Тёмные свадебные обеты

Лирисия проснулась от мягкого, но настойчивого толчка. Кто-то аккуратно тряс её за плечо, и она медленно приоткрыла глаза, пытаясь сфокусироваться в полумраке гостиной Слизерина. Перед ней стоял Римандо Крауч — красивый кудрявый блондин с голубыми глазами и загорелой кожей. Его лицо было серьёзным, но в уголках губ играла легкая улыбка. Лира моргнула несколько раз, пытаясь понять, где она находится. В этот момент она почувствовала, что обнимает кого-то. Это была Эридия, спящая рядом с ней на диване. Её темные волосы рассыпались по подушке, а дыхание было ровным и глубоким. Лира осторожно высвободилась из объятий сестры, стараясь не разбудить её. — Что тебе нужно? — пробормотала Лира, её голос был хриплым от сна и выпитого. Она попыталась сесть, но голова закружилась, и она поморщилась, прижав ладонь ко лбу. Римандо присел рядом на край дивана, его голубые глаза внимательно следили за ней. — Ты явно перебрала с огневиски вчера, — заметил он, слегка усмехнувшись. — Но сейчас уже утро, и тебе пора собираться. Сегодня твой первый учебный день, и ты опоздаешь, если не поторопишься. Лира замерла, пытаясь вспомнить события прошлого вечера. Память возвращалась медленно и смутно: разговор с Августином через зеркальце, решение об отречении, затем бесконечные часы размышлений с Эридией… И, конечно, огневиски, которое они выпили, пытаясь справиться с напряжением. — Первый учебный день? — повторила она, её серебристые глаза расширились от удивления. — Я совсем забыла… Она попыталась встать, но комната начала кружиться вокруг неё. Римандо тут же подхватил её за локоть, помогая сохранить равновесие. — Спокойно, — произнес он, его голос был мягкий, но уверенный. — Ты не в лучшей форме, это очевидно. Дай мне помочь тебе. — Почему ты вообще здесь? — спросила Лира, всё ещё чувствуя себя немного растерянной. — И почему ты так беспокоишься обо мне? Римандо на секунду задумался, затем ответил: — Август попросил меня присматривать за его любимой сестричкой. — Его тон стал чуть теплее. — Он сказал, что ты можешь оказаться в трудной ситуации, и я должен быть рядом, чтобы помочь. Лира нахмурилась, её пальцы машинально нашли подвеску на шее — подарок Августина. Она почувствовала смесь благодарности и раздражения. Брат всегда считал необходимым защитить её, даже находясь далеко. Особенно после смерти Валерия. — Я могу позаботиться о себе сама, — произнесла она, хотя её слова были не полностью убедительными. Голова всё ещё болела, а ноги казались ватными. — Возможно, — ответил Римандо, не выпуская её руку. — Но сегодня у тебя первый день, и ты явно не в состоянии идти на занятия без помощи. Давай я провожу тебя до Гриффиндорской башни. Лира хотела возразить, но поняла, что он прав. Её мысли были запутанными, а тело — слишком усталым, чтобы спорить. Она кивнула, позволяя ему помочь ей встать. Он помог Лире надеть кофту, которую она оставила на спинке дивана перед сном, и поддерживал её, пока они шли через коридоры Хогвартса. Утренний свет только начинал просачиваться через высокие окна, окрашивая их путь в мягкие золотистые тона. Лира шла молча, погружённая в свои мысли. Вчерашний разговор с Августином продолжал эхом звучать в её голове. Как они смогут защитить его? Как семья справится с этим ударом? Римандо, заметив её задумчивость, решил перевести ее мысли на более лёгкую тему: — Ты готова к своему первому уроку — зельеварение? — спросил он. — Профессор Снейп может быть строгим, но он ценит тех, кто действительно знает предмет. — Если честно, я сейчас готова лишь доползти до своей спальни, — ответила Лира, слабо улыбнувшись. — Хотя зельеварение — это то, что меня всегда интересовало. — Тогда ты точно понравишься Снейпу, — сказал Римандо. — Он любит учеников, которые увлечены своим делом. Они подошли к портрету Полной Дамы, охранявшей вход в Гриффиндорскую башню. Лира повернулась к Римандо, её лицо стало серьёзнее. — Спасибо, что довёл меня, — произнесла она. Римандо кивнул, его голубые глаза стали мягче. — Я знаю, что ты справишься, — ответил он. — Ты всегда была сильной, даже когда казалось, что всё потеряно. Авг рассказывал мне всё. Лира улыбнулась, хотя внутри её всё ещё терзали тревожные мысли. — Кстати, ты знала, что основатель факультета Слизерин — Салазар Слизерин, был влюблен в Полную Даму? — Римандо наклонился к ее уху, чтобы портрет не услышал его. Лира обернулась на него и улыбнулась. Махнула ему рукой, произнесла пароль, вошла в Гриффиндорскую гостиную, где уже начали собираться другие ученики. Гермиона, заметив её, сразу подбежала. — Лира! — воскликнула она, её карие глаза наполнились беспокойством. — Ты в порядке? Где ты была? Лира покачала головой, давая понять, что сейчас не время для объяснений. — Позже расскажу, — прошептала она. — Сейчас нужно подготовиться к урокам. Гермиона кивнула, принимая её слова без лишних вопросов. Лира направилась к своей спальне, чувствуя, как её внутреннее напряжение начинает уступать место новому дню. Она знала, что проблемы семьи не исчезнут сами собой, но сейчас у неё был выбор: сосредоточиться на учебе или позволить всему этому поглотить её. И она выбрала первое. По указаниям Гермионы Лира аккуратно сложила нужные книги в свою сумку, стараясь не перегрузить её лишними вещами. Она выбрала учебники для предстоящих уроков — зельеварение, защиту от тёмных искусств и историю магии. Гермиона, как всегда, была внимательна к деталям и напомнила ей взять также пергамент, чернильницу и несколько перьев. Затем Лира заколола свои платиновые волосы небольшим чёрным бантом, который она нашла в своей спальне. Этот аксессуар добавил её образу строгости, но при этом остался достаточно элегантным. Переоделась в белую рубашку и чёрную юбку, идеально подходящие для школьной формы. Она пшикнула немного своих любимых ванильных духов, которые создавали вокруг неё мягкое, успокаивающее облако аромата. — Ты выглядишь отлично, — одобрила Гермиона, осматривая её с ног до головы. — Теперь давай поторопимся, завтрак уже скоро закончится. Девушки направились в Большой зал, где ученики собирались за своими столами. Когда они подошли к Гриффиндорскому столу, Лира заметила Рона, Джинни и других друзей, которые приветствовали её