you know everything about me

10 лет

— Успокойся, — прошипел Виктор. — Я ничего не могу с собой поделать, — яростно прошептал Джейс в ответ. Его желудок свело узлом, а прилив адреналина пронзал его, когда он оглядывал комнату. Они находились в аудитории, окружëнной столами других детей с их собственными творениями. Атмосфера была шумной и оживлëнной, родители и судьи бродили вокруг и останавливались около островков других участников. Виктор лишь громко вздохнул на его слова, но это было, как заметил Джейс, скорее, не всерьëз. Он подметил, что Виктор тоже был довольно нервным из-за их первой презентации моторной лодки и возился со своим галстуком, покусывая нижнюю губу. Этот галстук одолжил ему Джейс после того, как Виктор признался, что у него его нет. Хотя они нервничали, Джейс знал, что у Виктора был как никогда гордый настрой. Об этом говорили его высоко вздëрнутый подборок и спина, которую он старался выпрямить как мог. Хромота Виктора усилилась за последние несколько месяцев, и это долгими ночами не давало Джейсу покоя. Он знал, что Виктор изо всех сил старается не жаловаться на боль, но было видно по его более частым перерывам и шипящим вздрагиваниям, что она становилась всë сильнее. Виктор прочистил горло, чтобы привлечь его внимание, слегка кивнув головой в сторону приближающихся судей, которые были через несколько столов от них. Джейс понял, на что хотел намекнуть, и выпрямился, пытаясь соответствовать позе Виктора. Джейс тайно наслаждался несколькими дюймами, которые разделяли его и Виктора. Это придавало ему уверенности — хоть в чëм-то он обогнал Виктора. — Они идут, — прошептал Виктор, снова поправляя галстук, прежде чем опустить руки по бокам. Джейс проследил за его взглядом, наблюдая, как судьи допрашивают их съежившегося одноклассника, который, казалось, был готов расплакаться. — Ой-ëй, — пробормотал он. Виктор провëл пальцем по лодке от носа до кормы, и это, казалось, успокоило его. — Всë будет хорошо, — спокойно сказал Виктор. — Твой проект... — Наш проект. — Наш проект разрабатывался почти год, и его невозможно как-то изменить в лучшую сторону. Мы лишь застопорились в улучшении скорости. Судье нечего критиковать. — Ты прав, — выдохнул Джейс. Он расправил плечи и встретил приближающихся с насмешкой судей уверенной улыбкой. Оба судьи были одеты в официальную одежду, они склонили головы в непринужденной дискуссии и просматривали свои записи в планшете. Один был высоким, с жëсткой бородой, а другой щеголял в очках и с рыжими усами. Следующие мгновения были размыты чередой быстрых объяснений и презентаций, с которыми в основном справлялся Джейс. Виктор направлял взгляд судьи на части судна, о которых говорил Джейс, и справился со всей физической демонстрацией. Сердце Джейса колотилось от волнения и уверенности, в своей возбуждённой спешке он часто спотыкался и оговаривался в словах. Виктор время от времени вставлял некоторые дополнительные детали, которые он пропускал. Джейс решил направить часть своей энергии в другое русло и небрежно положил ладонь на плечо Виктора, когда тот наконец завершил презентацию. — А это, сэр, мой партнëр, Виктор, — сказал Джейс, одарив его успокаивающей улыбкой. Виктор выглядел слегка подавленным, но повернулся к судьям и выдал соответствующую улыбку, растянув губы от привычной боли. Он молча надеялся, что это не было похоже на гримасу. — Мы с напарником долго работали над этим проектом. Надеюсь, вам понравилась наша презентация, — механически сказал Виктор. Через ладонь, лежащую на плече Виктора, Джейс почувствовал, как его сердце колотится, как сумасшедшее, и отдается рябью по всему телу. — Вы из Зауна? — презрительно усмехнулся судья пониже ростом, и на его лице отразилось лëгкое презрение. Джейс крепче сжал плечо Виктора и тот ответил: — Да, сэр. Прошла ещë одна минута молчания, прежде чем Джейс напряженно спросил. — Это проблема? — ничего в его голосе не выдало этого, но