Настройся на чувства

      Рюджин действительно ждёт вечера, чтобы посмотреть, напишет ли ей Йеджи. Да, это глупо, но любопытство как обычно играет с ней злую шутку и вот она уже нетерпеливо дёргает ногой в такт музыке и каждую новую песню проверяет уведомления на телефоне. Чисто спортивный интерес, верно?       В наушниках играет «Love Wins All» от IU, потому что Рюджин собирает плейлист к следующему эфиру с Сольюн и Джинсоль. Уже совсем скоро наступит День святого Валентина, и пытка в виде выпусков с парами закончится. Конечно, дальше будут ещё выпуски с Йеджи, но уже хотя бы без признаний в любви во время интерактива «Звонок в прямой эфир».       По крайней мере, она надеется на это.       За окном уже темнеет, но Рюджин упрямится и не включает весь свет в комнате, пользуясь лишь настольной лампой и неоновой подсветкой. Она вздрагивает от каждого нового уведомления (она впервые за долгое время в принципе включает звук на телефоне, чтобы ничего не упустить), пока не приходит нужное.       Йеджи [Привет, Рюджин, пишет Йеджи :)] [Я договорилась обо всём] [Забыла написать, прости, а вспомнила только сейчас] [Сказали, что всё можно, пока это прилично и не портит репутацию школы]       Рюджин хмурится от чрезмерного официоза сообщений Йеджи, но ничего не может с этим поделать. В отличие от лучшей ученицы школы, она пользуется сарказмом чаще, чем запятыми, пишет с маленькой буквы и постоянно забывает про приветствия в виде сообщений «Доброе утро».       Забывает намеренно. От «Сладких снов» её вообще тошнит.

Рюджин

[окееей тогда устроим всё после дсв]

[жаль что прилично но уже стоит привыкнуть]

[мне так часто говорят]

      Йеджи игнорирует комментарий про приличие, отчего Рюджин поникает. С бурно-реагирующей-на-любое-сообщение Минджон шутить проще, чем с новыми людьми, когда ты не знаешь уровень безумия их юмора. Но и в ответах Йеджи есть немного шарма загадочности.       Йеджи [Что значит «ДСВ»?]

Рюджин

      [ты серьёзно?]

[это значит день святого валентина]

[уж не тебе ли знать]

      Кто из них всё-таки в отношениях, за которые переживает половина школы и которым завидует вторая половина? При этом Рюджин даже не хмурится, а усмехается. Мило.       Йеджи [Я не эксперт в любви, Рюджин] [Но я запомню это сокращение]

Рюджин

[не соображаешь после двух часов фильма про слащавую любовь?]

[или что там смотрят пары в преддверии дсв]

      Удержаться не то что сложно, а невозможно. После грустных глаз Йеджи и фразы про кино и вечно забывающего про их свидания Хёнджина Рюджин интересно, исправился ли он или она заранее узнает про самое скандальное расставание самой милой пары Northwood High School. Она не злорадствует, ни в коем случае…       Ладно, может быть, чуть-чуть, но персонально к Йеджи это никак относится. Рюджин отрицает в целом всю любовь и романтическую чушь.       Йеджи [Спокойной ночи, Рюджин]       Она правда слилась от ответа? Рюджин хмурится, даже не зная, с какой интонацией читать полученное сообщение. Это пассивная агрессия, что так непохоже на чрезмерно вежливую Йеджи, или это обычный ответ просто от того, что она сама идёт спать? Чёрт поймёшь, этих людей. Поэтому Рюджин всю старшую школу общалась только с Минджон и людьми из эфиров.       Рюджин в растерянном состоянии закрывает чат с Йеджи, оставляя на последнее её сообщение максимально нейтральную реакцию. Похоже, придётся вернуться к прослушиванию музыку. Уж лучше она отвлечётся на очередную корейскую песню, заботливо добавленную Сольюн, чем будет тревожиться, как Минджон.