с интересом. — Лира! — воскликнул Рон, его рыжие волосы были всё ещё взъерошенными после сна. — Где ты пропадала? Мы тебя ждали на матче! Представляешь, меня сбили и на ворота пришлось поставить Маклагена. Лира почувствовала легкий приступ вины. Она знала, что они волновались, но сейчас не могла рассказать им правду. — Простите, я… была занята, — ответила она, избегая их взглядов. — Вчера вечером просто не смогла вернуться вовремя. Джинни приподняла бровь, явно не поверив этому объяснению, но решила не настаивать. — Ну, это неважно, — сказала она. — Ты пропустила худший матч. Пуффендуй победил нас! Рон фыркнул, его лицо стало красным от смущения. — Да, мы провалились, — признал он. — Честно говоря, я даже не знаю, что случилось. Они летали как демоны! Гермиона покачала головой, её голос был мягче. — Не стоит так расстраиваться, Рон. У вас будет возможность реабилитироваться. Лира присела рядом с друзьями, чувствуя себя немного неловко. Она знала, что должна разделить их разочарование, но её мысли всё ещё были заняты событиями прошлой ночи. — Я уверена, что следующий матч будет лучше, — сказала она, стараясь звучать уверенно. Рон кивнул, хотя его выражение лица оставалось печальным. — Спасибо за поддержку, — пробормотал он. — Нам точно нужно больше тренировок. Джинни, тем временем, продолжала рассказывать о ключевых моментах матча: — Самым удивительным было то, как Ханна Аббот поймала снитч! — воскликнула она. — Мы все были в шоке. Лира улыбнулась, представляя себе эту сцену. Хотя её сердце болело из-за проблем семьи, она почувствовала, как её начинает затягивать в круг обычных школьных разговоров. Это было приятное отвлечение от тревожных мыслей. — Звучит впечатляюще, — ответила она. — Может быть, в следующий раз я смогу посмотреть матч целиком. — Обязательно! — подхватил Рон. — На этот раз мы будем готовы. Гермиона положила руку на плечо Лиры, её карие глаза стали внимательнее. — Если тебе нужно поговорить, — тихо произнесла она, — мы всегда здесь. Что бы ни случилось. Лира кивнула, благодарная за поддержку. Она знала, что пока не может рассказать им всю правду, но их дружба давала ей силы двигаться вперёд. После завтрака они вместе отправились в сторону первого урока. Лира чувствовала, как её платиновые волосы, собранные в аккуратную прическу, колышутся из-за сквозняков замка. Она знала, что день будет насыщенным, но была готова встретить его с высоко поднятой головой. Ведь иногда даже в самых сложных ситуациях можно найти маленькие моменты радости — такие как дружба, которая помогает пережить любые испытания. И хотя её семья сейчас стояла на пороге большого кризиса, Лира решила, что сделает всё возможное, чтобы сохранить их честь и помочь Августину найти свой путь. Но сейчас — время учиться, быть частью школы и жить настоящим. Первым утром после сложной ночи Лира направилась на урок зельеварения, чувствуя легкое головокружение от вчерашнего огневиски. Она шла по коридорам Хогвартса вместе с Гермионой, которая подробно объясняла ей, какие ингредиенты они будут использовать сегодня и как важно следовать рецепту до последней точки. Когда они вошли в класс, Лира заметила Дафну Гринграсс и Пэнси Паркинсон, которые уже заняли места у одного из рабочих столов. Увидев её, девушки махнули руками, призывая подойти. — Лирисия! — позвала Пэнси, её зеленые глаза блестели даже в полумраке подземелья. — Иди к нам! Дафна добавила: — Мы хотим поработать вместе с тобой. Я могу сесть с Блейзом, Тео с Амадео, а ты тогда с Пэнс. Что скажешь? Лира колебалась лишь секунду. Хотя она была благодарна за поддержку Гермионы, возможность поработать с однокурсниками со Слизерина казалась более привлекательной — это могло ей помочь с отношением профессора к ней. Она кивнула и присоединилась к ним, стараясь не показывать своё внутреннее напряжение. Пэнси сразу же начала раскладывать ингредиенты, её движения были точными и уверенными. — Сегодня будем готовить Зелье для усиления концентрации, — сообщила она, доставая маленькую баночку с мелко нарезанными листьями валерианы. — Оно должно получиться идеальным, если всё сделать правильно. Пэнси, тем временем, проверяла температуру котла, её чёрные волосы были аккуратно собраны в хвост. — Профессор Снейп очень строг, но справедлив, — добавила она. — Если ты покажешь хорошие результаты, он обязательно оценит. Урок начался, и Снейп, как обычно, вошёл в класс с характерным шорохом своей мантии. Его тёмные глаза скользнули по ученикам, но, к удивлению Лиры, он даже не обратил особого внимания на новенькую. Лира сосредоточилась на рецепте, который был выведен на доске. Несмотря на легкое головокружение от вчерашнего перебора с огневиски, её руки были точными, а мысли — ясными. Возможно, годы, проведённые в Шармбаттоне, где требования к зельеварению были ещё выше, сыграли свою роль. Она методично добавляла ингредиенты: три капли масла мандрагоры, щепотку порошка жабренька и, наконец, несколько листьев валерианы, которые нужно было размять перед добавлением. — Твои движения безупречны, — прошептала Пэнси, наблюдая за процессом. — Ты точно знаешь, что делаешь. — Это из-за школы, — ответила Лира, её голос был спокойным. — В Шармбаттоне зельеварение, особенно на факультете Веритэ, — одно из самых важных предметов. — По тебе и не скажешь, что вы с Эри всю ночь пили огневиски, — улыбнулась Пэнси. — Тео и Амадео сказали, что предлагали проводить вас обеих до ваших спален, но вы отказались и Эри даже попросила у Блейза ещё одну бутылку огневиски. Лира не нашлась что ответить. Когда зелье начало принимать нужный оттенок — глубокий сапфировый с легкими золотыми искрами, — Лира почувствовала легкое удовлетворение. Даже в таком состоянии она сумела создать совершенное зелье. Только благодаря годам тренировок в школе и дома. Наступило время проверки. Снейп медленно обошёл класс, его длинные пальцы касались краёв котлов, а нос втягивал пары, чтобы определить качество работы учеников. Когда он подошёл к столу Лиры, его лицо оставалось бесстрастным, но, сделав глоток её зелья, первого зелья, которое он попробовал, он задержался на долю секунды дольше обычного. — Превосходно, — произнёс он, его голос был низким и ровным, но в нём проскользнула нотка