Глава 4: я бы прошла так далеко, лишь бы испытать боль оттого, что наконец узнала тебя
20 февраля 2025 г., 12:37
– Агата сказала это? Вау, у неё и правда есть яйца.
Элис сделала глоток пива, притворяясь, что не замечает осуждающий взгляд Джен за свои манеры и грубые слова. Джен отвернулась и, подняв бокал вина, указала им на Рио.
– Я имею в виду, разве это не то, о чём ты мечтала? Чтобы Агата поняла, что ошибалась всё это время, и вернулась, чтобы завоевать тебя?
– Так я думала, но оказалось, что на самом деле я куда злее на неё, чем предполагала.
Рио усмехнулась. Она пригласила Лилию, Элис и Джен к себе, чтобы рассказать о том, что произошло между ней и Агатой, и надеялась, что подруги подскажут ей, как поступить дальше. Элис притащила с собой упаковку пива — исключительно для себя, в то время как Джен принесла бутылку вина и поделилась с Лилией. Очевидно, все трое считали, что этот разговор требует алкоголя, и, возможно, были правы. К несчастью для Рио, она вынуждена была проходить через это на трезвую голову — сегодня она принимала лекарства.
– Твой гнев вполне обоснован, piccola. Я бы удивилась, если бы ты просто впустила её обратно в свою жизнь, не обсудив всё это, не прожив эти чувства. Это было бы нездорово. Но когда ты нас позвала, у тебя ведь уже был ответ в голове, да?
Лилия, как всегда, слишком хорошо знала Рио. Та съёжилась на диване.
– Я… хочу, чтобы она вернулась. Она единственная женщина, которую я когда-либо любила, и другой не будет. Она — моя судьба, и это мой обет ей. Всё так с самого нашего первого свидания. – Рио провела рукой по волосам, отчаянно взъерошивая их. – Но я не знаю, как примирить всю эту любовь с той злостью и ненавистью, которые я к ней сейчас испытываю. До её возвращения я думала, что брошу всё и побегу к ней, если она скажет, что хочет быть со мной снова. Но вот это происходит на самом деле, и я… так запуталась.
Рио проигнорировала Элис, которая фыркнула и пробормотала в кулак:
– Подкаблучница.
Вместо этого её взгляд упал на венок из цветов, лежащий на столе — Агата подарила его ей перед тем, как они разошлись днём. Пока Рио и Ванда помогали близнецам, Агата молча собирала оставшиеся цветы, аккуратно сплетая их в венок. Рио старалась держаться хладнокровно в её присутствии, но, как только она ушла, Рио, наверное, сделала с десяток фотографий венка, чувствуя, как её сердце вот-вот взорвётся.
Именно тогда она и назначила срочный сбор ковена, поняв, что ей нужно мнение со стороны и что решение придётся принять в ближайшее время.
– Послушай, мы все были рядом с тобой всё это время и видели тебя в худшем состоянии после… после…
Джен запнулась, словно не решаясь продолжать, но Рио поняла, к чему она клонит, по взгляду подруги.
– Ты можешь сказать его имя, всё в порядке.
Джен печально улыбнулась и продолжила:
– После того, как Ники умер, а Агата ушла, ты стала… не собой, Рио. Мы не можем до конца понять боль, через которую ты прошла, но мы видели, как это изменило тебя. Честно говоря, в последние семь лет, когда мы собирались вместе, ты будто была где-то далеко. Но той ночью, когда Агата вернулась, словно искра внутри тебя снова загорелась. Ты стала более… живой.
– Более настоящей, – добавила Элис. – Все эти годы тебя будто не было с нами. Вместе с Ники и Агатой ушла большая часть тебя. Но сейчас… сейчас кажется, что мы снова видим настоящую Рио. И это что-то значит.
Рио обдумывала слова подруг. Они были правы, она и сама это чувствовала. После того, как оправилась от ранения и ушла с работы, она словно плыла по течению, ни разу не выйдя за пределы своей зоны комфорта, даже бессознательно отстранившись от друзей. Со временем это стало осознанным выбором. Рио даже не помнила, когда в последний раз сама приглашала их в гости просто так, а не по какой-то необходимости. Обычно они собирались у кого-то другого или приходили к ней без приглашения, понимая, что иначе она не позовёт.
– Страшиться — это нормально, Рио.
Лилия положила ладонь себе на грудь и посмотрела на Рио с нежностью.
– Но если позволишь страху остановить тебя, можешь потерять лучшее, что у тебя могло бы быть. И разве это не будет куда большей потерей, чем попытаться и узнать ответ самой?
Глаза Рио стали глубже. Это были те же слова, что Лилия сказала ей много лет назад, когда она боялась пригласить Агату на свидание. Тогда она осмелилась — и обрела самое большое счастье в своей жизни: свою жену и сына.
Хотя в первый раз всё закончилось трагедией, Рио думала, что сделала бы это снова, если бы это означало возможность снова купаться в любви Агаты и быть матерью Ники, пусть даже на короткий миг.
Может, во второй раз всё будет иначе. По крайней мере, с Агатой.
– Я приглашу её на фермерский рынок со мной в это воскресенье.
– Вот это настрой! – Радостно выкрикнула Элис, поднимая бокал вина, а Джен радостно поддакивала, чуть не пролив пиво от переизбытка эмоций. Рио прищурилась, размышляя, когда они поменялись напитками, но ничего не сказала.
Когда она взглянула на Лилию, та лишь улыбалась, её глаза блестели от слёз.
– Будь смелой, piccola. Всё случится так, как и должно случиться.