Run away from necessity, run on

Go to the end with me, my lover

Two of us, side by side, gone astray on purpose

Crush me in your arms

Give me a lovelier kiss, lover

Our love wins all, love wins all

Love, love, love, love

      Когда время близится к ночи и наступает пора ложиться спать, приходит очередное уведомление, от которого Рюджин пугается и вспоминает, зачем вообще она их выключала в прошлый раз. Читая новое сообщение от Йеджи, она добродушно фыркает и снова ставит реакцию, только уже менее нейтральную.       Йеджи [Я люблю пересматривать «Всем парням, которых я любила раньше»]

***

      На календаре — четырнадцатое февраля.       Рюджин честно пытается вести себя так, будто это обычный день, но игнорировать наконец настигший в полной мере любовный зомби-апокалипсис становится невозможно. Она устаёт кривиться от целующихся парочек. Минджон куда-то запропастилась, и выносить пытку приходится одной.       Рюджин жалеет, что не может плеснуть газировку кому-нибудь в лицо просто, чтобы выплеснуть злость. Внутри образуется комок тревожности, затягивающий её в пучину отчаяния каждый раз, когда она слышит раздражающие признания в любви. «О, я уверена, наша любовь будет вечной».       Да пошли вы к чёрту, Ромео и Джульетты. Вечной любви уж точно не существует.       С губ срывается раздражённое фырканье. В голове мелькает мысль уйти с уроков, хотя сейчас только самый разгар обеденного перерыва. Потом вернётся к эфиру с Сольюн и Джинсоль. Пропускать его она не собиралась: во-первых, на неё ополчатся новые фанаты, которым зашёл формат выпусков с парочками, а во-вторых, она что, зря составляла плейлист, верно?       «Так и сделаю», — довольно думает Рюджин, с удовольствием потакая мыслям дьяволёнка на плече. Надо же и себя порадовать в честь праздника, несмотря на то, что она его ненавидела.       Рюджин выбрасывает банку Fanta со вкусом клубники в мусорку, накидывает рюкзак на одно плечо и покидает школу. Скажет, что стало плохо. Да и тем более учителям к прогулам не привыкать. Что они могу сделать ей — отстранить от учёбы на пару дней? Что ж, дерзайте — она ни капли не расстроится.       Фатальная ошибка — уходить из школы через внутренний двор во время обеденного перерыва. В честь праздника многие старшеклассники выползают из тёплой школы на февральский холод и согревают себя объятиями (нетактильную Рюджин тошнит от такого). В глазах рябит от бело-красно-розовых валентинок и коробок шоколада в форме сердец.       Неожиданно двор школы наполняется знакомой мелодией песни «First Day of My Life» от Bright Eyes, и Рюджин окидывает людей в округе, пытаясь найти взглядом гитару. Желание закатить глаза неумолимо растёт, когда она понимает, что это Хёнджин играет на гитаре. Для Йеджи. Он неуверенно перебирает струны пальцами. Его голос звучит хрипловато с непривычки, зато искренне.       Аккорды сменяют друг друга, минор переходит в мажор так же, как тоска переходит в надежду с течением песни. Рюджин всё ещё стоит посреди двора, не зная, как уйти отсюда до конца песни. Однажды она добавляла её в плейлист для эфира, даже не догадываясь, что спустя время Хёнджина будет петь, посвящая её Йеджи.       Он смотрит на Йеджи, растворяясь в ласковом выражении её глаз.

