МагNit

      Плоский мир. Стены в известке и меле - рисунки пестрят от красочности и простоты. Закорючки на - приглядываюсь - ломанном английском. Незначительные фразы с итальянского? Знаю, как и часть языков, на уровне работы со словарем: ни хорошо, ни плохо, главное - знать контекст. Запах медикаментов кружит, в носу свербит, сейчас чихну. За окном вечереет. Закат приятный, не щурюсь, резкостью не отдает. В ногах молочного цвета одеяла что-то копошится.       Темное чучество с мрачными одежами мирно посапывает. Меня в школьные годы нарекали готом за простоту гардероба и вечные вороны-свитера. Скучаю по школе - когда на переменах сидишь в кабинете и пьешь чай с учителем, а на тебя смотрят глазами-бусинками. Говорят на равных. Накидывают по плечи жалоб на непослушных младшеклашек, проблемы с сыном и невесткой, как тяжело работать с детьми, и суют поднос сушек.       Слева - у стены и тумбочки - кто-то благозвучно храпит.       Макушка плотно затянута, в палату - больничную? только в сериалах видела, никогда не попадала пациентом - забежали галопом две девушки. Нарисованные. Люди нынче так не одеваются, анимация тормозит.       Я - персонаж. Смешок вырывается с искривленных губ. Игру в "Угадай, кто?" я составляла месяц назад, но дальше советских мультипликаций - объемных - не ушло. Сестра крестной мамы проспойлерила дочери ее бумажку, все начали шуметь, галдеть, пообижались, и дальше дело не пошло - убрали со стола и поехали с бабулей домой. На остановке рассказала про сына умершего крестной. Грустная история - парень иссох. Неудачные времена, неправильные компании.       Так и кто же я? Не главная героиня, очевидно, не мой типаж историй. Значит, отдельные эпизоды...       - Митси! - девушка с выраженным голосовым аппаратом и драном, - с кошками повздорила? - прикиде сжимает руку и осторожно касается лба.       Храпун и "чучество" просыпаются вмиг от вопля гостьи.       Вот оно что. Один раз мне снился ее образ, лет в десять: с лысым злодеем они искали меня и родителей в Египте, а позже видела смерть бабули от топора. Трижды сплюнула - на момент третьего класса с творчеством Федора Михайловича не была знакома.       Повествование не отдает комедией - опираюсь о поручни на кровати, пытаюсь сесть.       Посвящает в детали "охранник": упала со скутера, ударилась головой, отвезли в травмпункт, Мейси - сестру - взяли с собой, оставлять не хотела, буянила. Дарма принесла маминого пирога и суп в судочке.       Голода не ощущаю. Тесто на вкус ватное, суп водянистый, из ложки выливается обратно. Через пару тщетных попыток руки опустились. Ничего не хотелось.       Медсестра выгнала всех присутствующих из палаты, сменила повязку. Сказала, будет шрам, швы вручную, через две недели надо прийти к хирургу и снять. Мне методика данного мира не ясна, угукаю и от усталости скатываюсь по койке.       В сон не тянет. Глаза не слипаются. Нужда не напоминает о себе.       Пейзажи, как на пикрю, обретают творожные оттенки мягкости тут только к вечеру. По местному кабельному передают погоду в штатах, пляжный сезон, упоминают команду фей, спасших город от неминуемой катастрофы и железнодорожной аварии. Вокзал временно на реконструкции, Винкс рекламируют свой уютный магазин петов, вставка их рекламы - кадры сменяются быстро, музыка ритмична, настоящая американская мечта с блистательными улыбками и пафосными позами моделей - и бренда коктейлей от локального бара.       Дни сменяются, неделя не кончается. Скучаю по маме, бабушкам, дедушке, надо бы их расспросить: приняли ли таблетки вовремя, как давление, как чувствуют себя, что по телевизору показывают, как там Брагин, убили ли пациента.       Сон что-то затянулся. Кожа не щупается - не могу взять кончиками, текстиль сделана из пластика? картона? бумаги? акрила? и не дерет, отдает скрежетом металла и трением ластика по тетради - стираешь карандаш, а на деле - черную пасту, - и только пачкаешь основу.       Недовольно кусаю щеку изнутри. Контейнер падает, капельница лопается от давления.       Кружка со звоном отскакивает при мысли о пробуждении.       Нужно проснуться.