***
Рио загрузила последние вещи в пикап, который купила вскоре после того, как решила регулярно ездить на фермерский рынок. У неё не было тяжёлого груза, но урожай и цветы занимали много места, так что ей понадобился транспорт побольше, чем её машина. У Элис были хорошие связи, и в итоге Рио удалось заполучить пикап по хорошей цене и в отличном состоянии. Ванда уехала вчера, и Рио проводила её. Всё это время Агата держалась с ней осторожно и вежливо, а Рио пришлось терпеть пристальные взгляды друзей и совсем не скрытые украдкой взгляды самой Агаты в течение получаса, прежде чем она, наконец, сдалась и пригласила её поехать с ней. Та улыбка, которую она получила в ответ, почти стоила того, чтобы вытерпеть неизбежные подколки со стороны её зрительного зала. Почти. Даже Ванда светилась от счастья, довольная, что её лучшая подруга делает шаги навстречу Рио. Близнецы же, напротив, не были в восторге. Они ворчали, что тоже хотят поехать на рынок с Рио, и умоляли маму остаться ещё на день. Но Ванда заверила их, что они ещё не раз окажутся в этом городе, так что не стоит переживать из-за одного пропущенного раза. Глядя, с какой уверенностью Ванда это говорила, Рио задумалась, не утаивает ли та что-то, но об этом было уже поздно думать. Ведь у неё был другой повод для беспокойства: у неё… назначена встреча с Агатой Харкнесс, её бывшей женой. – Хей! Надеюсь, я не опоздала. Рио так погрузилась в мысли, что даже не заметила, как Агата приехала. – Доброе утро. Нет, ты вовремя. Я как раз загрузила всё, скоро можем выезжать. Осталось только взять костыли. – Ты всегда берёшь их с собой на рынок? – Спросила Агата, в голосе прозвучали забота и любопытство. – В людных местах я стараюсь не пользоваться ими, но беру на случай непредвиденных ситуаций. К счастью, пока что мне всегда хватало лекарств, когда нога начинала беспокоить, так что они мне особо не пригождались. Рио закинула костыли в пикап, и обе сели внутрь, как и договорились. Она выехала с подъездной дорожки, опустив окна, и помахала соседям, которые приветствовали её. Очевидно, они уже привыкли к её расписанию: первый воскресный день каждого месяца был днём поездки на фермерский рынок. – Разве это не миссис Куин? Ничего себе, она теперь выглядит намного старше. – Агата заметила, что одна из женщин, приветствующих Рио, показалась ей знакомой. – Она ведь раньше гуляла с мужем, да? Как он? – Мистер Куин скончался пару лет назад. Инфаркт. Ответила Рио, не отрывая взгляда от дороги. Агата замолчала на несколько секунд, а затем тихо сказала: – Я, похоже, многое пропустила, да? – Ты наверстаешь. – Рио сделала короткую паузу. – Если захочешь. – Хочу. Очень. Обе они осторожно обходили истинный смысл разговора. По пути Агата спрашивала Рио о переменах в городе, которые заметила, а та рассказывала ей истории, которые помнила. Их беседа была лёгкой, словно стрекозы, касающиеся поверхности воды, стараясь не нарушить её гладь. Но за десять минут до рынка иллюзия спокойствия разбилась. Рио остановилась на красный свет и повернулась к Агате, собираясь рассказать ей о людях, работающих на рынке, когда внезапно раздался протяжный сигнал автомобиля, а затем—громкий удар. И в этот миг Рио перестала дышать. Она снова оказалась в тот день, когда ничего не могла сделать. Только ощущала, как её машина сминалась, вместе с её сыном… Боже, Ники. Ники. Он был на заднем сиденье. Он, должно быть, так испугался. Рио судорожно потянулась к ремню безопасности; ей нужно было добраться до заднего сиденья, ей нужно было вытащить Ники- Кто-то громко звал её по имени. Голос был уверенным, но Рио чувствовала в нём страх. Она быстро заморгала, пытаясь отыскать источник звука, и услышала, как кто-то тяжело дышит. Только через секунду она поняла, что это она сама. Она прижала руку к груди, а другой беспорядочно потянулась вперёд, в поисках чего-то, чего угодно. Кто-то поймал её ладонь. Сначала мягко, затем крепче, когда Рио судорожно сжала руку в ответ. Она сосредоточилась, мысленно отсчитывая от десяти и стараясь дышать глубже. Когда дыхание немного выровнялось, она перешла к упражнению, которому следовала уже не раз. Вдох… выдох… Когда земля под ногами снова стала твёрдой, Рио медленно открыла глаза. Перед ней Агата, с выражением ужаса на лице. Она замерла, явно не зная, поможет ли прикосновение или сделает только хуже. Рио сама наклонилась вперёд и положила голову на плечо Агаты. К счастью, та поняла намёк и обняла её, облегчённо выдохнув. Они сидели так какое-то время, прежде чем Рио отстранилась. – Что это сейчас было? Голос Рио был хриплым. Она задумалась, не кричала ли во время приступа паники. Такое уже случалось раньше, и она осознавала это только тогда, когда выходила из этого состояния и Элис с Джен сообщали ей. Голос Агаты был дрожащим, когда она ответила: – На улице рядом кто-то въехал в чужую машину. Никто не пострадал, просто испугались, думаю. – Ох… это неприятно. Ну, то есть, хорошо, что никто не пострадал, но сам факт аварии — неприятен. Рио вздохнула, затем заметила, что аварийка в её машине включена. Видимо, Агата сделала это в какой-то момент. Вкупе с наклейкой «инвалид» на заднем стекле пикапа это, вероятно, удержало водителей позади от вспышек ярости за перекрытую дорогу. Рио собралась с мыслями, зная, что у Агаты будет ещё больше вопросов. И, конечно же, она не ошиблась. – Такое уже случалось раньше? – Несколько раз, но не так сильно. Обычно я быстро прихожу в себя и стараюсь избегать вождения, если есть возможность. Неловко, что тебе пришлось увидеть худший из таких случаев. Рио слабо усмехнулась, пытаясь перевести всё в шутку, но голос у неё был пустой. Она знала, что в таком состоянии никого не сможет обмануть, тем более Агату. – Хочешь, чтобы я отвезла нас туда? Или предпочитаешь вернуться домой? Агата внимательно посмотрела на неё, но Рио даже не задумывалась, когда ответила: – На рынок, пожалуйста. Мне просто нужно оказаться среди людей, затеряться в толпе хоть ненадолго. И если ты сможешь нас отвезти, я буду благодарна. Агата больше ничего не сказала. Она молча помогла Рио пересесть на пассажирское место, а сама устроилась за рулём. Остальную часть пути они ехали в тишине, но когда Рио протянула руку к консоли, ладонь Агаты уже ждала её, крепко сжимая. Они не отпускали друг друга до самой ярмарки.***
