Тёмные свадебные обеты

Лира резко открыла глаза, её сердце на мгновение замерло, а затем начало биться быстрее. Она не сразу поняла, что происходит — её сознание ещё оставалось в полудреме, а тело казалось ватным после глубокого сна. Сквозь дымку она увидела Тома, стоящего рядом с диваном. Его силуэт был четким и неподвижным, как всегда. — Просыпайся, — произнёс он холодно, но без злобы. — У тебя есть дела. Лира медленно села, потирая лицо руками. Её мысли путались, пока она пыталась осознать, где находится и что происходит. Комната всё ещё была наполнена мягким светом, хотя за окном уже полностью стемнело. — Что?.. — начала она, но не закончила фразу, всё ещё находясь в полусонном состоянии. — Бал, — коротко ответил Том, словно это объясняло всё. Он сделал шаг назад, давая ей пространство для движений. — Пора собираться. Лира моргнула, пытаясь прогнать остатки сна. — Я не хочу ни на какой бал, — произнесла она, её голос прозвучал слабо, но в нём уже чувствовалось раздражение. Том приподнял бровь, его губы изогнулись в холодной полуулыбке. — Твои желания не имеют значения, — сказал он ровно, как будто констатировал факт. — Ты пойдёшь. Лира сжала зубы, её взгляд метнулся к нему. Она хотела возразить, но понимала, что спор бесполезен. Вместо этого она задала другой вопрос: — Кем я буду для тебя на этом балу? Какой статус? Том замер на мгновение, его красные глаза сверкнули. Затем он скрестил руки на груди и произнёс: — Для Пожирателей Смерти ты остаёшься тем, кто ты есть на самом деле — моим крестражем. Но это засекреченная информация. Для остальных… ты будешь ученицей. Моя личная ученица. Лира почувствовала, как внутри неё шевельнулось что-то между облегчением и тревогой. Это было лучше, чем она ожидала, но всё равно оставляло неприятный осадок. Она знала, что этот статус — всего лишь маска, очередная ложь, которая должна скрыть правду. — Хорошо, — ответила она наконец, поднимаясь с дивана. Её движения были медленными, но решительными. — Я готова. Том кивнул, будто её согласие было предрешено с самого начала. — Служанка ждёт тебя. Иди. Лира сделала несколько шагов к двери, но перед выходом остановилась и обернулась. — Если ты думаешь, что этим статусом ты можешь контролировать меня… — начала она, её голос стал резче. — Я и не сомневаюсь в этом, — перебил её Том, его тон был спокойным, но в нём чувствовалась сталь. Лира сжала челюсти, но больше ничего не сказала. Она знала, что сейчас не время для споров. Выйдя из кабинета, она увидела Эвелин, которая терпеливо ждала её в коридоре. Девушка молча поклонилась и повела Лиру в её комнату, чтобы помочь ей подготовиться к балу. Пока они шли по длинным коридорам Малфой-Мэнора, Лира пыталась собраться с мыслями. Она знала, что этот вечер станет испытанием. Но она также знала, что будет бороться. Даже если внешне она вынуждена подчиняться, внутри она никогда не сдастся. Когда они вошли в просторную ванную комнату, Лира почувствовала, как её тело начинает расслабляться. Эвелин уже позаботилась о том, чтобы набрать ароматную ванну — пар поднимался над водой, наполняя воздух сладковатым запахом лаванды и сандала. Пена была густой, словно облако, и переливалась мягкими перламутровыми оттенками. — Ваша ванна готова, госпожа, — произнесла Эвелин тихо, её голос был спокойным. Лира кивнула, чувствуя, как усталость последних часов начинает отступать. Она медленно опустилась в тёплую воду, позволяя ей окружить её тело. Каждое движение приносило облегчение, будто вода смывала не только физическую усталость, но и часть эмоционального напряжения. Лира попросила у Эвелин какой-нибудь сладкий холодный напиток, и та отошла буквально на минуту, чтобы передать распоряжение. Вскоре другая служанка — молодая девушка с аккуратно собранными в пучок темными волосами — тихо вошла в комнату, держа в руках высокий бокал с розоватым напитком. Служанка почтительно протянула его Лире. — Для вас, госпожа, — сказала она с лёгким поклоном. Лира взяла бокал и сделала осторожный глоток через трубочку. Напиток оказался сладким, с лёгкой кислинкой и освежающим послевкусием. Это был идеальный дополнение к моменту расслабления. Эвелин тем временем приступила к своей задаче. Она аккуратно распустила волосы Лиры, которые тут же упали влажными волнами вокруг её лица. Затем она взяла флакон с шампунем и начала мягко массировать кожу головы девушки. Лира закрыла глаза, наслаждаясь каждым прикосновением. Это было похоже на ритуал исцеления — медленное, почти невесомое скольжение пальцев по волосам, тёплая вода, стекающая по спине. — Как вы себя чувствуете? — спросила Эвелин, её голос был мягким, почти успокаивающим. Лира помедлила с ответом, затем произнесла: — Устала… Но это помогает. Эвелин ничего не ответила, лишь продолжила своё дело. Лира снова откинулась назад, позволяя себе забыть обо всём на несколько минут. Она чувствовала себя почти нормальной, как будто все тревоги и страхи находились где-то далеко за пределами этой комнаты. Когда Эвелин закончила мыть её волосы, она аккуратно завернула их в мягкое полотенце. Лира всё ещё держала бокал с коктейлем, делая время от времени небольшие глотки. Она знала, что этот момент покоя скоро закончится, но сейчас она просто хотела насладиться им, пока есть такая возможность. «Нужно быть сильной», — подумала она, глядя на потолок сквозь полуприкрытые веки. — «Сегодня вечером я должна играть свою роль. Но это не значит, что я сдаюсь.» Её мысли начали утихать, растворяясь в аромате воды и сладости напитка. Когда Эвелин закончила с волосами, дверь ванной комнаты тихо отворилась, и вошли ещё две служанки. Одна из них была невысокой девушкой со смуглой кожей и длинными чёрными волосами, собранными в аккуратный пучок. Её движения были быстрыми, но плавными, словно она точно знала, что нужно делать. Вторая служанка привлекала внимание своими яркими голубыми глазами, которые выделялись на фоне светлых волос, убранных под белоснежный чепец. Она держала в руках небольшую коробку с инструментами для ухода. — Мы поможем вам подготовиться, госпожа, — произнесла смуглая девушка мягким, но уверенным голосом. Эвелин кивнула и сделала шаг назад, чтобы дать им пространство для работы. Лира наблюдала за происходящим сквозь полуприкрытые веки, всё ещё наслаждаясь остатками расслабления от ванны. Она не возражала против их помощи — сейчас ей даже казалось, что это часть её маленькой передышки перед тем, как снова надеть маску покорности. Смуглая девушка подошла первой. Она опустилась на колени рядом с ванной и взяла в руки пушистое полотенце. — Позвольте мне высушить ваше тело, — сказала она, её голос был спокойным и профессиональным. Лира послушно поднялась, позволяя девушке обернуть её в мягкое полотенце. Та ловко промокнула каждую каплю воды, уделяя особое внимание рукам, ногам и спине. Её движения были такими мягкими, что Лира почти не чувствовала прикосновений, лишь тепло, которое оставляло полотенце после каждого прохода. Тем временем вторая служанка с голубыми глазами достала из своей