Свет и Тень

      Разумеется, прохождение первичной аттестации и последующее празднование этого знаменательного события не были достаточно весомыми аргументами для отмены тренировок. Никто из нас, конечно, всерьёз и не осмеливался рассчитывать на подобную милость со стороны инструктора, но слабые лучики надежды теплились до последнего. Спойлер: они не оправдались! Саймон не собирался нас щадить лишь потому, что мы сумели преодолеть один из нескольких рубежей на пути к цели. Потому уже со следующего утра мы вновь окунулись в привычную и, считай, уже родную рутину.       Отряд уже с куда меньшим возмущением и недовольством выполнял все назначенные Райли задания. И это при том, что он заметно так увеличил нагрузку! Но мы, познав вкус триумфа, были готовы пахать с утра и до поздней ночи, лишь бы не провалиться на очередных испытаниях и с достоинством пройти их. Тренировались до изнеможения, даже иногда задерживались в зале или на стрельбище, проводя внеплановые спарринги и повторяя теорию.       И вот, в один из таких дней...

***

             Я слышала ещё во время завтрака, что сегодня на базу должен кто-то прилететь. Особо не вдавалась в подробности, так как знала, что буду занята вплоть до самого обеда, а после него, во время перерыва, скорее предпочту упасть лицом в подушку и подремать часик-другой. Однако подвох подловил меня там, где я его не ожидала.       Буквально пару минут назад мы покинули стрельбище и теперь направлялись в сторону столовой. Я отделилась, сказав, что хочу забежать сначала в казармы и ополоснуться, а уже потом присоединюсь к остальным, и направилась в нужную мне сторону. По пути осматривалась, выискивая взглядом — тут взыграло моё природное любопытство — тех самых приезжих. Было интересно, что же это за гости такие, о которых слух прошёлся не только по всей верхушке, но и между рядовыми солдатами. — Знал бы я, что тут такие красавицы служат, почаще бы заглядывал, — доносится до меня немного хрипловатый мужской голос с явным американским акцентом. Я делаю ещё несколько шагов, прежде чем до меня доходит, что обращались ко мне. Оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с — вот так удивительно — молодым человеком, одетым в чёрную форму, на которой красовалась нашивка неизвестной мне ЧВК. — Так это о вас с утра болтали?, — спрашиваю я, продолжая рассматривать незнакомца. Он слишком стар, если так можно выразиться, для обычного бойца, но и слишком молод, чтобы занимать какой-то высокий пост в своей организации — во всяком случае, так мне кажется. Светлые волосы, отливавшие в тёмно-золотистый на солнце, были взлохмачены, но их обладатель явно предпринял попытки как-то исправить ситуацию. Коротенькая щетина говорила о том, что он только-только вернулся с не особо продолжительной миссии, а синяки под глазами лишь подтверждали мою догадку. — А, значит, вы уже о нас наслышаны?, — его тонкие губы изгибаются в полуусмешке, полуулыбке. Выглядит несколько наглым, но держится дружелюбно, — служишь здесь? Или ветром каким занесло?       Очевидно, до столовой я дойду нескоро.       Скрещиваю руки на груди и одариваю своего внезапного собеседника ухмылкой. — Не имею привычки рассказывать о себе незнакомцам, — отвечаю я. — Тогда познакомимся, — он делает несколько шагов вперёд и останавливается в метре от меня, протягивая руку, — Филлип Грейвз. Это мои ребята столько шума наделали. — Кэтрин, — я слегка пожимаю его ладонь, и мужчина делает то же самое: не старается приложить силу, а действует аккуратно, будто бы бережно, — и да, я здесь служу. — Приятно знать, что у меня будет возможность увидеть тебя ещё не раз, — этот человек явно пользуется популярностью среди девушек и совершенно точно знает об этом. Его уверенность, раскрепощённость и лёгкость в общении только подтверждают это. Однако — стоит отдать должное — мой новый знакомый, кажется, не кичится своими успехами у противоположного пола. Или мне хочется в это верить?... С какой-то стати. — Неплохая попытка подкатить, мистер Грейвз, — сама не знаю, зачем делаю такой акцент на обращении к нему. Очевидно, некоторая его игривость и желание произвести впечатление на публику, коей выступала лишь я, передались и мне, — но пока вы в цель не попали.       