удивления. — Мисс Шевалье, вы явно хорошо подготовлены. Гриффиндорцы, сидящие поблизости, повернулись в её сторону, их лица выражали смесь удивления и недоверия. Лира знала, что её успех вызовет вопросы, но сейчас ей было всё равно. Главное, что она доказала свои способности, даже находясь в сложном состоянии. — Я же говорила, что она будет великолепна, — сказала Пэнси, когда Дафна обернулась, улыбаясь во весь рот. — Профессор Снейп всегда видит талант. Дафна согласно кивнула. — Сегодня ты лучшая, — добавила она, подмигнув Лире. — И это только начало. Он даже Эдмонда не похвалил. Лира почувствовала, как её серебристые глаза немного потеплели. Несмотря на все проблемы, связанные с семьёй, она обнаружила, что может найти утешение в том, что делает хорошо. Зельеварение стало для неё своего рода якорем, который помогал сохранять равновесие в этом бурном мире магии. Когда урок закончился, Гермиона, Рон и Гарри подошли к ней, их лица были смешанными — между восхищением и недоверием. — Как тебе это удалось? — спросила Гермиона, её карие глаза блестели от любопытства. — Ты выглядела… почти профессионально. Лира пожала плечами, стараясь сохранить скромность. — Может быть, это просто хорошая практика, — ответила она. — В Шармбаттоне мы много занимались зельями. Рон фыркнул, но Гермиона схватила Лирисию за руку, её движения были решительными, хотя голос оставался мягким. — Скоро начнутся Чары, пошли, — произнесла она, слегка ускоряя шаг. — Флитвик может быть строгим, если опоздаешь. — Ты действительно потрясающе варишь зелья, — продолжила Гермиона, когда они шли по винтовой лестнице, ведущей к классу Чар. — Нам нужно будет как-нибудь поработать вместе. Я бы многому научилась у тебя. Лира улыбнулась, хотя её мысли всё ещё были заняты событиями прошлого вечера и разговором с Августином. — Конечно, — ответила она. — Но я тоже могу чему-то у тебя поучиться. Например, как успевать делать домашнее задание вовремя. Насколько я поняла, у тебя это хорошо получается. Я, например, никогда не успеваю. Гермиона рассмеялась. — Это целое искусство, — сказала она. — Но ты быстро освоишься. Главное — не откладывать дела на потом. Когда они достигли класса Чар, внутри уже начинали собираться другие ученики. Профессор Флитвик стоял на своём обычном месте, держа в руках палочку и готовясь продемонстрировать новый заклинательный трюк. Лира заметила Дафну и Пэнси, которые занимали места в дальнем углу, но решила остаться с Гермионой. — Выбирай место, — сказала Гермиона, указывая на свободные парты ближе к передней части класса. — Профессор Флитвик любит, когда ученики садятся вперед. Лира выбрала парту рядом с окном, где свет был особенно ярким. Она достала свою палочку и учебник, стараясь скрыть легкое волнение. Урок Чар всегда казался ей одним из самых интересных, хотя в Шармбаттоне их подход к предмету был немного другим. Профессор Флитвик начал урок с демонстрации нового заклинания Вингардиум Левиоса в его расширенной версии, которая позволяла поднимать более тяжелые объекты. Его маленькая фигурка двигалась по классу с удивительной энергией, а голос звучал громко и чётко, несмотря на его небольшой рост. — Сегодня мы будем практиковать это заклинание на новых предметах, — объявил он, хлопнув в ладоши. — Каждый должен выбрать что-то тяжелее, чем перо. Например, вашу сумку или даже парту! Класс встретил это заявление смешанными реакциями: кто-то зааплодировал, кто-то выглядел обеспокоенным. Рон, который сидел чуть дальше, пробормотал что-то насчёт того, что его сумка слишком тяжёлая для такой магии. Гермиона повернулась к Лире, её глаза блестели. — Давай попробуем! — предложила она, указывая на свою тяжёлую книгу по истории магии. — Если сможем поднять её, это будет отличным началом. Лира кивнула, беря книгу в свои руки. Она сосредоточилась, вспоминая технику, которую преподавали в Шармбаттоне. Взмах палочки, правильное произношение формулы… Но ничего не произошло. Книга осталась лежать на столе, словно насмехаясь над её попытками. Лира повторила заклинание ещё раз, добавив больше силы в движение палочки, но результат был тем же. — Что-то не так, — пробормотала она, чувствуя, как её серебристые глаза начинают наполняться тревогой. — Обычно это должно работать… Гермиона внимательно наблюдала за её действиями, затем наклонилась ближе. — Может быть, ты слишком сильно нажимаешь на последнем движении? — предположила она. — Попробуй сделать взмах чуть мягче. Лира кивнула, стараясь скрыть своё разочарование. Она снова попробовала, следуя совету Гермионы, но книга всё ещё не поддавалась. Вокруг другие ученики уже успешно поднимали свои предметы — даже Рон справился с его тяжёлой сумкой, хотя и с некоторым трудом. Лира почувствовала, как внутри её растёт чувство вины. «Как я могу быть достойной семьи Шевалье, если не могу даже выполнить простое заклинание?» Её мысли вернулись к родителям, к их высоким стандартам и ожиданиям. Она представила себе их разочарованные лица, если бы они узнали об этой неудаче. Сердце сжалось от страха перед собственными страхами. — Не переживай, — прошептала Гермиона, заметив её напряжение. — Это нормально, когда что-то не получается с первого раза. Но Лира не могла просто отмахнуться от этих мыслей. Она закрыла глаза, глубоко вдохнула и попыталась успокоиться. «Ты ведь всегда была хороша в Чарах. Просто сосредоточься.» Она снова взмахнула палочкой, теперь более уверенно, и чётко произнесла: — Вингардиум Левиоса. На этот раз книга дрогнула, а затем медленно начала подниматься в воздух. Сначала лишь на несколько сантиметров, но потом всё выше и выше, пока не зависла примерно на уровне её лица. — Да! — радостно воскликнула Гермиона, хлопая в ладоши. — Я же говорила, что у тебя получится! Рон, который продолжал бороться со своей сумкой, повернулся к ним. — Наконец-то! — проворчал он, но в его голосе прозвучало искреннее восхищение. — На секунду я подумал, что ты решила сохранить всю свою магию для зелий. — Вы не проходите такое в Шармбаттоне? — Поинтересовался Гарри. — Просто у меня на факультете больший упор на зельеварение. Лира улыбнулась, хотя её лицо всё ещё выражало легкое смущение. — Просто нужно было найти правильный подход, — ответила она, опуская