Часть 43
18 февраля 2026 г., 08:26
Тэхён с противной тоской наблюдал за тем, как Юбин мило болтает с Намджуном, как порой они взрываются вспышками смеха. Ему было интересно, что они обсуждают, чем брат мог развеселить омегу. Намджун трогал его за ладонь, и Юбин позволял ему это делать. Маленький интимный жест, но если бы так сделал Тэхён, то был бы убит презрительным взглядом.
Тэхён всё делал херово, по словам Юбина. С ним было не о чем разговаривать, в клубе с ним скучно, даже в сексе он всё делал не так, как хотелось бы омеге. С этим Тэхён тогда заморочился серьёзно, найдя определённый клуб эротической направленности, чтобы научиться необходимому в этой области, хотя бы в теории. Каждый раз, переступая порог спальни, он испытывал неприятный трепет. Их постельная жизнь в итоге ограничилась временем течек.
Однако Юбин, не привыкший отказывать себе в телесных удовольствиях, вскоре завёл себе любовника, потом ещё одного. Он особо и не скрывался, и об этом вскоре стало известно Тэхёну.
В тот момент всегда робкий Тэхён жёстко затолкал Юбина в кабинет. У него много накопилось, что следовало сказать давно. Разговор был жёстким и неприятным. Юбин не стал юлить и защищаться, лишь свалил всё на Тэхёна, говоря, что лишь его поведение и характер привели к тому, что омеге требуется альфья помощь извне.
Тогда Тэхён предложил по-хорошему разойтись и забыть об этом браке, как о главной ошибке их жизни. Однако всё было не так просто. Их семьи связывали не только поженившиеся дети. Теперь деньги Ким участвовали в формировании государственной казны, а также тех продуктов, на которые существовала государственная монополия.
— Мы не можем развестись, это невозможно, — презрительно ухмыльнулся Юбин. — Ты своим скудным умом не понимаешь, что нахрен мне не сдался. Всё это было для отвода глаз папочки. Хотя я рассчитывал, что ты окажешься повеселее и пободрее. Но я ошибся.
— И что ты намерен делать? Выставлять посмешищем меня, мою семью и заодно свою? Твоего отца… президента страны?
— Ну и что? Он, в конце концов, обвинит тебя, как альфу, не умеющего держать в узде своего мужа-омегу, — он неприятно засмеялся.
— Что я должен делать, по-твоему? Посадить тебя в цепи и подземелье? Или сделать тебе детей? Кстати, мы провели столько течек вместе, а ты ни разу не забеременел. У нас пару раз была сцепка. Возможно, стоит обратиться к врачу? Говорят рождение детей успокаивает омег. Возможно, это наш выход.
— О, нет! Никаких орущих хвостатых детишек! Я не собираюсь рожать вонючих детей!
— Однако мы не предохранялись, и у тебя была течка… Я чего-то не знаю о тебе?
— У меня не может быть детей. Я сделал операцию и уже давно.
— Когда ты собирался мне рассказать? Не думаешь, что ты должен был мне об этом сообщить перед свадьбой?
— Так ты бы отказался, — его взгляд, такой расслабленный насмешливый, просто убивал всё хорошее, что когда-либо чувствовал альфа к нему.
— Логично. Президент в курсе? — сухо уточнил Тэхён.
— Пф, конечно, нет. Я же не идиот.
— Действительно. Ну хорошо… Какие наши дальнейшие действия? Я полагаю, ты не собираешься играть в семью, рожать детей или даже быть верным. Я это принимаю. Возможно, я не такой как тебе нужно. Но ты не хочешь так же, чтобы мы разводились. Так как наши семьи связывает многое, в том числе и вопросы бизнеса — теперь я желаю выслушать твои предложения по поводу нашей дальнейшей жизни.
— Ты такой скучный, Тэхён-и. Просто как смертный грех, — омега закатил свои красивые глаза, словно капризный ребенок.
— В этих словах нет ничего нового для меня. Я скучный. Признаю. Но меня не интересуют сейчас эти факты о моей личности. Я хочу услышать от тебя: как ты видишь наше дальнейшее взаимодействие. Даже если учитывать, что тебе на меня глубоко плевать, ты своим поведением компрометируешь своего отца, президента страны. У тебя есть мысли о том, что мы будем делать с твоим образом жизни?