Как только Рио добралась до фермерского рынка, к её машине подбежала группа из четырёх мужчин, явно спешивших поприветствовать её. Однако их удивило, что за рулём оказался кто-то другой — Агата спокойно смотрела на них в ответ. Рио спрыгнула с пассажирского сиденья и радостно поприветствовала мужчин. Это были те самые парни, которые всегда помогали ей разгружать товары и устраивать её небольшой прилавок. Среди них был её бывший коллега по ФБР, Нейт, и его лучший друг, Рэй. Рио с улыбкой обняла их обоих — она всегда радовалась встрече с ними раз в месяц. А вот двоих других — Бехрада, зятя Нейта, и Джона, их общего друга — она предпочла не обнимать, ограничившись дружескими «пять». Она знала, что у обоих на неё была безобидная симпатия, но они никогда не переходили границы. Нейт даже уверял, что у них ещё с десяток таких мелких увлечений, так что Рио не стоит воспринимать это всерьёз. Поэтому она просто не придавала этому значения. Рэй, Бехрад и Джон направились к багажнику и начали разгружать вещи, лишь мельком махнув рукой и громко поприветствовав Агату, когда та вышла из машины. Агата ответила им лишь сдержанным кивком без улыбки. Рио задумалась, не осталась ли Агата всё ещё под впечатлением после утреннего происшествия. Но долго размышлять об этом она не успела, потому что заметила, как Нейт, увидев Агату, хитро ухмыляется. – Ну-ну, смотрю, многое произошло с нашей последней встречи. Рио закатила глаза, заранее ожидая, что её старый друг начнёт совать нос не в своё дело. После того, как она ушла из ФБР, то почти перестала общаться с бывшими коллегами по множеству причин. Когда Лилия впервые уговорила её прийти на фермерский рынок, Рио не заподозрила ничего странного — она решила, что та просто хочет вытащить её из привычного круга и помочь завести новых знакомых. Но уже в первый день она случайно столкнулась с Нейтом, который тоже уволился из ФБР и теперь работал преподавателем в университете. Как оказалось, его жена-инфлюенсер, совмещающая блогерство и предпринимательство, возглавляла комитет по организации рынка. Уж больно удобное совпадение для Рио. Оставив в стороне вмешательство и махинации Лилии, Рио всё же была рада восстановить связь с Нейтом. Он в основном работал в офисе, пока Рио была агентом на оперативных заданиях, но из всех сотрудников его она терпела больше всего. Однажды Рио узнала, что у него есть сестра-лесбиянка, политик, жената на ветеране Корпуса морской пехоты США. В те времена Рио и Агата ходили на групповые свидания с Нейтом, его женой Зари, его сестрой Авой и её женой Сарой. Все они хорошо знали Агату, так что неудивительно, что Нейт был взволнован встречей с ней снова. – Привет, Нейт, давно не виделись. Отлично выглядишь. Надеюсь, у семьи всё хорошо. Рио услышала голос Агаты позади себя. Она стояла очень близко — как раньше, когда они ещё были вместе. Это немного сбило Рио с толку, но она не стала зацикливаться на этом. – Спасибо, Агата. Ты тоже выглядишь потрясающе! Зари где-то здесь, уверена, ей будет приятно поболтать с тобой. Ава и Сара тоже спрашивали о тебе, они следили за твоими делами, когда о них писали в новостях. Рио удивилась. Она никогда не обсуждала Агату с Нейтом, с тех пор как они снова начали общаться. Конечно, он знал о разводе — об этом знали все в их офисе — но Рио настолько зациклилась на собственных переживаниях, что даже не подумала о том, что в их общем круге тоже были люди, которые потеряли Агату и скучали по ней. Она сама не следила за новостями о ней, боясь, что не выдержит, если услышит её имя или увидит её лицо, и предпочитала избегать этого любой ценой. И теперь, осознав, что другие, возможно, знали Агату лучше, чем она сама, Рио почувствовала укол ревности. – Ох, я тоже очень скучала по вам всем. Передавай привет Аве и Саре, пусть знают, что я буду рада встретиться. Надеюсь, у них всё хорошо. – Они в полном порядке, – Нейт улыбнулся ещё шире. – Сара два года назад родила второго ребёнка, сына. Тебе надо познакомиться с Лорел и Николасом, они просто очаровательны. Чёрт. Агата резко отшатнулась, словно её ранили, и Рио тут же обняла её за плечи, удерживая. Это было незаметно для окружающих, но Рио чувствовала, как Агата дрожит, поэтому крепче сжала её плечо, давая понять, что она рядом и Агата не одна. Нейт поморщился, явно ругая себя за сказанное, а затем посмотрел на Агату с сожалением. – Прости, я не хотел… – Всё в порядке, Нейт. Мы говорили об этом, и я сказала, что всё нормально. Не переживай. Рио улыбнулась, чтобы его успокоить, и жестом показала, что ему лучше уйти. Он кивнул, пробормотал ещё одно извинение и поспешно растворился в толпе. – Ты знала? – Агата посмотрела на неё с вопросом в глазах. Рио протянула руку и нежно коснулась её лица, большим пальцем медленно поглаживая её щёку. – Они выбрали это имя давно. И хотя им не было необходимости спрашивать меня, они всё же сделали это. Я не видела причин, почему они не могут назвать сына Николасом. В конце концов, в мире много Николасов… но Ники был только наш. И самый особенный из всех. Агата задумалась, а потом медленно кивнула. – Ты права. Ники был лучшим. Рио смотрела, как Агата взяла её ладонь с щеки и медленно повернулась, давая Рио возможность избежать того, что должно было произойти. Но Рио не двинулась с места. Агата поднесла её руку к губам и поцеловала ладонь, не отводя взгляда. У Рио перехватило дыхание. – Ну а теперь покажи мне дорогу к «Киоску Рио». Рио сжала её руку и потянула за собой. – Сюда, сеньорита.***
