to change the course of the future

Волд приносит утешение и надежду одним... и смерть другим.

Он бежал, пока не стало трудно дышать, а после небольшого отдыха продолжал бежать дальше. Равнина была слишком открытой, слишком каменистой, поэтому он то и дело петлял между деревьями. Однако лишь спустя некоторое время Бильбо споткнулся о корень и сильно ударился о землю. Он свернулся калачиком, крепко вцепившись пальцами в волосы и изо всех сил стараясь не кричать от поглощающего душу горя. Он считал гномов своими друзьями, а Торина и подавно, но именно Гэндальф был его постоянным спутником, Гэндальф, который помогал ему во многих делах. Гэндальф, которого он знал с детства, ушел, умер. Он хватал ртом воздух и старался не трястись. Он не мог, не сейчас. Может быть, позже. Гэндальф отдал свою жизнь, чтобы доставить Бильбо в безопасное место. Самое меньшее, что он мог сделать, - это попытаться оставаться в безопасности. Солнце уже начало клониться к закату, когда он, наконец, смог дать себе передышку, присев отдохнуть более чем на пять минут. Он смахнул с глаз непрошеные слезы и поднялся на ноги. Внезапно он почувствовал себя таким усталым, что задумался, далеко ли он пробежал. После того, как пал Гэндальф, после Торина… Торин. Вынужденная пробежка немного прояснила его мысли, и теперь он чувствовал себя таким глупым. Он позволил эмоциям диктовать свои действия, и теперь, теперь он расплачивался за это тем, что чувствовал себя еще хуже, чем раньше. Он должен был позволить Торину выговориться, а не просто выплескивать свою душевную боль, и ему было неприятно выставлять ее напоказ. Он ведь представлял себе все это, но на деле от этого стало лишь еще хуже. Более того, у Торина не было возможности сказать что-либо, дать ответ или, может быть, просто извиниться. Он пришел вместе с компанией, не так ли? Это был хороший знак. Он был там, чтобы помочь Бильбо. За исключением того, что он поприветствовал его словом "взломщик". Это означало, что Торин не читал письмо. Он был уверен, что Галадриэль передала его ему: даже при сильной неприязни Торина к эльфам, Галадриэль позаботилась бы о том, чтобы оно дошло до него. Но... но почему он не прочитал его? Неужели это просто ничего для него не значило? Возможно, он прочитал это и решил, что "взломщик" - более подходящее слово. Бильбо поежился при этой мысли. Торин сказал ему - ты нечто большее. Возможно, теперь он никогда не узнает, что же конкретно имел в виду гномий король. Его отделяло от Торина большое расстояние и множество орков, так что вероятность того, что он никогда больше не увидит короля, была довольно высока. Было больно думать, что он никогда больше не увидит эти голубые глаза. И здесь и сейчас он был вынужден действовать в одиночку. Довольно короткое время он провел с гномами, которых называл друзьями, и вдруг ему внезапно расхотелось идти одному. Держись, Бильбо, сказал он себе. Ты сможешь это сделать. Он стоял и вглядывался в лес. "Орки", - с внезапным беспокойством вспомнил он. Вдоль реки были орки, и не важно, как быстро он мог бежать, орки всегда могли бежать еще быстрее. На всякий случай он вытащил "Жало" из ножен, но увидел лишь спокойный блеск серебра. Бильбо решил все же убрать меч в ножны, почувствовав себя немного лучше, и направился в поле. Ему нужно было понять, где он находится. Стрела, пролетевшая мимо его уха, заставила его метнуться обратно за дерево. Стук копыт был громким и с каждым мгновением становился все громче. Он соскользнул к корням дерева и свернулся в клубок, жалея, что не может стать невидимым. Используй меня. Бильбо замер. Медленно он перевел взгляд на свой карман, где лежало Кольцо. Это был хриплый, низкий голос, который пугал его и взывал к нему одновременно. Я могу спасти тебя: используй меня. Он намеренно вцепился пальцами в плащ, в который был завернут, и сжимал его до тех пор, пока не перестал слышать даже эхо этого ужасного голоса в своей голове. При мысли о Кольце, о любом золоте, у него внутри все сжималось от неприятного тошнотворного ощущения. Чтобы заманить этого хоббита в ловушку, потребуется нечто большее. Стук копыт прекратился. Бильбо осторожно высунул голову наружу и оглядел равнину. Острие копья, приставленное к его носу, заставило его замереть. - Гм, - сказал он, проследив за древком длинного острого копья и постепенно дойдя до его хозяина. Перед ним стояли лошади с воинственными седоками, сидящими на них, в устрашающем боевом снаряжении, с мечами в пределах досягаемости и украшенными шлемами, закрывающими собой заходящее солнце. Они были высокими, а сидящие на лошадях они казались маленькому хоббиту еще выше. Он точно не смог бы сражаться с ними. Бильбо испуганно сглотнул, стараясь ничем не провоцировать всадников. - Это всего лишь ребенок, - сказал один из мужчин. - Фулграм, придержи свое копье. - Я еще не встречал ребенка с таким взрослым лицом, - сказал мужчина по имени Фулграм, но