— Ну а что мы будем делать с твоим образом жизни, Тэхён? — прозвучало циничное в ответ.
Альфе хотелось биться головой о стену — этому омеге было просто глубоко посрать на то, что происходило и как это происходило.
На счастье Тэхёна не случилось пышной свадьбы и публикаций в светской хронике, как это планировалось изначально. Так же омега настрого запретил прикасаться к своей шее для постановки меток. С этим Тэхён как раз был согласен. Ему хотелось получше узнать своего мужа, прежде чем предпринимать такой серьёзный шаг.
Получалось, по сути, никто не знал о том, что они женаты, кроме самых близких людей.
— Я уеду сегодня же. Живи как хочешь, — озвучил то, что давно уже решил сам Тэхён.
— Скатертью дорожка, — хмыкнул омега, смачно прихлебывая кофе из тонкостенной чашечки из дорогого сервиза.
Тэхён не стал делать какой-то новости или сенсации из своего переезда. По-тихому просто снял квартиру и перевёз свои вещи.
На некоторые официальные встречи им приходилось приходить вместе, отвечая на миллион вопросов о семейной жизни. Альфа пытался избегать этих разговоров, однако никто этому особо не удивлялся, так как он никогда не отличался болтливостью. Однако от президента не укрылся факт раздельного житья. Он вызвал Тэхёна к себе на разговор в приватной обстановке.
— Вы поссорились? Что между вами происходит?
Тэхён не знал, как ответить на эти вопросы. Ему жутко не хотелось жаловаться на Юбина — в том, что омега так себя вёл, он чувствовал львиную долю своей вины, однако уже ничего не мог сделать. Их раздельное существование устраивало всех. И даже больше — Тэхён вздохнул свободно впервые за долгое время.
— Просто, видимо, не сошлись характерами, — печально выдал Тэхён.
— Ты его хотя бы любил? Он вообще тебе нравился?
— Я честно пытался. Не смог. Простите, господин президент. Я… я не знаю, что делать.
— Зови меня по имени, сынок. Не думай, что я слепой — знаю, что из себя представляет мой ребенок. Но, прости старика, я хотел как лучше для него и даже, возможно, для тебя.
Что ж… Пусть будет так. Я слышал, что ты поступил в престижный университет?
— Ну как поступил… Меня просто зачислили по факту отличных оценок в школе. Я закончил экстерном.
— Да, я наслышан. Хотел тебе предложить работу, но с учётом твоей учёбы, конечно. Будешь помогать мне, потом уже, после окончания, выйдешь на полный день. А пока мне нужен толковый помощник.
Конечно, альфа согласился. Толковый работник — это было его второе имя. Даже с учётом того, что он находился на частичной занятости, президент сразу понял, какой бриллиант ему достался. Это была рабочая машина с идеальными мозгами и навыками переговорщика на уровне бога.
Странно, что этот человек не смог договориться с одним-единственным омегой, который являлся его мужем и по совместительству сыном президента. Однако личные отношения слегка отличались от рабочих переговоров и условностей.
Президент завидовал родителям Тэхёна. Он очень сильно жалел, что много лет назад тогда хлопотал о том, чтобы именно этот ребенок остался у семьи Ким. Те тогда потеряли младшего сына, а этот мальчик находился с ним всё время при страшных обстоятельствах.
Теперь он жалел, что не усыновил его сам. В то время у него возникало такое желание, ведь его муж-омега на тот момент смог родить только одного Юбина, которого они обожали и растили в море любви. Так же они надеялись заиметь ещё несколько детишек. Но к сожалению, все последующие беременности закончились ничем. И у них так и не появилось альфы-наследника. Тэхён был бы идеальным сыном. Но теперь он попытался заиметь его другим способом — женив на своем родном сыне-омеге. Эксперимент оказался крайне неудачным.
Юбин ни в чём не знал отказа и вёл себя как маленький мудак, начиная с самого детства. Во взрослом возрасте всё это лишь усилилось, к огорчению его любящего, не смотря ни на что, отца.