книгу обратно на парту. — Иногда даже практика не гарантирует успех с первого раза. Гермиона кивнула, её карие глаза стали серьёзнее. — Именно поэтому важно не сдаваться, — сказала она. — Магия требует терпения и концентрации. Ты сделала это, и это главное. Лира почувствовала, как её уверенность начинает возвращаться. Она знала, что семья Шевалье всегда ждала от неё совершенства, но сейчас понимала: иногда ошибки и неудачи делают человека сильнее. Её серебристые волосы качнулись, когда она решительно повернулась к Гермионе. — Спасибо, — произнесла она. — Твой совет действительно помог. Профессор Флитвик, услышав возглас Гермионы, подошёл к их столу. — Отличная работа, мисс Шевалье, — одобрил он, его маленькие глаза блестели за очками. — Вижу, что вы быстро осваиваетесь. А теперь попробуйте поднять что-нибудь посложнее. Лира кивнула, её сердце забилось чаще. Она выбрала свою сумку, одну из самых тяжёлых вещей что имела при себе, и сосредоточилась. На этот раз всё пошло гладко — сумка легко поднялась в воздух. — Вот это да! — воскликнул Рон, наблюдая за её успехом. — Похоже, ты всё-таки можешь делать всё идеально. Лира покачала головой, её улыбка стала немного шире. — Просто нужно время, чтобы найти свой ритм, — ответила она. На уроке ЗОТИ, Лира тренировалась с Парвати, успешно применяя защитные заклинания. Гарри, заметив её навыки, поинтересовался, откуда они. Лира объяснила, что в семье Шевалье обучение самообороне — часть традиций. Гарри предложил помощь, если ей когда-либо понадобится совет. Кабинет Истории Магии был большим и тут собрались сразу все четыре факультета. На уроке у профессора Бинса Лира пыталась сосредоточиться, но монотонный голос преподавателя вызвал легкую дремоту. Однако она заметила, как несколько парней из других факультетов начали перешептываться, указывая на неё. Один из них, ученик Когтеврана, даже попытался передать записку, предлагая встретиться после занятий. Лира игнорировала это, скрывая раздражение. Гермиона исправно записывала конспект, не отвлекаясь. Но переданную записку заметили Лаванда с Парвати, которые засмеялись и стали шутливо дразнить Лиру. Во время обеденного перерыва совсем не хотелось есть, и Лира предупредила Гермиону, что выйдет подышать свежим воздухом. Она направилась к внутреннему дворику Хогвартса, где можно было спокойно посидеть на скамейке и подумать. Воздух был прохладным, а легкий ветер колыхал её платиновые волосы, придавая момент особую тишину. Не успела она устроиться на каменной скамье, как рядом появился Сапфо Блэк. Его чёрные волосы были безупречно уложены, как всегда, а каждое движение говорило о его уверенности. — Лирисия Шевалье, — произнёс он, слегка склоняясь к ней. — Как я понимаю, ты уже освоилась в Хогвартсе? Лира повернулась к нему, стараясь сохранить спокойствие. Она уже поняла, что Сапфо не относится к тем, кто легко сдаётся. — Да, спасибо, — ответила она, её голос был ровным, но в глазах читалась лёгкая настороженность. — А что тебя привело ко мне? Сапфо улыбнулся, его белоснежные зубы блестели даже в полумраке. — Пойдешь на вечеринку Слиза на следующей неделе? — Возможно. Но у меня много дел, чтобы думать о чем-то таком незначительном, как вечеринка. Сапфо фыркнул, явно не веря её словам. — Конечно, дела, — протянул он, его тон стал чуть насмешливее. — Но разве иногда не стоит позволить себе немного расслабиться? Ты ведь новенькая, и тебе нужен проводник в этой школе. Лира начала терять терпение. Её серебристые глаза стали холоднее. — Я справлюсь сама, — произнесла она, вставая со скамьи. — И не думаю, что мне нужен проводник, особенно такой… настойчивый. В этот момент рядом появился Римандо Крауч. Его кудрявые светлые волосы были взъерошенными от ветра, а голубые глаза внимательно следили за происходящим. — Занятная беседа, — заметил он, обращаясь к Сапфо. — Но позволь напомнить тебе одну вещь: не все девушки нуждаются в твоём «внимании». Некоторым достаточно собственных сил, чтобы справляться с жизнью. Сапфо повернулся к Римандо, его взгляд стал более серьёзным. — И что? — спросил он, явно не желая уступать. Римандо пожал плечами, сохраняя спокойствие. — Если ты будешь слишком назойливым, то можешь столкнуться с моими защитными заклинаниями, — ответил он, слегка усмехнувшись. — А они, поверь, не такие приятные, как комплименты. Сапфо задержал взгляд на обоих, затем фыркнул и отошел, бормоча что-то себе под нос. — Спасибо, — тихо сказала Лира, когда Сапфо исчез из виду. — Я начинаю думать, что он никогда не оставит меня в покое. Римандо улыбнулся, его голос стал мягче. — Не переживай, — ответил он. — Люди вроде него обычно быстро теряют интерес, если их попытки не дают результатов. Просто игнорируй его, если он снова начнёт. Лира кивнула, чувствуя благодарность за поддержку. Римандо мог быть одним из тех, кто понимал её положение. — Иногда это действительно сложно, — призналась она. — Но я не хочу, чтобы меня воспринимали только как представительницу семьи Шевалье. Римандо внимательно посмотрел на неё. — Ты права, — сказал он. — Твой талант говорит сам за себя. И те, кто действительно ценит людей, а не их родословную, это поймут. Они ещё немного поговорили, пока Лира не решила вернуться в замок. Её серебристые волосы качались на ветру, а внутри её появилось чувство, что она не одинока в своей борьбе. Римандо Крауч стал для неё не только защитником, но и человеком, который понимал её лучше других. Когда они разошлись, Лира почувствовала, как её уверенность начала расти. Она знала, что Сапфо Блэк и другие парни могут продолжать свои попытки, но теперь у неё была ясная цель: показать всем, что она — не просто имя и фамилия, а самостоятельный человек, способный принимать решения сама. Это вдохновляло. Лира вернулась в комнату Гриффиндора, где решила сделать домашнюю работу заранее. Ее знаний хватало, чтобы сделать задание по зельеварению даже не прибегая к учебнику. По Чарам нужно было сделать конспект параграфа, а по Истории Магии — тест, который Гермиона пообещала дать списать. Вечером Лира пригласила Эридию на прогулку у озера, сестры разговорили. Лира поделилась своим первым днем, о удаче на зельеварении и неудаче на чарах. Эридия поддерживала ее. Они поговорили и о