копье убрал. Бильбо вздохнул с облегчением. - Я не ребенок, - сказал Бильбо, медленно поднимаясь в полный рост. Конечно, это не особо спасло его положение, как самого маленького среди собравшихся, но хотя бы это дало ему возможность хотя бы собраться с духом и твердо встать на сухой земле. - Я хоббит из Шира. Фулграм склонил голову набок, словно обдумывая услышанное. - Я никогда раньше не встречал хоббитов, хотя и знаю о Шире, - сказал он. - Что привело вас в эти края, мастер Хоббит? Не многие предпочитают путешествовать по Волду. Волд. Так вот где он был. Он тщательно, но быстро обдумывал свои следующие слова. - Я путешествовал вниз по Андуину, когда пришли орки. Они…они убили нескольких моих друзей, - добавил он, проглотив комок в горле. - Я сбежал. На самом деле, я не знал, где нахожусь, пока вы мне не сказали. - Вам повезло, что вы спаслись, - сказал первый заговоривший мужчина. - Орки не отпускают потенциальную жертву так просто. Вы, должно быть, очень быстры. - Когда мне это нужно, - ответил Бильбо, но тон мужчины был мягким, а не снисходительным. Учитывая, что в первом комментарии он назвал Бильбо ребенком, он, очевидно, пересмотрел свое мнение, что, на взгляд Бильбо, было очень любезно с его стороны. - Хоббиты, как правило, легко передвигаются даже на своих больших ногах. - Куда вы направляетесь? - спросил мужчина. - Я должен был встретиться с друзьями в...в Гондоре, - сказал Бильбо, проклиная себя за то, что у него не нашлось готового ответа. Фулграм прищурился. - Это далеко от Шира, мастер Хоббит. "Что теперь, Бильбо?" - мысленно усмехнулся он. Действительно, что теперь? На хоббита в компании не обращали внимания, и это было легко, но хоббит, оказавшийся один, так далеко к востоку и югу от того места, где он должен был находиться, вызывал вопросы, что было вполне логично. - Я... картограф, - сказал он наконец. Он быстро полез в свой рюкзак и нашел большую карту Средиземья. Достав ее, он показал мужчинам. - Я хочу убедиться, что эта карта самая точная. Мои друзья говорили о великолепной библиотеке в Гондоре. - Так оно и есть, - сказал Фулграм, и морщинки между его глазами разгладились. - Но ты все еще далеко от Гондора, малыш. И я бы не хотел, чтобы ты путешествовал один. - Так ты…из Гондора? - спросил Бильбо. Первый мужчина улыбнулся. - Нет, мы не из Гондора. Мы из Рохирримов, а мои люди - всадники Рохана. Я - Холдвин, слуга нашего великого короля Тенгеля. - Я Фулграм, капитан всадников Рохана, - представился Фулграм, кивнув головой. - Я очень рад был познакомиться с вами, особенно после той небольшой истории, которую вы нам поведали, Мастер Хоббит. - Бильбо, пожалуйста. Бильбо Бэггинс. - Он отвесил короткий поклон. - Тогда Бильбо Бэггинс. Холдвин, возвращайся в Рохан с мастером Бэггинсом, проследи, чтобы его в целости и сохранности доставили к нашему королю. Сколько там было орков, мастер Бэггинс? Действительно, сколько их было. Всё, что он видел, - это черная толпа, хлынувшая с восточного берега, подавляя их маленький, но смелый отряд. - Огромное количество, - сказал он наконец. - Дальше к северу вы найдете остатки битвы. Остатки... моих друзей. - Он надеялся, что они не найдут среди них Торина. Тем не менее, он видел, что Торин отвлекся на него, прежде чем Бильбо бросился бежать дальше, и если бы он понял, что стал причиной смерти короля гномов, так же, как Глоина и Гэндальфа.... Он крепко зажмурился. Он не мог думать об этом. Ему нужно было сосредоточиться на том, что он мог сделать сейчас. Возможно, все они отдали свои жизни, чтобы обезопасить его, чтобы помочь ему достичь своей цели. Он не мог сдаться сейчас. Мир тебе, Бильбо, прошептал голос Галадриэль в его голове. Не бойся. Ты не одинок. В этом путешествии ты встретишь много врагов, но и союзников. Он встретил врагов, это так. Возможно, он также наконец-то нашел союзников. - Рохирримы, мы едем на север! - крикнул Фулграм. Остальные всадники немедленно повернулись и последовали за ним, пока лишь небольшая горстка не осталась с Холдвином. - Вы когда-нибудь катались на лошади, мастер Бэггинс? - спросил его всадник. - Один раз, но, по-моему, лошадь была меньше, - нервно произнес Бильбо, глядя на коня снизу вверх. Кончики его кудрей едва доставали до лошадиного рта. Этот конь казался еще крупнее, чем был у Арагорна. Он наклонился, чтобы обнюхать Бильбо, и тот вздрогнул, когда прохладный нос коснулся его лба. Холдвин рассмеялся. - Ты скоро научишься, и быстро. Поехали, я покажу тебе Рохан. - Он наклонился вниз и протянул Бильбо руку. Хоббит осторожно взял ее, а потом почувствовал, что поднимается все выше и выше в воздух. Наконец он уселся верхом на лошадь и, конечно же, не издал ни одного недостойного писка. Он вцепился в гриву лошади, вероятно, гораздо крепче, чем следовало, но та, казалось, не возражала. Холдвин снова рассмеялся. - Вперед, в Рохан, - поторопил он, и, схватив поводья, погнал лошадь через равнины.