Yours was the first face that I saw

I think I was blind before I met you

And I don't know where I am,

I don't know where I've been

But I know where I want to go

      Взгляд Йеджи невольно падает на хмурую Рюджин, и она улыбается, чтобы поднять той настроение и заодно спросить, что не так. Сердце почему-то ухает вниз. Рюджин растерянно кивает и порывается уйти, но Хёнджин уже заканчивает играть, возвращая гитару его владельцу Феликсу, и Йеджи её окликает.       — Это лучшая валентинка в моей жизни, Джинни, — слащаво улыбается Йеджи, и её глаза воодушевлённо и польщённо горят. Она быстро чмокает Хёнджина в губы и переводит взгляд на Рюджин, теперь даже не смотря на своего парня, который сидит совсем рядом с ней. — Сегодня ещё один эфир перед выпуском со мной, да?       Рюджин напрягается, когда до её ушей доносится шёпот друзей и подруг Хванов. К сожалению, ни Феликс, ни Джису, ни остальные никуда не исчезают, когда Рюджин пытается дружелюбно поговорить с Йеджи. Её осыпают колкими взглядами, от которых внутри всё холодеет, а раздражение выходит на первый план.       — Ещё один выпуск? — вскидывает брови Хёнджин, обнимая Йеджи. Его рука так естественно смотрится на её талии, и Рюджин мрачно встряхивает головой, чтобы выбросить мысли об этом из сознания. Это последнее, о чём она должна думать. — И меня снова не пригласили?       — Ну-у, — в голосе Йеджи появляются елейные нотки, — зато ты сможешь снова «позависать у Ликса».       Злорадствует? Как мило. У Рюджин с Минджон складываются такие же отношения, только, к счастью, они не омрачаются любовью.       — Думаю, я лучше пойду, — Рюджин хмурится от неловкости и для ощущения опоры цепляется пальцами за лямку рюкзака. — А то снова буду мешать вашим… взаимодействиям.       Хёнджин оборачивается и с интересом вскидывает брови. На его губах расцветает мягкая улыбка любопытства, когда Йеджи хлопает его плечу и с добродушной усмешкой говорит: «Ты уже забыл? Мы же вчера вечером устраивали киномарафон, глупенький». Сердце внутри тревожно бьётся.       Рюджин чувствует себя третьей лишней и спешит уйти. Всё равно её в этой компании не жалуют, за исключением Йеджи и Джису, которые получили то, что хотели, — дополнительный выпуск с Йеджи. Рюджин даже не успевает услышать, как Хёнджин наклоняется к уху Йеджи и тихо-тихо говорит ей: «Кажется, ты мне задолжала разговор», убирая руку с её талии.       Внутри что-то неприятно ноет и колет. Кажется, это было сердце.

