Когда мы были молоды

***

Кошки Молли теперь считают Джона желанным гостем, и всякий раз, когда он спускается вниз, чтобы повидаться с ней, они подходят, трутся о него и сидят, наблюдая за ним. Приятно, что у него есть кошачий фан-клуб. Яркое воспоминание заставляет его улыбнуться: Шерлок приходит к выводу, что у учителя латыни, старого холостяка, который носил кардиганы, было несколько кошек. Это было очевидно (кошачья шерсть, конечно), но он продолжил рассказ о придирчивой сестре, у которой была аллергия на шерсть кошек, которую его любимые кошечки старались держать подальше. Джон, сам носящий кардиганы, немного беспокоится о том, что может превратиться в закоренелого холостяка. Если он слишком привыкнет к такому образу жизни, это может случиться. Но он не готов вернуться в мир знакомств. И он даёт этому время. Однако ему нравится вести себя по-соседски, поэтому, когда однажды вечером Молли приходит к нему домой и объясняет, что ей нужно провести каникулы со своей матерью, чтобы она могла убедить её сделать операцию на бедре, от которой та всё время отказывается, он соглашается кормить её кошек и убирать их лотки в течение недели, которую она планирует провести у мамы. Сегодня двадцать третье декабря. Ему не нужно работать до двадцать пятого, до Рождества. Он проспал большую часть дня, как обычно после ночной смены. Поднявшись, он принимает душ, одевается и спускается вниз, чтобы проверить, как там кошки. Они хотят его видеть, но немного взволнованы. Это кажется естественным; он не похож на обычного человека, поэтому, конечно, они беспокоятся, потому что что-то изменило их распорядок дня. Он поит их свежей водой, кладёт в их мисочку-пазл сухой корм и немного тунца. Он плюхается на диван и включает телевизор, планируя составить им компанию на некоторое время, пока они не успокоятся. Поев, они садятся рядом с ним на диван, умываются и устраиваются вздремнуть. Он просматривает новости и переключает каналы в поисках рождественского фильма, когда слышит звук, доносящийся из спальни. Кошки поднимают головы и смотрят в том направлении. Думая, что Молли оставила окно открытым, он выключает телевизор и идёт проверить. Дверь закрыта. Он кладёт руку на ручку и медленно поворачивает её, приоткрывая дверь настолько, чтобы заглянуть внутрь. Окно закрыто, но он замирает, когда замечает источник шума. Кто-то лежит на кровати. Человек, возможно, мужчина. Судя по размеру и форме, высокий и долговязый. И спит. Он видит копну вьющихся волос, торчащих из-под одеяла. Молли не упоминала ни о каких бывших бойфрендах, братьях или ком-либо ещё, у кого мог быть ключ от её квартиры. Злоумышленник, должно быть, проник сюда раньше через парадную дверь; там есть пожарная лестница, но она слишком высоко, чтобы добраться до неё снизу. Как бы он ни вошёл, он мог пробыть здесь несколько часов. Джон быстро принимает решение. Бесшумно закрыв дверь, он убеждается, что кошки заперты на кухне, и бежит наверх за своим пистолетом. В его планы не входит застрелить незваного гостя; он просто хочет побудить его честно ответить на вопросы. Если бы мужчина вломился в дом, чтобы что-то украсть, он бы не заснул в постели своей жертвы. Скорее всего, он из тех, кто знает Молли и ожидает её возвращения. Когда он спускается вниз, дверь спальни всё ещё закрыта. Жалея, что не догадался надеть обувь, Джон бесшумно возвращается в спальню. С пистолетом в руке он открывает дверь и включает свет. − У меня есть пистолет, − объявляет он, чувствуя необъяснимое спокойствие. Кудрявая голова поднимается с подушки. − Делайте в точности, как я говорю, − продолжает Джон. − Держите руки так, чтобы я их видел. Из-под одеяла поднимаются две руки. − Теперь сядьте лицом ко мне. Мужчина на кровати начинает поворачиваться на спину, но стонет. − Я не могу, − шепчет он. − Вам больно? Голова кивает. − Я врач. Вы позволите мне осмотреть вас? − Да. − У вас есть пистолет? − спрашивает Джон. − Нет. Всё ещё держа в руке пистолет, Джон постепенно откидывает одеяло, пока не видит всё тело мужчины целиком. На нём тёмные брюки и окровавленный пуловер. Он лежит на животе, оружия нет. − Покажите мне свою рану. − Вот. − Мужчина