Пленница

В доме Самиры стояла гнетущая тишина. Слуги и рабы торопились выполнять свои обязанности, избегая взгляда хозяйки, чья ярость пылала как неукротимый огонь. Слухи о побеге Лиры разлетелись по дому быстрее ветра, и все знали: за подобное ослушание Самира не простит.

***

Вечером всех рабынь согнали в общую гостиную — просторное помещение с тяжёлой мебелью, приглушённым светом и запахом пролитого вина. Обычно это место было наполнено смехом клиентов и звоном монет, но сегодня оно пропахло страхом. Женщины, дрожа, стояли в ровном ряду, стараясь не привлекать внимания. Каждая из них знала: наказание, которое ждёт Лиру, станет уроком для всех. Двери распахнулись, и в комнату вошла Самира, величественная и устрашающая. За ней двое стражников втащили Лиру. Девушка была ослаблена, но в её глазах застыл ужас. — Пусть все видят, что бывает с теми, кто осмеливается бросить мне вызов, — произнесла Самира холодным, почти равнодушным голосом. Солдаты грубо втолкнули Лиру в центр комнаты. Под потолком висела толстая балка, используемая для подвешивания светильников, но сегодня она послужила другой цели. Её руки связали и подняли над головой, привязывая к балке. Она оказалась на цыпочках, едва касаясь пола. Ноги Лиры закрепили за колонны стоящие по бокам, так что бы девушка была распята. Самира медленно приблизилась. — Разденьте её, — коротко бросила она. Слуги, дрожа, подбежали к Лире и начали срывать с неё одежду. Ткань падала на пол клочьями, и вскоре она осталась совсем обнажённой. Её кожа побелела от холода и страха. Рабынь, стоявших в углу, сковал ужас. Некоторые отвернули лица, но стражники тут же рявкнули, заставляя всех смотреть. Самира стояла напротив, величественная и жестокая. В её руках был кнут — длинный, тонкий и гибкий, с кожаным хвостом, сделанным, чтобы причинять невыносимую боль. Она не собиралась поручать это кому-то другому. Наказание Лиры должно было стать её личной демонстрацией власти. — Ты думала, что сможешь обмануть меня, обокрасть? — её голос был холодным и низким. — Думала, что твоя жалкая попытка побега останется без последствий? Сегодня ты узнаешь, что такое настоящая боль. С этими словами Самира сделала шаг вперёд, её движения были медленными и размеренными. Она подняла кнут, и он со свистом взвился в воздухе.

***

Первый удар был внезапным, и от звука, с которым кнут рассёк воздух, у рабынь, собравшихся в комнате, кровь застыла в жилах. Кнут впился в спину Лиры с такой силой, что девушка завопила, её тело резко дёрнулось, но верёвки удерживали её на месте. На коже осталась первая багровая полоса, уже начинающая набухать. Самира не остановилась. Она отступила на шаг назад и снова взмахнула рукой. Кнут рассёк воздух и ударил по Лире чуть ниже первого следа, оставляя новый кровавый рубец. Её крик наполнил комнату. — Кричи громче, — ледяным голосом произнесла Самира. — Пусть остальные слышат, что бывает с предателями. Моли о пощаде! Третий удар пришёлся по уже по израненной коже, и Лира дёрнулась всем телом. Кровь начала проступать тонкими линиями, стекая вниз и капая на деревянный пол. Её дыхание стало прерывистым. Четвёртый и пятый удары легли крест-накрест, словно вырезая на её спине узор из боли. Каждое движение кнута было отточено, Самира не промахивалась. Она ударяла с такой силой, что Лира снова и снова вопила… нет она не кричала, она вопила вкладывая в свой вопль все свои силы… Седьмой удар был самым сильным. Кнут обвился вокруг тела Лиры, задев бок и рёбра. Девушка выгнулась от боли и снова закричала. — Ты упрямая, — произнесла Самира с тихим злорадством. — Но я всё равно сломаю тебя. Она сделала паузу, давая Лире перевести дыхание. Но это было не милосердие, а жестокий расчёт. Едва девушка смогла сделать глубокий вдох, следующий удар пришёлся на нижнюю часть её спины. Лира вскрикнула, её тело дрожало.

***

С каждым новым ударом кнут разрывал её кожу всё сильнее. К девятому удару спина Лиры представляла собой кровавую картину, на которой багровые полосы пересекались, оставляя глубокие раны. Её дыхание было прерывистым, силы покидали её, но Самира всё ещё продолжала. На десятом ударе Лира сорвалась с крика на хриплый стон. Её голова бессильно свесилась, а тело повисло на верёвках. Она больше не могла сопротивляться, даже её ненависть утонула в бездне боли и отчаяния. Самира остановилась, проводя рукой по рукояти кнута. — Это тебе за попытку бежать и воровство, — сказала она, голос был холодным как лёд, — Я должна была показать всем, кто здесь хозяйка. С этими словами она бросила кнут на пол, подошла к Лире и грубо схватила её за подбородок, заставив посмотреть ей в глаза. — Запомни этот урок, северянка. Следующий раз будет хуже.

***

Она отошла, а слуги бросились развязывать Лиру. Её тело рухнуло на пол. Белоснежная спина кровоточила, покрытая глубокими, ужасными ранами. Комната снова погрузилась в тишину, лишь слабые стоны Лиры нарушали её, пока её обессилившее и изувеченное тело уносили прочь.