коробки несколько флаконов с маслами и кремами. Она поставила их на край ванны и протянула руку. — Давайте ваши руки, мисс, — произнесла она, её голос звучал мягко, почти успокаивающе. Лира протянула руки, и девушка начала массировать их ароматным маслом. Её пальцы двигались уверенно, разминая кожу и мышцы. Затем она взяла пилочку и аккуратно привела ногти в порядок, делая их гладкими и ровными. После этого она нанесла прозрачный слой блестящего лака, который придавал ногтям здоровый блеск. — Как вам такой маникюр? — спросила девушка, показывая результат. Лира кивнула, её взгляд скользнул по своим рукам. Они выглядели безупречно. — Хорошо, — ответила она тихо. Пока одна служанка занималась её руками, вторая вернулась к её телу. Она взяла пузырёк с молочком для тела и начала аккуратно втирать его в кожу Лиры. Её движения были медленными и размеренными, будто она хотела не просто очистить кожу, но и подарить немного расслабления. Молочко источало лёгкий аромат жасмина, который смешивался с запахом лаванды из ванны, создавая умиротворяющую атмосферу. Эвелин тем временем занялась её ногами. Она опустилась на табурет рядом с ванной и взяла одну из её ступней в свои руки. — У вас красивые ноги, мисс, — заметила она, начиная массировать ступню мягкими круговыми движениями. Лира чуть улыбнулась, хотя сама не была уверена, почему. Может быть, потому что эти слова звучали искренне, а может быть, потому что ей хотелось хоть на мгновение поверить, что кто-то действительно видит её красоту, а не только её роль или предназначение. Когда массаж закончился, Эвелин взяла пилочку для ногтей и начала работать над педикюром. Она действовала так же тщательно, как и её напарница, приводя ногти в идеальное состояние. Затем она нанесла лёгкий розовый лак, который гармонировал с общим образом. К этому времени все три девушки уже полностью сосредоточились на своей задаче. Смуглая служанка взяла широкую щётку и расчесала волосы Лиры, пока они не стали мягкими и послушными. Голубоглазая девушка тем временем достала из коробки небольшой флакон духов и аккуратно распылила их вокруг Лиры, создавая лёгкий шлейф аромата. — Почти готово, мисс, — сказала она, её голос был полон тепла. Лира глубоко вдохнула, чувствуя, как каждый сантиметр её тела становится идеальным. Это было странное ощущение — будто её внешняя оболочка становилась всё более безупречной, но внутри всё ещё бушевали эмоции, которые невозможно было замаскировать. Она сделала последний глоток коктейля и отставила бокал в сторону. — Ваше платье уже подготовлено, госпожа, — тихо произнесла Эвелин, кивая в сторону большого зеркала, где на специальной стойке висело длинное платье нежного белого цвета. Оно было выполнено из тончайшего шелка, который переливался при свете ламп. Лира взглянула на платье и отметила его особенности: плечи были обнажёнными, но переходящими в длинную прозрачную фатиновую накидку. Корсет был плотно облегающим, подчеркивая фигуру, а юбка плавно расширялась книзу, создавая эффект воздушности. Эвелин осторожно развернула платье и начала помогать Лире одеться. Она аккуратно просунула руки девушки через рукава, затем медленно опустила платье на тело. Плотный корсет требовал особого внимания, и служанка начала затягивать его, стараясь сделать это как можно мягче и быстрее. — Вам комфортно, госпожа? — сказала Эвелин, проверяя, чтобы корсет не сдавливал дыхание. Лира терпеливо стояла, позволяя служанке работать. Ей казалось, что каждое движение происходит слишком медленно, но она знала, что торопиться нельзя — платье должно сидеть идеально. Когда основная часть была готова, Эвелин начала заниматься деталями. Она аккуратно поправила накидку, чтобы она плавно ложилась по плечам и спине. Другие служанки надели Лире серьги и ожерелье. Камни были такими огрмоными, какие размеры Лира никогда не видела. Она подумала, что они должны быть и тяжелыми, но украшения были зачарованы для легкого веса. Ожерелье сверкало у нее на шее, привлекая внимания к ключицам и декольте. — Теперь ваша прическа, госпожа, — объявила Эвелин, когда платье было полностью надето. Эвелин принялась за работу. Она аккуратно расчесала влажные волосы Лире, затем начала заплетать их в тугой пучок на затылке. После этого она закрепила прическу несколькими невидимыми заколками и добавила несколько украшений — маленькие бриллианты, которые гармонировали с остальными украшениями на шее. Другие служанки в это время делали ей макияж. Легкая помада, тушь, румяна, ее макияж выглядел холодным, но на нее нанесли такое количество различных мазей, что ее кожа выглядела почти сверкающей, а акцент на глазах делал Лиру необычайно красивой. Когда всё было готово, Эвелин отступила на шаг и внимательно осмотрела результат. Затем она повернула Лиру к зеркалу. — Готова, госпожа, — сказала она тихо, но уверенно. «Сегодня будет непростой вечер», — подумала Лира, глядя на своё отражение. Мысли о предстоящем бале, о встречах с теми, кто станет её судить, вызывали волнение и тревогу. Ей нужно было что-то, чтобы немного расслабиться, чтобы взять себя в руки перед выходом. — Эвелин, — произнесла она спокойно, но с твёрдой решимостью в голосе. Служанка тут же повернулась к ней, ожидая указаний. — Принесите мне бокал вина. Эвелин на мгновение замерла, словно оценивая просьбу, затем кивнула. — Конечно, госпожа, — ответила она почтительно и вышла из комнаты, чтобы выполнить поручение. Две другие служанки поклонились и вышли. Лира осталась одна перед зеркалом. Она посмотрела на свои руки, которые слегка дрожали, и глубоко вздохнула. Через несколько минут Эвелин вернулась, держа в руках хрустальный бокал, наполненный тёмно-рубиновым вином. Она осторожно протянула его Лире, которая приняла бокал с благодарным кивком. — Спасибо, — сказала она тихо и сделала маленький глоток. Вино было холодным, с лёгкой терпкостью и мягким послевкусием. Оно приятно обволакивало горло, принося с собой чувство успокоения. Лира закрыла глаза на мгновение, позволяя напитку немного снять напряжение. — Если понадобится ещё, только скажите, — произнесла Эвелин, стоя в стороне. Лира кивнула, не открывая глаз. Она поставила бокал на край столика рядом с зеркалом и снова повернулась к своему отражению. Теперь её взгляд был чуть более уверенным. Алкоголь не был панацеей, но он давал ей ту самую паузу, которая была нужна, чтобы собраться с мыслями. «Я справлюсь», — подумала она, выпрямляя спину. — «Что бы ни случилось, я найду способ». Том вошёл в комнату, его шаги были тихими, но уверенными. Он остановился у двери, красные глаза скользнули по фигуре Лире, задержавшись на хрустальном бокале, который она только что поставила на столик. Его губы слегка сжались, выдавая лёгкое недовольство. — Ты пьёшь? — произнёс он ровным голосом, но в нём чувствовался намёк на раздражение. Лира обернулась, её взгляд встретился с его холодным взором. Она не собиралась оправдываться, но всё же ответила спокойно: — Это помогает снять напряжение. Я не собираюсь терять контроль, если ты об этом