Френдзона

Беллатрикс находилась в самой середине битвы. Вокруг неё бушевал хаос, воздух был наполнен криками, грохотом рушащихся стен и всполохами магии, разрывающими темноту. Две стороны сцепились в смертельной схватке: белая — сторона добра, любви, преданности и дружбы, и черная — сторона ненависти, жажды власти, страха и слабости. Но Беллатрикс не сражалась ни за одну из них. Она отбивала заклятия, которые летели в неё со всех сторон, но в ответ не выпускала ни единого проклятия. Её движения были точными, доведёнными до автоматизма, но внутри неё бушевала буря сомнений. Годы верности Тёмному Лорду, безграничная преданность, слепая вера — всё это рухнуло, когда она впервые осознала правду. Когда поняла, что Лорд всего лишь использует своих последователей, что они для него — пешки в игре, которые он легко жертвует ради собственной выгоды. Она не могла больше притворяться, будто не видит его жестокости. Не могла закрывать глаза на бессмысленную смерть. Но признаться в этом было равносильно смертному приговору. Лорд не терпел предательства. За одно лишь сомнение он бы убил её без тени жалости. И всё же Беллатрикс уже давно предала его. Не ради себя. Ради неё. Где-то среди пламени и дыма она видела знакомые фигуры — орденцы сражались отчаянно, сопротивляясь натиску Пожирателей. Она знала, что их силы уступают армии Волан-де-Морта, знала, что победа будет стоить им слишком дорого. И знала, что её миссия важнее, чем когда-либо. Она — его шпион, но также она двойной агент. И пока никто не догадывался. Она позволяла себе быть жестокой, позволяла себе смеяться над жертвами, убивать тех, чьих судеб не изменить. Всё это ради доверия Тёмного Лорда, ради того, чтобы оставаться в его кругу. Но сегодня... Сегодня Беллатрикс больше не могла убивать. Её палочка дрожала в руке, но она не могла направить её на светлых магов. В глазах вспыхнуло ярко-алое заклинание — она отразила его, сделав шаг назад. Адреналин бил в виски, но страх был сильнее. Как долго она сможет скрываться? Как долго ей удастся играть эту опасную игру? Если кто-то узнает... Она умрет. Но если она ничего не сделает — умрут другие. Дамблдор доверился ей, и она не могла подвести его. Беллатрикс сделала глубокий вдох, стиснула зубы и подняла палочку. Сейчас ей нужно было сделать выбор. Ещё раз обведя поле боя взглядом, Беллатрикс наткнулась на светло-карие глаза. Глаза девушки. Они были наполнены болью, усталостью, отчаянием. Словно пламя в них давно угасло, оставив лишь пепел и тлеющие угли страданий. Она выглядела потерянной — сжимающая палочку рука дрожала, но не от страха, а от изнеможения. Её движения были резкими, но неуверенными, она инстинктивно уклонялась от летящих в неё заклятий, но почти не отвечала. Беллатрикс знала её. Её сердце болезненно сжалось, когда воспоминание вспыхнуло в сознании. Эту девушку... она пытала. Она не хотела этого. И всё же сделала. Беллатрикс резко отвела взгляд, словно резанула себя по сердцу. В груди что-то заскреблось, будто когтистая тварь решила напомнить о своем существовании. Стыд. Это чувство было ей почти не знакомо. Она привыкла считать себя безжалостной, беспощадной, кровожадной. Беллатрикс Лестрейндж не испытывает жалости. Не испытывает угрызений совести. Ей плевать на чувства других. Но тогда почему этот взгляд жёг её изнутри? Воспоминание хлынуло в сознание, словно кровь из свежей раны. Тот день. Холодные стены. Крики, разрывающие тишину. Сильные руки, удерживающие тело девушки, не давая ей вырваться. И её собственный голос — ровный, жестокий, бездушный — произносящий слова заклинания. «Круцио» Она видела, как тело девушки выгнулось в агонии, слышала её пронзительный крик. И тогда, в тот момент, Беллатрикс думала, что ей всё равно. Что так нужно. Что она просто делает то, что должна. Но это было ложью. Она согласилась только потому, что знала: если откажется — умрет. Тёмный Лорд не терпит слабости. Он не