Вторая первая любовь

      В голове всё ещё немного шумело, пока Чонгук в компании Дахён спускался на лифте вниз, чтобы покинуть компанию отца и вернуться домой. Он старался не заострять внимания на любопытных взглядах сотрудников — в основном, женской части, — которые, судя по всему, знанием правил этикета были обделены ещё сильнее его самого.       Вместо этого держал перед глазами вытянувшееся от удивления лицо отца, когда тот узнал про помолвку с Тэхёном. Гук, честно говоря, ждал конкретного такого скандала, но видел, что родитель пытался себя сдерживать — правда, от требования познакомить с потенциальным зятем не удержался, но это нормально. Вероятно, Чонгук на его месте тоже захотел бы знать о женихе своего сына чуть больше, чем совсем ничего, потому и не чувствовал ни раздражения, ни усталости.       Мысли внезапно снова перескочили одна на другую: интересно, Тэхён хочет детей? Конечно, Чонгук физически не способен зачать и выносить дитя, но в современном мире существует множество способов завести ребёнка, они наверняка что-нибудь придумают, если однажды примут такое решение. Но рассуждения об этом оказались до того смущающими, что парня в жар бросило — благо Дахён копалась в телефоне и не видела его лица.       В главном вестибюле на него смотрели уже совсем другими глазами — секретарша отца своё дело хорошо знает, уже всей компании донесла, кто такой Чонгук и кем приходится её боссу. Его подобное внимание не трогало нисколько, за целую жизнь к такому привыкаешь, когда чем-то отличаешься от остальных или сильно окружающих удивляешь. Гук же представлял только то, как приедет домой и с удобством развалится на кровати, чтобы проспать до самого вечера, ведь за прошедшую ночь почти глаз не сомкнул, но его телефон внезапно завибрировал входящим вызовом, и сердце предательски ёкнуло, когда он увидел имя на экране.       Надо переименовать его, кстати, пока не увидел.       — Надо же, сразу ответил, — чётко распознал в чужом голосе улыбку. — Я думал, морозить меня будешь.       — С какой стати? — фыркнул в трубку, благодарный Тэхёну за то, что тот своими подколками немного расслабил его натянутые нервы.       — Тебе виднее. Разве не ты вчера вечером так очаровательно краснел, сидя в моей квартире в моих же вещах?       Чонгук закатил глаза к потолку: только бессовестный Ким Тэхён может подбодрить, а затем сразу же заставить смущаться.       — Ты звонишь, чтобы напомнить мне об этом?       Дахён, ушедшая чуть вперёд, заметила наконец, что брат не шёл рядом, и вернулась к нему, заинтересованно вглядываясь в глаза — хотела знать, с кем он разговаривал.       — Вообще-то, я хотел увидеться.       Вот так, в лоб! Нравится Чонгуку вот это отсутствие у Тэхёна манеры ходить вокруг да около.       — Я сейчас в городе, как раз в пяти минутах ходьбы от твоей компании — могу отметиться.       Его губы сами растягиваются в улыбке, честное слово!       — Как мне нравится твоё рвение, — смеётся тихо тот, шурша на фоне документами. — Я думал, будешь заднюю давать, ты меня приятно удивляешь.       — Тебе напомнить, кто из нас в кого влюблён с третьего класса? — растеряв всю свою скованность, спросил с намёком на вызов в голосе.       Дахён тоже начала тихо смеяться, беря Чонгука под руку и выводя на улицу, а вот такси вызывать не торопилась: уловила основную суть разговора.       — Ты сегодня поразительно бесстрашный в отличие от всех прочих разов, — задумчиво уронил Ким. — И кто я такой, чтобы отказываться от такого шанса? У меня через полчаса встреча, но до того я успею уделить тебе время.       — Как скажете, господин Ким.       — Ммм, повторишь эту фразу в других обстоятельствах? — внезапно понизился голос, впуская в него игривые нотки.       С Чонгуком бессовестно флиртуют?       Он хмурится некоторое время, а после до него доходит посыл, отчего щёки горят вновь, а брови взлетают на лоб.       — Пошляк! — выплёвывает в ответ и буквально бросает трубку до того, как Тэхён успевает ляпнуть что-то ещё в том же духе.       Но вот его смех напоследок слышала даже ржущая в сторонке Дахён.       — Знаешь, он мне уже нравится, — доверительно сообщает, всё-таки вызывая для себя такси. — Обязательно познакомь нас с ним, когда определитесь.       Быстро чмокнув брата в щёку, девушка пожелала ему удачи и подтолкнула в спину в нужную сторону, сама того не подозревая; здание «Алгоритма» уже отсюда маячило своими внушительными размерами и вызвало дежавю при приближении: Чонгук ведь и понятия не имел, что однажды действительно сюда вернётся, ещё и в качестве жениха Тэхёна.       Уже на подходе к зданию осознал, что у него нет пропуска, а охранник вряд ли станет слушать, к кому он там пришёл, если ему не назначено, но тот даже не возмутился, наоборот вежливо поздоровался и без лишних вопросов разрешил пройти — значит, его предупредили. Приятно.       На ресепшене уже знакомая Ан Дживон протянула пропуск, приглядываясь с немым вопросом в глазах, который можно было интерпретировать как: «С какого перепуга этому простолюдину сюда приходить позволяют?». Мило улыбнувшись, Чонгук поблагодарил девушку и двинул к лифтам, невольно вспоминая тот единственный раз, когда Тэхён был так близко, уличив его в симпатии.       Возможно, стоило сказать Мине «спасибо» за её длинный язык, иначе он бы сейчас не носил на пальце кольцо.       Секретарша Кима повела себя более профессионально — оповестив, что его уже ждут, вернулась к своей работе, а Чонгук тем временем потопал к двери, чувствуя, что за ней оставит свою храбрость. Сердце, словно чувствуя грядущую встречу с объектом своей влюблённости, застучало чаще, но хоть румянец на щёки не наполз, и на том спасибо.       Постучав для проформы, он толкнул дверь и вошёл в уже знакомый за эти несколько недель кабинет. Тэхён говорил с кем-то по телефону, но на секунду отвлёкся, чтобы махнуть рукой, указав в сторону небольшого диванчика возле панорамного окна, на котором Гук с удобством улёгся, закинув ноги на спинку — не хотелось испачкать обувью. Лёгкая нервозность не позволяла уснуть, хотя парню очень хотелось и было более чем удобно.       — Отрадно знать, что рядом со мной ты чувствуешь себя в достаточной безопасности, раз решил тут разлечься, — услышал смешливый голос Тэхёна, который так неожиданно приблизился.       Выйдя из мыслей, Чонгук переключил внимание на мужчину, усевшегося на диван у него в ногах.       — Снова ляпнешь какую-нибудь пошлость — получишь по своей бессовестной морде, — растянул губы в улыбке.       — А с тобой нужно осторожно подбирать слова, да?       Его глаза блеснули лукавым огоньком, который заставил Чонгука вопросительно вскинуть бровь и сесть, оказавшись почти лицом к лицу с мужчиной. Он картинно сделал вид, что внимательно всматривался в него, нахмурив брови, чтобы в итоге изречь диагноз:       — Кто ты и что сделал с Ким Тэхёном? — щёлкнул того пальцем по лбу. — Ты сегодня подозрительно игривый, только и делаешь, что флиртуешь со мной.       — С кем же мне флиртовать, как не со своей парой? — делано удивлённо округляет глаза.       Свою новую роль осознавать ему настолько непросто, что Чонгук смущённо рассмеялся.       — Тебя как будто подменили. В чём дело?       Чуть прищурившись, Тэхён наклонился, оставив быстрый поцелуй на вмиг загоревшейся щеке.       — Я просто проснулся утром, увидел тебя рядом и понял, что мне нравится, — пожал плечами тот, взяв в свои ладони руку Чонгука; та внезапно стала такой слабой и безвольной, как и сам парень рядом с Тэхёном. — Нравится, что ты мой жених; нравится, что теперь я могу работать ради кого-то, а не потому, что должен или чтобы загрузить свои чересчур свободные будни; нравится, что есть кто-то, кому я небезразличен. Что этот кто-то будет ждать меня вечерами дома, чтобы разделить остывший ужин, потому что мне экстренно пришлось задержаться в офисе. Нравится, что однажды мы станем семьёй во всех смыслах этого слова и увеличим её — если ты этого тоже захочешь, конечно.       Чонгук неровно выдохнул, потому что это так похоже на его недавнюю фантазию. Тэхён, сам того не понимая, дал ответ на вопрос, которым он всего несколько минут назад задавался, и это отчего-то грело душу. Представлял ли Гук себя отцом? Честно говоря, никогда прежде об этом не думал.       До недавнего времени Чонгук не был уверен даже в том, что с кем-то встречаться начнёт, не то что строить семью, а тут уже пошла речь о возможных совместных детях, но его это почему-то не пугало. Всё переключилось как-то резко, они с Тэхёном слишком быстро перешли от старых знакомых к паре, но Гук любил мужчину слишком долго, а Ким, видимо, всё это время ждал именно его, даже не подозревая об этом.       Другого объяснения тому, что они оба здесь, он просто не видел.       — Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, — с робким смешком уронил Чонгук, и, рискнув на ответные действия, начал кончиками пальцев поглаживать чужое запястье.       — Тебе доказательства нужны, я прав? — как-то слишком уж довольно улыбался тот.       Гук не успел ни о чём подумать — только широко распахнуть глаза, когда мужские губы так резко прижались к его собственным. Он весьма остро чувствовал, как к щекам приливает кровь, этот жар почти душил, мысли растерянно разбежались, сердце взволнованно ускорило свой ритм, но губы покалывало от того, насколько это прикосновение приятно.       Ему всё ещё предстоит постичь искусство поцелуя, и это, скорее всего, сейчас для Тэхёна слишком очевидно, но у Чонгука уже получается куда лучше, чем это было вчера. Они оказываются слишком близко друг к другу, чтобы всё это можно было списать на игру или шутку, чувства обостряются, как никогда прежде. Но мягкое слияние заканчивается так же быстро, как и началось, и парню только и остаётся, что облизывать губы и пытаться привести дыхание и разбушевавшееся сердце в норму, не решаясь при этом открыть глаза.       — Твоя невинность абсолютно во всём однажды сведёт меня в могилу, — с тихим смешком роняет Тэхён, прижавшись своим лбом к его.       Щёки Чонгука всё ещё полыхают, потому очередного прилива смущения он попросту не чувствует.       — Как и меня — твоя откровенность, — бурчит в ответ; глаза открывать всё ещё боязно, но не сидеть же с закрытыми вечно, и потому на свой страх и риск он распахивает веки, тут же натыкаясь на внезапно нежный взгляд. — Ты сегодня правда меня удивляешь.       И, возможно, это не закончится.       Звучный голос секретарши, раздавшийся из селектора, нарушил все планы, если таковые у Тэхёна имелись.       — Простите, что прерываю, господин Ким, тут к вам посетители, им назначено.       Тэхён выдохнул тихо и как будто немного разочарованно, а Чонгук вздрогнул, выныривая из своего уютного мирка, сразу же чувствуя, как вспыхивают щёки. И вот как в таком виде выходить отсюда на всеобщее обозрение? Не то чтобы его слухи смущали, или чужие взгляды причиняли дискомфорт, но в этот раз же причина будет совсем в другом: розовые щёки и малость припухшие губы, а к такому своему виду он ещё не привык.       — Не буду мешать тебе работать, — со смущённым кашлем отстранился от мужчины, поднимаясь на ноги.       К его удивлению, отойти далеко Чонгуку не дали, мягко взяв за запястье. У Тэхёна сегодня было невероятно хорошее настроение, а иначе почему тот столько улыбается, пока на дне его глаз пляшут черти?       — Сходим вечером на свидание?       От неожиданности брови Чонгука полезли на лоб.       — Куда?       — А куда ты хочешь?       Вопрос на миллион, и, честно говоря, сильно тянуло отказаться, потому что в ресторане парень себя просто не мог представить, а предлагать Тэхёну сходить во второсортное кафе… вряд ли Ким такую идею оценит, учитывая его статус. В кино — слишком громко, в парке — слишком многолюдно, да и Чонгук в принципе не любитель чего-то подобного. Он не заметил, когда успел нахмуриться, но все его чувства, похоже, для мужчины были написаны на лице, так как слишком уж понимающая усмешка растянула его губы.       — Я не заставляю тебя натягивать костюм от Армани и идти со мной в ресторан с тремя звёздами Мишлен, — покачал головой, подходя ближе; его ладони внезапно оказались на чонгуковой талии, отчего он неровно выдохнул, но не отстранился — приятно. — Мы можем и просто посидеть дома. Закажем еду или приготовим что-нибудь сами, можем посмотреть кино или просто посидеть в тишине — не принципиально, главное, что вместе.       — Как знакомо звучит, — улыбнулся уже Чонгук, уложив руки на крепкие плечи. — Выходит, вчера у нас тоже свидание было?       — Вчера был форс-мажор, но я в любом случае не вижу в таком времяпрепровождении ничего плохого — лишь бы ты был рядом.       — Не знал, что ты умеешь бывать таким романтиком.       — Ты просто пока в принципе плохо меня знаешь, — услышал в голосе улыбку и прикрыл глаза, принимая поцелуй в висок.       Чонгук впервые чувствовал себя слабым рядом с кем-то, но эта слабость не пугала и не вызывала желания избавиться от причины — наоборот была приятна.       — Ох, мы помешали? — раздался внезапно чужой мужской голос в кабинете. — Прошу прощения.       Чонгук испуганно вскинул голову, не ожидая такого поворота, и замер, вперившись взглядом в знакомые нахальные глаза, которые сегодня, впрочем, смотрели на него то ли разочарованно, то ли презрительно. Похоже, у его судьбы хреновое чувство юмора, а иначе зачем она постоянно сталкивает парня с теми, кого ему хочется видеть меньше всего?       — Вы! — сорвалось с его губ немного обвинительно.       Теперь настала очередь Тэхёна хмуриться.       — Вы знакомы?       — К несчастью, — кивнул Гук в ответ. — И про своё знакомство с ними я тебе вчера рассказывал.       Выражение лица Кима тут же изменилось, и, глядя на него, парню впервые стало, мягко говоря, не по себе. Ещё и руки чужие так сильно на его талии напряглись, что едва не причиняли боль. Он чуть слышно пискнул и сморщился, но этого оказалось достаточно, чтобы Тэхён очнулся, понял, что делает, и расслабил тиски, продолжая просто прижимать Чонгука к себе, не отпуская ни на сантиметр. Теперь от каждого его движения за километр несло собственничеством, что лишь доказывало заинтересованность Тэхёна в Чонгуке, и ощущать это на себе ему было приятно.       — Так вот кто посмел пускать слюни на моего жениха, — прозвучало не вопросом, на что младший из братьев Сон лишь хмыкнул.       — Это было до того, как я понял, что он ищет кошелёк поувесистей.       От такого нелепого обвинения у Чонгука глаза на лоб полезли.       — А вы не охренели часом? — без всякого уважения накинулся на Убина. — Разве я давал вам какой-то повод думать, что вы мне интересны? С таким бессовестным неандертальцем, как вы, ни один уважающий себя парень общаться не захочет! Вас в детстве не обучили даже базовым манерам поведения в гостях, а вы ещё смеете какие-то претензии в мой адрес предъявлять? Или что, всякий, кто вас отвергает, по определению становится хищником за чужим состоянием?       — Гук-а… — попытался вмешаться Тэхён, но его уже было не остановить.       — Не затыкай мне рот, Ким, — ответил тому, правда, не грубо, а, скорее, с намёком на недовольство. — Этот павлин, распушивший перья от собственного самомнения, совершенно потерял всякий стыд. Уверен, он считает, что внушительный банковский счёт позволяет ему вести себя подобным образом, но со мной такой номер не прокатит. Возможно, я не обучен этикету и тому, какой вилкой нужно есть салат в ресторане, но это несложно исправить, а вот кое-кто так и останется мудаком!       Убин задушенно засмеялся, но зато выражение его лица резко изменилось.       Больше не видно презрения — только ещё больше приятного удивления.       — Мне ещё не доводилось встречать человека, более воинственного, чем вы, и готового защищать свою честь, не прельстившись на деньги, — проговорил Сон-младший совершенно не то, что Чонгук ожидал услышать. — Жаль, что у вас уже есть жених, однако своего потенциального партнёра с выбором спутника поздравляю. И прошу простить мне мои вчерашние вольности: я понятия не имел, что вы уже обручены, иначе даже не посмел бы в вашу сторону посмотреть.       Тэхён рядом с Чонгуком расслабился немного, но не слишком.       — Рад, что ты это понимаешь. Однако я выставлю тебя за дверь и оборву все контакты с тобой и братом, если ещё хоть раз услышу оскорбление в сторону Чонгука.       Где-то в груди растеклось тепло от того, что ради него в который раз готовы пойти на такие крайние меры. Сначала отец, теперь вот Тэхён — разве это не является наглядным примером того, как он важен для них?       Сон Убин примирительно вскинул руки, демонстрируя ладони и отсутствие плохих намерений, повторно извинился, и, хотя у Чона больше не было причин того ненавидеть, он не поменял к нему своего отношения: всё же у него был единственный шанс произвести хорошее впечатление, и Убин его упустил. Однако чужие извинения приняли и Чонгук, и Тэхён, но перед тем, как дать парню уйти, Ким оставил на его губах ещё один поцелуй — демонстративный такой, расставляющий все недостающие точки, и инцидент оказался исчерпан.       — Так что насчёт свидания? — тихо шептал Чонгуку на ухо Тэхён, отведя в сторону, пока его визитёры усаживались в кресла у рабочего стола.       Он старательно пытался сдержать улыбку, поджав губы, но глаза выдавали его, видимо, потому что мужчина тоже улыбался.       — Не имею ничего против, но не думаю, что готов к походам по ресторанам.       — Тогда просто проведём время вместе дома, — согласно кивнул, выуживая из кармана клочок бумаги и ключ и вкладывая те Чону в ладонь; он поднял на Кима непонимающий взгляд. — Твой комплект. Здесь ключ от домофона и код от двери.       Почему-то это показалось парню куда серьёзнее кольца на пальце.       — Могу я приготовить ужин сам? — продолжил шептать и выглянул из-за плеча Тэхёна, чтобы удостовериться, что братья Сон переговариваются между собой и не подглядывают.       Ким смешно поморщил нос и взглянул на Гука как-то виновато.       — В холодильнике нет продуктов… — На немой вопрос в его глаза пояснил: — Я редко появлялся дома и чаще всего питался, заказывая доставку из ресторанов, поэтому в продуктах не видел нужды. Подожди минуту. — Тот отошёл к рабочему столу, что-то тихо на ходу сказав своим гостям — судя по кивкам тех, ему простили невнимательность к их персонам, — и вернулся к Чонгуку, неся в руке карту. — Возьми это. Можешь пользоваться ею на своё усмотрение.       — Не боишься стать банкротом? — хитро улыбнулся, не спеша принимать ту.       — Если бы я был о тебе подобного мнения, ты не носил бы кольцо, Рыбка, — в очередной раз поцеловали парня в висок. — Ты всё ещё студент, и я сильно сомневаюсь, что твоя стипендия позволяет тебе сильно шиковать. К тому же, даже живя под крышей с богатым отцом, ты по-прежнему одеваешься как пацан из соседнего двора, — Тэхён захохотал, когда получил шутливый удар кулаком по плечу. — Ну и последнее: для кого-то же я зарабатывал все эти миллионы.       Смущённо прикусив губу, Чонгук всё же принял карту, хотя ощущения были как минимум странными — он теперь альфонс? — но думать себе об этом слишком долго запретил.       — Тогда я сам заеду в магазин и куплю всё, что нужно.       — Не ходи пешком, вызови такси, — наставлял Тэхён, и, честно сказать, от его заботы парню хотелось плакать.       Кивнув, он потянулся обнять, вдыхая уже знакомый аромат туалетной воды, и позволил себе зажмуриться: как же хорошо в этих руках. Чмокнув Чонгука ещё раз — да Ким, никак, во вкус вошёл! — мужчина отпустил его, пообещав позвонить, как только освободится. В коридор он вышел немного поплывшим, поскольку такие вот встречи с Тэхёном всё ещё в новинку, его отношение сейчас вызывало в нём бурю чувств и эмоций.       И ему нравилось к этому привыкать.       Чонгук не был уверен, что должен предупреждать отца о своём отсутствии — в конце концов, ему давно не пятнадцать, да и непривычно было перед кем-то отчитываться, прожив несколько лет в одиночестве. Но новых ссор не хотелось, прерываться на звонки при Тэхёне — тоже, потому он всё же написал короткую смс-ку, что сегодня снова домой не вернётся. В ответ ему прислали ёмкое «Будь осторожен», что Гук расценил как положительный ответ и со спокойной душой отправился в ближайший к дому Кима супермаркет.       Пока прохаживался вдоль полок с продуктами, ловил себя на мысли, что не верит в происходящее… Он собирается прийти к своему жениху домой без него самого и хозяйничать на его кухне — что это, если не сон?       Эти мысли оказались настолько волнующими, что подрагивали пальцы. Вчера приезд к Тэхёну не заставлял Чонгука так нервничать, поскольку он был зол и расстроен по другим причинам и не знал, где в конечном итоге окажется. Но сегодня он ехал к нему абсолютно осознанно и по собственному желанию, из-за чего хотелось нервно засмеяться.       В квартиру попал без проблем, воспользовавшись кодом, и параллельно вспоминал события прошлого вечера и то, насколько сегодняшние ощущения отличались. Сразу прошёл в зону кухни и принялся разбирать пакеты, расставляя продукты на своё усмотрение в надежде, что его за это не съедят. Чонгука сложно было назвать кулинарным мастером, но какие-то нехитрые блюда он способен приготовить — годы жизни в одиночку научили, — хотя, наверное, вооружившись интернетом, смог бы изобразить и что-то интересное.       Готовить на чужой кухне было непривычно, в особенности потому, что здесь нашлась посуда на любой вкус — что странно, учитывая отсутствие возможности у Тэхёна кашеварить, — а также разная техника, начиная от кофемашины и заканчивая микроволновкой. Прикасаться к наверняка дорогущим вещам он побоялся, вооружившись привычной посудой и воображением, и к девяти часам вечера с довольной улыбкой осматривал результат своих трудов.       