***

      Когда Рюджин возвращается в школу, любовное безумие затихает. Стоит его поблагодарить: это единственная причина, по которой никто из учителей не заметил её пропажи. Зато она пропустила столько признаний в любви, что оставалось лишь вздохнуть. От облегчения, разумеется.       Когда она заходит в комнату, оборудованную как радиостудию, на душе разливается приятное тепло от спокойствия. У неё в запасе имеется минут двадцать, пока на эфир не придут Сольюн и Джинсоль, которые о понятии «тишины» не знают. Столь ярким персонам и не надо этого — они наслаждаются вниманием.       Рюджин едва ли начинает напевать песни под нос как дома, пока не замечает за одним из кресел Минджон. Она не в наушниках и в эфире участвовать не собирается, потому что для руководства школы она всё ещё болеет. Судя по её бледному растерянному лицу, болезнь стала реальней.       — Эй, Минджонги, всё окей? — Рюджин интересуется искренне, со всей заботой, на которую она вообще была способна. — Подать воды?       — А, что? Да, — растерянно кивает Минджон, приходя в себя. Рюджин даёт ей бутылку воды, и та пытается открыть её подрагивающими руками. — Спасибо, Рю.       Рюджин опирается спиной о стену, от холода которой по спине ползут стайки настойчивых мурашек. От её вопросительного взгляда «Что уже случилось?» Минджон снова ёжится, опуская голову и понижая громкость голоса, но отвечает:       — Со мной Джимин хотела поговорить.       — И? — Рюджин насмешливо выгибает левую бровь. — Это разве плохо?       — Может, и хорошо. Но не когда ты пялишься на неё как дурочка, не в силах даже ответить на её вопрос! — всплёскивает руками Минджон, чуть не опрокидывая со стола бутылку с водой. — Сказала, встретить её в библиотеке после допа по английской литературе. Вот я сидела тут, ждала её, пока ты не пришла.       — Написала бы мне, я бы пришла, поддержала, а то сидишь в темноте, тревожишься.       Невозмутимости Рюджин позавидует каждый.       Минджон раздражённо втягивает воздух носом. В последнее время отношения между ними и так были напряжены то из-за случая с Джимин (и дурацким шипперством), то из-за банального непонимания Рюджин. Если она далека от какой-то темы, то она даже не пытается понять. Не может даже ощутить себя на месте другого. И искренне не понимает, почему Минджон себя так накручивает и переживает даже о пустяках.       Для Минджон обдумывания всех вариантов развития событий, начиная плохими сценариями, заканчивая — кошмарными, — что-то естественное. Будто она уже родилась с этой способностей, над которой Рюджин подшучивает. Обычно Минджон списала бы это в ничтожные случаи, не стоящие её внимания, но сейчас её это поистине раздражает.       — Может быть, потому что ты слишком занята своей Йеджи? — не выдерживает — огрызается Минджон.       — Она не моя, — тут же парирует Рюджин, закатывая глаза. — И причём тут вообще она?       — При том, что я от руководства школы узнаю, что после четырнадцатого февраля спецвыпуски не закончатся? Да и тем более по школе уже ходят слухи, а значит или ты, или твоя Йеджи не можете заткнуться, — слова льются сами по себе, возмущённый поток Минджон уже не остановить. — Я твой соведущий, Рюджин, уже целый год, но не узнаю это от самой тебя? Это чёртовски обижает.       Рюджин хватает лишь на то, чтобы поджать губы в знак того, что ей жаль. Она правда не хочется ссориться с учётом того, что настроение и так на нуле. Так что она решает переключить внимание их обеих и включает рандомный плейлист из кучи имеющихся. Первой песней становится «Jealousy, jealousy» от Olivia Rodrigo.       — Ты серьёзно? — Минджон мрачнеет ещё больше.       — Тебе не кажется, что мы слишком часто ссоримся для тех, кто вместе работает уже год? — отзывается Рюджин, топая ногой в такт песне. Как всегда сама невозмутимость. — Что ты хочешь, чтобы я тебе сказала? Успокоила твою тревожность?       — Да, пожалуйста! Я не знаю, как себя чувствовать, правда. Будто я пустое место для зрителей, которым нужна только саркастичная Рюджин, а теперь ещё и для тебя, — голос Минджон дрожит. — А ты ещё и говорила, что еле вытерпишь эфиры, а сама что — резво соглашаешься на другие?       Минджон жмурит глаза, роняя голову на ладони. Она не хотела ссориться, как и Рюджин. Но на этой неделе между ними будто пробежала чёрная кошка. Остаётся надеяться, что после Дня святого Валентина всё вернётся в норму. Минджон будет держать пальцы скрещенными.       — Ты не пустое место, Минджонги.       — Мне так не кажется, и вряд ли я снова просто накручиваю себя. Я же не такая особенная как некоторые, да? — усмешка на искривлённых губах Минджон оседает горечью. — Недостаточно быть просто милой, иногда спорящей тревожницей Минджон. Надо быть категоричной, вечно осуждающей Рюджин, правильно? Иначе я не могу объяснить феномен твоей популярности.       Слова Минджон ударяют под дых. Рюджин никогда не слышала от неё таких претензий и даже не знала, что они у неё имелись. Разве они не договаривались говорить друг другу всё как есть и не утаивать никаких секретов? Разве года дружбы недостаточно, чтобы убить в сознании Минджон все намёки на зависть?

