Amor et Odium

Комната была пуста, но воздух в ней был тяжёлым, словно напитанным чем-то, что ещё не улеглось. Чишия медленно выпрямился, всё ещё глядя на выцарапанный символ на полу. Пальцы чуть дрогнули - всего на миг, почти незаметно. Он не был из тех, кого легко поколебать, но сейчас, когда перед ним лежало не просто доказательство, а нечто большее, его уверенность дала крошечную трещину. Он выдохнул, поджав губы. Всё это время он пытался убедить себя, что слухи были всего лишь страшилками, очередными байками, которыми запуганные студенты подкармливали друг друга. Но теперь он видел перед собой правду - вырезанную прямо на полу. Шунтаро тихо отступил назад, словно символ мог его сжечь, но холод в воздухе только усилился. Он чувствовал - здесь что-то произошло. Что-то ужасное. *** За несколько дней до того, как семинария охнула от новости о смерти, кое-кто уже знал, что это случится. Потому что именно он в этом участвовал. — Ты понимаешь, что ты сделал? — его голос был низким, пропитанным раздражением, но в нём не было ярости - лишь холодная, хищная насмешка. парниша перед ним дрожал. он сжался в углу своей комнаты, глядя на одного из культистов глазами, в которых блестел страх. Страх, смешанный с чем-то ещё. —Я... Я не хотел... - заикаясь, прошептал он. —Это была ошибка... — Ошибка? — парень склонил голову набок, словно разглядывая жалкую букашку. - Ты называешь это ошибкой? Он шагнул вперёд, а студент тут же вжался в стену, зажмурившись. — Пожалуйста.. Я-Я не мог... Я не хотел! тот лишь фыркнул, глядя на него сверху вниз. — Ах, так вот что ты говоришь, когда за слова приходится нести ответственность, да? — Его пальцы хрустнули, когда он сжал кулаки. — Сначала ты говоришь, что хочешь быть частью, а потом, когда становится жарко, бежишь, как крыса? — Я... Я не могу... Я не могу это скрывать. Я должен сказать! Он даже не успел договорить. чужая рука вцепилась ему в волосы, грубо дёрнув вверх, заставляя вскинуть голову. — Сказать? — прошипел он ему в лицо, и в его голосе, впервые за весь разговор, прорезалась искренняя злость. — Ты хочешь всё рассказать? — Пожалуйста... Я просто... Я не знал, что это зайдёт так далеко... стоящий напротив парень резко дёрнул его за волосы, заставляя вскрикнуть от боли. —Ты был с нами, ты давал клятвы. И теперь, когда тебе страшно, ты хочешь всё выболтать? —Я.. Я. —Ты что? - тот резко бросил его на пол. Парень жалко скрючился, закрываясь руками, но культист уже нависал над ним. — Думаешь, что тебя кто-то спасёт? Думаешь, что кто-то послушает? Голос его был почти ласковым, но в этой ласке было что-то хищное, ледяное. —Если ты расскажешь... тебя не просто выгонят, — продолжил он. — Ты исчезнешь. Парень сильнее задрожал, но в его взгляде мелькнула вспышка упрямства. —Тогда и ты... тоже... Щёку обожгла пощёчина. Резкая, звонкая, мгновенная. — Ты, сука, предал нас. Глаза его полыхнули ненавистью. Он медленно, почти лениво сел сверху, прижимая того к полу. - Ты... — он наклонился ближе, шепча прямо ему на ухо. — Слабак. Ты не достоин быть частью чего-то большого. Парень задёргался, но чужие пальцы уже сомкнулись на его шее. —Пожалуйста... — сипло выдохнул он, вцепившись в его запястья, пытаясь разжать хватку. — Не... —заткнись, — нависающий над ним скривился, словно от брезгливости.  Парень трясся. Он дёргался. В его глазах было столько ужаса. Но это не имело значения. тот не остановился. Руки сжались крепче, перекрывая воздух. Судорожные попытки вырваться слабели. Тело под ним конвульсивно дернулось в последний раз... и затихло. Он не сразу разжал пальцы. Не сразу понял, что сердце человека, лежащего под ним больше не бьётся. Только когда парень окончательно обмяк, когда голова его безвольно склонилась набок, когда из приоткрытого рта вырвался последний затухающий выдох - только тогда он медленно выпрямился. Он посмотрел на безжизненное лицо и неожиданно почувствовал скуку. — Жалкий, — выдохнул он, поднимаясь. Оглядевшись, он нахмурился. Нет, так оставлять нельзя. Всё должно выглядеть реалистично. Парень был худым, лёгким — не составило труда поднять его, закинув руку себе на плечо. Тело обмякло, болтаясь, как кукольное. Он уже прикинул, где именно это должно случиться. Балки под потолком крепкие. Здесь висели ржавые крюки — видимо, когда-то на них подвешивали керосиновые лампы. Подойдёт. В тишине он снял со своих брюков ремень и ловко намотал его на крюк, проверяя прочность. Затем, нагнувшись, расстегнул ворот рубашки мёртвого, оголив тонкую шею. Оттуда уже начали проступать тёмные полосы — первый признак удушья. Было бы проще, если бы он знал, как именно человек сводит счёты с жизнью. Сам? Медленно? Или в отчаянном порыве, судорожно карабкаясь вверх? Он решил