беспокоишься. Том прищурился, явно не одобряя её выбор, но решил не развивать тему. — Нам пора, — сказал он коротко, подходя ближе. — Бальный зал уже полон гостей. Они ждут нас. Лира кивнула, внутренне готовясь к тому, что её ожидало. Она знала, что Том не потерпит никаких оплошностей, и каждый её шаг будет под пристальным наблюдением. Но сейчас, после нескольких глотков вина, она чувствовала себя немного увереннее. — Хорошо, — ответила она, выпрямляясь. Её голос звучал твёрдо, а выражение лица стало непроницаемым. Она больше не была той девушкой, которая проснулась несколько часов назад в полусонном состоянии. Теперь она была собранной и готовой играть свою роль. Том протянул ей руку, как будто это был естественный жест, но Лира знала, что это всего лишь часть представления. Она сделала шаг вперёд, легко коснувшись его ладони кончиками пальцев. Его прикосновение было холодным, как всегда, но она не отстранилась. — Помни, кто ты здесь, — произнёс он тихо, почти шёпотом, но в его словах чувствовалась сталь. — И помни, что я буду наблюдать за каждым твоим движением. Лира слегка улыбнулась, но её улыбка не достигла глаз. — Не волнуйся, — ответила она. — Я знаю свою роль. Они вышли из комнаты вместе, направляясь к бальному залу. Каждый шаг Лире давался с трудом, но внешне она казалась спокойной и уверенной. Внезапно Том нарушил тишину. — На балу ты не будешь кланяться никому, кроме меня, — произнёс он ровным голосом, словно давал указание. — Хотя передо мной тебе тоже не нужно этого делать. Лира на мгновение замедлила шаг, удивлённая его словами. Она повернулась к нему, чуть приподняв бровь. — А как же моё происхождение? — спросила она. — Имеет ли здесь значение то, что я принцесса Стаутана? Том слегка усмехнулся уголком губ, но его взгляд остался холодным и сосредоточенным. — Нет, — ответил он уверенно. — Сейчас твой статус выше, чем тот, который даёт тебе титул принцессы. Ты — моя ученица. И это ставит тебя выше большинства людей в этом зале. Лира задумалась, переваривая его слова. Она знала, что Том никогда не говорит ничего просто так. Его слова всегда имели под собой вескую причину. Но одно дело знать об этом, и совсем другое — принимать условия игры, которые он диктовал. — Есть ещё правила, — продолжил он, не дожидаясь её вопросов. — Ты можешь танцевать только с определёнными людьми: с Малфоями, моим сыном Десмондом, со мной… и с Августином Холовитцем. Лира резко остановилась, её глаза расширились от удивления. Она даже не ожидала услышать это имя. — Августином?.. — переспросила она, её голос дрогнул, выдавая волнение. — Он тоже будет здесь? Том кивнул, его лицо оставалось невозмутимым. — Да, он будет присутствовать. Это часть его обязанностей, — сказал он без эмоций, но в его словах чувствовался намёк на что-то большее. Лира почувствовала, как её сердце забилось чаще. Мысли закружились в голове. — Я не знала, что он тут будет, — произнесла она тихо, почти про себя. Её голос был полон удивления и лёгкой неуверенности. — Теперь знаешь, — ответил Том, его тон снова стал строгим. — Помни, что танцы с ним должны быть формальностью. Не больше. Лира кивнула, хотя внутри всё ещё бушевали противоречивые эмоции. Она понимала, что Том наблюдает за каждым её движением, пытаясь предугадать её мысли. Но сейчас ей хотелось лишь одного — увидеть Августина. Они продолжили путь к бальному залу. Каждый шаг приближал её к тому моменту, когда она окажется лицом к лицу с теми, кто играл важную роль в её жизни. И среди них — Августин. «Как он?» Когда они подошли к массивным дверям бального зала, Лира сделала глубокий вдох, готовясь к тому, что её ждёт внутри. Лира вспомнила, как на балах её всегда привлекали определённые типы девушек — те, кто умело использовал свою улыбку. Их лица светились естественной энергией, они притягивали взгляды не только мужчин, но и женщин. Эти девушки казались уверенными, словно каждое их движение было тщательно продумано, но в то же время непринуждённым. Лира знала, что именно эта особенность делала их магнитами для внимания. Теперь она стояла перед тяжёлыми дверьми бального зала, готовясь войти в совершенно новое общество, где никто не знал её настоящей. Это был шанс начать всё с чистого листа, представить себя кем-то другим, с новым характером, новой историей. Она могла быть кем угодно — неуловимой, загадочной, обворожительной. Главное — соответствовать роли, которую ей предстояло играть. Когда массивные двери медленно распахнулись, Том склонился к ней, его голос был холодным, но твёрдым: — Возьми меня за локоть. Лира послушно положила руку на его локоть, чувствуя, как его пальцы слегка сжали её запястье, поправляя. Это прикосновение напоминало ей о том, кто здесь главный, но она не позволила себе показать ни малейшего намёка на дискомфорт. Вместо этого она чуть склонила голову, позволяя уголкам губ приподняться в мягкой улыбке. Шаг за шагом они вошли в зал, и Лира почувствовала, как десятки пар глаз обратились к ней. Каждый взгляд был оценивающим, изучающим, будто пытаясь разгадать, кто она такая и какую роль играет рядом с Томом. Но она не отводила взгляда, её улыбка оставалась уверенной, а осанка — безупречной. Она знала, что нельзя выдать ни тени сомнения или страха. Здесь, в этом зале, она была уже не просто Лирой — она была ученицей Тома, загадочной и недосягаемой. «Пусть думают, что я одна из них», — подумала она, продолжая улыбаться. — «Новый человек, новый мир. Я могу быть кем захочу.» Люстра над головой рассыпала тысячи искр, освещая огромный зал. Стены были украшены тяжёлыми шторами из бархата, а пол блестел так, что казалось, будто он сделан из стекла. Музыка играла негромко, создавая фон для тихих разговоров и шороха платьев. Люди вокруг двигались плавно, почти театрально, словно каждый шаг был частью спектакля. Лира знала, что теперь она тоже актриса на этой сцене. И её первая задача — произвести впечатление. Она ещё раз улыбнулась, на этот раз более тепло, и позволила своему взгляду скользнуть по лицам собравшихся. Она видела любопытство, зависть, недоверие — все эти эмоции мелькали в глазах людей, но ни одна из них не задерживалась слишком долго. Её уверенность заставляла их отводить взгляды, будто она была выше их суждений. Том вёл её через зал, и Лира чувствовала, как его присутствие становится её щитом. Она знала, что пока он рядом, никто не посмеет задать лишних вопросов. Но это не значило, что она могла расслабиться. Напротив, каждый момент требовал от неё максимальной концентрации. «Я справлюсь,» — подумала она снова, украдкой бросив взгляд на Тома. — «Что бы ни случилось, я найду способ.» Лира шла за Томом, чувствуя на себе тяжесть сотен взглядов. Каждый шаг эхом разносился по огромному залу, пока они направлялись к возвышению, где находился трон — символ власти Темного Лорда. Когда они добрались до пьедестала, Том занял своё место на троне, словно это было его естественное положение. Его движения были уверенными и величественными, а красные глаза продолжали изучать собравшихся, будто оценивая