перекатывается на бок, тяжело дыша, и задирает рубашку. Окровавленное полотенце падает, обнажая комок пропитанной кровью марли, прилипший к его боку. Джон кладёт пистолет на комод. − Огнестрельное? − Нож. Он больше не задаёт вопросов, а поднимает марлю и осматривает рану. Мужчина задерживает дыхание. − Полегче, − успокаивает он. − Мне просто нужно посмотреть, насколько всё плохо. Кровь застарелая, уже потемневшая, а новой крови нет, но рану нужно лучше промыть. К счастью, пули нет, но рана глубже, чем кажется, и ему придётся оценить, есть ли какие-либо повреждения внутри. − Где Молли? − спрашивает мужчина. Джон поднимает глаза от раны и, наконец, внимательно рассматривает лицо мужчины. Шерлок Холмс. − О боже! − Вздрогнув, он отступает назад, спотыкается о собственные ноги и приземляется на задницу. − Это ты! Шерлок переворачивается на спину и приподнимается на локтях. Его губы изгибаются в лёгкой улыбке. − Краткая версия: не умер. Мозг Джона зациклен на «не умер», он не в состоянии сформулировать какие-либо мысли в связные слова. Шерлок Холмс жив. Он не умер. Он лежит в постели Молли с колотой раной... − Молли... она помогла тебе. Шерлок кивает. − Я собирался поговорить с ней об этом. − Он указывает на себя. − Где она? − спрашивает он. − Э-э-э... она поехала навестить свою мать. Уехала на неделю. Я живу наверху, сказал, что позабочусь о её кошках. Шерлок бросает на него проницательный взгляд, который он всегда использовал, когда угадывал мысли Джона. − Джон Ватсон. − Ты помнишь меня? − Конечно. − Он морщится от боли. Джон встаёт, переключаясь в режим боя и сосредотачиваясь на том, что нужно сделать. − Давай-ка приведём тебя в порядок. Я принесу свои принадлежности сверху. − Аптечка Молли в туалетном шкафчике. Обняв Шерлока за плечи, он помогает ему дойти до туалета и усаживает на крышку унитаза. Рана не такая глубокая. Кровотечение остановилось, но рана зияет, и, когда вытирают засохшую кровь, из неё сочится прозрачная лимфа. − Когда это произошло? − Прошлой ночью. − И ты не ходил в больницу? − Очевидно, нет. − Я полагаю, они не лечат покойников. − Он качает головой, одновременно удивленный тем, что мертвец улыбается ему, и совершенно не удивлённый. Шерлок Холмс обманывает смерть. Конечно, он её обманывает. Шерлок тихо усмехается. − Я не настолько мёртв, как об этом пишут СМИ. Рана была промыта. Джон тщательно осматривает и чистит её, следя за тем, чтобы в ней ничего не осталось. После этого он может зашить рану несколькими стежками. Шерлок терпеливо переносит это, тяжело дыша каждый раз, когда в него вводят иглу, но не двигаясь. Ни один из них не произносит ни слова. Когда со швами покончено, он помогает Шерлоку подняться и лечь обратно в постель. − Твоя одежда испорчена, − говорит он. − Сними её. Я найду тебе что-нибудь из своей одежды. Его пациент смотрит на него без всякого выражения. − Мне пора идти. − Нет, − говорит Джон. − Ни в коем случае. Тебе нужно дать этому зажить. И, возможно, у тебя какие-то внутренние повреждения, поэтому я бы хотел присмотреть за тобой. Не говоря уже о том, что ты явно измотан. Поднявшись наверх, он находит пижаму и старый халат. Когда он возвращается, Шерлок всё ещё сидит на краю кровати. Он даже не пошевелился, чтобы раздеться. Джон осторожно снимает с него рубашку, заставляет его встать и расстёгивает ширинку. Шерлок, кажется, нисколько не смущается, а Джон привык к пациентам, нуждающимся в помощи в приёмном покое. С клинической невозмутимостью он снимает джинсы. На них попало немного крови, но повязка осталась выше пояса. Он приносит Шерлоку таблетки и стакан воды, смотрит, как тот глотает. − Это должно притупить боль. А теперь приляг и отдохни. Веки Шерлока уже слипаются. − Ты не?.. − Я буду здесь, когда ты проснёшься. Шерлок сразу же засыпает и, похоже, чувствует себя достаточно комфортно, чтобы выспаться, в чём он сейчас так нуждается. Джон проводит остаток ночи на диване, не смыкая глаз. Дважды он встаёт и осматривает рану. Кровотечения нет, но лимфа всё ещё есть, нужно следить, нет ли инфекции. Шерлок жив. Он не объяснил, но Джон помнит тот день месяц назад, когда люди, которых он никогда