      Com-comparison is killin' me slowly

I think, I think too much

'Bout kids who don't know me

I'm so sick of myself

I'd rather be, rather be

Anyone, anyone else

But jealousy, jealousy

Started followin' me

      — Мне жаль, что ты думаешь, что я себя так веду из-за популярности. Это просто кто я есть, Минджон.       — Тогда это тоже просто кто я есть, Рюджин! — всплёскивает руками Минджон, как разъярённая фурия собирает все свои вещи и вылетает из кабинета, оставляя после себя хаос, ощущающийся почти что на физическом уровне в виде неприятных покалываний на сердце. Она успевает взъерошить каре, запустив в волосы ладонь, и бросить напоследок: — Я так и знала, что ты не поймёшь. Ты никогда ничего не понимаешь.       Взгляд Рюджин упёрся в захлопнувшуюся дверь и удаляющуюся фигуру Минджон. Мысли в голове метаются из стороны в сторону, пока она пытается понять, как относится ко всему случившемуся. Липкие мурашки бегут по спине от отвращения к ссорам и скандалам. Рюджин какой бы грубой ни была, никогда истерики не провоцировала, выливая всю агрессию через сарказм.       Полуправда, прикрытая усмешкой, всё ещё правда, даже если незамеченная.

***

      Когда в студию со смехом врываются Сольюн и Джинсоль, Рюджин даже мимолётом радуется, потому что на ближайший час у неё есть отвлечение от мыслей о Минджон, которая встречается с Джимин в библиотеке. Она добивает очередную газировку — на этот раз со вкусом грейпфрута — и выбрасывает её, обещая девушкам, что она в их власти на время эфира.       — Чур, мои песни играют первыми! — тут же восклицает Сольюн, на что Джинсоль кивает и кладёт подбородок на её плечо. — Я так и знала, что ты согласишься.       «Давайте оставим милования за пределами студии», — уже хочет сказать Рюджин, но вовремя останавливает себя, когда в голове мелькают осуждающие слова Минджон. Они почему-то врезаются в её сознание, и понадобится больше пары ночей, чтобы выветрить их оттуда. Так что Рюджин поджимает губы и молчит.       — Можем обсудить эфир? Отлично, тогда… — Рюджин говорит заученными фразами с других двух эфиров, — смотрите: после пары песен мы можем обсудить то, что вы хотите на соответствующую тему, раз сегодня сам праздник. Не знаете, что говорить, не проблема — есть вопросы. Потом можете отвечать на звонки в эфир. Всё понятно?       Сольюн и Джинсоль переглядываются и хихикают. Они на своей волне, в отдельной Вселенной, и для счастья больше них двоих им никто не нужен. Рюджин уже ощущает, какой безучастной она будет на этом эфире.       — Поехали!       — Привет, Northwood High! Всем отличного дня и отличного настроения. Вы на волне школьного радио, и мы готовы зарядить вас энергией на весь оставшийся день! — фразы сами слетают с языка, Рюджин даже не надо думать. Это её рутина уже больше года. — Добро пожаловать на тематический выпуск «Настройся на чувства» в честь Дня святого Валентина.       «Я уже скучала по этому приветствию Т.Т»       «они так и не поменяли название, бедняжка рюджин…»       «самый сексуальный голос школы в эфире»       «Я СНОВА СЧАСТЛИВ ОМГ»       «И МЕНТАЛЬНО НЕСТАБИЛЕН УРА ЭФИР»       Чат моментально взрывается сообщениями, следить за которыми не успевает даже наловчившаяся Рюджин. С каждым новым эфиром с популярными парочками старшей школы слушатели всё прибавлялись и прибавлялась. В этом и заключается феномен популярности эфиров, Рюджин просто харизматичный ведущий.       — Ой, я забыла про приветствие! — чертыхается Сольюн (что удивительно для такого милого невинного на первый взгляд человека). — Всем привет, это Соль Юна, а рядом со мной сейчас сидит Бэй Джинсоль. Надеюсь, вы ждали эфира с нами!       Сладкий голос Сольюн режет по ушам Рюджин. Хрипловатый голос Минджон звучит в разы приятнее и натуральнее. Но вместо каштанового каре она видит перед собой накрученные локоны Сольюн и светлые волосы Джинсоль. Неужели она правда виновата в том, что упустила напарницу по эфирам, к которой успела прикипеть? (И заразиться её тревожностью, по всей видимости).       «Мы собрали всех Юн по школе»       «джинсоль такая тихая, когда говорит сольюн»       «я уверена, она смотрит на неё влюблёнными глазами, пока мы не видим»       После прочтения чата Джинсоль наконец подаёт голос:       — Я действительно смотрю на Соль влюблёнными глазами, но она моя девушка, так что мне всё можно. Расслабьтесь, ребята.       — Не ревнуй, зайчик, — смеётся Сольюн, поглаживая Джинсоль по волосам в успокаивающем жесте. — Ты и так моя.       — Думаю, самое время перейти к песне, — слишком резко начинает Рюджин, чтобы отвлечь Сольюн и Джинсоль от взаимодействий между собой, которые вообще-то должны быть направлены на эфир. — Первая песня на сегодня — «The Feels» от TWICE. У меня стоит пометка о том, что это любимая песня Сольюн.       Сольюн успевает добавить:       — Да, теперь вы знаете, как мне угодить!       «мы всё запомнили!!!»       «Тоже моя любимая песня, это однозначно судьба»       «Только Джинсоль на сто проц знает, как угодить Сольюн»

