Детишки

      Суббота – чудесный день. Кустард ничего так не обожал, как субботу. В этот день не надо в школу, не надо делать уроки, а что самое главное, так это то, что у его отца тоже выходной. Но даже такой аргумент, как выходной, никогда не мешал Ваниле просыпаться в шесть утра. Почему и зачем? Видимо, это останется загадкой до поры до времени.       Утро началось почти хорошо, если бы не запах из кухни. Честно, Кустарду было даже страшно заходить на кухню, поэтому он до последнего валялся в постели. Но его идиллию прервал стук в дверь. – Кустард, ты проснулся? Завтрак готов, – Эти слова звучали как смертный приговор. – Ещё пять минуточек... – Промямлил ребенок, накрываясь одеялом с головой. – Время уже почти одиннадцать, голова болеть будет, – Отдалённо прозвучал голос родителя, а затем затих. Видимо, там на кухне опять что-то пригорело.       И ведь действительно пригорело. То, что должно было быть панкейком, сейчас было больше похоже на графские развалины. Ванила молча посмотрел на свое кулинарное творение, и решил, что Кустарду это лучше не видеть. Он сам потом это съест. Наверное. – Что скажешь насчет того, чтобы прогуляться, и позавтракать в пекарне? – Спросил Ванила через плечо, когда Кустард наконец-то соизволил зайти на кухню. Нужно было скорее убрать своё творение, чтобы Кустард даже не увидел его. – А что там с завтраком? – Кустард встал на носочки, пытаясь заглянуть через плечо отца, но очевидно, что эти попытки были тщетны. – Видимо, сегодня я встал не с той ноги, – Ванила всё же выбросил сожженные панкейки, и повернулся к сыну лицом. – И видимо, не с той ноги я встаю постоянно... – Может, кому-то нужно научиться отдыхать в выходной? – С упреком сказал Кустард, сложив руки на груди. – Кто вообще в здравом уме встает в шесть утра в СУББОТУ? – Знаешь такую фразу: "Кто рано встает, тому Бог подаёт"? – Кустард положительно кивнул. – Ну так вот не верь в это. Я встаю рано только потому, что у меня режим такой. – В выходные не бывает режимов, – Кустард закатил глаза, и направился в свою комнату, чтобы переодеться.       В конце концов, они отправились в пекарню, перекусили, и немного прогулялись. В мыслях Ванилы иногда мелькал Шадоу Милк. Они давно не виделись, наверное, недели две. По всей видимости, заболела Кэнди все-таки серьезно. А написать Ванила всё никак не решался. Да, они с Шадоу друзья, но... Было немного непривычно писать ему без веской причины. Обычно они переписывались только насчет занятий, и, довольно редко по другим мелочам. Но если Ванила был огорчен таким долгим отсутствием контакта с Шадоу Милком, то Кустард ликовал по полной. Хотя, тот немного скучал по Кэнди. Всё таки, творить всякую фигню было веселее вдвоём. – Кэнди всё ещё болеет? – Скучающе спросил Кустард, лёжа на диване рядом с отцом. – Видимо, да, – Ванила прикрыл глаза, чувствуя странную усталость. – А когда поправится? – Кустард даже не смотрел свой любимый бредовый мультик. – Не знаю, – Ванила открыл глаза, и зевнул, как вдруг на телефон поступило сообщение. Любимая сестра Здарова! Как поживаете? Давно я не писала, да и ты чего-то затих Случилось что?       Увидев сообщение от сестры, Ванила невольно улыбнулся. Да, они действительно давно не общались. Особенно в этом году. – Опять этот шут написывает? – Кустард сморщился, увидев улыбку на лице отца. Обычно, Ванила всегда так улыбался, когда ему писал Шадоу Милк. – Нет, это Холлибери, – Спокойно ответил Ванила, уже печатая ответ.       Услышав знакомое имя, Кустард тут же засиял. Он любил свою тётю, и считал её крутой, часто даже равняясь на неё. – Тётя Холлибери? А что она пишет? Покажи-покажи! – Кустард подтянулся, и заглянул в чужой экран.