Как обычно, её ларёк не пользовался такой популярностью, как другие, более крупные торговые точки вокруг, но Рио это не волновало. Вместо этого она воспользовалась возможностью, чтобы пообщаться с другими фермерами и продавцами, приветствуя их улыбками и вежливо переводя разговор на другую тему, если кто-то начинал копать слишком глубоко в её личную жизнь. Рио занималась этим уже несколько лет, и ей это стало привычным. Ранее она представила Агату как свою подругу некоторым своим знакомым, и почувствовала, что Агате это не слишком понравилось, хотя та ничего не сказала. Однако Рио заметила, что некоторые люди, которые раньше часто заходили к ней поболтать, в этот раз сокращали беседы, ограничиваясь лишь короткими приветствиями, вместо того чтобы задержаться и внимательно рассмотреть её товары, как обычно. Рио это не особо заботило — иногда такие разговоры могли быть для неё морально и эмоционально выматывающими. А вот Агата, похоже, наслаждалась происходящим. Она разбирала товар на лотке Рио, беседовала с владельцами соседних палаток, а пожилые женщины вокруг буквально умилялись ей. Рио было приятно это видеть. Агате не повезло с материнской фигурой в детстве, и хотя она редко говорила об этом, Рио знала, что это её — бывшую жену(?), девушку(?), партнёршу(?), спутницу(?), ну да ладно — её Агату, ранило куда больше, чем та показывала. Поэтому сердце Рио согревалось каждый раз, когда она видела, как Агату окружают заботой, особенно женщины, которые могли бы стать ей матерью. Это помогало залечивать её старые раны, пусть и совсем чуть-чуть. Рио всегда любила наблюдать, как Агата общалась с Лилией — та тоже взяла её под своё крыло, когда Рио и Агата начали встречаться, и они сдружились мгновенно. Рио понимала, что Агата наверняка скучала по Лилии всё то время, что была далеко. Должно быть, ей было непросто — покинуть ковен и уехать в совершенно чужое место, в одиночку. Зари тоже заглянула пораньше. Она старалась навещать Рио каждую неделю, но когда-то, пока Агата была рядом, они сдружились очень крепко. Они отлично ладили, в основном потому, что у обеих был острый язык и потрясающее чувство юмора, не имеющее себе равных среди окружающих. Даже сейчас их шуточки звучали легко и остроумно, вызывая смех у всех вокруг. Рио слушала, как соседний торговец рассказывал Агате, как правильно обустроить курятник, когда вдруг услышала, как кто-то зовёт её по имени. Она обернулась и улыбнулась, увидев знакомое лицо с мягким выражением. – О, Эбби, месяц явно был к тебе благосклонен. Рио поддразнила новоприбывшую, и в уголках глаз Эбби мелькнул смешок. Эбби была столяром, с которой Рио работала несколько раз. Каждый месяц, когда они встречались, Эбби встречала её с новым комплиментом. Иногда Рио удавалось первой отпустить колкость в её адрес, и это явно забавляло Эбби. Со временем это превратилось в своего рода молчаливое соревнование между ними. – Ты тоже выглядишь отлично. И в этот раз ты не одна. – Ах да! Эбби, познакомься, это Агата, моя… старая подруга. Агата, это Эбби, лучший столяр в округе. Мы работали вместе над несколькими проектами. Она делала потрясающие столы, а я украшала их цветами, залитыми смолой, создавая центральный элемент. Надо будет как-нибудь показать тебе фотографии. Рио представила их друг другу. К её удивлению, голос Агаты прозвучал холодно, когда она тихо пробормотала: – Приятно познакомиться. А Эбби лишь сжала челюсть и кивнула. В воздухе повисло напряжение, которое Рио не могла понять. Она задумалась, не встречались ли они раньше и не было ли между ними каких-то разногласий, о которых она не знала. Она уже собиралась спросить об этом, как вдруг Эбби сделала шаг назад и натянуто улыбнулась. – Мне пора, я обещала Дэну сделать кофейный столик в подарок на свадьбу, а он ещё не готов. Рио улыбнулась, подумав о лучшем друге Эбби, который вечно отпускал самые неуместные шутки. – Лучше поторопись, иначе он не даст тебе покоя. Ты ведь заедешь ко мне за цветами для свадьбы через две недели, да? Лицо Эбби тут же просветлело. – Конечно, ещё бы! Увидимся, Рио. Оставайся такой же прекрасной до нашей встречи! Рио рассмеялась и помахала ей вслед, но тут заметила, что Агата сверлит её взглядом. – Что? – Ничего. Просто… ты сегодня много улыбаешься. Агата произнесла это будничным тоном, но Рио уловила, как стоящие за её спиной пожилые женщины переглянулись, словно понимая что-то, чего не понимала она. – Так сегодня же день рынка, конечно, я улыбаюсь. Приятно снова видеть всех. Агата кивнула и сменила тему. Они ещё немного поболтали с окружающими, а потом Рио повела Агату гулять по рынку, держа её за руку. Она знакомила её со своими приятелями и шептала, кого лучше обходить стороной. Они рассматривали товары, и Агата заявила, что у Рио всё самое лучшее. Рио только посмеялась, зная, что это не так, но приятно было это услышать. К полудню рынок закрылся. Снова пришли «четыре мушкетёра» и помогли собрать вещи. Затем они уехали.***
Рио почувствовала себя лучше после окончания дня на рынке и вызвалась отвезти их обратно. Удивительно, но Агата уступила без возражений; Рио ожидала хотя бы пару тревожных взглядов в свою сторону, но Агата, казалось, была погружена в свои мысли, теперь, когда они снова остались наедине. Рио думала пригласить Агату провести с ней её обычный ритуал после рыночного дня, но, чувствуя беспокойство Агаты, решила, что лучше отвезти её прямо домой, а потом уже заняться своими делами. В то же время она пыталась понять, не пропустила ли чего-то на рынке, что могло так повлиять на настроение Агаты. Агата хорошо ладила с продавцами, особенно с пожилыми мужчинами и женщинами, чьи лавки находились рядом с прилавком Рио. Однако Рио заметила, что люди их возраста, похоже, избегали Агату — и, как следствие, её саму. Вряд ли это могло так на неё повлиять; её бывшая жена никогда не заботилась о чужом мнении, если только оно не принадлежало кому-то важному для Рио. А таких людей на рынке не было. Может, дело в том, что их старые друзья назвали сына Николасом? Это могло быть причиной. Иначе Рио просто не видела других объяснений. Может, стоит спросить Агату напрямую. В конце концов, прошло много лет, и, возможно, её взгляды или уровень терпимости к чему-то изменились. Раз