Он, конечно, знал о похождениях сына после свадьбы. Это было прискорбно. Президент даже пытался разговаривать с ним, взывать к совести. Но это не возымело никакого результата.
Теперь президенту предстояло сделать крайне жестокую вещь. Он приблизил к себе Тэхёна, а Юбина попросил переехать на постоянное место жительства в другую страну. Его собственный сын, взращенный в любви и вседозволенности, не собирался даже и пальцем шевельнуть, чтобы сменить свой беспутный образ жизни, оказавшись замужем за прекрасным альфой. За самым лучшим из возможных.
Вскоре после этого разговора след Юбина затерялся в другой стране — свободной нравами и богатой. А Тэхён ненадолго переехал обратно в родительский особняк.
Родители тогда пытались узнать в чём дело, но не особо разговорчивый сын предпочитал отмалчиваться. Он не мог развестись и не мог создать семью. Отец очень сильно переживал, решив, что поспешным согласием на эту свадьбу они испортили жизнь своему ребёнку.
Тэхён после этого вообще ни с кем не встречался. Конечно, у него были связи. В том эротическом клубе, куда его привёл Юбин, чтобы альфа научился хоть чему-то в постели. Тэхён впоследствии нашёл неплохих людей, кто подробно и без лишней воды научили его основам физической любви. Там же он впервые опробовал свои знания на практике. Это не был бордель, скорее клуб по интересам. Тэхён так и не смог завести каких-либо отношений со своими партнёрами. Считал, что не имеет на это морального права, так как он всё ещё женат.
С другой стороны, ему не попался такой человек, с кем бы он хотел продолжать. Всё же в клубе по интересам попадались специфические омеги, которые тоже не искали отношений, лишь временное облегчение своего состояния физического тела.
После этого прошло очень много лет, и Тэхён не знал, что происходит с Юбином и где он находится. Его это устраивало. Даже отец омеги больше никогда не заводил разговор о нём с Тэхёном, хотя, вероятно, он знал, где находится его ребенок и что с ним происходит.
Тэхён тем временем закочил университет и быстро двигался по карьерной лестнице, заменив собой своего отца на крайне важных стратегических позициях для их семьи и даже страны. Его старик с удовольствием сдал бразды правления своему талантливому приемному сыну, что был готов работать день и ночь. В этом зверочеловек находил себя.
После того, как начал зарабатывать серьёзные деньги, Тэхён купил свою первую квартиру. Она была маленькой, но это место он мог назвать своим домом. В какой-то момент он понял, что ему не хватает в жизни омеги, которого он будет оберегать и любить. Однако неясный образ Юбина всё ещё маячил, довлея над ним.
Путь к благороднорождённым омегам был заказан. Но и сам Тэхён не стремился. Всё их поколение знало друг друга ещё с детства. Они очень часто пересекались на общих мероприятиях.