Вы

Привет

Прости, что давно не писал

У нас с Кустардом всё хорошо, у тебя как дела?

Любимая сестра Лучше не куда У меня отпуск начался Надеюсь, вы не против гостей?       Увидев последнее сообщение, и еле как прочитав его, Кустард соскочил с дивана, и запрыгал от радости. – Ура, тетя Холли приедет! – Кустард запрыгнул обратно на диван. – Напиши, что мы только рады! – Хорошо-хорошо, – Ванила слегка посмеялся от такой яркой реакции.

Вы

Мы только рады

Кустард в не себя от радости

Любимая сестра Ну мой малой! Значит сегодня вечером выеду, ждите       Кустард весь день был в предвкушении. В последний раз они виделись полтора года назад, с того момента Кустард успел подрасти. Ванила же решил больше не рисковать, и заказал еду на вечер. Всё таки, травить сестру своими шедеврами в его планы не входило.       Время близилось к ночи, и в дверь наконец-то поступил долгожданный звонок. Кустард пулей выбежал открывать дверь. – Боже, какие люди! А вымахал то как! – Холлибери зашла в квартиру с распростёртыми объятиями, тут же заключая в них племянника. – Да, вырос! На целых восемь сантиметров! – Кустард слегка поежился, когда тетушка потрепала его волосы, а затем широко улыбнулся, показывая отсутствие зуба на верхнем ряду. – Ну, я не с пустыми руками. Я тебе тут привезла кое-что, – Женщина достала пакет, и протянула племяннику. – Я ведь не была на твоем семилетии, и не отправляла ничего. Поэтому вот тебе в качестве извинений.       Кустард открыл пакет, и раскрыл рот, когда увидел содержимое. В пакете был большой набор конструктора. Кустард просто обожал подобные игрушки, готов был хоть часами собирать и строить города. – СПАСИБО! – Кустард снова накинулся с объятиями. – Ты самая лучшая тётя на всем белом свете, ты знала это? – Ну, кажется, теперь знаю, – Холлибери посмеялась. – Так, а где же мой драгоценный братишка?       После этих слов из комнаты сразу вышел Ванила. Увидев сестру, он тут же подошел к ней. Не задумываясь, Холлибери крепко обняла брата, чуть приподнимая его. – Боже, ты что, с концлагеря сбежал? – Холлибери поставила брата на место, и не смотря на радость, смотрела слегка строго. – Я же тебе отправляла различные видео о питании. Ты что, опять проигнорировал? – Не эти слова я хотел бы услышать от сестры, спустя долгое время разлуки... – Ванила виновато улыбнулся. – Ты у меня ещё получишь, – Холлибери слабо двинула брата по плечу. – Видимо я как раз вовремя приехала, откормлю вас обоих. – Правильно-правильно, а то папа вообще ни ест, ни спит, – Поддакивал Кустард, пытаясь открыть свой конструктор. – Вот так значит? – Холлибери сложила руки по бокам, и прищурила глаза. – Что-то ты совсем от рук отбился, братишка. Ну ничего, тетя Холлибери наведет тут порядок.       Ванила лишь стыдливо отвел взгляд. Он уже взрослый человек, у него даже сын есть, в конце то концов. А отсчитывают его так, словно это он здесь семилетний ребенок. Вздохнув, и всё таки посмотрев на сестру, Ванила предложил поужинать, попить чай, и поговорить. – И как работа идет? Много кто обращается к тебе? – Холлибери закинула в рот корочку от пиццы. – Ну вполне достаточно, с деньгами сейчас всё стабилизировалось, – Ванила отпил чай, и посмотрел на Кустарда, который уже весь измазался в сырном соусе. – Ну и хорошо, а то я так переживала в первое время, – Холлибери взяла салфетку, и протерла Кустарду рот. На лице женщины промелькнуло чувство вины. – Уж прости, что так давно не навещала. – Ничего, тогда мне нужно было принять и привыкнуть к... Новой жизни, – Ванила вздохнул, и вырисовывал на кружке замысловатые узоры. – В те времена нам всем было тяжело.       