Когда голова перестала быть занята процессом готовки, Чонгук снова занервничал: совсем скоро должен вернуться Тэхён. От этого волнительного и немного пугающего — учитывая сегодняшнее поведение мужчины — предвкушения встречи его с горем пополам отвлекала Дахён, пачками присылающая сообщения. Сестра поделилась, что отец вернулся домой хмурым и всё время смотрел на часы. Гук поджал губы, чтобы спрятать улыбку: похоже, ему нелегко смириться с тем фактом, что старший сын не просто встречается с кем-то, а уже и помолвлен, хоть свадьбы в ближайшие месяцы и не предвидится.       Им с Тэхёном нужно слишком многое наверстать и лучше узнать друг друга прежде, чем это случится.       Стрелка часов почти приблизилась к десяти, когда пискнула кодовая панель на входной двери. Чонгук умудрился настолько заболтаться с Дахён, что даже не услышал предупреждающего оповещения от домофона, и с лёгким трепетом уставился на вошедшего в квартиру мужчину. От его усталой, но искренней улыбки в груди разлилось тепло, которое притупило панику, донимавшую парня едва не с самого обеда, поэтому, отложив телефон, он потопал в коридор — встречать.       Было слишком очевидно, что подобное непривычно не только для него. Тэхён, всю свою взрослую жизнь посвятивший работе в семейной компании, с лёгким налётом неверия снимал туфли и ставил на тумбочку свою кожаную сумку, не отрывая при этом от Чонгука взгляда. Немного смущало то, что он впервые собирался проявить инициативу, но нельзя же всю жизнь ждать, когда тот сделает это первым — особенно, если они собираются строить семью, — верно?       Разгадав его планы, Тэхён лишь немного приподнял бровь, словно бросал вызов, однако голову услужливо наклонил, чтобы Чонгуку не пришлось тянуться к нему на носочках. Приобняв его за плечи, он неуверенно, но нежно коснулся чужих губ, которые ответили ему в следующую же секунду и переняли инициативу на себя, а руки крепко стиснули талию едва ли не до отметин.       Целовать человека, которого Чонгук всю жизнь считал лишь миражом и недосягаемой мечтой… Это даже сравнить не с чем. А уж оторваться от своей мечты, которая вдруг, словно по чьему-то велению, стала реальностью — об этом и речи не шло.       В вопросах отношений он был полным нулём, профаном, и потому понятия не имел, как себя вести: до Тэхёна встречаться с кем-либо парню было неинтересно, да и кандидатур достойных не попадалось. Возможно, не молчи Хван так долго, он бы обратил на него внимание, и сегодня обнимал бы его, а не Кима, но жизнь свернула в другую сторону.       Но, похоже, Тэхёна всё устраивало, раз тот, не отрываясь от чонгуковых губ, которые уже покалывало, приподнял его над полом за бёдра, вынудив обхватить торс ногами. Чонгук был не готов к такому повороту и потому отстранился со звонким чмоком, заставившим покраснеть, неясным взглядом всматриваясь в глаза напротив.       — Мне нравится, как ты встречаешь меня, — едва ли не промурлыкал мужчина, довольно улыбаясь, пока Гук медленно превращался в сеньора Помидора. Правда, игривость из голоса Тэхёна исчезла уже в следующую секунду. — Впервые я вернулся не в пустую квартиру, а в дом, где меня ждали.       Несмотря на своё смущение, он прекрасно разделял чужие чувства. Не то чтобы ему не с чем было сравнивать — Чонгук всё ещё смутно помнил свою жизнь с матерью и бабушкой, да и Джихё последние несколько недель встречала его каждый день с учёбы, но вот это — совсем другое. Когда тебя ждёт не родитель или любой другой, родной по крови человек, а тот, кто только готовится стать для тебя кем-то важным, но уже осознанно остановил свой выбор на тебе.       Погладив чуть колючую щёку ладонью, Чонгук прикрыл глаза, чтобы меньше робеть, и коснулся губами лба Тэхёна… затем бровей, висков, глаз, носа, щёк, линии челюсти, сладкое оставив напоследок.       Страх и волнение растворились под натиском чужой искренности.