Часть 11. Комната Исповеди
7 марта 2025 г., 11:00
Гермиона была сплошным пятном ярости в последний день пребывания студентов в замке. Она не могла поверить в безрассудство Сириуса и Джеймса. Джеймсу следовало лучше обдумывать свои решения.
— Как бы ни была великолепна твоя ярость, искры от твоих волос поджаривают мой бекон.
— Я и забыла, как сильно я ненавидела Сириуса Блэка, — пробормотала она, протыкая тост.
— Очевидно, мадам, вы не возненавидели этого человека должным образом. Это как хорошее вино, ненависть зреет с годами, — Снейп отпил чаю.
— Я так чертовски старалась быть вежливой ради Джеймса и Гарри. Но он такой же сквернословящий, безответственный, эгоистичный...
— Поверь, я знаю о его наименее приятных чертах характера, тебе нет нужды перечислять их за завтраком.
— Джеймс воображает, что с возвращением Сириуса можно пуститься во все тяжкие. Готов переехать, как только Хогвартс-экспресс отойдет от станции.
— Я думал, это должно тебя порадовать. Твои покои снова будут твоими. Больше никаких сопливых детей. Если только ты не вернёшься в Отдел Тайн после того, как зелье будет готово.
— Если ты будешь работать такими темпами, я пробуду здесь до тех пор, пока Гарри не поступит в Хогвартс.
— Ты так говоришь, будто это что-то плохое, — ухмыльнулся Северус.
— Я предполагала, что ты захочешь как можно скорее убрать меня подальше от твоих восхитительно сальных волос.
— Я не нахожу тебя такой невыносимой, как других коллег. Ходят слухи, что Септима Вектор обзавелась семьёй и, возможно, захочет взять отпуск, чтобы выносить потомство.
Гермиона ухмыльнулась, услышав описание того, что большинство ведьм и волшебников находили прекрасным обрядом бракосочетания.
— Хотя если бы ты осталась профессором Защиты, я бы не возражал против продолжения наших регулярных дуэлей.
— Признайся, Снейп, я тебе нравлюсь.
— Я не люблю людей.
— Но я ведь не человек, правда?
— Полагаю, нет, — фыркнул он. — Ни у одного человека не может быть таких волос, как у тебя.
И вот так ее ужасное настроение немедленно улучшилось. У Снейпа была манера оскорблять ее и вытеснять из нее злость одновременно. Это было странное свойство, которое ей в нем нравилось.
Она сопроводила первую партию учеников до станции и к моменту отправления поезда была готова к следующим шагам.
Шаг первый: убить Василиска.
Шаг второй: выселить мальчиков из ее комнат.
Шаг третий: эксперименты и уничтожение крестража.
Шаг четвертый: спасение мира
Все это — план работ на лето.
Гермиона добралась до кабинета директора, где собиралась команда по уничтожению Василиска. Пока что там были только Северус, Сильванус Кеттлберн, Альбус и мужчина, который показался ей смутно знакомым, но она его не узнала.
— Сегодня Аластор принесет петухов. Нам понадобится Джеймс, чтобы попасть в Тайную Комнату, о, профессор Грейнджер, вы знакомы с Ньютом?
— Ньют Скаммандер? — её глаза расширились, — мы не знакомы, но я большая поклонница ваших работ, сэр. Для нас большая честь, что вы сегодня с нами.
— Спасибо, профессор, — улыбнулся ей Ньют. Он был ближе по возрасту к Альбусу, чем кто-либо другой в комнате, но лицо Северуса все равно скривилось.
— Есть ли хоть один волшебник, в которого вы не влюблены, профессор Грейнджер? — спросил он.
— Не обращайте на него внимания, мы тут, как и все влюбленные, спорим о типе камня для наших парных надгробий, — объяснила Гермиона. — Он хочет оникс, а я белый мрамор.
Ньют посмотрел на Альбуса, который только ухмыльнулся.
— Профессор Грейнджер замещает должность преподавателя Защиты от Темных Искусств, и я надеюсь завербовать ее на длительный срок. Студенты ее обожают.
— Больше похоже на то, что студенты её боятся, — сказал Сильванус с хриплым смехом. — Она надрала задницы половине моих выпускников в первый же день. Думал, что сойду с ума, увидев все их порезы и синяки.
Гермиона лишь ухмыльнулась.
— Есть ли новости о мистере Поттере? — спросил Альбус.
— Я все еще нахожу это невероятно увлекательным. Обрести способность говорить на парселтанге после смерти.
— Среди Невыразимцев существует теория, что это как-то связано с причиной смерти, — объяснила Гермиона. По ее расчетам, вероятность того, что это направление исследований возникнет сегодня, составляло 60%, но она не учла появление настоящего магозоолога вроде Ньюта. — Джеймса изначально убил известный змееуст, которым был Том Риддл.
— Я думал, его убил Тот-Кого-Нельзя-Называть.