Холлибери заметно поникла. Воспоминания попадали по самому больному. Учуяв хандру, Кустард схватил кусочек пиццы, и потихоньку сбежал из кухни. Не хватало ему ещё щас испортить себе настроение. Как он тогда будет играть в конструктор?       Шел второй час ночи, Кустард уже давно заснул, прям на полу, так и не достроив город из конструктора. А двое взрослых до последнего сидели на кухне, поддавшись меланхолии. – Да, нам всем всё ещё не хватает Лили, – Полушепотом проговорила Холлибери, отпивая из банки пива, которое сама же и привезла. – Она бы тебе сейчас дала по шее, за твоё то питание. – Да... Прошло уже два года, а я всё никак не выкину мысли о том, что если бы она тогда всё же дождалась меня, если бы не вызвала это несчастное такси... – Ванила поджал губы, и опустил взгляд. – Может быть, тогда бы она сейчас была жива... – Прошлое не вернуть, что прошло, то прошло, – Женщина тяжело поставила банку на стол, и посмотрела на мрачное лицо брата. – Если бы она не умерла в тот день, то могла бы умереть в любой другой. Никто не застрахован от этого. – Да, я понимаю, но... – Ванила тяжело выдохнул, чувствуя подступающую рвоту. Так было всегда, когда он начинал размышлять о смерти жены. Это навязчивое чувство вины словно змея, окутывало и душило, шептало на ухо что-то мрачное. Хотелось верить, что Лили умерла по причине, по чьей-то вине, чтобы винить кого-то. Так было легче. Но вот только винил Ванила себя, а не кого-то постороннего, а от этого легче не становилось.       Холлибери поджала губы, и без слов подсела ближе к брату, крепко обнимая. Она тоже чувствовала вину. Она чувствовала, что должна была быть рядом в те тяжелые моменты, но вместо этого лишь отдалилась. Возможно, тогда она была уверена, что брату нужно было время остаться наедине, все обдумать и принять. Но сейчас она понимает, что все слова Ванилы о том, что ему нужно побыть одному, были лишь отмазкой, чтобы лишний раз не напрягать близких людей. Всю свою жизнь она была словно щитом для брата. Как старшая сестра, она считала своим долгом быть опорой для Ванилы. Холлибери была той, кто помогла Ваниле сделать первые шаги, потом научила бегать, а чуть позже кататься на велосипеде. Если мяч попадал в колючие кусты, она первая рвалась достать его, лишь бы не расстраивать брата. Всю жизнь она была рядом, даже когда в этом не было необходимости. Но тогда, когда в её присутствии действительно нуждались, её не было. – Прости меня... – По щекам Холлибери потекли редкие, но пропитанные долго сдерживаемыми эмоциями слезы.       Пьюр резко оторвался от объятий, и удивленно посмотрел на сестру. Похлопав глазами, и увидев слезы сестры, по его собственным глазам тоже потекли слезы. – О чём ты? Ты не должна- – Должна. Я твоя сестра, единственная старшая сестра, и я не была рядом, когда тебе это было нужно, – Холлибери прикрыла лицо руками, и поставила локти на стол. – Ну вот почему ты такой? Всё то у тебя хорошо, но лишь на словах. Почему ты всегда врешь мне?..       Ванила открыл рот, чтобы что-то сказать, но не нашелся с ответом, и поэтому лишь обратно закрыл рот. Он не знал ответ. Он всегда учил Кустарда не врать, но сам делает это постоянно, уже даже не осознавая и не замечая этого. Ванила вытер одинокую слезу, и посмотрел на сестру, положив руку ей на плечо. Он знал, что Холлибери хочет всего лучшего для него, и для всех, кто ей близок. Он тоже желает всем лишь счастья, но вот только в отличие от сестры, он делает только хуже. – Прости меня, Холли... – Ванила обнял сестру за плечи, и прикрыл глаза. – Я знаю, что поступал глупо, постоянно обманывая тебя. Но я лишь хотел как лучше, правда хотел... Но получилось как всегда.       