Сага о трэллах

***

И она уже ожидала его с нетерпением. Встретила его с приветствием и молвила: – Ведаю о твоём недуге, но исцелю лишь за цену достойную. Петр, терзаемый болью, ответил: – Проси что угодно, о Феврония, – изрек он. – За муж за тебя, – произнесла она, окинув его взглядом, полным дерзости. И тут, в сердце его разгорелся огонь, подобно тому, как пламя сжигает влагу, ибо для него, в мире, где брачные узы ношены были ими как священный обет, это предложение прозвучало, как удар по самым глубоким основаниям его существа. – Как ты смеешь? – вскрикнул он, охваченный яростью. – Тогда прими свою участь, – с хмурым лицом ответила она. И в тот момент, среди течения рабской жизни, среди создания, которые считали себя избранными, невольно вспомнил Петр заповеди своего бога, учившего «возлюби ближнего своего». Страх же смерти сжимал его сердце в тиски, и с горьким вздохом он угодил требованиям этой дерзкой женщины. – Явно безумие, полцарства за мгновение удовольствия. Ладно, суждено мне согласиться. И так, контракт был подписан, и избавиться от него было невозможно. В тот же вечер Феврония растопила баньку, омыла Петра, скрасила его горе и положила на ложе. Словно змея, она отняла ядовитое семя и сплюнула, произнося: – О, мой милый, какой ты смешной, за что же я тебе так много должна? Петр, проливая жаркие слова искр, велел ей: – Глотай! – Да, милый, – ответила она с улыбкой, исполненная отваги. И вот, когда утра светлые пришли, и Петр, как истинный воин племени, не ценивший условностей и связывающих уз, уйти решил, он сбежал от дремлющей Февронии, не понимая всей тяжести своего деяния. Но помни, о путник, контракт есть контракт. Возможно, суд над ним был не справедлив. Но тебя никто не принуждал подписывать. И что же? За неисполнение условий, был Петр настигнут карою, не от «бога», который лежал в Царстве Смерти, и не мог более вмешиваться в дела живущих. Нет, кара последовала от Богов, что, несмотря на течение времени, все еще обитали в этом мире, проклятом и оскверненном мглой.

***