О том, что омегу можно просто купить, изначально упомянул президент. Тэхён сразу же ответил резким отказом. Что конкретно могло повлиять на его окончательное решение он и сам не помнил. Вероятно, его ухудшающаяся с годами бессонница и неэффективность лечения. А возможно, дождливое время года…
***
— Прости меня, Чонгук-и. Я должен был тебе рассказать всё гораздо раньше. Я правда собирался, но всё время откладывал. Это некрасивая и тяжёлая история. Мне бы не хотелось окунать тебя в эту грязь. — За что ты просишь прощения? Ты меня просто купил. Ни о каких серьёзных отношениях тогда не шло и речи. — Да, малыш. Я купил тебя. Но, по сути, у нас не было другого пути, чтобы быть вместе. Ты считался собственностью Шихёка, и подкатывать к тебе было бы более чем странно, — вымученно улыбнулся Тэхён. — Но это не значит, что я не хотел бы. — Что теперь? — Теперь… — он порылся в тумбочке и достал ключи. Это была небольшая связка незнакомых ключей с какой-то технической биркой. — Это ключи от квартиры. Она небольшая, но довольно уютная. Она полностью записана на тебя и принадлежит тебе. Аренда оплачена за несколько лет вперёд. Адрес на бирке. Я купил её, когда поставил тебе метку… как компенсацию. Но отдать не смог. Я так боялся, что ты уйдёшь от меня… Прости, малыш. — Хён… — парень понял неминуемость происходящего. Это было кошмарно. — Ну-ну, не плачь. Ничего не случилось. Это всего лишь временные сложности. Всё будет хорошо. Сейчас тебе надо собрать самое необходимое. Если что забудешь — купишь на месте. Я переведу тебе достаточную сумму. Хотел бы Чонгук заорать, что не хочет уезжать от своего хёна. Из этого пентхауса, что стал его настоящим домом. Тут все было озарено светом их любви. Каждый уголок, каждый миллиметр. Теперь же всё рушилось прямо на глазах. Тэхён, такой добрый и всегда понимающий, был рядом, обнимал так же, вкладывал в его ладонь ключи и впихивал его в другую реальность. Туда, где его уже не существовало рядом. Это было так жестоко. Ещё несколько часов назад Чонгук обнимал его талию, гладил шёлковый мех хвоста и шептал о том, как сильно его любит, глядя прямо в лицо… А теперь они расставались вот так. — Что ты будешь делать теперь? Сойдешься с Юбином? Он такой красивый… — Вот глупый. Ну какой Юбин? Мне просто надо утрясти некоторые дела. И это будет довольно сложно сделать. Возможно, мой бизнес сильно пострадает. И возможно, мои активы превратятся в долги. Помнишь, как в один момент Мин Юнги превратился из миллионера в должника? Это делается элементарно. Неизвестно, что случится потом и где я окажусь. Поэтому я не хочу, чтобы вся эта ситуация зацепила каким-то образом тебя. То, что ты должен делать: вступить во владение квартирой; наладить свой быт и ходить в школу. И беречь себя всеми возможными способами. Школа оплачена до самого конца. Потом тебе предложат несколько университетов с возможностью получения гранта или бюджетного места. У тебя светлая голова, и вполне возможно, что предложат какой-либо неплохой вариант или несколько. Думай хорошо. Не торопись и решай. Я в тебя верю. Не общайся с прессой. Какие бы деньги тебе ни предлагали. Это кончится крайне плохо. — Хён… Что я буду делать без тебя? — Жить свою прекрасную жизнь. Ты умный. Это огромный ресурс. Используй его правильно. Так же держись подальше от знакомых тебе людей. Может, за исключением Чимина. — А как же теперь Чимин? Ты же его опекун! — У Чимина есть два Мина, которые за него глотки перегрызут. Возможно, даже друг другу. С ним всё хорошо уже сейчас. Кстати, неплохо будет, если вы продолжите общаться.***
