Дети Дождя

В доме лесника тепло: всюду расставлены свечи, укрытые стеклянной крышкой, словно он совершенно не боится того, что любая из них может упасть и сжечь его деревянное жилище дотла, в углу главной комнаты стоит камин с обугленными брёвнами внутри, но вокруг всё равно так светло, что поначалу хочется зажмуриться от этого контраста с тёмной улицей. На полках развешаны самые разные травы, которые Джо пошёл изучать первым делом, как попал внутрь, и расставлены баночки с непонятной мутной жижей или растениями, книги сложены отдельными стопками на других, более толстых полках и в углу стола у стены, и тоже укрыты стеклянными крышками, будто защищёнными от чего-то, все окна закрыты плотными шторами, а в ящиках у противоположных стен, кажется, тоже должно храниться что-то важное, но Таки не решается спросить или проверить самому.  Всё в этом помещении расставлено почти вплотную друг к другу, будто вещей настолько много, что им не хватает места, и Таки действительно чувствует, как простора становится в разы меньше, а ему самому приходится почти прижиматься к Харуа, стоящему рядом. Но зато здесь светло и как-то непривычно спокойно. Даже стучащих по оконным стёклам и крыше тяжёлых капель дождя почти не слышно. Только сейчас, при свете, Таки может рассмотреть лесника — он явно старше их всех, кажется, на вид ему можно дать лет тридцать или немного больше, но на лице всё равно застыло хитрое выражение, да и сам он очень напоминает со стороны кота, только дикого и взъерошенного. Лесник кивает им на три стула и закрытые ящики, как бы говоря, где они могут расположиться, и Таки занимает место на стуле напротив камина, наблюдая за тем, как Николас и Ыйджу уходят к стене, Фума присоединяется к ним на ящиках, а Харуа садится на стул рядом с ним справа, и слева опускается Юма, сверля лесника хмурым взглядом. Маки залезает прямо на стол под недовольный взгляд хозяина дома, а Кей и Джо остаются стоять у полок с травами.  Вокруг стоит тишина, никто не решается произнести ни слова, с явным напряжением в телах и во взгляде наблюдая за тем, как лесник берёт одну из свечей, открывая крышку, и подходит к камину, зажигая огонь и подкидывая ещё сухих веток из кучи сложенных сбоку, чтобы дать ему разгореться. А едва он заканчивает свой незамысловатый ритуал и возвращает свечу на место, то встаёт рядом с камином, облокачиваясь поясницей на столешницу позади себя, и скрещивает руки на груди. Взгляд его всё такой же недовольный, но теперь уже более пытливый, будто всё возмущение хозяина дома перекрывает желание узнать, что же эти люди забыли в лесу. — Все идиоты, как на подбор. В Кархосте совсем всё плохо? — первым прерывает тишину он, и Юма тихо фыркает, отзеркаливая его позу и тоже скрещивая руки на груди. — А без оскорблений никак? — А это не оскорбление, а факт. Вы — идиоты, раз сунулись сюда, некоторые ещё и неподготовленные, — он кидает выразительные взгляды сначала на Фуму, а после на Кея, явно намекая на отсутствие каких-либо вещей у них. Кей сразу тушуется, опуская голову, а Фума держит лицо, хоть и явно напрягается. Но лесник лишь вновь обводит их взглядом и тяжело вздыхает, меняясь в лице, словно поняв, что так ничего от них не добьётся — все молчат, и Таки знает, что никто из них не доверяет этому человеку настолько, чтобы вступать с ним в диалог, хоть и он спас их, укрыв от ливня. — Хорошо, давайте по-другому. Без оскорблений, — он выразительно смотрит на Юму, на что тот только закатывает глаза. — Что вы забыли в лесу? Точнее, ладно, зачем вы сбежали сюда?  — В Кархосте совсем всё плохо, ты прав, — с сарказмом хмыкает Юма, а лесник щурится, несколько секунд сверля его взглядом, будто всеми силами сдерживая в себе новые оскорбительные фразы, но в итоге справляется с ними успешно. — А поподробнее?  — Они усиливают охрану у стен и серьёзнее занялись охотой на скитальцев, — подаёт голос Ыйджу, обращая на себя внимание лесника. Тот окидывает его внимательным взглядом, а после вдруг расплывается в широкой улыбке. — Надо же, даже махтар не выдержал. А я давно говорил, что до добра всё это не доведёт. — Что именно? — хмурится Бён. — Полный контроль, — лесник пожимает плечами. — Этот город сам по себе — тюрьма, так что я даже удивлён, как вы выбрались оттуда целыми и невредимыми.  — Стену подорвали… — негромко вставляет и сам Таки. — У нас был план побега, но… — он оборачивает на Харуа и Маки, и последний расплывается в улыбке, пожимая плечами.  — Но всё получилось даже лучше. — Подорвали говорите… — хмыкает лесник, и на его лице появляется какое-то странное удовлетворённое выражение. — Получается, революция близка. — Власти сделают всё, чтобы предотвратить дальнейшие попытки сбежать или помешать их работе, и устроят показательную порку, лишь бы больше ни у кого такого и в мыслях не возникало, — Ыйджу хмурится сильнее, а в его голосе проскальзывает строгость, привычная бывшему махтару, но лесник смотрит на него с снисходительной улыбкой, как обычно смотрят на несмышлённых детей.  — С каждым днём они сами делают хуже, начиная только сильнее давить на людей и ограничивать их свободу. Они всеми силами пытаются удержать власть в своих руках, но способы становятся всё ужаснее. Скоро они задушат горожан настолько, что в таких, как вы, превратится весь город. И тогда ситуация изменится далеко не в их сторону.  — Чем ближе крах империи, тем безумнее её законы, — тихо произносит Таки, вспомнив цитату, которую то ли прочитал в книге, то ли услышал от кого-то на улице, но на его слова лесник хихикает и кивает. — В точку. — Как тебя зовут? — наконец, решается спросить Таки, уже с интересом рассматривая лесника. — Тэрэ, — представляется он и добавляет. — Теперь уже бесфамильный.  Таки кивает, едва заметно хмурясь, задумываясь над его словами. Для властей у скитальцев нет личностей, а значит нет и имён, и фамилий, по которым их можно узнавать. И его имя тоже не родное, а фамилии уже давно нет. — Ты тоже беглец, выходит? — щурится Юма, а Тэрэ пожимает плечами, неопределённо качая головой. — Выходит, но я впервые вижу, чтобы кто-то ещё решился зайти в лес настолько далеко, так что, в какой-то степени, я вас уважаю. Хоть вы и всё ещё полные идиоты. Ну правда, какой нормальный человек сюда, вообще, сунется? — Юма приподнимает брови, выразительно смотря на лесника, а тот продолжает, но в чужом голосе всё равно слышится смех, который он так долго пытался сдерживать. — Только идиот и будет. Жили бы дальше в своём Кархосте, там хотя бы для людей безопасно. Относительно. — За решёткой сидеть как-то не хочется, — бурчит Юма, а лесник улыбается только шире.  — Ну да, там неприятно.  Он ещё раз осматривает всех собравшихся, словно задумавшись над чем-то, а Таки и сам поворачивается в сторону, ловя взгляд Харуа — тот всё ещё сидит в напряжении с сомкнутыми губами, словно пытаясь успокоить тревогу, и Таки улыбается другу, на что тот вздыхает, слегка качая головой. Но понять Шигету он может — тот всегда был мнительным, а встретить в этом лесу человека было слишком неожиданным для них всех. И даже несмотря на чужие высказывания про их родной город, которые все остальные держали при себе, хоть и, — Таки уверен, — думали точно так же, не было понятно, как он сам оказался здесь и каким образом смог выжить.  — Ладно, — вдруг шумно вздыхает Тэрэ. — Вы всё равно здесь, а отправить вас назад, означает отправить вас на верную смерть, поэтому навостряйте уши, дети, и слушайте.  Он замолкает на секунду, давая им возможность сосредоточиться, а сам меняет позу для удобства и прокашливается, будто готовясь к длинной речи. А едва он убеждается в том, что все его слушают, начинает говорить.  — Самое главное, что вы должны запомнить: аномалии везде. Если вы думаете, что их нет, значит плохо думаете. Чем дальше уходите в чащу, тем аномалий становится больше, поэтому вам надо быть внимательнее в два, а то и во все пять раз. — Что ты имеешь ввиду под аномалиями? — перебивает его Маки, а Тэрэ кидает на него недовольный взгляд, но отвечает. — Всё, что угодно, я бы даже не стал проверять. Лично у меня чаще всего в них исчезали вещи, а потом внезапно появлялись в другой части леса. На месте аномалий воздух дрожит, как будто над пламенем, поэтому будьте осторожнее. Таки кивает, кидая короткие взгляды на остальных, видя чужие сосредоточенные лица. Только вот, ему казалось, что Юма тоже должен знать что-то про этот лес, да тот и сам говорил об этом, но сейчас парень сидит молча, смотря на Тэрэ слишком внимательно, отчего Таки даже становится немного не по себе. — Дальше, — продолжает лесник. — Вбивайте себе это в голову: теней избегаем, в темноте надолго не остаёмся, если есть, чем шуметь, шумите, если нет — бегите. Ваши лучшие друзья в лесу — это огонь и свет, разводите костры и делайте факелы как можно чаще, тогда духи будут вас избегать. Но с шумом не перебарщивайте, только в момент опасности, иначе вы их разозлите.   Таки снова косится на Юму, сверяясь с его реакцией, но его лицо остаётся всё таким же напряжённым, внимательным и нечитаемым.   — Теперь про духов. Я вам не энциклопедия, чтобы говорить про каждый вид, просто знайте, что их тут ходит целая куча, но от большинства свет и огонь — главное оружие. Унду́ме — это мелкие паразиты, ворующие вещи и проникающие в ваш мозг. Они заставляют слышать тихий шёпот, и думать, что это ваши мысли, но сами по себе не представляют сильной опасности, просто понемногу сводят с ума. Они в основном и живут в тенях, поэтому вам от них нужно больше света. Далее мистáны — более противные твари. Вы их редко увидите, но всегда почувствуете, просто потому что вам станет плохо физически. Их тоже существует несколько видов, но, главное, знайте, что вот они-то точно сведут вас с ума, если будете поддаваться их влиянию. Короче, любые голоса, шёпот, силуэты даже если кажутся вам знакомыми — вам кажется. Не верьте ничему, что видите или слышите и просто игнорируйте, иначе свихнётесь. Дальше, нерми́ — это та хрень, которая тебя схватила сегодня за ногу, — он кивает Ыйджу, на что тот хмурится. — Он выглядит, как комок грязи и передвигается в основном под землёй. Ну, собственно, вы видели, шум его отпугивает.  Тэрэ замолкает на секунду, словно делая передышку, а после вздыхает, завершая свою речь, с усмешкой окидывая их прищуренным взглядом. — Есть ещё одна тварь, и я очень надеюсь, что её вы не встретите, но о ней завтра. Кажется, вам тут и так слишком много информации надо осмыслить. Ваше дело, следовать указаниям или нет, но если не будете, то подохнете уже к следующему утру. Лесник хмыкает, а Таки немигающим взглядом смотрит прямо перед собой, пытаясь уложить в голове всё то, что услышал. Но теперь становится ясно, что пусть и тяжело понять, какие именно духи обитают здесь, бороться с ними вполне реально. А значит, они могут продолжать свой путь.