***

Вокруг было темно. Движение чего-то лишь ухудшало состояние, руки отказывались разжиматься, а ноги в ботинках казались тяжелыми. Он попытался двинуть хоть чем-нибудь, но не понимал, где находится. Разочарованный, Кили попытался дернуться еще раз. Он не ожидал, что у него вообще что-то получится, пока внезапно они не остановились (и кто это "они"?) и кто-то не сказал: - Один проснулся, - произнес грубый голос. Орки. Они сражались с орками у реки. Дэнетор защищал их, а потом пал, и их схватили.....Фили! Внезапно вспыхнул свет. Кили вдохнул свежего воздуха, затем вздрогнул, увидев ужасное уродливое лицо прямо перед собой. Орк рассмеялся. - Он проснулся, все в порядке, - протянул орк. - А что насчет другого? Кили вытянул голову выше, осматриваясь. Его окружала огромная банда орков. Он был высок, выше, чем ожидал, но стоило ему посмотреть налево, и он увидел грубый мех рядом с собой. Он был в мешке и оказался привязанным к варгу. Его руки были связаны. Кили попытался освободиться, но лишь почувствовал сильную боль от впившихся в запястье веревок. Несмотря на это, молодой гном продолжал пытаться выбраться. Неудивительно, что его удары ногами ни к чему не привели. На варге рядом с ним тоже висел мешок, и когда его открыли, Кили увидел лицо своего брата. - Фили, - позвал он. Часть лица Фили была покрыта засохшей кровью, что только усилило отчаяние Кили. - Фили! - позвал он, на этот раз громче. Орки рассмеялись. - Еще не проснулся, - сказал один из них. - Дай ему немного сока, может, он проснется. - Если ты дотронешься до него, я убью тебя, - пригрозил Кили, пытаясь выбраться из мешка. Его ноги были странно вывернуты, так что он не мог активно или шевелить. - Клянусь, я убью тебя! Орки снова засмеялись, пока не вмешался орк покрупнее. - Хватит! - прорычал он. - Оставьте его! Нам нужно уходить! Азог ждет нас, и я хочу свежего мяса. Пошевеливайтесь, мрази! Азог. Кили почувствовал, как кровь застыла у него в жилах. Они направлялись к Азогу? Так вот из–за чего все это было - не из-за Кольца, а из-за Азога? Варг снова пришел в движение. - Фили, проснись, - прошипел Кили. - Давай! Фили не пошевелился. Страх начал скручивать внутренности Кили. - Фи, проснись, - прошептал он. - Фи? Варг, к которому он был привязан, наклонился, чтобы цапнуть другого, стоявшего рядом. Оба зарычали, почти дружелюбно, но Кили было все равно, потому что так он оказался ближе к Фили. Ему удалось высвободить одно плечо и слегка подтолкнуть брата. Фили что-то пробормотал, но, по крайней мере, это было хоть что-то. - Фи, проснись, - снова прошептал Кили. - Ты нужен мне. То ли из-за тона, которым Кили произнес эти слова, то ли из-за самих слов, он так и не узнал, но Фили медленно открыл глаза. - Ки? - пробормотал он. - Да, я здесь, - сказал Кили, тихо рассмеявшись от облегчения. - Я здесь, Фили. Все в порядке. Фили попытался сесть, но, когда не смог, нахмурился. Он огляделся по сторонам и нахмурился еще сильнее. - Я думаю, что твое представление о том, что "все в порядке”, не совсем верно, Ки, - сказал он. - Что случилось? Где дядя? Этого вопроса Кили отчаянно пытался не трогать, но, похоже, больше у него не будет такой возможности. - Я не знаю, - признался он. - Только что проснулся, как и ты. Но с нами все будет в порядке. Я здесь, ты здесь. Дядя найдет нас. - Пока с ним был его брат, с ним все было в порядке. Кили мог делать все, что угодно, когда Фили был рядом с ним. Фили кивнул, хотя и медленно. - Ты здесь, - повторил он, затем улыбнулся. - У нас все будет хорошо. - Да, - сказал Кили, в душе пытаясь тоже поверить в это утверждение. - Именно так. - Почему мы не можем просто съесть их? Вой, раздавшийся впереди, заставил их обоих замереть. - Им не нужны все части тела, - продолжил орк. - Они проживут и без руки... или без ног. - Пора уходить, - прошептал Фили. Кили кивнул и принялся отчаянно дергать свои запястья. Веревки были крепкими, но они были сыновьями рода Дурина: они могли справиться и с такими жалкими веревками, верно? - Надоело, что нас всегда запихивают в мешки для еды, - пробормотал Кили. Фили фыркнул. - Они отправятся к Азогу нетронутыми! - прорычал более крупный орк. - Только коснись их, и я оторву тебе голову! Когда мы доберемся до Изенгарда, еды будет предостаточно. А теперь уходи! Изенгард? Кили взглянул на Фили, пытаясь вспомнить, где находится Изенгард. Запад, он помнил это по своим занятиям с Балином. - Изенгард, - прошептал Фили. - Это на западе, не так ли? - Да, на западе, - подтвердил Кили. - По крайней мере, насколько я помню. - Балин бы сейчас отлупил бы его за такой плохо усвоенный урок. Учитывая, что его голова все еще болела после того, как его вырубили, и, возможно, его снова могут попытаться съесть, он решил, что у него просто случился "небольшой провал" в памяти. - Не нравится мне это, - пробормотал один из орков, шедших впереди них. - Я, конечно, последую за Азогом, но мне не нравятся эти волшебники. Волшебники? Одними губами спросил