Чонгук оказался на улице опять. Стоя посреди пешеходной дороги с небольшой сумкой в руках, он ощущал себя мёртвым в эту минуту. Да, у него был план, как действовать, было место, куда поехать, но в этот момент он ощущал, что из его души вырвали громадный кусок, и всё, что осталось, сильно кровоточило. Было чертовски тяжело дышать. Раньше, приезжая в район Каннам, он глядел во все глаза, впитывал чужую жизнь. Видел чужие улыбки, чужую еду, здания, офисы, дома и так мечтал, что однажды он будет одним из них. В какой-то день так и случилось. И в этом всём Чонгук чувствовал себя так естественно, держа за хвост своего возлюбленного хёна. Теперь же он был хуже, чем с опухшим от побоев лицом шастающим в поисках клиента-наркомана или доставляя очередные каталоги с омегами. Парень долго стоял без движения, пытаясь взять себя в руки, не решаясь сделать шаг. Однако солнце садилось, жизнь продолжалась, и ему пора было налаживать свою новую жизнь в одиночестве. Квартира находилась в одном из спальных районов на окраине города. Это был средней руки жилищный комплекс, состоящий из нескольких высоток, стоявших полукругом. Он быстро нашёл нужную квартиру, и ключ сухо щёлкнул в замочной скважине. Его окружил запах нежилого помещения и новой мебели. Квартира была оборудована всем необходимым для жизни, однако носила нежилой отпечаток. Чонгук бросил свою сумку в прихожей и, нащупав выключатель, зажёг свет. Квартирка оказалась крошечной, но всё же это была его квартира. Его собственность. Странное чувство стискивало его рёбра. Тут была всего одна комната-спальня, она же и кухня. Маленькая прихожая и санузел. Здесь стояла кровать, но не было постельного белья. Бытовая техника всё ещё была упакована в пенопласт. Вряд ли хён потратил много времени, выбирая мебель и технику. Возможно, всё это шло в комплекте. Тем не менее здесь было всё, что необходимо для жизни. Чонгук выглянул в окна на небольшой дворик с детской и спортивной площадкой. Уютно. Так потекла его новая жизнь. До школы приходилось добираться на автобусе. Благо теперь ему не приходилось прыгать от контроля к контролю, боясь, что какой-то патруль его может схватить и арестовать. Он оформил себе студенческий абонемент. Дорога занимала добрых полчаса, и частенько в это время Чонгук повторял или учил что-то новое, дабы не забивать свою голову разными мыслями. Про Тэхёна не было слышно ничего. Порой долгими вечерами Чонгуку так хотелось написать ему или позвонить. Раньше он это делал даже не задумываясь. Теперь не смел. Он смотрел все выпуски новостей, пытаясь увидеть любимое лицо. Но к сожалению, его ни разу не показали. Лишь порой упоминали словесно. То, что у Тэхёна появился законный муж, могло стать охрененной сенсацией. Он давно считался одним из самых желанных холостяков страны. Однако ничего не просочилось в сеть. О наличии мужа знали всего лишь несколько человек. Чонгуку было невдомёк, как могли не сойтись альфа и омега. Тем более, если омега выбрал его сам. Вероятно, он руководствовался не только глазами, но и чувствительным омежьим носом. А как известно, если запах нравится, то и всё остальное сложится. Омежьи истины Чонгук запомнил ещё с детства, хотя Тэхён порой со смехом утверждал, что половина из этих истин давно уже опровергнута современными учёными. Однако, как ни рассказывали сказки и побасенки, а Чимин обрёл настоящего истинного. Хоть и в лице ненавистного Мин Юнги. С Чимином парень связался через пару дней. Как ни крути, а Мины были тесно связаны с Тэхёном, и так он мог получить какую-либо информацию. Донсен ответил чистым весёлым голосом, заявив, что уже находится на пороге течки и ожидает прибытия Юнги с минуты на минуту. — Вечно омежки заботятся лишь о своих течках, — улыбнулся в смартфон Чонгук. — Тебе не понять, ты можешь трахаться как кошка в любой день цикла! — У меня нет цикла, балда! — Ах, ну да, ну да. Беты — вершина эволюции! После мягкой перебранки Чонгук всё же рассказал ему о нынешнем положении. На что Чимин побещал расспросить Юнги. Тэхён словно тихо пропал из медиапространства, и теперь было непонятно что с ним творится. Чонгуку было до чёртиков страшно. Тэхён же сказал на прощание, что, возможно, он превратится в должника в одно мгновение и даже может сесть в тюрьму за то, чего не совершал. Теперь он пропал, и предчувствуя это, подготовил для Чонгука эту квартиру, что оказалась удобной. Позаботился о возможности закончить школу, как и о том, чтобы у Чонгука было много денег на счёте. Этот Юбин по большому счёту испортил жизнь Тэхёну ещё со школы. И это было чудовищно. Но что теперь ему понадобилось, Чонгук так и не мог понять. Человек, который