*** 

В тесном помещении расположиться было тяжело. Тэрэ притащил потрёпанный старый матрас из своего личного склада в небольшой каморке, отдавая его в использование Таки, Харуа и Маки, которые, будто по умолчанию решили ночевать вместе, — хоть и Шигета активно протестовал против того, чтобы Маки ложился рядом с ним. Юму пришлось тащить к ним насильно, не давая тому спать сидя из-за нехватки места, но долго тот не сопротивлялся, сдаваясь под напором Таки. А остальных лесник расположил в своей комнате, постелив одеяла прямо на полу и накидав подушек — на свою кровать он запретил даже просто смотреть, но никто и не сопротивлялся, всё же лучше так, чем вовсе без крыши над головой.  Суета и разговоры постепенно стихают, давая возможность всё ещё продолжавшим стучать по крыше и стеклу каплям дождя доноситься до слуха, но в тепле, свете и окружении людей вокруг они звучат даже умиротворяюще, не так, как всегда, и это чувство кажется слишком странным, непривычным и диким — дождь не должен вызывать в нём спокойствия, но обманывать себя Таки не может. Возможно, это очередная аномалия, про которые так усердно рассказывал Тэрэ, а, может, его восприятие меняет обстановка вокруг, но он слишком устал, чтобы думать об этом ещё больше.  И глаза начинают слипаться, пока он наблюдает за тем, как лесник гасит огонь в камине и большую часть расставленных всюду свечей, оставляя лишь некоторые, создающие приглушённый свет. Кажется, будто он проваливается в сон всего на секунду, а просыпается от шевеления сбоку, и замечает, как тихо стало в доме — тот полностью погрузился в сон, но нет ни страха, ни тревоги. Наверно, ему стоит узнать у Тэрэ, почему так происходит.  Таки протирает глаза, приподнимаясь, видя, как Харуа и Маки сбоку от него мирно спят лицом друг к другу, и невольно улыбается, подумав о том, что однажды эти двое действительно начнут хорошо ладить. Он переворачивается на другой бок, замечая, как опустело место Юмы, а сама его фигура скрывается за дверью другой комнаты, и Таки вздыхает, ложась на спину и устремляя взгляд в потолок, наблюдая за слабой игрой света, что создают оставшиеся зажжёными свечи.  Настоящее стало проясняться с появлением Тэрэ и его кратким пособием по выживанию в этом лесу, но будущее остаётся туманным. Радует то, что духи не всесильны, как внушали им в городе, что с ними можно справиться, и даже прожить в лесу долгое время вполне себе реально, но он не хочет оставаться здесь. Тут всё ещё тесно, ограничения и поджидающая с каждого угла опасность давит на сознание, заставляя желать убежать ещё дальше, настолько, насколько это возможно. И пусть Таки понятия не имеет, кого они могут встретить за пределами леса, он знает точно — жизнь там есть. И надежда продолжает гореть внутри ярким пламенем. — Таки… Знакомый голос откуда-то со стороны окна заставляет его сесть на матрасе, удивлённо уставившись на тёмные шторы, за которыми, кажется, виднеется чей-то расплывчатый силуэт. Странно, потому что Юма, кажется, не шёл в сторону выхода, да и какой ему смысл выходить на улицу в дождь? Таки хмурится, но поднимается с места, даже не задумываясь. Если что-то случилось, то он не может его просто проигнорировать. — Таки… Он поджимает губы, но идёт к окну — сначала ведь надо всё проверить. Он просто посмотрит, что происходит за окном, никто ведь не запрещал просто раздвигать шторы. И Таки тянет руку к окну, но внезапное прикосновение к собственному плечу заставляет его крупно вздрогнуть, а вскрик застрять где-то в горле. Он резко оборачивается, но облегчённого выдыхает, видя за собой лишь непривычно серьёзного Тэрэ. — Не открывай, иначе его облик будет постоянным гостем твоих кошмаров. И сердце вдруг учащает свой ритм, а кожа покрывается холодными мурашками от осознания того, что, могло бы с ним случиться, если бы лесник не остановил его.