горячий гнев и желание заступиться струились по его венам, пока он поддерживал зрительный контакт с судьей. Судья надменно фыркнул, прежде чем сказать: — Полагаю, нет. Пока он... не замарает вашу работу. Высокий судья холодно посмотрел на своего коллегу, прежде чем настоять на продолжении осмотра других столов. Джейс бросил на удаляющиеся спины взгляд, полный глубокой ненависти, прежде чем повернуться к Виктору, который опирался на стол для поддержки. — Всë прошло довольно хорошо, — спокойно сказал Виктор. Джейс уставился на него с недоверием. — Всë шло довольно хорошо, пока он не решил намекнуть, что все заунцы испорчены, — запротестовал Джейс, что вызвало лишь вздох Виктора в ответ. — Брось, Джейс, — устало сказал Виктор. — Я к этому привык. Ты разве не заметил, что ты единственный в нашем классе, кто готов разговаривать со мной? Или как владельцы смотрят, как я расхаживаю по их магазинам, когда слышат мой акцент? Такие ситуации — обычное дело. Даже типичное. — Но так не должно быть! — взорвался Джейс. — Как ты не злишься? — Я знаю, что не могу изменить взгляды всех, — просто сказал он. — Но пока я меняю мир, я знаю, что могу изменить его для моего народа. Эти слова заставили Джейса замереть на месте. — Тогда я тебе помогу. Разве не для этого нужны партнëры? Уже после каждый из них лëг спать с блестящей ленточкой за первое место, висящей на стене их спален, и больше не произнëс ни слова об этом разговоре.

***

— Тебе не кажется, что мы уже слишком стары для костюмов? Джейс обернулся, чтобы встретиться со скептическим выражением лица Виктора, его челюсть отвисла от возмущения. Накидка цвета индиго висела на плечах, завязанная посередине, испещрëнная нашитыми фетровыми звездами. — Мы никогда не будем стары, чтобы наряжаться на Хэллоуин, Виктор! Когда Виктор тихим голосом на неделе признался Джейсу в том, что не будет участвовать в пилтоверском празднике, тот взял на себя обязательство предоставить ему наилучший опыт проведения этого праздника. Это включало в себя подборку костюмов, в котором Виктор участвовал неохотно. Тем более, что единственный костюм, который Виктор (неохотно) согласился надеть после почти двух часов в магазине, был одобрен только после того, как он раскритиковал кучу примеренной одежды. — Дело не столько в концепции переодевания, сколько в этом… костюме, — сказал Виктор, щурясь на себя в зеркало в спальне Джейса. Джейс поплëлся за ним, поглядывая на их отражения через плечо Виктора. Мягкий розовый комбинезон покрывал тело Виктора, слегка мешковатый вокруг его торса, с более тëмными жабрами, прикреплëнными к капюшону, лежащему на верхней части спины. Джейс решил надеть тот же костюм, что и в последние три года: накидку (сшитую его матерью) в паре с волшебной шляпой и сапогами. Контрастные эмоции одновременно распространились по их лицам. Джейс практически засиял, увидев их одетыми в эти костюмы, в то время как рот Виктора скривился в сомнении. — Ты выглядишь великолепно, Вик! — воскликнул он, натягивая капюшон Виктора на его волосы. Виктор нахмурился ещë сильнее, увидев мультяшную мордочку аксолотля, выглядывающую из-под капюшона. — Я на восемьдесят пять процентов уверен, что это пижама, — сказал он, сморщив нос. — Зато ты теперь такой же, как и Рио, — поддразнил Джейс, наблюдая, как выражение лица его лучшего друга меняется с задумчивого на раздражëнное. — Рио ужаснулась бы, если бы увидела меня в этом, — сказал он, поглаживая розовую ткань, похожую на одеяло, между пальцами. — Я примерил это перед ней вчера, и она заплыла за камень. Я думаю, что гораздо более крупная версия еë была пугающей. — Ещë лучше! — просиял Джейс. — Вот в этом дух Хэллоуина! Пугать других! Виктор театрально вздохнул. — Пилтоверцы. Какие же у вас странные традиции. — Подумай о бесплатных конфетах, — сказал он, скручивая завязки своего плаща в аккуратный узел. — Это будет весело, не волнуйся. — Я не волнуюсь, — сказал