жил столько лет в другой стране, решил просто приехать и предъявить какие-то мифические права на своего супруга и его имущество. Конечно, Чонгук не считал себя особо умным, чтобы понимать всё то, что происходило на высшем уровне. Всё, что он мог делать — это следовать желаниям и наставлениям своего парня. Учиться хорошо. Думать о завтрашнем дне. Не высовываться не привлекать к себе внимание. Экономить средства и питаться хорошо. Увидит ли он когда-нибудь Тэхёна в этой жизни? Хотя бы по телевизору. Так хотелось верить, что всё у хёна будет хорошо. А что, если он начнёт новую жизнь с Юбином? Ведь теперь Тэхён не тот закомплексованный альфа-девственник, который немел от смущения в обществе любого омеги. Теперь он состоялся в жизни, получил разнообразный опыт. Этот Юбин был прекрасен, как бы ни хотелось Чонгуку думать о нём. Он действительно казался на голову выше всех интернатовских омег вместе взятых. Знающий себе цену, гордый… богатый. Они красивая пара. Это его Ким должен поддерживать за талию хвостом, а никак не бету-оборванца, вылезшего из ниоткуда. Он должен был быть благодарен Тэхёну за сегодняшнюю сытую и свободную жизнь. Альфа заплатил много больше, чем обещал. Конечно, Чонгук помнил и то, что Ким выкупил весь долг у Шихёка, и тот, даже если сильно захочет, не сможет вернуть его в интернат. Ни под каким соусом. Это было радостно осознавать, что и Чимин, и он сам вырвались из этого ада навсегда.***
Запыхавшийся Юнги появился на отсыпанной гравием дорожке в отдельный домик. Эти домики были предназначены специально для нужд омег в разных жизненных ситуациях. В данный момент у омеги Чимина начиналась течка, и её он собирался провести с заранее согласованным лечащим врачом и опекуном альфой. — Ох, я еле тебя нашёл! — раскрасневшийся Юнги глядел на ненаглядного омегу, от которого уже начало пахнуть словно от жасминовой оранжереи. Что за чудесный запах! — Хреново искал. Хороший альфа по запаху найдёт омегу, — капризно заявил тот вместо приветствия. — Сегодня ветер, а тебя перевели в другой корпус! Я искал тебя в основном здании! — и плюхнул в его руки огромный букет с бледно-розовыми нераскрытыми пионами. Омега улыбнулся, утыкаясь лицом в сладко пахнущий букет. Ну что за милашка этот Мин Юнги! Кто бы мог подумать. Если бы в тот самый момент, когда его снесло в библиотеке дома Мин, Чимин дал бы ему под колено, вероятно, уже тогда он бы ему отсосал как надо. Теперь омега приходил к этой мысли всё чаще. Но кто ж знал, кто ж знал. Недавно он связался со старым Мином, и в ходе разговора пришлось признаться, что он имеет некие отношения с его сыном… Конечно, поток ругательств был великий. Но Чимин не моргнул и глазом, так как был готов. Сам Юнги не знал, как сообщить старику, чтобы он ещё разок не закопал его, лишив всего. Теперь у него было даже больше рычагов давления, чем раньше. — Не волнуйся, Тэхён-хён не допустит. И я тоже. — Зная моего старика… я буду опасаться до конца своих дней. Мне кажется, он хочет прибрать тебя к рукам. Но что ты думаешь по этому поводу? — Я свободный омега. Вот что я думаю по этому поводу! Но ближе к делу, Мин Юнги. Раздевайся! — Что, так сразу? — А ты хочешь как? С реверансом? У меня течка с минуты на минуту начнётся, и болит живот. — Ох, — всплеснул руками альфа и дёрнул узел галстука. Чимин раскинулся в мягком кресле, глядя на то, как Юнги раздевается. Конечно, ему не хватало изящности, но его молодое подкачанное тело с лихвой компенсировало все его недостатки. — Скажи, пожалуйста, ты же работаешь с Тэхёном? Где он сейчас? Я не смог дозвониться. — Он не сказал тебе разве? Хён улетел в командировку на другой конец света. Возможно, там даже связь не ловит. Но его секретарь предупреждал. — В командировку значит. Ну-ну. А когда вернётся? — Тебе обязательно разговаривать о господине Киме прямо сейчас? Весь настрой сбивает. — Мне не сбивает, — отрезал омега, глядя на подкачанный живот альфы и тонкую дорожку из светлых волос внизу живота, что виднелась в расстёгнутой ширинке. — Так когда он вернётся? — Не знаю я. Не докладывается он мне, — Юнги дёрнул брюки с бельём вниз.