Августине. Когда Лира рассказала о Сапфо, Эридия предложила написать письмо лорду Блэку, Лира посмеялась и пообещала — если до конца недели он не прекратит, то она так и сделает. Лира шла рядом с сестрой, её платиновые волосы развевались на ветру, а взгляд был задумчивым. Она всё ещё не могла понять, почему так много людей проявляют к ней интерес. — Эри, — нарушила она молчание, — почему во мне заинтересовано столько человек? Я просто ученица, как и все остальные. — Ты забываешь об одном важном факте, — ответила она. — По Малфою сохнет половина школы, а тут внезапно появляется якобы его сестра. Кто бы не захотел заполучить твое внимание? Лира приподняла бровь, явно удивлённая таким объяснением. — Но я же не настоящая сестра Малфоя, — возразила она. — И почему они думают, что это имеет значение? — Потому что семья Малфоев — это символ власти и влияния, — продолжила Эридия, её голос стал серьёзнее. — Когда ты появилась, связав себя с ними даже формально, ты автоматически стала объектом внимания. А когда добавить к этому твою фигуру, характер, внешность… Да и богатство, которое уже все заметили… То становится понятно, почему тебя преследуют такие, как Сапфо Блэк или другие «охотники за состоянием и властью». Лира поморщилась, услышав это. Ей было неприятно осознавать, что люди видят в ней лишь средство для достижения своих целей. — Но это же глупо, — пробормотала она. — Я не хочу быть товаром или трофеем для кого-то. — Знаю, — кивнула Эридия, её пальцы машинально поправили кудряшки. — Но таков наш мир. Здесь всегда есть те, кто стремится использовать других ради выгоды. Однако со временем эта суматоха стихнет. Люди переключатся на что-то другое, найдут новых объектов для своего внимания. Лира вздохнула, глядя на водную гладь озера. — Как думаешь, долго это продлится? — спросила она, её серебристые глаза были полны тревоги. — Недолго, — успокоила её Эридия. — Всё зависит от того, как ты будешь реагировать. Если ты покажешь, что не поддаёшься на их ухаживания и не ищешь популярности, то вскоре они потеряют интерес. Главное — оставаться собой и не давать им повода считать тебя легкой добычей. Лира кивнула, хотя внутри её всё ещё кипело раздражение. Она знала, что её происхождение из семьи Шевалье и временная связь с Малфоями создали вокруг неё ауру загадочности и желанности. Но ей хотелось, чтобы её воспринимали за то, кто она есть на самом деле, а не за её фамилию или предполагаемые связи. — Просто нужно перетерпеть, — добавила Эридия, положив руку на плечо сестры. — Через пару месяцев всё успокоится. А пока… игнорируй тех, кто тебе неинтересен. Не позволяй им влиять на твоё настроение. Лира улыбнулась, чувствуя поддержку сестры. — Спасибо, Эри, — сказала она. — Ты всегда знаешь, что сказать. Они продолжили прогулку, наблюдая за тем, как лучи солнца отражаются на поверхности озера. Лира чувствовала, что её внутреннее напряжение начинает рассеиваться. Она знала: время решит многие проблемы, а её сила поможет ей сохранить свою независимость. Неожиданно их путь преградил Сапфо Блэк, который стоял у дерева, словно специально дожидался их. Его голубые глаза были сосредоточены на Лире. — Лирисия, — произнес он, слегка склоняясь вперед. — Я хотел узнать, может быть, мы сможем провести вместе немного времени завтра вечером? Лира замерла, затем покачала головой. — Нет, Сапфо, — ответила она, её голос был ровным и твёрдым. — Я уже сказала тебе днем и повторю сейчас: я не заинтересована. Сапфо фыркнул, явно не собираясь сдаваться. — Может быть, ты передумаешь, — сказал он, его тон стал чуть насмешливее. — Ведь не каждый день предлагают компанию такой влиятельной личности. Эридия, наблюдавшая за этой сценой, сделала шаг вперед. — Слушай, Блэк, — начала она, её серые глаза стали холоднее. — Моя сестра уже дала тебе ясный ответ. И если ты не хочешь, чтобы я использовала свои права старосты против тебя, советую оставить её в покое. Сапфо на секунду замер, затем отступил назад, явно не желая конфликта с Эридией. — Как знаешь, — процедил он, направляясь прочь. — Но знай, что я всегда буду здесь, если ты передумаешь, Лирисия. Когда он исчез из виду, Лира повернулась к сестре. Они поняли друг друга без слов. И пусть этот мир магии полон сложностей, она справится с каждым вызовом, шаг за шагом.

***

1990 год.

Лира просыпается в своей кровати с бело-розовым балдахином, протирая сонные глаза. За окном уже светит яркое солнце, и комната озарена приятным летним светом. Лира свешивает ноги в белых носочках с кровати и встает, подходя поближе к окну. Несмотря на вчерашнюю хмурую погоду, сегодня не было ни единой лужи — всё вокруг искрилось чистотой и утренней росой. На тумбочке возле кровати она замечает маленький серебряный колокольчик, украшенный изящной гравировкой. Решив проверить его назначение, Лира звонит. Через несколько минут из двери, ведущей в ванную, появляется девушка в черном платье и белом фартуке. Она приседает в легком реверансе, складывая руки за спиной. — Мисс Лирисия, доброе утро, — произносит она мягким голосом. — Вчера вечером вы не приняли ванну. Примите ли вы её сейчас? Лира кивает, удивленная такой внимательностью. Обычно такие решения принимала за неё мама, но теперь это казалось ей новым и даже приятным опытом. Девушка провожает её в ванную, наполняя водой большую мраморную ванну, а затем помогает ей залезть внутрь. После процедуры Лира одевается в новое платье, которое служанка подбирает для неё — светло-голубое, с нежными оборками. Когда Лира выходит из ванной, её уже ждёт радостная Дарселла, которая обнимает её, словно они давние подруги. — Лира! Пошли погуляем? — Улыбнулась Дарселла, её зеленые глаза блестели от предвкушения приключений. Было видно, как ей этого не хватало раньше. — Я ещё не завтракала, — ответила Лира, слегка смущённая. — О, пойдём! — Дарселла схватила её за руку, и они помчались куда-то на первый этаж, где Дарселла привела её на кухню. Здесь домовые эльфы суетились вокруг, готовя различные вкусности. Дарселла попросила их испечь блины, и девочки весело играли с ягодами, пока эльфы замешивали тесто и жарили горячие, золотистые блины. Подкрепившись, Дарселла повела Лирисию на улицу. Они добежали до калитки, ведущей за пределы