не видел ни до, ни после, не позволили ему попасть в больницу. Это попахивает государственными секретами, а значит, Шерлок, должно быть, агент МИ-6 или выполняет какую-то тайную работу для правительства. В данный момент Джон по уши увяз в чём-то, о чём ему не следовало знать, и он не уверен, что произойдёт. Возможно, кто-то последует за ним на тёмной машине, отвезёт его на пустой склад и допросит. Возможно, он даст клятву хранить тайну. Это самое захватывающее, что с ним случалось с тех пор, как ему приходилось уворачиваться от самодельных взрывных устройств и артиллерийского огня, чтобы выполнять свою работу. Ему снится запах пороха, тишина после взрыва. В шесть часов звонит будильник, и он садится, сбитый с толку новым окружением. Со спинки дивана на него смотрят две кошки − Луна и Сокс, если он правильно помнит. Тоби наблюдает за ним с пола. Вспомнив о вчерашнем посетителе, он с трудом поднимается на ноги и направляется в спальню. Шерлок всё ещё спит. Джон выгибает спину, разминая уставшие мышцы. Сходив в туалет, он возвращается на кухню. Есть одно текстовое сообщение от Молли: «Как поживают мои кошечки? <3» «С ними всё в порядке. Никаких проблем». «Хорошо. Думаю, я вернусь к воскресенью. Надеюсь, это не проблема». «Вовсе нет. Рад пообщаться с ними». «Большое тебе спасибо. Хи-хи». Он решает, что новость о вчерашнем посетителе может остаться при нём. Шерлок на каком-то секретном задании, опасном задании, и Джон не хочет его компрометировать. Он звонит, разговаривает со своим начальником, обещая взять смену на выходные, как только его «проблемы с кишечником пройдут» − небольшая выдумка, из-за которой он не чувствует себя виноватым. Он редко берёт отгулы и часто заступает на смену, когда других нет дома. Ожидая, пока закипит чайник, он слышит шаги Шерлока в туалете, что является хорошим признаком того, что ему не так уж плохо. Через мгновение в туалете спускают воду, и он слышит приближающиеся шаркающие шаги. − Ты всё ещё здесь. Джон поднимает на него взгляд. − Моего пациента ещё не выписали. Волосы Шерлока растрёпаны, а на лице − многодневная щетина. Тёмные круги под глазами говорят о том, что он некоторое время был в бегах. Джон не уверен, что узнал бы его, если бы они встретились на улице. Мальчик, которого он помнит, был привередлив, как кошка. Он сидит, наблюдая за Джоном. Когда чайник закипает и выключается, Джон достаёт две кружки, кладёт в каждую по пакетику чая и заливает горячей водой. Он поворачивается и улыбается Шерлоку, ожидая, что, как он знает, последует дальше. − Ты доктор. Джон ставит перед ним кружку. − Эдинбург, 2006. − Афанистан или Ирак. Что это было? − Афганистан. − Ты был ранен в ногу, вернулся домой по инвалидности и работаешь в Бартсе. − Понял сразу. − Джон улыбается. − А как насчёт тебя? Ты учился в Кембридже? − Меня отчислили на втором курсе. − Что ты... Покачав головой, Шерлок тянется за сахаром, морщась от боли. − Не имеет значения. Ты не спросил меня, как я это сделал. − Как ты инсценировал свою смерть? − Внезапная волна гнева, которую он чувствует, удивляет его самого. Он горевал, когда думал, что Шерлок мёртв, но не злился на него. Однако сейчас всё по-другому. Да, он определённо зол. − На самом деле мне всё равно, как ты это провернул. Возможно, это интересно, но в данный момент не имеет значения. Что меня больше интересует, так это почему. Шерлок задумчиво поджимает губы. − Это дало мне возможность. Мориарти мёртв, но у него есть сообщники во многих местах. Это паутина, и все пауки следят за своими конкурентами. − Кто знает, кроме Молли? − Мой брат. И ещё несколько... помощников. Он кивает. − А, новые лица в отделении неотложной помощи. Я задавался этим вопросом. Шерлок пожимает плечами. − Майкрофт справился с этим. Как только они меня осмотрели, меня сразу же посадили в машину и увезли. Джон изучает его лицо. Шерлок наконец-то обрёл свою необычную внешность, отмечает он. Изящный, умный мальчик со странным лицом и инопланетными глазами превратился в красивого мужчину. Его глаза остались прежними, бледными, как стекло, и пронизывают Джона, как рентгеновские лучи. Дедукция − это не просто то, что он