их преданность. Как только Том сел, Лира заметила, как сквозь толпу пробивается знакомая фигура. Её сердце на мгновение замерло, когда она увидела Августина. Он был точно таким, каким она его запомнила, но в то же время изменившимся. Его каштановые волосы, слегка длинноватые и всегда непослушные, были зачесаны назад, хотя несколько прядей уже выбились из причёски. Августин машинально провёл рукой по волосам, пытаясь пригладить их, и этот жест вызвал у Лиры лёгкую улыбку. Его серые глаза светились теплотой, но в них также таилась какая-то загадочная сила, которая всегда притягивала её взгляд. Острая линия челюсти, красивые пухловатые губы и несколько родинок у носа делали его черты почти идеальными. Широкие плечи подчёркивал строгий пиджак, который он носил с элегантной небрежностью, словно даже самые формальные одежды не могли полностью скрыть его внутренней свободы. Августин остановился перед Лирой, его рука слегка дрогнула, когда он протянул её ей. Лира заметила, как он машинально коснулся одной из родинок у носа — этот жест выдавал его волнение. Несмотря на всю его внешнюю уверенность, Лира знала, что он переживает. Она чуть склонила голову, её губы тронула обворожительная улыбка. — Позвольте пригласить вас на танец, — произнёс он тихо, но достаточно чётко, чтобы окружающие услышали. Его голос был мягким, но в нём чувствовалась решимость. В зале началось тихое перешёптывание. Первый танец всегда открывали хозяева дома, и если Лира была важной гостьей, то её партнёром должен был стать либо сам Темный Лорд, либо кто-то из семьи Малфоев. Но Августин? Среди Пожирателей Смерти он числился всего пару месяцев, и его ещё никто не знал. Люди начали судачить, кто-то бросал удивлённые взгляды, другие явно осуждали такой выбор. Однако никто не смел возразить вслух. Лира, не отводя взгляда от Августина, положила свою руку в его, и ее черная метка стала видна всем, её улыбка стала шире. Она знала, что должна играть свою роль, но сейчас ей хотелось просто быть собой — той, кто рад видеть своего троюродного брата после долгой разлуки. — Конечно, — ответила она мягко, позволяя ему повести себя к центру танцевальной площадки. Музыка начала звучать, медленная и торжественная. Лира почувствовала, как рука Августина уверенно легла на её талию, а вторая рука мягко сжала её пальцы. Они начали двигаться в такт музыке, их движения были плавными и гармоничными. Лира заметила, как вокруг них начали собираться другие пары, следуя их примеру. Теперь весь зал наблюдал за ними, но она больше не чувствовала давления. В этот момент для неё существовал только Августин. — Я так рад тебя видеть, Лира, — прошептал он, наклоняясь чуть ближе. Его голос был едва слышен сквозь музыку, но она услышала каждое слово. — И я тебя, — ответила она, её глаза светились искренним теплом. Музыка продолжала играть, энергичная и торжественная, окутывая зал мягкой мелодией. Лира и Августин двигались в такт, их движения были плавными и естественными, словно они танцевали вместе всю жизнь. Лира чувствовала тепло его руки на своей талии, а его серые глаза, такие знакомые и родные, смотрели на неё с теплотой и лёгкой тревогой. — Как ты, Августин? — спросила она тихо, её голос был мягким, но в нём чувствовалась искренняя заинтересованность. Августин слегка улыбнулся, но в его улыбке сквозила грусть. — Мы с Винсензой переехали в квартиру, — произнёс он тихо, чтобы никто, кроме неё, не мог услышать. — Отец тайно выделяет деньги. Пока всё нормально… но я не уверен, что это продлится долго. Лира кивнула, понимая, что Августин живёт на грани, балансируя между двумя мирами. — А ты как? — спросил он, его взгляд стал более пристальным. — Как ты держишься? Лира задумалась на мгновение, затем ответила: — Терпимо, — сказала она коротко, но её голос звучал уверенно. Она не хотела показывать ему, насколько трудно ей приходится. Августин нахмурился, словно чувствуя, что она скрывает что-то большее. Он сделал паузу, прежде чем задать следующий вопрос: — Лира… Это правда, что ты… крестраж? Его слова повисли в воздухе, тяжёлые и острые. Лира почувствовала, как её сердце на мгновение замерло, но она не отвела взгляда. Она знала, что рано или поздно этот разговор состоится. — Да, — ответила она тихо, но твёрдо. — Это правда. Я крестраж. И это случилось семь лет назад. Августин замер, его рука чуть сильнее сжала её пальцы. Он явно ожидал подобного ответа, но услышать это из её уст всё равно было тяжело. — Теперь понятно… — произнёс он после паузы, его голос был полон боли и осознания. — Понятно, почему ты тогда не смогла приехать к нам на прощание с летом. Мы тебя позвали… а твои родители сказали, что ты сейчас не можешь. Мы тогда удивились, конечно… но даже представить не могли, что происходит на самом деле. Лира опустила взгляд, её сердце сжалось от воспоминаний. — Мне очень жаль, — сказала она почти шёпотом. — Я бы всё отдала, чтобы быть там с вами. Августин покачал головой, его глаза блестели от сдерживаемых эмоций. — Не извиняйся, — сказал он твёрдо. — Ты не виновата в том, что с тобой сделали. Но я хочу, чтобы ты знала… я всегда буду рядом. Что бы ни случилось. Лира почувствовала, как её глаза наполнились слезами, но она быстро моргнула, прогоняя их. Она знала, что сейчас не время показывать слабость. Но слова Августина согревали её, напоминая о том, что она не одна. Они продолжили танцевать, и хотя музыка всё ещё играла. Каждое слово между ними было как нить, связывающая их через все эти годы разлуки и испытания. Когда последние ноты музыки растворились в воздухе, Августин слегка сжал её руку, словно не желая отпускать. Лира посмотрела на него, её глаза всё ещё хранили тень тех эмоций, которые она испытала во время их разговора. Но сейчас ей нужно было вернуться к своей роли. — Спасибо, — прошептала она тихо, её голос был полон искренней благодарности. Августин чуть заметно улыбнулся, его серые глаза светились теплом. — Всегда рад, — ответил он так же тихо. Затем, собравшись, он предложил ей руку и повёл её обратно к пьедесталу, где сидел Том. Лира шла рядом с Августином, чувствуя на себе взгляды окружающих. Они были смешанными: любопытными, завистливыми, осуждающими. Но она больше не позволяла себе обращать на них внимание. Её мысли всё ещё были заняты разговором с Августином, его словами о том, что он всегда будет рядом. Это придавало ей силы. Когда они подошли к трону, Том сидел неподвижно, его красные глаза скользили по залу, изучая каждую деталь происходящего. Он наблюдал за тем, как Августин вернул Лиру на место, и его лицо оставалось невозмутимым. Однако Лира заметила, как его пальцы слегка постукивают по подлокотнику трона — единственный признак того, что он не был полностью спокоен. — Благодарю за танец, — произнесла Лира, поворачиваясь к Августину. Её голос был мягким, но достаточно громким, чтобы окружающие могли услышать. — Это было честью для меня, — ответил Августин почтительно, затем отступил на шаг назад, сохраняя дистанцию. Его взгляд на мгновение встретился с взглядом