Малфой-мэнора. Лира осторожно прикоснулась к живой изгороди, недоумевая. — Как мы выйдем? — спросила она. — Тут проход есть, — Дарселла отошла в сторону, раздвигая стебельки растений. — А защитные чары не распространяются на тех, кому лорд Малфой разрешил находиться здесь, — добавила она, заметив удивление на лице подруги. Лира кивнула, хотя внутри её немного тревожило то, что она всё ещё плохо знает правила этого места. Они двинулись через поле, где редкие деревья создавали тени, похожие на причудливые узоры. Впереди виднелся холм, а Дарселла продолжала болтать без умолку. — Кстати, ты помнишь Драко? Папа представил его вчера, — спросила она, стрельнув глазками. — Это старший брат Амадео, ему двадцать три. Он очень добрый, хотя многие так не считают. — Помню, — смутилась Лира, вспоминая короткое знакомство с Драко накануне. — Что-то много имён запоминать… Дарселла рассмеялась, отмахиваясь. — Ничего, это нормально! — ответила она. — У него, кстати, есть маленькая дочка Серина. А ещё его пасынки — Асцелла и Эллиот, им семь. Я иногда играю с ними! Лира улыбнулась, представляя себе эту картину: Дарселла, веселящаяся с маленькими детьми. В этот момент они спустились на тропинку, которая вела их вдоль небольшого ручья. Вода переливалась в лучах солнца, создавая тысячи маленьких бликов. Дарселла заговорщицки улыбнулась, взглянув на Лиру, и внезапно побежала прямо в ручей. Её туфли тут же промокли, но она лишь засмеялась, наклонившись и начав брызгаться водой прямо в Лиру. — Смотри как могу! — воскликнула Лира, подхватывая магией струю воды и направляя её прямо на платье Дарселлы. Та взвизгнула от неожиданности и начала убегать от струи, прыгая между камней. Но Лира не могла долго удерживать заклинание, и вскоре её собственное платье тоже оказалось в воде после того, как она поскользнулась на одном из камней и упала. Дарселла подбежала, чтобы помочь ей встать. — Не ушиблась? — заботливо спросила она, рассматривая Лиру. — Ой, теперь мы обе похожи на уток! Лира засмеялась, чувствуя себя свободнее, чем когда-либо за последние дни. Веселье с Дарселлой помогало ей забыть о семейных проблемах. — Может быть, нам стоит вернуться и переодеться? — предложила Лира, потирая мокрую ткань. — Нет-нет! — Дарселла покачала головой. — Мы можем просто пойти дальше. Тут есть одно место, куда я часто хожу. Хоть мы и мокрые, но зато весёлые! Она указала на небольшой деревянный мостик, перекинутый через ручей. Они перешли его, и тропинка начала вести их в сторону леса. Лира глубоко вдохнула свежий воздух, наслаждаясь звуками птичьего щебетания и шорохом листьев. — Сегодня мы можем пойти в лес или к морю, — сказала Дарселла, оглядываясь на Лиру. — Что выберешь? Лира задумалась. Лес казался интересным, но океан манил своей бескрайностью. — К морю, — решила она. — Мне хочется увидеть его поближе. Дарселла радостно захлопала в ладоши. — Отлично! — воскликнула она. — Там можно найти красивые ракушки и даже увидеть морских нимф! Они пошли дальше, миновав несколько полян, где паслись лошади. Одна из них, белая, с длинной гривой, подняла голову и посмотрела на них своими большими, темными глазами. — Это Фрост, — сказала Дарселла. — Иногда он довозит меня до мэнора. Может быть, сегодня он тоже поможет? Лира улыбнулась, представляя себе прогулку верхом. Это было бы новым опытом для неё, ведь на Стаутане такого почти нет. — Звучит отлично, — ответила она. Дарселла подозвала Фроста, который послушно подошел к ним. Она помогла Лире забраться на его спину, а затем сама легко вскочила рядом. Лошадь неторопливо двинулась в сторону океана, и ветер развевал их волосы. Когда они достигли берега, перед ними раскрылось величественное зрелище: бескрайнее море, переливающееся всеми оттенками синего, и белый песчаный берег. Дарселла соскочила с лошади первой, а затем помогла Лире. — Вот оно, море! — радостно воскликнула она. — Здесь всегда так красиво. Лира стояла, глядя на воду, и чувствовала, как её внутреннее напряжение начинает растворяться. Она провела рукой над поверхностью воды, вызывая маленькие волнушки, которые начали плясать у берега. — Ты умеешь контролировать воду? — удивилась Дарселла. — Ну, это просто выбросы магии, как говорит мой папа, — ответила Лира, улыбаясь. — Хотя обычно я делаю это более серьёзно, сегодня не получается. Дарселла рассмеялась, и они начали искать ракушки среди прибрежных камней. Время пролетело незаметно, пока не стало темнеть. — Пора домой, — объяснила Дарселла. — Но сегодня было здорово, правда? Лира кивнула, её платиновые волосы были чуть влажными от морского бриза. — Да, — ответила она. — Спасибо, что показала мне это место. И за компанию. Дарселла широко улыбнулась. — Всегда пожалуйста! — сказала она. — А теперь давай быстро вернемся, пока нас не хватились. Они снова забрались на Фроста и отправились обратно к Малфой-мэнору, наполненные радостью и новыми впечатлениями. Для Лиры этот день стал одним из самых светлых за последнее время — день, когда она смогла просто быть собой, без мыслей о семейных проблемах и школе. Но когда Лирисия и Дарселла переступили порог Малфой-мэнора, перед ними возвысилась грозная фигура Тома. Его тёмные глаза сверкали холодным огнём, а голос был резким и требовательным. — Где вы были? — зло спросил он, обращаясь к обеим, но его взгляд был прикован к Лире. Дарселла открыла было рот, чтобы ответить, но Том остановил её движением руки. — Лира, за мной, — произнёс он, не дожидаясь объяснений. Лира почувствовала тревогу, но последовала за ним, чувствуя, как сердце начинает стучать чаще. Они прошли через несколько коридоров, пока не оказались в одной из маленьких комнат, украшенной несколькими картинами. Том закрыл дверь, и его лицо стало ещё более серьёзным. — Я хочу знать правду, — сказал он, подходя ближе. — И я использую лигилименцию, если ты не скажешь сама. Лира замерла, её серебристые глаза расширились от удивления и страха. Она знала, что легилименция — это вторжение в сознание, но никогда не сталкивалась с этим на собственном опыте. Прежде чем она успела ответить, Том уже сделал резкий взмах палочкой, и в её голове всё завертелось. Мысли, воспоминания, образы — всё смешалось в хаосе. Лира почувствовала острую боль, словно