I know love

It is such a funny thing

A mystery allure

Gotta get to know you more

'Cause I, I can feel a real connection

A supernatural attraction-ah

I got the feels for you, yeah, yeah, yeah, yeah

      — Пока играет песня, можете говорить всё что угодно, это в эфир не попадёт, — вздыхает Рюджин, надеясь, что её слова не станут поводом для Сольюн и Джинсоль перебрасываться словами о любви и целоваться. — Есть предпочтения по темам для обсуждения? Или мне достать список вопросов?       Джинсоль пожимает плечами (её состояние по умолчание — без разницы), а Сольюн спрашивает: «А какой там первый вопрос? Чтобы знать, к чему готовиться».       — Это не урок литературы, осуждать вас не будут.       — А мне говорили, что ты довольно осуждающая, когда дело заходит о любви, — вскидывает брови Сольюн, воспоминания поведение Рюджин на начало эфиры и анализируя, были ли слова правдой. С учётом того, что она в целом мало говорила, понять это будет тяжело.       — Мы опустим этот момент, — обрывает её Рюджин, пока на сердце снова не защемило при мыслях о Минджон и её словах (о чёрт, она действительно права).       Песня кончается раньше, чем Рюджин успевает вне рамок эфира озвучить вопрос, так что гостям придётся импровизировать.       — Мы решили начать с вопроса, и первый на сегодня — как вы относитесь к любви между друзьями? — Рюджин читает с планшета первый попавшийся вопрос, не затрагивающий темы вечной любви или чего-то столь мило-романтичного до скрежета зубов. — Имеется в виду отношения после достаточно близкой и долгой дружбы. Например, с детства.       Джинсоль кидает многозначительный взгляд на Сольюн, который Рюджин прочесть не может, потому что она осталась без понимания контекста. Дурацкое общение влюблённых глазами — Рюджин оно никогда не нравилось, и она даже не была уверена, что это реальная штука. Как оказалось, да.       Сольюн и Джинсоль будто пара из последних страниц любовного романа, которые обязательно закончится «И жили они долго и счастливо».       — Ну-у, не зря же говорят, что самая крепкая любовь начинается с дружбы. Лично мы с Бэй сначала были просто в одной команде, а потом она пригласила меня на свидание… да-да, именно она, не я.       «джинсоль стала инициативной ради сольюн»       «как мило я сейчас разревусь»       «Они мои родители. Извинитесь.»       «А ничего, что все точно так же говорили про Хванов???»       — Так а что про друзей детства?       — А это уже ситуация Йеджи и Хёнджина, — пожимает плечами Джинсоль.       Больше она не говорит, потому что Сольюн предупреждающе смотрит на неё. Наконец после безучастности на протяжении трети эфира Рюджин включается в обсуждение и включает следующую песню. Теперь они могут говорить вне эфира, услышать их никто не должен.       — Выкладывайте, — Рюджин заинтригованно хлопает себя по коленям.       — Я даже не знаю…       — Они хороши в дружбе, но в любви… Это смотрится несуразно, если говорить честно, — выпаливает Джинсоль, снова проявляя инициативу уже во второй раз за эфир. — Но, конечно, они наши друзья, и мы поддерживаем любой их выбор.       