уж она косвенно согласилась дать Агате второй шанс… на что-то, значит, ей тоже нужно приложить усилия, верно? Но прежде чем Рио решилась задать вопрос, заговорила Агата. – Знаешь, я ведь никогда тебя не спрашивала, – медленно проговорила она, задумчиво покусывая губу. – Ты когда-нибудь… то есть, был ли у тебя кто-то за эти годы? Или, может быть, сейчас у тебя есть… «что-то» с кем-то? Рио резко затормозила от неожиданности. К счастью, они как раз подъезжали к красному свету, так что это было не опасно. – Что? Почему ты вдруг об этом заговорила? Ты была с кем-то? Или сейчас с кем-то встречаешься? – Нет! – Агата выглядела искренне ошеломлённой. – Нет, я не могла. Ты была… ты есть для меня единственная, Рио. Я не смогла бы, не могу быть с кем-то ещё. Ты меня испортила навсегда, честное слово. Рио почувствовала себя польщённой, хоть и немного растерянной, не понимая, что вызвало этот разговор, но всё же приятно было это слышать. – Я уже говорила, что ни с кем не встречаюсь, и единственное «что-то», что у меня сейчас есть — это ты. Так что не понимаю, почему тебя это внезапно волнует. – О, это замечательно! Я рада. – Агата заметно расслабилась, словно с её плеч сняли тяжёлый груз. – Просто, когда я увидела тебя с Эбби… – Эбби? Мы друзья! – Рассмеялась Рио, забавляясь самой мыслью о том, что кто-то мог подумать иначе. – Она немного флиртует, но это всё просто шутки. Смех Рио постепенно стих, когда она заметила сочувственное выражение лица Агаты. Её мысли завертелись с бешеной скоростью, перебирая моменты общения с Эбби за все эти годы. И вдруг её осенило. – Подожди, ты же не хочешь сказать, что… – Езжай, загорелся зелёный, – мягко похлопала её по плечу Агата, и Рио послушно переключила передачу. – И да, я хочу сказать, что бедняжка влюблена в тебя. Вероятно, уже много лет. Рио бы в изумлении повернулась к Агате, если бы не была за рулём. – Но она же никогда ничего не говорила! И у меня к ней нет никаких чувств! – Думаю, она прекрасно понимает, что ты совершенно не замечаешь её влюблённости и не отвечаешь на неё, – рассмеялась Агата. – Держу пари, ты даже не заметила, сколько мужчин и женщин каждый месяц приходили к твоему прилавку, чтобы с тобой пофлиртовать, да? Эбигейл? Суджон? Трэвис? Йикси? Адиль? Агата начала перечислять имена других торговцев с рынка, и с каждым новым именем Рио всё больше хотелось провалиться сквозь землю, потому что она действительно никогда не замечала, что кто-то к ней неравнодушен. Она думала, что все просто дружелюбны. Теперь же, оглядываясь назад, она поняла, что их поведение имело смысл. Это также объясняло, почему они вели себя настороженно при виде Агаты. Агата всегда была из них двоих более собственнической и считала своим долгом отпугивать ухажёров Рио, что Рио в своё время только забавляло. Ей даже нравилось, что женщина, которой она была одержима, была одержима ею в ответ. И, как оказалось, ей до сих пор это нравилось. Честно говоря, даже немного заводило. – Так ты ревновала? Поэтому дулась весь день? – Может, если бы ты не была настолько слепа к тому, насколько ты привлекательна, мне не пришлось бы так переживать, – проворчала Агата. Рио почувствовала, как её сердце сжалось от нежности, когда она заметила, как Агата надула губы, вероятно, даже не осознавая этого. – Тебе не о чем переживать. Рио очень хотелось взять Агату за руку, как та сделала ранее, но внезапно её накрыло стеснение, и она сделала вид, что полностью сосредоточена на дороге. Иронично, ведь за день они держались за руки уже множество раз. Вместо этого, она приняла другое решение. – Я хочу отвезти тебя кое-куда.***
– Мисс Рио! Как только они вышли из машины, её имя тут же раздалось со всех сторон, и Рио с улыбкой посмотрела на стайку детей, окруживших её. Они возбуждённо прыгали вокруг, стараясь привлечь её внимание, наперебой рассказывая о своих последних достижениях или приглашая её на какое-то событие — день рождения, спортивный праздник, соревнование, матч… трудно было уследить. Рио растрепала волосы самым маленьким и тем, до кого смогла дотянуться, поздравила одних и пообещала другим, что постарается прийти на их мероприятие. С помощью Агаты она достала из багажника цветы, позволив детям выбрать себе понравившиеся. В то же время она внимательно следила за их лицами, чтобы случайно не отдать цветы ребёнку, у которого могла быть на них аллергия. Пока они раздавали цветы, к ним подошла женщина и начала направлять детей, которые уже получили свой цветок, обратно в дом, пообещав остальным, что они тоже получат свою порцию внимания. Когда дети немного успокоились, Рио подошла к ней. – Привет, Мария. Похоже, Кэрол снова перезарядила малышей своей энергией. – Ты даже не представляешь, – Мария устало вздохнула и быстро обняла Рио. – Она подала им идею провести собственный спортивный день в следующем месяце, так что последние дни они вообще не сидят на месте. Каждые выходные нам приходится звать дополнительных волонтёров, чтобы тренировать их к разным соревнованиям. – Надо было и меня позвать, я могла бы помочь с баскетболом, если у вас он есть. Я в школе и колледже немного играла. – Не хочу, чтобы ты перетруждалась, но если тебе не трудно, мы будем только рады. О, сегодня ты привела с собой новую подругу. Мария протянула руку Агате, дружелюбная, как всегда, и Агата с готовностью её приняла (возможно, решив, что Мария не является конкуренткой, с усмешкой подумала Рио). – Агата, это Мария Рамбо, директор приюта Святой Агнес. Её жена, Кэрол, обычно тоже где-то здесь помогает или устраивает переполох, думаю, ты сможешь её позже увидеть, – Рио бросила взгляд на Марию, и та кивнула с озорной улыбкой при упоминании своей супруги. – Я часто здесь бываю, а иногда и ковен за компанию приезжает. И Мария, это Агата. Рио не стала ничего добавлять к представлению Агаты. Она заметила, как в лице Марии мелькнуло узнавание, как только она произнесла её имя, и предположила, что кто-то из её друзей уже успел рассказать Марии последние новости из жизни Рио. – Конечно, та