Фили, широко раскрыв глаза. Кили не нашелся, что ответить. Единственным волшебником, которого он знал, был Гэндальф, хотя Гэндальф говорил и о других. О, и Радагаст, он вспомнил Радагаста. И тот волшебник, который пришел в Ривенделл, тот самый, которого Гэндальф смог отвлечь на время, достаточное для того, чтобы они смогли беспрепятственно выбраться из эльфийского дома. Белый волшебник - как его там звали? - Не беспокойся об этом, - сказал другой орк. - Азог верит Саруману. Это звучало правильно. Но в этом не было никакого смысла. - Саруман - хороший волшебник, - сказал Кили, взглянув на своего брата. - Правда ведь? Фили пожал плечами, хотя в его положении это было очень трудно сделать. - Я не... ой!.. знаю. Мне кажется, Гэндальф рассказывал, что он вроде как наш друг. Может быть, уже нет. Кили снова дернул руки, отчаянно желая, чтобы у него был нож, или топор, или..... Или камень. Кили оглянулся и не обнаружив за ними никаких орков, опустил взгляд на землю. Слава Махалу, его мешок был повернут набок. Теперь они шли не слишком быстро, учитывая все ворчание впереди, и он, вероятно, смог бы… Фили ничего не сказал, но выдал брату один из своих лучших "Что ты делаешь, ты что, с ума сошел?" взглядов. Кили прекрасно видел этот немой вопрос в глазах брата - для него это было не в новинку. На этот раз, как и во многих других случаях, он проигнорировал его и наклонился к земле. Тропинка была грязной из-за того, что по ней ступали орки, и он поморщился от того, что собирался сделать. Пока он мог раздобыть достаточно острый камень, он был готов принять все, что за этим последует. К счастью, нужный камень оказался нетронутым. Он был простым и ничем не покрытым, за исключением небольшого количества мха. Каким-то образом орки, похоже, обошли его стороной: вероятно, из-за его острого конца. Он быстро наклонился и зубами схватил камень. Глаза Фили расширились от осознания, когда Кили бросил камень ему на грудь. Он дотянулся руками почти до конца мешка. Если чему-то он и научился, будучи пойманным треми вонючими троллями, так это тому, как вылезать из мешка, сухо подумал молодой гном. Он ухватился зубами за веревку на конце мешка и потянул. После нескольких коротких рывков она ослабла настолько, что он смог ухватиться за камень руками. После этого ему оставалось только перерезать веревки, чтобы освободить руки и ноги. Фили повезло меньше, но и он пытался хоть как-то выбраться. Кили медленно вылез из мешка, глядя на орков впереди. Никто из них не обращал на них никакого внимания. Он подождал, пока варги снова приблизятся, затем протянул руку и перерезал веревку на мешке своего брата. Пальцы Фили потянулись к мешку, и Кили аккуратно передал ему камень. Варг отошел в сторону, но было уже слишком поздно: Фили уже извивался в своем мешке, вероятно, почти освободившись. Кили ухмыльнулся. Теперь нужно подумать о том, как уйти, не привлекая внимания орков. Солнце уже зашло настолько, что их, вероятно, не хватятся какое-то время. И еще было бы неплохо узнать - где находятся мечи Фили и его лук. Эта мысль причинила ему острую боль: это были подарками Торина на совершеннолетие, почти таким же благословением, как и разрешение сопровождать их дядю в походе к Эребору. И теперь они наверняка были в руках орков. Первым делом нужно сбежать, а уже потом они попытаются найти свое оружие. Мешки выглядели так, словно были привязаны к варгу только одной крепкой веревкой. Если бы они могли разорвать эти веревки, то могли бы спрыгнуть и убежать. Кили поймал взгляд брата, затем указал на веревку, изобразил пальцами, что перерезает ее, а затем указал на землю. Фили нахмурился. Кили вопросительно поднял брови. Фили указал на веревку, затем изобразил, как веревка раскачивается взад-вперед, прежде чем указать на себя. Кили закатил глаза. Иногда он был уверен, что все мозги, оставшиеся от их кровной линии, перешли непосредственно к нему. Он указал на веревку, на камень в руке Фили, снова изобразил, что режет веревку, затем указал на себя и Фили, а затем на землю. Глаза Фили расширились от понимания. Он тут же схватил веревку над собой и начал резать. - Еще рано! - прошипел Кили. - Подожди! - Что это там? - Лошади! Возможно, мы сможем даже поесть раньше, чем достигнем Изенграда! Раздался боевой клич, и внезапно варги побежали вперед, еще быстрее, чем раньше. Кили почувствовал, что летит вверх и вниз, подбрасываемый по инерции от движений жуткого существо под ним. Он держался изо всех сил и наблюдал, как Фили свирепо смотрит на него. - Подождать? - спросил он. - Серьезно, Ки? Ладно, просто, он не ожидал, что они ускорятся. - Только.... Фили уже вернулся к веревке, и Кили знал, что ему не удастся развязать мешок. Он просто должен был выпасть. Фили был почти готов, почти у цели… - Эй! Что это ты там делаешь? - Фили! - закричал Кили, когда двое орков поспешили к ним. Фили упал на землю, а Кили опрокинулся и покатился по земле вверх тормашками. Один из орков уже был на нем, и Кили