кто-то разрывал её разум на части. Её колени подкосились, и она опустилась на пол, хватаясь за голову. В глазах потемнело, а внутри начался настоящий шторм. Она услышала свой собственный всхлип и осознала, что плачет. Том внезапно прекратил заклинание, его лицо исказилось в непонятной для Лиры эмоции. Он опустился на одно колено рядом с Лирой, аккуратно поддерживая её. Лира задрожала, её платиновые волосы прилипли к вискам от пота. Она попыталась говорить, но слова застревали в горле. — Зачем… — прошептала она, её голос был едва слышен. Том вздохнул, его тёмные глаза стали мягче. — Научись окклюменции. Лира медленно подняла голову, её слезы продолжали катиться по щекам. — Окклюменции? — переспросила она, голос всё ещё дрожал. — Да, — кивнул Том. — Это искусство защиты разума от вторжений. Если бы ты владела им, то могла бы защититься сейчас, но ты была беспомощна. Он помог ей встать, аккуратно поддерживая за локоть. — Я могу научить тебя, — добавил он. Лира кивнула, хотя её разум всё ещё был ошеломлён. Она чувствовала себя уязвимой, но в глубине души понимала, что Том прав. — Хорошо, — прошептала она. — Я хочу научиться. Том достал платок и протянул его Лирисии, чтобы она могла вытереть слёзы. Его движения были мягкими, почти заботливыми. Лира сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться. Она знала, что этот опыт станет важным уроком, который поможет ей в будущем. — Спасибо, — произнесла она после паузы. Том улыбнулся, хотя его улыбка была скорее грустной. — Не за что, — ответил он. — А теперь иди переоденься. Ужин скоро начнётся, и я уверен, что тебе не захочется есть мокрой. Лира кивнула, чувствуя, как её силы постепенно возвращаются. Она направилась к себе в комнату, но на пороге обернулась. — Том, — позвала она. — Почему ты так переживаешь? Мы ведь только погуляли… Том задержал взгляд на ней, его лицо стало серьёзнее. — Потому что ты часть моей семьи, — ответил Том. — И я не позволю, чтобы кто-то причинил тебе боль. — Я не часть твоей семьи, — холодно отрезала Лира, её серебристые глаза потемнели от раздражения. — У меня есть родители и братья. Том на секунду замер, его лицо стало непроницаемым. Он ничего не ответил, лишь кивнул и отвернулся, давая ей уйти. Лира направилась к себе в комнату, чувствуя, как её гнев всё ещё кипит внутри. Она знала, что Том, возможно, просто хотел защитить её, но его слова задели за живое. Она всегда была самостоятельной и не хотела быть «частью» чужой семьи, даже временно. К вечеру Лира спустилась в столовую, где уже собралась семья Тома. За длинным столом сидели: сам Том, его старший сын Десмонд — ровесник Драко Малфоя, младший семилетний сын Дориан, маленькая двухлетняя дочь Велора и беременная женщина Женьева — у нее голубые глаза и светлые волосы, которые мягко спадали по её плечам. Тут уже сидела и Дарселла. Дети радостно загалдели при виде Лиры, особенно Дориан, который подпрыгнул на своём стуле. — Лирисия! — воскликнул он, широко улыбаясь. — Ты видела море? Расскажешь мне? Велора, сидевшая рядом с матерью, протянула ручонки, пытаясь привлечь её внимание. Женьева же ласково улыбнулась новой гостье, её голос был мягким и успокаивающим: — Как прошла прогулка, дорогие? Надеюсь, вы хорошо провели время? Лира кивнула, стараясь сохранить вежливость, хотя её серые глаза всё ещё выражали недовольство. — Да, спасибо, — коротко ответила она. Слуги начали разносить еду. Детям предложили горячий овощной суп, а взрослым — изысканные блюда. Однако, когда дошло дело до Лиры, она решительно помотала головой. — Я не хочу суп, — заявила она, скрещивая руки на груди. — Мне хочется мороженого. Том, который до этого внимательно наблюдал за ней, поднял бровь. — Мороженое на ужин? — переспросил он, его голос звучал насмешливо. — Это немного… необычно. — А мне всё равно, — парировала Лира, её тон стал вызывающим. — Я не собираюсь есть суп, который вы все так любите. Если хотите сделать меня счастливой, принесите мороженое. Том помедлил, затем кивнул слуге, который тут же исчез, чтобы исполнить её желание. Однако, услышав это, Дориан тоже начал просить мороженое. — А можно и мне? — выпалил он, широко раскрыв глаза. — Я тоже не хочу суп! Велора, хоть и была слишком маленькой, чтобы понять, что происходит, начала повторять за братом: — Моро-о-оженое! — пропищала она, хлопая ручками. Женьева рассмеялась, её светлые волосы качнулись при движении. — Похоже, ты создала прецедент, Лирисия, — сказала она, обращаясь к гостье. — Теперь все захотят десерт вместо ужина. Том покачал головой, явно не одобряя эту ситуацию, но всё же дал добро на мороженое для всех детей. Когда слуга вернулся с порцией клубничного мороженого для Лиры, она сделала вид, что рассматривает мороженое с отвращением. — Я не буду это есть, — произнесла она, её голос был резким. — Мороженое делает людей толстыми и некрасивыми. К тому же, оно не идёт ни в какое сравнение с тем, что готовят в моей семье. Том нахмурился, его тёмные глаза встретились с её серебристыми. — Тогда почему ты просила его? — спросил он, его голос стал холоднее. — Потому что я хотела проверить, насколько вы готовы исполнять мои желания, — ответила Лира, её тон был колким. — Но теперь я вижу, что это бесполезно. Вы не понимаете, что я не нуждаюсь в вашей «заботе». Я могу позаботиться о себе сама. И я жду окончания этой недели. За столом воцарилась тишина. Дети удивлённо замолчали, Женьева вопросительно посмотрела на Тома, а Дарселла нервно теребила край своей салфетки. — Лира… — начала было Дарселла, но та оборвала её: — И не надо меня уговаривать. Я просто не хочу есть то, что вы предлагаете. Может быть, это ваш обычай — супы и строгие правила, но у меня своя жизнь, свои привычки и своё мнение. Том вздохнул, его лицо стало серьёзнее. — Хорошо, — сказал он после паузы. — Если ты не хочешь мороженого, можешь выбрать что-то другое. Но помни: я здесь не пытаюсь тебя контролировать. Просто стараюсь быть гостеприимным. — Гостеприимство не в том, чтобы вторгаться в мой разум или навязывать мне ваши традиции, — ответила Лира, её голос всё ещё дрожал от эмоций. — Я не прошу вас принимать меня как свою. Я этого не хочу. Я просто хочу, чтобы вы уважали моё право быть собой. И я хочу