самая выдающаяся адвокат-бывшая жена, – с улыбкой сказала Мария. – О тебе я слышала много хорошего. Мы с Кэрол особенно восхищаемся твоей недавней работой с громкими делами о правах человека. Если тебе не сложно, мы бы с удовольствием послушали о них подробнее. Я всегда думала, что когда-нибудь у нас будет честь принять тебя у себя. Фраза «вместе с Рио» так и не прозвучала, но все трое знали, что она была подразумеваемой. Рио мысленно отметила для себя сказанное Марией об Агате, прежде чем повернуться к ней. – Я всегда привожу сюда излишки урожая и цветов, так что меня здесь хорошо знают. Если задержишься подольше, вполне возможно, что и сама начнёшь бывать здесь часто. – Я задержусь, – ответила Агата, и прозвучало это почти как обещание. Мария широко улыбнулась, явно уже предвкушая, как поделится этой новостью с Кэрол позже. – Мне было бы приятно прийти сюда ещё раз и поговорить с вами и Кэрол о моих делах. Ну, о тех, о которых позволяет адвокатская тайна. – Нам повезло! Ладно, пора разгружать машину, а то дети снова облепят Рио. Ты давно тут не была, Рио, отстаёшь от местных новостей. Заходи внутрь, а Агата может остаться и помочь с разгрузкой. Позови Кэрол и остальных на помощь, будь добра. Мария махнула рукой, как бы подгоняя её, а затем повернулась к Агате и потянула её к багажнику — помогать или, скорее, допрашивать. Рио не возражала против того, что её отослали — она знала, что Мария беспокоится о её ноге и не хочет, чтобы она перетруждалась. В первые свои визиты она пыталась спорить, но Мария, управляющая целым приютом и привыкшая иметь дело с бесчисленными детскими капризами (и одной упрямой Рио), легко умела добиваться своего. Так что Рио просто направилась внутрь, ведя за собой стайку маленьких последователей. По пути она встретила Кэрол и нескольких работников приюта, которые уже выходили наружу, привычно следуя распорядку визитов Рио. Она поприветствовала Кэрол и упомянула про Агату — и мгновенно пожалела об этом, когда увидела, как на лице Кэрол расплывается самая широкая улыбка, которую она когда-либо у неё видела. Ну всё, поздно, назад пути нет. Оставалось только надеяться, что Агата не решит, что Рио не стоит всех этих хлопот, и не сбежит после того, как Кэрол и Мария закончат с ней. Одна только мысль о том, что Агата может уйти, вызвала у Рио неприятное ощущение в груди. Её собственный разум ядовито напомнил: Агата уже ушла однажды. Кто сказал, что не сделает этого снова? Рио хотела верить, что Агата действительно хочет попробовать снова, что бы из этого ни вышло — будь то дружба или нечто большее. Но примирить в своей голове две версии Агаты — ту, что когда-то молча передала ей бумаги на развод через общего друга, прежде чем исчезнуть из города, и ту, что теперь вернулась с извинениями и желанием всё исправить — было непросто. Но это проблемы будущей Рио, решила она. А сейчас она просто улыбнулась и продолжила болтать с детьми, пока остальные заносили продукты внутрь. Когда Агата наконец зашла в комнату, Рио непроизвольно отвлеклась от разговора, её тут же потянуло проверить, в порядке ли Агата после общения с Марией и Кэрол. К её облегчению, Агата улыбалась и уверенно подошла, садясь рядом и чуть наклоняясь к ней, так что их плечи соприкоснулись. Рио почувствовала, как внутри всё тепло сжалось от этого тихого жеста близости. – Они мне нравятся больше, чем многие твои рыночные «друзья», – пробормотала Агата. Рио не смогла удержаться от смеха, вспомнив, как раздражена была Агата ранее из-за тех, кто флиртовал с Рио, и из-за её собственной слепоты к этому. – Они прекрасны, и, думаю, если ты смогла войти в дом без царапин и без присмотра, то они и тебя приняли. – Ну, надеюсь, хоть какой-то присмотр есть. Агата приподняла бровь, и Рио поняла, что это её завуалированный способ попросить Рио следить за ней. Она закатила глаза, но ничего не ответила, лишь чуть сильнее наклонилась плечом к плечу с Агатой. Они провели в приюте несколько часов и остались на ужин. Агата в итоге села за руль на обратном пути, потому что Рио выпила бокал вина за ужином — сегодня она не принимала лекарства, так что могла себе позволить, а Агата, как и раньше, воздержалась. Хотя Рио была вполне трезва, она позволила Агате вести машину. Она вспомнила, что Агата не пила и во время ужина у Лилии, и заподозрила, что за этим стоит что-то большее, но решила не спрашивать, а дождаться момента, когда Агата сама будет готова рассказать. Закрыв глаза, Рио мысленно перебирала события дня. Несмотря на тень сомнений насчёт Агаты, она поняла, что ей действительно понравился этот день. Ей нравилось видеть, как Агата вливается в круг её друзей, даже если не все шероховатости были сразу заметны. Когда Агата общалась с детьми в приюте, у Рио перед глазами всплывали моменты, когда Агата была с Ники. Она скучала по сыну, но эти воспоминания не приносили боли. Наоборот, ей стало спокойнее от осознания, что есть ещё кто-то, кто помнит Ники так же, как она сама хранила его в своём сердце. Если судить по взгляду Агаты, она тоже помнила. – У тебя много людей, которые заботятся о тебе, – раздался голос Агаты в машине. – Мария и Кэрол сегодня спрашивали меня о моих намерениях насчёт тебя. Рио смутилась, но не удивилась, зная, насколько её друзья могут быть защитниками. Она усмехнулась: – Надеюсь, ты дала им хороший ответ, иначе мои мамы не позволят мне снова с тобой встретиться. Агата бросила на неё короткий взгляд и снова посмотрела на дорогу, но не переставала улыбаться. – Я сказала им, что теперь я просто хочу сделать тебя счастливой. Если ты позволишь мне. У Рио на мгновение перехватило дыхание. Агата всегда была той, кто смелее выражал чувства. Сейчас Рио могла бы оправдаться тем, что давно не слышала от Агаты таких слов, но, если быть честной, даже когда у них всё было хорошо, Агата всегда умела выбить у неё почву из-под ног. Кажется, против обаяния Агаты Харкнесс невозможно быть невосприимчивой. Несмотря на выпитый алкоголь, мысли Рио оставались ясными. Она взвесила