попытался найти на земле камень, что-нибудь, что угодно, чтобы защититься. Внезапно орк рухнул на землю со стрелой в груди. Фили был рядом и уже поднимал Кили на ноги. - Бежим! - закричал Фили. - Куда? - крикнул в ответ Кили. Внезапно повсюду начали бегать варги и орки, лошади и люди, и он пригнулся, когда что-то пролетело мимо него. - Фи! Фили крепко схватил его за руку и рванул в сторону, увлекая за собой Кили. Кили уворачивался от опасностей, как мог, не отпуская руку брата. Дважды их чуть не затоптали лошади, но он только крепче сжимал руку вокруг ладони Фили, надеясь, что брат выведет их в безопасное место. Наконец они добрались до более спокойного места, подальше от сражения. Кили тяжело дышал, чувствуя, крепкую хватку брата. - С тобой все в порядке? - потребовал ответа Фили. Кили кивнул. Вблизи лицо Фили выглядело ужасно, но кровь засохла, и молодой гном стоял на своих ногах. С ним все будет в порядке. - Я в порядке, - заверил его Кили. - Фи, твоя голова. - Это просто царапина, - заверил его Фили. - И ты понял, о чем я. Да, от Фили ничего не спрячешь, даже если очень хочешь. - Просто задели, - сказал он. - Правда, Фи, я в порядке. Что-то просвистело у него над ухом, достаточно близко, чтобы его волосы взметнулись от внезапного порыва ветра. Фили толкнул его в спину, хотя это не принесло никакой пользы. Через мгновение они были окружены, на них были нацелены копья и стрелы. Кили заметил окровавленный меч и крепче прижался к брату. Иногда люди были так же опасны, как и орки. Он узнал об этом еще в Синих горах. Один из мужчин выступил вперед, пристально глядя на них. - Вы не орки, - сказал он наконец. - Гномы? Фили коротко кивнул. - Гномы, - сказал он. - Пленники орков. - И почти освободились сами, - сказал мужчина. - Это достойный восхищения подвиг. Расскажите мне, как вы попали к ним в плен? - Мы сражались с ними у реки, - не задумываясь, выпалил Кили. Фили очень не по-джентльменски толкнул его локтем в бок, и он поморщился, когда тот коснулся его раны, нанесенной ранее. - Нас окружили. Мужчина обдумал это. Кили ждал, едва дыша. Они были в меньшинстве, и они определенно были ниже ростом, чем все вооруженные люди здесь. Это был бы ужасный конец: выжить среди орков только для того, чтобы быть убитыми этой маленькой армией. - Странные дела, - наконец пробормотал мужчина. - Действительно, странные дела творятся сегодня. - А потом он спросил их громче: "Вы знакомы с хоббитом?" Кили ожидал услышать от него совсем не это. - Бильбо? - спросил он прежде, чем Фили успел что-либо сказать. - Ты видел Бильбо? - Кили! - крикнул Фили, резко зашипел. Ах да, наверное, не стоило называть его по имени. Кили закусил губу. Однако, похоже, имя Бильбо было именно тем, что хотел услышать этот человек. - Он упомянул друзей, убитых орками, но не упомянул о друзьях, захваченных ими в плен, - сказал он. Он стянул с головы шлем, и его светлые волосы рассыпались по плечам. Короткая нечесаная борода доходила ему до подбородка; будь она чуть длиннее, а глаза чуть светлее, Кили сказал бы, что он выглядит точь-в-точь как его брат. - С вашим хоббитом все хорошо. Он сейчас находится на пути в Рохан. И мы заберем вас отсюда. - Подожди, убиты? - спросил Фили, и сердце Кили остановилось. - Кто? - Он не сказал, - ответил мужчина. - Только упомянул о том, что его друзья погибли. Кили с трудом сглотнул. Пожалуйста, только не дядя. Пожалуйста. Гибель любого из компании причиняла ему боль, но его дядя практически вырастил их вместе с матерью. Потерять его было бы все равно что потерять отца. Единственное, что было бы хуже, чем потеря его дяди, - это потеря их матери. Или Фили, - прошептал тихий голосок у него в голове, и эта мысль была такой...такой неправильной, что он вздрогнул всем телом. Фили прижался к нему, спина к спине, и Кили позволил себе вздохнуть полной грудью. Фили был здесь. С ними все будет в порядке. - Как вас зовут, мастера гномы? - спросил мужчина. - Я Фили, а это мой брат Кили, - сказал Фили. Когда-нибудь он станет хорошим королем, действительно станет; он мог бы быть таким же величественным, как дядя, если бы захотел. И таким же дипломатичным. - А как насчет вас, мастер Всадник? Мужчина улыбнулся. - Я Фулграм из Рохана. Мы быстро доставим вас туда. Похоже, это и есть отряд орков, о котором говорил ваш хоббит. - Нас увели далеко от места битвы, - сказал ему Кили. - Мы сражались у Андуина. Рядом с Северной Впадиной. Фулграм помолчал. - Вы сейчас недалеко от Южной Впадины, - сказал он. - Орки, должно быть, вернулись на запад. Мои люди доставят вас в Рохан к вашему другу. Дернхельм, Балдор и те, кто последует за нами: мы едем на север, к полю Келебранта. Я хотел бы увидеть это место битвы. Не сказав больше ни слова, он сдвинулся с места первым, и множество лошадей последовало за ним. Кили внезапно осознал, сколько же там было людей на лошадях: действительно, небольшая армия. - Вы поедете с нами, - сказал один из мужчин, протягивая ему руку. - Подождите! - сказал