Тома, но он быстро отвёл глаза, будто понимая, что пересекать эту границу нельзя. В этот момент к ним подошёл Драко Малфой, его фигура была столь же величественной, сколь и холодной. Рядом с ним стояла женщина, чья красота была одновременно изысканной и загадочной. Её коричневые волосы были собраны в элегантную причёску, а в глазах читалась покорность. Это была Валония Блэк, его жена. — Милорд, — произнёс Драко, склоняясь в коротком поклоне перед Томом. Затем он повернулся к Лире и представил свою спутницу: — Позвольте представить вам мою жену, Валонию Малфой. Лира чуть склонила голову, её улыбка была вежливой. — Очень приятно, миссис Малфой, — произнесла она мягко. Валония сделала шаг вперёд, её губы тронула едва заметная улыбка. Валония сделала шаг вперёд, и Лира сразу почувствовала в ней что-то неожиданно тёплое и располагающее. Несмотря на холодную элегантность её внешности — коричневые волосы, собранные в безупречную причёску, и утончённые черты лица — в глазах Валонии читалась мягкость и доброта, которая резко контрастировала с окружающей атмосферой бала. Её улыбка была искренней, а голос звучал мягко, почти успокаивающе. — Должна признать, вы ещё более очаровательны, чем я себе представляла. — Произнесла она, слегка склонив голову, словно изучая Лиру с любопытством, но без тени осуждения или высокомерия. Лира чуть заметно расслабилась, её губы тронула более открытая улыбка. Она не ожидала, что встреча с женой Драко Малфоя окажется такой приятной. — Благодарю вас, миссис Малфой, — ответила она мягко, чувствуя, как её напряжение начинает отступать. — Очень приятно познакомиться с вами. Валония кивнула, её глаза светились теплотой, когда она продолжила: — Надеюсь, вы не слишком утомлены всем этим вниманием? — спросила она, обведя взглядом зал, полный людей, которые время от времени бросали любопытные взгляды на Лиру. — Знаю, каково это — оказаться в центре событий. Иногда хочется просто спрятаться в уютной комнате с хорошей книгой. Лира удивлённо подняла брови, не ожидая такой прямой отсылки к чему-то столь личному и простому. Это было неожиданно — услышать такие слова здесь, среди всей этой роскоши и формальностей. — Вы совершенно правы, — ответила она, её голос стал чуть теплее. — Иногда книги кажутся единственным убежищем. Валония улыбнулась шире, её глаза засветились ещё ярче. — Какие жанры предпочитаете? Я сама обожаю старинные романы… хотя иногда позволяю себе что-то более современное. Лира задумалась на мгновение, затем ответила: — Мне нравятся обучающие книги… но романы тоже занимают особое место. Особенно те, где герои пытаются найти себя в сложном мире. Валония кивнула, будто полностью понимая её слова. — Как же это важно — найти себя, — произнесла она тихо, почти задумчиво. Затем, встряхнувшись, добавила: — Но мы, кажется, слишком увлеклись разговорами. Не хочу отвлекать вас от праздника. Лира улыбнулась, чувствуя странное облегчение после этого диалога. — Наоборот, мне было очень приятно поговорить с вами, — сказала она искренне. Валония слегка наклонила голову, её мягкая улыбка снова появилась на лице. — Раз уж вы здесь впервые, позвольте мне показать вам бальный зал, — предложила она с той же теплотой, которая так успокаивала Лиру. Лира кивнула, чувствуя благодарность за эту инициативу. Валония сделала жест рукой, приглашая следовать за собой, и они медленно направились вдоль стен зала, оставляя позади любопытные взгляды гостей. Лира заметила, как девушка движется с изящной уверенностью, словно каждое её действие было продумано до мелочей. — Вот фуршетная зона, — произнесла Валония, указывая на длинные столы, уставленные изысканными закусками, фруктами и напитками. Бокалы сверкали в свете хрустальных люстр, а аромат свежих цветов смешивался с запахом еды. Лира окинула взглядом обилие яств и улыбнулась: — Впечатляет. Спасибо, что показываете. — А вот и выход на маленький балкончик, — продолжила Валония, проводя Лиру через широкую арку. За дверями скрывалась небольшая терраса, украшенная мягкими шторами и живыми цветами в горшках. Ночной воздух был прохладным, но приятным после духоты зала. — Если станет слишком душно, вы всегда можете выйти сюда подышать. Лира сделала шаг вперёд, наслаждаясь лёгким ветерком, играющим с её волосами. Она глубоко вдохнула, чувствуя, как это место даёт ей минутную передышку от всего происходящего. — Это прекрасно, — сказала она тихо, поворачиваясь к Валонии. — Спасибо. Та лишь кивнула, её глаза светились пониманием. — Буду рада, если оно принесёт вам хоть немного покоя. Когда они вернулись в зал, к Лире подошла группа женщин, чьи наряды были не менее роскошными, чем её собственное платье. Они стояли полукругом, держась близко друг к другу, словно стайка птиц. Их лица выражали явное любопытство, а некоторые из них уже начали хихикать, переглядываясь между собой. На первый взгляд казалось, что их намерения не самые доброжелательные. — О, вы должны познакомиться с этими молодыми дамами, — произнесла Валония, делая шаг в сторону. — Это Агата Эйвери, — она указала на высокую брюнетку с холодным взглядом и идеальной осанкой. Её тёмные глаза окинули Лиру с ног до головы, а едва заметная улыбка, оголяющая неровные зубы, выдавала скрытое недовольство или зависть. — Рада знакомству, — произнесла Агата, хотя её тон говорил совсем о другом. — Элинор Ирамо, — продолжила Валония, представляя миниатюрную девушку с кудрявыми черными волосами, пухлыми щеками и заметными усиками. Элинор присела в коротком реверансе, её глаза блестели от интереса. — Очень приятно, — сказала она тоненьким голоском, чуть смущённо опуская взгляд. — Фернанда Флинт, — представила Валония следующую участницу группы, девушку с острыми чертами лица и каштановыми волосами, собранными в тугой пучок. Её пронзительный серый взгляд был колючим, но она всё же протянула руку для приветствия, демонстрируя ледяное спокойствие. — Приветствую вас, — произнесла она сухо, без намёка на теплоту. — Кассиопея Розье, — добавила Валония, и Лира сразу обратила внимание на эту девушку. Она действительно была одной из самых красивых в группе — её тёмно-русые волосы были собраны в элегантную причёску, а голубые глаза светились уверенностью и теплотой, резко контрастируя с холодностью остальных. Кассиопея тепло улыбнулась, её пожатие руки оказалось мягким, но уверенным. — Добро пожаловать, — сказала она, и её голос звучал искренне, почти успокаивающе. — Василика Табаку, — представила Валония следующую, девушку с загорелой кожей и тёмными карими глазами, полными глубины и загадочности. Та лишь кивнула, её губы остались плотно сжатыми, а молчание подчеркивало её замкнутость. — Шарлотта Шафик, — продолжила Валония, указывая на юную девушку с аккуратно уложенными чёрными прямыми волосами и большими карими глазами, полными спокойствия. Шарлотта присела в реверансе, её движения были порывистыми, почти неловкими. — Приятно познакомиться, — выпалила она быстро, слегка краснея. — И, наконец, Калебрия Д’Арко, — закончила Валония, представляя