Я — Шимура Данзо!

Глава 401.

В прошлом, во время миссии по сопровождению Даймё, из-за встречи с Учихой Обито, Итачи впервые испытал отчаяние и беспомощность. Денма, член их команды, пожертвовал собой ради Итачи, что пробудило зловещий Шаринган. Другая участница команды, увидев смерть товарища, осознала жестокость мира шиноби. По возвращении она немедленно подала заявление об отчислении, вернула налобный протектор и выбрала жизнь обычного гражданского человека. Её звали Инари Шинко. Человек, говорящий с заметным акцентом, оказался бывшей напарницей Итачи по команде. «Давно не виделись!» — воскликнула она. Когда они встретились, возникло ощущение, будто прошла целая вечность. «Я работаю здесь», — пояснила Шинко. «Вот как. Какое совпадение». Изуми с беспокойством смотрела на Шинко, которая была старше её и обладала более выраженными формами. Наблюдая, как эти двое непринуждённо беседуют о прошлом, она невольно надула щёки. «А это кто? Твоя девушка?» — спросила Шинко, заметив Изуми. Поставив две чашки чая на стол, она с игривым любопытством взглянула на неё. Изуми, услышав это, залилась румянцем и задумалась, как ответить, но Итачи опередил её решительным: «Это мой друг!» «Ай-яй, ты всё такой же. Разве не видишь, как она разочарована?» — прямолинейные слова Шинко заставили Изуми дышать ещё прерывистее и опустить голову, её грудь заметно вздымалась. «Слышала, ты стал джонином. Поздравляю. Чай сегодня за мой счёт, считай это подарком». «Спасибо». После слов Итачи атмосфера внезапно напряглась. Изуми, услышав слово «друг», опустила голову и больше не поднимала её. «Определённо, я правильно сделала, что отказалась от пути ниндзя», — вздохнула Шинко, прижимая поднос к своей пышной груди, с выражением грусти на лице. «Хотя смерть Денмы сильно повлияла на меня, но половина причины, по которой я всё бросила, связана с тобой». «Со мной?» Итачи неторопливо отпил сладкого чая и невольно сделал ещё пару глотков. Вопреки своему зрелому и холодному образу, он любил сладости. Приятно, что Шинко это помнила. «Да, чем больше времени я проводила рядом с таким гением, как ты, тем сильнее злилась на свои ограниченные способности. Со временем это чувство переросло в печаль и неуверенность. Я спрашивала себя, правильно ли быть ниндзя? Не буду ли я обузой для товарищей из-за своей слабости? А потом случилось то происшествие, и вернувшись, я отказалась от статуса ниндзя». Рассказывая, Шинко вдруг погрустнела. В этот момент из магазина позвали её по имени. «Что ж, наслаждайтесь общением. Если захотите добавки, позовите меня». Сказав это, она повернулась и ушла в магазин. «Действительно впечатляюще, Итачи-кун...» — только когда Шинко скрылась из виду, Изуми наконец подняла голову и тихо произнесла. «У меня нет таланта, способного заставить кого-то отказаться от пути ниндзя». «Но ведь твой Шаринган пробудился раньше моего». Не зная, как утешить, Итачи неловко произнёс эту фразу. Но в глубине души он ощутил искреннюю радость от слов Шинко. Это означало, что благодаря ему в мире стало на одного ниндзя меньше. На одного ниндзя меньше — значит на одно противостояние меньше. Разве это не было маленьким, но твёрдым доказательством эффективности его пути ниндзя? «Могу я задать тебе вопрос?» Внезапно прозвучавшие слова заставили Изуми повернуть голову. Её глаза слегка покраснели, а лицо Итачи вдруг стало очень серьёзным. «Почему ты хочешь быть ниндзя?» «А?» Видя недоумение Изуми, Итачи заговорил снова, поясняя свой вопрос. «Становясь ниндзя, выходя на поле боя, ты будешь постоянно переживать болезненные события. Такие воспоминания не для девушки вроде тебя». «Ну, мой отец был ниндзя, поэтому...» — запинаясь, проговорила Изуми. Она не понимала, почему разговор вдруг принял такой странный оборот. «И только поэтому ты хочешь стать ниндзя?» «Не только поэтому». Хоть Изуми и не понимала, почему Итачи так серьёзно задаёт этот вопрос, она решила следовать своему сердцу и раскрыть ему истинный ответ. Под её длинными ресницами большие глаза слегка сверкнули гневом, родинка-слезинка задрожала, и она произнесла слова, смысл которых Итачи не совсем понял: «Хотеть идти по одному пути с тем, кого любишь... этот ответ тебя устроит?!» Громко высказавшись, Изуми вскочила на ноги и, улыбаясь сквозь слёзы, внезапно повернулась и ушла. «Что случилось? Ты довёл её до слёз?» — неизвестно когда появившаяся Шинко встала за спиной Итачи и с удивлением спросила. «Не хочешь ли ты преодолеть свои внутренние барьеры и снова стать ниндзя?» «Ни за что!» ... Клан Хьюга. Сегодня здесь собрались представители как главной, так и побочной ветвей. В главном зале в центре сидела госпожа Хьюга, слева от неё — старейшина Хьюга, справа — Хизаши Хьюга. Напротив них расположились члены клана, разделённые на две группы. На первый взгляд, их было около сорока. «Идут!» — внезапно объявила госпожа Хьюга. Хотя у неё не было глаз, представители клана Ооцуцуки с Луны с детства развивали «внутреннее зрение», чтобы компенсировать этот недостаток. Если достичь уровня «Небесного Колеса», можно ясно ощутить даже падение капли воды. К сожалению, последним, кто достиг уровня «Внутреннего Зрения Небесного Колеса», был тот предатель из побочной ветви. Но даже так, способности госпожи Хьюги к восприятию превосходили навыки членов клана без активированного Бьякугана. Главные ворота поместья Хьюга открылись, и внутрь вошла красивая женщина в алом кимоно, ведущая за руки двоих детей — мальчика и девочку. За ними следовала Югао. Полностью расцветшая, она без маски поразила всех своей красотой. «Зачем такая торжественность ради простого возвращения молодого господина домой?» — мягко усмехнулась Кё, входя в зал вместе с Данзо. Госпожа Хьюга, сдерживая трепет кровного родства, встала вместе со старейшиной и Хизаши и пошла навстречу. «Всё-таки это наследник главной ветви, нельзя не проявить должное внимание». Хотя они уже приняли требования госпожи Шимуры, публичная проверка Бьякугана оставалась необходимой процедурой для их клана. «О, Ханаби тоже здесь». Пяти-шестилетняя девочка, совсем не стесняясь, приподняла подол своего маленького кимоно и поклонилась дедушке и матери. «Как тебя зовут?» — госпожа Хьюга, не подхватив Ханаби на руки, что было необычно, обратилась к черноволосому мальчику лет десяти с белыми глазами. «Гако. Это имя дал мне Пятый Хокаге». «Гако? Разве это не слишком претенциозно?» Все присутствующие в зале смотрели на мальчика. Если бы любой другой человек из деревни, даже Хокаге Цунаде, оказался под таким пристальным взглядом стольких пар Бьякугана, он бы почувствовал холодок по спине. Но черноволосый мальчик был совершенно невозмутим, с ясной улыбкой на лице. «Имя не имеет значения. Вам нужно знать только одно: отныне я — глава клана Хьюга».