Я бог?(слэш версия)

Два крыла

(Эта сцена показана от лица Шэнь Юаня, как он воспринимает ситуацию.)       — Откуда Вы знаете такие игры, господин? Кто Вас научил?! — низкое рычание Шэнь Цзю заставляет Юаня замолчать.       Это снова был тот Шэнь Цзю, от которого слабели колени и хотелось надолго уединиться в купальне.       Шэнь Цзю явно надоело выслушивать его глупости, и он взял всё в свои руки.       — А-Цзю, я пошутил! — Голос Юаня дрожит, дыхание сбивается. Он чувствует, как вдоль позвоночника пробегает судорожная дрожь и отдаётся теплом внутри.       Давление от этого Шэнь Цзю, от его голоса, ощущалось физически, вжимало в кровать. Юань пытается отодвинуться, чувствуя, как по стоящему колом члену стекает жаркая капля желания.       — Это просто фантазия… ах! — Юань не успел договорить, стальные пальцы сомкнулись на его бёдрах. Шэнь Цзю резким рывком подтягивает его к себе.       Больше нет тихого, покорного, услужливого слуги. Глаза бывшего лорда Цинцзин горят как весенний лес в пожаре. Теперь он смотрит на него голодным взглядом, как тигр, выследивший свою добычу.       Ноги Юаня дрожат.       — Такой властности Вы хотели, господин? — Голос глубокий, густой, как вино, настоянное сотню лет.       Шэнь Цзю наклоняется ниже.       — Вкусить персиковый нектар, — шепчет он.        Его губы впиваются в рот Юаня, присваивая и подчиняя, язык проникает глубоко, сметая остатки разума, оставляя только жажду и желание. Юань не может ни говорить, ни сопротивляться. Он может только стонать и тонуть в этом чувстве, как лодка в бушующих весенних потоках.       Шэнь Цзю не останавливается, его губы оставляют горящий след на ключицах, на груди, на подрагивающей коже.       Юань не может дышать.       — А-Цзю… — стонет он жалобно, умоляя.       Его пальцы сжимают простынь, но Шэнь Цзю безжалостен.       — Нежные вишнёвые бутоны для меня, — мурлыкает этот незнакомый Шэнь Цзю, пожирая его тело глазами.       Он втягивает между губами его сосок, плотно обхватывает, посасывая. Медленно играет и покусывает, прежде чем переключиться на второй. Юань чувствует себя бескостным.       А Шэнь Цзю, словно оголодав, вбирает раскрасневшуюся нежную кожу между губ, втягивая и посасывая. Спускается поцелуями к поджавшемуся животу, резким движением широко разводит колени Юаня, заставляя открыться его горящему взгляду.       — Аах… — беспомощно всхлипывает Юань.       От каждого поцелуя внутри нарастает тёплая волна. Удовольствие хлещет через край. Его слишком много.       Юань не может сказать, нормально ли это, ведь в прошлой жизни у него не было такого опыта, а всё, что было, помнится слишком смутно. И это же Шэнь Цзю, который всё делает идеально.       Член ноет и пульсирует, жар внутри то поднимается волной, то отступает. Шэнь Цзю не останавливается, он медленно и методично покрывает засосами всю внутреннюю поверхность дрожащих бёдер.       — Боже, — стонет Юань, — я сейчас… я сейчас кончу…       Шэнь Цзю касается его там. Целуя между членом и мошонкой, взяв яйца в горсть, и Юань не выдерживает, он изгибается всем телом, стискивая простынь в руках так, что та рвётся, и, содрогаясь, кончает.       Шэнь Цзю поднимает голову и долго смотрит. Его губы красные как у вампира, а глаза стали тёмно-зелёными.       — Мне всё же придётся вымыть Ваш рот с мылом, господин! Вы не должны говорить таких грязных слов.       Юань краснеет под его удовлетворённым взглядом. Ему становится невыносимо неловко, он вспыхивает так, что сам чувствует, как горят его щёки. Он быстро закрывает лицо подушкой и смущённо смеётся.       — Мы ещё не закончили, — низким голосом говорит Шэнь Цзю и вырывает у Юаня подушку. — Как Вы говорили? «Трахни меня»…       Он наклонился ближе, его губы чуть коснулись уха, и голос бархатисто прошептал, пуская мурашки:       — Именно это я и собираюсь сделать!       Юань заливается краской до самой шеи, чувствуя, как его член снова поднялся. Шэнь Цзю надавливает ладонями на его бёдра, заставляя раскрыться в сладком, ставшем стыдным положении. Возбуждённый взгляд зелёных глаз кажется особенно давящим и жадным.       Шэнь Цзю. Властный, настойчивый, по-хозяйски заявляющий свои права и не собирающийся спрашивать разрешения. У Юаня кружится голова от такого А-Цзю. Это лучше, чем он мечтал, лучше, чем он представлял, лаская себя в тиши ночи.       Юань всхлипнул, ощущая, как заполошно бьётся сердце, он только что кончил, но от такого Шэнь Цзю член опять твёрдо стоит, а ноги раздвигаются сами.       Желание стало только сильнее, оно больше не пряталось глубоко внутри нижнего даньтяня, не проходило волнами по телу, собираясь тяжестью в члене, а накрывало его с головой, словно горячие поцелуи А-Цзю разбудили его чувственность. Ему не хватало воздуха, каждая клеточка тела трепетала в предвкушении, наполненная томительным ожиданием.       