Кили, поворачиваясь к оркам. - Наше оружие; они забрали наше оружие. Мы вернемся через минуту. Мужчина кивнул. - Быстрее, мастер гном. Приближается ночь, и трупы нужно сжечь. Кили бросился к оркам, Фили был сразу за ним. - Ты им доверяешь? - тихо спросил Кили, пока они обыскивали умерших врагов. Фили быстро нашел один из своих ножей, а Кили обнаружил, что его колчан почти не тронут. Ему не хватало большего количества стрел, чем было до того, как его похитили. Он посмотрел на случайного орка, но, в конце концов, пошел дальше. В целом, он мог позже сделать себе еще стрел. Фили немного помолчал, продолжая поиски. - У нас нет особого выбора, - сказал он наконец. - Они, очевидно, враги орков. И Бильбо у них, это точно. Мы не можем его просто так оставить. И Бильбо мог бы сказать им, кто погиб. - Тогда мы пойдем с ними, - решительно заявил Кили. Наконец он нашел свой лук, практически застрявший под тушей варга, и с довольной ухмылкой вытащил его. - И мы найдем Бильбо. - Они могли бы позаботиться о нем ради своего дяди. Он ведь являлся и их другом тоже. - Согласен, - сказал Фили. Он повесил кинжалы обратно на спину, лишь слегка вздрогнув от боли. - И надо отвезти тебя к целителю. - Я в порядке, Ки. Фили был также в порядке, как если бы внезапно обнаружилось, что их дядя является варгом. Вместо того, чтобы сказать это вслух, Кили намеренно потянулся, а затем демонстративно сморщил лицо, словно ему было безумно больно. - Кили, - настойчиво произнес Фили, подойдя к брату. - Тебе определенно нужен целитель больше, чем мне. - Я в порядке. Мне совершенно не нужен целитель. Фили поджал губы. - Послушай, я пойду с тобой, мы можем пойти к целителю вместе. Как тебе такое? Именно этого и добивался Кили. - Согласен, - сказал он, стараясь, чтобы в его голосе прозвучало послушное принятие, но он не смог сдержать ухмылки. Фили пробормотал что-то крайне нелестное себе под нос и направился обратно к всадникам Рохана. Кили покрепче сжал свой лук и последовал за ним.

***

Они слишком долго шли на восток, когда Леголас остановил их. - Я их больше не вижу, - сказал эльф, неуверенно усаживаясь на камень. Он казался достаточно устойчивым, но если бы Торин был в таком же положении, он бы упал. Еще больше гнома встревожили слова эльфа. - Как это не видишь? - спросил Гимли. - Ты без труда вел нас за ними все это время! Леголас развернулся, и его волосы взметнулись от резкого движения. - Они повернули, - сказал он. - Они возвращаются... на запад? - Движутся в тыл, - сказал Двалин. - Так мы сможем отрезать им путь. - В чем смысл их передвижений? - нахмурившись, спросил Арагорн. - Зачем идти на запад? На западе им делать нечего. Это был хороший вопрос, на который Торин не смог бы ответить прямо сейчас. - Мы можем спросить их, когда поймаем, - сказал он. Леголас спрыгнул со скалы и быстро побежал вперед, вся компания сразу последовала за ним. Это был действительно тревожный вопрос. Зачем оркам идти на запад? К Туманным горам? Это была крепость гоблинов, или так казалось. Неужели они отправились в Морию? Сама мысль об этом вызвала у него мрачные воспоминания. И все же это было менее мучительно, чем думать об абсолютно одиноком Бильбо. Бильбо повернулся и убежал, в его глазах была боль. Почему Торин не смог сказать то, что хотел? Почему слова, которые так легко всплывали у него в голове, не могли сорваться с языка, когда ему это было нужно? Если бы мог сказать именно то, что хотел, возможно, сейчас Бильбо, возможно, был бы здесь с ними и был бы в безопасности. Кто знает, где сейчас их хоббит. "Пожалуйста. Я умоляю вас, пусть он будет в безопасности", - взывал он к любому могущественному существу, которое было готово его выслушать. Они двинулись дальше, пересекли еще один неглубокий участок реки – Южную Впадину - как сообщил им Гэндальф, – а затем продолжили путь по сухой земле. Местность была такой же дикой, как и несколько часов назад, когда они сражались, но на этот раз они углубились дальше, пытаясь поймать точный след орков. Леголас первым заметил, что орки остановились. - С чего бы им останавливаться? - спросил Бофур, нахмурившись. - Они шли в довольно быстром темпе. - Леголас, - резко сказал Гэндальф, и Леголас вздохнул, но в конце концов кивнул. Торин почувствовал, как у него скрутило живот. - Они остановились не потому, что хотели этого, - сказал Двалин. Это было все, что нужно было сказать. Полчаса спустя они добрались до места сражения. Все они замедлили шаг и начали бродить между мертвых тел. Повсюду были разбросаны как варги, так и орки. Кровь пропитала землю, густая и темная. Большинство тел были свалены в кучу, огонь кое-где все еще горел. Кто это сделал, Торин не знал. Все, что он знал, это то, что его племянников не было среди погибших. Он начал глубоко дышать, но его остановил испуганный крик Ори. Он быстро повернулся и почувствовал, как его сердце остановилось, когда Ори поднял стрелу из груды трупов. Очевидно, это была толстая стрела, которую Торин