Ладно, возможно, я решила общаться в такой манере потому, что внимание мне в последние несколько месяцев уделяли лишь для того, чтоб показать, где и как я совершила ошибку. Не того ожидаешь, когда находишься в коллективе, почти полностью состоящим из мужчин. Не то чтобы я жаловалась, но иногда немного — прям самую малость — хотелось почувствовать себя де-е-е-е-евушкой, а не стойким, выносящим любые невзгоды солдатом. — Пока?, — Филлип приподнимает брови, начиная улыбаться немного шире, — я могу это расценивать как зелёный свет? — Ты волен расценивать это как угодно, — неопределённо отвечаю я, — может быть, даже угадаешь, кто ж знает?       Разумеется, этот диалог меня увлекал. Во-первых, Филлип был новым человеком, а таким не очень-то и сложно меня заинтересовать, если вели они себя не как люди с эмоциональным диапазоном спичечного коробка — интересно, о ком это я? Во-вторых, у меня была возможность общаться в привычном стиле: шутить, подкалывать, даже флиртовать, чего я не позволяла себе в присутствии Саймона. То есть буквально почти никогда, ведь мы с ним проводили едва ли не по 12 часов каждые сутки. — Этот день становится всё лучше и лучше, — произносит Грейвз, окидывая меня очередным, но уже более внимательным взглядом. Он и до этого осматривал меня, но теперь делал это пристально, словно пытался запомнить и отложить мой образ в своей памяти. Однако в какой-то момент мой новый знакомый отвлекается, поворачивая голову в другую сторону. Улыбка сменяется ухмылкой — не самой доброй, как я успеваю заметить, — Соуп! Гоуст! Какие люди!       Даже по тону слышно, что радость его напускная.       Я оборачиваюсь, быстро находя подходящих к нам брата и лейтенанта. И выглядят они, прямо скажем, совершенно недружелюбно. Если по Райли сложно об этом судить — лицо-то маской скрыто, то вот Джонни так и пышет гневом.       Мозгами-то я понимаю, что мы стоим буквально посреди военной базы и лишних глаз тут хоть отбавляй, но внутри начинаю беспокоиться. А вдруг ситуация выйдет из-под контроля? Что делать тогда? — Что ты здесь забыл?, — сквозь зубы цедит брат, останавливаясь рядом со мной. Его ладони сжимаются в кулаки, что не предвещает ничего хорошего. Наш инструктор тоже напряжён, но сохраняет привычную себе собранность, не позволяя эмоциям хлынуть наружу. — С этого дня Тени временно базируются здесь, — отвечает Фил. В отличие от Джона, он выглядит менее воинственным, хотя явно готов к возможной конфронтации. И это наводит меня на вполне логичный вопрос... Даже несколько. — Погодите, вы знакомы?, — спрашиваю я, переводя взгляд с Грейвза на Джонни и Саймона. Последний коротко кивает, неотрывно смотря на Фила. — Пытался нас убить, — отзывается лейтенант таким тоном, будто бы только что не сообщил мне максимально шокирующую новость. — Чего?!, — мне потребовалась секунда, чтобы вспыхнуть от негодования. Контроль эмоций улетает в трубу. Со свистом. Правда — и это я знала уже наверняка — не на долго, но всё равно: на какое-то время я его утратила, — в смысле "пытался вас убить"? — Даже не смей к ней приближаться, — брат будто бы не слышит ни меня, ни моих вопросов. Делает шаг к моему новому знакомому, с чётким намёком на угрозу, — если увижу тебя рядом с ней...       Сопоставление очевидных фактов занимает у Филлипа не так много времени: одинаковый разрез глаз, схожий цвет волос и черты лица, добавить к тому чрезмерное желание защищать и оберегать, и получаем... — А-а-а-а-а, — протягивает он, расплываясь в улыбке, — так, ты его сестра? Кэтрин... Получается, Кэтрин МакТавиш. Верно? — Да, — подтверждаю я, но чуть более неуверенно, чем требовала ситуация. — Тогда понятно, — мужчина усмехается, бросая взгляд на молчаливого Гоуста, а затем переводя его вновь на меня, — в любом случае, мне уже пора. Был рад с тобой познакомиться, Кэт.       Фил слегка склоняет голову, прежде чем развернуться и оставить нас втроём. При этом ни его походка, ни движения не выдавали никаких негативных эмоций: вёл себя так, словно ничего из ряда вон выходящего не произошло.       