Сольюн вздыхает от облегчения и говорит: «Собственно, так всё и есть, спасибо, зайчик». Слова Джинсоль отзываются и в Рюджин. Конечно, она не знает о том, какой была дружба двух старшеклассников, которыми она раньше не интересовалась, но в любви они действительно несуразны, несмотря на всех их взаимодействия по канонам отношений.       Пора возвращаться в эфир.       — Думаю, теперь мы можем и принять пару звонков в перерывах между песнями. Что вы скажите?       — Что это будет увлекательно, — говорит Сольюн после неловкого прокашливания. Её щёки покрыты румянцем смущения после недавнего разговора об отношениях Йеджи и Хёнджина. Стереотип о сплетницах-чирлидершах рушится прямо на глазах Рюджин. — Никогда не звонила в эфир, хотя хотелось.       — Northwood High FM на связи, это спецэфир «Настройся на чувства». Слушаем ваш вопрос.       Сердце Рюджин снова почему-то замирает от знакомого голоса, мелодичного и нежного. Сольюн и Джинсоль снова напрягаются, тут же узнавая интонации подруги.       — Всем привет, это Йеджи, — по одному звуку её голоса очевидно, что она широко и довольно улыбается. — Раз уж меня упомянули на этом эфире, я бы хотела тоже кое-что упомянуть о следующем эфире. А именно о том, что он будет со мной.       «СТОЙТЕ ЧТООООО»       «йеджи всегда спойлерит крутые новости»       «пусть продолжает в том же духе!»       «Дуэт РюЙеджи снова вместе, и это не может не радовать»       «те слухи были правдой что ли…»       Рюджин буквально теряет дар речи и не знает, что отвечать. Анонс следующего эфир был запланирован на другое время и в другом формате — не в виде новостей непринуждённом тоном во время звонка другого эфира. Который ещё даже не закончился!       — Ты знаешь, как заинтересовать людей, Йеджи, — отвечает Рюджин, пока в голове мелькают воспоминания о первом спецэфире в рамках Дня святого Валентина. Сарказм — всё ещё лучшее оружие, единственное — против Йеджи. — Давайте перейдём к следующей песне — «A Sky Full of Stars» от Coldplay. За эту песню отвечала уже я.       «не кпоп, значит рюджин, потому что вкус джинсоль = вкус сольюн»       «неожиданный выбор песни… нашу любимую ведущую украли инопланетяне?»       «верните плиз рюджин я скучала о её сарказму»       «Интересно, о ком она думала, пока слушала песню?»       Рюджин старательно игнорирует чат и концентрируется на словах песни, чтобы не думать о словах Минджон. «Да и тем более по школе уже ходят слухи, а значит или ты, или твоя Йеджи не можете заткнуться», — слова въедаются в сознание. С каких пор Йеджи вообще её, Рюджин этого до сих пор не понимает.       Тот факт, что она перевернула всю её спокойную жизнь верх дном, ещё ничего не значит.

‘Cause you're a sky, ‘cause you're a sky full of stars,

I'm going to give you my heart.

‘Cause you're a sky, ‘cause you're a sky full of stars,

And cause you light up the path.

      Вместе с переменами в жизни всегда приходит хаос. Ты или борешься с ним, или привыкаешь к нему. Рюджин ещё не знает, что делать со своей персональной и настойчивой мисс Хаос.