оставить вариант с карабканьем. Подтащил перевёрнутый стул, усадил тело сверху, закинул ремень на шею. Неплохо. Оставалось последнее. Он шагнул за спину и рывком откинул на пол стул. Тело рухнуло вниз, натягивая петлю. Голова резко дёрнулась вверх, рот приоткрылся, и на мгновение показалось, что он ещё дышит. Но это была иллюзия. Он постоял немного, оценивая свою работу. Идеально. Ни следов борьбы, ни улик. Просто несчастный, который не выдержал. оставив в углу комнаты, где и произошло удушение некий символ, тот ещё раз оглядел комнату, убедился, что не оставил ничего лишнего, и только тогда вышел, тихо прикрыв за собой дверь. Тишина. Коридор был пуст. *** Шунтаро медленно провёл пальцами по линии рисунка, стараясь осознать, зачем его оставили. Чтобы напугать? Чтобы предупредить? Или это подпись? Он выпрямился, оглядел комнату. Здесь был кто-то ещё. Он чувствовал это. Или, возможно, это всего лишь остаточное присутствие - память о чём-то, что больше не должно было существовать. —Несчастный случай. Именно так все называли произошедшее. Студент, обычный, ничем не примечательный мальчишка, повесился у себя в комнате. Вечером его видели таким же, как всегда, а утром его нашли висящим в центре комнаты. Все выглядело... слишком реалистично. Но Чишия больше не верил в такие совпадения. —Странно, да? — голос Куины вывел его из размышлений. Она стояла в дверях, прислонившись к косяку. В темноте её силуэт казался почти призрачным, но в глазах не было ничего мистического - лишь холодный, оценивающий взгляд. —Что именно? - спросил он, хотя уже знал ответ. —и какого черта ты тут делаешь? —Всё. — Она шагнула внутрь, скрестив руки на груди. — Он был из тех, кто цепляется за жизнь, понимаешь? Ни один человек просто так не делает такой шаг. —а по поводу моего присутствия- ожидаемо было, что ты решишь продолжить играть в детектива. пришла помогать. Чишия молчал, позволив её словам осесть в воздухе. —И ещё, - добавила Хикари, нахмурившись, —у него не было пояса. Он чуть приподнял брови. — Что? —что слышал. У него не было ремня. Он никогда его не носил. не было нужды, у него половина гардероба из спортивных штанов состояла. удобно, плюс низ ведь всегда под сутаной скрывается.  да и сам он признавался в этом. когда живой ещё был. Чишия медленно кивнул. становилось все более интересно. —значит, кто-то позаботился о деталях. —Или хотел, чтобы это выглядело убедительно. девушка посмотрела на него в упор. —Ты же понимаешь, что это не самоубийство? блондин лишь усмехнулся. — Конечно. Тишина в комнате становилась почти осязаемой. Шунтаро медленно выдохнул, опуская взгляд обратно на рисунок. Грубые, неровные линии, будто выцарапанные в спешке. Или в ярости. — Ты нашла что-то ещё? — Он поднял голову к Куине, которая всё ещё стояла, скрестив руки, словно пытаясь сдержать нетерпение. — Пока нет, — признала она. — Но, Чишия… кто-то ведь должен был видеть, кто приходил к нему в ту ночь. — Если кто-то и видел, то молчит. Или боится говорить. Хикари закатила глаза. — Да кто их так напугал? Чишия не ответил. Он знал ответ. Или, по крайней мере, догадывался. *** Утро наступило почти неожиданно. Свет пробивался сквозь шторы, наполняя комнату тусклым светом. Чишия проснулся, чувствуя, как тяжело лежит на груди нечто неопределённое, тяжёлое, сковывающее. Он поднялся с кровати и первым делом направился к вещам Нираги. Его любопытство было сильнее страха, и теперь, когда утро было в разгаре, он решил, что настало время по-настоящему погрузиться в свое расследование . Он тихо подошёл к шкафу, осторожно приоткрыв дверцу, чтобы не сделать лишнего шума. Все эти вещи казались такими знакомыми, но что-то скрывалось. Что-то важное, что могло пролить свет на происходящее. по крайней мере казалось именно так. блондин вытащил пару свёрнутых бумаг и начал рассматривать их, словно пытаясь найти хоть что-то, что могло бы раскрыть этот пазл. На одном из листов он заметил странную запись, не схожую на обычные заметки связанные с учебой, пусть и пропускал черноволосый много. Это могло быть ключом. Он перевернул лист, пытаясь найти больше сведений, но не успел продолжить, как услышал шум открывающейся двери. в дверном проеме показался шатен, едва успевший вытереть волосы полотенцем. по его взгляду было видно, что он моментально понял, что происходило. блондин резко обернулся, но было уже поздно. Он замер, чувствуя, как внутри что-то сжалось. Всё происходящее превратилось в моментальный удар, как нож в спину. Нираги стоял в дверях, будто тигр, готовый прыгнуть. Его взгляд был полон недовольства и агрессии. —Ты роешься в моих вещах, Чишия? — его голос был тихим, но от этого ещё более опасным. Он шагнул вперед, резко захлопнув дверь ванной комнаты за собой.