хорошо знал. Он видел радостную улыбку своего племянника, когда тот строгал ее, а старший сын его сестры передавал ему выщипанные перья, чтобы оформить другой конец стрелы. Теперь она была окровавлена и сломана, перья почти полностью сгорели. - Мертвы? - прошептал Бофур. Лицо создателя игрушек было до невозможности печальным. - Они... мертвы? Леголас склонил голову и начал бормотать слова на своем родном языке, которые звучали как молитва: молитва для умерших. Гэндальф подошел к груде трупов и просто уставился на нее. Гимли тихо заплакал. Никто не сказал ни слова. Только услышав свой собственный крик, Торин осознал, что стоит на коленях, вцепившись руками в волосы и бороду, а его сердце разрывается надвое. Кто знает, куда исчез Бильбо, возможно, его постигла та же участь, что и его племянников, его сыновей… Он опустил голову и уронил руки вниз, теперь они висели неподвижным грузам по бокам от его тела. Мертвы....и их больше нет в этом мире. Он положил конец роду Дурина и навсегда лишил своих близких счастья. Двалин подошел и положил руку на плечо Торина. Торин не пошевелился. - Мы должны двигаться дальше, - мягко сказал он. - У нас все еще есть шанс догнать Бильбо. Или поохотиться на Азога. Снова два пути. Торин не произнес ни слова. - Наступила ночь, - сказал Арагорн, и его голос был не громче шепота на ветру. - Я бы посоветовал разбить лагерь неподалеку. Никто не подойдет к костру, даже орки. Здесь мы будем в безопасности, хотя бы какое-то время. Торин закрыл глаза. - Разобьем лагерь возле скалы, - сказал он наконец. - Холм послужит нам укрытием. Если кто и заметил слезы на его лице, то ничего не сказал.

***

Ветер ничего не говорил о тех, кто уничтожил орков. Нахмурившись, Леголас снова попытался прислушаться, его глаза и уши искали ответа. Но до него по-прежнему ничего не доходило. Было слишком много крови, слишком громко от трупов доносились предсмертные шепотки. Дым все еще плыл в ночи, и наконец он вздохнул и вернулся к наблюдению за горизонтом. - Ты ничего ему не сказал. Только Митрандир мог так тихо подкрасться к нему. - Тебе придется научить меня как это делать, - сказал Леголас, поворачиваясь. Волшебник наблюдал за ним. В лунном свете казалось, что его глаза почти светятся. - Я знаю очень немногих существ, которые могут подкрасться к эльфу так, как это делаешь ты. Митрандир только улыбнулся. - Это мой секрет, который мне придется сохранить в тайне, - сказал он. Волшебник поднялся еще выше по склону, чтобы встать рядом с Леголасом. - Ты не сказал ему, - повторил он. - Он не любит секретов, особенно если это связано с эльфами. Леголас снова повернулся к бескрайним равнинам. - Он бы не позволил мне пойти, - сказал он наконец. - И не был бы так приветлив, если бы знал правду. Я не собираюсь лгать ему, но я знаю его мнение о моем отце. - И ты знаешь мнение своего отца о Торине, - ответил Митрандир. Он бесшумно двинулся по камням, на которых сидел Леголас. Казалось, что его там вообще и не было никогда. - Что меня интересует, так это почему ты не разделяешь мнения своего отца. Ты был почти... добр к гномам. - Они не сделали мне ничего плохого. - На самом деле, они приняли помощь эльфов, почти беспрекословно. Младшие гномы были... приветливы, приглашая его присоединиться к их поддразниваниям над сородичами. Один из гномов, Кили, даже владел луком, и умел очень хорошо управляться с ним. Ему было больно за Торина. Он наслаждался присутствием юных гномов, даже восхищался мастерством Кили и его улыбкой. - Твой отец..... - Трандуил потерял рассудок, - сказал Леголас, внезапно разозлившись сильнее, чем когда-либо за долгое время. Мысли об отце и тьме в их лесу так негативно подействовали на него. - Тьма, окутавшая Зеленый Лес, медленно опускается в чертоги моего отца. Он хорошо это знает. Он уже говорил мне о том, что собирается отправиться в Серые Гавани, пока у него еще хватает на это сил. Митрандир выглядел озадаченным. - Он собирается отправиться в Бессмертные земли? - удивленно спросил он. Леголас кивнул. - Он сдался. Он разочаровался в Лихолесье. - Даже название теперь кажется ему неправильным. Каким бы молодым он ни был, он помнил лес до того, как в него пришла тьма. - Он ищет убежища за морями. Я не могу винить его за это. Я надеюсь, это принесет ему покой. - Если он покинет Лихолесье, все эльфы уйдут с ним или поселятся в другом месте. - Взгляд Митрандира был слишком проницательным, и Леголас снова повернулся к горизонту. Бескрайнее ничто не говорило с ним и не предлагало ему ничего, на что можно было бы посмотреть. - Ты не сможешь вернуться в свой дом в Лихолесье. - Я знаю, - тихо сказал Леголас. Он уже знал это, даже когда Элронд только созвал Совет. Его отец даже не подумал об этом, когда они перечисляли все королевства, которые должны были принять участие, и Леголас просто сказал ему, что собирается представлять их народ. По правде говоря, его предложение поехать было сделано из-за короля гномов. Он помнил боль на лице