат больше не остается в общежитии своего друга по имени Филд. — Что? — нахмурился я, раскрыв папку. — И почему ты только сейчас мне об этом говоришь? — Забыл. — Черт, найди себе другую работу! — Ладно, тогда прощай. — Бен, ублюдок! Так где он тогда ночует, если не у Филда? — У него появились новые друзья. Близнецы по имени ДынНао и ДынНыа, — объяснил Бен, указывая на документы. Я внимательно изучил их профили. — Твой брат, похоже, особенно близок с ДынНао. Они оба в футбольном клубе, возможно, поэтому и подружились. — Близок? С каких пор у моего брата есть друзья, кроме тех двоих? Еще и ночует у него? — Я поднял бровь, с трудом веря в то, что слышу. — Мы проверили их биографию. Есть кое-что интересное. — Что? — Их отчим — член вражеской банды. Сейчас он работает шпионом в тюрьме. —… Я молча перечитывал информацию. В их семье всего три человека: мать и двое близнецов. Их родной отец был инженером в частной компании. Он умер два года назад от рака в возрасте 43 лет. Криминального прошлого нет. Мать, 42-летняя владелица небольшого кафе, тоже чиста. Да и в биографии самих близнецов не было ничего подозрительного. Все вроде бы нормально. Но вот что интересно: два года назад, после смерти биологического отца, их мать сразу же вышла замуж. Ее новый муж — член банды нашего врага. — И это не все. — Что еще? — Говорят, ДынНао — лидер банды. —? — Это лишь слухи. Доказательств пока нет. — Какие слухи? — Ходят слухи, что он крупный лидер, контролирующий школу. Главарь банды с сотнями подчиненных, разбросанных по всем классам. Мы пока не знаем, насколько правдивы эти слухи, но, судя по первым наблюдениям, у этого парня есть свои поклонники. —… — Возможно, он сын влиятельного человека, которого специально отправили учиться властвовать. По крайней мере, ваш брат — один из тех, кто интересуется им. В последнее время твой брат даже, кажется, пытается узурпировать место его правой руки. — Мой брат? Если мой брат хочет стать его правой рукой, значит, мальчик должен быть необычным, — сказал я, прищурившись, начиная серьезно обдумывать ситуацию. Я знал, что Сыа не хочет работать в этом мире, но может ли быть так, что он просто хочет присоединиться к другой банде? Почему, потому что та банда была сильнее нас? А может, его используют? Ни за что! Я не позволю этому случиться. Я растил его с детства, и неважно, кто они, неважно, насколько сильно их влияние, никто не сможет отнять у меня брата! — С тех пор как он живет в доме этого парня, он больше не выходит на улицу по ночам. — Мой брат подчиняется ему до такой степени? — Интересно, действительно ли биологический отец близнецов умер? Почему их мать так быстро вышла замуж? А может быть, их биологический отец жив, просто информация о нем намеренно замалчивается? — Вы ничего не смогли найти? — Нет, как бы мы ни старались, ничего не нашли, — сказал Бен с серьезным лицом. — Это значит, что этот человек имеет большое влияние. — … — Вот почему единственное, что просачивается наружу, — это слухи. — Хм. Пошлите кого-нибудь присмотреть за этим ребенком. Хотя это еще не ясно, я уверен, что он не обычный ребенок. Если нам повезет, мы сможем получить больше информации о банде. Выбирайте того, кто лучше всех умеет сидеть на хвосте. И не сообщайте отцу. — Понял. — Ха, Сыа, Сыа… Если ты хочешь завести друзей, почему бы не выбрать нормальных друзей? Зачем связываться с такими опасными людьми?