терпит неповиновения. Она сделала выбор тогда. И теперь он разъедал её изнутри. Её пальцы крепче сжали палочку. Голова пошла кругом от нахлынувших мыслей. Она позволила себе на секунду потерять концентрацию, и когда вновь подняла взгляд... Девушки уже не было. Беллатрикс резко выдохнула, оглядываясь по сторонам, но в бушующем хаосе битвы её нигде не было видно. Исчезла. Словно её и не было. А может, так и лучше? Беллатрикс не знала. Но одно она понимала точно — этот взгляд будет преследовать её всегда. — Волан-де-Морт мёртв! — выкрикнул кто-то. Крик пронзил поле боя, заглушив даже раскаты заклинаний. На мгновение всё будто застыло — воздух наполнился напряжённой тишиной, слишком громкой после яростного гула сражения. Беллатрикс замерла. Мёртв? Нет… этого не может быть. Но она видела, как лица Пожирателей исказились в панике, как они застыли в замешательстве. Орденцы, напротив, будто обрели новую силу, новая надежда вспыхнула в их глазах, и они с новой яростью набросились на растерянных слуг Тёмного Лорда. Она смотрела, но не двигалась. «Что теперь?» Она — двойной агент. Лишь немногие знали правду. Годы притворства, бесконечные игры, страх быть разоблачённой — всё ради того, чтобы приблизиться к Лорду, ради того, чтобы передавать Дамблдору информацию. Но теперь Тёмного Лорда больше нет. И её роль потеряла смысл. «Кто она теперь? Кем ей быть?» Одна часть её хотела бросить палочку и исчезнуть в хаосе, раствориться среди бегущих, спрятаться от всего этого ужаса. Она устала. Устала от лжи, от убийств, от вечного страха. Но другая часть… Другой части было страшно. Она столько лет жила в этом мраке, что забыла, какой бывает жизнь без него. Даже если она работала против Лорда, она всё равно принадлежала к его миру. Её имя было омрачено кровью. Её руки — запятнаны преступлениями. Даже если она скажет правду, даже если предстанет перед Ордена Феникса как союзник… простят ли её? «Примут ли? Или она уже навсегда осталась монстром в их глазах?» Она сжала палочку так сильно, что побелели костяшки пальцев. — Беллатрикс! — раздался хриплый голос где-то рядом. Она повернула голову и увидела его — Родольфус, её муж, в рваной мантии, лицо в крови, глаза горят яростью и отчаянием. — Нам нужно уходить! — крикнул он, уклоняясь от летящего проклятия. — Мы Перегруппируемся! Это ещё не конец! Ещё не конец. Но для неё… для неё это был конец. Её взгляд метался между ним и полем боя. Между прошлым и будущим. Грохот заклинаний, вспышки зелёного и алого света разрывали тьму. Воздух пропах гарью, кровью и магией. Крики умирающих сливались с боевыми выкриками. И она не знала, чего хочет. Впервые за долгое время Беллатрикс Лестрейндж не знала, куда идти. Внутри неё боролись две силы: преданность Тёмному Лорду, запечатанная в крови и боли, и слабый, но неистребимый голос разума, что шептал ей: «Ты всё ещё можешь выбрать» Между прошлым и будущим. Между долгом и искуплением. И тут ведьму осенило: если она сейчас не изменится, она не изменится никогда. Она почувствовала на себе взгляд. Он был настойчивый, почти умоляющий. Рудольфус. Муж, соратник, человек, с которым она прошла все эти годы. В его глазах отражался хаос битвы и… сомнение. Он знал. «Прости меня, Руди». Рука сжала палочку крепче, губы привычно сложились для произнесения роковых слов. Последний шаг. — Авада Кедавра. Зелёная вспышка прорезала пространство. Мужчина даже не успел закричать — его глаза остались открытыми, полными недоумения. Тело безвольно рухнуло на землю. Беллатрикс закрыла глаза на мгновение. Холодное облегчение. Шаг в неизвестность. Теперь пути назад не было. Из тени раздался голос: — Ты сделала выбор. Она обернулась. Минерва. Её взгляд был бесстрастным, но ведьма видела — она поняла. — Надеюсь, оно того стоит, — тихо сказал она. Беллатрикс вдохнула дымный воздух, смахнула с лица прядь волос и, сжимая палочку, шагнула вперёд. — Узнаем. Ведьма трансгрессировала.