— Да, он при рождении получил имя Том Риддл, — сказала Гермиона, она посмотрела на Альбуса. — Неужели это не общеизвестно?
Раздосадованный директор просто пожал плечами.
— Простите за опоздание, профессор, — воскликнул Джеймс, пыхтя и отдуваясь на пороге кабинета, — Ремусу было трудно уложить мальчиков спать.
— Не волнуйтесь, Аластор еще не пришел с петухами. Может, пока пойдём в Тайную Комнату?
Джеймс шел впереди, болтая с остальными. Гермиона и Северус остались позади.
— Он, конечно, любит быть в центре внимания. Неискоренимая черта, я полагаю. Ты знаешь, где находится вход в комнату?
— Знаю.
— И откуда ты знаешь?
— Однажды я сварила идеальное Оборотное зелье в пяти футах от её входа. Конечно, я была на втором курсе и ещё не знала, что там есть вход, пока не стало поздно.
—Ты ждешь, что я поверю, что ты сварила оборотное зелье на втором курсе? – фыркнул Северус.
— О, поверь мне. Я даже стащила шкурку бумсланга из личных запасов профессора.
— Ага! — Северус щелкнул пальцами и указал на нее. — Доказательство: у Слизнорта не было личного запаса ингредиентов для зелий.
— Как ты мог забыть нашего дорогого профессора Защиты в том году, — ухмыльнулась Гермиона. — Резерфорд Коббинс, Мерлин, упокой его душу, был известным разрушителем проклятий, увлекавшимся поиском… как бы это вежливо назвать… ночных бабочек в ночных переулках? И как уважаемый профессионал, конечно, не мог быть замечен в своем собственном облике.
— Я поймаю тебя в один прекрасный день, — пробормотал Северус.
— Я уверена, что так и будет, дорогой, — улыбнулась ведьма.
— Кеттлберн думает, — закатив глаза, произнёс Северус, делая вид, что ему совершенно все-равно на подобные сплетни, — что мы встречаемся, надеюсь, ты это знаешь.
Она остановилась и посмотрела на него, максимально точно копируя грустное лицо Лаванды Браун после расставания с очередной пассией.
— А разве это не так?
— Ты так думаешь?
Гермиона вернулась к своему обычному выражению лица и продолжила идти вперед.
— Нет, но это не было бы худшим вариантом, не так ли?
— Тогда, что было бы самым худшим?
— Ухаживать за мной, конечно. Я думаю, мы бы хорошо поладили, не правда ли?
— Что ты несешь, глупая женщина?
— Мы можем поговорить об этом позже, мы почти у цели.
— Ты делаешь это нарочно, да? — Северус чуть не врезался в нее, когда она остановилась у женского туалета на втором этаже. — Зачем мы здесь?
— Это вход в Тайную Комнату, точнее, не эта конкретная дверь, а одна из раковин внутри.
— Ты ожидаешь, что я поверю, что ты сварила оборотное зелье в туалетной комнате?
— Во второй кабинке, если быть точной.
— Ты и вправду самая бесящая ведьма.
— Но ты мог бы меня полюбить, — нараспев проговорила девушка, отчаянно пытаясь скрыть свой страх быть отвергнутой за дразнящей шуткой.
Волшебник просто смотрел на нее.
— Думаю, нам следует войти.
— Верно.
Они вошли в туалет, когда раковины уже двигались, и открывался проход в подземелье. В последний раз, когда она была здесь, был разгар битвы. Был ли Северус к тому моменту уже мертв или это было после? Весь день был размытым… ужасно, жутко размытым.
Она не позволит Северусу умереть в отвратительной Визжащей Хижине в одиночку.
Хотя он может быть убитым уже к концу лета, если не даст ей ясного отказа или не зацелует до потери сознания.
— Мы просто войдем?
— Я могу попробовать позвать Василиска, — сказал Джеймс. — Но я не слышу, чтобы он бодрствовал. Он обычно охотится на маглорожденных, если я правильно понимаю.
—Ты не будешь использовать Гермиону как приманку, — яростно сказал Северус. — Просто брось туда чертовых цыплят и дело с концом.
Сердце девушки сжалось. Может, ему было не все равно.
— Там внизу длинный коридор, а затем еще один вход. Что бы вы ни делали, не смотрите вверх.
— Как мандрагоры в этом году? — неожиданно спросила Гермиона.
— Они наконец-то вышли из подросткового возраста, — совершенно серьёзно ответил Северус. — Это худшее время года: сплошные прыщи, гормоны и громкая музыка.
— Они достаточно зрелые для тонизирующего напитка?
— Если потребуется… а что?
— Напомни мне, история про невезение из-за разбитого зеркала — это магловское суеверие или волшебное?
— Я думаю, просто магловское.
— Отлично, — Гермиона наложила Редукто на одно из зеркал и раздала каждому по осколку. — Заглядывайте за углы с помощью зеркала.