последнюю участницу группы. Высокая, с длинными каштановыми волосами и чуть надменным выражением лица, она слегка склонила голову в знак приветствия. — Рада встрече, — произнесла она, её тон был формальным, но без открытой враждебности. Женщины продолжали хихикать и переговариваться, время от времени бросая на Лиру быстрые взгляды. Лира почувствовала, как её напряжение возвращается, но она не позволила себе показать этого. Вместо этого она улыбнулась каждой из них, стараясь сохранить спокойствие. После представлений женщины продолжали стоять полукругом, их взгляды то и дело возвращались к Лире. Несмотря на внешнюю вежливость, в их поведении чувствовалась напряжённость — словно они пытались решить, как относиться к гостье. Лира ощущала это давление, но её улыбка оставалась неизменной, а осанка — безупречной. — Так вот вы какая, — произнесла Агата Эйвери, её голос звучал ровно, но с лёгким намёком на сарказм. — Мы узнали о вас только сегодня, и сразу же захотели познакомиться. Лира чуть склонила голову, её глаза блеснули холодным огоньком. Она знала, что подобные слова — это проверка, попытка заставить её потерять самообладание. — Благодарю за интерес, — ответила Лира мягко, но с ноткой уверенности, которая не оставляла места для сомнений. — Надеюсь, что смогу оправдать ваши ожидания. Агата прищурилась, её тон стал чуть более колким: — Ожидания… Да, они у всех разные. Но я слышала, что вы — личная ученица Темного Лорда. Это правда? Лира почувствовала, как её пальцы слегка напряглись, но внешне она оставалась спокойной. Её взгляд встретился с холодными глазами Агаты, и она ответила ровным голосом: — Да, это правда. Я здесь, чтобы учиться и служить. Кассиопея Розье, которая до этого молчала, вмешалась, её голос звучал тепло и обезоруживающе: — Какая ответственность! Должно быть, это невероятно волнительно. Мы все будем рады помочь вам освоиться, если понадобится. Её слова прозвучали искренне, и Лира чуть заметно расслабилась. Она кивнула Кассиопее с благодарностью: — Это очень любезно с вашей стороны. Однако Агата не собиралась отступать. Она бросила быстрый взгляд на Кассиопею, явно недовольная тем, что та взяла инициативу в разговоре, и снова обратилась к Лире: — Конечно, помощь всегда важна… Но всё же, скажите, почему именно вы? Что делает вас особенной? Вопрос был острым, но Лира была готова к подобным выпадам. Она улыбнулась, её голос оставался мягким, но уверенным: — Возможно, это вопрос не ко мне, а к Темному Лорду. Я просто выполняю свой долг. Фернанда Флинт, которая всё это время хранила молчание, холодно добавила: — Долг… Да, это важная вещь. Особенно когда ты представляешь тех, кто стоит выше тебя. Её слова были пропитаны цинизмом, но Лира не позволила себе отреагировать. Вместо этого она встретила взгляд Фернанды и ответила с лёгкой улыбкой: — Именно поэтому я здесь — чтобы соответствовать их ожиданиям. Шарлотта Шафик, которая до этого нервно теребила край своего платья, внезапно подняла глаза. Её голос прозвучал мягко, но искренне: — Знаете, я тоже всегда волнуюсь, когда оказываюсь в новых компаниях. Но думаю, со временем становится легче. Лира повернулась к ней, её выражение лица немного смягчилось. Она почувствовала, что Шарлотта, в отличие от других, говорила от чистого сердца. — Спасибо, — произнесла она тихо. — Это действительно успокаивает. Василика Табаку, до этого молчавшая, сделала шаг вперёд. Её карие глаза внимательно изучали Лиру, словно пытаясь понять, что скрывается за её маской уверенности. — Будем надеяться, что вы найдёте здесь друзей, — произнесла она своим спокойным, но глубоким голосом. Калебрия Д’Арко, которая всё это время сохраняла нейтральное выражение лица, наконец заговорила: — Возможно, вам будет интересно узнать больше о нашем обществе. У нас есть свои правила и традиции… но я уверена, вы быстро освоитесь. Лира кивнула каждой из них, чувствуя, как каждое слово — будь то комплимент или скрытый укол — было частью игры. Эти женщины, казалось, одновременно хотели принять её и проверить её силу. Лира понимала, что этот разговор был своего рода испытанием — мягким, но настойчивым способом определить, кто она такая и какого отношения заслуживает. Она сделала глубокий вдох, сохраняя свою улыбку спокойной и уверенной. Её глаза скользнули по лицам женщин, каждое из которых было уникальным, но все они объединялись одним общим чувством: любопытством. Любопытством, смешанным с осторожностью и небольшой долей зависти. — Я благодарна за ваш интерес, — произнесла Лира, обращаясь ко всем сразу, но стараясь встретиться взглядом с каждой из них. — И надеюсь, что смогу оправдать ваши ожидания. Это новое для меня общество, но я готова учиться и адаптироваться. Агата Эйвери чуть заметно усмехнулась, её тонкие губы тронула почти незаметная улыбка. — Адаптация важна, — проговорила она, её голос всё ещё был пропитан скрытым сарказмом. — Но иногда бывает сложно найти своё место, особенно если ты… особенная. Лира не отвела взгляда, холодный огонь внутри загорелся чуть ярче. — Особенность — это то, что делает нас теми, кто мы есть, — ответила она спокойно, но с намёком на вызов. Кассиопея Розье снова вмешалась, её голос звучал тепло и обезоруживающе: — Именно такой подход и помогает нам выжить в этом мире, — произнесла она мягко, но с уверенностью. — Вы мне нравитесь, Лира. Надеюсь, мы сможем поближе познакомиться. Фернанда Флинт слегка прищурилась, её серые глаза оставались холодными, но в них мелькнуло что-то похожее на уважение. — Посмотрим, насколько вы окажетесь стойкой, — сказала она сухо, но без прежней колкости. Агата Эйвери, до этого внимательно наблюдавшая за происходящим, наконец решила задать вопрос, который, казалось, крутился на языке у всех: — Кстати, а откуда вы родом, Лира? Мы все знаем друг друга здесь… Но ваше имя не упоминается в наших кругах. Лира чуть склонила голову, её улыбка оставалась спокойной, но чуть более открытой. — Я из Стаутана, — ответила она уверенно, но без лишней детализации. — Ах, Стаутан! — воскликнула Шарлотта Шафик, её большие карие глаза загорелись интересом. — Это же такое живописное место! Я слышала, там удивительные горы и прекрасное море. Элинор Ирамо кивнула, добавляя: — Да, и говорят, там очень красивые озера. Василика Табаку внимательно изучала Лиру. — Интересно, как вам удается адаптироваться к новым условиям, — произнесла она своим глубоким, чуть хрипловатым голосом. — Иногда перемены даются нелегко. — О, Василика всегда такая серьезная! — засмеялась Кассиопея, слегка подталкивая подругу локтем. — Но она права. Переезд может быть настоящим испытанием. Особенно если ты попадаешь в совершенно новый круг. Лира кивнула, её взгляд стал чуть теплее. — Спасибо за понимание. Пока что я стараюсь освоиться и изучить ваши обычаи. Рядом стоявшая Валония Малфой, которая до этого молча наблюдала за разговором, наконец вмешалась: — Уверена, Лирисия справится. Она уже показала себя достойной ученицей. Агата Эйвери бросила быстрый взгляд на Валонию, её губы тронула едва заметная