домой. — Хорошо, — повторил он. — Выбирай, что хочешь есть. — Даже если ты извинишься, этого будет недостаточно, — ответила она, вставая из-за стола. — Я пойду. Она направилась к выходу, чувствуя на себе взгляды всей семьи. Её серебристые волосы развевались за спиной, а сердце всё ещё билось чаще от возмущения. Хотя внутри неё теплилось чувство, что Том действительно переживал за неё, она не могла так легко простить его действия. Лира нашла убежище в своей комнате, где снова позвонила в колокольчик. На этот раз служанка предложила ей заказать любое блюдо по её вкусу. Она выбрала легкий салат и травяной чай, желая успокоиться. Пока она ела, её мысли возвращались к событиям дня. Она понимала, что Том, возможно, действовал из лучших побуждений, но его методы были слишком резкими. Лира решила, что должна научиться окклюменции, чтобы больше не зависеть от чужих попыток вторгнуться в её разум. Когда она закончила свой импровизированный ужин, Лира побежала в библиотеку, и, найдя книгу о окклюменции, и начала перелистывать страницы. Она знала: если хочет сохранить свою независимость, то должна быть готова к любым ситуациям. — Лира, ты в порядке? — В библиотеку пришла Дарселла. Лира глубоко вздохнула, решив, что пора немного смягчиться. — Да, — ответила она. — Просто… мне нужно время, чтобы всё обдумать. Дарселла кивнула, её зеленые глаза стали серьёзнее. — Мой отец очень жесток, — сказала Дарселла, её голос стал тише, словно она боялась, что её могут услышать за пределами комнаты. — Ты сегодня видела лишь малую часть его характера, он ведь испытывал на тебе легилименцию? Он всегда прав для себя и привык командовать всем вокруг. Но… он сегодня был гораздо мягче с тобой за столом, чем когда-либо со мной или, например, с Дорианом. Он бывает намного хуже. Лира внимательно посмотрела на подругу, её серые глаза выражали смесь удивления и сочувствия. — Почему ты так говоришь? — спросила она. — Ты… боишься его? Дарселла опустила взгляд, её пальцы начали теребить край платья. — Не только я, — ответила она после паузы. — Иногда даже Женьева вынуждена подчиняться его решениям. А мы просто ещё слишком маленькие, чтобы понимать, что происходит. Том считает, что его методы — единственный способ защитить семью, но это… это давит на всех нас. Лира почувствовала, как её внутреннее раздражение немного утихло. Она начала осознавать, что ситуация в Малфой-мэноре сложнее, чем ей показалось сначала. — Звучит… тяжело, — произнесла она, стараясь быть тактичной. — Но почему ты всё это терпишь? Ведь ты можешь обратиться к кому-то за помощью. Дарселла горько рассмеялась, её зеленые глаза наполнились грустью. — К кому? — переспросила она. — Здесь нет никого, кто сможет остановить его. Все боятся его силы, его влияния. А я… я просто надеюсь, что когда-нибудь он изменится. Или, может быть, я смогу найти выход сама, когда стану старше. И… именно из-за него я захотела учиться в Колдовстворце, а не Хогвартсе. Лира положила руку на плечо подруги, чувствуя её тревогу. — Если тебе когда-нибудь понадобится помощь, — сказала она, её голос был твёрдым, но мягким, — ты можешь обратиться ко мне. Я знаю, что мы только начали дружить, но я не хочу, чтобы ты страдала одна. Дарселла подняла голову, её лицо осветилось благодарностью. — Спасибо, Лира, — прошептала она. — Это значит для меня очень многое. Я… я действительно ценю твою поддержку. Она сделала шаг назад, словно решив, что уже задержалась слишком долго. — Ну, я пойду. Папа иногда проверяет, где я нахожусь, и если он узнает, что я здесь… — она замолчала, её голос дрогнул. — Будь осторожна, — ответила Лира, её платиновые волосы качнулись при движении. — И помни: ты не одна. Дарселла кивнула, затем тихо исчезла за дверью, оставив Лиру одну в её комнате. Теперь девушка чувствовала не только свой гнев к Тому, но и глубокое сочувствие к Дарселле. Она понимала, что за каменными стенами Малфой-мэнора скрывается гораздо больше, чем можно увидеть с первого взгляда. Лира села на край кровати, её мысли были заняты событиями дня. Она представляла себе Тома — его холодные глаза, уверенные движения, а также слова Дарселлы о его жестокости. Возможно, его действия были продиктованы желанием защитить свою семью, но методы, которые он использовал, были слишком резкими. Её внимание привлек колокольчик на тумбочке. Она задумалась: стоит ли снова им воспользоваться, или лучше побыть одной? В конце концов, Лира решила, что ей нужно время для себя. Она достала книгу по окклюменции, которую нашла в библиотеке, и начала читать, стремясь научиться защищать свой разум. Через несколько минут её мысли вернулись к Дарселле. Лира поняла, что их связь может стать для неё важной — возможно, единственной настоящей дружбой в этом доме. Она знала: если хочет помочь подруге, ей нужно быть сильнее. Найти способ противостоять Тому без лишних конфликтов. Когда Лира углубилась в чтение, её внимание привлек странный шорох за дверью. Она осторожно встала и подошла ближе, приложив ухо к деревянной поверхности. Там кто-то двигался, будто следил за её комнатой. — Кто там? — спросила она, открывая дверь. В коридоре никого не было, лишь тени от светильников играли на стенах. Но Лира была уверена, что кто-то наблюдал за ней. Она закрыла дверь, её серо-голубые глаза стали более внимательными. Этот дом хранит свои тайны, и ей предстоит узнать их все. Лира легла в кровать, глядя на бело-розовый балдахин над собой. Её день начался с радости и веселья, но закончился серьёзными размышлениями о семейных отношениях в Малфой-мэноре. Она знала, что её путь здесь будет непростым, но теперь у неё появилась цель: найти способ помочь Дарселле и сохранить свою независимость, не поддаваясь на манипуляции Тома. Перед сном она пообещала себе: завтра она начнет учить окклюменцию и станет сильнее, чтобы больше никто не мог вторгаться в её мысли. А Дарселла… она найдет способ поддержать её, даже если это потребует времени и терпения. Лира заснула с этими мыслями, чувствуя, что её новая жизнь в Малфой-мэноре только начинается, и каждый день будет преподносить новые вызовы. Но она готова была принять их, ведь у неё есть друзья, которым она хочет помочь, и знания, которые помогут ей справиться с любыми трудностями.