Холлибери молчала какое-то время, позволяя слезам стекать со своих щек, пока в какой-то момент не вытерла их. Женщина обняла брата в ответ, похлопывая его по спине. К этому жесту она привыкла ещё с детства. Каждый раз, когда Ванила плакал, она обнимала его, и слабо хлопала по спине, шепча тихие обещания, что все будет хорошо. – Глупый братишка... – Холлибери отстранилась от объятий, и положила руки Ваниле на плечи, смотря на него со слабой улыбкой. В её глазах читалась слабая печаль, и не скрытая любовь. – Только попробуй мне еще раз соврать. Я поручу Кустарду следить за тобой, и он будет докладывать всё мне. Понял?       Ванила слабо посмеялся, и кивнул.       Как же все-таки хорошо, что помимо субботы существует ещё и воскресенье. По указу Холлибери, Ванила отправился в магазин, чтобы пополнить продукты. Тетушка Холи обещала провести мастер-класс по готовке. По её словам, даже безрукий инвалид научится готовить, ведь под её руководством и не такие чудеса случались.       Кустард же остался под присмотром тетушки, пока его великолепный отец добывает пищу. – Ну и чем же тебя кормит твой горе-папаша? – Не отрываясь от готовки, спросила Холлибери. – Иногда травит меня своей стряпней, – Не задумываясь, сказал Кустард, а затем замер. – Только папе не говори, а то не особо хочу его обижать... Но он правда ужасно готовит. – Ну с этим не могу не согласиться, – Тетушка лишь рассмеялась, переворачивая сырник. – Иногда травит своей стряпней, а иногда? – А иногда, точнее почти всегда, заказывает доставку, или в кафешках всяких кормит, – С набитым ртом сказал Кустард. – М-да уж, – Критически вздохнула Холлибери. – Придется мне вылепить из твоего папы повара, прежде чем уехать. – Уехать? – Кустард печально посмотрел на тетю, и отложил сырник в сторону. – И когда же ты уедешь? Оставайся подольше, а то я до своего восьмилетия тут точно не доживу, с папиной то стряпней... – Ну только не распускай нюни, я тут на неделю примерно, – Холлибери дожарила последний сырник, и положила его на большую тарелку к остальным. – Посмотрим ещё, как что выйдет. Может задержусь. – Задержись, с тобой всегда веселее, – Кустард закинул в рот последний кусочек сырника, и откинулся на спинку стула, хлопая себя по животу. – Фух, я объелся.       Прошел второй час, а горе-папаши так и не виднелось на горизонте. В это время дуэт племянника и тёти уже успели собрать город из конструктора, разрушить его, под предлогом появления Годзиллы, потом снова построили, а затем на город напали инопланетяне, и город снова был разрушен. – Ну где же папа? – Кустард откинул полицейскую машинку, и улегся на пол. – Нам не хватает старейшины колдуна, который выведет выживших жителей из разрухи, и приведет их в волшебный сад! – Что насчет старой ведьмы, которая нашлет на летающую тарелку неизбежное бедствие? Тогда город можно будет снова построить, – Холлибери протянула к лицу племянника фигурку женщины с зелёной кожей. – Или, может, в городе появится дракон?       