***

— Мэй, — позвал я, помогая маме готовить вещи для открытия лавки этим утром. Наша лавка открывается в шесть, так что нужно вставать в четыре, тем более что ещё надо готовить соевое молоко. — Я чувствую себя странно. — Почему, сынок? Ты болен? — спросила мама, обеспокоенно взглянув на меня. — Нет, не в этом дело. Просто… мне не по себе, — ответил я, нахмурившись. — Как будто кто-то пытается отобрать у меня власть как главаря банды. Как будто кто-то хочет забрать моё место. — Ну, если так, давай сегодня сделаем что-то хорошее. Как насчёт того, чтобы заняться благотворительностью? — Отлично, отличная идея! — Хорошо, Мэй посмотрит, что мы можем приготовить для благотворительности, — сказала мама, уходя в дом. Я продолжил серьёзно мыть овощи. Когда солнце начало вставать, я пошёл будить Сыа, который всё ещё свернулся на диване, чтобы присоединиться к благотворительности. — Сыя, вставай, эй… вставай! — Я слегка потряс его. Сыя только недовольно пробурчал. — Вставай! — Да, да! Так громко! — ответила он раздражённо. — Уже четыре утра, да? — Почти шесть. — Что? Почему ты меня не разбудил? Я мог бы помочь подготовить лавку, — сказал он, зевая. — Я видел, что ты поздно лег вчера, так что решил дать тебе отдохнуть. — Ты тоже поздно лёг, верно? — Довольно, иди скорее умойся, — ответил я. Я позволил Сыа умыться, а сам ждал его снаружи, чтобы вместе заняться благотворительностью. — Что мы будем жертвовать сегодня? Я принял пакет с едой от Ныа. — Ого, потрясающе. Наверное, я точно попаду в рай, — пошутил я. — Думаешь, этого достаточно, чтобы попасть в рай? — парировал Сыа, всё ещё сонный, с припухшими глазами. — Сыа, почему у тебя такие опухшие глаза? — обеспокоенно спросила мама. — Ох, в последнее время я ел слишком много солёного, — быстро ответил он. — Уменьши потребление соли, иначе у тебя будут проблемы с почками. — Хорошо, мама. Я тихо прошептал, приблизившись к нему: — Много солёного ел, да? —!!! — Вчера ты: «Нао, Нао, мой Нао…» И вся моя футболка была в твоих слезах и соплях! — поддразнил я его. Сыа только тихонько засмеялся. — Придурок, хватит издеваться надо мной. Прежде чем мы успели продолжить разговор, к нам подошёл монах. После благотворительности и молитвы мы вернулись в лавку, как раз когда появился первый клиент. — Эй! Мне это начинает казаться подозрительным, — сказал Макс, этот кокетливый тип. — Почему я снова вижу Тайгера? Неужели ты тайком подкатываешь к кому-то из моей семьи? — Дурак. Лучше бы я ударил тебя по лицу, чем стал бы ухлёстывать за кем-то из твоих родственников, — ответил Сыа. Я усмехнулся, услышав это. — Отлично, Сыа, — похвалил я, подняв большой палец вверх. Макс нахмурился, явно подозревая что-то. — Почему у меня на пути к любви становится всё больше препятствий, а? — Никто тебя не поддерживает, ты в курсе? — добавил я. Макс прищурился и уставился на меня. — Что с твоим лицом? — спросил я. — Или неужели… Тайгер! Ты влюблён в мою будущую вторую половинку?! — Чего?! — Сыа резко повернулся к Максу, так сильно удивившись, что даже я замер. — Ты о чём, идиот? Что за бред? Я подозрительно посмотрел на Сыа и прошептал: — Сыа… неужели… — Эй, почему ты так на меня смотришь? — Сыа… Вот гад! — Нао, — Макс подошёл ко мне, слегка наклонившись в сторону. — Подумай хорошенько. Почему Сыа так липнет к вам, словно пиявка? Если не из-за того, что он любит Дана, то почему ещё? Он даже мешает мне! Почему? Потому что он влюблён в Дана! — Сначала я так не думал, — ответил я, качая головой, — но теперь начинаю подозревать… Сыа! — Что?! Не сходи с ума, Нао! Начали приходить другие клиенты. Мне хотелось бы докопаться до истины, но сейчас не было времени. К счастью, мама и Ныа были заняты у прилавка и не слышали наш разговор. Когда приближалось время идти в школу, мы вышли из лавки вместе. — Сыа, пойдём со мной, — сказал я, схватив его за руку, чтобы отвести подальше от ДынНыа. Я зашептал: — Эй, паршивец, если