Хочу, хочу, хочу!       Он вдруг понял, что не смог бы отказать. Если такой Шэнь Цзю, не спрашивая разрешения, вжал бы его в край стола приёмной… Там всегда кто-то был, вокруг разносились голоса и каждый мог услышать…       Но Юань всё равно не смог бы сопротивляться.       Он растворился бы в этом мгновении, пропал, растаял, покоряясь этой жаждущей властности.       Если бы прямо во время спарринга, когда он, побеждённый, валялся у ног победителя, Шэнь Цзю схватил его за волосы, заставляя запрокинуть голову, не позволяя опустить взгляд, а затем…       Если бы его губы коснулись рта, медленно, властно, погружая его в поцелуй, от которого не сбежать. Шэнь Цзю мог бы взять его прямо там, на открытой тренировочной площадке, где каждый мог их увидеть.       «Боже», — панически думал Юань, молясь всем богам разом, что сдержанность Шэнь Цзю была непоколебимой.       Шэнь Цзю было достаточно просто протянуть руку, сжать горячей ладонью его член и… всё вокруг перестало бы существовать. Весь дворец смог бы услышать его жалобные, покорные стоны.       Юань вскрикивает. Он распахивает мутные от желания глаза, не в силах поверить. Длинный, твёрдый, щедро смазанный маслом палец с медленной уверенностью проникает внутрь. Юань судорожно дрожит, пытаясь справиться с нахлынувшими ощущениями.       — Не об этом ли Вы просили, господин? — хрипит Шэнь Цзю. Юань понимает — он тоже на грани. Этот новый незнакомый Шэнь Цзю смотрит на него невозможными глазами. — Будет Вам урок… не играть с огнём.       Пальцев стало два.       Если бы Юань догадывался, какая страсть прячется под этой сдержанностью и невозмутимым спокойствием, он бы трижды подумал…       Юаня колотит так сильно, что зубы стучат, руки судорожно хватают воздух, не зная, где найти опору.       Всего слишком много. Он такой чувствительный и возбуждённый, что готов разрыдаться, а Шэнь Цзю медлит. Он медленно и тщательно растягивает его дырочку.       Юань жалобно скулит.       Шэнь Цзю старательно обходит бугорок простаты, не прикасаясь к нему, хотя он здесь, совсем рядом…       Юань чувствует, как ломается, он полностью подчинён этим властным пальцам, этим губам и зелёным глазам. Его тело выгибает дугой и трясётся от каждого прикосновения, словно во время ошеломительного оргазма. Он не кончил до сих пор лишь потому, что Шэнь Цзю безжалостно пережимает его член у основания, не позволяя излиться.       — Пожалуйста… п-пожалуйста, я хочу к-кончить… — Юань жалобно стонет, окончательно сдаваясь. Его живот сжимает сладкими судорогами, мышцы бёдер и пресса напрягаются навстречу медленным движениям.       — Что я Вам говорил, господин, про грязные слова, — мурлычет на ухо Шэнь Цзю, — Вас придется хорошенько проучить.       — Нет! Умоляю, я не вынесу.       От возбуждения у Юаня всё плывёт перед глазами. Каждое рокочущее, хриплое слово Шэнь Цзю разносится по его телу, вызывает сладостный трепет, отдающийся в самых чувствительных местах. Он дрожит, губы приоткрыты, он не знает, как выдержать это ожидание.       И тогда он сдаётся полностью. Он раздвигает колени, подрагивая от возбуждения, от осознания, что он раскрывается, отдаётся, позволяя взять себя без остатка.       Его голос срывается, он с трудом смущённо выдавливает:       — Пожалуйста… В-войди в меня… Я хочу тебя… хочу тебя внутри…       Юань замер, ожидая, его дыхание дрожит, руки судорожно сжимают остатки простыни.       Тёмно-зелёные глаза Шэнь Цзю становятся почти чёрными, он беззвучно рычит.       К хорошо разработанной дырочке прижимается толстая головка и медленно проталкивается внутрь.       — Быстрее! — стон срывается на всхлип.       И Шэнь Цзю отпускает контроль, он вбивается в Юаня с такой силой, с таким неудержимым, властным ритмом, что Юань забывает дышать.       Голова Юаня запрокидывается назад, губы раскрыты в беззвучном крике, а жар внутри разгорается огромным шаром. Этот огненный шторм охватывает его всего.       Шэнь Цзю ударяет по чувствительному бугорку снова и снова, не давая ни единого мгновения облегчения, только безжалостную сладкую пытку, доводящую до исступления.       Юань кричит. Жар невозможно удержать, он прошивает его насквозь, от кончиков пальцев до макушки.       Он обхватывает Шэнь Цзю за плечи и сам впивается в губы, выдыхая вместе с оргазмом свою силу.       — Владыка, — низко стонет Шэнь Цзю.       Даже у его сдержанности есть предел. Он тоже не может удержаться, он срывается в оргазм, выплёскиваясь глубоко внутри Юаня, заполняя его до края, завладевая им полностью, оставляя в нём след, который уже не стереть.       В этот миг небо содрогается.       На спине Шэнь Цзю распахиваются огромные крылья.

Конец экстры 07.01.2025