Кустард смотрел в потолок, нахмурив брови. С тетушкой конечно было весело, но вот если бы папа был рядом, было бы веселее вдвойне. А он куда-то пропал, будто его украл тот самый ещё не прилетевший в город дракон. И тут Кустарда словно осенило. Ну конечно, его папу точно украли! Только это сделал не дракон, а шут гороховый. Ребенок соскочил с пола, и хмуро посмотрел на тетю. – Папу украли! – В глазах ребенка было столько уверенности и злости, что Холлибери даже смогла сдержать смех. – Ты на него жучка посадил? – Усмехнувшись, спросила женщина. – Или он тебе по духовной связи сообщил?       Кустард сложил руки на груди, и цокнув языком, закатил глаза. И откуда этот ребенок берет такие дурные жесты? – Да нет же, – Кустард фыркнул, и снова сел на пол, отодвигая разруху из конструктора, которая когда-то была городом. – Папу украл шут. Точнее не украл, а отвлёк его. – Шут, значит? – Холлибери поджала губы в тонкую линию, чтобы не засмеяться. Лицо драгоценного племянника сейчас было слишком серьёзным. Но его бредовые слова, да ещё и с таким уверенным видом, только подливали масло в огонь. Поэтому Холлибери прокашлялась, чтобы отогнать порыв смеха. – Они сейчас определённо сидят где-нибудь, скорее всего в кафе... И мило болтают, – Кустард скорчил лицо, в отвращении высовывая язык. – Я не вынесу, если папа додумается привести этого идиота домой!       После последних слов племянника на лице Холлибери медленно пропала улыбка, и тогда уже выступило недоумение. Если верить словам мальчика, то Ванила мог сейчас с кем-то гулять, мило болтать, и... – Погоди, у твоего папы есть кто-то особенный, да? – Осторожно спросила женщина, выглядя при этом не менее серьезно, чем племянник. – И он водит этого человека домой?.. – Ага, он с ним ещё и переписывается! И каждый раз улыбается, когда видит сообщения от этого клоуна, – Если бы была такая функция, то лицо Кустарда точно сейчас позеленело бы. Он откинулся назад, падая на спину. – Ну почему папу так привлек этот придурок?       Лицо Холлибери сейчас нужно было видеть. Обычно смелая и весёлая женщина сейчас выглядела так, будто кто-то умер. Она помолчала, смотря на разруху из конструктора, пытаясь осмыслить слова племянника. Они с Ванилой вроде всё наладили. По крайней мере, так казалось Холлибери. Неужели братишка решил скрывать, что у него появился любовник? Нет, конечно это полностью его дело, он взрослый человек, к тому же похоронил жену. И проблема даже не в том, что по всей видимости этот загадочный человек - мужчина, Холи относилась к такому абсолютно нормально. Просто Кустард отзывался об этой персоне так, будто этот самый человек сломал ему жизнь. А это не есть хорошо. А если эти двое занимались своими непотребствами прямо в этом доме? И вдруг Кустард был свидетелем?.. О боже, состояние Холлибери сейчас было не передать словами.       Кажется, она не так всё поняла...       Спустя ещё час, Ванила всё же вернулся домой. С порога его встретила сестра, выглядя при этом странно. Она осмотрела брата с головы до ног, и, к своему сожалению, подметила, что тот был не просто помятым, а очень помятым. Щеки Ванилы были слегка красные, а дыхание было таким, будто он только недавно смог отдышаться. О боже-       – Простите, я не думал, что так сильно задержусь, – Ванила лишь виновато посмеялся, поставив пакеты на пол, и снимая с себя обувь. Затем взгляд упал на выражение лица Холлибери. – Что такое? Что-то случилось? – Ну наконец-то ты пришел! – Не дав тетушке ответить, Кустард выскочил из своей комнаты. – Почему ты так долго? – Извините, просто были некоторые недоразумения, а ещё я немного залип в книжном магазине... – Ванила поднял пакеты, и пошел на кухню, ставя их на стол. – Слушай, давай