я узнаю, что ты влюблён в моего брата, то сожгу тебе всю шерсть, пока ты спишь! — Не позволяй Максу тебя сбивать с толку, дурак. У нас ничего нет. — То, что сказал Макс, звучит логично. Я сначала не подозревал, но теперь думаю… Это твой хитрый план, да? — Какой ещё план?! Я уже сказал, что это не так! — Не отрицай, Сыа. Я знаю, что мой брат очарователен, перед ним сложно устоять. Я даже не против, если Дан тебя полюбит. Но знай, я всегда буду твоей занозой в сердце. — Ты сказал, что твой брат милый. Значит, ты тоже милый? Мы были так увлечены разговором, что Ныа начал нас подозревать. Он повернулся к нам. — О чём это вы двое говорите? — Ни о чём! — поспешно ответил я. — Верно, Сыа? — Э-э… да, да, ничего такого, — пробормотал он. — Хорошо. Тогда идём быстрее, а то опоздаем. — Есть! — ответил я с широкой улыбкой. Повернувшись к Сыа с серьёзным выражением лица, я сказал: — Раз уж ты не такой уж плохой, я дам тебе шанс доказать себя. — Не нужно мне никаких шансов! — Что? Ты не уважаешь моё положение? — Что? — Если ты не принимаешь мой шанс, значит, ты не уважаешь меня как младшего брата Ныа, верно? — сказал я, ткнув его в плечо. — Слушай внимательно, малец. Во-первых, я лучше всех знаю брата. —… — Во-вторых, я знаю, что ему нравится и что нет. Я могу либо помочь тебе сблизиться с ним, либо сделать так, чтобы ты никогда не смог к нему подойти. — Это… вообще ко мне не относится. — Ты всё ещё осмеливаешься игнорировать меня? — прошипел я, притягивая его ближе. — Я собирался дать тебе шанс, но ты его отверг? Вот дурак! — За что я вообще получаю нагоняй?! — Сыа, я серьёзно. Сердце моего брата — не игрушка! — Боже, Нао! — Сыа резко остановился, схватил меня за плечи и начал трясти. — Я! Не! Люблю! Дана! Ты понял теперь? — Ох, ох! Ладно, хватит трясти меня, у меня голова закружилась! — Вот и хорошо! Ты невыносим! — Как я мог знать? Я легко поддаюсь на провокации. — Именно поэтому ты идиот, — сказал он раздражённо. — Эй, ты куда? — удивленно спросил я, когда Сыа вдруг начал бежать. Я тут же побежал за ним. — Звонок на урок, дурак! Если опоздаем, получим наказание! — Чёрт, Сыа! Подожди меня! Днем, во время клубной тренировки, это дурное предчувствие все еще не проходило. Хотя я уже совершил подаяние и помолился с утра, тревожное ощущение не исчезало. Кто же на самом деле меня ненавидит? Может, заклятый враг? Почему они так настойчивы, что не принимают моего сегодняшнего поступка? — Что-то случилось, Нао? У тебя напряженное лицо, — спросил Сыа, пока мы разминались. — Мне кажется, кто-то затаил на меня злобу. Чувствую очень сильное намерение убить. — Что? — У меня с утра дурное предчувствие. Даже после подаяния оно не исчезло, — ответил я, растягивая мышцы бедра. — Я серьезно, Сыа. И мои предчувствия редко ошибаются. Может, нам стоит еще раз сделать подаяние в свободное время? — Ладно, можно. Хм… или, может, какая-то другая банда хочет напасть на тебя? — Такое возможно, — я еще сильнее нахмурился. — Кто посмеет бросить вызов моему темному владычеству? Наша банда непобедима! — Твоя великая банда «Сеним Йои»? — усмехнулся он с насмешливой улыбкой. — Черт, я же сказал, не называй ее моей бандой! Говори «наша банда»! — фыркнул я, довольный его реакцией. — Кстати, ты и Джааб уже решили, кто будет моей правой рукой? — Я вышел из игры, как только услышал название банды. — Ха, слабак. Оставайся тогда просто рядовым участником. — Да, мне вполне устраивает быть обычным членом. Поддержкой. — Кстати, ты собираешься записываться на военную подготовку? На следующей неделе тест на физическую форму. — Не знаю… пока не уверен. А ты? — Конечно, иду. Не хочу рисковать и попасть в армию через обязательный призыв, — ответил я твердо. — Хм… в таком случае, может, и я пойду. — Отлично! Будем тренироваться вместе. — Ага. — Сыа. — Что? — Значит, тебе действительно нравится мой брат, да? — Да нет же, черт возьми! — раздраженно бросил он.