улыбка. — Конечно, с такими наставниками сложно ошибиться, — произнесла она с легким сарказмом, но быстро перевела тему: — Кстати, Элинор, ты не рассказывала, как прошел твой последний прием у целителя? Элинор Ирамо слегка покраснела, явно не ожидая такого поворота. — О, это было… ничего особенного. Просто рутина. Шарлотта Шафик тут же подхватила тему: — Знаете, я тоже планирую записаться к нему. Говорят, он настоящий профессионал. Хочу, чтобы у меня родился здоровый ребенок. Женщины продолжали переговариваться, переходя от одной темы к другой. Лира чувствовала, что они больше не пытаются проверить её, а скорее принимают как часть своей группы. Разговор становился более расслабленным, хотя Лира знала, что её каждое слово и движение всё ещё остаются под пристальным наблюдением. В какой-то момент, когда разговор зашел о семьях и родственных связях, Шарлотта Шафик неожиданно обратилась к Лире с прямым вопросом: — Кстати, а кто этот молодой человек, с которым вы танцевали первым? — спросила она, слегка наклонив голову. — Августин, кажется? Он ведь не часто появляется на наших собраниях. Лира внутренне напряглась, но внешне сохранила спокойствие. Она знала, что этот вопрос рано или поздно возникнет, и подготовила ответ заранее. Её губы тронула мягкая улыбка, а голос звучал уверенно: — Да, это Августин Холовитц. Он мой троюродный брат, — произнесла она, намеренно упрощая их связь. — Мы давно знакомы, и я очень рада, что он тоже здесь сегодня. Кассиопея Розье заинтересованно подалась вперед: — Троюродный брат? Как интересно! Значит, ваши семьи близки? — Можно сказать и так, — кивнула Лира. — Наши семьи поддерживают связь уже много лет. Августин всегда был для меня своеобразным старшим братом… защитником, если хотите. Агата Эйвери приподняла бровь, её холодный взгляд стал чуть более изучающим: — Старший брат, говорите? Но его семья не принадлежит к нашему кругу, верно? Или я ошибаюсь? Лира понимала, что Агата снова пытается проверить её, но была готова: — Его семья также живет на Стаутане, — ответила она ровным тоном. — Но это не мешает нам поддерживать теплые отношения. Мы ценим наши семейные связи, особенно сейчас, когда жизнь стала такой переменчивой. Василика Табаку задумчиво кивнула: — Понятно… Иногда такие связи помогают сохранять ощущение стабильности, даже когда всё вокруг меняется. Фернанда Флинт скептически хмыкнула: — Интересно, что Темный Лорд позволил вам танцевать именно с ним первым. Это ведь довольно необычно… Лира встретила её взгляд без тени сомнения: — Я доверяю его решениям и не задаю лишних вопросов. Шарлотта Шафик попыталась смягчить напряжение: — В любом случае, он показался мне очень приятным молодым человеком. Очень благородные манеры. Девушки продолжили обсуждать других гостей бала, и Лира почувствовала, что успешно справилась с этим раундом испытаний. Валония мягко предложила Лире подойти к фуршетному столу, и та с благодарностью последовала за ней. Две девушки взяли по безалкогольному напитку, отстраняясь от шумной группки девушек. — Какие прекрасные здесь угощения, — заметила Валония, пригубив свой бокал. В этот момент к ним подошли две взрослые дамы — Рената Крэбб и Элионора Розье. Обе выглядели элегантно, несмотря на возраст, их осанка выдавала аристократическое воспитание. — Как интересно, что молодые леди выбирают безалкогольные напитки, — произнесла Рената, её тёмные глаза озорно блеснули. — Неужели в нашем обществе наконец-то зарождается новое трезвое поколение? Элионора рассмеялась мягким смехом: — Или, может быть, у тут скоро родится новое поколение? Лира почувствовала, как напряглась её спина. Валония же сохраняла спокойствие. — В наше время незамужняя беременность была бы немыслимой ситуацией, — продолжала Рената. — Хотя я слышала, что некоторые современные девушки позволяют себе такую вольность… — Но это совершенно недопустимо! — подхватила Элионора. — Если молодая леди находится в интересном положении, необходимо немедленно организовать достойную свадьбу! Лира с трудом сдерживала раздражение. Эти женщины, пусть и в дружелюбной манере, вторгались в её личное пространство своими устаревшими представлениями. — Безалкогольные напитки сейчас в моде среди молодёжи, — мягко вмешалась Валония. Рената поджала губы: — Мода… Иногда она противоречит здравому смыслу. Но что поделать — молодёжь всегда стремится к переменам. После ещё нескольких минут светской беседы дамы откланялись, оставив Лиру с Валонией. — Не обращайте внимания, — прошептала Валония. — Они из другого поколения и иногда лезут с советами. Лира благодарно улыбнулась своей новой знакомой. Несмотря на неудачный эпизод, вечер складывался лучше, чем она могла надеяться. Через несколько минут разговора с Валонией Лира почувствовала, что ей необходимо немного свежего воздуха. Она изящно извинилась и направилась к балкону, на ходу бросив взгляд в сторону Тома. Он стоял в окружении нескольких мужчин, его фигура выделялась даже среди других высоких и статных гостей. Балкон оказался пустым, и Лира с благодарностью шагнула в прохладную тьму ночи. Лёгкий ветерок играл с её волосами, пока она облокотилась на перила, наслаждаясь несколькими редкими минутами уединения. — Не против, если составлю вам компанию? — раздался мягкий голос за спиной. Лира обернулась и увидела Фернанду Флинт. Она чуть склонила голову в знак согласия: — Конечно. Фернанда подошла ближе, её острые черты лица казались более мягкими при свете луны: — Меня все обычно называют Ферни. Надеюсь, мы станем хорошими знакомыми. — Рада знакомству, Ферни, — ответила Лира вежливо. Ферни сделала паузу, прежде чем продолжить: — Скажите, каково это… быть так близко к Темному Лорду? Я слышала, вы его ученица… — Это большая честь, — осторожно ответила Лира. Ферни придвинулась чуть ближе: — Знаете, я тоже не имею метки… но мне всегда было интересно, каково это… быть частью чего-то большего. — У каждого своя роль, — уклончиво ответила Лира. Ферни не собиралась сдаваться: — Но всё же… должен быть какой-то особый… контакт между вами и Лордом? Вы, мне кажется, много времени проводите вместе… — Мы сосредоточены на обучении, — коротко ответила Лира. Ферни понизила голос до шепота: — Я знаю, что вы… особенная для него, — она намекала на что-то. — И я просто хотела сказать… если вам когда-нибудь понадобится совет или поддержка… Лира повернулась к ней, её глаза стали холоднее: — Благодарю за заботу, Ферни. Но я уверена, что справлюсь. Ферни сделала шаг назад, её глаза напряжённо блеснули в свете луны. — Скажите, Лира… Вы ведь знаете об Ордене Феникса? — спросила она внезапно, понизив голос почти до шёпота. Лира нахмурилась, слегка покачав головой: — Боюсь, что нет. Это что-то важное? Ферни нервно оглянулась через плечо, прежде чем продолжить: — Это группа… людей, которые против убийств и насилия. Просто скажите, вы сами против убийств? — Конечно против, — твёрдо ответила Лира, глядя прямо в глаза собеседнице. — Понимаете… — Ферни снова понизила голос, — Темный Лорд карает за любое неповиновение. Он