короля Торина. Он помнил, как Торин раздавал золото, словно воду из родника, больше не заботясь о нем. Оно перестало представлять для него хоть какую-то ценность. Чего нельзя было сказать про Трандуила. Возможно, именно поэтому он и пришел. Возможно, он искал утешения у того, кто презирал золото так же сильно, как и Леголас. Это было не то золото, которое искал Трандуил, но, тем не менее, это была награда его отца. Как один из видов тьмы, окутавшей голову короля эльфов. Когда-то его сердце болело за отца, но потом успокоилось. Он не мог долго думать об этом. - Ты должен рассказать Торину о своем происхождении. Леголас тихо вздохнул. - Может быть, позже, - наконец согласился он. - Когда он не будет в трауре. Я боюсь за его сердце, оно может не оправиться от таких потерь. Торин и так уже много потерял, возможно, даже слишком много. - Не теряй надежды, Леголас, - утешил его Митрандир, и эльф наконец повернулся к нему лицом. Казалось, его глаза мерцают в лунном свете. - Мы не знаем судьбы Фили и Кили и не узнаем наверняка, пока не встретимся с теми, кто уничтожил орков. Возможно, они живы и находятся в безопасности. Леголас вздохнул и улыбнулся. Возможно, так оно и было. - Прости меня за сомнения, - сказал он. - Возможно, ты прав. Мы не можем падать духом, уж точно не сейчас. - Нет, не сейчас. Нельзя предаваться тьме. - Как и твой отец, осталось невысказанным. Леголас кивнул. - Скажи ему, - подбодрил Митрандир. - Поговори с Торином. Он и так слишком долго молчал. Когда взойдет солнце, он расскажет ему правду. - Я поговорю, - поклялся он. - Хорошо. Иди отдохни, а я немного понаблюдаю за горизонтом. Костер еще теплый. Он был вынужден признать, что гномы умело использовали свои ресурсы на длинном поле, где вообще не было деревьев. - И, вероятно, все еще пахнет орками, - сказал он, бросив на Митрандира понимающий взгляд. Волшебник лишь усмехнулся и достал свою трубку. Леголас, не теряя времени, поспешил вниз по камням к костру. Запах дыма и орков больше не чувствовался в воздухе, и это, казалось, было хорошим предзнаменованием. Но не став думать об этом слишком долго, молодой эльф присоединился к остальным. Он не заметил фигуру, спрятавшуюся за скалой. Когда Леголас наконец ушел, Гэндальф тяжело вздохнул и стал молча смотреть, как в воздух поднимаются выпущенные им дымовые кольца. - Он никогда не вел себя как принц, - наконец сказал волшебник, переводя взгляд на скрытую в темноте фигуру. - Так же, как ты и твои племянники. Торин медленно выступил из тени. - Сын Трандуила, - сказал он. - И ты мне ничего не сказал. - В этом не было необходимости, - твердо сказал волшебник. - Я знал, что Леголас расскажет тебе в свое время. Он не питает враждебности к тебе или твоим родственникам. Не перекладывай на него вину его отца. Разум Трандуила становится таким же отравленным, как и его лес. Я боялся, что это случится, так же как боялся, что золотая лихорадка поразит тебя и твоих племянников, когда вы доберетесь до горы. Решение Трандуила покинуть Средиземье - мудрое, хотя и душераздирающее для Леголаса. - Он все еще может уйти со своим народом, - сказал Торин. Гэндальф покачал головой. - Да, на корабле, плывущим в земли эльфов. Но Леголас принял решение остаться здесь, в Средиземье. Он может никогда не пересечь границу, а это значит, что он может никогда больше не увидеть своего отца или братьев. Торин надолго замолчал. Гэндальф воспользовался возможностью, чтобы создать еще несколько дымовых колец. - Я могу создавать корабли, бабочек, птиц и звезды, - пробормотал он с тихим смехом. - Я многое могу сделать с дымом, но никогда не смог бы сделать такое же идеальное кольцо, как у Бильбо. Сомневаюсь, что у меня когда-нибудь получится. Торин вздрогнул. Гэндальф подождал, пока гном встретится с ним взглядом, прежде чем заговорить, одарив молодого короля доброй улыбкой. - Не беспокойся за Бильбо. Он храбрый и находчивый. Я не сомневаюсь, что он продолжит путь на юг, через Рохан и Гондор. - Жаль, что я не нашел нужных слов, когда они были мне нужны, - пробормотал Торин. - Вместо этого я позволил ему уйти. - Как и было нужно. - Ты бы отпустил его одного? - потребовал Торин. - Ты был бы настолько жесток? - Я верю, что нам было суждено отпустить Бильбо, - ответил Гэндальф. - Это не жестокость, а судьба, мастер Дубощит, которая притягивает нас и ведет туда, куда нам нужно. Кроме того, он не совсем потерян для нас. И в глубине души я верю, что Фили и Кили тоже живы. Верьте в них. У вас сильная и преданная компания. Завтрашний день покажет нам новые пути. У нас есть вопросы, на которые нужно найти ответы. - Не стоит быть таким веселым, сидя в полной темноте, - сказал Торин, бросив на Гэндальфа презрительный взгляд. Однако за всем этим скрывались боль, сомнение и скорбь, и только по этим причинам Гэндальф не стал использовать свой посох, чтобы вбить здравый смысл упрямому гному в голову. - В темноте всегда нужно быть таким жизнерадостным. Если не там, то где же еще?