их, прежде чем ответить. – Сегодня было весело, – начала она. – Я бы соврала, если бы сказала, что мне не понравилось проводить с тобой время. И твоя забота… Она была прекрасной. Даже Мария заметила, что никогда не видела меня такой счастливой, и я знаю, почему — потому что она не знала меня тогда, когда я была с тобой и с Ники. – Я чувствую, что сейчас будет «но», – тихо сказала Агата. Рио грустно улыбнулась. Агата не могла этого видеть, но наверняка почувствовала. – Но то время существует. И дело не только в Ники. Ты ушла, Агата. В тот момент, когда, наверное, мы нуждались друг в друге больше всего, ты выбрала уйти. Я понимаю, ты была в страшной боли и не знала, как с ней справиться… но это был твой выбор. Ты выбрала его тогда, и выбирала семь лет, пока однажды просто не вернулась и не сказала, что хочешь снова быть в моей жизни. И я не знаю, что с этим делать. Что случится со мной, если однажды ты снова решишь, что тебе слишком тяжело? Если поймёшь, что совершила ошибку? Что тогда будет со мной? Рио сглотнула, но продолжила: – В первый раз это почти убило меня. А если случится снова, я уверена, второго раза я не переживу. Лёгкость, царившая в машине, моментально сменилась напряжённостью, но Рио знала, что этот разговор был неизбежен. Лучше сейчас, чем позже, когда боль может стать ещё сильнее. – Ты сказала, что у меня много людей, которые заботятся обо мне. И ты права, теперь у меня действительно есть это. Но ты не видела, как тяжело мне было снова кого-то впустить. Я всё время думала: если ты — человек, который знал меня лучше всех, который должен был любить меня больше всех — смогла просто уйти, даже не оглянувшись… то почему бы кому-то ещё не сделать то же самое? Мне потребовались годы и десятки сеансов терапии, чтобы хоть как-то научиться принимать, что я заслуживаю любить и быть любимой. И вот теперь, когда я пытаюсь убедить себя, что ты действительно хочешь этого, что ты на этот раз останешься… мне всё ещё снятся кошмары о том дне, когда Лилия передала мне бумаги на развод. Рио глубоко вздохнула. – Так что, ради всего святого, Агата… Скажи мне что-то, что заставит меня поверить. В машине воцарилась тишина. Агата долго молчала, и Рио не торопила её. Она знала, что этот разговор требовал серьёзного обдумывания, и не хотела слышать поспешных слов. Агата свернула к их старому дому, поставила машину на парковку, но не выключила двигатель. Фары продолжали освещать входную дверь, пока они сидели в этой наполненной ожиданием тишине. Она повернулась к Рио, её лицо было серьёзным, но в глазах читалась бесконечная нежность. Она взяла Рио за руки, и та не стала протестовать. – То, что я сейчас скажу, будет непросто для нас обеих, но я думаю, ты должна услышать и мою сторону истории. Я не прошу сочувствия — то, что я оставила тебя одну в больнице сразу после того, как мы потеряли Ники самым ужасным образом, было жестоко. Но, возможно, это хотя бы объяснит, почему мне понадобилось столько времени, чтобы вернуться и попросить прощения. Рио кивнула и сжала её руку, ожидая продолжения. – Я говорила, что сожалею о том, что винила тебя в случившемся с Ники. И это правда. Мне не стоило даже составлять документы на развод или хотя бы нужно было порвать их, когда я их получила. Но правда и в том, что ты напоминала мне о нём. Очень. – Агата протянула руку, медленно проведя пальцами по лицу Рио. – Твои глаза, твой нос, твоя улыбка… Даже сейчас я вижу его в тебе. Это было больно. Я не могла смотреть тебе в глаза после всего того, что наговорила, поэтому в итоге всё равно довела дело до конца. Я оставила бумаги у Лилии, потому что знала — если увижу тебя, то не смогу этого сделать. Агата горько улыбнулась и покачала головой. – Какая же я была идиотка. Нужно было просто зайти в твою палату, и, возможно, сейчас нас бы тут не было, не сидели бы, не несли этот груз. Она глубоко вдохнула и продолжила: – Я говорила тебе, что ушла без определённого плана. Собрала вещи, арендовала склад, а когда оказалась в аэропорту, просто взяла билет на самый дальний рейс. Так я оказалась в Калифорнии, у порога «WandaVision» — я уже рассказывала тебе об этом. Рио кивнула, вспомнив этот момент. – В плане карьеры я не слишком отошла от того, чем занималась здесь. На работе у меня всё шло довольно хорошо, но в личной жизни… Я продолжала оплакивать Ники, сожалеть о том, что причинила тебе боль, что ушла. И с каждым днём становилось всё хуже. Агата закрыла глаза, и Рио задумалась, стоит ли дать ей продолжить — видно было, как тяжело ей даются эти слова. Но когда Агата снова посмотрела на неё, в её взгляде смешались боль и знакомая решимость. – Я… Я начала пить. Рио ошеломлённо смотрела на неё, а Агата отвела взгляд, испытывая явный стыд — ведь их трагедия случилась именно из-за чьей-то зависимости. – На работе никто особо не замечал, потому что я держала себя в руках и почти ни с кем не общалась. Ванда и Вижн что-то подозревали, но не понимали, насколько всё плохо. До тех пор, пока однажды Ванда не оставила мне близнецов, пока возила Вижна на химиотерапию. Я думала, что они спят… Или, может, просто надеялась на это. В тот день я снова перебрала, а очнулась от того, что Ванда меня трясёт, злая и разочарованная. Капли слёз упали на их сцепленные руки. Рио хотелось обнять Агату, но она чувствовала, что та пока не готова к этому прикосновению. – Один из соседей нашёл близнецов в парке. Они искали свой любимый фургончик с едой, потому что проголодались и не смогли разбудить свою тётю Агату. Они подумали, что я тоже буду голодна, когда проснусь… потому что их родители ушли давно, а я выглядела больной. Они были девятилетками, Рио. Два девятилетних ребёнка решили, что я настолько беспомощна, что им нужно заботиться не только о себе, но и обо мне. – Агата… – В тот день с ними могло случиться что угодно. Но, к счастью, им повезло — они были умны и окружены людьми, которые их любили. Я представляла, как бы я себя чувствовала, если бы это был Ники. Если бы всё пошло не так. И я подумала, что Ванда — святой человек, раз отделалась только тем, что записала меня на терапию и забрала у меня весь алкоголь. А он был повсюду, господи… В доме, в офисе, даже у них в доме. Я была просто развалиной. Агата всхлипнула, разрыдавшись. На этот раз Рио придвинулась ближе и обняла её, позволяя перевести дыхание. – Я так хотела вернуться к тебе, Рио. Клянусь, хотела. Но я становилась всё менее похожа на себя и боялась, что ты увидишь меня в таком состоянии. С поддержкой Ванды и Вижна я наконец получила помощь. Я стала открываться им, рассказывать о тебе и о Ники. Когда я только устроилась к ним, они знали только в общих чертах — что я потеряла сына и развелась с женой, захлебнувшись в своём горе. Но когда мне стало лучше, я начала делиться деталями. Рассказывать обо всём хорошем, что у нас было. О любви, которая у нас была. Агата выдохнула. – Ванда уговаривала меня вернуться к тебе годами. И вот, когда я наконец начала выкарабкиваться, когда впереди забрезжил свет… Вижн умер. На этот раз роли поменялись. Теперь Ванда была той, кто терял себя, и у неё почти никого не осталось, кроме брата, который жил в Соковии. А потом не стало и его. Совет директоров кружил над ней, словно стервятники, близнецы только что потеряли отца и переживали за мать, и мне пришлось держать оборону. Я была должна их семье — за всю ту доброту, которую они проявили ко мне, когда я увязла так глубоко, что не видела выхода. Мы справились, Ванде стало лучше, и в начале этого года она предложила мне вернуться. Даже сказала, что поедет со мной ради моральной поддержки. Путь домой становился всё яснее, но я снова испугалась. А вдруг ты меня ненавидишь? Вдруг ты уже встречаешься с кем-то или даже жената? Вдруг ты простишь меня, но никогда больше не захочешь видеть в своей жизни? Я слишком много думала и трусила, так что Ванда взяла всё в свои руки. Я упоминала звонок от Лилии — она пригласила меня на предхэллоуинский ужин. Она всегда меня приглашает, кстати, особенно на праздники, не знаю, знала ли ты об этом. И тогда Ванда предложила поехать туда. За несколько дней до отъезда я снова начала сомневаться, а накануне Ванда просто появилась у меня на пороге и объявила, что мы выезжаем на день раньше. В итоге я уехала с наполовину собранным чемоданом, а даже близнецы забыли кое-что из своих вещей, потому что их мать решила, что её сестре нужен хороший пинок, чтобы она наконец взяла себя в руки. Так что… вот я. Вернулась спустя годы, но это именно то место, где я всегда хотела быть. С тобой. Я не могу пообещать тебе весь мир, я не могу контролировать будущее, но я обещаю, что буду изо всех сил стараться оставаться рядом и бороться за тебя каждый день. Я люблю тебя, Рио. Это чувство не идеально, оно с шрамами и синяками, но я люблю тебя всем, что у меня есть. Прости меня за то, что я ушла. Прости за то, что причинила тебе боль. Больше всего прости за то, что мне понадобилось так много времени, чтобы вернуться. Рио не ответила сразу, зная, что Агата дала бы ей такую же возможность всё осмыслить. В машине было тихо, только мотор продолжал работать. Рио крепче сжала руку Агаты, её сердце билось слишком быстро. Вот оно. Перекрёсток. От этого решения зависело, куда они пойдут дальше. Выслушав Агату, Рио лучше поняла свою любимую. Она сожалела, что той пришлось пройти через столько боли, чтобы оказаться здесь. Но, как бы это ни было странно, она испытала удовлетворение, узнав, что Агата не просто ушла — она всегда хотела вернуться, но её останавливали и внутренние, и внешние причины. Но, несмотря ни на что, она боролась, чтобы вернуться к Рио. А теперь Агата сидела перед ней, раскрыв своё сердце, позволяя Рио решить — раздавить его или спасти. И, если быть честной, у Рио был только один вариант. Она начала с прощения. Для Агаты. И для себя. – Я прощаю тебя, Агата. Спасибо, что извинилась. – Рио прикусила губу, борясь с голосами в своей голове, которые уговаривали её остановиться. – И ещё… – она набралась смелости, – я сожалею, что мы потеряли Николаса из-за меня. Агата открыла рот, готовая возразить, но Рио покачала головой, умоляюще глядя на неё. Ей тоже нужно было это сказать. Если они собирались двигаться дальше, ей тоже нужно было прощение. – Логически я понимаю, что это было вне моего контроля. Я знаю, что не сделала ничего плохого, просто желая провести хороший день с женой и сыном. Но часть меня всегда будет думать о том, какие ещё выборы я могла бы сделать в тот день. Я… мне нужно, чтобы ты меня простила. Также сильно, как тебе нужно было моё прощение, а может, и сильнее. Прости меня, Агата. Мне очень, чёрт возьми, жаль. Теперь уже Рио разрыдалась. Агата обняла её, успокаивающе поглаживая по спине, давая ей выплеснуть всё, что накопилось. Потом она взяла её лицо в ладони, заглядывая в карие глаза с непоколебимой уверенностью. – Тебе никогда не нужно просить прощения, потому что ты ни в чём не виновата. Но, если тебе это нужно, чтобы простить себя… тогда да. Я прощаю тебя, любовь моя. – Она провела пальцами по её щеке. – Ты была лучшей матерью для Ники. Ты была лучшей женой для меня. Мы бы выбрали тебя снова и снова, Рио. Всегда. Рио хотела поцеловать её за эти слова, но она сдержалась. Сейчас было ещё не время. Вместо этого они просто обнялись, молча, позволяя себе прочувствовать друг друга, осознать, что они здесь. Вместе. Через некоторое время они отстранились, и Рио провела пальцами по глазам Агаты, смеясь, насколько они опухли. Агата проворчала: – Ты тоже выглядишь так же, не смейся. Рио взглянула на часы и поняла, что прошло уже больше часа, как они сидят в машине. Фары по-прежнему были направлены на дверь дома, и она вспомнила, что сказала Агате ранее. – Агата. Она позвала её, нервничая, и Агата тут же сосредоточилась на ней, слегка обеспокоенная. – Моё предложение остаётся в силе. Если хочешь, ты можешь съехать из отеля и пожить у меня, пока ты в городе. Агата внимательно посмотрела на неё, а затем улыбнулась. – А если я останусь навсегда? Рио улыбнулась в ответ. – Это можно устроить.