Виктор, приглаживая волосы, выбивающиеся из-под капюшона. — О, ты чуть не забыл о хвосте, Вик, — сказал Джейс, отступая, чтобы порыться в бумажном пакете. Он быстро вернулся с длинным куском ткани с рубчиками, пришитыми вдоль швов. Лицо Виктора тут же исказилось в недоверии, когда он это увидел. — Джейс, я не надену это, — категорически заявил он. — Ну, а ради меня? — Джейс попытался изобразить умоляющее выражение лица. — Ладно. Просто перестань так глупо смотреть, — закатил глаза Виктор, забирая хвост из рук Джейса и прикрепляя его к пуговицам на талии. — Идеально! — сказал Джейс. — Ты выглядишь идеально. Он видел, что Виктор только притворяется раздражëнным, покрасневшие кончики ушей выдавали его истинные эмоции. Несмотря на колебания Виктора, Джейс всë ещë, несомненно, горел желанием разделить этот праздник именно с ним. Он привык гулять по району с мамой, наблюдая, как другие дети его возраста, сбившись в кучу, бродят от дома к дому. Он проигнорировал тупую боль в груди, решив ободряюще улыбнуться своему лучшему другу. С Виктором, конечно же, было бы веселее. — Вы готовы, мальчики? — спросила его мать, постучав в открытую дверь в знак приветствия. Увидев их, еë лицо расплылось в ласковой улыбке. — Вы оба выглядите чудесно! Дайте мне мою камеру, это нужно сфотографировать. Через мгновение она вернулась, держа в руке маленькую цифровую камеру, и Виктор пристроился рядом с Джейсом. Джейс положил руку ему на плечи, притянув ближе и сверкнув зубастой улыбкой. Его мать танцевала вокруг них, щëлкая камерой и время от времени говоря встать в разные позы. Они прошли через шесть вариаций глупых выражений лиц, прежде чем она решила закончить с фотографиями. Она вывела их на свежий осенний воздух, небо темнело в закате. Вокруг уже толпились компании людей. Джейс узнал в некоторых из них одноклассников, которые сидели в другом конце комнаты и играли вместе на переменах. Он вздрогнул и повернулся, чтобы схватить Виктора за руку, не несущую ведро в форме тыквы. Виктор посмотрел на него с вопросом в глазах, но сжал его руку в ответ. — Пошли, — сказал он, стараясь быть гораздо храбрее. Он поправил свою шляпу волшебника. В веренице суеты вокруг, звук дверного звонка отдавался в ушах несколько громче. После первых нескольких домов Джейс почувствовал, как его плечи расслабляются, а нервное напряжение покидает его тело, когда он забывает о своих переживаниях, становясь всë более возбуждëнным от увеличивающейся горы конфет, которые он собирал, от сверкающей улыбки Виктора и их сцеплëнных рук. Он мог сказать, что Виктор чувствовал то же самое, пока они спотыкались от двери к двери, обретая всë большую уверенность в каждом из своих «сладость или гадость», а его мама преследовала их, вооружëнная своей камерой. К тому времени, как солнце уже давно село, они вернулись домой, запыхавшиеся и дрожащие от холодного воздуха, с раскрасневшимися от напряжения щеками. Они лежали на полу в комнате Джейса, высыпая конфеты из своих вëдер на ковëр. Гора шоколадных конфет разных марок, леденцы в закрученных ярких фантиках и ​​пакетики всего остального вывалились на ковëр, образовав внушительную кучу. — Ого, — сказал Виктор, с благоговением глядя на разнообразную кучу вредностей. — Как много конфет. Джейс уже начал сортировать их в разные кучи, лëжа на животе и волоча кусок шоколада с одной стороны ковра к другой, чтобы присоединить его к горке других конфет. Его любимая шляпа волшебника лежала рядом с ним, синий фетр был помят. — Да, это определенно больше, чем в прошлом году. Виктор присоединился, чтобы помочь, перед этим остановившись, чтобы снять фантик с леденца и закинуть его в рот. — Спасибо, что пригласил, — тихо сказал он. Он всë ещë был в розовом комбинезоне с аксолотлем, хвост запутался в его ногах. — Мне было очень весело. Джейс вспомнил эту ночь и то, как исчезали все его переживания, когда он был с Виктором, и ощущение их сплетëнных рук. — Мне тоже.