пытает тех, кто ошибается, а если кто-то серьёзно провинится… он может убить. Орден Феникса против этого. Против его режима. Она сделала паузу, пристально глядя на Лиру: — Не хотели бы вы присоединиться к нам? Вместе мы могли бы… Но договорить она не успела. Раздался звук открывающейся двери, и на балкон вышел Августин. Его серые глаза удивлённо блеснули при виде Лиры и Ферни. — Простите, что помешал, — произнёс он, переводя взгляд с одной девушки на другую. Ферни сразу же отступила на шаг, её лицо приняло нейтральное выражение: — Ничего страшного, мы просто разговаривали. Августин сделал шаг вперёд, его серые глаза оставались настороженными, пока он переводил взгляд с Ферни на Лиру. — Я, пожалуй, оставлю вас, — произнесла Ферни с напускной лёгкостью, хотя её руки слегка подрагивали. Она одарила их обоих короткой улыбкой и скрылась за дверью, оставив Лиру и Августина наедине. Лира облокотилась на перила балкона, глядя в темноту ночи. Она знала, что разговор с Ферни был не просто случайной беседой — женщина явно искала союзников или информацию, а возможно, даже хотела заманить её в ловушку. Но сейчас её мысли были заняты другим. — Как ты? — спросил Августин, подходя ближе. Его голос звучал тише, чем обычно, словно он хотел быть уверен, что их никто не подслушает. — Сложно, — ответила Лира честно, поворачиваясь к нему. Её глаза встретились с его, и она почувствовала, как часть напряжения отступает. — Этот мир… он слишком сильно давит. Августин кивнул, будто понимал каждое её слово. Он всегда умел слушать, не перебивая, и это делало его одним из немногих людей, с которыми Лире было легко говорить. — Ты знаешь, что можешь доверять мне, — сказал он мягко. — Что бы ни случилось. Лира улыбнулась, но её улыбка была грустной. Она знала, что Августин прав, но в то же время чувствовала, что уже слишком глубоко запуталась в этой игре. Разговор с Ферни только подтвердил это. Та женщина явно принадлежала к Ордену Феникса, и её слова против Темного Лорда могли быть восприняты как предательство. Если Лира действительно была так привязана к Лорду, как все думали, то любое сомнение в его власти могло быть использовано против неё. — Я знаю, — ответила она наконец, отводя взгляд. — Просто иногда кажется, что нет выхода. Все ждут от меня чего-то… конкретного. Августин молчал, позволяя ей высказаться. Его присутствие само по себе было утешением. — Ферни… — начала Лира, затем замолчала, подбирая слова. — Она говорила странные вещи. Про Орден Феникса. Про то, что они против… Августин нахмурился, его рука машинально потянулась к одной из родинок у носа. — Будь осторожна, — сказал он серьёзно. — Эти люди… они могут казаться дружелюбными, но у них свои цели. И если они узнают, что ты… Он не договорил, но Лире и не нужно было слышать конец фразы. Она понимала, что её положение шатко. Если кто-то узнает о её истинных чувствах или намерениях, это может стоить ей всего. — Я знаю, — повторила она, опуская глаза. — Именно поэтому я должна быть осторожной. Даже с теми, кто кажется… безопасным. Августин кивнул, его лицо стало задумчивым. — Ты не обязана делать всё в одиночку, — произнёс он после паузы. — Я всегда рядом, если тебе понадобится помощь. Лира снова улыбнулась, на этот раз чуть теплее. — Спасибо, — сказала она. — Это много значит для меня. Они продолжили разговаривать, переходя на более лёгкие темы. Лира рассказывала о своих наблюдениях за этим обществом, о том, как сложно ей даётся адаптация, и о том, как иногда хочется просто убежать от всего этого. Августин слушал, иногда добавляя свои комментарии или истории из собственной жизни. Но даже во время этого разговора её мысли периодически возвращались к Ферни. Лира знала, что должна будет рассказать о разговоре Темному Лорду. Это было необходимо не только для её безопасности, но и для того, чтобы сохранить свою роль. Однако сейчас, в присутствии Августина, она позволила себе немного отвлечься от этих тревожных мыслей. Вскоре Лира устала, и она медленно приблизилась к Тому, который всё ещё восседал на своём троне, наблюдая за происходящим в зале. Его красные глаза скользнули по её фигуре, когда она остановилась перед ним. — Я устала, — произнесла она тихо, но достаточно чётко, чтобы он услышал. — Хотела бы покинуть бал и отдохнуть. Том слегка приподнял бровь, его губы изогнулись в холодной полуулыбке. — Покинуть бал? — переспросил он, словно это было что-то необычное. — Ты исполнила не все свои обязанности, Лира. — Что мне нужно сделать? — Сначала потанцуй с Драко Малфоем, затем с Десмондом Слизерином. После этого ты будешь свободна. Лира внутренне напряглась, но внешне осталась спокойной. Она знала, что спорить бесполезно. — Хорошо, — ответила она коротко и отошла, чтобы найти Драко Малфоя. Первый танец с Драко прошёл в полном молчании. Он был слишком занят своими мыслями или, возможно, просто не считал нужным разговаривать с ней. Он казался Лире слишком холодным. Но второй танец, с Десмондом Слизерином, стал для неё возможностью получить ответы на её вопросы. Когда музыка начала играть, и они сделали первые шаги в танце, Лира решилась: — Скажите, что такое Орден Феникса? — спросила она как можно более небрежным тоном, словно вопрос был случайным. Десмонд замер на мгновение, его движения стали чуть более напряжёнными. Он внимательно посмотрел на неё, его глаза сузились. — Откуда ты знаешь об этом? — спросил он холодно, его голос стал ниже. Лира пожала плечами, сохраняя маску безразличия. — Просто слышала разговоры, — ответила она уклончиво. Десмонд продолжал изучать её взглядом, словно пытаясь понять, насколько она осведомлена. Наконец, он заговорил: — Орден Феникса — это группа людей, которые противостоят семье Слизеринов и всему, что она представляет, противостоят законной власти Повелителя, — произнёс он ровным тоном, но в его словах чувствовалась явная неприязнь. — Они считают себя защитниками «света», хотя на самом деле они всего лишь слабые глупцы, которые боятся настоящей силы. Лира слегка наклонила голову, делая вид, что обдумывает его слова. — Значит, они ваши враги? — уточнила она. — Не только наши, — ответил Десмонд, его голос стал ещё холоднее. — Они враги любого, кто следует за Темным Лордом. Их цель — уничтожить всё, во что мы верим. Они называют себя героями, но на самом деле они предатели и трусы. Лира кивнула, стараясь скрыть свои истинные эмоции. Она знала, что информация, полученная от Десмонда, сильно отличается от того, что рассказывала ей Ферни. Теперь ей предстояло решить, кому верить — или, возможно, никому из них. Когда музыка закончилась, Десмонд отступил на шаг, его лицо снова стало непроницаемым. — Благодарю за танец, — произнесла Лира вежливо, склонив голову. — Удачи, — ответил он коротко, затем растворился в толпе. Лира стояла посреди зала, чувствуя, как её мысли путаются. Теперь у неё были два противоположных взгляда на Орден Феникса, и она понимала, что правда, скорее всего, лежит где-то между ними. Но одно было ясно: она должна быть осторожна. Очень осторожна.