Я проводила его взглядом, позабыв о вспышке гнева. Теперь мной целиком завладело замешательство, от которого избавиться можно было только одним путём. — Так, а теперь объясните мне, кто это, чёрт возьми, такой и в каком смысле он пытался вас убить?, — спрашиваю я, поворачиваясь к брату и инструктору, — и обойдёмся без тупых ответов, типа: в прямом смысле, Кэт. — На одной из миссий мы работали вместе, — произносит Джонни, потирая переносицу, — и этот сукин сын предал нас и попытался перестрелять. Я рассказывал тебе, как продирался через город, полный врагов. Врагами были его наёмники, а этот говнюк — командир сраной ЧВК, который сначала помогал нам, а потом едва не превратил меня и ЭлТи в грёбанное решето!       Мои брови непроизвольно ползут вверх с каждым словом брата. Сказать, что я удивлена, значит нихрена не передать тех чувств, которые я испытываю в данный момент. — Чего он хотел?, — извечно спокойный голос Райли немного возвращает меня в реальность, одновременно вытягивая из странного омута осознания, с кем я, блять, познакомилась. — Просто... Поболтать? Наверное, — неуверенно пожимаю плечами, отводя взгляд в сторону. От чего-то стало не по себе. Я так мило общалась с человеком, который едва ли не отправил на тот свет моего брата. Родного, блин, брата! А если бы у него получилось? Что, если бы ему удалось? Фил бы стал тем, кого я винила бы в смерти Джонни. Кого ненавидела бы. И кому мечтала бы отомстить. А я тут... — Не общайся с ним, — раздражённо бросает Джон. Его рука нервно проводит по ирокезу, как и всегда в подобные моменты — когда было трудно совладать с бьющими через край эмоциями, — не подходи и... Вообще не контактируй. Никак. Он хитрый и двуличный ублюдок. Не важно, что сейчас ты с ним никак не можешь пересечься на миссиях. Просто. Пообещай мне, что даже и думать не будешь ни о нём самом, ни о том, как бы с ним подружиться.       Я поднимаю взгляд на брата, скептически изгибая левую бровь. — Я идиотка, по-твоему, что ли?, — не сдержавшись, спрашиваю я, — ты только что сказал, что он пытался тебя убить! Думаешь, я после этого с ним какую-то там дружбу буду водить. Да я же не... — Кэт, — он настойчиво обрывает меня и кладёт руки мне на плечи. Смотрит в глаза так, словно пытается загипнотизировать, — я не шучу. И не считаю тебя за идиотку. Я беспокоюсь о тебе, потому что знаю, на что этот человек способен. Пообещай мне, что никогда и ни при каких обстоятельствах не станешь с ним связываться.       Мне очень хочется сказать какую-нибудь колкость, но я не так часто вижу во взгляде брата такую обеспокоенность. Обычно Джонни сложнее вывести из себя, но, очевидно, ненависть к Филлипу пробуждала в нём худшие качества. Особенно, когда он узнал, что — буквально — его враг пытался сдружиться — или нечто большее — с его сестрой.       Я вздыхаю, обреченно мотая головой. Даже если у меня и в правду нет ни единой мысли о сближении с Филом, мне придётся сейчас поклясться. Просто ради того, чтобы успокоить Джона. — Хорошо, я обещаю, — стараюсь, чтобы фраза не звучала как одолжение. Брат знает, что я не люблю излишнюю опеку, но едва ли сейчас он считает её таковой. — Спасибо, — отзывается он и наконец отступает от меня, убирая ладони с плеч. Бросает взгляд на друга, но тот продолжает неотрывно смотреть в ту сторону, куда ушёл Грейвз. О чём думает лейтенант, остаётся только гадать, но что-то мне подсказывает, что нихрена хорошего в его мыслях сейчас не вертится.       Простояв в тишине несколько секунд, я неловко кашлянула, тем самым привлекая к себе внимание. — Я... Пойду. Мне ещё переодеться надо и на обед успеть, — я произношу это поспешно, как, впрочем, и удаляюсь: быстрым шагом устремляюсь к зданию казарм, даже не оглядываясь на мужчин.       Хоть я и поняла, что связывает Филлипа, моего брата и Саймона, у меня всё же оставалось несколько вопросов.       Если они работали вместе, то с какой стати командир Теней их предал? И если предал, то почему до сих пор на хорошем счету у армии США? Было бы иначе, ему бы не позволили базироваться здесь.       Опять же, почему ему ничего не было за такой поступок? Ну, или почему Джон и Гоуст не убили его? Вряд ли из милосердия или жалости.       Выходило, что Грейвз какой-то неприкасаемый человек с просто охеренным карт-бланшем на любое свинство. Или я не права. Но, очевидно, копаться в этом мне тоже не дадут, как и лезть к Филу с вопросами...       Офигенно, блять, познакомилась!