12 лет

— Не понимаю, почему ты продолжаешь играть в этот нелепый вид спорта, — усмехнулся Виктор, сидя на поле и наблюдая, как Джейс подбрасывает футбольный мяч в воздух, прежде чем снова его поймать. Солнце почти зашло за горизонт, заполняя небо туманным сиянием, тающим в розовых облаках. На коленях у него лежала непрочитанная открытая книга, давно забытая, а трость покоилась на траве рядом. — Это весело! — сказал Джейс, ухмыльнувшись, когда мяч с грохотом приземлился у него в руках. — Эх, но ты мог бы делать гораздо больше важных вещей вместо этого, — возразил Виктор, закрыв глаза и чувствуя, как ветерок ерошит его каштановые волосы. — Но тогда, когда ещё я смогу драться с людьми, не попадая в неприятности? — в шутку сказал Джейс. Виктор приоткрыл глаз, чтобы взглянуть на своего лучшего друга, который бегал по полю, как потная собака. Ни один из них пока не испытал скачка в росте, хотя Виктор надеялся, что в конечном итоге он будет выше Джейса. Судя по его текущему виду, его надежда была всего лишь фантазией, когда он наблюдал, как Джейс бежит большими шагами с конца холма. — Пилтоверцы, — сказал он, следя за его движением. — Всегда такие яростно драматичные. — Ты, — возразил Джейс, — всегда такой угрюмый. — Похоже, ты не слишком благодарен человеку, который принес телескоп. — Ты солнышко, — тут же сказал Джейс. Виктор ухмыльнулся в ответ, неосознанно проведя пальцем по краю книги на коленях. — Как ты вообще нашел это место? — Виктор указал рукой на танцующие полевые цветы и нежные вязы, шелестящие у краев. Джейс наконец перестал возиться с мячом и сел рядом с Виктором. Его тëмные волосы развевались на ветру, отражая направление его взгляда — на закат. — Несколько лет назад я исследовал окрестности своего района со своей старой подругой Кейтлин во время детского праздника, — небрежно сказал Джейс. — Я думаю, она тебе понравится. — Возможно, я бы поступил так же, — задумчиво произнес Виктор. — Она уехала некоторое время назад, — добавил Джейс. — Я еë давно не видел, но ей всегда нравилось находить новые приключения. — Точно так же, как кое-кому из моих знакомых, — поддразнил Виктор, протягивая локоть, чтобы ударить Джейса в рëбра. Джейс, надо отдать ему должное, только тихонько вскрикнул и поступил благородно, не давая ему сдачи. Они оба сидели в уютной тишине, ожидая, когда солнце полностью зайдëт. Виктор возобновил чтение романа, в то время как Джейс осторожно положил подбородок ему на плечо, чтобы читать вместе с ним. Джейс подумал, что рядом с Виктором очень умиротворëнно. Хотя Джейс мог бы поклясться, что закрыл глаза всего на несколько секунд, его мягко разбудило ощущение, будто Виктор легонько толкает его локтëм, и вид миллиона звëзд, мерцающих в ночном небе. — Ого, — выдохнул он, и вся сонливость мгновенно покинула его тело. — Это так… — Безмятежно? — спросил Виктор, запрокинув голову вверх. — Бесконечно. — Вот Большая Медведица, — прошептал Виктор, подняв руку, чтобы указать на скопление звëзд в миллионах световых лет отсюда. Джейс поспешил схватить телескоп, который Виктор нашëл и починил, направив его на указанный им участок неба. Он осторожно поднëс телескоп к правому глазу, неосознанно затаив дыхание, пока настраивал линзу. Они сидели там бесконечное количество часов, на холме, покрытом травой, окутанные шëпотом скрипучих деревьев и стрекотанием сверчков, окружëнные вселенной и друг другом.