делает; на этом он полностью сосредоточен, его мозг не в состоянии не замечать того, что упускает из виду большинство людей. Джон может сохранять видимость безразличия, но он думает о Шерлоке буквально каждый день с тех пор, как это случилось. Он не равнодушен. Он наконец0то встретился лицом к лицу с человеком, о потере которого сожалел дважды. Он зол, но в то же время ему любопытно узнать о жизни, которую Шерлок был готов оставить позади. − А как насчёт друзей? Девушка? Парень? − У меня нет друзей. Это не по моей части. − Молли не подруга? − Она... не такая. Мы не... − Он вздыхает. − Ты же знаешь меня, Джон. − Да. Или я привык. Как долго ты будешь мёртв? Шерлок устало машет рукой. − Шесть месяцев. Возможно, год. − Год, когда тебя будут резать ножом, в тебя будут стрелять, возможно, схватят и будут пытать. − Это того стоит, если я добьюсь успеха. − А если у тебя не получится? − Это не имеет значения. Я уже мёртв. Джон кладёт два ломтика хлеба в тостер и опускает рычаг. − Я был на твоих похоронах. − Он сосредотачивает взгляд на длинных пальцах, обхвативших кружку. Это руки скрипача. Шерлок хмуро смотрит на него. − Почему? − Ты был тем, о ком я заботился. Когда я вернулся из Афганистана, твоё имя мелькало во всех новостях, и я подумал, что мог бы связаться с тобой. Но потом... ты был мёртв. − И теперь ты знаешь, что я вполне жив. Его раздражает, с какой лёгкостью Шерлок отмахивается от всего этого, как будто горе не имеет значения. − В тот день я работал. Я только что пришёл на свою смену, когда об этом услышал. Когда я обратился в Службу спасения, они велели мне идти домой, сказали, что всё закрыто по соображениям безопасности. Шерлок сухо усмехается. − Ну, увидев меня, ты бы выдал шоу. Мы должны были убедиться, что на месте есть люди, чтобы создать видимость моей смерти. − Люди. Люди твоего брата. Он кивает. − Это заняло немало времени на планирование. К счастью... − Я горевал.− Он смотрит в свой чай, плотно сжав губы. Шерлок раздражённо фыркает. − Ну, теперь тебе и не нужно. Я останусь на несколько часов и позволю тебе осмотреть меня, просто для твоего же спокойствия. К вечеру я буду уже в пути. Джон ничего не говорит. Он думает о мальчике, которого хотел поцеловать на прощание много лет назад. Тосты готовы. Он намазывает кусочек маслом, кладёт на тарелку и протягивает Шерлоку. − Съешь это. − Да, доктор. − Он тянется за джемом. − Молли написала мне. Я не сказал ей, что ты здесь. − Наверное, это хорошая идея. Чем меньше людей меня увидят, тем лучше. Ты можешь сказать ей лично, когда она вернётся. − Ты всё это время был в Лондоне? Он кивает, жуя тост. − Налаживаю контакты и так далее. У меня есть несколько убежищ. Не собирался беспокоить Молли, но необходимость вынуждает. Прислонившись к стойке и скрестив руки на груди, Джон разглядывает его. − Тебе это нравится, не так ли? Гоняться за плохими парнями, играя в Джеймса Бонда. − Кто это? − Шерлок... − Это то, в чём я хорош, Джон. − Не очень-то хорошо получается уберечься от удара ножом. Шерлок хмурится. − Ты злишься. Я не понимаю. Он ничего не говорит и начинает убирать со стола. − Джон, мне жаль, что это тебя расстроило. И я искренне благодарю тебя за то, что ты помог мне прошлой ночью. Но тебе не стоит беспокоиться обо всём этом. Есть риск, и я охотно беру его на себя. Отложив посуду в раковину на потом, он направляется в туалет. − Дай-ка я тебя осмотрю. Шерлок ходит неуверенно, прижимая руку к боку, но тут же садится и поднимает рубашку. Рана выглядит красной и воспалённой. − Заражение. Сейчас тебе понадобятся антибиотики. У меня наверху в квартире есть немного. Боюсь, придётся сделать укол. Шерлок закатывает глаза. − Меня ударили ножом. Неужели ты действительно думаешь, что я буду возражать против того, чтобы меня кололи иголкой? − А что случилось с другим парнем, с ножом? − Тот, другой... О-о-о! Он больше не побеспокоит меня. − Он мрачно улыбается. − Не очень приятный человек. Шерлок возвращается в постель. Джон сидит на диване с кошками и смотрит новости. Мужчина упал на рельсы поезда, прибывающего в Сент-Полс. Это случилось две ночи назад. Личность этого человека пока не установлена.