поговорим? – Наконец-то сказала Холлибери, и посмотрев на Кустарда, снова подняла взгляд на брата. – Наедине. – Конечно, а что за повод? – Недоуменно спросил Пьюр. – Кустард, разбери пока что пакеты. – Это нечестно! Я тут значит пакеты разбираю, а вы секретничаете? – Вслед им пробурчал ребенок. – Так, и что за повод? – Переспросил Ванила, закрывая дверь в своем кабинете. Лицо сестры было неестественно серьезным. – Неужели что-то случилось? – Ванила, мы ведь договаривались не врать и не утаивать ничего друг от друга, так ведь? – Спокойно начала женщина, садясь на диванчик. – Ну да, – Ванила сел рядом, всё ещё искренне не понимая, в чем же дело. – А что такое?       Холлибери вздохнула, и посмотрела на брата. Было что-то такое в её взгляде, что напрягало Ванилу. Он слегка съëжился, и прокашлялся, пытаясь разрядить обстановку. – Ванила, я всё понимаю. Я не должна лезть в чужое дело, но только до того момента, пока это не касается моего племянника, – Холлибери посмотрела в окно, а затем на Ванилу. – То, что ты делаешь - неправильно. – О чем ты? – Во взгляде блондина появилось только ещё больше непонимания. – Я знаю, что об этом сложно говорить, но я твоя сестра, я бы в любом случае поняла и приняла бы тебя, – Продолжила женщина. – Прости, но я уже всё знаю. Кустард мне всё рассказал. – О чем? – Ванила слегка нахмурился, ощущая, как уже в край вылетает из реальности. – Слушай, я правда не понимаю, что я должен был тебе сказать.       Вздохнув, Холлибери опустила взгляд, а затем подняла его на Ванилу. Женщина взяла брата за руку, и уверенно посмотрела ему в глаза. – Водить своего любовника прямо в дом, где тебя ждет семилетний сын - это не то чтобы плохо... Это ужасно! – Эти слова повисли в воздухе.       Тишина заполнила собой всю комнату. Ванила хлопал глазами, смотря на сестру, и та в свою очередь делала то же самое. – О боже, какой ещё любовник?! – Громко сказал Ванила, тут же покрываясь румянцем от стыда, когда до него наконец-то дошел смысл сестринских слов. – Что здесь происходило, пока меня не было? О чем вы таком вообще говорили? – Ванила, просто скажи как есть, – С упреком проговорила Холлибери. – Я не знаю, как зовут этого мужчину, но Кустард кличил его как "шут", или же "клоун".       И тут до блондинистой макушки Ванилы наконец-то дошла вся суть ситуации. Издав странный звук, Ванила тут же рассмеялся, откидываясь назад на спинку диванчика, оставляя теперь уже Холлибери в недоумении.

***

– Ну откуда мне были знать, что этот твой Шадоу Милк вовсе и не любовник, а твой друг? – Досадно сказала Холлибери, отпивая крепкий чай. – Кустард описал его так, будто вы... – Ничего подобного, мы просто друзья, – Всё ещё смеялся Ванила, слегка красный от всей этой смущающей ситуации. – И помятый я был только потому, что спешил домой, ведь сегодня обещали дождь. – Ну и дела... – Женщина покачала головой, и на губах появилась улыбка. – Но я в любом случае рада, что ты не ушел в отшельничество, а начал заново социализироваться. – Ты не подумай, Шадоу действительно хороший друг, просто Кустарду он почему-то не понравился, – Всё ещё ощущая неловкость, сказал Ванила. – Ну, нашему буке мало кто нравится, – Усмехнулась Холлибери. – Да уж, надо было сразу же нормально поговорить, а не устраивать весь этот цирк. – Теть Холи, если бы этот клоун был папиным любовником, меня бы в этом доме уже не было бы, – Сказал Кустард, входя на кухню. Да, он ещё не знал истинного значения слова "любовник", но пока что ему всё равно рано об этом знать.