— Блестяще профессор Грейнджер, — сказал Ньют, с радостью принимая его. — Это позволит избежать смертоносного взгляда глаза-в-глаза. Полагаю, ваш Мастер зелий достаточно искусен, чтобы сварить лекарство от окаменения?
— Именно так, — Гермиона передала еще несколько осколков зеркала, в том числе и Грюму, который проворчал что-то о том, будет ли она настаивать на передаче зеркал и петухам тоже.
— Что ж, мы спускаемся, — сказал Джеймс. Грюм последовал за ним, далее Ньют и Альбус. Сильванус спустился вниз с помощью Гермионы. Она собиралась прыгнуть в туннель, когда Северус остановил ее.
— Что?
— Это слишком опасно.
— Северус, ты же знаешь, что я способная ведьма.
— Ты слышала, что сказал Джеймс, оно охотится на маглорожденных.
Гермиона очень внимательно посмотрела на него.
— Ты просишь меня остаться?
— Не заставляй меня умолять.
— Северус, ты этим признаёшь, что я тебе нравлюсь?
— Если я скажу «да», ты останешься?
— Нет, но я позволю тебе проявить благородство и пойти впереди меня.
— Гермиона.
Ведьма провела рукой по его лицу.
— При таком раскладе существо умрет еще до того, как мы доберемся туда.
— Я... я... пожалуйста, не заставляй меня потерять тебя, — прошептал он.
— Я уже говорила тебе, Северус – одинаковые надгробия, на меньшее я не согласна, и я не пойду без тебя.
— А, так значит самоубийство?
— Если дойдёт до этого, - ухмыльнулась она.
Из глубины туннеля раздался скрип металла.
— Мы отстаем.
Прокричал петух, и из бездны за ее спиной поднялось облако пыли.
Северус расслабился.
— Пойдем, разграбим труп Василиска.
Они прошли по туннелю, держа зеркала на уровне глаз, пока не достигли главного зала. Волшебники, которые уже были там, с волнением обследовали теперь безопасную пещеру.
— Он, конечно, любил змей, да? — спросила Гермиона.
В первый раз Грейнджер не удалось как следует рассмотреть комнату. Та была меньше, чем она помнила. Может, это была оптическая иллюзия, потому что труп Василиска, который она видела тогда, практически полностью истлел и состоял из костей, тогда как этот был еще теплым. Или таким теплым, каким может быть тысячелетняя змея-убийца грязнокровок.
Северус вытащил из кармана маленькую коробочку и увеличил ее. Внутри был жуткий набор инструментов для вскрытия.
Гермиона вытащила сумку из складок мантии и достала свои принадлежности.
В течение следующих пяти дней Гермиона и Северус тщательно собирали, документировали и консервировали все пригодные ингредиенты для зелий, собранные с трупа. Они сняли шкуру и начали процесс ее обработки в пригодную для выделки кожу.
— Я полагаю, ты потребуешь себе пару перчаток из кожи змеи? — спросил Северус, продолжая исписывать футы пергамента различными проектами, которые он хотел осуществить с частями Василиска. В его списке были перчатки, ботинки и фартук для приготовления зелий.
— Я сказала, что ты должен сохранить все, что не будет использовано для уничтожения крестража. У нас есть три литра чистого яда и полная пасть клыков. Для уничтожения крестража нужна всего лишь капля.
— Да, но…
— Никаких «но», Северус. Это твоя оплата за зелье, которое спасет Гарри. Кожа твоя. Кости твои, глазная и прочие жидкости твои.
— Но ты тоже собираешь урожай.
— Когда еще мне представится возможность помочь Мастеру Зелий добыть и разделать целого Василиска?
— Зубрилка.
— Но я тебе нравлюсь.
— Я думаю, что да.
— Хорошо.
— Действительно?
— Кажется, ты мне тоже нравишься. А теперь, о насущном: означает ли, что антимагические свойства кожи Василиска требуют иной выделки, нежели шкура дракона?
Они закончили сбор урожая спустя неделю, ни капли крови или чешуи не было потрачено зря. У портного-специалиста было достаточно шкуры для осуществления всего заказа из списка Северуса. Остальное было бережно сложено в запасном классе зелий. Кости были отсортированы, измельчены или сохранены для будущего применения.
— Этим классом теперь нельзя будет пользоваться, надеюсь, это не доставит тебе слишком много хлопот, — сказала Гермиона, закончив левитировать последние позвонки на парту.
— У меня есть несколько потенциальных покупателей на часть материала. Олливандер хочет попробовать использовать кость в качестве основы для палочки.
— Правда? Сердечная жила сработала?
— Он не упомянул, - пожал плечами Северус, - но ты же знаешь Гаррика, он настоящий Мастер-ремесленник.
— Так и есть.
— Нам следует навестить его этим летом.
— Он меня не вспомнит, Северус, но это хорошая попытка.
— Стоило попробовать, готова к экспериментам над зельем?
— С тобой?
— Да.
— Всегда.
